Люсиль Картер

Ищу прекрасного принца

1

Элли Бланшетт терпеть не могла, когда ей приказывали. Особенно ее выводил из себя менторский тон начальницы, Надин. К несчастью, та иначе не разговаривала.

— В пять сорок заберешь на ресепшене отеля «Карт-бланш» документы. В красной папке. Повторяю: папка должна быть красной, а не синей. В противном случае ты возьмешь совсем не то, что нужно. А бумаги мне нужны ровно в шесть часов. До нашего офиса от отеля идти три минуты, так что только попробуй опоздать! Ты поняла?

— Конечно, мисс Миллер, — кивнула Элли, плетясь вслед за начальницей по коридору.

Объясняет мне все по сто раз! Словно я тупая, как пробка. А ведь я ни разу еще не сделала ни одной ошибки! И эти ее противные интонации… И голос такой отвратительный, словно скрипят несмазанные петли двери…

— Повтори, что я только что сказала, — потребовала Надин, заметив отсутствующий взгляд своей помощницы.

Элли чуть заметно усмехнулась: поймать ее было не так-то просто. За пять лет работы на мисс Миллер она научилась делать несколько дел одновременно: например, запоминать ее бесконечные наставления и в то же время мечтать о чудесных пляжах Майами.

— Ровно в шесть часов я должна войти к вам в кабинет с красной папкой в руках, а потом принести для всех кофе, — повторила Элли последнюю фразу Надин.

— Верно. — Мисс Миллер посмотрела на нее поверх очков в тонкой черной оправе. — Будь внимательна, Бланшетт. Эти переговоры очень важны для нас.

— Я знаю. Все будет сделано в точности, как вы сказали. Не волнуйтесь, мисс Миллер.

— Я не могу не волноваться. — Надин остановилась и переложила мобильный телефон из правой руки в левую. — Если хоть что-нибудь пойдет не так… О, я даже думать об этом не хочу!

Она зашагала дальше, решительно стуча каблуками модных туфель. Элли покачала головой: ох, да что может случиться? У мисс Миллер всегда все было под контролем. Разве что на ресепшене не окажется той самой красной папки или лифт застрянет, не доехав до нужного этажа, или сама Элли сломает ногу… Впрочем, Надин не примет никаких оправданий. Она ценила свою помощницу. Однако, несмотря на то что та столько лет служила верой и правдой, не задумываясь, уволит ее, если Элли совершит ошибку. Ведь речь шла о крупных деньгах. В таком бизнесе, как у мисс Миллер, любая оплошность стоила несколько сотен долларов.

— Элли, принеси мне кофе и пончик, — попросила Надин, останавливаясь у двери в свой офис.

Точнее сказать, не попросила, а потребовала. Однако Элли уже привыкла к такому тону, хотя и не смирилась до сих пор. Она не понимала, почему должна терпеть такое обращение. Ведь Надин многим была обязана своей помощнице. Без Элли она бы не…

— Опять играешь роль девочки на побегушках? — услышала она знакомый голос у себя за спиной.

— Привет, Тэд! — Элли улыбнулась высокому симпатичному брюнету в строгом костюме. — Я — девочка на посылках. Это разные вещи, понимаешь?

— Если честно, то нет, — усмехнулся он и взял ее под локоть. — Кофе и пончики, я угадал?

— Как всегда, — вздохнула Элли, входя в кафетерий, расположенный на том же этаже, что и офис Миллер. — Надин не признает другой еды по утрам.

— Когда-нибудь это серьезно скажется на ее здоровье, — пророчески произнес Тэд и встал в очередь, взяв поднос. — А что будешь ты? Вчера я пробовал удивительно вкусные сардельки на гриле. Очень советую.

— Нет, спасибо. Меня стошнит, если я съем что-то более калорийное, чем салат, — поморщилась Элли, ставя на свой поднос тарелку с пончиками.

— Пообедаешь со мной?

Она огорченно покачала головой.

— Извини, не могу. Сегодня тяжелый день. Надин ждет вечером партнеров. Намечается крупная сделка. Мне нужно подготовить все необходимые документы.

— А что будет делать сама Надин?

Элли поставила поднос перед кассой и пожала плечами.

— Несравненная мисс Миллер всегда занимается одним и тем же: красноречиво убеждает богатых клиентов в том, что наш бизнес принесет им еще больший доход.

— Она тебя недооценивает, — резюмировал Тэд. — Ты делаешь большую часть работы, а она снимает сливки.

— Да, но именно она — босс. Надин без меня обойдется, а вот я другую такую работу не найду.

— И ты тоже себя недооцениваешь, — усмехнулся он, расплачиваясь за блинчики с джемом. — Может быть, все же подумаешь над тем, чтобы стать моей секретаршей?

Элли скептически улыбнулась.

— Променять должность главной помощницы Надин Миллер на место секретарши в заурядной фирме? Уж прости, Тэд, разница слишком велика.

— По сути, разницы никакой, — возразил он. — Ты все так же будешь приносить кофе боссу и готовить отчеты.

— А жалованье?

— С этим, конечно, сложнее… Столько, сколько платит тебе Миллер, я предложить не смогу. Однако у меня тебе будет спокойнее.

Элли мягко улыбнулась и взглянула на Тэда. Он был хорош собой. Особенно шел ему этот дорогой костюм.

— Спасибо, но я пока повременю со сменой работы.

— Если что, имей в виду, что я возьму тебя к себе в любой момент, — сказал он на прощание и направился в свой офис.

Элли, осторожно неся поднос, вошла в кабинет Надин. Та разговаривала по телефону, вальяжно развалившись в кресле. Она взглядом указала помощнице на полную мусорную корзину. Элли снова вышла в коридор, вытряхнула бумаги в большой бак и вернулась обратно.

— И пыль вытри, — шепнула Надин, прикрыв нижнюю часть трубки рукой.

Элли скрипнула зубами. Ей сегодня предстояло переделать массу дел. А Надин, словно забыв про это, заставляла ее выполнять работу уборщицы.

Вытри пыль, выброси мусор, принеси кофе… И между делом будь добра подготовить отчеты, ворчала про себя Элли. Тэд прав. Надин меня недооценивает. Она считает, что, раз уж мне повезло работать на нее, то я должна прыгать от радости и всегда быть готовой лететь хоть на край света по первому ее требованию. Интересно, Миллер вообще задумывалась когда-нибудь о том, что случится, если я вдруг однажды не выйду на работу? А ведь я могу заболеть или попасть в аварию… И Надин в этом случае сядет в лужу. Она ничего без меня не может. Только я знаю, где лежат все необходимые документы, сколько стоят ее любимые пончики в местном кафетерии и когда приходит уборщица… Кстати о последней. Ее давно пора уволить. Я и так целый день убираю офис, так что в услугах уборщицы просто нет смысла.

Как раз в этот момент Надин неловко повернулась в кресле и локтем задела стаканчик с кофе. На полу моментально образовалась коричневая лужа, а мисс Миллер едва успела отодвинуться, чтобы на ее костюм не попали брызги.

Элли, не дожидаясь приказа, взялась за тряпку.

Да-да, полы тоже мою я…

— До вечера, мистер Кливленд, — закончила разговор Надин и брезгливо уставилась на помощницу, ползающую у ее ног. — Ты еще долго? У нас масса дел, а ты занимаешься ерундой!

— Уже закончила, мисс Миллер, — пытаясь не заорать от ярости, процедила Элли.

— Вижу, ты сердишься? — Надин встала с кресла и подошла к окну. — Тебе, наверное, не нравится, что я тебя заставляю делать черную работу?

Элли, продолжая тереть пол, кинула на нее быстрый взгляд. Поговаривали, что Надин умеет читать мысли. Эта женщина улавливала чужие настроения, словно была мощным радаром.

— Ты не ответила на мой вопрос.

Элли поднялась с колен, швырнула тряпку в ведро и посмотрела начальнице в глаза. Сказать правду — значит потерять работу. Так что придется врать.

— Мисс Миллер, мне вовсе не трудно выполнять разного рода поручения. Я слишком многим вам обязана, чтобы недовольно морщить нос в ответ на ваши просьбы.

Надин наставила на нее указательный палец.

— Вот это верный ответ! Всегда помни о том, что пять лет назад ты была никем!

— Я помню, — тихо произнесла Элли и принялась собирать бумаги, разбросанные по всему столу.

Да, она помнила. Ведь, как бы ей этого ни хотелось, забыть не удавалось. Прежде всего потому, что мисс Миллер постоянно напоминала об обстоятельствах, что привели к ней Элли.

Пять лет назад это было. Так давно… Однако тот день Элли до сих пор помнит во всех деталях. Ей было двадцать семь, но она едва сводила концы с концами. Жила в ужасной комнате с видом на глухую кирпичную стену. Ела один раз в сутки. Просить помощи Элли не привыкла, поэтому начала приучать себя к мысли о том, что в скором времени она либо умрет от голода, либо начнет воровать. И тогда она встретила Надин.

В то время та еще не была такой крутой, как сейчас. Она ездила на побитом «бьюике», а не на дорогущем «лексусе». Покупала одежду не в модных бутиках, а в дисконтных магазинах и на распродажах. И, разумеется, почти никто ее не знал.

Мисс Миллер только-только начинала свой бизнес. И ей нужна была хваткая и умная помощница, которая согласилась бы выполнять любую работу за небольшие деньги.

Элли пришла на собеседование к Надин в офис — крошечную каморку с давно не крашеными стенами. И конечно же ухватилась за возможность поработать. Оплата была невелика, но все лучше, чем ничего.

А уже через год Надин твердо встала на ноги. Посыпались выгодные предложения, запахло большими деньгами… Вскоре мисс Миллер, которая, безусловно, имела большой талант ведения бизнеса, успешно провернула несколько сделок и утроила Элли зарплату. Офис переехал в деловой район, а Надин наняла еще несколько помощников.

Прошло еще четыре года, и теперь Элли, оглядываясь назад, без сожаления вспоминала о покинутом ею дешевом жилье и голодных деньках.

Она была безумно благодарна Надин зато, что та вытащила ее из помойной ямы на чистенький тротуар, пахнущий мылом. Однако Элли не могла не понимать, что начальница никогда не относилась к ней с теплотой и не осознавала, что без замарашки Бланшетт не добилась бы успеха так быстро. Разве что если отыскалась бы еще одна голодная молодая женщина, готовая не спать ночами и работать, работать, работать…

Или я все-таки преувеличиваю свои заслуги, подумала Элли, наводя порядок в шкафу с книгами. Надин справилась бы в любом случае. Со мной или без меня. Чуть раньше или чуть позже. Да и какой теплоты я хочу? Она ведь совершенно не способна любить. Ей тридцать четыре года, а у нее нет никакой личной жизни, детей Надин терпеть не может, животных тоже… Зато мне она регулярно увеличивает жалованье. Наверное, это ее способ сказать спасибо.

Надин снова с кем-то принялась говорить по телефону, одновременно что-то записывая в своем блокноте. Она взглядом дала понять Элли, что та должна подойти, и придвинула к помощнице чистый лист бумаги. Через несколько секунд мисс Миллер начала быстро диктовать цифры.

Элли уже знала, что это означает, поэтому схватила ручку и принялась строчить, оставляя на белом листе ровные ряды цифр. Начальница каждое утро узнавала, насколько поднялись, либо упали курсы тех или иных акций. От итога напрямую зависело ее настроение. Если Надин хоть немного выигрывала, то Элли радовалась вместе с ней. А если проигрывала… Что ж, это означало, что день испорчен с утра.

В этот раз Элли повезло. Весело улыбаясь, Надин отложила телефон и забарабанила пальцами по подлокотникам кресла.

— Надеюсь, продолжение дня будет таким же удачным, как и его начало. Дай-ка сюда свои записи. Хотя мне и так уже ясно, что я в выигрыше.

Какое счастье! — подумала Элли. Может быть, теперь Надин перестанет заставлять меня делать уборку и поручит что-нибудь важное.

— Можешь приниматься за работу. — Мисс Миллер словно прочла ее мысли. — И не беспокой меня в течение часа. На все телефонные звонки я буду отвечать сама.

Элли вошла в соседнюю комнату с удобным столом и ноутбуком на нем. Это помещение служило то личным кабинетом Надин, то местом ссылки ее помощницы. В общем, обе женщины поочередно приходили сюда, когда нужно было поработать в тишине и спокойствии.

Первым делом Элли отключила телефон и принялась за документы. Она составила несколько договоров, подсчитала прибыль за последние две недели и набросала примерный план сегодняшней речи Надин. Сделав все, что нужно, Элли взглянула на часы и обнаружила, что сидит взаперти уже два с половиной часа.

Она осторожно приоткрыла дверь и заглянула в комнату, где осталась начальница. Надин на месте не было. Вместо нее в кресле сидел мужчина лет тридцати пяти и читал утреннюю газету.

— Добрый день! — произнесла Элли, закрывая за собой дверь. — Вы… кого-то ждете?

Вопрос был, по крайней мере, нелепый. Сомнительно, чтобы этот мужчина зашел в первый попавшийся офис, чтобы немного отдохнуть и изучить прессу. Скорее всего, его привела Надин. Вот только где же она сама?

Незнакомец, кстати весьма приятной наружности, взглянул поверх газеты на Элли.

— Надо же, какая симпатичная помощница у Надин! Если бы я знал об этом раньше, то приходил бы гораздо чаще в офис мисс Миллер. — Его ироничный взгляд скользнул по фигуре Элли. — Давно вы здесь работаете?

Элли усмехнулась.

— Пять лет.

Брови мужчины поползли на лоб.

— Сколько-сколько? Вы хотите сказать, что я не общался с Надин целых пять лет?

Элли вышла на середину комнаты. Что это за тип? Она готова была поклясться, что никогда не видела его. Наглый, самоуверенный человек — вот какое он производил первое впечатление. Мужчина был недурен собой: брюнет с едва заметной первой сединой в волосах, с прищуренными, словно от яркого солнца, глазами опытного и не лишенного юмора человека, плюс двухдневная щетина на подбородке — Элли обожала небритых мужчин. Однако она не стала бы доверять этому типу. Его вряд ли можно было бы назвать отличным парнем. Видно было, что он многое пережил и ко всему на свете относится с изрядной долей скептицизма.

— Кто вы? — спросила Элли. — Я заработалась и не слышала, как вы пришли. И где Надин?

— Слишком много вопросов, — ухмыльнулся он. — Что, если я вор? Вошел в кабинет и увидел, что никого нет, вот и решил полазать по ящикам стола.

— Но заметили газету и зачитались? — хмыкнула Элли.

— А что? Такого не может быть?

Элли покачала головой. Где же все-таки Надин? Только она могла разобраться в происходящем.

Мужчина сложил газету и кинул ее на стол, потом указал Элли на стул для посетителей.

— Присаживайтесь, мисс…

— Бланшетт. Элли Бланшетт. — Она продолжала стоять, скрестив руки на груди.

— Элли? — удивился он. — Забавно.

— Что забавного в моем имени?

— Оно никак не вяжется с вашим образом всезнающей стервы.

— А вы думаете, что я стерва? — она вопросительно изогнула бровь.

— Я хорошо знаю Надин. Она работает только с себе подобными. Или, точнее, все люди, общающиеся с ней, рано или поздно становятся ее двойниками. Особенно женщины.

— Вы же не видели ее пять лет. Возможно, она изменилась, — сказала Элли.

— Вряд ли. Готов заключить пари с кем угодно на что угодно.

— Не боитесь проиграть?

— В этом случае — нет. — Он иронично улыбнулся. — А вы так и будете стоять?

— Как вас зовут? — не обращая внимания на его вопрос, поинтересовалась Элли.

— Грегори, — охотно ответил он. — Можно просто Грег. Но я предпочитаю полный вариант.

— А фамилия?

— Зачем вам ее знать? Собираетесь заявить на меня в полицию за незаконное проникновение в частный офис? — Он взял со стола визитку Надин и протянул Элли. — Кстати, я вполне могу быть посторонним. Ведь здесь повсюду раскиданы картонки с именем хозяйки офиса.

— Перестаньте вешать мне лапшу на уши. — Элли вытащила из кармана своей жилетки миниатюрный телефон и набрала номер Надин.

— Эй, так нечестно! — воскликнул Грегори. — Я еще собирался поиграть с вами в шарады какое-то время!

— Обойдетесь. — Элли было совершенно ясно, что этот человек не может быть важным клиентом Надин.

Однако распахнулась дверь, и в кабинет вошла сама мисс Миллер. Она держала в руках поднос с двумя стаканчиками кофе и тарелкой, на которой лежали пончики.

— Перестань мне звонить, — строго сказала Надин. — Мой телефон лежит в заднем кармане брюк и вибрирует так сильно, словно у меня в заднице улей с пчелами.

Элли открыла рот от удивления и нажала на кнопку отбоя. Что это произошло с Надин? Она никогда не ходила в кафетерий сама.

Начальница тем временем поставила поднос на свой стол перед Грегори и сказала:

— Кофе со сливками и без сахара. Пирожков с вишневым джемом не было, извини.

Надин пододвинула стул для посетителей к столу и вопросительно взглянула на Элли.

— А что ты тут делаешь? Если мне не изменяет память, ты должна составлять отчеты.

— Я уже все сделала. — К Элли наконец вернулся дар речи. — А зачем вы пошли в кафетерий? Могли бы меня попросить.

— Иногда полезно размяться, — заявила Надин и мило улыбнулась Грегори.

Да-да! Мило и кокетливо! Так, как обычно женщины улыбаются понравившимся мужчинам.

Не может быть! — подумала Элли, глядя на начальницу во все глаза. Кто же такой этот Грегори? Неужели бывший любовник, которого она где-то случайно встретила? Другого объяснения нет. За пять лет я ни разу не видела Надин с мужчиной. Точнее, я знаю, что она время от времени заводит любовников, но очень быстро с ними расстается. И уж конечно она никогда не приводила ни одного из них в святая святых — свой офис!

— Ты еще здесь? — Надин посмотрела на нее исподлобья. — Сбегай в «Старк компани», возьми у Тэда несколько пачек бумаги для принтера.

— Но ведь… — Элли хотела сказать, что бумаги еще достаточно, но запнулась, наткнувшись на холодный взгляд синих глаз Надин. Ясно, что начальнице всего лишь нужен был предлог для того, чтобы остаться наедине со своим гостем.

— Конечно, мисс Миллер, — сказала Элли и вышла в коридор.

Ну и дела! — думала она, шагая в офис Тэда. Неужели у Надин появился поклонник? Нет, не так… Неужели Надин решила наконец заняться личной жизнью? Ибо без ее на то желания ни один мужчина не имел бы ни малейшего шанса добиться расположения ледышки мисс Миллер.

Элли вошла в офис Тэда и отыскала своего приятеля глазами. Он стоял у копировального аппарата и что-то объяснял своему менеджеру. Скорее всего, принцип работы этой машины.

Заметив Элли, Тэд помахал ей рукой, подзывая к себе.

— Бумага закончилась? — спросил он.

— Честно говоря, нет. Однако вернуться с пустыми руками я тоже не могу.

Он недоуменно взглянул на нее. Элли взяла его под руку и отвела в сторону.

— Ты и представить не можешь, что сейчас произошло!

— Надин встала перед тобой на колени и поблагодарила за верную службу?

— Нет, еще невероятнее!

— Что может быть невероятнее? — изумился Тэд.

Элли кратко рассказала ему обо всем. Ей просто необходимо было выговориться. Ничто так не поднимает настроение, чем сплетни о собственном начальстве.

— И она принесла ему кофе? — переспросил Тэд, когда Элли замолчала. — Тогда у Надин с этим парнем все серьезно. Чем подобный поворот событий может грозить тебе?

— Пока ничем. Хотя, кто знает, может, у нее крышу снесет от любви к нему, и она перестанет интересоваться карьерой.

— Ни за что в это не поверю!

Элли вспомнила похожие слова Грегори в адрес Надин и задумалась.

— Мне показалось, что этот мужчина совсем не в восторге от Надин. Хотя я могу ошибаться.

Тэд хохотнул.

— Ну в данном случае совершенно не важно, что думает он. Ты же понимаешь.

— Этот человек… Грегори… Он вовсе не такой бесхребетный, как другие любовники Надин.

— У нее действительно были любовники? — Тэд рассмеялся. — Ты серьезно? Мне казалось, она влюблена только в свою работу.

Элли махнула рукой и раздраженно поморщилась.

— Она встречалась с мужчинами время от времени. Надин знакомилась с симпатичными официантами и даже с консьержами в своих многочисленных поездках. Потом спала с теми, кого сама выбрала, и прощалась с ними на следующее утро. Или через несколько дней. Никто не продержался дольше недели. Она непостоянна. Я не очень-то одобряю подобные отношения, но это не мое дело.

— А тут вдруг появился… Грегори и она растаяла? — Тэд задумчиво потер подбородок.

— Да. Он сказал, что не видел ее много лет.

— Может быть, он просто ее приятель?

— Все равно… это странно…

— Согласен. Надин приносит кофе мужчине — действительно есть чему удивляться.

— Не смейся.

Тэд обнял ее за плечи и повел к двери, захватив по дороге две пачки бумаги.

— Элли, извини, но, по-моему, ты преувеличиваешь. Почему Надин не может себе позволить маленькую слабость: сходить в кафетерий за пончиками?

— Ты считаешь, что я зря паникую?

— А почему ты, собственно говоря, так переживаешь?

— Потому что я боюсь перемен, — призналась Элли, останавливаясь у двери. — Я привыкла работать по ночам, вставать ни свет, ни заря, проводить большую часть времени в самолетах, выслушивать упреки Надин… Я терпела, потому что мне нужны были деньги. Много денег. И постепенно я начала получать удовольствие от такого ритма жизни. И вот теперь все может рухнуть.

— Да с чего ты взяла?! — воскликнул Тэд. — Элли, тебе нужно принять успокоительное. Вот если бы ты увидела, как Грегори дарит Надин кольцо, тогда стоило бы паниковать.

— Да, ты прав, — выдавила из себя Элли и, взяв бумагу, вышла из офиса.

Надин была старше Элли на два года. Эта вроде бы небольшая разница давала начальнице еще один повод смотреть на подчиненную сверху вниз. Мисс Миллер ясно давала понять всем, кто был ниже ее по статусу или моложе хотя бы на год, что она — главная.

Взяв Элли на работу, Надин первым делом предупредила: никаких амурных похождений. Только работа. Иначе успеха не достигнуть.

Сначала выполнять это условие было довольно легко. Элли и сама смотреть не хотела на мужчин, которые желали с ней познакомиться поближе. А таких появлялось все больше и больше по мере того, как дела Надин шли в гору. Видимо, встречаться с помощницей мисс Миллер считалось престижным.

Помимо этого Элли, начав зарабатывать деньги, научилась их с толком тратить. Она подстриглась, сменила свой мышиный, неопределенный цвет волос на красивый платиновый, начала посещать косметолога и полюбила ходить по магазинам. Обладая от природы хорошей фигурой и симпатичным лицом, Элли привлекала взгляды мужчин. И однажды начала получать от этого удовольствие.

В одной из своих поездок она познакомилась с умным и обаятельным Стивом Уолшем. Благодаря благоприятному стечению обстоятельств они провели полторы недели в Голливуде. Это было сказочное время. Элли до сих пор вспоминала о нем с благоговением. Она по уши влюбилась в Стива. А тот отвечал ей взаимностью. Но сказка кончилась, как только в Голливуд вслед за своей помощницей прилетела Надин. Та сразу же поняла, что происходит в душе Элли, и сделала все возможное, чтобы поссорить свою нерадивую подчиненную со Стивом.

Разлучить влюбленных оказалось просто. Надин всего лишь поставила Элли перед фактом: или та расстается со своим дружком, или теряет работу. Конечно же победила карьера.

Элли до сих пор корила себя за то, что сделала выбор в пользу работы. Однако она также понимала, что иначе поступить не могла. В тот период слишком рано было думать о личной жизни. Элли честно рассказала Стиву об ультиматуме. И он, вместо того чтобы побороться за свою любовь, обиделся и отступил.

Мы оба были слишком молоды, чтобы попытаться понять друг друга, рассуждала теперь Элли. Стив был начинающим бизнесменом и не смог бы обеспечить семью. А ждать, пока он встанет на ноги, я не хотела. Тем более что Надин постоянно напоминала мне о том, что я балансирую на краю пропасти.

Так закончилась история любви Элли и Стива. С тех пор они не виделись и не звонили друг другу.

Элли еще несколько раз пыталась заводить романы, но надолго ее не хватало. Рядом всегда была Надин, зорко следящая за каждым шагом своей подчиненной.

Когда Элли сказала Тэду о том, что опасается перемен, то ни капли не преувеличила. Она всегда опасалась, что когда-нибудь Надин плюнет-таки на карьеру и решит посвятить себя мужу и детям. Да, это казалось невероятным. Однако такое вполне могло случиться. И поэтому Элли страшно боялась… остаться в одиночестве. Она-то однажды выбрала работу, потому что не могла поступить иначе. А Надин, чувствуя себя властительницей судеб, вполне способна подложить свинью ближнему своему и потом начать жить в свое удовольствие.

Элли слишком хорошо знала свою начальницу. Та как-то проговорилась, что начала заниматься бизнесом после того, как ее бросил любимый мужчина. А это признание означало одно: Надин не устоит перед искушением когда-нибудь взять реванш. Что она и делала постоянно, меняя любовников как перчатки. Однако в глубине души, Элли была в этом уверена, Надин мечтала о большой любви. Потому что все женщины одинаковы, и даже холодные стервы хотят выйти замуж.

Я не успокоюсь, пока не узнаю, кто такой этот Грегори и какие на него планы у Надин, решила Элли, останавливаясь у двери офиса мисс Миллер. Надеюсь, я им сейчас не помешаю…

Надин по-прежнему сидела рядом с Грегори. Кофе давно был выпит, а пончики съедены. Элли запихнула пачки бумаги в шкаф и вопросительно взглянула на начальницу. Однако та смотрела только на Грегори.

— Что скажешь в ответ на мое предложение?

Грегори кинул быстрый взгляд на Элли, и уголки его губ поползли вверх.

— Мне нужно подумать, дорогая.

Надин нетерпеливо заерзала и наклонилась вперед.

— Грег, ты же знаешь, я не могу долго ждать.

— Придется, — сказал он спокойно. — Или найди кого-нибудь другого.

Ого! Элли сделала вид, что ищет что-то в шкафу. О чем бы ни шла речь, Надин явно в проигрыше. Не припомню, когда ее в последний раз ставили на место. А Грегори не промах…

— Элли, еще кофе! — сказала Надин, словно только сейчас заметила свою помощницу.

— Да, мисс Миллер, — с улыбкой ответила Элли, закрывая стеклянные дверцы шкафа и успев посмотреть на свое отражение, чтобы выяснить, в порядке ли прическа.

Все, что угодно, лишь бы поскорее выяснить, что происходит.

2

Когда Элли вернулась в офис, Грегори она уже не застала. Надин отвечала на электронные письма и не обращала никакого внимания на свою помощницу.

— Если ваш гость ушел, можно, я выпью его кофе? — спросила Элли, ставя перед начальницей пластиковый стакан.

— А? — переспросила та, поднимая взгляд.

— Кофе… Я его выпью?

— Да, конечно. — Надин снова уставилась в экран ноутбука.

Элли взглянула на часы: без четверти три. Неужели не будет больше никаких распоряжений?

В окно било яркое солнце. У Элли защемило сердце. Как было бы чудесно оказаться сейчас на берегу океана, поплескаться в теплых волнах, пробежаться по обжигающе-горячему песку… Но нет, об этом можно и не мечтать. Начинается пора сделок и предложений. В это время года клиентов всегда особенно много. Надин не отпустит Элли даже на пару дней.

Вот ирония: их бизнес был напрямую связан с отдыхом. Однако сами они только и делали, что работали.

— Мисс Миллер, какие будут указания? — спросила Элли.

Надин со вздохом откинулась в кресле и сняла очки. Без них она выглядела на несколько лет моложе.

— Тебе скучно, Бланшетт? Делать, что ли, нечего? — издевательски спросила она.

— Дел полно, но… Может быть, есть что-то важное… проблема, требующая немедленного решения?

— Увы, нет. Можешь пока прогуляться. Не забудь только про шесть часов.

Элли потеряла дар речи. Надин отпускает ее погулять? Не может быть!

— Что происходит?

— В смысле? — нахмурилась Надин.

— У нас проблемы?

— У меня — нет. А у тебя?

— Вы ведете себя очень странно, мисс Миллер, — сказала Элли. — Обычно дел у нас пруд пруди. Вы три шкуры с меня спустить были готовы, если я хотя бы на пять минут отвлекусь, чтобы поесть. А нынче вы вдруг стали такой добренькой.

— Послушай-ка, дорогуша, — строго произнесла Надин. — Не смей разговаривать со мной таким тоном! Что это ты себе позволяешь?

— Я лишь хочу знать, не лишусь ли я на днях работы.

— Непременно лишишься, если продолжишь свой допрос.

Элли ничуть не испугалась.

— Скажите прямо: что-то не так с бизнесом? Вы прогорели?

— Ну ты и дура, Бланшетт. — Надин снова надела очки и подвинула к себе ноутбук. — Иди проветрись. Может быть, тогда идиотские мысли вылетят у тебя из головы. Я прогорела! Да как же! Вон отсюда, пока я не рассердилась по-настоящему. Жду тебя без десяти шесть с красной папкой в руках. Курьер должен доставить ее уже в половине пятого.

— А если не доставит?

— Значит, мы действительно прогорим, и твои подозрения оправдаются. — Надин нетерпеливо замахала рукой. — Выматывайся, не мешай мне работать.

— Ну хорошо, — пробурчала раздраженная Элли. — Раз вы так хотите…

Она вышла в коридор и пешком спустилась вниз. Элли не прочь была прогуляться, когда выдавалась такая возможность. Надин что-то затевала, это ясно, как день. Однако она ни за что не расскажет, что у нее на уме, даже если умолять ее, стоя на коленях.

Ух, ненавижу, когда меня не ставят в известность о происходящем! Элли со злости пнула дверь на первом этаже, сбив носок туфли.

Отлично! Только этого мне не хватало! Я испортила новые туфли!

Она выскочила в холл и с размаху налетела на какого-то мужчину.

— Извините, — процедила она, не глядя на него, но он остановил ее, схватив за плечо.

— Вы не в настроении, как я погляжу? Но ведь нельзя вымещать свою злость на ни в чем не повинных людях.

Элли подняла глаза и удивленно ахнула:

— Грегори?! Я думала…

Он усмехнулся и поправил галстук.

— Что вы там думали, милочка?

— Я вам не милочка! — вспыхнула она.

Элли даже рада была снова столкнуться с мужчиной, которого заранее считала виновником будущих бед. А она чувствовала, что этот человек каким-то образом способен изменить ее жизнь. Интуиция Элли редко подводила.

— Да не сердитесь вы, — сказал он миролюбиво. — Я вам ничего плохого не сделал.

— Да-да… — пробормотала она. — Простите, я тороплюсь.

— Может быть, нам по пути? Я вас подвезу.

Элли, уже сделавшая несколько быстрых шагов, внезапно остановилась. Она ведь хотела знать, зачем Грегори приходил к Надин? Так вот, пожалуйста, появилась прекрасная возможность выяснить это.

— А вы никуда не торопитесь?

Грегори развел руками.

— Сегодня я абсолютно свободен.

Она постаралась обаятельно улыбнуться, и, кажется, ей это удалось. По крайней мере, выражение недоверия исчезло с лица Грегори.

— Не хотите немного прогуляться? — спросила Элли. — У меня тоже выдалась пара свободных часов.

— С удовольствием составлю вам компанию, — тут же согласился Грегори.

Они вышли из здания и направились к скверу неподалеку. Элли старалась сообразить, с чего можно начать разговор, чтобы потом плавно перейти к обсуждению Надин. Однако так ничего и не придумала. Впрочем, Грегори вдруг сам затронул эту тему.

— Надин вас совсем загоняла, наверное? То кофе ей принеси, то пыль вытри… Она всегда была такой. Любила командовать.

— Вы давно с ней знакомы? — закинула удочку Элли.

— Мы жили рядом. По соседству. У нас был роман.

— О… — протянула Элли, не зная, что еще сказать.

— Да, юность — бурная пора. Мы поддерживали отношения. Переписывались время от времени, иногда виделись на вечеринках общих приятелей, но вот недавно столкнулись — где бы вы думали? В супермаркете!

— И она пригласила вас в свой офис?

— Ну вообще-то Надин предложила мне работу.

— Серьезно? Что за работа?

— А Надин вам не сказала? — хитро прищурившись, спросил Грегори.

— Н-нет… — заикаясь, произнесла Элли, понимая, что попала в ловушку.

— Тогда я тоже не вправе делиться с вами секретами Надин. Хоть вы и ее первая помощница.

— Разумеется, — сухо произнесла Элли и поискала глазами тележку с мороженым. Самое время съесть чего-нибудь холодного и остудить свое разгоряченное жарким солнцем тело и взбудораженные нервы.

Мороженщик был улыбчивым круглолицым пареньком. Ему явно нравилась его работа. Однако Элли посмотрела на него таким сердитым взглядом, что продавец как-то сразу сник.

— Шоколадное с орешками, пожалуйста.

— А мне лимонное, — произнес Грегори, протягивая деньги. — В детстве я его обожал.

Мороженщик отсчитал сдачу и заискивающе взглянул на Элли, которая стояла возле тележки, скрестив руки на груди и сурово сжав губы.

— А лимонаду не хотите?

— Хорошая мысль, — сказал Грегори. — Правда, Элли? Такая жара…

— Валяйте, налейте и лимонаду, — сказала она, по-прежнему без тени улыбки на лице. Элли взяла мороженое и лимонад и отошла в сторонку.

— Она всегда такая сердитая? — шепотом спросил любопытный продавец.

— Полагаю, что да, — так же тихо ответил Грегори. — Это все оттого, что она слишком много времени проводит в офисе. Женщинам противопоказано работать больше пяти часов в день. В противном случае они становятся мегерами.

— Вот уж ваша правда, — произнес парень.

— О чем вы там шушукались с этим мороженщиком? — произнесла Элли, когда Грегори подошел к ней.

— Болтали о погоде. Прекрасная тема для поддержания беседы.

— Да, если больше не о чем поговорить.

— Элли, почему вы на меня сердитесь?

Она округлила глаза.

— Я? На вас? Вот уж неправда!

— Ну да, мне просто показалось, — хмыкнул он, шагая по аллее рядом с Элли, до сих пор державшей в одной руке банку с ледяным лимонадом, а в другой — мороженое.

У нее в сумочке запищал телефон. Элли нервно вздрогнула. Только бы не Надин! А ведь это наверняка она. Вспомнила о каком-то срочном деле и решила вызвать помощницу обратно в офис.

— Подержите. — Элли вручила мороженое, которое уже начало подтаивать, Грегори, затем быстро, в несколько глотков, выпила лимонад и выкинула банку в урну. Наконец телефон оказался у Элли в руках. Она мельком взглянула на дисплей. Нет, это не Надин! Какое счастье.

— Да, Тэд?

— Ты в офисе?

— Нет, а что случилось?

— Ничего особенного. Стерва отправила тебя куда-то с очередным поручением?

— Вроде того, — сказала Элли, решив не распространяться по поводу странного приступа доброты Надин.

— Я звоню потому, что мне в руки попали два приглашения на открытие нового ресторана в центре Нью-Йорка. Это будет завтра, в восемь вечера. Хочу пригласить тебя. Что скажешь?

— Это, конечно, замечательно. Но ведь я не знаю, что будет завтра. Вполне возможно, уже сегодня вечером мне придется лететь в другую страну.

— Но если ты останешься в этой, то примешь приглашение?

— Можешь не сомневаться.

— В таком случае, я на тебя рассчитываю.

Элли нажала на кнопку отбоя, кинула телефон обратно в сумочку и забрала мороженое у Грегори.

— Ваш молодой человек?

— Что? — переспросила она, слизывая молочные капли с вафельного рожка.

— Вам только что звонил ваш молодой человек?

— Почему вы спрашиваете?

— Потому что удивлен, что у вас есть личная жизнь. С такой-то загруженностью на работе.

Элли рассмеялась.

— Вы правы, нет у меня личной жизни. А звонил мой приятель, чтобы пригласить меня на открытие нового ресторана.

— Ах, да, слышал. — Грегори поскучнел. — Вы не много потеряете, если не пойдете.

— Откуда вы знаете?

— Я совладелец этого ресторана.

— Вот как? — удивилась Элли. — И так отзываетесь о заведении, в которое вложили деньги?

Грегори подошел к ней ближе и прошептал:

— Только никому не говорите: меня заставили!

— Очень смешно! — рассердилась Элли. — Все вы врете. Нет у вас никакого ресторана.

— Почему вы так решили?

— Вы слишком непрезентабельно выглядите.

— Спасибо за комплимент. Уж так приятно, что и выразить не могу, — сказал он с обидой, хотя оскорбленным совсем не выглядел. — Значит, я не тяну на роль дельца?

— Простите, но нет.

— А кто же я в таком случае?

Элли остановилась и, прищурившись, взглянула на него. Несколько секунд она изучала внешность Грегори, а потом сказала:

— Вы адвокат.

— Ну, с вами скучно! Вы точь-в-точь как Надин, что бы там ни говорили. Она тоже отлично угадывает, что за человек стоит перед ней.

— Значит, вы действительно адвокат?

— Да, это так. Но почему бы мне не быть еще и совладельцем ресторана?

— Завтра вы будете на открытии? Если нет, то вы мне солгали.

— Не хотел приходить, но теперь, видно, придется.

Элли доела мороженое и вытерла липкие пальцы влажной салфеткой. Ей хотелось сбежать от Грегори. Он действовал на нее, как плохой кофе: бодрил, но на вкус был отвратительным. Проще говоря, ей тяжело было общаться с этим человеком. Почему? Наверное, из-за того, что он, как и Надин, обладал чересчур сильной энергетикой. Он привык командовать, побеждать и выигрывать все состязания. А Элли не хотела бороться и не желала в его лице приобретать еще одного начальника.

— Мне пора, — сказала она. — Хочу забежать к моему парикмахеру, пока есть время.

— Что ж, увидимся, — произнес Грегори и слегка поклонился. — Приятно было познакомиться.

— Мне тоже, — ответила она и быстро зашагала прочь.

Когда Элли оглянулась, то Грегори уже не было видно.

Странный человек, решила она. Надин наверняка предлагала ему должность штатного юриста, которого нам так не хватает. Если он согласится, то видеться с ним я буду каждый день. Безрадостная перспектива. Я сильная личность, однако мне все равно сложно с ним общаться. Еще одну Надин, но в брюках, я не выдержу.

Она вышла от парикмахера в пятнадцать минут шестого. Всего два квартала ее отделяло от отеля, в котором Надин часто оставляли корреспонденцию. Мисс Миллер не имела собственной квартиры. Она считала, что глупо покупать жилье, когда ты вечно в разъездах. В этом был смысл, но Элли считала, что гораздо приятнее знать, что где-то у тебя есть свой уютный дом. Пусть даже ты в нем редко бываешь. С другой стороны, почему бы Надин и не жить в собственном отеле?

Элли за десять минут добралась до «Карт-бланш» и подошли к стойке портье, за которой стоял высокий и чрезвычайно худой мужчина, на котором форма работника гостиницы висела, как на вешалке.

— Есть почта для мисс Миллер? Я ее помощница.

— Я знаю, — улыбнулся мужчина. — Вы ведь всегда забираете ее корреспонденцию.

— А мне казалось, что я никогда вас раньше не видела.

— Наверное, не обращали на меня внимания. — Он положил перед ней стопку писем и два больших конверта. — Вот все, что есть.

— Я заберу только это. — Элли взяла конверт, в котором на ощупь угадывалась папка. Она надорвала его и убедилась, что в нем именно то, что нужно. — За остальным мисс Миллер зайдет сама.

— Конечно. Распишитесь. — Портье протянул ей бланк, и она начертала свое имя.

— Всего хорошего, — сказала Элли и тоже улыбнулась мужчине.

Он смотрел на нее с таким восхищением, словно готов был в любую минуту предложить руку и сердце.

Это все моя новая прическа, весело подумала Элли, выходя из отеля. Я чудо как хороша.

Она остановилась на переходе и подождала, пока загорится зеленый свет. Любопытство взяло верх над благоразумием, и Элли осторожно открыла конверт и заглянула в него, продолжая идти по дороге. Внутри лежала… синяя папка.

Элли остановилась как вкопанная.

— Эй, что за…

Она не успела договорить, потому что услышала визг тормозов. Повернув голову, Элли успела заметить лишь бледное и испуганное лицо водителя «мерседеса». В следующий момент бампер моташины врезался ей под ребра. Элли отлетела на несколько метров и потеряла сознание.

Ей снилось, что она стоит на крутом берегу, а внизу плещется море. Оно было синим-синим, как, впрочем, и небо над ним. Элли никогда раньше не видела таких ярких красок.

Может быть, я попала в рай? — подумала она. Откуда-то издалека донесся незнакомый мужской голос:

— Осторожнее, не переворачивайте ее! У нее может быть сломан позвоночник.

— Как бы не так! — сказала Элли и ласточкой нырнула в прохладные волны моря.

Быстрое течение понесло ее к горизонту. Она раскинула руки, позволяя воде ласкать послушное тело. Элли было так хорошо и спокойно, словно она действительно попала в рай.

Она лежала на воде, совершенно не боясь утонуть, и смотрела на маленькие барашки облаков. Ветерок обдувал ее лицо и почему-то пах каким-то лекарством. Внезапно Элли подкинуло вверх, словно какая-то большая рыба толкнула ее в спину. Элли замахала руками и вдруг… очутилась на траве, под пальмой. Элли попыталась встать, но не смогла пошевелить даже пальцем.

Что происходит? Я как будто прилипла к земле…

Неожиданно ей на глаза кто-то накинул платок. Она услышала тихие шаги и испуганно воскликнула:

— Кто здесь?!

В ответ раздался тихий вздох. Элли почувствовала, как кто-то погладил ее обнаженную руку. Страх тут же исчез, словно его смыло морской волной.

— Я не могу пошевелиться, — сказала она. — Ты можешь мне помочь?

— Потерпи немного, — произнес странно знакомый голос, принадлежащий, несомненно, мужчине. — Все будет хорошо.

— Зачем ты закрыл мне глаза?

Он промолчал, но снова прикоснулся к ней. На этот раз мужчина дотронулся до ее шеи, нежно поглаживая кожу кончиками пальцев. Элли улыбнулась. Ей были очень приятны эти прикосновения.

— Я тебе нравлюсь, да? — спросила она.

Где-то глубоко в ее подсознании вертелась мысль, что она спит и видит сон. А это означало, что можно говорить что угодно и действовать так, как ей хочется. Вряд ли в реальной жизни она позволила бы какому-то мужчине трогать себя вот так запросто.

— Ты мне очень нравишься, — сказал он. — И это кажется мне странным…

— Что же тут странного? Разве я не красива? — Элли весело рассмеялась.

Вдруг она почувствовала его запах: мускус и хвоя, терпкий и соблазнительный аромат. Затем мужчина обхватил ладонями ее лицо и поцеловал. Его губы были мягкими и нежными. Он целовал ее медленно, ласково, явно наслаждаясь процессом. Элли ответила ему. Она по-прежнему не могла пошевелиться, иначе давно бы уже обняла его. Ей хотелось раствориться в его объятиях. Элли вдруг почувствовала страстное желание остаться с этим мужчиной навсегда. Она была уверена, что он — ее вторая половина, такое единение было сейчас между ними.

Он отстранился, хотя Элли чувствовала его горячее дыхание у самого лица.

— Останься. Это будет так чудесно: ты и я. Одни на этом острове, — прошептала она.

Мужчина снова поцеловал ее. На этот раз поцелуй был более страстным. Элли сделала усилие над собой, и ей наконец удалось оторвать от земли одну руку. Ее пальцы коснулись шелковистых волос на его затылке. Мужчина отпрянул, и тут платок, которым было закрыто лицо Элли, подхватил ветер…

В этот момент, в — реальности, она открыла глаза, приходя в себя, и заметила перед собой лишь размытый силуэт. Она заморгала, надеясь, что зрение прояснится, и услышала звук отодвигаемого стула, затем шаги и стук захлопываемой двери.

— Не уходи… — прошептала она хрипло и снова погрузилась в небытие.

3

Элли снова открыла глаза лишь спустя несколько часов. Она осторожно повернула голову и уставилась на закрытые жалюзи. В ее комнате были шторы. Это Элли точно помнила. Вывод напрашивался сам собой: она не дома.

Элли вдруг почувствовала резкую боль где-то в районе живота. Неприятные ощущения нахлынули так внезапно, что у Элли потемнело в глазах.

Она застонала, и рядом с ней появились две женщины в белых халатах.

— Лежите спокойно, мисс Бланшетт. Я сделаю вам обезболивающий укол, — сказала одна из них.

— Какой еще укол? — просипела Элли. — Зачем? Где я?

— Вы в больнице. Сожмите, пожалуйста, ладонь в кулак. Да, вот так… — медсестра вколола что-то в руку Элли.

— Что со мной произошло?

— Вас сбила машина. Вы помните что-нибудь?

Элли напрягла память и вдруг дернулась, словно ее ударило током.

— О боже! Который час?

— Мисс Бланшетт, успокойтесь, пожалуйста.

— Вы не понимаете! — вскричала Элли. — Ровно в шесть часов я должна принести документы в красной папке! Мне нужно встать. Помогите мне подняться!

— Мисс Бланшетт, — включилась в разговор другая женщина, как оказалось, врач. На ее бедже было написано имя: Кейт Мюррей. — К сожалению, вы уже опоздали. Сейчас одиннадцать часов вечера. И встать вы не сможете, потому что у вас сломана лодыжка.

Элли бессильно обмякла в кровати, не веря своим ушам.

— Одиннадцать часов? Не может быть! Какой ужас! — она закрыла лицо дрожащими руками. — Я потеряю работу. Я ее потеряю!

— Не волнуйтесь, ваша начальница уже приходила сюда. И забрала ту синюю папку в конверте.

— Как синюю? — ошарашенно взглянула на доктора Элли. — Вы перепутали. Она красная.

— Ничего я не перепутала. Конверт с синей папкой был у вас в руках, когда вы попали под машину.

Элли вдруг нахмурилась, начиная вспоминать случившееся.

— Подождите… А почему я попала под машину?

— Потому что переходили дорогу на красный свет.

— Но горел зеленый!

Доктор и медсестра переглянулись. Элли встревоженно уставилась на них.

— Что со мной не так?

Доктор Мюррей вытащила из нагрудного кармана халата шариковую ручку ярко-красного цвета и поводила ею перед глазами Элли.

— Какой цвет?

— Синий, — уверенно ответила она и вдруг нервно воскликнула: — Да перестаньте вы перемигиваться! Скажите, что со мной?

— Вы не различаете цвета, — сказала медсестра.

Элли снова перевела взгляд на ручку.

— И какого же она, по-вашему, цвета?

Доктор Мюррей улыбнулась.

— Она красная. У вас нарушено цветовосприятие. Мисс Бланшетт, вы когда-нибудь замечали за собой подобное?

— Нет, никогда. — Элли вдруг выхватила из ее пальцев ручку и поднесла ее к глазам. — Постойте-ка… Она действительно красная! Красная…

— Принеси карточки, — попросила доктор Мюррей свою ассистентку.

Та выбежала за дверь и через минуту вернулась обратно с картонками в руках.

— Какого цвета? — спросила доктор, показывая Элли карточку.

— Зеленая.

— А это?

— Красная.

— А вот эта?

— Опять зеленая… — Элли устало закрыла глаза. — Чего вы добиваетесь?

— Нужно выяснить, что с вами. Это могут быть признаки серьезной болезни.

— Как скоро я смогу выписаться? Мне нельзя здесь находиться. У меня полно работы.

— Мисс Бланшетт, у вас сломана лодыжка, — с нажимом повторила доктор Мюррей. — А еще вы получили ушибы ребер и плюс ко всему перестали различать цвета. Что, по-прежнему хотите уйти из больницы?

— Вы не понимаете, — сокрушенно вздохнула Элли. — Моя начальница… Кстати, что она сказала, когда пришла? И кто ей сообщил, что я здесь?

— Мы нашли в вашей сумочке визитки мисс Надин Миллер. Ей и позвонили. Оказалось, что вы работаете на нее, а родственников в этом городе у вас нет.

— В котором часу это было?

— В половине седьмого. Она долго не брала трубку.

Элли застонала, но не от физической боли.

— У нее было важное совещание. Я ее подвела. Да еще взяла совсем не ту папку…

— Вы ни в чем не виноваты, — сказала медсестра, делая беспокойной пациентке очередной укол. — Вы больны, мисс Бланшетт. Каждый имеет право заболеть.

Элли почувствовала, что у нее слипаются глаза. Реальность снова ускользала от нее.

— Что вы мне вкололи? Снотворное?

— Да, потому что вам нужно немного поспать.

— Я уже выспалась! — рассердилась Элли, пытаясь сесть.

Доктор Мюррей, однако, уложила ее обратно и даже заботливо подоткнула одеяло.

— Впервые у меня такая неугомонная пациентка.

— Скажите, из-за меня пострадал кто-нибудь? — спросила Элли, впервые задумавшись о том, что, возможно, стала виновницей серьезной аварии.

— К счастью, все обошлось, — сказала Кейт Мюррей и опустила взгляд.

— Вы чего-то недоговариваете.

— Ну, видите ли, тот человек, который сбил вас… Он тут же уехал. Видимо, испугался, что попадет в полицейский участок. Правда, ему вряд ли грозило бы серьезное наказание, он, по сути, ни в чем не виноват. Однако факт остается фактом: мужчина, сбивший вас на своей машине, исчез. Никто не запомнил номер автомобиля, знают только марку… Скорее всего, владельца «мерседеса» найти не удастся.

— У меня нет претензий к этому человеку. Это я должна просить у него прощения, — занервничала Элли. — А если он сейчас мучится угрызениями совести и думает, что я умерла? Нужно дать объявление в газету. Нужно…

— Вам нельзя волноваться. Поговорим обо всем утром. — Доктор Мюррей и медсестра пошли к двери.

— Стойте! — припомнив свой сон, проговорила Элли. — Ко мне приходил кто-нибудь еще? Мне кажется, я видела мужчину. Или мне показалось?

— Да, вроде бы кто-то приходил, — кивнула медсестра. — Если хотите, я, узнаю имя этого человека в регистратуре.

— Да, будьте так любезны… — пробормотала Элли, засыпая. — Мне кажется, я его люблю…

Утро принесло Элли новые волнения и страшную головную боль. Не успели ей сделать перевязку и обезболивающие уколы, как в палату вошла Надин. Она принесла с собой запах свежего летнего утра и маленький букетик декоративных ромашек. Цветы обрадовали Элли меньше всего. Начальница никогда ничего ей не дарила.

Надин была ослепительно свежа в белоснежных брюках и блузке. Появившись в палате, она сняла солнечные очки с зеркальными стеклами и таким взглядом наградила медсестру, что та поспешила выйти.

— Доброе утро, мисс Миллер, — испуганно пролепетала Элли, ожидая бури.

Надин кинула цветы на тумбочку и села на стул рядом с кроватью Элли. С минуту царила тишина. Наконец Надин глубоко вздохнула, строго посмотрела на свою подчиненную и произнесла:

— Ты хоть представляешь, как сильно подвела меня вчера?

Элли сглотнула слюну, откашлялась и хриплым голосом проговорила:

— Мисс Миллер, я знаю, что страшно виновата, но…

— Никаких «но»! — прервала ее Надин, рубанув ребром ладони воздух. — Я пришла сказать, что ты уволена.

Элли открыла было рот, но вдруг передумала говорить. Ничего другого она и не ожидала. Едва придя в себя, она подумала, что с карьерой покончено. Надин никогда не простит ей сорванной встречи.

— Ты ничего не хочешь сказать?

— Вы правы, мисс Миллер. Я действительно виновата.

Надин скривилась, словно не ожидала такого ответа. Элли даже показалось, что начальница разочаровалась в ней.

— Я сорвала переговоры?

— К счастью, нет. Когда ты не появилась без десяти шесть, я сама отправилась за бумагами. И выяснила, что ты забрала другую папку и куда-то бесследно исчезла. Ты не запомнила, что именно я просила взять тебя?

— Запомнила. И мне казалось, что я забрала именно красную папку. Я ведь и под машину попала из-за того, что перепутала цвета. Я мельком взглянула на светофор и решила, что горит зеленый…

— Ты страдаешь дальтонизмом? — удивленно спросила Надин. — Почему ты никогда об этом не упоминала?

— Потому что у меня не было такой болезни! Врач сказал, что у меня нарушилось цветовосприятие.

— Ясно. — Надин взглянула на часы и поднялась со стула. — Что ж, надеюсь, это не помешает тебе найти новую работу. Всего хорошего, Бланшетт.

Элли стиснула зубы, чтобы не окликнуть Надин. Странно, но Элли хотелось объяснить, что именно произошло, попросить прощения за то, что подвела. Однако Элли понимала, что не стоит этого делать. Надин все равно не примет ее обратно.

А ведь не самая важная сделка была… — подумала Элли. И ничего не сорвалось… А Надин просто взяла и выкинула меня, как котенка, который ей надоел. А я столько для нее сделала за пять лет…

Элли судорожно вздохнула и сосредоточилась на своих ощущениях, чтобы не заплакать от обиды: болела нога, ныли ребра, раскалывалась голова… Приятное начало дня…

И тут Элли снова вспомнила вчерашний сон. Если, конечно, это ей действительно пригрезилось. Разумеется, море и остров услужливо нарисовало воображение, но вот мужчина… Элли готова была поклясться, что он не был плодом ее фантазии.

Никто и никогда не целовал меня так, как он, размышляла она. С ним мне было спокойно и хорошо… Словно он действительно моя вторая половинка, то есть часть меня. Это ощущение невозможно описать… Но я хотела бы испытать его вновь. Ведь если этот мужчина существовал на самом деле… О, больше я его не отпущу! Тем более что теперь мне нечего терять. Работы у меня нет, а Надин больше не имеет на меня никакого влияния. Не думала я, что снова способна влюбиться. Но это произошло. Вот так, в одну секунду, когда я лежала без сознания…

— Как вы себя чувствуете, мисс Бланшетт? — в палату вошла медсестра с завтраком на подносе.

— Лучше некуда, — усмехнулась Элли, открывая глаза. — Вы выяснили, кто приходил ко мне вчера?

— К сожалению, нет. — Медсестра пожала плечами. — Он прошел мимо стойки регистратуры. Ума не приложу, как этот человек узнал, в какой палате вы лежите. Но раз он оставил коробку конфет на вашей тумбочке, то это явно был ваш хороший знакомый.

— Конфеты? И где они? — Элли повертела головой.

Медсестра открыла дверку тумбочки и достала коробку.

— Я сама убрала ее вчера, чтобы освободить место для лекарств. Открыть? Хотите конфет?

— Шоколадные с миндалем. — Элли облизнулась. — Мои любимые. Нет, не открывайте. Я не голодна. Спасибо.

— Вам придется позавтракать, а потом с вами побеседует доктор Мюррей. — Медсестра взяла тарелку с вязкой кашей в одну руку, а ложку в другую. — Откройте рот, мисс Бланшетт.

— Я не калека и могу есть самостоятельно! — возмутилась Элли, но, когда попыталась поднять руку, обнаружила, что не может этого сделать.

— Реакция на успокоительное, — объяснила медсестра. — А теперь не капризничайте и съешьте кашу…

Она лежала в постели, листала журнал и злилась. Вставать ей не разрешали, потому что обнаружили трещину в кости другой ноги. Элли проклинала себя за невнимательность и неблагоразумие, из-за которых оказалась на больничной койке. Ну кто просил ее бежать, сломя голову, на красный свет, не оглядевшись по сторонам? Ведь если бы она не попала под машину, то успела бы принести папку Надин, которая, конечно, тут же отправила бы помощницу обратно. Но не уволила бы.

Элли трясло от осознания собственной беспомощности. Два дня неподвижно лежать в постели — это уж слишком. Ох как же хотелось убраться отсюда поскорее!

Все медсестры были предупреждены, что мисс Бланшетт вполне может решиться на побег. Если бы у Элли не были сломаны ноги, она давно бы уже смылась — только ее и видели. Однако встать она и в самом деле не могла.

Элли со злостью швырнула журнал на пол. Хотелось кричать в голос. Просто чтобы подействовать неумолимым медсестрам на нервы. Кстати, они лишили ее последней радости в жизни: запретили пить кофе, без которого Элли жить не могла.

В дверь палаты постучали, и Элли воскликнула:

— Да-да, входите!

Она, конечно, никого не ждала. Ближайшие родственники жили на другом конце страны. Навещать ее было некому. Однако в глубине души Элли надеялась, что снова появится тот мужчина, который целовал ее в вечер аварии…

Дверь отворилась, и в палату вошел Тэд. Элли машинально пригладила волосы и покраснела. Выглядела она далеко не идеально: не причесывалась уже два дня… Да что там, она даже не смотрелась в зеркало!

— Привет! — Тэд, как оказалось, принес большой букет цветов. Не чета тому маленькому пучку ромашек, что подарила Надин. — Я боялся тебя разбудить…

— Я не сплю, как видишь, — улыбнулась Элли.

Тэд выглядел смущенным и старался не смотреть на нее. Элли это сразу заметила.

— Что, все так плохо? — с усмешкой спросила она. — Я ужасно выгляжу?

— Ну… — протянул он. — Бывало, конечно, и получше. Но это ничего, синяк когда-нибудь сойдет…

— Синяк? — удивилась Элли и дотронулась до щеки — боли не было. — Где?

— Да почти вполлица. — Тэд явно не знал, куда деть букет, однако Элли сейчас было не до этого.

— Дай мне зеркало.

— Где же я его возьму?

— Где угодно! — закричала она.

— Да, конечно. — Он ошарашенно уставился на нее. — Только не волнуйся, прошу тебя…

Он положил букет на тумбочку и вышел из палаты. Сквозь стеклянную стену Элли увидела, что Тэд направился к стойке медсестры.

Зря я на него наорала…

Она вдруг испуганно охнула: а что, если он и есть тот мужчина… ну то есть что, если это Тэд целовал меня… В таком случае я… В таком случае он… Да как же я не подумала о такой возможности?!

Спустя минуту он вернулся с зеркалом и вазой. Элли виновато взглянула на него и попросила прощения:

— Я переживаю из-за того, что случилось… Извини, что сорвалась.

— Я все понимаю, — улыбнулся он. — Ты попала под машину, потеряла работу… Сложно представить, что может быть хуже.

Элли взглянула в зеркало и обомлела. Половину ее лица украшал огромный синяк.

— Вот что хуже, — пробормотала она. — Я настоящая уродина.

— Перестань. — Тэд отобрал у нее зеркало. — Не говори так. Такую потрясающую внешность, как у тебя, трудно испортить небольшим синяком.

— Спасибо, — рассмеялась она. — Ты отлично утешаешь.

Он поставил букет в вазу и сел на стул рядом с кроватью. Элли взяла его за руку и попросила:

— Можешь наклониться ко мне ближе?

— Зачем? — удивился он.

— От тебя так приятно пахнет, не могу понять, что за запах, — солгала она.

Тэд склонился над ней. Элли принюхалась и едва сдержала разочарованный вздох: одеколон, которым пользовался Тэд, был сладким и терпким. Совсем не таким, как у того мужчины…

— Что-то не так?

— Голова закружилась. — Элли упала на подушки.

— Позвать доктора? — испуганно спросил Тэд.

— Нет, все в порядке. Успокойся. Лучше скажи… ты видел Надин?

— Да, вчера утром. Я слышал, что она собирается улетать в Италию.

— Ну да, мы хотели отправиться туда вместе, чтобы лично убедиться в том, что новый отель, который Надин открыла в прошлом месяце, полон постояльцев.

Тэд молчал и кусал губы. Элли сразу поняла, что у него какие-то плохие новости.

— Что случилось? Лучше скажи мне правду.

Он огорченно вздохнул.

— Мне очень жаль, но… Надин проводит кастинг, чтобы найти новую помощницу.

— Этого следовало ожидать, — стараясь казаться спокойной, произнесла Элли. — Надин терпеть не может летать в одиночестве. Да и помощница ей необходима…

— Ты очень переживаешь из-за того, что она тебя уволила?

— А как ты думаешь? — Элли едва сдержала слезы. — Я стараюсь поменьше думать об этом, но… У меня такое чувство, что жизнь закончилась…

— Не говори так! Что за глупости? Я считаю, что Надин крайне несправедливо с тобой поступила. Уволить тебя за то, что ты угодила под колеса автомобиля, — верх идиотизма. Ведь ты ни в чем не виновата.

— Есть и другие причины… — Элли рассказала о том, как перепутала цвета.

— А что говорят врачи? Почему такое произошло?

— Усталость, бессонница, барбитураты… Я принимала снотворное, чтобы уснуть. И все равно просыпалась через несколько часов и потом мучилась, ворочаясь в кровати. Ты же знаешь, я трудоголик, не умею расслабляться… Лекарства и переутомление вызвали зрительные галлюцинации. Сейчас все прошло. Я снова различаю цвета. Завтра устрою скандал докторам. Они обязаны меня выписать. Я совершенно здорова, не считая, конечно, сломанной лодыжки. Кстати, у тебя отличный галстук. Очень красивый голубой цвет.

— Галстук розовый, — спокойно поправил ее Тэд.

Элли приоткрыла рот, но слова застряли у нее в горле. Тэд погладил ее по руке.

— Элли, тебе рано выписываться. Отдохни хоть немного. На самом деле Надин можно сказать спасибо за то, что она уволила тебя. Ты наконец-то заживешь полной жизнью.

— О да, ты даже не представляешь, как я счастлива! — с горьким сарказмом произнесла Элли. — Я лежу в больнице, у меня болит все тело. Я по-прежнему не различаю цвета. И еще у меня теперь нет работы. Да, Тэд, это лучшее время в моей жизни!

— Не кричи и не нервничай, иначе мне придется позвать медсестру с успокоительным. Все, что тебе сейчас нужно, это покой. Чем раньше ты это поймешь, тем быстрее выздоровеешь и выйдешь отсюда.

Элли помолчала. Он, конечно, прав. Но как тут не нервничать?!

— Хочу извиниться за то, что подвела тебя.

— Что-что? — переспросил он удивленно.

— Ты звал меня на открытие ресторана, помнишь?

— О, не переживай. Там было довольно скучно. Очередное пафосное заведение с завышенными ценами и чопорными официантами.

— А кто владельцы?

— Я не знаю их имен. Двое мужчин.

— Один из них — брюнет с легкой сединой на висках, небритым подбородком и насмешливыми глазами?

— Вроде бы да, — кивнул Тэд. — Ты его знаешь?

— Значит, не солгал, — вздохнула Элли. — Надо же.

— Ничего не хочешь мне рассказать?

— Это Грегори.

— Не понял.

— Тот парень, которого я только что описала… Это Грегори. Он приходил к Надин.

— Надо же, как тесен мир.

Элли заглянула ему в глаза и нахмурилась.

— Тебе снова кажется, что я несу чепуху?

— Мне кажется, Элли, — с нажимом произнес он, — что тебе пора забыть о Надин, а также обо всем, что с ней связано.

— Боюсь, это мне не по силам. Кроме того, в глубине души я уверена, что она попросит меня вернуться.

— О, Элли!.. — простонал Тэд. — Не начинай…

— Нет-нет, ты послушай, — упрямо проговорила она. — Никто не справится с моими обязанностями. В конце концов, я лучше всех знаю привычки Надин. Я понимаю ее с полуслова. Она хочет взять помощницу? Ну так будь эта новенькая хоть семи пядей во лбу, она или сама уйдет, не выдержав придирок, либо совершит пару ошибок, и Надин выкинет ее на улицу.

— И ты, разумеется, будешь этому рада? — сердито спросил Тэд. — Элли, неужели тебе нравится тот образ жизни, который ты вела? Ни друзей, ни любимого человека, ни детей… Ты совершенно одна. Да, ты прилично зарабатывала. А для чего тебе деньги? Ты же все равно их не тратишь. Когда ты собиралась остановиться? И собиралась ли вообще? Пару дней назад ты вполне могла погибнуть. Ну и кому достались бы твои потом и кровью заработанные доллары? Кто пришел навестить тебя? Только Надин, которая зашла лишь за тем, чтобы сообщить тебе об увольнении, да я, потому что… мы с тобой часто общались. Элли, ты боишься одиночества. Не возражай, я знаю, что это так. Но ведь ты сама сделала все возможное, чтобы рядом не было ни одного близкого человека. И теперь ты пытаешься меня убедить в том, что была счастлива?

— Тэд, я…

Он поднялся и пошел к двери. На пороге Тэд обернулся.

— Элли, реши сама для себя, что тебе действительно нужно. Когда захочешь начать новую жизнь, жизнь для себя, я помогу. Если ты еще не забыла, тебя ждет место в моей конторе. А пока… всего хорошего.

Ее пальцы комкали простыню. Элли в бессильной злобе глухо застонала. Ну почему она вынуждена лежать здесь, словно калека? Если бы она могла, то догнала бы Тэда и все ему объяснила… Хотя он ведь все равно не поймет.

Нет, он давно уже все понял. Еще раньше тебя, сказал ей внутренний голос. Ты же знаешь, что он не сказал ни одного неверного слова.

Нужно что-то менять в своей жизни, раз уж судьба так упорно подает знаки.

4

Грегори Уикленд, в своем новом кабинете, в котором еще пахло краской, любовался видом из окна: парком и озером. Ужасно повезло, что удалось снять помещение для офиса именно в этом здании. Грегори был в том положении, когда можно думать прежде всего о собственном удобстве, а уж потом об удобстве клиентов, коих было предостаточно. За пятнадцать лет адвокатской деятельности он сделал отличную карьеру. Можно было не бояться кризиса. Грегори хорошо знали, к нему шли новые и новые клиенты. И он был уверен, что работа у него всегда будет.

Десять лет назад Уикленд был всего лишь студентом, которому посчастливилось стать ассистентом отличного адвоката. Теперь Грегори сам нанимал ассистентов, и те работали на него. А новый офис был нужен просто для того, чтобы сменить привычную обстановку.

— Пришла мисс Миллер, — доложил заглянувший в кабинет помощник Грегори.

— Проводи ее сюда.

Надин вошла, огляделась и присвистнула:

— Ого, а ты неплохо устроился! Может быть, и мне переехать в этот район?

— Но здесь поблизости нет отеля, который тебе принадлежит, — с улыбкой сказал Грегори, поворачиваясь к ней.

Надин была в темно-синем строгом костюме и туфлях на высоких каблуках. Она выглядела, как всегда, на миллион долларов. Внешне эта женщина была идеальна. Однако Грегори хорошо знал, что в душе ее кипит всегда готовый к извержению настоящий вулкан страстей. Надин была из тех людей, о которых говорят, что ради цели они готовы пойти по трупам. Ей ничего не стоило предать человека. И тем не менее она была чрезвычайно ранимой. Нужно лишь ударить по ее самолюбию — и она сломается, покажет свою истинную натуру.

— Тебе очень идет эта прическа, — сказал Грегори.

Надин с улыбкой провела рукой по своим темным, зачесанным назад волосам.

— Спасибо. Некогда постричься, но я обнаружила, что даже длинные волосы можно уложить в элегантную прическу с помощью заколки.

Не дожидаясь приглашения, она села в кресло за письменным столом, словно это был ее кабинет. Да, это в духе Надин: показать всем, что она — хозяйка вселенной.

— Чувствуй себя как дома, — саркастически произнес Грегори. — Ты пришла за ответом, я полагаю?

— Угадал, — сладким голосом пропела она.

— У меня слишком мало времени, чтобы помогать тебе.

— Я хорошо плачу.

— Я не нуждаюсь в деньгах. — Он встал напротив нее. — Скажи честно: почему ты предложила мне работу? Не нашлось других юристов?

Выражение ее лица не изменилось. Надин развела руками и сказала:

— Ты лучший адвокат, который берется за дела, связанные с недвижимостью. Этим все сказано.

— Я занимаюсь сложными делами. Тебе же нужен просто юридический консультант. Любой мой помощник может справиться с такой работой.

— Я хочу только тебя, — с нажимом произнесла она, и глаза ее потемнели.

Грегори усмехнулся.

— Звучит как недвусмысленное предложение.

— Не льсти себе.

— А почему нет? Я весьма хорош собой.

— О, ты ничуть не изменился. По-прежнему любишь себя больше всех на свете. — Она встала из-за стола и подошла к нему.

— Я имею на это полное право. Кто мой лучший друг? Я! А кто понимает меня с полуслова? Тоже я! Ну и почему я должен любить кого-то еще?

Она взглянула в его насмешливые глаза. Грегори всегда нравился ей. Надин считала его ровней себе. Они были очень похожи. Оба обожали власть, деньги и обладали высочайшей самооценкой.

— Грегори, ты будешь работать на меня, — уверенно сказала она и улыбнулась.

Он посмотрел на ее модные, элегантные туфли, потом взгляд его медленно заскользил выше. У Надин были красивые, стройные ноги.

— Прекрати раздевать меня глазами, — спокойно сказала она.

— Я еще и не начинал. — Он ухмылялся. — А можно?

— Только после того, как ты ответишь мне «да».

— Ты же почему-то уверена, что я соглашусь. Так что не будем тратить время. Итак, первым делом я сниму с тебя блузку…

— Грегори, тебе скучно, признай это, — вдруг сказала она.

Он удивленно поднял бровь и потер пальцами небритый подбородок.

— Скучно? Что ты, дорогая. Я каждый день словно в цирк прихожу. Клиенты попадаются такие странные…

— У тебя полно помощников. Ты сам сказал пару дней назад, что они могут сделать за тебя всю работу.

— Но должен же их кто-то контролировать.

— Для этого тебе необязательно сидеть в этом офисе. Осуществлять контроль над слаженным, тщательно отрегулированным механизмом можно и на расстоянии.

— Я так не умею.

Она протянула руки и взялась за лацканы его пиджака. Грегори непроизвольно шагнул вперед, словно кролик, завороженный взглядом удава. Их тела соприкоснулись.

— Ты меня боишься? — ее дыхание пахло мятой.

— А разве ты не чувствуешь, как я дрожу? — прошептал он насмешливо.

Она улыбнулась. Ей нравилось играть на равных условиях. Надин казалось, что Грегори понял, чего она добивается на самом деле.

— Конечно, чувствую. Но мне почему-то кажется, что эта дрожь никак не связана со страхом.

— Я всегда начинаю волноваться, когда об меня трется грудь третьего размера.

Надин оттолкнула его и плотно сжала губы. Он смеется над ней! Вместо того чтобы поддержать ее флирт, Грегори просто начал издеваться!

— Ты ведь до сих пор не женат? — спросила она сердито. — Женщины, наверное, бегут от тебя как от огня. Кому захочется жить в одном доме с родным братом Ехидны?

Он рассмеялся, обнажив ряд белых ровных зубов. Грегори зашел за стол и уселся в любимое кресло. Надин прикрыла глаза: ну теперь все встало на свои места. Он просто снова хотел вернуть свои позиции лидера.

Грегори не терпел, когда кто-то нарушал его личное пространство. Надин, уверенная в своих силах, не сразу его раскусила. Теперь карты открыты, а приоритеты расставлены. Грегори — хозяин, она — гостья. Вот такая иерархия.

— Я был женат. Три года. Потом мы расстались.

— Почему?

— Понятия не имею, — пожал он плечами и снова ухмыльнулся. — Хочешь, я дам тебе ее телефон? Можешь позвонить и спросить, если тебе интересно.

Она подошла к столу, оперлась руками о столешницу и наклонилась к Грегори.

— Ты будешь работать на меня или нет?

— Пока ты не сумела меня уговорить.

— Я же уже сказала: тебе скучно, поэтому ты согласишься.

— Пока ты будешь разговаривать таким тоном, словно уверена во всех и вся, положительного ответа от меня не получишь.

— Есть ли смысл действовать мне на нервы из принципа?

— Есть. Мне очень нравится смотреть, как ты злишься.

— Всего хорошего, Грегори. — Надин повернулась к нему спиной и пошла к двери.

— Сдаешься?

Этот наглый вопрос остановил ее. Она ненавидела проигрывать, а сейчас фортуна была явно не на ее стороне. Не поворачиваясь к нему, Надин произнесла:

— Я считаю, что это ты сдался. Тебе не нравится бездействовать, но ты предпочитаешь подыхать от скуки только потому, что не желаешь признавать мою правоту.

— Ты считаешь, что всегда права?

— Да.

Он хмыкнул.

— Откровенный ответ. Впрочем, иного я и не ожидал.

Она взялась за ручку двери, намереваясь наконец уйти.

— Если я все же соглашусь, какое дело ты мне поручишь в первую очередь?

Она взглянула на него через плечо.

— Моя цель — Сардиния. Нужно проверить, как работает тамошний отель. Я бы взяла тебя с собой.

— Обожаю Италию. Мне никогда не нравилось жить в Лондоне, — с улыбкой ответил Грегори. — Не сверни шею, Надин.

Она прикусила губу, чтобы выругаться. Он специально выводил ее на эмоции, и ее задачей было не поддаться на провокацию.

Надин прислонилась спиной к двери, проницательно глядя на Грегори. Тот постукивал шариковой ручкой по столу, о чем-то размышляя. Наверняка решал трудную задачу — позлить Надин еще немного или сразу дать ответ?

— А что твоя помощница? — наконец произнес он. — Я думал, ты повсюду ездишь с ней.

— Я ее уволила, — сообщила Надин.

— Я не буду твоей секретаршей, учти это.

— Значит, ты согласен сотрудничать со мной? — Надин скорее осклабилась, чем улыбнулась.

— Да, если ты наймешь новую помощницу, которая будет по первому требованию приносить нам с тобой кофе… в постель.

— Попридержи коней, дорогой. Кофе я тебе гарантирую и помощницу найму, но на все остальное губу не раскатывай.

— Я подготовлю договор о найме к завтрашнему утру, — сказал Грегори.

— И я его внимательно прочту прежде, чем подписать. Ты наверняка включишь в него несколько пунктов, с которыми я буду не согласна.

— Конечно, я постараюсь максимально облегчить свою жизнь. К тому же не могу поклясться, что я хвостом буду повсюду следовать за тобой. Возможно, появятся какие-то дела, которые потребуют моего присутствия здесь.

— Тогда я отпущу тебя с чистым сердцем, — пообещала она. — Но что-то подсказывает мне, что таких случаев будет не много. Люди уже идут не к тебе лично. Твое имя, Грегори Уикленд, стало брендом. Им все равно, кто будет заниматься их делами. Главное, чтобы это были юристы, которые работают в твоей конторе.

— Что ж, так и есть, — согласился он. — Но мне неприятно сознавать тот факт, что я перестал быть пупом земли.

— Ну естественно, — рассмеялась Надин и открыла дверь. — До завтра, Грегори. Ты умеешь быть приятным собеседником, когда сам этого хочешь.

Элли с трудом встала, поддерживаемая медсестрой. Все тело до сих пор болело так, словно авария произошла этим утром. Медсестра протянула своей подопечной костыли.

— Нет-нет, — запротестовала Элли, — я не буду передвигаться с помощью этих ужасных палок!

— Для трости слишком рано, мисс Бланшетт. Если не желаете еще месяц лежать в больнице — берите костыли.

Элли стиснула зубы. Ей страшно хотелось убраться отсюда, но она и представить не могла, что придется идти на такие жертвы ради свободы.

— Доктор Мюррей сказала, что, если бы не перелом, я была бы здорова.

— Но у вас сломана лодыжка, так что вы больны.

Элли схватила костыли, которые уже ненавидела всей душой, и попробовала сделать несколько шагов. У нее сразу же заныли мышцы рук. К физическим нагрузкам она не привыкла, так как большую часть времени проводила либо в самолете, либо за компьютером.

Непременно запишусь в спортклуб, как только снимут гипс, пообещала себе Элли, неловко ковыляя по палате.

— У вас отлично получается! — бодрым голосом произнесла медсестра, наблюдая за мучениями пациентки.

Элли злобно сверкнула глазами, но ничего не ответила.

— О, да вы делаете успехи! — в палату вошла Кейт Мюррей. — Как самочувствие, мисс Бланшетт?

— Все бы ничего, только ребра болят.

— Это пройдет. — Доктор Мюррей помогла ей сесть на кровать. — Я могу выписать вас уже сегодня, если вы этого хотите.

— Конечно, хочу! Более того, я сойду с ума, если проведу в этой больнице еще хотя бы один день.

— Кто вас заберет?

Элли непонимающе взглянула на нее, а потом опомнилась и произнесла:

— А, вы имеете в виду, не заедет ли кто-нибудь за мной? Нет, я справлюсь сама. Только вызовите мне такси.

Доктор Мюррей кивнула, а потом вытащила из кармана халата уже знакомые Элли карточки.

— Проведем еще один тест, хотя я уверена, что все в порядке. Какой цвет?

— Красный, теперь синий, зеленый, желтый, снова красный…

— Чудесно. Избегайте переутомления и не увлекайтесь снотворным. Лучше вообще откажитесь от него. Ваш организм начал подавать недвусмысленные знаки, заставив вас перепутать цвета.

— Я не перепутала, я так видела!

— Вам казалось, что вы видите именно красный, а не синий. Это была иллюзия, вызванная многими причинами, о которых я вам уже говорила. Ваш мозг перепутал сигналы, идущие от зрительного анализатора. Теперь десять раз подумайте, прежде чем работать сутками напролет.

Элли лишь криво усмехнулась. Она хотела сказать, что слышала краем уха, что сама доктор Мюррей частенько остается на ночь в больнице, но решила быть пай-девочкой. Очень уж хотелось домой. Зачем лишний раз злить доктора?

Элли выписали после обеда. Она сто раз пожалела себя, потому что пришлось надеть ту же одежду, что была на ней в день аварии: юбка была частично порвана, колготки сразу пришлось выбросить из-за дыр, блузка полиняла из-за неправильной стирки в больничной прачечной. Однако Элли решила не унывать. Очень скоро она приедет домой, примет душ и переоденется. Пока можно и потерпеть.

Она сама себе удивлялась. Такой терпеливой Элли никогда не была. Вот что значит очень сильно чего-то хотеть.

Ей помогли спуститься в холл, и Элли самостоятельно дошла до двери. У больницы уже ждало такси. В машине ее укачало, так что она задремала и проснулась, лишь когда автомобиль остановился у подъезда ее дома.

— Ох, так неудобно! — воскликнула Элли, глядя на шофера. — Я уснула и совсем забыла попросить вас остановиться у супермаркета.

— Я с удовольствием отвезу вас туда, — усмехнулся таксист. — Только скажите.

Конечно, ему все равно, счетчик-то тикает, подумала Элли, снова устраиваясь поудобнее.

Она заглянула в свою сумочку, достала оттуда бумажник и проверила, на месте ли наличные и кредитка. Ей совсем не хотелось обнаружить у кассы, что расплатиться за покупки нечем.

Элли заметила, какими взглядами провожают ее продавщицы и покупатели. Из-за этого она сердилась и раздражалась все больше и больше. Ну да, на ней застиранная и рваная одежда. Да, одна нога у нее в гипсе и потому на нее не налезла туфля. И, да, Элли бледная, точно смерть, непричесанная и с синяками под глазами. Что с того? Это не повод потрясенно глазеть на нее и шарахаться в сторону, будто она прокаженная.

Она побросала в тележку продукты первой необходимости, из которых можно было бы приготовить ужин и завтрак. На следующий день она все равно собиралась выбраться на прогулку — не сидеть же ей теперь все время дома. Мимо нее прошла молодая мамочка с ребенком на руках. Тот показал на Элли пальцем и запищал:

— Мама, смотри! Это же злобная колдунья! Из сказки про страну Оз!

— Тише! Нельзя так говорить! — Женщина кинула быстрый взгляд в сторону «колдуньи» и быстро зашагала дальше.

Элли показала малышу язык. Тот сердито махнул на нее кулачком.

Дожили, вздохнула про себя Элли, кидая в тележку пачку овсянки. Дети начали меня бояться.

Она докатила свою тележку до кассы, стуча костылями по кафельному полу, быстро расплатилась и, подхватив пакеты, направилась к выходу. И вдруг услышала до боли знакомый голос, который показался ей эхом из прошлого.

— Элли? Элли Бланшетт?

Она медленно обернулась и… чуть было не выронила и пакеты, и костыли. Перед ней стоял человек, которого она совсем не ожидала увидеть.

— Стив? — Элли облизнула сухие губы.

Он стоял перед ней, такой красивый и стильный. В отличном костюме, сверкающих туфлях, с дорогущим сотовым телефоном в руке. Элли захотелось немедленно провалиться сквозь землю. Если она когда-нибудь и предполагала, что такая встреча возможна, то представляла ее совсем иначе.

Я в порванной одежде, на костылях, без макияжа, с синяком на щеке… Элли едва не расплакалась. Надо было не останавливаться и идти дальше. Как он вообще меня узнал?

Стив подошел ближе. На его губах играла открытая, дружелюбная улыбка.

— Элли! С ума сойти! Сколько же мы не виделись?

— Три года и четыре месяца, — проговорила она с трудом.

На лице Стива отразилось недоумение, хотя улыбка так и не исчезла.

— Так долго?

Она кивнула, чувствуя, что у нее начинает кружиться голова. Только бы не упасть в обморок при Стиве!

— Извини, я тороплюсь, — сказала она и поковыляла дальше.

Однако он в два шага поравнялся с ней и принялся болтать, словно не заметил ее стремления сбежать:

— Не думал встретить тебя в супермаркете.

Элли вспомнила Грегори и Надин, которые тоже после долгих лет разлуки столкнулись в магазине.

— Сложно представить более неподходящее место для встречи, — согласилась она.

— А что с тобой случилось? Давай я помогу тебе с твоими покупками… — он, не дожидаясь согласия, забрал у нее пакеты.

— Не стоит, я и сама могу…

— Мне совсем не трудно. — Он был таким же обаятельным и галантным, как и три года назад.

— Я попала в аварию, — сказала Элли, решив наконец хоть как-то оправдать свой ужасный внешний вид. — Только что из больницы. Вот решила заехать за продуктами.

— Тебя никто не встречает? — удивился он.

— Э-э-э… Никто не смог. Так получилось. Вон мое такси. Спасибо за помощь.

Он помог ей сесть в машину и отдал пакеты с продуктами. Она уж было хотела захлопнуть дверцу, но Стив помешал.

— Погоди-ка. Элли, мы встретились с тобой через три года после расставания. Я думаю, что это не случайно.

Она внимательно посмотрела ему в глаза, в которых увидела свое отражение.

— Ну встретились и встретились. Было приятно тебя увидеть. Всего доброго.

— Ты не хочешь со мной разговаривать? — понимающе произнес он.

Его чуть снисходительный тон вывел Элли из себя.

— Я просто тороплюсь! — рассердилась она. — Извини, при других обстоятельствах я бы с тобой поболтала. Но сегодня мне не до встреч со старыми знакомыми. У меня страшно болит голова, я хочу в душ, и мне необходимо поспать…

Он поднял обе руки вверх.

— Прости-прости! Я бесчувственный болван. Ведь ясно же, что ты неважно себя чувствуешь… Элли, вот моя визитка. — Стив протянул ей прямоугольную картонку. — Позвони мне, когда придешь в себя и у тебя будет время. Я страшно рад, что встретил тебя. Мне бы хотелось поговорить с тобой.

— Обязательно, Стив. — Она взяла визитку, вымученно улыбнулась, а потом захлопнула дверцу и скомандовала шоферу: — Вперед. И побыстрее, прошу вас!

Краем глаза она увидела фигуру Стива, который все еще стоял на тротуаре, потом глубоко вздохнула и сунула визитку в портмоне, пообещав себе выбросить ее, как только окажется возле мусорного ведра.

5

Элли приготовила омлет с помидорами, сделала салат из овощей и устроилась на диване перед телевизором. Она взъерошила влажные волосы рукой, чтобы те быстрее высохли. Элли с большим трудом приняла душ, страшно боясь упасть и сломать вторую ногу. А еще нужно было каким-то образом не намочить гипс. В общем, водные процедуры впервые в жизни показались Элли настоящей пыткой. Теперь глаза у нее слипались, она так устала… Однако есть хотелось больше, чем спать.

Все это время она старалась не думать о Стиве, но его образ стоял у нее перед глазами. Надо же, как судьба шутит порой. Встреться они года два назад, Элли кинулась бы ему на шею, визжала бы от радости… А сейчас ей хотелось одного: забыть о нем, словно его и нет.

Она не любила терзать себя мыслями о том, что произошло когда-то давно. Да и вообще придерживалась принципа: уходя — уходи. Элли достаточно настрадалась, когда рассталась со Стивом. И даже рада была, что не видела его все это время. Ни к чему ворошить прошлое.

Элли доедала салат, когда в дверь позвонили. Открывать не хотелось. Да и кто к ней мог прийти? Она купила эту квартиру полтора года назад, и за все это время здесь побывала только Надин.

— Надин… — пробормотала Элли, чувствуя, как замерло сердце. — Что, если она передумала?..

Снова раздался настойчивый звонок. Элли кинула вилку на опустевшую тарелку, запахнула халат, с трудом поднялась на ноги и подхватила костыли. Наконец ей удалось доковылять до двери.

— Кто там?

— Элли, это Тэд.

Она сникла, но тут же отругала себя. Вот дура: тешила себя глупыми надеждами. Надин никогда не придет.

Элли открыла дверь. Тэд стоял в коридоре, смущенный и какой-то потерянный.

— Почему ты не сказала мне, что тебя сегодня выписывают? — спросил он с упреком. — Я бы встретил тебя.

Она посторонилась.

— Проходи. Я вообще-то собиралась спать, но, так и быть, угощу тебя чаем.

Он улыбнулся и жестом фокусника извлек из-за спины букет роз.

— С возвращением домой.

Элли повеселела. Как и большинство женщин она любила цветы.

— Спасибо. Очень мило с твоей стороны.

Он прошел вслед за хозяйкой дома на кухню и сам заварил чай. Элли поставила цветы в вазу и в изнеможении опустилась на стул.

— Чувствую себя выжатой, как лимон. Все мышцы болят, особенно на руках. Наверное, после того как моя лодыжка заживет, я смогу поднять грузовик.

Тэд тихо рассмеялся.

— Да, ты станешь силачкой. Несомненно. Но ты ушла от темы разговора: почему не позвонила мне?

— По правде говоря, мне и в голову не пришло это сделать, — призналась Элли. — Да и зачем бы я стала тебя беспокоить? Ты работаешь и…

Она резко замолчала, увидев какую недовольную рожицу скорчил Тэд.

— Элли, ты иногда так обижаешь меня. Не знаю, нарочно ты это делаешь или потому, что не привыкла думать о чувствах других. Надеюсь на второй вариант.

— Обижаю? — удивилась она искренне. — Но чем?

Он кинул в свою чашку пару кусочков сахара.

— Подумай сама.

Она честно принялась думать. Элли молчала почти минуту, сосредоточенно покусывая нижнюю губу, а потом развела руками.

— Сдаюсь. Но могу предположить, что ты обиделся на меня за то, что я подумала, будто ты ничем не можешь мне помочь. Мы друзья, а я тебе не доверилась. Так?

— В яблочко, — спокойно произнес он. — А говорила, что не знаешь. Ладно, не будем об этом. Просто в следующий раз не строй из себя героиню. Ты всегда можешь попросить меня о помощи. Я с удовольствием помогу тебе.

— Заметано, — улыбнулась она, кутаясь в халат.

— Ты принимаешь мое предложение? — после небольшой паузы спросил он.

— Ты о работе?

Тэд кивнул:

— О чем же еще.

— Я не знаю… Точнее, мне конечно же нужна будет работа, но… — она замялась.

— Понимаю, — усмехнулся Тэд. — Ты наверняка сможешь найти что-то получше, чем могу предложить я. Но ведь тебе никто не запрещает вести подобные поиски, рассылать резюме… Кстати, Надин написала рекомендательное письмо?

— Я сомневаюсь, что она вообще это сделает. Надин, как и я, сжигает все мосты, когда заканчивает какое-то дело. Думаю, она уже заставила себя забыть мое имя. Однако это не проблема. Очень многие знают меня как ее помощницу. Я без труда найду работу.

Тэд потер лоб и мрачно усмехнулся.

— Прости, я навязываюсь…

— Нет-нет, я благодарна тебе за то, что ты хочешь мне помочь. Спасибо, Тэд. И я еще не приняла окончательное решение. Возможно, какое-то время я просто посижу дома. И дело не в моей больной ноге. Просто мне нужен тайм-аут.

— Да, разумеется. — Он допил чай и сполоснул кружку. — Благодарю за гостеприимство. Звони, если понадоблюсь.

— Ты снова обиделся?

— Нет, что ты. — По его глазам видно было, что он лжет. — Мне пора идти. Не провожай, Элли, я захлопну дверь.

Он ушел. Элли сидела на кухне и размышляла. Ее раздражала обида Тэда. Он капризничал, как маленький ребенок.

— Хоть бы кто-нибудь подумал о том, что чувствую я, — проворчала она, отправляясь спать.

Надин смотрела на сидевшую перед ней молодую женщину в ярко-красной блузке, из выреза которой едва не вываливалась грудь. О дресс-коде эта красотка, как видно, понятия не имела. Впрочем, Элли тоже иногда позволяла себе нарушить правила: она обожала цветные браслеты.

— Вы ведь наверняка думали, что вашим начальником будет мужчина? — спросила Надин сухо.

Женщина захлопала ресницами и кивнула.

— А… как вы догадались?

— Иначе вы не надели бы такую блузку. Мой вам совет на будущее: когда идете устраиваться на работу в приличную фирму, не думайте, что вам помогут получить место пышные формы.

Претендентка смолчала, лишь обиженно поджала губы. Она привыкла гордиться своим телом, и ей неприятно было выслушивать речи подобного рода от женщины, которой тоже есть чем похвастаться.

— Где вы работали раньше? — спросила Надин, надевая очки и просматривая резюме красотки.

— О, я была помощницей руководителя в фирме, подобной вашей.

— Фирм, подобной моей, — язвительно сказала Надин, — не существует в природе. По крайней мере, в Лондоне точно. Я, если хотите знать, монополист. И мне принадлежат сорок восемь отелей в разных частях мира.

Молодая женщина с недоверием посмотрела на Надин. Та лишь усмехнулась, зная, что не похожа на миллионершу в общепринятом смысле. По мнению многих, богачи — это люди, ездящие на дорогущих автомобилях, одетые в шикарные меха и носящие маленьких собачек под мышкой. И уж конечно миллионеры не должны сами проводить собеседование.

Впрочем, подумала Надин, я ведь до сих пор не заработала свой первый миллион, который смогла бы с чистой совестью потратить на себя. У меня почти нет личных денег, потому что каждый пенс тут же идет в оборот.

— Вы владеете стенографией? — продолжила опрос Надин.

— Стенографией? — удивленно повторила претендентка. — Но ведь это каменный век! Кто сейчас пользуется услугами стенографисток?

— Я, например.

— О-о-о… — она не знала, что сказать.

— Мне порой приходится проводить переговоры в самых неожиданных местах. Как-то я заключила контракт на полмиллиона долларов в аэропорту. Моя бывшая помощница могла записать каждое сказанное мною слово, а говорю я быстро. Я не всегда бываю в офисе. Точнее, практически не бываю. Иногда я отвечаю на письма устно, так как нет возможности использовать ноутбук. Вот тогда навыки стенографии и приходятся как нельзя более кстати.

— Ну я быстро пишу… — неуверенно проговорила женщина.

Надин поняла, что разговаривать с ней бесполезно. Можно звать следующую претендентку. А их, кстати, еще около десяти.

— Вы свободны, — сказала Надин и взглянула на часы.

Она уже сорок минут убила на то, чтобы выбрать себе помощницу. Однако пока ни одна из пришедших на собеседование ее не устроила.

Приходилось признать, что Элли была лучшей из лучших.

В дверь постучали, и в кабинет вошла очередная соискательница. Эта женщина выглядела очень прилично: строгий брючный костюм, аккуратный макияж и прическа.

— Меня зовут Вэнди Мур, — представилась она. — И я работала в «Смайл корпорэйшн».

Надин заинтересованно взглянула на вошедшую молодую женщину, а потом отыскала ее резюме в стопке других. «Смайл корпорэйшн» был американским аналогом фирмы Надин.

— Что ж, присаживайтесь. Сколько же времени вы там проработали?

— Три года. — Улыбка у Вэнди была очень приятной. — Уволилась, когда вышла замуж. Тогда и переехала в Лондон.

Надин на секунду поджала губы.

— Значит, вы замужем.

Вэнди правильно истолковала возникшую паузу.

— Я уже в разводе. Ошиблась с выбором.

Надин улыбнулась более дружелюбно, чем прежде.

— И теперь ищете работу здесь, в Лондоне? Почему не вернулись обратно?

— Мне нравится в Англии.

Надин принялась задавать стандартные вопросы и с каждым ответом новой претендентки все больше и больше убеждалась в том, что наконец нашла отличную замену Элли. У Вэнди имелись и опыт в нужной сфере деятельности, и уйма обаяния, и хорошо подвешенный язычок.

— Не вижу причин, чтобы отказать вам, — наконец сказала Надин. — Вы приняты.

— Вы не будете проводить собеседование с оставшимися претендентками? — уточнила Вэнди.

— Незачем. Можете приступать к работе.

Вэнди поднялась со стула, вышла в коридор. Надин услышала ее строгий спокойный голос:

— Мисс Миллер благодарит вас за ожидание, но сообщает, что собеседование закончено и желает удачи в поисках работы.

Надин улыбнулась. О да, с этой женщиной она найдет общий язык. Прощай, Элли Бланшетт.

Элли заперла дверь своей квартиры, спустилась вниз на лифте и вышла из дома. Синяк с лица почти сошел. Она нанесла на кожу тональный крем и надела большие очки. Теперь Элли чувствовала себя куда лучше, чем несколько дней назад, когда вернулась из больницы.

Она медленно шла по тротуару. Гипс обещали снять только через пару недель, так что осторожность не помешает. Элли теперь сто раз смотрела по сторонам, прежде чем переходить дорогу.

Тэд не объявлялся вот уже несколько дней, но этим утром позвонил и попросил о встрече. У Элли тоже было что ему сказать. Она собиралась принять его предложение и поработать какое-то время секретаршей в «Старк компани». Правда, в глубине души Элли понимала, что делает это только из-за того, что хочет находиться поближе к Надин. Возможно, если та чаще будет видеть свою бывшую помощницу, то захочет взять ее обратно.

Она заметила Тэда, который выходил из своего автомобиля. Элли крепче стиснула костыли. Она знала, как ужасно выглядит со своей огромной ногой в гипсе.

— Привет. — Он поцеловал ее в щеку, чего раньше не делал. — Тебе совсем не обязательно было идти ко мне навстречу, я бы…

— Я не калека, Тэд, — мягко произнесла она. — Но кое в чем ты мне помочь можешь.

— Например? — с готовностью спросил он.

— Умоляю, отвези меня в магазин, в котором можно купить приличную трость.

— Но тебе нельзя…

— Я умру, если не выкину эти ходули! Пожалуйста, Тэд. Я не буду наступать на свою больную ногу. Клянусь! Я же не враг своему здоровью.

Он покачал головой.

— Если тебе станет хуже…

— Не станет. Обещаю, — повеселела она, усаживаясь в его автомобиль.

Через полчаса у нее уже была отличнейшая крепкая трость. Элли не могла нарадоваться покупке.

— Не возражаешь, если мы поужинаем вместе? — спросил Тэд.

— Я страшно проголодалась. Ничего не ела с самого утра. Не было аппетита. А теперь понимаю, что зверски проголодалась.

— Что скажешь, если мы поедем в тот самый ресторан, на открытии которого тебе не удалось побывать?

Элли задумалась: встреча с Грегори была маловероятной. Судя по его словам, он сам был не в восторге от того, что стал совладельцем этого пафосного заведения.

— Я не так одета, чтобы идти в ресторан, — сказала она.

— У тебя есть длинное платье?

— Да, безусловно.

— В таком случае, почему бы тебе не подняться к себе домой и не переодеться? — Тэд улыбнулся ей. — Гипс не будет виден под вечерним платьем.

— Согласна, но тебе придется довезти меня десять метров до подъезда моего дома, потому что я уже очень удобно устроилась на сиденье.

Элли собралась в рекордно короткие сроки, что для любой женщины — подвиг сродни победе в жестокой битве с врагами. Она надела темно-синее длинное платье, распустила волосы и брызнула на шею пару капель духов. Элли почувствовала, как к ней возвращается любовь к жизни.

Однако Тэд немного испортил ей настроение, когда протянул один костыль и сказал:

— Я не позволю тебе пользоваться тростью.

— Что? — опешила Элли. Улыбка слетела с ее губ, а в глазах появилось выражение упрямства. — Ты опять за свое?

— Я наблюдал за тобой, пока ты пыталась пройти несколько шагов до двери подъезда. Трость, хоть она и очень крепкая, все же немного прогибается, когда ты опираешься на нее всем весом. А это небезопасно. Наконечник трости может заскользить по поверхности пола, и тогда ты упадешь. Извини, Элли, но пока тебе лучше пользоваться хотя бы одним костылем. Это не так уж ужасно выглядит, как ты думаешь.

Она не стала спорить, лишь усмехнулась.

— Когда это ты решил заменить мне родную мамочку? Мне казалось, что мы просто приятели, но никак не близкие родственники.

Он криво улыбнулся.

— Мне приятно чувствовать себя настоящим мужчиной, от которого зависит красивая женщина.

— Женщина, которая освещает все вокруг не внутренним сиянием, а фонарем под глазом, и носит вместо кожаных сапожек гипсовые.

— Как же ты себя не любишь, — сказал Тэд, открывая перед ней дверь. — Ты озлоблена и оттого несчастна.

— Ты ошибаешься, — спокойно возразила она, входя в лифт. — Я попала из грязи в князи, притом исключительно благодаря собственным заслугам. Я очень себя люблю и уважаю. Просто сейчас в моей жизни не самый лучший период.

— Что ж, продолжай себе лгать, если тебе так хочется, — вздохнул он.

В ресторане было людно. Элли даже испугалась, что не осталось свободных мест, но оказалось, что Тэд заказал столик заранее.

Значит, он был уверен, что я поужинаю с ним. Ему и в голову не пришло, что я могу отказать, сославшись, к примеру, на головную боль или отсутствие настроения, рассердилась Элли и вдруг поняла, почему в последнее время злится по любому поводу. Она потеряла контроль над собственной судьбой. Это было невыносимо. А Тэд ни в чем не виноват.

Они выпили красного вина и принялись за салат. Элли украдкой рассматривала людей, сидящих за соседними столиками. Грегори среди них не было.

— Я хотела тебе кое-что сообщить, — собравшись с духом, произнесла она.

— Слушаю. — Тэд поднял брови и отложил вилку.

— Я решила принять твое предложение и поработать немного в твоей фирме. Не обещаю, что задержусь надолго, но… Сделаю все, что в моих силах, чтобы ты во мне не разочаровался. Вот только ответь мне на один вопрос: почему ты, вместо того чтобы нанять секретаршу с опытом работы, упорно зовешь на это место меня?

Тэд пожал плечами.

— Из корыстных побуждений. Видишь ли, я знаю, как ты умеешь работать с клиентами. Моя фирма сейчас переживает небольшой кризис. У нас появилось много конкурентов. Нужно, чтобы кто-то вытащил мою фирму на новый уровень.

— И ты считаешь, что я справлюсь с этой задачей?

— Уверен. — Он выпил вина и улыбнулся. — Я делаю на тебя ставку, Элли Бланшетт. Интуиция мне показывает, что это верное решение.

— Чувствую себя скаковой лошадью, — пробормотала она.

Тэд расхохотался.

— Ты наконец-то начала приходить в себя. Так приятно снова слышать твой смех.

Он произнес это с несвойственной ему интонацией, выдавшей внезапно вспыхнувшую в нем нежность. Элли кинула на него быстрый взгляд. Она давно подозревала, что нравится ему, теперь же убедилась в этом. Тэд был мужчиной, и ему прежде всего хотелось не поднять свою фирму на ноги, а завоевать недоступную женщину. Плохой выбор. Многие проиграли, отдав предпочтение чувствам. Сама Элли никогда не совершила бы подобной ошибки.

А ведь могла бы, подумала она. Кто знает, может быть, я была бы сейчас счастливой женой и матерью двоих ребятишек.

— Если бы не твоя больная нога, я бы пригласил тебя потанцевать, — сказал он. — Ты бы согласилась?

— Потоптаться по кругу в обнимку с новым боссом? — саркастически переспросила она. — Конечно, Тэд.

Он помрачнел.

— Ты думаешь, что я заинтересован в тебе как в женщине, а не как в компетентном сотруднике?

— Я считаю, что ты решил убить двух зайцев одним выстрелом.

— Уважаю тебя за откровенность. — Он нахмурил брови. — Элли, думаю, я не открою Америку, если предположу, что ты знаешь о моих чувствах к тебе.

Элли заволновалась. Неужели она ошиблась, предположив, что речь идет о банальном сексуальном влечении? Ей бы очень не хотелось услышать от Тэда признание в любви. Она относилась к нему как к хорошему приятелю, которому можно пожаловаться на Надин. Он, конечно, очень симпатичный мужчина. Ей бы стоило задуматься над тем, что с ним можно не только пофлиртовать, но и перейти к чему-то большему. Однако Элли, несмотря на сильную симпатию, не хотела серьезных отношений с Тэдом. О нем она могла сказать следующее: «Прекрасный во всех смыслах мужчина, но… не мой». Она была еще не в том возрасте, когда необходимо либо срочно выйти замуж в ближайший год, либо смириться с тем, что старость придется встретить в одиночестве. Так что Элли еще рассчитывала встретить мужчину, который вызовет у нее приятную дрожь по всему телу, возвещающую о влюбленности. Точнее, Элли уже его встретила, но не запомнила лица, потому что после потери сознания у нее в глазах двоилось…

— Я тебе нравлюсь? — спросила она. — Ну да, знаю, что нравлюсь. Мне очень приятно слышать это, Тэд, но…

— Лучше не продолжай, — усмехнулся он. — Молчи, чтобы ничего не испортить. Вдруг ты потом изменишь свое мнение, и твое «но» станет фразой: «О да, я согласна выйти за тебя».

Элли рассмеялась.

— А ты собирался предложить мне руку и сердце?

— Нет, я до этого пока не дошел. Наверное, к счастью.

Она вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд и подняла глаза. Через три столика от нее в гордом одиночестве сидел Грегори. Он отсалютовал ей бокалом, наполненным вином, и скривил губы в подобие улыбки. По-другому, как видно, он улыбаться не умел в принципе.

— Твой знакомый? — спросил все замечающий Тэд.

— Это один из совладельцев ресторана. Тот самый Грегори.

— И без Надин? Как странно. Из твоего рассказа следовало, что они на грани помолвки.

— Не язви, — попросила Элли, — и не напоминай мне о Надин. Ты же сам говорил, что мне нужно отделаться от мыслей о своей бывшей начальнице.

— Прости, ты права.

Она снова взглянула в сторону Грегори и увидела, что он идет к ней. Тэд нахмурился, но вежливо поздоровался, когда Грегори протянул ему руку.

— Мисс Бланшетт. — Грегори слегка поклонился. — Как поживаете?

— Как на американских горках: то вверх, то вниз… Аж дух захватывает. Присоединитесь к нам? — Она не могла отказать себе в удовольствии немного поболтать с Грегори. Ей страшно хотелось узнать хоть какие-нибудь новости о Надин.

— Ненадолго, — ответил он, садясь на свободный стул. Его взгляд упал на костыль, прислоненный к стене. — Что у вас с ногой?

Элли удивленно переглянулась с Тэдом.

— Я угодила под машину. Вы не знаете?

— Откуда же мне знать? — пожал плечами Грегори.

— Я думала, что Надин… — Элли осеклась.

Грегори взглянул на нее и улыбнулся.

— Она просто сказала, что уволила вас.

— Да, после того как я не пришла на важное совещание. А я не могла прийти, потому что валялась под капельницей! — Элли почувствовала, как в ней закипает злость. Яростная, неудержимая, буйная…

Тэд дотронулся до ее руки. Этого оказалось достаточно, чтобы Элли пришла в себя. Она виновато улыбнулась и потянулась к бокалу с вином.

— Вы можете подать в суд, — сказал Грегори. — Надин не имела права увольнять вас. Возможно, вам удастся выиграть дело.

— Вы действительно в это верите? — спросил Тэд с сарказмом. — Надин не признает своих ошибок.

— А вы так хорошо ее знаете? — спросил Грегори, смерив его проницательным взглядом.

Элли поняла, что пора немного разрядить атмосферу, и весело произнесла:

— Лучше скажите мне, Грегори, удалось ли Надин уговорить вас сменить работу?

— Сменить — нет, а совместить с моей прежней — да.

Элли вскинула брови.

— Так вы теперь сотрудничаете с Надин?

— Почему вас это так интересует?

— Только потому, что общих тем для разговора у нас больше нет, — холодно произнесла она.

— Ваша правда. — Он подозвал официанта и поставил свой опустевший бокал на поднос. — Что ж, не буду вас отвлекать. Приятного вечера.

Он ушел, а Элли долгое время не решалась посмотреть на Тэда. Однако тот сам заговорил:

— И все же тебя страшно задевает твое увольнение.

— Иначе и быть не может, — со вздохом произнесла она. — Прости, Тэд, но я хочу домой. Давай не будем дожидаться горячего, хорошо?

— Как скажешь, — сухо проговорил он. — Тебе решать.

6

Надин и Вэнди сидели напротив друг друга, почти касаясь лбами. Они внимательно разглядывали карту Сардинии, на побережье которой был расположен большой пятизвездочный отель, открытый всего четыре месяца назад. Надин всегда контролировала новые объекты, но до «Лагуны» у нее руки дошли только сейчас.

— Мне не нравится, что туристы едут в другой отель, более старый, — объясняла она Вэнди. — Они привыкли останавливаться там, но нам нужно их переманить в «Лагуну».

— У того отеля более удачное расположение, вы же видите. — Вэнди ткнула пальцем в карту. — Нас спасет только хорошо организованная рекламная акция.

— Обычно я работаю по другой схеме. Мои клиенты, они же зачастую совладельцы, первыми едут отдыхать в новые отели. Потом рекомендуют их своим обеспеченным знакомым. Те в свою очередь тоже расхваливают отдых… И так далее. С «Лагуной» же происходит что-то неладное. Открытие прошло гладко. Постояльцев было очень много. Не все номера были заняты, но шестьдесят процентов тоже неплохо. Однако прошло уже четыре месяца, а «Лагуна» до сих пор полна лишь наполовину.

— Какие отзывы?

— Никто не жалуется на что-что конкретное, — фыркнула Надин. — Так, обычные претензии: горничная оставила пыль на тумбочке, волос в тарелке с едой… За такое я увольняю виновных сразу. Хотя клиенты всегда найдут на что пожаловаться. Крупных претензий не было. Так что нужно поехать туда и посмотреть, в чем дело.

— Может быть, просто не сезон? — ляпнула Вэнди.

Надин посмотрела на нее с подозрением.

— Не сезон? В середине июля?

— Простите, сказала не подумав, — поспешила извиниться Вэнди. — На самом деле я имела в виду вот что: клиенты обычно возвращаются в понравившееся место. Но со дня открытия отеля прошло немного времени. Повторно постояльцы отдыхать в этом году уже не приедут. А если вы рассчитываете только на «сарафанное радио», так оно тоже не всегда срабатывает.

— Рекламы было хоть отбавляй, — нахмурилась Надин. — Можешь мне поверить. Нет, чует мое сердце, что дело здесь все-таки в самом отеле. В него было вложено слишком много средств, и если он не начнет в скором времени приносить прибыль… Даже думать не хочу о том, что может случиться. Совладельцы и спонсоры с меня три шкуры спустят.

— Уверена, мы найдем причину.

— Отличный настрой, — похвалила ее Надин. — Кстати, раз уж мы заговорили о спонсорах… Завтра вечером ты должна присутствовать на встрече с владельцами фабрик по производству салфеток и туалетной бумаги. Мы должны убедить их в том, что им выгодно продавать нам свою продукцию по сниженным ценам взамен ненавязчивой рекламы.

Вэнди улыбнулась.

— Вы продумываете любые мелочи, мисс Миллер. Я не устаю вами восхищаться.

— Из таких мелочей вырастает капитал. — Надин откинулась в кресле. — На прошлой неделе я заключила сделку с хозяином косметической фабрики. Он обещал поставлять в мои отели солнцезащитные лосьоны. Ты же знаешь, что по статистике люди, попробовавшие на отдыхе какое-либо средство, будь то крем или туалетная бумага, в восьмидесяти случаях из ста купят эту же продукцию, вернувшись домой. Бумажное полотенце напомнит им о прекрасном времени, проведенном на пляжах курорта. Вот тебе и реклама, не так ли?

— Странно, что кого-то нужно в этом убеждать. По-моему, польза от сотрудничества с вами очевидна.

Надин нахмурила брови.

— Я тебя нанимала не дифирамбы мне петь. За двадцать минут я не услышала от тебя ни одного дельного предложения, зато ты вылила на меня ведро лести.

Вэнди прикусила губу и покраснела. Спустя несколько секунд она произнесла:

— Простите, мисс Миллер. Но я действительно рада работать на вас. Постараюсь быть сдержаннее в своих оценках.

— Да уж, будь добра, — хмыкнула Надин. — А теперь принеси мне кофе, пончик с вишней и подготовь бумаги для завтрашней встречи. Нужно набросать примерный план моей речи.

— Разве вы всем говорите не одно и то же?

— Милочка, если бы я произносила одинаковые речи, в них никто не верил бы. К каждому нужен индивидуальный подход. Ты еще здесь? Марш за кофе!

Оставшись одна, Надин крепко задумалась. Она уже успела немного разочароваться в своей новой помощнице. Та была хоть и расторопна, но несколько туповата. Резюме ее было превосходным, а рекомендательное письмо изобиловало фразами, определенно выражающими похвалу способностям Вэнди, однако Надин не могла сказать, что в восторге от подчиненной.

Она хвастается тем, что чрезвычайно опытна, и тем не менее позволяет себе говорить такие глупости, что уши вянут, размышляла Надин. Элли даже в самом начале своей карьеры не была такой пустоголовой.

Она часто вспоминала о прежней помощнице. Нет, Надин не мучила совесть. Мисс Миллер просто нужна была девочка на побегушках. Ох, простите, на посылках.

Если бы Элли не совершила ту ошибку с папкой и не подвела меня, то работала бы здесь до сих пор. Но я не могу ее простить. Что, если она снова перепутает цвета? Больная помощница мне не нужна.

— Вот ваш кофе. — Вэнди поставила перед Надин большой стакан, наполненный мутноватой коричневой жидкостью, и пластиковую тарелку с двумя большими свежими пончиками.

— Я пью кофе со сливками, — процедила Надин. — Иди в кафетерий и купи другой.

Вэнди испуганно кивнула и шмыгнула за дверь. Зацокали ее каблучки по паркету. Пройдет не меньше пяти минут, прежде чем она вернется.

Надин тихо выругалась, откусила кусочек пончика и тут же начала плеваться.

С клубникой! А я ненавижу клубнику! У меня на нее аллергия! Я убью эту Вэнди!

Надин вышла в коридор — прогуляться и немного успокоиться. Чтобы не терять даром время, она решила заглянуть к Тэду Старку и купить пару пачек бумаги, которая так быстро заканчивалась. Надин не очень-то любила этого молодого мужчину, потому что он всегда смотрел на нее с небрежным снисхождением, а она привыкла к поклонению. А у Тэда не было вообще никаких причин гордиться собой. Ну что это за бизнес: распространять копировальную технику, продавать бумагу для принтеров, печатать на заказ визитки и карманные календари? На этом больших денег не заработаешь. А Надин вообще не уважала тех людей, которые к тридцати годам не заработали свой первый миллион, хотя по всем показателям вполне могли бы это сделать.

Она подошла к двери, на которой висела потускневшая от времени табличка «Старк компани». Надин хмыкнула: даже на приличную вывеску Тэд не разорился. Неудивительно, что он до сих пор ездит на видавшем виды автомобиле.

Надин вошла в комнату, где стоял оглушительный шум: большинство аппаратов работало. Сканеры жужжали, принтеры выплевывали листы, и в довесок ко всему менеджеры переговаривались, перекрикивая шум. Надин очень захотелось зажать уши руками. Она обвела взглядом помещение и удивленно расширила глаза. Возле подсобки стояла Элли и что-то увлеченно доказывала Тэду. Он внимательно слушал ее и кивал. Надин подошла ближе и уловила отрывок разговора:

— Тогда уровень продаж возрастет и… Добрый день, мисс Миллер. — Элли вежливо улыбнулась бывшей начальнице. — Что вам угодно?

— Хотела купить пару пачек бумаги.

— Я принесу, — сказал Тэд и ретировался.

Надин взглянула на костыль под мышкой Элли, на ее ногу в гипсе и спросила:

— Так ты теперь работаешь на Старка?

— Как видите.

— А могла бы найти более приличную работу. Сомневаюсь, что здесь тебе хорошо платят.

Элли пожала плечами.

— Меня все устраивает. А как ваши дела?

— Превосходно. — Надин провела ладонью по волосам, поправив прическу. — Нашла новую помощницу. Она умница.

— Рада за нее, — с каменным лицом произнесла Элли. — Простите, у меня много дел.

— Конечно. — Надин посторонилась, пропуская ее. — Когда тебе снимут гипс?

— Через два дня. — Элли обернулась. — Уже месяц прошел, врачи говорят, что лодыжка в порядке.

Надин кивнула и пошла навстречу Тэду, который нес пачки бумаги.

— Пожалуйста, мисс Миллер.

— Пришли мне счет, — зло сказала она, вырывая у него из рук бумагу.

Надин ушла, хлопнув дверью, хотя из-за шума работающей техники этого все равно никто не заметил.

— Кажется, она разозлилась, — сказал Тэд, подходя к Элли.

— Я знаю, — улыбнулась та. — Так приятно поставить ее на место. Она думает, что без нее Земля перестанет вертеться.

— Ее задевает то, что ты не пришла к ней на поклон. Она наверняка ожидала, что ты будешь умолять ее взять тебя назад.

— Не дождется, — сказала Элли. — Извини, кажется, уже подошло время обеденного перерыва? Я могу выпить кофе?

— Можешь нормально поесть, — усмехнулся Тэд. — В моей фирме существует четкий регламент рабочего времени. Никто не отменит твое право на обеденный перерыв.

— Я все время забываю о том, что ты не Надин, — сказала Элли и направилась к выходу.

Она уже привыкла передвигаться с помощью костыля и довольно резво ходила даже по лестницам. Тэд посмотрел ей вслед и покачал головой. Он был уверен, что Элли долго не продержится в его фирме. Эта женщина не могла усидеть на одном месте ни минуты. Виноват был и ее характер, и привычки, сложившиеся за пять лет работы в обществе Надин Миллер.

Элли, стоя у кассы, достала портмоне и в поисках мелочи открыла один из его отделов. Ее внимание привлек твердый глянцевый прямоугольник с блестящими буквами: Стив Уолш.

Надо же, я до сих пор не выбросила его визитку, подумала она и хотела было кинуть картонку в мусорную корзину, но вдруг передумала.

Он просил меня позвонить… Ну и что мне мешает это сделать? Я свободная женщина и могу сама принимать решения. Когда-то я любила этого мужчину и, если бы не ряд обстоятельств, возможно, сейчас была бы его женой. Нам есть о чем поговорить и что вспомнить. Мне ведь интересно, как сложилась его жизнь… без меня.

Она расплатилась за свой обед. Официантка донесла поднос до столика, и Элли сердечно улыбнулась ей, получив в ответ точно такую же улыбку.

Я и не замечала раньше, что люди могут быть искренними и добрыми. Наверное, мне стоит пересмотреть свое отношение к жизни в целом.

Она взглянула на проходящую мимо ее столика молодую женщину, которая что-то невнятно бормотала. Элли услышала только одно четко произнесенное слово: Миллер.

Молодая женщина швырнула на тарелку два пончика с вишней и подошла к кассе.

— Ваша начальница настоящая обжора, — со смехом сказала продавщица. — Вы уже в четвертый раз сюда приходите.

— Ей не угодишь. Она настоящая змея. Я вообще не понимаю, зачем ей пончики, питалась бы живыми мышами.

Элли едва сдержала смех. Ну ясно, Надин дрессирует новую помощницу.

Вэнди расплатилась и пошла к выходу из кафетерия. Однако Элли, повинуясь внезапному порыву, окликнула ее:

— Эй! Простите! Можно вас на минуту?

Та обернулась и недоуменно взглянула на Элли.

— Вы это мне?

— Вам, кому же еще. Подойдите, пожалуйста. Я не могу побежать за вами, как видите. — Элли показала на костыль.

Вэнди поставила поднос на столик и недружелюбно спросила:

— Что вам надо?

— Вижу, настроение у вас уже испорчено. Надин любит трепать нервы.

— Вы знаете мисс Миллер?

— Лучше чем кто бы то ни было, — усмехнулась Элли. — Я ее бывшая помощница. Между прочим, вы опять купили не то. Она снова пошлет вас в кафетерий.

— Что значит не то? Вот пончики с вишней, вот кофе с молоком! — Вэнди была на грани истерики.

— Пончики должны быть посыпаны сахарной пудрой.

— Как она меня достала! — прорычала Вэнди. — Вы себе не представляете!

— Еще как представляю, уж поверьте.

Вэнди присела рядом с ней.

— Как же вам повезло, что вы уволились!

— Нет, я не увольнялась, — поправила ее Элли. — Это она меня уволила. Но, да, вы правы, мне повезло. Чувствую себя превосходно.

— Я думала, что устраиваюсь на должность главной помощницы мисс Миллер, — разошлась Вэнди. — А оказалось, я получила место посыльного.

— Все правильно, — кивнула Элли. — Вы думаете, что я занималась чем-то другим? Сейчас затишье, Надин просто нечего делать.

— Ну работы у нее по горло, как я понимаю, — покачала головой Вэнди, — но она не поручает мне ничего серьезного.

— Она вас испытывает.

— Заставляя меня приносить пончики?

— Такой уж у нее подход. — Элли пожала плечами. — Она обожает мучить людей.

Вэнди присмотрелась к ней и указала на костыль.

— Это не она вас отделала?

— Нет, к счастью, — расхохоталась Элли. — Не переживайте. Вы привыкнете к ней. Как бы она вас ни мучила… оно того стоит.

— Если вы о деньгах, то я вынуждена согласиться с вами. Жалованье хорошее.

— Да и опыта наберетесь.

— Я работала в крупной американской компаний, — сказала Вэнди несколько высокомерно. — Поверьте, опыта у меня хоть отбавляй.

— Да, но вы наверняка привыкли сидеть в удобном кабинете и решать все вопросы по телефону, в спокойной обстановке. А тут вам приходится бегать по всем этажам в поисках самого вкусного кофе для Надин.

Вэнди ненадолго замолчала, с ненавистью глядя на пончики. Потом съела один из них и запила его кофе.

— Все равно придется покупать другие. Да и Надин в любом случае отчитает меня за то, что отсутствовала так долго, — объяснила она. — А я еще не обедала сегодня.

— Знакомая картина, — улыбнулась Элли.

— А вы бы вернулись обратно, если бы представилась такая возможность?

Элли серьезно посмотрела на сидящую напротив молодую женщину.

— Да, я бы вернулась. Не потому, что скучаю по выходкам Надин. А из-за того, что такая работа мне очень нравится. В ней я нашла себя.

Вэнди кинула взгляд на свои изящные наручные часики и заторопилась.

— Мне пора. Что там, вы говорите, любит эта змея?

— Пончики с вишней, посыпанные сахарной пудрой, двойной кофе со сливками и еще купите ей мятную жвачку, она оценит.

— Спасибо за консультацию, — улыбнулась Вэнди. — И удачи вам в жизни.

Элли проводила ее глазами. Милая женщина, но долго у Надин она не продержится. Максимум две недели.

А мне уже как-то и не хочется возвращаться, подумала Элли. Когда вижу воочию, чем была моя работа, мне становится нехорошо.

Ей снова снился пляж и синий океан. В воздухе витал аромат мускуса и хвои. Элли огляделась: где-то поблизости был мужчина ее мечты. Она его чувствовала. Однако пляж по-прежнему оставался пустынным.

Элли, ощутив пронзительную тоску, проснулась и расплакалась от безысходности и чувства одиночества.

Почти месяц прошел со дня аварии и с того момента, когда некий мужчина подарил Элли страстный поцелуй. Целый месяц… А она ни на шаг не продвинулась в разгадке тайны, которая так мучила ее. Кто этот мужчина? Во сне его голос показался ей знакомым. Однако она никак не могла вспомнить, где же могла слышать эти бархатные интонации.

Вытерев слезы, Элли повернулась на спину и уставилась в потолок. Давно уже следовало заняться поисками. Однако она все откладывала. Сначала Элли лежала в больнице и думала только о боли, терзающей тело. Потом училась передвигаться с помощью костылей и страдала из-за потери работы, а после приняла предложение Тэда и погрузилась с головой в круговорот запутанных дел. А время шло, не спрашивая у Элли разрешения. И все меньше шансов оставалось у нее, чтобы найти прекрасного принца, чей поцелуй вернул ее к жизни.

Я отыщу его, поклялась себе Элли. Этим же утром я попытаюсь выяснить, кто ко мне приходил.

Ей удалось уснуть на рассвете, так что в восемь часов, вскочив по звонку будильника, Элли чувствовала себя разбитой. Ей немного помог прохладный душ и чашка крепкого кофе. Когда она уже собиралась спускаться вниз, то вспомнила, что этим утром ей должны снять гипс.

— Я так к тебе привыкла, что почти перестала обращать на тебя внимание, — обратилась она к гипсовому сапожку и вызвала такси.

Доктор Мюррей встретила ее в приемном покое и устало улыбнулась. Элли понимающе покачала головой:

— Бессонная ночка?

— Да, удалось поспать лишь пару часов. — Кейт Мюррей провела свою пациентку в кабинет. — Я становлюсь старой: устаю на ночных дежурствах.

— Какой цвет? — Элли помахала перед глазами доктора голубым платком.

Кейт рассмеялась.

— Ну ясно, камень попал прямо в мой огород. Я советовала вам поменьше работать и побольше отдыхать, а сама плюю на эти правила. И, кстати, платок голубого цвета.

Доктор Мюррей сняла гипс, осмотрела ногу Элли и сделала рентген. После чего вручила своей пациентке осколок гипса со словами:

— Это вам на память. Для того чтобы вы всегда смотрели по сторонам, когда переходите дорогу.

— Спасибо. — Элли повертела этот серый шероховатый кусок в руках и кинула его в сумочку.

— Обычно друзья пациентов расписываются на гипсе, так что ни одного чистого места не остается, когда приходит время разбивать сапожок. Неужели у вас нет друзей?

— Тех, кто покусился бы на чистоту моего гипса, нет. — Элли почувствовала, что доктор Мюррей готова распрощаться и спросила: — Мне кое-что не дает покоя…

— Слушаю вас.

— Помните, мне кто-то принес коробку конфет, когда я была без сознания? Мне необходимо узнать, кто это был. Это вопрос жизни и смерти. Вы можете мне чем-то помочь?

— Разве никто из ваших знакомых до сих пор не признался? — удивилась Кейт.

Элли покачала головой.

— К сожалению, нет.

— Почему это так важно для вас? Возможно, это был просто тайный поклонник, который узнал о том, что вы угодили под машину, и сразу же поспешил навестить вас.

— Я пришла в себя, когда он… меня поцеловал, — покраснев, произнесла Элли. — И это был самый дивный поцелуй, какой только можно представить. Я никогда не испытывала ничего подобного.

— Поцелуй мог вам присниться, — безжалостно произнесла Кейт, хотя глаза ее улыбались.

— А конфеты?

— Мужчина действительно существовал. Предположим, он вошел в палату, подошел к вам, положил коробку на тумбочку и склонился над вами… И тут вы на секунду пришли в себя. Сознание снова сыграло с вами злую шутку: подарило иллюзию. Как тогда, с цветами. Но поцелуя не было.

— Могу поклясться, что был. В любом случае, я должна отыскать того мужчину. — Элли сложила руки в умоляющем жесте. — Пожалуйста, доктор Мюррей, помогите!

— Да чем вас так зацепил этот таинственный незнакомец?

Элли мечтательно улыбнулась.

— Он был таким… родным. Мне было так хорошо с ним на том пляже…

— Где-где? — удивленно проговорила Кейт.

— Мне снился пляж, — пояснила Элли. — Я не могу объяснить, что чувствовала в тот момент, но… Понимаете, я уже забыла, что такое любить и быть любимой. А в том сне вдруг вспомнила. Мне нужен этот мужчина, и все тут! Иначе я просто не знаю, как дальше жить.

Доктор Мюррей покачала головой и усмехнулась.

— Ума не приложу, что вам посоветовать. Он ведь не приходил больше… Однако если вы нравитесь этому мужчине, значит, он где-то рядом. Поищите среди своих знакомых. Возможно, он просто боится признаться, что воспользовался вашей беспомощностью и поцеловал вас. Либо считает это несущественным фактом.

— Что же, по-вашему, мне в лоб спрашивать всех мужчин, с которыми я общаюсь, не целовали ли они меня когда-нибудь?

— Не вижу иного выхода.

— Меня примут за сумасшедшую.

— Честно сказать, я и сама подумываю, не отправить ли вас к психиатру.

Элли рассмеялась, посмотрев на Кейт Мюррей. Та, без сомнения, сочувствовала своей пациентке, хотя и не верила в ее рассказы.

— Что ж, спасибо, что выслушали. — Элли повернулась, чтобы уйти.

— Знаете, — остановил ее голос Кейт, — если бы я была на вашем месте, то непременно начала бы поиски. Я не сдалась бы. Вы побывали в сказке. Прекрасный принц разбудил вас поцелуем. Он просто не имел права уходить. Найдите его.

— Непременно, — улыбнулась Элли. — Клянусь вам.

7

— Что это?! — воскликнул Тэд, листая за обедом свежую газету. — Вот так сюрприз! Элли, не твоя ли это фотография?

— Моя, — ответила Элли, даже не взглянув. — Я хорошо получилась?

Тэд, приоткрыв рот, взглянул на свою приятельницу. Спустя несколько секунд он протянул:

— Неплохо. В черно-белом варианте ты отлично выглядишь.

— Спасибо, — весело ответила она.

Тэд снова уткнулся в газету и вслух прочел:

— «Ищу прекрасного принца, поцелуй которого оставил неизгладимый след в моей душе»… Может, объяснишь, что происходит?

Элли рассказала ему о своем сне и поцелуе. Тэд долго молчал, а потом сложил газету и отодвинул на край стола.

— Я считал тебя умной женщиной, которая не способна на взбалмошные поступки.

— Тэд, ты забыл, что я блондинка? — она накрутила локон на палец.

— Значит, сегодня ты помещаешь свое фото в газете, а завтра придешь во всем розовом?

— Любишь же ты утрировать, — усмехнулась она и отправила в рот кусочек пирожного.

— Это я-то утрирую? Ну-ну!

— Я подумала, что так будет проще найти моего принца.

— Неужели? А что, если принц не читает газет? Или читает, но не позвонит все равно? Кстати, зачем ты дала свой номер телефона? Представляешь, сколько будет звонков от тех, кто захочет с тобой познакомиться?

— Пусть звонят, я готова. Потом просто сменю номер.

Тэд вцепился в столешницу, словно боялся упасть, и выдал:

— Элли, это был я.

— Серьезно? — она не поверила и продолжила как ни в чем не бывало пить кофе.

— Я не шучу. Надин сказала мне, что ты лежишь в больнице. Я разволновался и сразу помчался к тебе. Ты мне нравишься, вот я и поцеловал тебя. Ты была такой несчастной, вся в трубках, с синяком вполлица… Да, это был я.

— В таком случае ответь на вопрос: что ты мне принес, когда навестил меня в первый раз? Тогда, когда ты, по твоему собственному утверждению, поцеловал меня.

— Э-э-э… — замялся Тэд. — Букет цветов?

— Нет. Еще одна попытка.

— Пирожное? Или пончик?

— Мне бы это очень помогло выздороветь.

— Коробку конфет?

— О, с третьей попытки ты догадался! — рассмеялась Элли. — Гениально!

— Да я просто забыл.

— Хорошо, с чем были конфеты?

Тэд хлопнул по столу ладонью.

— Да не помню я! Купил первую попавшуюся коробку и принес тебе.

— Ты врешь, Тэд. Скажи — зачем?

Он тяжело вздохнул.

— Ладно, сдаюсь. Я действительно лгу. Все дело в том, что я не хочу, чтобы ты окончательно свихнулась. Советую тебе отключить телефон или прямо сегодня сменить номер. И жить дальше, словно ничего и не произошло.

— Не могу. У меня уже не получится.

— Ты еще даже не пробовала!

— Не уговаривай меня, Тэд. Я знаю, что делаю. — Элли вдруг замолчала и уставилась куда-то поверх его плеча. — Ты смотри, кто к нам идет!

Тэду не нужно было оборачиваться, чтобы догадаться. Он уже почувствовал запах приторно-сладких духов.

— Мисс Миллер, какая приятная встреча! Решили нормально пообедать в кои-то веки? — спросил он, поднимая взгляд.

Надин выросла рядом с их столиком. Выражение лица у нее было крайне решительным.

— Мне нужно поговорить с Элли наедине.

— Уверен, что у моей секретарши нет от меня тайн.

Элли едва заметно улыбнулась.

— Говорите, мисс Миллер. Что случилось?

Надин набрала в легкие побольше воздуху и выпалила:

— Я хочу, чтобы ты вернулась обратно. Дважды предлагать не буду. И выслушивать язвительные замечания тоже. Отвечай прямо: да или нет.

Элли посерьезнела. Она не ожидала, что это произойдет так скоро. Ей лишь недавно удалось более или менее привести в порядок дела Тэда. Нечестно было бы уйти, бросив едва начатое. И тем не менее она произнесла:

— Прости, Тэд. Ты знаешь, что я отвечу.

Он лишь развел руками и отвернулся.

— Итак? — поторопила ее Надин.

— Да, — ответила Элли. — Но вы должны дать мне пару недель для того, чтобы я закончила работу, за которую взялась в «Старк компани».

— На днях мы должны лететь в Италию.

— Я могу взять документы с собой, чтобы работать в самолете и по ночам.

— Твое дело, — сказала Надин. — Платить буду столько же. Можешь приступать немедленно. Будешь идти в офис, захвати для меня кофе.

— Только один вопрос, — остановила ее Элли. — Что случилось с вашей новой помощницей?

— Она помирилась с бывшим мужем, — сухо ответила Надин и, развернувшись на каблуках, ушла.

— Полагаю, бедная женщина сравнила существование под гнетом Надин и жизнь с мужем и выбрала из двух зол меньшее, — усмехнулся Тэд, по-прежнему несмотревший на Элли.

Она протянула руку через стол и стиснула его пальцы.

— Прости меня.

— Это твой выбор, — со вздохом произнес он и наконец посмотрел ей в глаза. — Надеюсь, он правильный. Мне было приятно работать с тобой. Эти две недели… Они были чудесными.

— Мы останемся друзьями, хорошо? — Элли подпрыгивала на месте от нетерпения. Мысленно она уже была в своем кабинете без окон с Надин за стенкой.

— Да, раз мне не светит ничего большего. В твоей истории мне довелось побыть лишь второстепенным персонажем. Но я рад и этому.

— Я найду себе замену, — сказала Элли. — После того как я разобралась в твоих запутанных финансовых операциях, бизнес должен пойти в гору. Нужно будет лишь время от времени наводить порядок в документах. Ты не против, если я пришлю умную и расторопную молодую женщину, которая станет твоей секретаршей и бухгалтером?

— В таком случае, пусть она будет симпатичной и незамужней, — попросил Тэд. — Только в таком случае я согласен простить тебя.

Элли рассмеялась.

— Как скажешь, Тэд. Я выберу самую красивую секретаршу в мире.

Надин косо смотрела на то, что помощнице постоянно кто-то названивает, но молчала. Элли знала, что терпение начальницы небезгранично, и потому старалась говорить как можно тише.

— Нет, я не хочу познакомиться. Я пытаюсь найти одного парня… Нет, вы — точно не он. Я не буду с вами встречаться. И, нет, мне не нравится секс втроем!

Примерно в таком духе проходили разговоры с мужчинами, которые ей звонили. Тэд был прав, когда сказал, что из этой затеи с объявлением ничего хорошего не выйдет. Однако Элли не теряла надежды.

— С нами летит Грегори, — сказала Надин в один из промежутков между звонками. — Мы пробудем на Сардинии неделю.

— Хорошо, — кротко ответила Элли, чувствуя, как вибрирует у нее в сумке телефон.

— Да кто там тебе названивает, черт возьми?! — не выдержала Надин.

— Мой номер телефона случайно попал в чужое объявление в рубрике «Знакомства».

— Фотография там тоже оказалась случайно? — произнес мужской голос.

Элли так сильно вздрогнула, что едва не свалилась со стула. Она и не слышала, как вошел Грегори.

— Легок на помине, — произнесла Надин. — Мы как раз говорили о тебе. А что там с фотографией Элли?

— Рад, что вы вернулись, мисс Бланшетт. — Грегори проигнорировал вопрос Надин.

— Спасибо, я тоже в восторге, — пробормотала она, отключая телефон.

— Ты говорил про фотографию. — Надин трудно было сбить с толку.

Грегори заглянул в испуганные глаза Элли и сказал:

— Да, говорил. Про фотографию Джулии Робертс. Представляешь, кто-то пошутил и поместил в газете объявление о знакомстве с номером телефона Элли и фото известной киноактрисы.

— И теперь тебе звонят ее поклонники, надеясь, что Джулия Робертс действительно решила найти спутника жизни через газету? — рассмеялась Надин. — Потрясающе!

— Кому как, а мне не до смеха, — хмуро сказала Элли, опустив глаза.

Грегори уселся на свободный стул. Элли неожиданно вскинула голову и встретилась с адвокатом взглядом. Грегори вопросительно поднял брови:

— Что?

— Ничего, — медленно произнесла Элли. Она никак не могла сообразить, показалось ей или же нет: от Грегори пахло мускусом и хвоей.

Быть того не может, решила Элли. Мое больное воображение решило снова поиграть со мной. Она взглянула на Надин, на которой была светло-зеленая блузка.

— Какого цвета ваша блузка?

Надин напряглась.

— Ты снова заболела? Слушай, Элли, на этот раз я не позволю тебе слечь в больницу. Мне некогда опять проводить собеседования!

— Светло-зеленая, да? — с надеждой спросила Элли.

— Твое счастье, ты угадала.

— Вы снова пьете снотворное? — поинтересовался Грегори. — Вам никто не говорил, что барбитураты — это своего рода наркотик?

— Я сплю как младенец и без таблеток, — заверила его Элли.

— Надеюсь, ты не лжешь? — встревожилась Надин.

— О, перестаньте! Со мной все в порядке! Мне хватило недели, проведенной в больнице. Теперь я чрезвычайно трепетно отношусь к своему организму.

Надин закрыла крышку ноутбука и взглянула на Грегори.

— Думаю, нам пора по домам. Завтра рано вставать, самолет в восемь утра.

— Разве не было рейса позже? — капризно спросил Грегори. — Я становлюсь злым и раздражительным, когда не высплюсь.

— Придется потерпеть.

— Нет, это вам придется терпеть мои выходки. — Он поднялся. — Вообще-то я зашел за документами. Хотел просмотреть их на сон грядущий.

Надин подала ему толстую стопку.

— Пожалуйста, не опоздай завтра на самолет. Ненавижу, когда что-то идет не так, как я задумала.

— Вас подвезти, мисс Бланшетт? — спросил Грегори. — Вы же, кажется, пока что не водите автомобиль?

Элли действительно боялась садиться за руль. Нога еще побаливала, приходилось ходить с тростью. Доктор Мюррей обещала, что со временем дискомфорт пройдет и при желании Элли сможет бегать стометровку. Однако пока Элли осторожничала.

— Если вам не трудно, можете подбросить меня.

Надин смерила ее сердитым взглядом, в котором сквозила ревность. Однако сказать что-то она не посмела — побоялась выдать свои чувства.

Он ей даже не нравится, подумала Элли, собираясь. Надин строит ему глазки только потому, что по привычке желает всех контролировать и подчинять. Вот только Грегори сам не промах. Ох, как же все-таки его духи меня будоражат! Но Грегори не может быть моим принцем. Впрочем, кандидатов и так кот наплакал. Тэд предположил, что у меня есть тайный поклонник. Что ж, в таком случае, этот человек — просто мастер шифровки.

Она вспомнила слова доктора Мюррей. Та сказала, что вызвал «скорую помощь» и сопровождал Элли до больницы какой-то мужчина. Скорее всего, просто прохожий — но вдруг нет?

Элли хотелось верить в то, что этот мужчина и поцеловал ее. Такой вариант казался ей самым романтичным из всех возможных. Именно поэтому она дала объявление в газету. Что, если незнакомец настолько скромен, что не решится снова появиться? В таком случае, нужно было подать ему знак, что Элли готова встретиться со своим спасителем.

— О чем вы размечтались? — поторопил ее Грегори. — Я не могу ждать три часа, пока вы уложите в свою сумочку солнечные очки и шариковую ручку.

— Простите, — сказала Элли. — Я уже готова.

Они спустились вниз, и Грегори отпер дверцу своего автомобиля. Это был новый «лексус» черного цвета. Элли издала протяжный стон, выражающий восторг.

— Вам так понравилась моя машина? — спросил Грегори. — Вы истинная блондинка.

— Оставьте в покое мой цвет волос, — попросила Элли, забираясь в салон.

— Я убежден, что женщина, которая ахает и глупо открывает рот при виде классной тачки, не может обладать высоким интеллектом. — Грегори сел за руль.

— Почему вы хотите меня оскорбить?

— О нет, если бы я этого хотел, то сказал бы что-нибудь нелицеприятное.

— То есть, по-вашему, то, что вы обозвали меня тупой, не должно меня задеть?! — возмутилась Элли и открыла дверцу. — Всего хорошего.

Однако Грегори надавил на педаль газа, и машина рванула вперед.

— Хотите выпрыгнуть? Пожалуйста. Но оставьте трость в салоне. Она вам понадобится, когда вы сломаете вторую ногу.

Элли захлопнула дверцу и откинулась на сиденье. Она с трудом сдерживалась, чтобы не ударить Грегори.

— Что я вам такого сделала? Мне казалось, что мы нашли общий язык, когда гуляли по парку и ели мороженое.

— Это было так давно, что я успел забыть о нашей прогулке.

— Вы не ответили на мой вопрос: почему вы на меня сердитесь?

— Ошибаетесь, мисс Бланшетт. — Он смотрел только на дорогу, впрочем поглядывая краем глаза на Элли. — У меня просто плохое настроение сегодня.

— И потому вы решили отыграться на невинном человеке? Умно, нечего сказать.

— Я всегда так делаю, — огорошил ее ответом Грегори. — Поэтому у меня так мало друзей.

— Не пробовали измениться? — усмехнулась Элли.

— Зачем?

— Чтобы не быть таким злым и одиноким.

Грегори покачал головой.

— Я превосходно себя чувствую. Отсутствие толпы друзей — это несомненный плюс. Никто не звонит по ночам с просьбой забрать из пивнушки, не просит денег в долг, не канючит, чтобы я выгулял его собаку…

— А также не поздравляет с днем рождения, не навещает в больнице, не спрашивает, как у тебя дела… — Элли невесело рассмеялась. — Да, отсутствие друзей — это здорово.

— Вы от этого страдаете, а я нет.

— Вы ведь не женаты, верно?

— Спросите у Надин, она знает о моей трагической истории, — ухмыльнулся он. — А то мне скучно пересказывать.

— Попробую угадать. Вы были женаты и думали, что это брак на всю жизнь. Однако потом начали пропадать на работе, полагая, что жена поймет ваше стремление подняться по карьерной лестнице. А супруге было скучно, не хватало вашего внимания, вот она и нашла его на стороне. И тогда вы развелись. С тех пор вы перебиваетесь случайными связями и иногда развлекаетесь с профессиональными жрицами любви. И пытаетесь доказать всем, в том числе и самому себе, что вас такие отношения с женщинами устраивают больше, чем чувства, проверенные временем и обстоятельствами.

— Разложили по полочкам так, что и психолог не справился бы лучше.

— Я угадала хоть что-нибудь?

— Каждое ваше слово — правда, — сказал Грегори таким тоном, что невозможно было понять, шутит он или говорит серьезно.

Элли вдруг опомнилась и посмотрела в окно. Они как раз сворачивали на улицу, где находился ее дом.

— А откуда вы знаете, где я живу? — спросила она, с подозрением глядя на Грегори.

— Тоже мне тайна.

— И все же? Не припомню, чтобы я называла вам свой адрес.

— Я юрист, мисс. И не привык доверять людям. Когда у меня появляются новые знакомые, я собираю о них всю возможную информацию. Где они живут, что предпочитают есть на завтрак, с кем встречаются…

— Какие конфеты любят, — вставила Элли.

Грегори кивнул.

— И это тоже.

Элли поджала губы. Либо Грегори гениальный актер, либо он действительно не был тем мужчиной, которого она искала.

А хотелось ли ей, чтобы он оказался тем самым прекрасным принцем? Рядом с ним она чувствовала себя беззащитной. Он был гораздо сильнее ее и физически, и духовно. Грегори, без сомнения, привлекал ее как мужчина. Однако с первого же дня знакомства она относилась к нему с опаской.

С чего я взяла, что это он? — размышляла Элли. Только потому, что от него пахнет тем же одеколоном, что и от мужчины из моего сна? Кажется, я действительно начинаю медленно сходить с ума. Придумала себе сказку и поверила в нее. Ну не дура ли? Может быть, не существует никакого прекрасного принца, в которого я умудрилась влюбиться? Это был плод моей фантазии. Нет у меня тайных воздыхателей. Да и Грегори никогда не поехал бы ко мне в больницу и не стал бы целовать меня…

Или стал бы?

— Мы вот-вот проедем мой дом, — сказала она.

— Не волнуйтесь, мисс Бланшетт, не проедем.

— С каких это пор вы перестали называть меня по имени?

— А мы так хорошо знакомы, что можем перейти на «ты»? — он остановил машину.

Элли схватила свою трость, сердито посмотрела на Грегори и, не прощаясь, выскочила из автомобиля.

— В приличном обществе принято говорить «здравствуйте» и «до свидания»! — крикнул ей вслед Грегори.

Она обернулась и выпалила:

— В приличном обществе принято вежливо разговаривать с собеседником. Так что не учите меня тем правилам, которых сами не придерживаетесь!

— Склочная женщина, — пробормотал он. — Мечта такого мужчины, как я.

8

Элли не знала, что подтолкнуло ее к тому, чтобы позвонить этим вечером Стиву. Однако визитка словно сама прыгнула ей в руки. Элли долго вертела бумажный прямоугольник и в конце концов набрала номер.

Стив ответил после шестого или седьмого гудка, когда она уже хотела положить трубку. На другом конце провода слышались веселые голоса и музыка.

— Слушаю вас, говорите, пожалуйста! — произнес Стив. Голос у него был очень веселым.

— Ты, вероятно, неплохо проводишь время, — сказала Элли. — Я не вовремя?

— Кто это?

— Это Элли Бланшетт.

— Ох, прости, не узнал тебя! — воскликнул Стив. — Как же я рад тебя слышать! Я почему-то думал, что ты никогда не позвонишь мне. Как здорово, что ты все-таки решилась!

— У меня только сейчас появилось время, — пояснила Элли. Ей было обидно, что он считает ее трусихой. — Я, наверное, отвлекаю тебя?

— Нет-нет, все в порядке. Я сейчас на вечеринке у приятеля. Хочешь присоединиться?

— Нет, спасибо, — усмехнулась Элли. — Не люблю быть незваной гостьей.

— Но ведь я тебя зову, — рассмеялся Стив. — Приезжай, мы только начали. Поболтаем, развеемся… Я пришлю за тобой такси, хорошо?

— Я не могу, мне завтра рано вставать.

— Насколько рано?

— У меня рейс в семь часов.

— Улетаешь куда-то?

— Да, на Сардинию.

— Ого! Завидую! — сказал Стив.

— Я не отдыхать туда еду. Это по работе.

Повисла неловкая пауза. Наконец Стив спросил:

— Ты по-прежнему работаешь с Миллер?

Он никогда не называл Надин по имени. Говорил, что она недостойна такой чести. Стив терпеть ее не мог, и, по правде сказать, было за что. Она разрушила его мечты, растоптала чувства, лишила возможности быть рядом с любимой женщиной… Да, он имел полное право ненавидеть Надин.

— Какое это имеет значение? — вопросом на вопрос ответила Элли.

— Значит, да?

— Ну да.

— Так она отпустит тебя сегодня на вечеринку со мной?

— Стив, Надин — не моя мамочка, — с прохладцей в голосе произнесла Элли.

— Не буду спорить, потому что запросто могу нагрубить. При одном только упоминании фамилии Миллер у меня начинается аллергия: покрываюсь сыпью и чешусь.

Элли рассмеялась.

— Хорошо, что Надин тебя не слышит.

— А может быть, как раз плохо. Она так и останется в неведении по поводу того, что о ней думают приличные люди.

Как же я по нему соскучилась, вдруг подумала Элли. Я уже почти забыла, как он умеет шутить. А ведь Стив раньше постоянно веселил меня. Ни секунды я не скучала, когда была рядом с ним. Мне бы хотелось хоть на полчасика вернуться в прошлое, в то время, когда мы были только вдвоем и он не подозревал о существовании Надин. Жаль, что машины времени не существует.

— В последний раз спрашиваю: ты приедешь? — с шутливой строгостью спросил Стив.

— Да, называй адрес, — решилась наконец Элли и снова удивилась самой себе.

Еще месяц назад она ни за что не поместила бы объявление в газету и не поехала бы к бывшему любовнику. Несчастный случай изменил ее. Она стала больше ценить жизнь, которая, как оказалось, может оборваться в любой момент.

Если не сейчас делать глупости, то когда же? — подумала Элли. Скоро мне стукнет тридцать пять, и я совсем перестану рисковать. Я превращусь в Надин, у которой есть только одна страсть: карьера. А мне совсем не хочется становиться копией моей начальницы.

Стив ждал Элли у калитки в заборе, окружающем добротный современный особняк. В окнах дома горел яркий свет, из открытой настежь двери лилась музыка.

Элли вышла из такси и улыбнулась Стиву. Он весело помахал ей рукой в ответ.

— Быстро добралась.

— Я старалась. — Опираясь на трость, она подошла к нему.

— Как твоя нога?

— Уже лучше, как видишь.

Он открыл перед ней калитку.

— Входи. Тебя уже все ждут.

Элли смущенно покраснела.

— Ждут? Что ты сказал своим друзьям? Мне и так неудобно, что я пришла на чужую вечеринку, хотя ни с кем, кроме тебя, не знакома.

— Не беспокойся. Я представлю тебя как свою старинную знакомую. Да и никто не обратит на тебя внимания. В этом доме любят принимать гостей. На здешних вечеринках всегда присутствует пара человек, которых никто не знает.

Они пошли рядом по узкой садовой дорожке. Элли обратила внимание на идеально подстриженный газон и аккуратные клумбы. Видно было, что за растениями в саду тщательно ухаживают.

— Хозяйка дома — завзятый цветовод?

— Хозяин, — уточнил Стив. — Мой приятель. Он обожает копаться в саду.

Элли вошла в дом и вдохнула аромат свежей выпечки. Пахло корицей и яблоками, наверняка кто-то испек пирог совсем недавно.

Стив провел Элли в гостиную и представил всем присутствующим, а их было около десяти человек. Все разом загалдели, приветствуя новую гостью. И через минуту о ней забыли, как и предсказывал Стив.

— Выпьешь что-нибудь? — спросил он.

Элли присела в кресло у холодного камина.

— Да, пожалуйста.

Он вышел из гостиной и через минуту вернулся с небольшим подносом, на котором стояли два бокала, бутылка вина и тарелка с куском яблочного пирога.

— Ты явно чувствуешь себя тут, как дома, — заметила Элли.

— Да, я провел здесь достаточно времени, чтобы перестать стесняться и вести себя так, словно я здесь хозяин. — Стив присел на широкий подлокотник кресла и протянул Элли бокал, который наполнил вином. — Попробуй пирог. Я лично помогал его печь.

— Ты? — изумилась Элли. — Три года назад я рассказывала тебе, как нужно жарить яичницу, а теперь ты вдруг заделался поваром?

Стив мягко улыбнулся.

— Я встречался с женщиной, которая страшно любила готовить. Она научила меня многим кулинарным премудростям.

Элли сделала глоток, чтобы хоть как-то заполнить возникшую паузу, и только после этого спросила:

— Так у тебя есть… невеста?

Стив глубоко вздохнул и принялся рассказывать:

— После того как мы с тобой расстались, я почти четыре месяца ни с кем не встречался. А потом познакомился с чудесной женщиной. У нее был только один недостаток — ее муж.

— Ты закрутил роман с замужней женщиной? — удивленно спросила Элли. — Наверное, сильно влюбился. Помню, ты всегда отрицательно относился к адюльтерам.

— Начнем с того, что я долгое время не знал о ее супруге. Большую часть времени он проводил в командировках. Его жене надоело быть вдовой при живом муже, и она нашла себе постоянного любовника в лице меня.

— И она ничего тебе не сказала о своем супруге?

— Сказала, но уже было поздно — я влюбился в нее.

— Так ты женился на ней в конце концов?

Стив покачал головой и залпом выпил вино.

— Нет. Однажды она приняла решение развестись с мужем, но заодно порвала и со мной.

— Почему?

— Я нужен был ей лишь на тот период, когда она оставалась одна. Освободившись от семейных уз, она распрощалась со мной тоже, объяснив это тем, что хочет начать новую жизнь. Теперь, как я слышал, она снова замужем. На этот раз брак вроде бы удачный. Надеюсь.

— А ты опять остался один, — с сочувствием проговорила Элли.

— Да, не скрою, мне было очень тяжело. Сначала меня бросила ты, потом она… — Стив невесело рассмеялся. — Дошло до того, что я начал себя жалеть. Сама понимаешь, как это ужасно.

— О да! Хорошо понимаю!

— Да что мы все обо мне говорим! — спохватился он. — Как ты жила все это время? Расскажи о себе. Я правильно понимаю, что ты тоже до сих пор одна?

Элли кивнула и отщипнула кусочек пирога.

— О, как вкусно! Это действительно твой шедевр?

— Ну я помогал, — скромно признался Стив. — Приготовил тесто, а испекла пирог вон та брюнетка в желтом платье.

— Очень вкусно!

— Ты ушла от темы.

Элли взглянула на него. В его серые, родные глаза, которые ласково и с пониманием смотрели на нее.

— Да не о чем рассказывать, Стив. Я не встретила того мужчину, ради которого смогла бы бросить карьеру. Ты же помнишь, из-за чего мы расстались.

— Скажи хотя бы: оно того стоило?

— Наверное, да. В любом случае, я ни о чем не жалею.

— Что ж, это самое главное.

Кто-то включил зажигательные латинские мелодии и добавил звук. Гости и сам хозяин дома начали танцевать. Стив наклонился к Элли и предложил:

— Выйдем в сад? Там можно спокойно посидеть и поговорить.

Она согласилась. Они вышли из дома и устроились на скамейке у неработающего фонтана. Элли вздохнула полной грудью. Лето выдалось на удивление теплым и сухим. Дожди лили лишь в июне, а теперь погода словно решила дать людям передышку.

— Всегда хотела жить за пределами Лондона, — сказала Элли. — Когда-нибудь я тоже куплю такой вот уютный маленький дом. Ненавижу тесные квартиры.

— Я тоже, — согласился Стив. — В Филадельфии у меня чудесный двухэтажный особняк, доставшийся мне от родителей. К сожалению, я редко бываю дома.

— Ты мне не рассказывал об особняке, — удивленно проговорила Элли.

— Наверное, забыл, — сказал Стив и, улыбнувшись, добавил: — Хотя вообще-то мы редко с тобой разговаривали, если помнишь. У нас были другие… интересные занятия.

Элли покраснела и смущенно рассмеялась.

— Да, верно. Хочу тебе признаться… Это был самый бурный роман в моей жизни.

— Могу сказать то же самое. — Стив протянул руку и убрал прядь волос, упавшую на лоб Элли. — Жаль, что все так быстро закончилось… Да?

Она облизнула сухие губы, нервничая от его прикосновений. На нее огромной разрушительной волной нахлынули воспоминания. Ее первая сильная любовь… Да, это был он, Стив. И именно он сделал ее по-настоящему счастливой. Если бы Надин не вмешалась…

Я сама выбирала, подумала Элли. Надин не виновата. Ей не нужна была помощница, которая думает не о работе, а о том, как бы поскорее улизнуть на свидание. Я бы на месте Надин поступила бы точно так же. Стив мог бы, конечно, быть понастойчивее. Однако все зависело только от меня. Я сама убила наши отношения. Своими собственными руками. Некого винить. Кроме себя самой.

— Мне жаль. Очень. Правда, — прошептала она.

— Можно все изменить.

— Не получится, Стив. Однако знай, что, случись подобная история сейчас, я бы выбрала тебя.

— Спасибо, — тихо сказал он. — Мне важно знать это.

Он наклонился к ней с явным намерением поцеловать, но Элли остановила его.

— Не надо, Стив. Назад пути нет. Здорово, что мы с тобой встретились, но… В одну и ту же реку не войти дважды.

Он кивнул с пониманием и опустил глаза. А Элли стало стыдно перед самой собой. Она лгала. Ей постоянно приходилось возвращаться к тому, от чего удавалось сбежать. Взять хотя бы Надин…

— Мне пора. — Элли поднялась на ноги. — Завтра я улетаю… Ты надолго приехал в Лондон?

— Нет, останусь еще на пару дней. — Он стиснул ее плечи. — Элли, обещай, что мы еще встретимся.

Она отрицательно покачала головой.

— Нет, будет лучше, если сегодня мы распрощаемся навсегда. Если помнишь, наше расставание было бурным. Мы много чего нелицеприятного наговорили друг другу. Я часто вспоминала нашу последнюю встречу. Мне было стыдно за нее. Наконец-то нам удалось поговорить спокойно. Можно ставить точку.

— А я хотел бы поставить многоточие, Элли. Ты снова бежишь от своих чувств. Уже во второй раз. Не будешь ли ты опять раскаиваться в том, что совершила?

— Да не раскаиваюсь я! — воскликнула она, не зная, кого хочет убедить, его или все-таки себя.

Стив закрыл ладонями лицо, а потом поднял глаза к небу и рассмеялся. Он выглядел безумным.

— Элли, я ведь тебя искал.

— Что?

— Да, искал. Но ты сменила телефон, а твоего адреса я не знал. Да я вообще ничего о тебе не знал, Элли! Потом начались другие отношения, и я успокоился, но… Каждый раз, когда я приезжал в Лондон, то искал тебя в толпе людей взглядом. И как только отчаялся встретиться с тобой снова, ты вдруг появилась. Возникла из ниоткуда. Жалкая, усталая, на костылях, с огромным синяком на лице. Я не поверил своим глазам. А когда поверил, то понял, что это судьба свела нас вместе. Мы должны были встретиться еще раз.

— Для чего же?

— Понятия не имею, — с улыбкой сказал он. — Однако твердо уверен, что не для того, чтобы еще раз попрощаться.

— Ты не приходил ко мне, когда я была в больнице? — вдруг спросила Элли.

— Прости?..

— Ладно, забыли, — махнула рукой Элли.

— Но я видел твое объявление в газете, — неожиданно произнес он. — Ты пытаешься стать самой собой. Раньше…

— Да, раньше я никогда бы так не поступила, — нетерпеливо ответила Элли.

— Я хочу быть твоим принцем. Или ты действительно ищешь кого-то конкретного?

— Мне уже стыдно за то, что я поместила это объявление, — призналась она. — На самом деле мне кое-что привиделось, когда я лежала без сознания… И я поверила в собственные больные фантазии. Это уже в прошлом. И… мне действительно пора идти.

— Я вызову тебе такси. Подожди минутку, я только схожу за телефоном.

Оставшись одна, Элли взглянула на потемневшее небо, на котором появились первые звезды. В последний раз она молилась, когда ей было лет шестнадцать. С тех пор Элли никогда не разговаривала с Богом. Однако сейчас ей вдруг ужасно захотелось поверить в то, что она не одинока и что рядом с ней незримо присутствует кто-то, к кому можно обратиться за помощью.

Элли шепотом сказала:

— Мне так нужно разобраться в себе… Как это сделать? Как? Мне нужна подсказка…

Внутренний голос сказал ей, что подсказок было предостаточно. Однако ни одной из них она не воспользовалась.

— Вот и я. — Стив вернулся и снова сел рядом с ней на скамейку. — Вызвал такси. Скоро приедет. Хочешь, я провожу тебя до дома?

— Не стоит.

— Как скажешь. — Он взглянул на ее трость. — Долго тебе еще придется с ней ходить?

— Месяц, может, два. Пока не пройдет боль.

— А что говорит доктор Мюррей? — обеспокоенно спросил Стив. — Твое здоровье в порядке?

— Не волнуйся, — улыбнулась Элли. — Я отлично себя чувствую. Правда.

Раздался автомобильный сигнал. Стив вскочил на ноги и, вытянув шею, попытался разглядеть поверх забора, что за машина подъехала.

— Это такси. Как быстро…

— Спасибо за вечер, — сказала Элли и поцеловала Стива в щеку. — Я прекрасно провела время.

— Ты дашь мне свой номер телефона?

— Извини, Стив. Я действительно думаю, что нам не следует больше встречаться, — упрямо сказала она, в глубине души понимая, что совершает очередную ошибку. — Прощай.

— Прощай… — словно эхо повторил он.

Элли вышла за калитку и села в автомобиль. Она помахала рукой Стиву и откинулась на спинку сиденья. И вдруг Элли словно ударило током. Она резко обернулась, чтобы еще раз взглянуть на своего бывшего возлюбленного. Однако его уже не было, он ушел в дом. Жаль, иначе она бы приказала таксисту остановиться.

Элли хотела бы задать Стиву вопрос, который возник у нее только что и так ее взбудоражил.

Она обняла себя за плечи, словно спасаясь от озноба. Кое-что начало проясняться. Все кругом лгали, и она не была исключением. И Стив тоже не был. Если он случайно, как и говорил, встретился с ней в супермаркете, то откуда он знает имя ее лечащего врача?

9

— Хочешь? — Грегори протянул сидящей рядом с ним Элли открытый пакетик с шоколадным драже.

— Я хочу, — сказала Надин, которая устроилась в кресле самолета по правую руку от своего нового юриста. — Дай сюда.

— А где «пожалуйста»? — Он сделал вид, что его душит жадность, и прижал пакетик к груди.

— Прекрати. — Надин отобрала у него драже и закинула несколько штук в рот. — Меня всегда тошнит в самолетах, ты же не хочешь, чтобы я…

— Не хочу, — перебил он ее, не желая дослушивать до конца. — Ешь на здоровье. Лишь бы тебя не стошнило от переедания.

Элли спрятала улыбку. Грегори и Надин постоянно ссорились с самого утра. Они словно соревновались в злословии. Пока побеждал Грегори, но перевес был несущественным.

— Ты что-то непривычно тихая сегодня, — пристала Надин к Элли. — Я уже начала волноваться, не случилось ли чего.

— Все в порядке.

— Ты уверена? А мне показалось, что у тебя глаза на мокром месте.

Можно подумать, тебя это волнует, подумала Элли. Вот уж при тебе никогда не заплачу. Потому что знаю, как ты обрадуешься, если я поддамся эмоциям.

Вслух же Элли, разумеется, сказала совсем другое:

— Я плохо спала сегодня. Бессонница. А принимать барбитураты нельзя, мне запретили… В общем, промучилась всю ночь.

— Ах, бедняжечка, — издевательски протянула Надин и уже гораздо строже добавила: — Надеюсь, это не скажется на твоей работоспособности. Ты же еще вчера утверждала, что спишь как младенец.

— Не переживайте, мисс Миллер, все будет в порядке, я ручаюсь, — сказала Элли уверенно и сделала вид, что ее чрезвычайно заинтересовал журнал.

Как только самолет взлетел, Грегори опустил спинку кресла и закрыл глаза, намереваясь немного вздремнуть. Однако Надин тут же начала тормошить его.

— Не время спать, Грег. Нам нужно еще раз обсудить план действий…

— У тебя есть помощница, — отрезал он. — Вот с ней и обсуждай. Я юрист, если ты еще не забыла. Честно говоря, мне на Сардинии делать нечего. Твой отель плохо функционирует из-за каких-то внутренних проблем. Вряд ли я смогу помочь тебе разобраться с неприятностями, не имеющими отношения к моей профессии.

Надин смерила его взглядом, полным ярости, но Грегори этого не увидел, так как снова закрыл глаза. Он намеревался провести время с толком: хорошо выспаться. Элли решила последовать его примеру, однако, как и ночью, ей не удалось уснуть из-за мучивших ее мыслей.

Она постоянно думала о Стиве. Он солгал ей, когда пытался заверить, что их встреча в супермаркете была случайной. Элли с трудом могла в это поверить. Уж слишком невероятным казался ей тот факт, что из всех районов Лондона Стив мог оказаться именно в том, где жила его бывшая возлюбленная. Хотя сам он квартировал совершенно в другой части города. Из всего этого Элли сделала вывод, что встреча была подстроена.

Скорее всего, Стиву все-таки удалось выяснить искомый адрес, что, сказать по правде, было не так уж трудно сделать. Элли знали многие бизнесмены Лондона. Ведь именно она всегда договаривалась о встречах для Надин, имя которой было у всех на слуху. Наверняка Стив долго раздумывал, как бы так словно невзначай снова появиться в жизни Элли. И тут он узнал о том, что его бывшая невеста попала под машину. Стив вполне мог помчаться в больницу, прихватив по дороге коробку ее любимых конфет.

Если так все и было, то именно Стив поцеловал ее, когда она была без сознания. И именно его голос слышала Элли.

Тогда понятно, почему мне показалось, что этот мужчина — родной и дорогой мне человек, размышляла Элли, прислушиваясь к мерному гулу двигателей самолета. Я ведь до сих пор испытываю к Стиву нежные чувства, хотя и пытаюсь всеми силами заглушить их…

— Вы спите? — вдруг прошептал ей на ухо Грегори.

Элли открыла глаза и встретилась с ним взглядом. Грегори подмигнул ей и указал на Надин, мирно сопящую в кресле и, кажется, видящую какой-то приятный сон.

— Она спит как сурок. Ее теперь из пушки не разбудишь. А мне вдруг стало скучно. Не хотите поболтать со мной?

Элли с опаской еще раз взглянула на Надин, но та явно не притворялась.

— Откуда вы знаете, что она всегда крепко спит в самолетах?

— Я не в первый раз с ней летаю. Когда она еще училась в школе, мы вместе отправились в небольшое путешествие… Надин отключилась сразу же, как только самолет начал набирать высоту. В общем, на самом деле она страшно боится перелетов, но вам, конечно, никогда в этом не признается. Я где-то читал, что у многих людей с подобной фобией срабатывает защитная реакция: они погружаются в сон, такой крепкий и глубокий, что разбудить их невозможно. Смотрите! — Грегори хорошенько потряс Надин за плечо.

Ее голова съехала набок, а рот приоткрылся. Надин всхрапнула, но глаз не открыла. Элли усмехнулась.

— Да, я знаю об этой ее особенности. Она проснется сразу же, как только самолет начнет приземляться. Надин всегда жалуется, что случайно вздремнула, хотя хотела поработать.

Грегори устроил Надин в кресле таким образом, чтобы она сидела ровно, и повернулся к Элли.

— Знаете, зачем я вам продемонстрировал эту маленькую сценку с участием нашей спящей красавицы? Чтобы поговорить с вами откровенно. Вы ведь теперь не будете бояться, что она нас подслушает.

— Я и не боялась, — с удивлением отозвалась Элли. — Потому что не собиралась разговаривать с вами… откровенно.

Грегори хитро улыбнулся.

— Нам предстоит лететь еще несколько часов, а мы сидим рядом, так что грешно не воспользоваться представившейся возможностью познакомиться ближе.

Элли мгновенно вскипела:

— Слушайте, Грег, я не имею ни малейшего желания с вами тесно общаться. Вы хам и провокатор. Мне хватило разговора в вашей машине.

— Ну простите меня. — Он стиснул ее руку. — Я был не в духе. Вы должны меня понять. У женщин каждый месяц бывают перепады настроения, которые невозможно контролировать.

— Хотите сказать, что вы женщина? — усмехнулась Элли, отталкивая его.

— Нет, я просто жду, когда же вы наконец войдете в мое положение.

— Вы не имели права грубо разговаривать со мной.

— Согласен. И я уже извинился. Но если этого мало, готов просить прощения снова и снова.

Элли покосилась на него.

— Чего вы от меня хотите? Вас не поймешь. То вы грубите мне, то извиняетесь. То угощаете мороженым, то сыплете оскорблениями. Идите вы к черту, Грегори Уикленд.

Он расплылся в улыбке.

— Вам кто-нибудь говорил, что вы очень хорошенькая, когда сердитесь?

— Я неясно выразилась? Отцепитесь, отвяжитесь, отвалите! Короче, оставьте меня в покое!

— О, вы просто чудо, Элли!

— Между прочим, хочу вам напомнить, что в соседнем кресле спит ваша любовница.

Глаза Грегори округлились, а морщины на лбу стали еще глубже, оттого что брови поползли вверх.

— Любовница? Это вы о Надин? Да что вы, Элли, побойтесь бога! Никогда в здравом уме и твердой памяти я не прикоснусь к телу этой женщины.

Элли, несмотря на злость, ощутила желание расхохотаться, слишком уж комичным было лицо Грегори.

— А разве между вами… ничего нет?

— Конечно, есть. Подлокотник кресла, например. Однако если вы имеете в виду интимные отношения, то вынужден вас огорчить: я и Надин не любовники. И никогда ими не были, между прочим.

— А мне казалось, что в юношестве у вас был роман.

— Был. Мы целовались и изучали анатомию тел друг друга через одежду. Дальше дело не зашло. Знаете почему?

— Почему же? — с интересом спросила Элли. Она уже перестала сердиться на него.

— Ее папаша как-то застал нас в гараже за тем, что нынче принято называть петтингом, и так отходил меня ремнем, что я навсегда потерял охоту прикасаться к Надин.

Элли тихо застонала от смеха, прикрыв рот ладонью. Она живо представила испуганное лицо Надин в тот момент, когда в гараж ворвался ее отец.

— С ума сойти! Хорошо, что она спит. Если Надин узнает о том, что вы мне рассказали… Она уволит меня сразу же и наверняка постарается отправить в другую страну, чтобы я не проболталась.

— Я очень рад, что смог повеселить вас, мисс Бланшетт, — сказал Грегори.

Она взглянула в его насмешливые глаза и улыбнулась.

— А когда вы снова начнете мне хамить? Чувствую, что не к добру такие разговоры по душам. Наверняка вы что-то затеваете. Ну-ка признавайтесь!

— Не записывайте меня в злодеи. Я просто очень люблю сплетничать.

— Почему вы согласились работать с Надин? — спросила Элли. — Только не говорите, что из-за денег.

— Нет, конечно. Мне всего лишь захотелось бесплатно съездить на Сардинию.

— Не знаю, какие у вас планы насчет Надин, но вот она наверняка рассчитывает завоевать ваше сердце.

— То есть, говоря простыми словами, затащить меня в постель? Да, наверное, так и есть.

— И вы хотите сказать, что откажетесь от этого? — Элли скептически покачала головой. — Не поверю. Ни один мужчина не будет бегать от красивой женщины, которая сама хочет интимных отношений.

— Вы меня пока очень плохо знаете. Просто так меня в постель не заманить.

— Ох, кого вы хотите обмануть? Все мужчины одинаковы. В вас природой заложено стремление добиваться внимания как можно большего количества самок.

— Что это вы начали сыпать биологическими терминами? Не разыгрывайте из себя скромницу, вам же не шестнадцать, чтобы секс называть словом «это» и округлять глаза при одном упоминании об интиме.

— Я просто не понимаю, почему вы так упорно открещиваетесь от отношений с Надин.

— Потому что Надин очень сильная личность. А с такими людьми, как она, мне интересно соперничать, а не кувыркаться в постели.

— Одно другому не мешает.

— Мне мешает.

— А вы сказали об этом ей?

— Нет. Зачем? Если бы она знала о моем отношении к ее заигрываниям, порой неприкрытым, то не взяла бы меня с собой на Сардинию. Я бы сейчас умирал со скуки в своем новом кабинете, а не летел бы чартерным рейсом на райский остров. Кстати, а вы когда-нибудь были на Сардинии?

— Не довелось. Я так же, как и вы, лечу туда в первый раз в жизни. А отель я видела только на фотографиях. Как и Надин, впрочем.

— Я по глупости своей всегда считал, что необходимо лично контролировать процесс строительства пятизвездочного отеля, — с иронией произнес Грегори.

— Не обязательно, когда в таком деле ты уже собаку съел.

— Она — ас, не так ли? — усмехнулся Грегори, глядя на Надин, которая все так же спала, чуть приоткрыв рот.

— Она — несчастная женщина, — мягко сказала Элли.

— Это Надин-то несчастная? Ха!

— А вы думаете, легко всю жизнь проводить в разъездах? А ведь у нее даже нет собственного дома. Она живет в номере отеля, по привычке. Говорит, что ей так удобно, а на самом деле мисс Миллер просто боится возвращаться в пустой дом, где ее никто не ждет.

Грегори посерьезнел. С его лица сошло наконец выражение озорства, и теперь он стал выглядеть как солидный мужчина тридцати шести лет.

— Да, вы правы. Надин можно пожалеть. Но она сама убьет любого, кто посмеет выразить ей сочувствие. Впрочем, Надин сама виновата в том, что у нее нет постоянных отношений. Она их избегает.

— Ну к вам она, наоборот, тянется…

— Опять вы завели эту пластинку. Элли, я думал, вы терпеть не можете стерву-начальницу. А оказывается, вы относитесь к ней чуть ли не с нежностью. Это что, женская солидарность? Или вы просто скрываете свою принадлежность к сексуальным меньшинствам?

Элли, вместо того чтобы обидеться, рассмеялась.

— Вы представить себе не можете, сколько я за эти пять лет выслушала подобных предположений. Особенно старались мужчины, которым я или Надин отказали. Они неизменно обвиняли нас в любовной связи.

— А вы в ответ избивали их сумочками?

— Нет, мы никак не реагировали. Надин так вообще все равно, что о ней говорят. А я всегда была слишком занята, чтобы разбираться с людьми недалекого ума, которые что-то там себе придумали.

— Ну вас-то я видел в компании мужчины. Кстати, где вы откопали такого красавца? Ему бы моделью подрабатывать или в фильмах сниматься. Он уже предложил вам руку и сердце?

— Вы о Тэде? — удивилась Элли.

— Понятия не имею, как его зовут. Но я о том парне, с которым вы ужинали в моем ресторане.

— Вы всего лишь пайщик.

— Ну и что? Почему я не могу считать это заведение своим? Да и вообще, не уходите от темы. Расскажите мне о Тэде. У вас все серьезно?

— А почему вас это интересует?

— Хочу выяснить, насколько вы похожи на Надин.

— Ничуть не похожа.

— Ну она бы точно не стала знакомиться с мужчинами с помощью объявления в газете.

Элли возвела очи горе.

— Да не собиралась я ни с кем знакомиться. Мне действительно необходимо было найти мужчину, который навестил меня в больнице.

— И потому вы начали свое объявление со слов: «Ищу прекрасного принца»? Почему бы просто не написать: мол, прошу откликнуться человека, который приходил к Элли Бланшетт, когда та лежала в больнице.

— Потому… — Элли запнулась. — Потому что я рассчитывала, что это объявление увидит тот самый мужчина и поймет, почему я его ищу.

— Я вот, к примеру, не понял.

— Ну так вы и не прекрасный принц.

— Точно, из прекрасного у меня только чековая книжка.

— Да ну вас, вы опять начали язвить.

— Я по-другому разговаривать не умею.

— Я это уже поняла. И мне очень жаль вашу будущую жену. У нее должны быть стальные нервы, иначе она сбежит от вас через месяц.

— Моя первая жена продержалась восемь месяцев.

— Она, наверное, святая.

— Нимба я у нее не заметил.

Элли вздохнула. У Грегори, как и у всех хороших адвокатов, язык был подвешен так хорошо, что временами у многих возникало желание его немного укоротить.

— Я бы хотела вздремнуть, — сказала Элли. — Я действительно не спала всю ночь, и у меня уже слипаются глаза.

— Ну как же так? — огорчился Грегори. — Мы только-только начали понимать друг друга.

— До скорой встречи, — усмехнулась Элли и, поудобнее устроившись в кресле, закрыла глаза.

Она услышала, как вздохнул Грегори. Потом он зашелестел страницами журнала и углубился в чтение. Элли приоткрыла один глаз и увидела, что ее неугомонный сосед изучает статью о пластике груди.

И после этого он будет пытаться убедить меня, что не такой, как все мужчины, рассмеялась про себя Элли. Увидел картинки обнаженного женского торса и сразу же заинтересовался статьей. Я всегда знала, что словам юристов нельзя доверять.

— Мы уже приплыли?! — сонным голосом воскликнула Надин, когда самолет пошел на снижение.

— Вообще-то мы летели, — уточнил Грегори, закрывая журнал. — Тебе снился пароход?

— Яхта, — сказала Надин, потягиваясь. — О, у меня все тело одеревенело.

— Еще бы, ты провела несколько часов в одном положении.

— И как только я умудрилась уснуть? У меня ведь столько работы!

Элли улыбнулась. Эту фразу она слышала всегда, когда летала куда-либо с Надин.

— Ужасно хочу пить. Но стюардессы уже ничего не принесут, наверное.

— У меня есть вода. — Элли залезла в сумку и вытащила оттуда маленькую бутылку. — Я ее не открывала.

— О, ты как всегда обо всем позаботилась. — В голосе Надин прозвучала благодарность.

Элли от удивления чуть не сползла с кресла.

— А бутерброда с тунцом у тебя в сумочке нет? — спросил Грегори. — Я страшно проголодался. Кстати, почему не разносили еду?

— На этом рейсе не кормят, — объяснила Элли. — Не волнуйтесь, через полчаса мы приземлимся. Пятнадцать минут займет дорога до отеля, а там уж мы пообедаем.

— Заодно оценим профессиональный уровень повара, — сказала Надин, закручивая крышечку бутылки. — Между прочим, никто не знает, что мы прилетаем. Так что для сотрудников отеля наше появление станет сюрпризом.

— Уже представляю их радостные радушные лица, — сострил Грегори.

— О, как я ненавижу, когда закладывает уши! — пожаловалась Надин. — Скорее бы оказаться на земле.

Через полчаса, как и предсказывала Элли, они приземлились. Пока Грегори и Надин забирали багаж, расторопная помощница нашла такси. Дорога до отеля заняла чуть больше пятнадцати минут из-за пробок на дорогах. Элли не могла дождаться, когда же покажется отель. К счастью, увиденное ее не разочаровало. Сардиния вообще славится живописными пейзажами. Отель же был расположен в очень красивом месте. Это был рай для туристов, которые любят фотографировать всех и вся.

Пятиэтажный отель, окруженный средиземноморскими пиниями и пальмами, был похож на старинный замок. У Элли вырвалось лишь одно слово:

— Шикарно!

— Да, десять баллов из пяти, — согласилась Надин. Она вышла из такси и сняла темные очки, чтобы получше рассмотреть здание. — Внутри должно быть еще лучше, чем снаружи. Ну да мы сейчас это проверим.

Они вошли в отель, и Элли отметила, что на интерьер денег не пожалели. Впрочем, Сардиния всегда была дорогим курортом. На острове отдыхали очень богатые люди и знаменитости. Так что и отель, и сервис должны были быть идеальными.

— Ты знаешь итальянский, поговори с портье, — попросила Надин, рассматривая холл.

Элли вздохнула и поплелась к стойке портье, уверенная в том, что весь персонал прекрасно говорит по-английски.

Весть о том, что в отель приехала хозяйка, распространилась молниеносно. Не успела Надин сосчитать до десяти, как возле нее появился главный управляющий с широченной улыбкой на лице.

— Есть свободные номера? — спросила Надин, когда закончился обычный обмен любезностями.

— Да, из ста восьмидесяти номеров — семьдесят четыре свободно, — сказал управляющий и сокрушенно покачал головой. — У нас мало гостей.

— Именно этот факт меня и беспокоит. Подготовьте номера мне и моим помощникам, а потом мы собираемся отобедать.

Управляющий исчез и появился через несколько минут, чтобы проводить «дорогих гостей». Элли вошла в свой номер, разумеется люкс, и обомлела. Она привыкла к роскоши, но не настолько, чтобы перестать восхищаться. Больше всего ее поразил вид из окна: горы и синие море. Почти как в ее сне.

В дверь постучали. Элли, не оборачиваясь, воскликнула:

— Войдите!

— Ух ты! У вас в номере так же здорово, как и у меня! — услышала она голос Грегори.

Элли повернулась и с улыбкой произнесла:

— Превосходно, не правда ли? Честно говоря, пока я не вижу изъянов в этом отеле.

— А я так вообще уверен, что недостатков нет. — Грегори открыл балконную дверь. — О, какой запах… Так, наверное, пахнет в раю.

Элли принюхалась, но, поскольку стояла рядом с Грегори, то ощутила лишь аромат его древесно-мускусного одеколона.

— Н-да… пахнет приятно, — пробормотала она.

— Надин сказала, что примет душ перед тем, как спуститься на обед. А я хочу прежде всего окунуть свое бренное тело в волны моря. Зашел, чтобы предложить вам составить мне компанию. Что скажете?

— С радостью! — воскликнула Элли. Она всегда чувствовала эйфорию в первый день пребывания на курортах. — Через десять минут встретимся внизу, я надену купальник и захвачу водостойкий крем для загара. Здесь очень легко можно обгореть, если не быть осторожным.

Грегори ушел, а она открыла чемодан и вытащила новый купальник, приобретенный по случаю поездки на Сардинию: темно-голубой с абстрактными узорами. Элли не могла налюбоваться на свое отражение.

Как там звучит пословица, которую я считаю глупой? Не одежда красит человека? Тот, кто ее придумал, не видел меня в этом купальнике! — смеясь, сказала себе Элли и, надев сарафан, выбежала из номера.

Грегори, как и обещал, ждал ее внизу. Он благожелательно посмотрел на сарафан Элли и улыбнулся.

— Вы, оказывается, чрезвычайно женственны.

— Грег, не пытайтесь больше делать комплименты, у вас это очень плохо получается.

— Я потерял сноровку, — сказал он, открывая перед ней дверь холла. — В последний раз я заигрывал со своей женой.

— А после нее у вас не было никаких романтических отношений? — недоверчиво спросила Элли, в свою очередь рассматривая Грегори, одетого в футболку и шорты.

— Были, но обычно я сразу приглашал женщину в постель, чтобы не терять даром времени.

— Вы несносный человек, — сказала Элли, перекидывая полотенце через плечо. — И опасный. Если не в ваших правилах флиртовать с женщинами, что же вы пытаетесь охмурить меня? Даже боюсь предположить, какие у вас могут быть планы.

— Я пока и сам не решил. Возможно, мне просто хочется затащить вас в постель.

— К счастью, у меня есть отличный телохранитель, — усмехнулась Элли. — Так что и не мечтайте.

— Что за телохранитель? Уж не Надин ли вы имеете в виду?

— Именно ее.

— Да, из нее получился бы неплохой цербер, но она мне не помеха.

Они наконец пришли на пляж. Элли, чтобы не продолжать разговор, сняла сарафан, бросила его и полотенце на лежак, скинула туфли и побежала к морю.

Вода была такой теплой, словно ее специально подогревали. Элли плыла, закрыв глаза, чтобы защитить их от яркого света солнца. Скоро она услышала сопение рядом с собой.

— Грег, это вы? — спросила Элли.

— Вы врежетесь в яхту, если глаза не откроете.

— Нет там никакой яхты, — рассмеялась она.

Элли почувствовала легкое прикосновение к своей ноге и наконец посмотрела на Грегори, который плыл рядом. Он фыркал, как тюлень, и брызгался водой. Элли рассмеялась, увидев его сосредоточенное лицо.

— Вы не умеете плавать?

— Кто вам сказал такую глупость? Что, по-вашему, я сейчас делаю?

— Изо всех сил пытаетесь не утонуть.

— Чушь! Я отличный пловец.

Элли неожиданно нырнула и, схватив Грегори за ноги, потянула его на дно. Он отчаянно замолотил по поверхности воды руками.

— Вы в своем уме?! — крикнул он, когда Элли вынырнула прямо перед ним.

— Испугались?

Грегори был зол и напуган, а еще ему было стыдно за то, что он солгал.

— Ладно, ваша взяла! Я плохо плаваю.

— Это было ясно с самого начала.

— А что это вы такая довольная? Рады, что обошли меня? Сказали бы сразу, что любите быть впереди планеты всей, я бы сделал вид, что отношусь к вам как к богине.

— К чему сарказм? — улыбнулась она, кругами плавая вокруг него. — Нет ничего постыдного в том, что в воде вы скорее похожи на топор, чем на быстроходное судно.

Он развернулся и медленно поплыл к берегу. Элли увязалась за ним. Ей было жаль, что она его обидела. Мужчины всегда остро реагируют, когда им указывают на их несостоятельность в чем-либо.

— Грегори, простите меня.

— Да не за что вам просить прощения, — угрюмо ответил он.

— Я не хотела портить это чудесное утро на сказочной Сардинии. Я действительно виновата. Мне хотелось немного развеселить вас…

Он хмыкнул в ответ и вдруг ушел под воду. Элли несколько секунд смотрела на то место, где только что был Грегори, а потом нырнула тоже. Вода была прозрачной, но от соли у Элли защипало в глазах. Она зажмурилась, и тут кто-то схватил ее за талию и рванул к себе.

Грегори!

Элли стиснула его за плечи и принялась болтать ногами, чтобы как можно скорее оказаться на поверхности. Завязалась борьба. Грегори не давал Элли возможности надолго вынырнуть, утягивая ее обратно в воду.

— Прекратите! — выдохнула она в один из тех моментов, когда оказалась на поверхности.

— Боитесь? А почему? Вы же отличная пловчиха! — Грегори снова нырнул.

— Ну ладно! — И Элли, набрав в легкие побольше воздуха, ушла под воду вслед за Грегом.

Они соревновались довольно долго. Элли быстро устала, потому что физически Грегори, разумеется, превосходил ее. Они боролись, толкали друг друга, ныряли и смеялись, как дети. Им было плевать, что на них, посмеиваясь, смотрят отдыхающие. Элли и Грегори даже забыли, что должны были идти обедать и Надин, скорее всего, рвет и мечет, пытаясь найти свою помощницу и самоуверенного адвоката, который все делает по-своему. Солнце слепило глаза, во рту стоял отвратительный привкус соленой воды, а мышцы свело от усталости. Однако выходить на берег страшно не хотелось. И все же Элли сдалась первой. Держась за плечи Грегори, поминутно ловя ртом воздух, она умудрилась проговорить:

— Нам… пора… возвращаться…

— Повторим наш заплыв позже, — заявил Грегори, обнимая ее.

Таким она его еще не видела. Он смеялся! Искренне и неподдельно. Грегори, похоже, был по-настоящему счастлив. От его обычной угрюмости и язвительности не осталось и следа. Его руки скользили по ее коже. Он делал вид, что поддерживает Элли в воде, но в глазах его плясали искорки лукавства.

— Плаваете вы, конечно, погано, но ныряете отлично, — подначила его Элли, отталкиваясь от него и переворачиваясь на спину.

— А ведь вы тоже мастерски делаете комплименты, — хмыкнул он.

— Учусь у вас.

Они добрались до берега и, задыхаясь, упали прямо на песок, который сразу же прилип к их мокрым телам. Грегори словно невзначай перекинул через Элли руку, так что Элли снова оказалась в его объятиях. Удивительно, но это ей нравилось. Она ощутила жгучее желание поцеловать Грегори, но запретила себе даже думать об этом.

Да, это страшно романтичный момент, и поцелуй был бы как нельзя кстати, сказала она себе. Но вокруг люди… И я не должна проявлять инициативу. Может быть, я и не нравлюсь ему вовсе.

Однако глаза Грегори говорили обратное. Он смотрел на нее с откровенным вожделением, и у Элли вдруг заныло внизу живота.

Я его хочу! — поразилась она. Невероятно! Я ведь… Мне же… Он никогда не вызывал у меня никаких эмоций!

Кроме острого интереса, сказал ей внутренний голос. Помнишь, что ты ощутила, когда встретилась с ним в первый раз? Тебе показалось, что этот мужчина изменит всю твою жизнь. Тебя потянуло к нему еще тогда. Его невыносимое хамство, несносный характер, нежелание признаваться в своих слабостях тебя заводят и возбуждают. Причем гораздо больше, чем нежность и неторопливость Стива…

Он склонился над ней и убрал мокрую прядь с ее щеки. Элли вздрогнула от его прикосновения. Она облизнула влажные соленые губы, сознавая, что сейчас все эмоции наверняка написаны на ее лице. Грегори отлично видел, что происходит с ней.

Она услышала легкий шорох песка и на секунду отвлеклась, посмотрев в сторону. Ее взгляд неожиданно упал на длинные стройные ноги, маленькие ступни в золотистых босоножках и на пальцы с продолговатыми ногтями, накрашенными перламутровым лаком.

— Так-так… — раздался голос Надин. — Я ищу вас по всему отелю, а вы здесь… развлекаетесь.

Элли отпрянула от Грегори, словно ее кипятком ошпарили. Чувствовала она себя крайне глупо. Наверное, так же ощущает себя чья-нибудь любовница, которая в разгар любовных утех бросает взгляд на дверь спальни и видит неожиданно вернувшуюся домой законную супругу.

— Мы… решили искупаться, — пробормотала Элли, отряхивая с себя песок.

Она взглянула на Грегори. Тот был так же спокоен, как и всегда. Он все еще лежал на песке и смотрел на Надин, прищурив глаза.

— Присоединяйся, нам было весело.

Надин позеленела от ярости.

— У нас полно дел, а вы разлеглись на пляже!

— Глупо было бы прилететь на Сардинию и не искупаться в море, — ответил Грегори, лениво наблюдая за тем, как сквозь его сжатые пальцы просачивается песок.

Элли наконец стряхнула с себя последние песчинки, хотя волосы до сих пор на ощупь были словно пакля, и схватила сарафан.

— Я уже иду, мисс Миллер!

— Ты уж поторопись. — Надин смерила ее презрительным взглядом. — Хотя тебе все равно нужно переодеться и принять душ. Мы здесь по делу, если ты забыла. Это мистер Уикленд может себе позволить нежиться на солнышке в новеньких плавках. А ты, будь добра, надень что-нибудь более приличное, чем купальник.

Элли покраснела, хотя в глубине души понимала, что стыдиться ей нечего. Грегори не был возлюбленным Надин. Более того, несколько часов назад, в самолете, он прямо сказал о том, что не собирается даже думать о том, что мисс Миллер станет его любовницей.

Он хочет меня! — сказала себе Элли. Потому что именно меня он позвал с собой на пляж. Это со мной он плавал и дурачился. Это мое тело он поглаживал в воде!

Однако она промолчала, потому что не хотела портить с Надин отношения. Кроме того, Элли была уверена, что если Грегори захочет что-нибудь сделать, то он не будет спрашивать разрешения у своей временной начальницы. Это не Стив, который даже не попытался бороться за женщину, которую, по его словам, он любил.

Элли помчалась в отель. Несмотря на то что она была расстроена из-за появления Надин, настроение у нее было превосходным.

Уж не начала ли я влюбляться в Грегори? Но как же тогда мой принц? Не буду ли я потом раскаиваться, что так и не нашла его? Впрочем, возможно, я действительно пытаюсь поймать иллюзию. А Грегори реален. И пусть не всегда у него бывает хорошее настроение, и Грегори частенько обижает меня, но он все равно вызывает у меня массу положительных чувств.

Элли быстро приняла душ, подсушила волосы и, чтобы не делать укладку, стянула их в аккуратный узел на затылке. Она надела летнее платье, которое даже Надин сочла бы строгим, и открытые туфли, подкрасила ресницы и губы. В общем, стала похожей на себя прежнюю: обычную деловую женщину, которая даже на Сардинии умудряется оставаться унылой и скучной.

В дверь позвонили. Элли, уверенная в том, что это пришла Надин, поставила на туалетный столик тюбик с помадой и вышла в просторную гостиную из своей шикарной спальни с видом на море.

За дверью стоял Грегори. Он тоже успел привести себя в порядок: на нем были светлые брюки и льняная рубашка, застегнутая на все пуговицы.

— Как я выгляжу? — спросил он.

Элли растянула розовые губы в улыбке.

— Надин не к чему будет придраться.

— Отлично, эффект достигнут. — Грегори вошел в номер и немедленно расстегнул несколько верхних пуговиц. — Вообще-то у меня есть правило, которому я неукоснительно следую. Знаете какое?

— Даже не догадываюсь. — Элли подошла к мини-бару и налила в стаканы минеральной воды, бросив туда несколько кубиков льда, который уже начал подтаивать в ведерке.

— Я ношу строгие костюмы только на работе, — сказал Грегори. — А эту поездку я вовсе не считаю рабочей. И потому не понимаю, почему Надин предъявляет такие странные претензии к нашему внешнему виду.

— Ну с вас-то взятки гладки. — Элли протянула ему запотевший стакан. — Можете хоть голышом ходить, Надин вам слова не скажет.

— Уже сказала. Как только вы ушли. — Он сделал глоток и поморщился. — Без виски?

— Виски — днем? — Элли вопросительно изогнула брови. — А вот за это Надин вас точно по голове не погладит.

— Она не узнает. — Грегори вылил почти всю минеральную воду в вазон с пальмой и плеснул в стакан изрядную порцию виски. — Так-то лучше.

— Вы тайный алкоголик?

— Нет, я на отдыхе и могу делать то, что мне хочется. — Он встряхнул стакан, и кубики льда, ударившись о стенки, издали мелодичный звон. — Здорово жить в номере класса «люкс», правда? Обычно я себе не позволяю так роскошествовать.

— Да, у Надин есть, по крайней мере, одно преимущество перед остальными людьми: она может выбрать любой номер в отеле.

— А я могу сесть за любой столик в собственном ресторане и бесплатно поесть, — усмехнулся Грегори. — Вот только если я вздумаю заказать коллекционное вино двухсотлетней выдержки, то мне придется-таки за него заплатить.

Он подошел к Элли, которая стояла у окна и задумчиво смотрела на солнце, уже клонившееся к закату. Она подняла взгляд. Грегори выпил еще пару глотков и поставил стакан на журнальный столик.

— Я вам говорил, что у вас отличная фигура?

— Нет, не говорили, — смущенно сказала она.

— А вот здесь, — Грегори дотронулся рукой до ее живота, — у вас очень милая родинка. Я успел ее рассмотреть. И попка у вас такая упругая…

— Прекратите сейчас же, Грег, — строго приказала Элли, отводя взгляд.

— Прекратить? Почему? Только из-за того, что вы смущаетесь, как девочка?

— К чему эти дифирамбы?

— Вы мне нравитесь. Я думал, вы догадались об этом. — Его насмешливые глаза смотрели на нее выжидательно. — Ну давайте, признайтесь мне, что я тоже вам симпатичен.

— Надин заждалась нас…

Он положил ладони ей на бедра и потянул к себе. Элли уперлась руками в его грудь. Неожиданно Грегори запустил руку в карман брюк, вытащил белоснежный носовой платок и принялся вытирать ее губы.

— Эй, что вы… — она замолчала, пытаясь увернуться.

— Ненавижу помаду, — сказал он. — Она на вкус отвратительна. Не понимаю, как вы, женщины, это терпите.

Он кинул платок на пол. Элли удивленно смотрела на Грегори, не зная, что сказать. Наконец она произнесла:

— Мистер Уикленд…

— Что?

— Поцелуйте меня! — потребовала вдруг Элли.

Она закрыла глаза и запрокинула голову, ожидая, что Грегори немедленно откликнется на ее призыв.

Однако ничего не произошло. Она слышала, как тикают настенные часы. Через тридцать секунд Элли открыла глаза и с удивлением обнаружила, что Грегори с крайне озабоченным видом роется в карманах. Он кинул на нее быстрый взгляд и, оправдываясь, сказал:

— Потерял зажигалку. У вас нет?

— Зачем вам зажигалка? — опешила она.

— Чтобы выкинуть ее. Я бросаю курить. Сигареты я уже отправил в мусорный бак.

Элли заморгала так быстро, словно ей в глаз попала соринка. Что происходит? С каких это пор мужчины перестали реагировать на просьбу женщины о поцелуе? И вообще… что за чушь несет Грегори?

— Я не логичен? — спросил он, видя ее замешательство. — Привыкайте. Ведь вам придется провести со мной всю свою жизнь.

— Что? — переспросила она, по-прежнему ничего не понимая.

Он перестал выворачивать карманы, шагнул к Элли и обнял ее за талию.

— Я старомоден и считаю, что обязан жениться на женщине, если поцелую ее так, как сейчас собираюсь поцеловать вас.

Он приник своими губами, которые так часто складывались в ехидную усмешку, к ее влажным алым губам. Элли охнула от неожиданности, чувствуя, как его язык проник в глубины ее рта. Это был не тот поцелуй, которого она ждала с тех пор, как очнулась после аварии, но замена оказалась удивительно приятной.

Элли обняла его, ее пальцы гладили густые волосы на его затылке. Грегори поглаживал ее спину. Он продолжал целовать Элли, а ее тело отзывалось на каждое его прикосновение. Неожиданно запищал сотовый телефон, лежавший на журнальном столике. Элли вздрогнула и резко отодвинулась от Грегори.

— Это Надин…

— Конечно, она, — проворчал Грегори. — Кто же еще способен испоганить прекрасный момент.

— Нам пора, — сказала Элли, сбрасывая звонок. Она не смотрела на Грегори, что чрезвычайно рассмешило его.

— Ладно, раз вы такая скромница, не будем пока разговаривать о том, что только что произошло. Кстати, вы не забыли, что я пару минут назад практически сделал вам предложение?

— Я его не приму, — выпалила она.

— У вас не будет другого выхода. — Он подошел к двери и отворил ее. — Вам лучше пойти к Надин одной. Я спущусь позже. Так, кажется, поступают все великие конспираторы?

Грегори вышел. Элли дотронулась пальцем до своих губ, которые все еще горели от поцелуев, и улыбнулась.

Кажется, у нее начинается роман. Грегори, разумеется, погорячился, когда заявил, что собирается жениться на ней. Наверное, он просто хотел показать серьезность своих намерений. Что ж, она оценила этот жест.

Элли снова кинула взгляд на пляж и море. Пейзаж — совсем как в ее сне. Вот только рядом другой мужчина… Она при всем желании не могла бы назвать его своей второй половинкой. Однако поцелуй Грегори заставляли ее тело трепетать, будоражили чувства, вдохновляли и окрыляли.

Принц не появится, подумала она, выходя из номера. Но так ведь и я отнюдь не принцесса…

10

Надин доедала порцию жаренной на гриле рыбы. Она даже не взглянула на Элли, когда та села за столик. Однако едва помощница взяла в руки меню, Надин сказала:

— Положи обратно. Поешь позже, за ужином.

Элли вскинула голову.

— Позже?

— Да, у нас слишком много дел. Я ждала тебя полчаса. И мне пришлось напрягать повара, так как время обеда давно прошло. Ты опоздала. Так что остаешься без еды. И это целиком твоя вина.

Элли надеялась, что урчание в ее животе не достигнет ушей Надин, и кивнула:

— Как скажете, мисс Миллер.

— Ты заметила что-нибудь, что тебе не понравилось?

— Поскольку еду я не пробовала, — не без издевки произнесла Элли, — то могу высказаться лишь относительно обслуживания. Номер в идеальном состоянии. Ни пылинки. Пляж — отличный, но я другого и не ожидала. Персонал отеля — вежливый и внимательный. При мне на ресепшен обратилась женщина с ребенком, которая просила заменить в ее номере шторы. Малыш вылил на них молоко. Портье записал ее просьбу и, насколько я знаю, через десять минут шторы поменяли.

— В таком случае, что, по-твоему, может не нравиться нашим посетителям?

— Причин нет. Возможно, диверсия? — предположила Элли, стараясь не смотреть на аппетитную булочку, которая лежала на тарелке Надин. — Вы же помните, что случилось на Гавайях. Владельцы двух соседних отелей взбунтовались, испугавшись, что мы переманим у них клиентов, и принялись распускать грязные слухи о нас.

— Верно, — согласилась Надин. — Нужно узнать, нет ли поблизости конкурентов, которые желают закрыть наш отель. Возьмешь это на себя?

— Конечно. Прикажете провести расследование?

— Уж будь так любезна. — Надин вытерла губы салфеткой и взглянула поверх плеча Элли. — А я пока побеседую с Грегори. Возможно, у него появятся какие-то идеи. Да, тебе еще нужно будет проверить бухгалтерские книги. Отчет нужен мне к завтрашнему утру.

— Будет сделано, — сказала Элли и встала из-за стола.

— Уже пообедали? Без меня?

Она обернулась и увидела Грегори. Уголки его губ чуть дрогнули, когда он столкнулся с Элли взглядом. Она покраснела и пролепетала, прежде чем уйти:

— У меня много дел, увидимся позже…

— Что это с ней? — спросила Надин, задумчиво глядя своей помощнице вслед.

— Я не заметил ничего странного. — Грегори уселся на свободный стул.

— Она смутилась, увидев тебя. Это странно, если учесть тот факт, что еще час назад вы валялись на песке в обнимку.

— Мы не обнимались.

— Ага, мне просто показалось, — саркастически произнесла Надин.

— Тебе не в чем меня обвинить, дорогая. — Грегори начал изучать меню.

— Конечно, ведь мы с тобой связаны лишь деловыми обязательствами. Другое дело, если бы мы состояли в романтических отношениях.

— Звучит-то как! Романтические отношения! Ты втихаря смотришь сериалы?

— Прекрати ерничать, Грег. Ты отлично понял, что я хотела сказать.

Он посмотрел ей в глаза, держа в руках раскрытое меню.

— Надин, мне кажется, между нами есть некое недопонимание.

— Ты прав: тебе действительно кажется.

— А если хорошо подумать?

— О чем ты?

— Не секрет, что ты всячески завлекаешь меня.

Она криво улыбнулась.

— Если бы я хотела переспать с тобой, ты давно бы уже был моим.

— Ты знаешь, что это не так.

— Я отлично помню, как ты относился ко мне, когда мы встречались. У тебя начиналась аритмия всякий раз, когда я прикасалась к тебе.

— Это было двадцать лет назад! Двадцать! Тебя не пугает эта цифра?

Надин на секунду задумалась.

— Хочешь сказать, что, когда мы с тобой встречались, мне было всего четырнадцать и я плохо соображала, что делаю?

— Нет, — Грегори подался вперед. — Я прямо, без всяких намеков, говорю тебе о том, что за двадцать лет многое изменилось. В том числе и мы с тобой стали другими. Я не обязан испытывать к тебе симпатию. Когда я был сопливым шестнадцатилетним юнцом, влюбленным в свою соседку, то думал совсем не головой. А теперь я взрослый человек. Как и ты, Надин. Мы оба многого добились и много чего пережили. Да, характеры у нас остались прежними. Ты, как и в юности, третируешь всех, кто находится рядом с тобой, надеясь полностью их подчинить. Я так же, как и тогда, плюю на общепринятые нормы морали, хамлю, грублю и пытаюсь казаться опытнее, чем есть на самом деле. Однако, Надин, мне уже не хочется с тобой переспать. После того как твой отец чуть было не надрал мне задницу, я пересмотрел свое отношение к женщинам. Я перестал кидаться на все, что движется. Я стал разборчивее. Со временем, к своему удивлению, я также выяснил, что мне не нравятся расчетливые стервы, даже если те очень меня хотят. И еще: ты почему-то не пыталась меня соблазнить все эти годы, хотя мы бывало пересекались на разных вечеринках у наших общих знакомых. А тут вдруг воспылала страстью. Могу предположить, что ты испугалась наступающей менопаузы и решила во что бы то ни стало захомутать более или менее приличного мужика с хорошим здоровьем и недурственным счетом в банке.

Пока он говорил, Надин бледнела все сильнее и сильнее. Она едва дождалась паузы в его монологе, чтобы спросить:

— Ты не очень-то разбираешься в женской физиологии, Грегори. Мне всего тридцать четыре. Я молода, и вряд ли мне нужно бояться климакса.

— Ты поняла, что я имел в виду. Тикают биологические часики, Надин. Ты уже выглядишь старше своего возраста. И все из-за того, что ты спишь по пять часов в сутки, а иногда и того меньше, проводишь большую часть времени, уткнувшись в экран ноутбука, и не занимаешься спортом.

— Ну да, мне просто нужен был мужчина, — с усмешкой ответила Надин. — А кроме тебя, достойных кандидатов почему-то не нашлось.

— В тебе проснулся спортивный азарт.

— Как и в четырнадцать лет?

— Нет, тогда была другая ситуация, — осклабился он. — У тебя играли гормоны. Я жил по соседству. Окна наших спален по какому-то недоразумению, не учтенному родителями, находились напротив друг друга. Я часто наблюдал за тем, как ты переодеваешься, а ты знала об этом и не задергивала шторы. И, да, ты первой меня поцеловала. И именно ты пригласила меня в гараж, якобы для того, чтобы показать новую тачку своего отца. Но это происходило, повторюсь, двадцать лет назад! Есть ли смысл обо всем этом вспоминать?

— Ты, наверное, думаешь, что я попросила тебя поработать на меня потому, что до сих пор живу прошлым? Потому, что юношеские воспоминания оставили в моей душе такой неизгладимый след, что я, увидев тебя в супермаркете, вдруг прозрела и едва не выпрыгнула из юбки от возбуждения?

— Нет, я считаю, что ты предложила мне сотрудничество только потому, что я отличный юрист, в услугах которого ты давно нуждалась. — Он говорил серьезно, но Надин отлично слышала в его словах скрываемую издевку.

— Да, — все же произнесла она. — Так и есть.

— Как здорово, что мы понимаем друг друга с полуслова, — заявил Грегори. — Подведем итоги? Мы с тобой вполне можем быть друзьями, но… не больше.

— Ага, ты предпочитаешь встречаться с женщинами лет на десять младше тебя? — язвительно спросила Надин. — А я, наверное, кажусь тебе вторым сортом, перезрелым фруктом, стареющей нимфоманкой?

— Сколько метафор! И хоть бы одна означала то, что я на самом деле думаю.

— Тогда просвети меня, я хочу знать о твоих мыслях.

— Я хочу спокойно работать, — сказал Грегори. — Мне приятно общаться с тобой. Однако я никогда не буду с тобой советоваться по поводу того, с какими женщинами мне встречаться.

— Я не пыталась диктовать тебе условия.

— Большое спасибо, — сказал он с ироничной улыбкой. — А скажи, если бы мы с тобой вдруг оказались в одной постели, то как долго продлился бы наш роман?

— Ответить тебе честно?

— Именно этого я и жду.

— Полгода максимум. — Она надеялась, что этот ответ успокоит его, однако Грегори, похоже, хоть и почувствовал облегчение, но вовсе не изменил своего мнения — он по-прежнему не желал ее рассматривать в качестве своей любовницы.

— Вот видишь, — сказал Грегори, — мы ничего не потеряем, если не будем встречаться. А вот если все-таки станем… то потеряем время. Могу я дать тебе один совет?

— Какой же? — прошипела Надин.

— Раз уж ты не сторонница продолжительных отношений, роди ребенка. Совсем скоро ты остановишься перед планкой, которую тебе не перепрыгнуть даже с шестом. Твой организм стареет, хочешь ты этого или нет. Когда-нибудь ты останешься одна и спросишь себя: что я сделала в своей жизни, кроме того, что попортила людям массу нервов и заработала кучу денег? Тебе придется признать, что ты не сможешь найти идеального мужчину, потому что у тебя очень высокие запросы. Но ведь ты хочешь быть кому-нибудь нужной. Единственный выход — ребенок. Ты сможешь жить для него, а он будет любить тебя бескорыстно.

— Спасибо за совет, — процедила она сквозь зубы.

— Пожалуйста, — благодушно произнес Грегори. — Кстати, ты заметила, что я вот уже десять минут сижу с раскрытым меню, а ко мне не подошел ни один официант?

— Верно, — прорычала Надин, радуясь тому, что появилась возможность на кого-нибудь наорать. — Сейчас я им устрою…

Она вскочила и убежала устраивать нагоняй персоналу. Грегори ухмыльнулся и, когда спустя пять секунд к нему примчалась официантка, сделал заказ.

Громкий голос Надин, вибрирующий от ярости, доносился до Грегори еще долго. Он спокойно пообедал и неторопливо вышел из ресторана, намереваясь немного прогуляться. Грегори размышлял о своем разговоре с Надин. Интересно, какие выводы она сделает? Он хорошо к ней относился, что бы там она ни думала. В одном Грегори никогда бы не признался: ему было ее жаль. Надин не выдержала бы такого отношения. Жалость была худшим оскорблением для нее. Пусть просто думает, что ему нравятся женщины другого типа. Такие, как Элли, например.

— Какие отели находятся рядом с «Лагуной»? — пытала Элли управляющего.

— Только один. Он очень старый, и вряд ли его владельцы испугались нашей конкуренции.

— Но если тот отель такой древний, логично было бы предположить, что мы сможем переманить большинство их клиентов.

— Я не имел в виду, что здание разваливается, — усмехнулся управляющий. — Я хотел сказать, что отель проверен временем. А «Лагуна» не завоевала пока авторитета. К нам не приезжали знаменитости, а ведь это лучшая реклама.

— Знаменитости… — пробормотала Элли. — А ведь вы правы. Давно вы работаете в гостиничном бизнесе?

— Семнадцать лет.

— О, тогда все ясно! Вы опытный человек и высказываете очень мудрые мысли.

— Я удивлен, почему вам не пришли в голову те же идеи.

— Даже Надин Миллер совершает ошибки, — сказала Элли. — А я и подавно. Мы расслабились. В последнее время наш бизнес шел в гору. Партнеры мисс Миллер рекомендуют своим родным, друзьям и даже подчиненным посещать отели, которые мы открываем. Клиенты валили валом. И я понимаю почему. Ведь большинство наших отелей рассчитаны на постояльцев со средним достатком. А на Сардинию, очень дорогой курорт, не ездят многодетные семьи и клерки. Ясно, что мы должны были привлечь к «Лагуне» внимание каким-то другим способом. Спасибо, мистер…

— Чейз, — подсказал управляющий и улыбнулся.

— Спасибо, мистер Чейз, — сказала Элли. — Я скажу мисс Миллер, что у вас слишком маленькое жалованье и вы заслуживаете большего.

— Благодарю, — сказал он коротко, с достоинством.

Элли вышла из его кабинета. Решение задачи оказалось достаточно банальным. С самого начала высказывалось предположение, что не хватает рекламы. Однако Надин во что бы то ни стало решила слетать на Сардинию, чтобы лично убедиться, все ли в порядке. Скорее всего, она просто хотела отдохнуть. В конце концов, Надин обычный человек и тоже устает.

Элли вышла из гостиницы и решила немного побродить по окрестностям. Остров казался ей райскими кущами. Яркая зелень радовала глаз, пахло морем и цветами, вдалеке виднелись горы. Мимо Элли промчался служащий отеля с полным комплектом снаряжения для дайвинга. На пляже было полно серфингистов. Туристы на Сардинии, как правило, были любителями активного отдыха.

Поплаваю завтра, решила Элли. Говорят, здесь совершенно потрясающий подводный мир. Если удастся уговорить Грегори составить мне компанию, я буду счастлива…

Она ушла в тень деревьев и присела на скамеечку, чтобы спокойно понаблюдать за отдыхающими. Обводя взглядом окрестности, Элли вдруг заметила знакомую фигуру и так растерялась, что перестала дышать. Она пришла в себя только после того, как ее сердце бешено застучало в груди, требуя кислорода.

Элли глубоко вдохнула воздух и протерла глаза. Мираж не исчез: к ней по белоснежному песку шел Стив Уолш!

— Привет, куколка! — произнес он, широко улыбаясь.

Онемев, она смотрела на него широко раскрытыми глазами. Это, несомненно, был Стив: в рубашке-гавайке, белоснежных шортах, широкополой шляпе и кожаных сандалиях.

— Эй, это действительно я! — смеясь, произнес он.

— А мне кажется, что я перегрелась на солнце, — прохрипела Элли.

Стив сел рядом с ней и обнял ее за талию.

— Ну скажи, разве я похож на галлюцинацию? Я обнимаю тебя, ты чувствуешь мои прикосновения… Я настоящий.

— Поверь, уж я-то знаю, какими реальными могут быть иллюзии, — сказала Элли, трогая цветную рубашку Стива. — Однако, кажется, ты действительно существуешь. Кстати, где ты взял эту одежду? Такие рубашки продаются на Гавайях, а здесь Сардиния.

— Не успел обзавестись местными шмотками, — усмехнулся он. — Тебе не нравится мой вид?

— Нет-нет, все в порядке, — поспешила сказать она. — Но что ты здесь делаешь? Ты же должен быть в Лондоне или, по крайней мере, в Штатах.

— А я взял отпуск и махнул за тобой на Сардинию, — подмигнул ей Стив. — Правда, мне пришлось заплатить кое-кому, чтобы выяснить, где ты остановилась.

— И когда ты прилетел?

— Пару часов назад. Успел только искупаться, а потом пошел искать тебя.

— Где остановился?

— Больше похоже на допрос, чем на праздное любопытство.

— Прости, я все еще не могу прийти в себя. — Элли потерла лоб. — Не ожидала тебя увидеть. Почему ты приехал сюда?

— Чтобы увидеть тебя, разумеется. — Он притянул ее к себе. — Эй, крошка, в чем дело? Ты не рада меня видеть?

— Что он здесь делает? — раздался сердитый голос Грегори.

Элли подняла голову и встретилась с Грегори взглядом. Судя по перекошенному лицу, Грегори был очень сердит.

— Почему этот парень фривольно называет тебя крошкой?

— Ты его знаешь? — в свою очередь спросил Стив, удивленно глядя на внезапно появившегося соперника.

— Это Грегори Уикленд, — пролепетала Элли. — Он адвокат Надин Миллер.

— А, так вы просто коллеги! — обрадовался Стив и протянул Грегори руку, однако тот никак не отреагировал.

— Ну меня ты представила, — сердито сказал он. — Хотя это было лишним. Может быть, объяснишь теперь, почему этот прохвост обнимает тебя за талию?

— Стив Уолш, мой… бывший парень.

— Насколько бывший? — уточнил Грегори.

Элли развела руками.

— Мы расстались три года назад.

— И встретились на Сардинии? Вот так совпадение!

— Вообще-то совпадением тут и не пахнет, — заявил рассерженный и оскорбленный Стив. — Я знал, что Элли отправляется сюда. Мы ужинали накануне ее отъезда. Вот только что-то не пойму я, почему вас это так интересует. У него на тебя виды, крошка?

— Да, именно так, — сказал Грегори и стащил Элли со скамейки. — Я собираюсь на ней жениться.

Стив открыл рот от изумления.

— Ты же говорила, что ни с кем не встречаешься.

Грегори ухмыльнулся, стараясь, чтобы усмешка вышла как можно более мерзкой.

— А она и не лгала. До сегодняшнего утра Элли действительно со мной не… — как это говорится? — не состояла в романтических отношениях. Но теперь все изменилось.

— А могу я хоть слово вставить? — не выдержала Элли. — Вы тут делите меня, словно два охотника. А я вроде как вполне еще живой и здоровый медведь.

Стив поднялся и встал напротив Грегори, выпятив грудь.

— Когда мужчины разговаривают, женщины молчат. Так что прошу минуту тишины, Элли.

— Заметь, не я это сказал, — вставил Грегори, обращаясь к Элли. — На него злись. Я ни при чем. Я не лишаю тебя свободы.

— Лучше заткнись, — посоветовала она. — К тому же я не припомню, чтобы мы перешли на «ты».

— Да уж пора бы, раз уж мы целовались… по-взрослому.

— Ты можешь не шутить хотя бы сейчас?! — возмутилась Элли, чувствуя, как у нее закружилась голова.

— Вы целовались? — Стив вдруг стал очень спокойным.

— Я не обязана отчитываться в своих действиях и поступках, — сказала Элли и повернулась к Грегори. — А тебя я хотела бы попросить о том, чтобы ты сначала думал, а потом говорил. Я не твоя невеста. Тебе, конечно, хочется заявить потенциальному сопернику, что ты его опередил… Так вот, Стив тебе не соперник. Отношений у меня с ним нет и не предвидится. То же самое я могу сказать о тебе.

— Отчитала, как ребенка, — ухмыльнулся Грегори. — Здорово. Я тобой горжусь.

Она сверкнула глазами и прошептала:

— Прекрати, прошу тебя.

— Я могу с тобой поговорить… без свидетелей? — громко спросил Стив.

— Да, разумеется, — ответила Элли. — У тебя есть ровно пять минут, а потом я уйду. Я здесь на работе, если ты не в курсе.

Стив отвел ее в сторонку. Грегори явно не собирался уходить, так как устроился на скамейке и демонстративно начал насвистывать какую-то мелодию. Элли искренне считала, что взрослые, умные мужчины так себя вести не должны. Ей было стыдно и за себя, и за Грега, и за Стива в том числе.

— О чем ты хотел поговорить? — вздохнув, спросила она.

— Ну и как это называется? — шепотом спросил Стив. — Этот мужчина… Что он для тебя значит?

— С какой целью интересуешься? — вяло произнесла Элли.

— Я приехал за тобой, чтобы возобновить наши отношения!

У Элли вспыхнули щеки.

— Но я не давала тебе повода думать, что согласна на это!

— Не обманывай себя. Элли, в глубине души ты меня все еще любишь. Как и я тебя.

— Ты ошибаешься.

— Надеюсь, он рассказывает тебе о том, при каких обстоятельствах мы с ним познакомились год назад, — вдруг подал голос Грегори.

Элли обернулась и непонимающе уставилась на него.

— Кто с кем познакомился?

— Я и этот недоумок.

— Эй ты, — подскочил к нему Стив, — выбирай выражения, иначе…

— Ну-ка прекратите! — крикнула Элли, привлекая внимание прохожих. — Что вы тут устроили? Вы еще подеритесь!

— За этим дело не станет. — Грегори закинул ногу на ногу и нагло улыбнулся. — Так что, Стиви, объяснишь нашей маленькой подружке, как так вышло, что я и ты отлично знаем друг друга? Тут кто-то говорил о совпадениях. Ну так Бог — парень с юмором, как я погляжу. Устроить нам троим такую встречу… Вот только Марши здесь не хватает.

— Марша? — переспросила Элли. — Кто это?

У Стива побелели губы — верный признак того, что он страшно нервничает. Грегори молча ухмылялся и явно наслаждался ситуацией.

А Элли готова была заорать от ярости, потому что совершенно не понимала, что происходит. Наконец Стив взглянул на нее и сказал:

— Помнишь, крошка, я говорил тебе, что после нашего расставания встречался с одной женщиной…

— Да, помню, — стараясь мыслить четко и не поддаваться эмоциям, кивнула Элли.

— Ага, она еще была замужем за отличным парнем, — встрял Грегори. — Он вкалывал день и ночь, чтобы обеспечить свою супругу, которая, кстати, страшно любила денежки. Как оказалось, хороший парень работал не только на собственную женушку, но и на ее хахаля.

— Лучше бы ты уделял внимание ей, а не работе! — не выдержал Стив. — Тогда бы она не завела любовника.

— Постойте-ка, — медленно проговорила Элли. — Эта женщина… Марша… она была твоей женой, Грег?

— Бинго! — нарочито весело воскликнул он. — Угадала.

— Невероятно… — Элли схватилась за голову. — Так не бывает… не бывает таких совпадений. Я не верю…

— Я тоже глазам своим не поверил, когда увидел его рядом с тобой. — Грегори указал на Стива. — Мир тесен, не так ли?

— Но… но он сказал, что твоя жена бросила и его тоже. Ну после того, как ты и Марша развелись, — сказала Элли, надеясь немедленно во всем разобраться.

— Ага, так и было, — подтвердил Грегори. — Как оказалось, ей нужен был совершенно другой мужчина. О существовании которого мы со Стиви и знать не знали.

— Она хотела любви, — сказал Стив. — Взаимной и всепоглощающий. Ни ты, ни я не могли ей дать этого.

— Вот такая история, — подытожил Грегори.

— Сумасшедший дом какой-то, — жалобно сказала Элли.

— Послушай, все это давно в прошлом. — Стив взял ее за плечи и развернул лицом к себе. — К чему старое вспоминать? Нужно думать о том, что будет.

Грегори встал со скамейки и подошел к ним.

— У тебя с ней нет будущего.

— Ошибаешься! — ответил Стив, по-прежнему глядя только на Элли. — Милая, я давно хотел сказать тебе, но никак не решался… Тот мужчина, которого ты ищешь… Это я. Я явился к тебе в больницу, когда ты была без сознания, принес ту злополучную коробку конфет и поцеловал тебя.

— С чем были конфеты? — машинально спросила Элли.

— С миндалем. Твои любимые. Я еще не забыл, какие сладости ты любишь больше всего на свете.

Элли всмотрелась в его глаза и поняла, что верит ему. Это его голос она слышала во сне. Потому-то он и показался ей таким знакомым.

— Я верю тебе, — произнесла она.

— Ну это уже ни в какие ворота не лезет! — воскликнул Грегори раздраженно. — Не вешай ей лапшу на уши, Стиви! Я отлично знаю, что это не ты был тем таинственным посетителем, которого она мечтает найти.

— А кто же в таком случае? Может, подскажешь? — с ехидцей осведомился Стив.

— Я!

— Да ну? И как докажешь?

— Стоп! — требовательно произнесла Элли, отходя от них на несколько шагов. — Определитесь, будьте так любезны, кого же из вас я увидела, когда пришла в себя на несколько секунд?

— Меня! — воскликнули мужчины хором.

— Где доказательства?

— Вот-вот! — поддакнул Стив. — Я требую того же.

— А сам эти самые доказательства не хочешь ли представить? — поинтересовался Грегори.

— Ну вот… Я не могу проверить тебя с помощью своего обычного вопроса, Грег. Я бы спросила тебя, с чем были конфеты, но ведь ты уже слышал ответ Стива.

— Элли, даже если бы я врал, — сказал он, — то неужели ты думаешь, что, узнав твой адрес, номер телефона и марку любимого автомобиля, я забыл бы о твоих вкусовых пристрастиях? Ты обожаешь конфеты с миндалем, мятный ликер и лимонные леденцы.

— Он врет! — воскликнул Стив, забеспокоившись. — Он врет, Элли!

— Я не знаю, кому верить, — призналась она.

— Наверное, тому, кто не уводил жену у другого мужчины, — съязвил Грегори.

— Ты и сам не ангел, — сказал Стив. — Да и не виноват я в том, что ты расстался со своей женой. Нужно было чаще бывать дома!

— Стив Уолш? Не может быть! Я глазам своим не верю!

Все трое обернулись. По дорожке к ним шагала Надин. Она насмешливо смотрела на Стива. Тот покраснел под ее взглядом и, ясное дело, тут же впал в ярость.

— Вот она! Виновница всех бед! Только и ждет того, чтобы испортить кому-то жизнь.

— Простите? — Надин подняла брови. — Это вы обо мне?

— А то о ком же.

— Стив, — Элли положила руку ему на плечо, — не вали с больной головы на здоровую. Надин не имеет к нашей ситуации никакого отношения.

— А могу я узнать, что тут происходит? — поинтересовалась Надин. — Я-то, наивная, думала, что мы приехали работать. А, оказалось, тут была намечена встреча старых друзей. Не пойму только, каким образом в «друзья» попал Грегори.

— Долгая история, — проворчал он. — Тебе будет неинтересно.

— Давай рискнем.

— Все, хватит. У меня есть дела, — сказала Элли. — И я ухожу. Я на работе.

— Гляди-ка, вспомнила! — рассмеялась Надин.

Элли не стала никого слушать. У нее страшно разболелась голова. И вообще, происходящее казалось ей нелепым, дурацким сном. Грегори, заявляющий, что хочет на ней жениться. Стив, появившийся невесть откуда. Надин… Она просто всегда действовала Элли на нервы.

— Бред… Бред! — шептала Элли, бредя по пляжу. — Грегори и Стив заявили, что это они приходили ко мне в больницу. Но кто же из них говорит правду, а кто врет? Мне снова придется делать очередной выбор… А я этого страшно не хочу! Почему проблемы не решаются сами собой?

Через пятнадцать минут Элли пришла к выводу, что не будет никакого выбора. Она откажет обоим. Возможно даже, Грегори просто издевается над ней. Он ведь так это любит. А у Стива хоть и настоящие чувства, но ему тоже нельзя доверять. Не проще ли отказаться от двоих мужчин, послать их подальше и вновь заняться работой?

Опять бежишь от себя, сказал Элли внутренний голос. Разумеется, проще сделать вид, что никаких проблем не существует, и отказаться от собственного счастья. Но по ночам ты снова будешь плакать в подушку и кусать локти от отчаяния. Вместо того чтобы набраться наконец храбрости сделать так, как удобно тебе, а не другим, и быть счастливой, ты уходишь в сторону, отказываясь принимать решение. Трусиха!

Элли села прямо на песок, у самой кромки воды, и стиснула голову руками. Нужно что-то решить. Необходимо! Хватит уже прятаться от себя самой! Иначе она станет второй Надин: озлобленной, одинокой, понимающей бесцельность собственного существования и оттого несчастной.

Думай! Думай! — приказала себе Элли. От твоего решения зависит твоя дальнейшая жизнь.

11

— Ты права насчет рекламы, Элли, — сказала Надин за ужином. — Возможно, это действительно привлечет новых клиентов в наш отель.

Элли сидела за столом и ковыряла вилкой картофельное пюре. Аппетита не было, как и желания разговаривать. Однако она понимала, что обязана выполнять свою работу. Не хотелось снова подвести Надин.

— Недавно появилась новая звезда, молодой актер по имени Тим Эстес. Я его знаю лично. Он отличный парень… вернее, был таким раньше. Надеюсь, слава еще не испортила его.

— Ты с ним знакома? — удивилась Надин, запивая вином бифштекс. — Впрочем, я уже ничему не удивлюсь после сегодняшней сцены…

Элли вздохнула. Остаток времени до ужина она провела в одиночестве. Ей пришлось вернуться в отель, потому что в противном случае Надин устроила бы истерику. Грегори на ужин не явился. Стива тоже нигде не было видно. Элли нервничала и переживала, хотя и не подавала виду.

— Я училась вместе с Тимом в колледже. Мы даже дружили…

— Ты же бухгалтер, — удивилась Надин. — А он вроде бы профессиональный актер.

— Он ушел после первого курса. Тим понял, что не желает иметь дело с цифрами. Я не общалась с ним все это время, так что не знала о его дальнейшей судьбе. Очень удивилась, когда услышала, что Тим Эстес — восходящая звезда. Думаю, он не откажет мне, если я попрошу его погостить несколько дней в нашем отеле.

— Тебе и карты в руки. Звони ему.

— Завтра же утром я попытаюсь узнать его телефон.

— Это меньшая из проблем. Позвони нашему деловому партнеру… Ну тому продюсеру, который вложил в строительство отеля в Египте почти миллион долларов.

— Я поняла, о ком вы говорите, — улыбнулась Элли. — А вам следовало бы запоминать имена своих партнеров.

— Не учи меня, что нужно делать! — вскипела Надин.

Элли снова принялась рисовать узоры на пюре. Наконец она собралась с духом и спросила:

— А где Грегори?

Надин фыркнула.

— Я все ждала, когда же ты задашь этот вопрос. Неужели тебе не интересно, что произошло после того, как ты ушла?

— Честно говоря, я умираю от любопытства, — тускло ответила Элли.

— Позволь тебе не поверить. Судя по выражению твоего лица, тебе наплевать, что делали Грегори и Стив в твое отсутствие. А они, между прочим, подрались.

— Что? — Элли подпрыгнула от удивления. — Этого не может быть!

— Может. — Надин довольно улыбнулась и налила себе еще вина. — Ох какая драка была! В итоге Стива забрали полицейские, а Грегори сейчас в больнице — ему накладывают швы на рассеченную бровь.

Элли онемела от изумления. Она уставилась на Надин, приоткрыв рот, и не могла выдавить из себя ни звука.

— Вообще-то я пошутила, — вдруг сказала Надин. — Просто хотела посмотреть на твою реакцию. И это стоило того. У тебя такое смешное выражение лица.

Элли вполголоса пробормотала ругательство, ничуть не заботясь о том, что Надин его услышит.

— Когда надоест смотреть на мою перекошенную физиономию, сообщите, если нетрудно.

— А скажи, — произнесла Надин, откинувшись на спинку стула, — каково это: знать, что за тебя борются двое мужчин? Они, конечно, мало похожи на супергероев, но все же…

— Мне это не нравится, — сказала Элли строго. — Я вообще в шоке от того, что попала в такую нелепую ситуацию.

Надин потерла подбородок длинными тонкими пальцами с идеальным маникюром.

— Вообще-то мне стоило бы тебя возненавидеть.

— Интересно, за что?

— У меня были виды на Грегори. Я собиралась начать с ним роман.

Элли пожала плечами.

— Ненавидьте сколько влезет.

— Не хочу, — сказала Надин. — Я поняла, что мужчина, который отбивается от меня руками и ногами, мне не нужен. Я слишком себя люблю и уважаю. К тому же я уже познакомилась с очень симпатичным парнем. Правда, он моложе меня на десять лет, но его это ничуть не смущает. А меня тем более.

— Сотрудник отеля? — без особого интереса спросила Элли.

— Нет, постоялец, — сказала Надин. — Я собираюсь родить от него ребенка.

Элли закашлялась.

— Ребенка, значит?

— Да, Грегори посоветовал, — усмехнулась Надин и подозвала официанта, чтобы заказать кофе. — Я подумала и решила, что его предложение не лишено смысла.

— Вы же ненавидите детей.

— Чужих — да. А вот своих, быть может, буду любить больше жизни.

— А если нет?

— А если нет, — сердито сказала Надин, — найму няньку.

— Этот парень, с которым вы встречаетесь сейчас в курсе ваших планов на него?

— Зачем я буду ему рассказывать?

— Что, если он болен или у него плохая генетика?

— Расслабься, — отмахнулась Надин. — Я же не дура. Для начала я все о нем разузнаю. Я обратилась в детективное агентство, и они уже работают вовсю.

Элли задумчиво взглянула на нее.

— Знаете, мисс Миллер, совсем недавно я страшно боялась, что когда-нибудь вы все-таки в кого-нибудь влюбитесь и решите посвятить жизнь семье, а я тогда потеряю работу. Ну и глупой же я была.

— То есть сейчас ты не боишься?

— Нет, — покачала головой Элли. — Видите ли, как только мы вернемся обратно в Лондон, я уволюсь.

Надин забарабанила по крышке стола.

— И что же заставило тебя принять такое решение?

— Я решила заняться собственным бизнесом. Мне надоело от вас зависеть.

— О! — усмехнулась Надин. — Бунт на корабле. И что же за бизнес ты решила открыть?

— Тэд звонил сегодня… Его дела идут в гору, как я и предсказывала. Теперь меня хочет нанять один его приятель, владелец фирмы, которая занимается поставками диетических продуктов. Он просит меня проверить все финансовые отчеты и выяснить, куда уходят деньги. Предлагает за мои услуги весьма приличную сумму…

Надин задумалась. Когда речь заходила о деньгах, она подавляла эмоции и начинала рассуждать здраво.

— Хорошая идея, — наконец сказала Надин. — На этом можно заработать. Опыт у тебя есть, и ты осуществишь свою мечту: станешь хозяйкой самой себе и перестанешь носить мне кофе и пончики.

— Вы не сердитесь на меня?

— Еще как сержусь. Я просто в ярости, — ровным тоном произнесла Надин. — Мне придется снова искать толковую помощницу.

— Я могу этим заняться. Нашла же я для Тэда хорошую секретаршу. Пусть это будет моим прощальным подарком, — усмехнулась Элли.

— Ну а что ты собираешься делать со своими мужчинами?

— Они не мои.

— Но они чуть было не растерзали друг друга.

Элли отмахнулась, не желая об этом разговаривать.

— Я пока не знаю. А все же где Грегори?

Надин пожала плечами.

— Может быть, у себя в номере, а возможно, плавает в бассейне. Я за Грегори не слежу. Кстати, скажи честно, он тебе вообще нравится?

— Да, — призналась Элли, — нравится. Хотя у него и отвратительный характер.

Надин взглянула на часы, допила кофе и встала.

— Пойду прилягу. Мой новый мужчина пригласил меня погулять сегодня ночью, полюбоваться луной и так далее. Хоть я и не люблю всю эту романтическую ерунду, но решила согласиться. Нужно выспаться перед прогулкой. А тебе я желаю удачи. — Она ухмыльнулась. — Если не сможешь выбрать между двумя, найди третьего.

— Спасибо за совет, — пробормотала Элли недовольно.

Она посмотрела вслед Надин и вдруг поняла, что счастлива от того, что совсем скоро перестанет работать на эту женщину. Элли многим была обязана своей начальнице, но настало время распрощаться с ней.

Грегори с журналом в руках сидел в холле на мягком диване и ждал, когда Элли выйдет из ресторана. А та не торопилась. Надин проплыла мимо, даже не взглянув на Грега — наверняка страшно обиделась за то, что он отказал ей. Эта женщина найдет возможность отомстить ему, Грегори в этом не сомневался. Чтобы спастись от ее гнева, нужно перестать работать с Надин.

Не проблема, решил Грегори. Я и не напрашивался на сотрудничество.

Он кинул журнал на стопку других и уставился на вход в ресторан, словно собирался силой мысли вызвать Элли. Та наконец появилась. Она взглянула на него и скромно улыбнулась.

Грегори встал и пошел ей навстречу.

— Я тебя заждался.

— Почему тогда не ужинал с нами?

— Я не голоден. — Грегори взял ее под руку и повел к выходу из отеля. — Хочу прогуляться. Ты не против?

— Луны нет, — усмехнулась Элли, вспомнив разговор с Надин. — Может быть, подождем пару часов? Хочется романтики.

— Да перестань. Ты же не романтик.

— Ошибаешься. Я обожаю фильмы о любви, при просмотре которых можно поплакать, книжки со счастливым концом и букеты.

— Учту. Хотя не обещаю, что буду задаривать тебя цветами. Не люблю цветочные магазины. В них стоит такой удушающий запах, что я начинаю задыхаться.

Они вышли на дорожку аллеи и неспешно побрели вперед, к морю. Элли кусала губы, чтобы не засыпать Грегори вопросами, которые ее волновали. Однако он, видимо, и сам прекрасно понимал ее состояние.

— Стив ушел в отель, в котором остановился, — сказал он. — Но обещал вернуться и забрать тебя. Что скажешь?

— Грегори, мне нужно знать, кто приходил ко мне в больницу.

— Это был я.

— А Стив утверждает, что он.

— Ну и кому ты больше веришь?

— Я запуталась. — Она жалобно посмотрела на него. — Все свалилось на мою голову в один момент.

— А как бы ты хотела? Судьба и так очень уж берегла тебя все это время. Хватит уже сидеть в своей раковине, выбирайся оттуда.

— Я не понимаю… — Элли обняла себя за плечи. — Ты до сегодняшнего дня никогда не выказывал, что я нравлюсь тебе. Что вдруг случилось?

— Считай, что на меня подействовала пьянящая атмосфера солнечной Сардинии.

— Почему я должна верить тебе?

— А почему нет?

— Потому что я совсем тебя не знаю.

— Говорят, иногда стоит рискнуть, чтобы посмотреть, что из этого выйдет.

— А если не выйдет ничего хорошего?

— Но ты же никогда не узнаешь, если не рискнешь.

— Замкнутый круг какой-то, — вздохнула Элли.

Грегори пожал плечами.

— Ты привыкла, что Надин все решает за тебя.

— При чем тут Надин? Она, конечно, оказала на меня большое влияние, но все же у меня есть своя голова на плечах. И я двадцать семь лет жила без нее. Правда, чуть было не умерла с голоду, но теперь это уже мало что значит.

— Не обманывай себя. Ты пыталась чего-то добиться сама, и у тебя ничего не получилось. Потом появилась Надин, и все волшебным образом пришло в норму. Однако за счет этого ты потеряла веру в себя.

— Возможно, — задумчиво проговорила Элли.

Грегори остановил ее и взял за руки.

— Послушай меня. Я не молод. У меня было много женщин. Я язвителен и не всегда бываю приятным собеседником. Однако я твердо знаю, чего хочу. Не буду говорить глупых слов вроде: я всю жизнь искал тебя; только ты мне нужна; я сразу понял, как только тебя встретил, что ты именно та женщина, с которой я хочу провести остаток своих дней… Я уже предупреждал, что не люблю романтику. Просто скажу, что хочу на тебе жениться. Хотя тоже очень плохо знаю тебя. Однако я так воспитан: если женщина кажется мне настолько притягательной, что я не тащу ее сразу в постель, потому что боюсь все испортить, значит, на ней надо жениться.

— Странно, что ты был женат только один раз.

— Ага, ты уже начала шутить. Это радует.

— А вот ты, кажется, никогда не прекратишь острить.

— У меня серьезные намерения, Элли. И я не шучу. Я уверен, что мы подходим друг другу.

— Почему я не замечала твоего интереса ко мне раньше?

— Потому что я к тебе присматривался. Да и что ты могла заметить, если мы встречались до сегодняшнего дня всего несколько раз?

— Так что, это любовь с первого взгляда? — скептически улыбнулась она.

— Я достаточно искушен в амурных делах, чтобы разобраться, чем простое физическое влечение отличается от того, что принято называть любовью.

— По-моему, ты тоже боишься своих чувств.

— А то как же. Мне тридцать шесть, Элли. Я уже вышел из того возраста, когда перспектива потрогать девчонку за грудь вызывает бурю эмоций. Мне нужно нечто большее. Я хочу семью, детей… Однако мне крайне тяжело признаться женщине, с которой я знаком в общей сложности три дня, в любви.

— Я не уверена, что испытываю что-то к тебе, — проговорила Элли, глядя ему в лицо.

— Я же не прошу тебя заказывать приглашения на нашу свадьбу уже сегодня! Просто поверь в то, что ты мне нужна.

Элли спрятала руки за спину и отвернулась от Грегори.

— Нет, не могу поверить, извини. Еще вчера вечером ты меня оскорблял и называл тупицей.

— Это все ревность. Я увидел тебя накануне в компании симпатичного мужчины. Мне было неприятно.

— И когда же в тебе проснулись чувства? Мне казалось, это случилось лишь сегодня, когда мы оба находились в эйфории после игр в воде.

Грегори протяжно вздохнул и пнул ногой камешек.

— Чувства? Я их у себя обнаружил, когда увидел тебя лежащей на тротуаре.

— Что?

— Ах да, ты же не в курсе, что это именно я вызвал «скорую помощь».

— Тебя там не было!

— Извини, но ты ошибаешься. Я шел за тобой по пятам после того, как мы расстались в парке. Ты меня заинтересовала, и я все не мог понять, почему мне так трудно с тобой расстаться. Я видел, как ты вошла в отель, как потом шагнула на дорогу, хотя горел красный свет, и как тебя ударил под ребра «мерседес». Я подбежал к тебе и вызвал «скорую». Потом я сидел рядом с тобой в палате. Видел, как ты металась в бреду. Я не выдержал и поцеловал тебя. Мне так этого хотелось… Это было непреодолимое искушение. Я умолял тебя прийти в себя, но ты не отзывалась. И я решился. А ты мне ответила. Я имею в виду — ответила на поцелуй. А потом… ты вдруг открыла глаза. Я страшно испугался, вскочил и убежал. Мне было так стыдно потом. Позже оказалось, что ты ничего не помнишь, вот я и не стал ни о чем рассказывать. Тем более что был уверен: меня ждет от тебя нагоняй.

— С чего ты взял?

— Но я же воспользовался твоей беспомощностью. Не спрашивая разрешения, поцеловал тебя.

— Да, мне стоило бы рассердиться, — вяло улыбнулась она. — А что ты почувствовал, когда прочел объявление?

— Я очень удивился. Не думал, что ты хоть что-нибудь помнишь. И мне было непонятно, зачем ты ищешь человека, который поцеловал тебя. Слова про «прекрасного принца» меня лишь насторожили. Как женщина, работающая с Надин бок о бок пять лет, могла оказаться столь романтичной натурой? Что, если ты дала объявление в газету только для того, чтобы найти «принца» и заявить на него в полицию за домогательства? Однако теперь-то я понимаю, что немного ошибся в тебе. Ты действительно романтик. Ты нежная, чистая… не такая, как твоя начальница. И мой поцелуй действительно что-то значил для тебя.

Элли долго молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Наконец она спросила:

— Твой рассказ кажется мне правдивым… Однако не понятно одно: когда ты успел купить эту злополучную коробку конфет?

— Я их не покупал, — ошарашил ее ответом Грегори.

— Нет? — удивилась Элли.

Грегори покачал головой.

— Клянусь, понятия не имею, кто ее тебе принес. У меня просто не было времени, чтобы добежать до магазина. Да и не думал я в тот момент о конфетах или цветах. Я мечтал только об одном: чтобы ты наконец очнулась.

— Но тогда… откуда же она взялась?

— Я не знаю. — Грегори сунул руки в карманы брюк и зябко поежился. — Но полагаю, тебе следует спросить об этом твоего бывшего возлюбленного…

12

Стив сам нашел Элли утром. Она сидела за столиком пляжного кафе и переписывалась по электронной почте с Тимом Эстесом, который благодаря счастливой случайности в данный момент был онлайн.

Стив присел рядом с Элли и поставил возле ее правого локтя вазочку с мороженым.

— Отодвинь, иначе я ее уроню, — попросила Элли, не глядя на Стива.

Он передвинул мороженое подальше.

— Доброе утро, Элли.

— С этого и нужно было начинать.

— Я тебя вчера искал повсюду. Где ты была?

— Гуляла, отдыхала, приводила мысли в порядок.

— Может быть, посмотришь на меня?

Она набрала последнее слово, поставила точку и отправила письмо. После этого Элли закрыла крышку ноутбука и наконец взглянула на Стива.

— Так лучше?

— Ты не в духе, да?

— Угадал.

— Причина во мне?

— Отчасти. — Элли взяла вазочку с мороженым в руки. — Сливочное с шоколадом? Ты все еще помнишь о моих вкусовых пристрастиях.

— Еще бы. — Он мягко улыбнулся. — Я помню все, Элли.

Она ковырнула сливочную массу ложечкой и отправила порцию мороженого себе в рот.

— Мм… Как вкусно! А что ты только что сказал?

— Элли, ты сердишься на меня, — констатировал он. — Чем я заслужил такое отношение к себе?

— Ты мне лгал.

Его щеки едва заметно побелели, хотя свежеприобретенный загар скрыл внезапную бледность.

— О чем это ты?

— Подумай сам, — спокойно произнесла Элли, наслаждаясь чудесным вкусом мороженого. — А когда додумаешься, дай мне знать.

Стив долго молчал. Он смотрел то на море, то на пляж, то на проходящих мимо него красивых женщин, до крайности раздражая этим Элли. Наконец он дернул плечами и сказал:

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

Элли вздохнула. Она надеялась, что Стив не станет ходить вокруг да около и ей не придется вытаскивать из него правду.

— Начнем с того, что ты не целовал меня, когда я лежала в больнице, — сказала она.

— Ну ясно, — сердито произнес он. — Грегори Уикленд успел повесить тебе лапшу на уши. Я сейчас попрошу официанта принести вилку…

— Я говорю серьезно. И от тебя жду того же. — Элли поставила опустевшую вазочку на стол. — Спасибо, было вкусно. А теперь скажи мне, глядя прямо в глаза, что это именно ты воспользовался моей беспомощностью, поддался своим чувствам и поцеловал меня.

Он вытер вспотевший лоб ладонью и отвел взгляд.

— Элли, я уже обо всем тебе рассказал. Я принес тебе конфеты и…

— Да, конфеты были от тебя, — перебила его Элли. — Но ты даже не прикоснулся ко мне.

— Я поцеловал тебя! — сказал он твердо. — Я, а не Уикленд!

— Тогда объясни, как так получилось, что ты одним из первых узнал об аварии? Я думала над этим всю ночь! И знаешь, к какому выводу я пришла? Ты не мог явиться ко мне в палату так быстро. Без сознания, я находилась всего двадцать минут. За это время меня привезли в больницу, осмотрели и выделили мне палату. Ты должен был быть на месте аварии и видеть собственными глазами, что произошло, чтобы успеть тут же примчаться ко мне.

Стив открыл рот, но не издал ни звука. Теперь стало очевидно, что он очень сильно нервничает: у него посинели губы.

— Ты все знаешь, верно? — тихо произнес он.

— Знаю о чем?

— О том, что это я… — Он сглотнул слюну. — Что это я сбил тебя.

Элли онемела. Она почти с минуту смотрела на него, надеясь, что Стив вот-вот скажет, что пошутил. Однако он молчал.

— Ты меня сбил? — глухо проговорила она. — Я не ослышалась?

— Так ты не знала? — простонал он и уткнулся лицом в ладони. — О нет!.. Ну и идиот же я!

— Так это был твой «мерседес»?! — воскликнула Элли, приходя в себя. — Ты был тем водителем, который… Нет, я просто поверить не могу!

— Не понимаю! — истерично воскликнул Стив. — Ты же только что дала мне понять, что все знаешь! Ты сказала, что я замешан в этой истории!

— Я всего лишь думала, что ты следил за мной, Стив!

— Да я понятия не имел, где и как ты живешь! Меня это совершенно не интересовало!

— Что? Тогда зачем ты… — она подалась вперед. — Ах ты сволочь! Все ясно! Ты был прав: судьба нелепая штука. Она свела нас в одном месте в одно и то же время на дороге с оживленным движением. Вот ирония-то! Ты сбил женщину, увидел, что это я, испугался и нажал на газ. Удрал! А потом подстроил ту встречу в супермаркете для того, чтобы выяснить, видела ли я лицо водителя, который чуть меня не искалечил!

— Я ни в чем не виноват! Ты же переходила дорогу на красный свет.

— Но ты уехал, не дождавшись полицию! За это тебя никто не похвалил бы, верно?

— Ну да, я испугался. А что бы ты чувствовала на моем месте? Я не видел тебя больше трех лет! И вдруг сбил, когда ты переходила дорогу.

Элли сокрушенно покачала головой.

— С ума можно сойти! И зачем тогда ты прибежал в больницу? Чтобы узнать, не умерла ли я?

— Я сам чуть не умер от страха! Я был уверен, что убил тебя! В регистратуре сказали, что с тобой все в порядке. В больничном кафетерии я купил конфеты и отнес тебе. Предваряя твой следующий вопрос, скажу, что Грегори я не видел. Наверное, он ушел еще раньше. Я собирался попросить у тебя прощения. Но ты была без сознания, а вокруг сновали медсестры. Я решил, что толку от меня все равно никакого нет, оставил конфеты и ушел. А потом, да, я встретил тебя в супермаркете. Вообще-то я знал о дне твоей выписки. Работники регистратуры такие любезные… Всегда сообщают родственникам больных, когда тех выписывают…

— У меня есть только один вопрос: зачем? Зачем ты встретился со мной?

Стив развел руками.

— Неужели непонятно? Мне было стыдно! Я ужасно себя чувствовал. Мне необходимо было увидеть тебя и удостовериться, что с тобой все в порядке. Я просто не мог остаться в стороне, Элли!

— Но зачем нужно было врать?

— Как я мог признаться в том, что сделал? Ты бы возненавидела меня.

— А тебе не все равно?! — взвизгнула она, борясь с желанием влепить Стиву пощечину. — Ты плел мне о внезапно проснувшихся чувствах, о том, что хочешь начать все сначала. Это тебе для чего?

— Но чувства действительно проснулись! — прорычал он. — Хочешь верь, а хочешь нет.

Она закрыла глаза и сосчитала до десяти. Это не помогло ей расслабиться, но она хотя бы немного пришла в себя.

Элли взглянула на своего бывшего возлюбленного. Сейчас он совсем не походил на того парня, которого она когда-то любила. Стив был растерянным, подавленным, униженным… А Элли привыкла думать, что он — самостоятельный человек, Мужчина с большой буквы. Как же она ошибалась!

— Ты всегда был трусом, — сказала она. — Когда нужно было дать отпор Надин, бороться за меня, ты предпочел уйти. Как же я в тебе ошибалась, Стив.

Он жалобно посмотрел на нее, словно моля о снисхождении.

— Когда мы встречались, я был слишком молод.

— Нам было по двадцать девять!

— Разве это возраст? Я только начинал вставать на ноги. Да, я предложил тебе стать моей женой, но, честно говоря, почувствовал облегчение, когда ты мне отказала.

— Было бы куда проще, если бы ты научился говорить правду, — разозлилась Элли. — Тогда не пришлось бы притворяться. А ты погряз во лжи. Это отвратительно, Стив! Ты дал мне надежду на то, что мы снова будем вместе. Представь себе, я серьезно задумалась! И что ты сделал бы, если бы я ответила «да»? Снова испугался бы и сбежал? Или терпел бы меня подле себя остаток своей жизни?

Он поймал руку Элли и стиснул ее ладонь.

— Но ты нравишься мне! Я и правда очень переживал, когда мы с тобой расстались. Я был зол на тебя, потому… Ну потому что мужчины ненавидят, когда их бросают. И, клянусь, через несколько месяцев после нашей ссоры я попытался тебя найти, но не знал ни адреса, ни телефона. Наш роман был таким бурным и внезапным, что мы ни о чем, кроме любви, не думали. Мне удалось тебя забыть благодаря Марше, однако когда я тебя встретил снова… при таких странных и ужасных обстоятельствах… я понял, что судьба подает мне знак.

Элли удалось высвободить свою руку.

— И что за знак? Провидение призывало тебя запудрить мне мозги? Ты пригласил меня на вечеринку, где чуть ли не признался в любви снова. А потом отправился вслед за мной на Сардинию, хотя, я полагаю, у тебя слишком много важных дел и их нельзя было так внезапно бросать. Вопрос остается открытым: зачем?

Стив помотал головой.

— Я не знаю, не знаю! Наверное, ты мне нужна.

— Наверное?

— Я и сам не могу разобраться в собственных чувствах. Такая путаница…

— Ты сам себя запутал! И меня, кстати, тоже! — Элли поднялась и сунула ноутбук в сумку. — Ты никого никогда не любил, кроме себя, Стив. Убирайся из моей жизни навсегда. Не понимаешь знаков судьбы? Прислушайся тогда к моим словам. Но скажи хотя бы: история с женой Грегори правда?

— К сожалению, да, — кивнул Стив.

— Как тесен мир, — повторила Элли недавно произнесенную Грегори фразу и ушла, не оглядываясь.

Элли больше не нравилась Сардиния. Яркий свет солнца раздражал, шум прибоя не успокаивал, а, наоборот, нервировал, радостные улыбки отдыхающих казались искусственными. Мир смахивал на театральную постановку, режиссер которой не поскупился на декорации.

Элли хотелось домой, в Лондон, в свою хоть и крошечную, но уютную квартирку. Нужно было прийти в себя, обдумать все в спокойной обстановке и решить, как жить дальше. От амурных дел Элли тошнило. Если бы сейчас действительно появился прекрасный принц на настоящем белом коне, она бы взвизгнула от ужаса и спряталась в каком-нибудь укромном месте.

Она вот уже сутки сидела в своем номере и пыталась забыться чтением журналов. К ней никто не приходил, никто не пытался вызвать ее на очередной откровенный разговор. Даже Надин решила оставить Элли в покое на некоторое время.

Элли лежала на кровати и смотрела в потолок второй час подряд. Неизвестно, что она там видела и видела ли вообще, но выражение ее лица менялось регулярно. Элли то сердито что-то ворчала себе под нос, то улыбалась, то грустно вздыхала.

Она услышала шум на улице: кто-то из аниматоров решил устроить праздник наподобие бразильского карнавала. Люди шумели, галдели, смеялись, пели… Элли поморщилась, поднялась с кровати, закрыла балконную дверь и задернула тяжелые шторы.

И чему они радуются? Праздник когда-нибудь закончится, надо всегда помнить об этом. Дни отпуска истекут, и придется возвращаться в серые будни реальности.

Элли снова легла на кровать и замерла в той же позе. В дверь позвонили, потом настойчиво постучали, но ответа, конечно, не дождались. Затем послышался шорох, царапание в замочной скважине и звук шагов в гостиной. Элли перевела взгляд на дверной проем спальни и увидела Грегори.

— Как ты вошел? — спросила она без всякого выражения.

Он показал ей ключ.

— Очень удобно быть человеком, от которого зависит судьба отеля. Надин огорчится, когда узнает, что не только ее здесь считают хозяйкой.

— Ты не имел права входить ко мне в номер без моего разрешения.

Грегори прошел в спальню, взял стул, поставил его возле кровати Элли и сел на него верхом.

— Не хочешь поговорить?

— О твоих правах и обязанностях поговорю с удовольствием. Выметайся отсюда.

— Наконец-то ты выказала хоть какие-то эмоции.

— Я не ясно выразилась?

— Предельно ясно, — подтвердил он. — Но я не уйду. А тебе не удастся меня вытолкать взашей, потому что я сильнее.

— Тогда уйду я.

Грегори скептически улыбнулся.

— То-то я смотрю, ты развила бурную деятельность.

Элли даже не пошевелилась. Она просто смотрела на Грегори без тени улыбки на лице.

— Что тебе нужно?

— Мы завтра улетаем обратно в Лондон, ты в курсе?

— Теперь да. Спасибо, что сказал. Ты можешь идти.

— Почему ты так стремишься выгнать меня из номера?

— Потому что ты мне мешаешь.

— А чем же это ты так занята?

— Я размышляю, — сказала Элли и снова уставилась в потолок.

— Полезное занятие. Однако если ты пытаешься решить какую-то задачу, то лучше это делать в компании человека, который знает толк в жизни.

— Ты адвокат, а не психолог.

— Одно другому не мешает. Я отлично разбираюсь в людях. — Грегори немного помолчал и, не дождавшись ее ответа, произнес: — Слышал, что Стив уехал.

— Мне об этом ничего неизвестно.

— Вы поссорилось?

— Можно и так сказать.

Грегори качнулся на стуле и потер подбородок.

— Вообще-то я лично провожал его в аэропорт.

Наконец Элли взглянула на него с интересом.

— Зачем?

— Чтобы убедиться, что он действительно уберется отсюда. Не беспокойся, я не испортил ему отдых. Стив сам решил покинуть Сардинию.

— Он говорил тебе о чем-нибудь?

— Ага. Его прямо-таки прорвало. Он рыдал у меня на груди почти полчаса и просил прощения за то, что отбил у меня жену и пытался увести невесту.

— Прекрати, — поморщилась Элли.

— Хорошо, — кивнул Грегори. — Ты, наверное, интересуешься, знаю ли я про то, что это его «мерседес» слегка покалечил тебя? Как видишь, знаю.

Элли свесила ноги с кровати, села и сложила руки на коленях: ни дать ни взять пятиклассница, получившая двойку по математике.

— Что ты обо всем этом думаешь?

— Его Величество Случай решил немного поиграть с тобой.

— Да, и мне это крайне не понравилось.

— Но ведь ты многое приобрела, Элли.

— Что же, например? Покалеченную ногу?

— Ты не вспоминала о своей трости уже несколько дней. Зато успела понять, что нельзя жить прошлым, что нужно все-таки менять работу и что рядом с тобой появился человек, который тебе не безразличен.

Элли улыбнулась.

— Ты уверен насчет последнего?

— Да, — твердо сказал Грегори. — Даже если ты сейчас откажешь мне, я буду делать попытки завоевать твое непокорное сердце снова и снова. Пока ты не сдашься, моя прекрасная леди… Я достаточно романтичен?

— Переигрываешь.

— А я-то всегда считал себя отличным актером!

— Ты слишком себя любишь.

Он пересел к ней на кровать и без всяких церемоний обнял за плечи.

— Короче, так: Элли, я хочу тебя. Во всех смыслах. Возможно, я слишком прямолинеен, но откровенность лучше хорошо завуалированной лжи, не так ли?

Она взглянула в его насмешливые глаза и кивнула. От него приятно пахло хвоей и мускусом, его руки были теплыми и нежными, а губы такими манящими… Элли подалась вперед и поцеловала Грегори. Он обнял ее и прижал к себе. Его пальцы погрузились в волосы у нее на затылке. Элли почувствовала приятную дрожь возбуждения. Никто и никогда не целовал ее так, как Грегори.

Элли вспомнила свой сон: пляж, пальма, платок, накинутый ей на глаза, нежные прикосновения и приятный голос, поцелуй… Да, это был Грегори. Не осталось никаких сомнений.

Она отстранилась и с улыбкой сказала:

— Ты хоть осознаешь, что мы не будем идеальной парой, отношения в которой похожи на ровный поток спокойной реки?

— Да я счастлив от того, что мы такие разные! — воскликнул Грегори и весело рассмеялся.

Элли отметила, что только в компании с ней он скидывал свою привычную маску беспристрастного циника.

— У меня невыносимый характер.

— Я тоже не подарок.

— Это факт, — сказала Элли и тоже рассмеялась. — Что ж, раз уж ты так хочешь встречаться со мной… давай попробуем.

У него вырвался вздох облегчения.

— Я ждал, что ты так ответишь, но все равно боялся услышать отказ. — Он тепло улыбнулся ей. — Я думал, что слишком стар для того, чтобы влюбиться, а тем паче чуть ли не с первого взгляда, но… я ошибался.

— Хорошо, что ты умеешь признавать свои ошибки.

— Нет, не умею, — покачал он головой. — Не строй иллюзий. Я несносен. Я постоянно ворчу. Мне захочется оскорбить тебя, если ты дашь мне повод для ревности. Жизнь со мной не будет праздником.

— Я и не жду праздника, — серьезно сказала она. — Мне просто хочется любить. И я готова рискнуть.

— Ты перестала ждать принца?

— Да кому он нужен, этот принц. — Элли толкнула Грегори на кровать и села на него верхом. — Ты прав: хватит уже строить иллюзии. Мне нужен реальный мужчина…

Content

Люсиль Картер
Ищу прекрасного принца

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12