Смирнов Павел Юрьевич

Римское право. Шпаргалки

Павел Юрьевич Смирнов

Римское право. Шпаргалка

1. Римское право как древнейшая система права

Под термином «римское право» (jus romanum) понимается гражданское право античного Рима. Римское право занимает уникальное место в правовой истории человечества. Оно представляет собой наивысшую ступень в развитии права в античном обществе и Древнем мире. Оно отличается широким охватом разнообразных жизненных отношений и ситуаций.

Особенно тщательно были разработаны в римском праве способы защиты интересов частных собственников и участников имущественного оборота. Опираясь на предшествующий мировой опыт, римляне впервые сделали индивидуальную частную собственность, а также другие имущественные права и интересы предметом совершенного юридического регулирования. На базе римского права сложилась богатейшая правовая культура, ставшая общим достоянием человечества на последующих этапах развития цивилизации.

Предметом изучения римского права являются важнейшие институты имущественного права периода принципата (первые три века нашей эры – период классического римского права) и периода абсолютной монархии (с конца III в. до середины VI в. н. э. включительно).

В судебной практике и юриспруденции Рима в классический период было выработано деление права на публичное и частное. Это деление, отразившее присущее любому цивилизованному обществу противоречие между частным и общественным интересом, оставило глубокий след в последующей истории права.

По характеристике Ульпиана, публичное право относится к положению римского государства, а частное – к пользе отдельных лиц. Современное право, опираясь на наследие римского классического права, также имеет деление на публичное и частное, а благодаря тому, что на протяжении всего периода средневековья научным и юридическим языком служила латынь, современное право широко использует терминологию классического римского права.

Наиболее полно внутреннее строение римского права отражено в структуре современного частного права. На протяжении веков, конечно, изменилось наполнение многих понятий, но сами понятия сохранились и лежат в основе юридической законотворческой и судебной практики.

2. Составные части римского права

Римское частное право (jus privatum) объединяет в себе цивильное право (jus civile), право народов (jus gentium) и преторское право.

Под термином jus civile понимается национальное древнеримское право, которое применялось исключительно для римских граждан, или квиритов, и носило наименование квиритского права. В этом смысле jus civile противопоставляется jus gentium – «праву народов», действие которого распространялось на все римское население (включая так называемых перегринов, то есть иностранцев).

Поскольку jus gentium регулировало имущественные отношения, возникавшие и между перегринами, и между римскими гражданами, и между теми и другими, оно представляло собой разновидность римского гражданского права. Историки считают, что термином jus gentium обозначали и представлявшуюся более широкой философскую категорию – право общее для всех народов; эти общие правила, подсказываемые самой природой человека, имели также собственное название – jus naturale – «естественное право».

В республиканский период римской истории римское частное право развивалось в виде параллельных систем jus civile и jus gentium. С течением времени jus civile и jus gentium стали сближаться. При практическом применении обе системы находились в постоянном взаимодействии; наблюдалось взаимное влияние одной системы на другую. Более значительным было влияние jus gentium на jus civile потому, что первой системе, впитывавшей в себя нормы более развитых народностей, не был в такой степени свойствен формализм, характерный для исконного цивильного права, и она больше отвечала потребностям хозяйственной жизни страны.

Имело место и обратное влияние: некоторые нормы цивильного права проникали в систему jus gentium (например, по Законам XII таблиц нормы о краже не распространялись на перегринов; в практике эти нормы стали применяться и к перегринам). При Юстиниане (середина VI в. н. э.) jus civile и jus gentium составили единую систему права, в которой преобладало jus gentium как право более развитое.

3. Гражданское и преторское право

Преторское право было основано на эдиктах магистрата, сначала устных, затем и письменных. Важнейшими считались эдикты преторов и правителей провинций и курульных эдилов, ведавших гражданской юрисдикцией по торговым делам. Со временем эдикт стал выполнять роль программного объявления, которое делали республиканские магистры при вступлении в должность. Эдикты были обязательны лишь для магистратов, которыми они были изданы, и на срок 1 год, в течение которого магистрат находился у власти. Но удачные пункты эдикта повторялись в эдикте вновь избранного магистрата и приобретали устойчивое значение.

Преторы и другие магистраты не обладали компетенцией отменять, изменять старые законы, издавать новые, но претор как руководитель судебной деятельности имел право придать норме цивильного права практическое значение или лишить ее силы. Это связано с особенностями римского государственного права:

1) закон не может исходить от магистрата, закон выражает волю народа;

2) магистрат в силу принадлежащей ему непререкаемой власти (imperium) руководит деятельностью суда и может по своему усмотрению дать судебную защиту, если считает это необходимым.

Преторский эдикт, не отменяя формально норм цивильного права, путем личного распоряжения претора становился формой правообразования, не позволяя праву застыть, наполняя его жизнью. В силу правотворческой деятельности преторов, курульных эдилов, правителей провинций наряду с jus civile, гражданским правом, сложилась система норм, именуемая jus honorarium (от honores – почетные должности), магистратское право и jus praetorium – преторское право. Нормы преторского права получили значение обычного права и вошли в цивильное право.

С усилением императорской власти правотворчество преторского и магистратского права снизилось. К этому времени основные категории исков, необходимые для практики, уже были установлены, а со II в. н. э., когда юрист Юлиан кодифицировал постановления, содержащиеся в преторских эдиктах, и выработал edictum perpetuum (постоянный эдикт), правотворческая деятельность преторов и других магистратов прекратилась.

4. Публичное и частное право классического периода

Деление права на публичное и частное имело объективные различия в методах правового регулирования. Публичное право носило императивный характер и включало в себя отношение власти – подчинения. Частное право отражало отношения формально равных лиц и было связано с имущественной дифференциацией общества; оно касалось субъектов с правовой и хозяйственной автономией, защищая частные интересы лишь по инициативе заинтересованных лиц.

Римское частное право в классическую эпоху достигло высокого для своего времени уровня юридической техники. Правовое регулирование вещных отношений занимало центральное место в римском частном праве. Само понятие вещного права еще не было известно римским юристам, но они четко отличали вещные иски от личных исков, связанных с обязательственными отношениями. Деление вещей на манципируемые и неманципируемые заменилось делением на движимые и недвижимые, делимые и неделимые, заменимые (определяемые родовыми признаками) и незаменимые (индивидуально определенные) вещи и т. п.

В рамках преторского права с помощью особых юридических средств была создана конструкция так называемой преторской, или бонитарной, собственности. Претор в тех случаях, когда в силу несоблюдения формальностей квиритского права приобретатель вещи не мог получить статус квиритского собственника, брал под защиту интерес покупателя, фактически закрепляя приобретенную им вещь в составе его имущества. Для защиты прав бонитарного собственника преторы использовали и институт давностного владения, известный квиритскому праву.

В римском праве классического и постклассического периода большое внимание уделялось способам приобретения права собственности, среди них – манципация, которая использовалась все реже, традиция, захват брошенных вещей, а также вещей, которые не имели хозяев, создание новой вещи из чужого материала (спецификация), приобретательская давность.

В классический период получили дальнейшее развитие гражданско-правовые формы защиты прав частного собственника. Наиболее важной из них был виндикационный иск, а также существовали негаторный иск, прогибиторный иск.

С развитием преторского права получили окончательное юридическое оформление самостоятельные виды вещного права – институт владения и право на чужие вещи.

5. Уголовное право классического периода

Уголовное право классического периода было направлено на стабилизацию социальных и политических порядков. В связи с этим некоторые частные деликты постепенно становятся уголовно наказуемыми, переходят в категорию преступлений; растет число новых преступлений, связанных с посягательством на устои государства: заговор с целью свержения императора, покушение на его жизнь или жизнь его чиновников, непризнание религиозного культа императора и т. д.

В ряд государственных преступлений вошли присвоение казенного имущества и расхищение государственных средств, взяточничество, подлог, фальшивомонетничество, участие в запрещенных сборищах и объединениях, спекуляция зерном и другими продуктами, неуплата налогов и т. п.

В число воинских преступлений вошли измена в бою, дезертирство, утеря оружия, неповиновение командиру и т. п., в ряд религиозных преступлений (после официального признания христианства) – множество преступлений против веры. Преступления против личности относят к публичным деликтам убийства, а также «обиды», прежде всего телесные повреждения. В период империи ответственность за телесные повреждения стала дифференцироваться в зависимости от того, какое место занимал потерпевший в социальной иерархии.

Расширился круг преступлений, относящихся к сфере семьи и нравственности: кровосмешение, супружеская измена, полигамия, сожительство с незамужней женщиной, мужеложство и т. д.

Характерной чертой уголовного права императорского периода становится сословный принцип уголовной ответственности. Уголовный процесс приобретает инквизиционный характер. В императорском Риме происходит резкое увеличение видов наказания, усиление их карательной направленности.

При императорах восстанавливается смертная казнь, в том числе новые ее виды: сожжение, повешение, распятие на кресте, утопление. За тяжкие преступления назначались каторжные работы на рудниках, принудительные работы на установленный срок, отдача в гладиаторы, различные виды ссылок: изгнание из Рима с потерей гражданства, ссылка на острова с полной изоляцией, временная ссылка, смертная казнь за самовольное оставление места ссылки. По некоторым видам преступлений предусматривались телесные наказания, конфискация имущества.

6. Роль римских юристов в развитии права

Римская юриспруденция приобретает светский характер, начиная с плебейского понтифика Тиберия Корункания (с 254 г. до н. э.), правовые консультации которого носили публичный и открытый характер. Юристы давали консультации, редактировали и составляли юридические акты, принимали участие в самом судебном процессе, оказывая помощь одной из сторон.

Наиболее известны были Катон Старший, Марк Манилий, Алфен Вар, Квинт Муций Сцевола, Публий Муций Сцевола, Сервий Сульпиций Руф, которые дали обобщение судебной практики, систематически изложили цивильное право (Публий Сцевола) и составили первый комментарий преторского права (Сульпиций).

В эпоху принципата стала значимой преподавательская деятельность юристов. В I – начале II в. н. э. возникли две основные школы права: сабиньянцы (основатель Капитон) и прокульянцы (основатель Лабеон), которые преподавали право (Сабин и Юлиан) и давали трактовку некоторых правовых институтов (Прокул и Цельз).

Римские юристы составляли многочисленные труды. Одни из них предназначались для учебных целей, другие – для практического использования.

Были распространены комментарии цивильного права и преторского права; дигесты (произведения по различным правовым вопросам, с попытками синтеза цивильного и преторского права); институции, систематически излагавшие римское право в учебных целях. Наибольшую известность приобрели Институции Гая (143 г. н. э.), которые давали сжатое и логически построенное изложение обширного правового материала. С установлением в Риме императорского правления активизируется практическая деятельность юристов – дача правовых консультаций.

В период домината стирание граней между цивильным и преторским правом создало благоприятные условия для проведения кодификационных работ. Работы по систематизации права велись и в восточной части Римской империи (Византии).

В конце III в. н. э. были составлены частные сборники римского права – Кодекс Грегориана и Кодекс Гермогениана, а в 438 г. осуществлена первая официальная кодификация императорских конституций (Кодекс Феодосия). Всеобъемлющая систематизация римского права была проведена в 528–534 гг. по указанию византийского императора Юстиниана.

7. Характеристика источников римского права

Римское право занимает уникальное место в правовой истории человечества. Оно представляет собой наивысшую ступень в развитии права в античном обществе и древнем мире и отличается широким охватом разнообразных жизненных отношений и ситуаций. В нем были тщательно разработаны способы защиты интересов частных собственников и участников имущественного оборота. Римляне первыми в мире сделали индивидуальную частную собственность и другие имущественные права и интересы предметом юридического регулирования. На базе римского права сложилась правовая культура, ставшая общим достоянием человечества на последующих этапах развития цивилизации.

Источниками древнейшего римского права были правовые обычаи. Право в архаический период носило сакральный характер, совершение юридических актов требовало выполнения религиозного ритуала: жертвоприношения, клятвы и т. д. Первым писаным источником римского права являются Законы Двенадцати таблиц (Законы XII таблиц). Законы стали основой общего для патрициев и плебеев единого квиритского, или цивильного, права, предназначенного исключительно для римских граждан.

Писаными законами были также законы, принятые комициями, – они носили имена авторов. Источником права являются постановления сената и преторские эдикты. Поскольку римское право создавалось столетиями, оно вынуждено было изменяться, приспосабливаться к новым условиям и конкретным ситуациям. Комиции, сенат, магистраты и императоры дополняли и изменяли правовые нормы в соответствии с изменениями в мире.

В период республики должностные лица (преторы, эдилы, квесторы) при вступлении в должность издавали эдикты, которые действовали, пока они находились у власти, с уходом в отставку вместе с должностным лицом уходил и эдикт. Некоторые эдикты имели значение для развития права: преторы своими эдиктами дополняли цивильное (гражданское) право, постепенно различия между цивильным и преторианским правом стерлись.

В период принципата и домината основным источником права стали акты императорской власти: эдикты (акты общего характера), мандаты (инструкции чиновникам), декреты (решения судов) и рескрипты (ответы на юридические вопросы граждан).

8. Законотворческая деятельность Юстиниана

В III в. н. э. в Риме устанавливается неограниченная монархия, получившая также наименование доминат (от dominus – господин). Исчезают старые республиканские учреждения, а управление империей сосредотачивается в руках нескольких основных ведомств, во главе которых стоят сановники, назначенные императором.

В интересах управления Римская империя была разделена на две части – Западную со столицей в Риме и Восточную с центром в Константинополе (Стамбуле); империя считается единой, но имеет двух правителей. Развитие римской юриспруденции в период домината утрачивает творческий характер: начиная с IV в. юристов используют уже не в качестве творцов права, а на должностях императорских чиновников, их деятельность направлена на систематизацию существующих законов и приспособление старых законов к новым обстоятельствам.

В императорский период объединение и систематизация накопившегося материала стали необходимы. Попытки кодификации предпринимались с начала II в. н. э., но наибольшее значение имеет кодификационная работа первой половины VI в. при императоре Юстиниане.

Юстиниан ставил задачу собрать как императорские законы (leges), так и сочинения классиков (jus), изъять архаичные нормы и систематизировать используемые. Первый Кодекс Юстиниана (529 г.) до нас не дошел. В 533 г. был создан учебник римского права – Институции, сразу получивший силу закона. Институции состояли из четырех книг, разделенных на титулы; в основу их содержания были положены Институции Гая.

Параллельно Юстиниан разрешил в законодательном порядке ряд наиболее спорных вопросов гражданского права («50 решений»).

В том же 533 г. был составлен и обнародован сборник извлечений из сочинений классических юристов из 50 книг под названием Digesta («Собранное»), или Pandectae («Все вмещающее»), получивший обязательную силу.

После окончания кодификации Юстинианом был издан ряд законов, известных как Новеллы (то есть новые законы), которые были объединены в сборник уже после смерти Юстиниана. В средние века Институции, Дигесты, Кодекс и Новеллы в совокупности получили название Свод гражданского права.

9. Основные кодификации в римском праве

В хронологическом порядке известные римские кодификации (объединение и систематизация норм права) можно распределить следующим образом:

– с V в. до н. э. действовали Законы XII таблиц, отличающиеся простотой, логичностью и обязательностью для изучения; их требования римские дети заучивали с 6 лет;

– в III–IV вв. н. э. появляются конституции – первые попытки частных лиц обобщить правовые нормы, вычлененные из указов императоров;

– в V в. создан Феодосиев кодекс, состоящий из 16 книг, – попытка первой официальной императорской кодификации, оказавшаяся неудачной;

– в VI в. создается масштабный труд – кодификация Юстиниана, являющаяся обобщением не только императорских указов, но и сочинений классиков для создания единой законодательной базы. Основной задачей кодификации Юстиниана было максимальное укрепление власти императора.

Кодификация Юстиниана, «Свод нового гражданского (цивильного) права», проводилась с 528 по 534 гг. лучшими юристами империи и включала следующий материал:

– первый свод императорских законов, которому позже пришел на смену Кодекс «50 решений»;

– «Дигесты Юстиниана», собрание трудов юристов за всю прошедшую историю, состоявшие из 50 томов или более чем тысячи законов по всем отраслям права;

– институции – элементарный учебник по праву, состоявший из 12 книг на основе институций Гая, одного из пяти ведущих юристов прошлого;

– «Кодекс 50 решений», явившийся весьма прогрессивным для своего времени для разрешения спорных вопросов; кодекс отменил устаревшие процедуры, привел законодательство к логически обоснованному и соответствующему эпохе виду;

– Новеллы (новые законы), объединенные в сборник уже после смерти Юстиниана.

Кодификация Юстиниана применялась до X в. в Восточной Римской империи (Византии). В Западной Римской империи для этой же цели использовались сборники отдельных королевств и практика юристов. Только в XI в., когда Рим как империя не существовал, тексты Дигестов распространились в юридических кругах европейских королевств.

10. Легисакционный процесс

Гражданский процесс республиканского Рима носил название легисакционного (legis actio), то есть действующего законным образом, не прибегая к самосуду, в отличие от «виндикационного», действующего (буквально) «от палки» («vindicta»), – то есть от самосудного применения права на спорную вещь захватом или силой. Задачей легисакционного процесса было приведение претензий и иска в соответствие с буквой закона. Причем суду предъявлялась сама спорная вещь, а если речь шла о земле и недвижимости, то доказательства существования предмета спора – кусок черепицы с крыши дома, горсть земли со спорного участка.

Суд проходил в две стадии:

1) in jure – стадия предполагала заявления истца и ответчика о предмете спора, и тот, кто претендовал на спорную вещь, должен был наложить на нее палку, то есть показать, что имеет на нее право, и сказать: «это мое». В свою очередь, если в ответ на заявление истца ответчик молчал или соглашался, то спор считался решенным, и процесс завершенным. Роль самого магистрата сводилась к выслушиванию, вмешательству в спор короткими замечаниями и общему контролю над проведением ритуала: например, он должен был потребовать поручителей или денежного залога с того, у кого вещь оставалась до конца процесса;

2) in judicium – стадия предполагала, что спор сложен и истец с ответчиком заведомо не придут к соглашению, поэтому от сторон требовалось предоставить свидетелей, которые должны дать показания по существу дела, а ход самого процесса требовал введения в него особого беспристрастного судьи. Это не был претор, напротив, претор по соглашению со сторонами выбирал присяжного судью (под присягой тот обещал гарантировать беспристрастное рассмотрение дела), и именно присяжный судья анализировал все предъявленные доказательства, свидетельства и возражения ответчика, называвшиеся эксцепциями, и выносил окончательное решение. Претор выносить решения не имел права, его задачей был лишь контроль за соблюдением процедуры ведения процесса.

Весь процесс проходил в течение одного дня, и после in jure, независимо от исхода дела, повторный иск того же истца по тому же делу был невозможен.

11. Формулярный процесс

С течением времени преторы стали практиковать упрощенный порядок заявления претензий истца и возражений ответчика с вручением истцу записки, адресованной судье, в которой содержались предписания, при наличии каких условий иск следует удовлетворить, а при каких – отклонить. Записка называлась формулой, процесс, установленный законами Августа, вместо легисакционного получил название формулярного (per formulas). Формулярный процесс сначала появился в перегринском праве, затем распространился и на квиритов.

Формулярный процесс имел особенности:

– упрощенная процедура заявления иска, отсутствие установленных ритуалов;

– вручение претором истцу «формулы» – записки, адресованной судье, в которой были указаны имя назначенного судьи, суть отношений истца и ответчика, условия удовлетворения иска и условия отказа в удовлетворении, возможность вынесения решения о компенсации ответчику, если иск верен, но вещь неделима и ее присуждение истцу требует такой компенсации;

– исключительное право претора не следовать точно букве закона, а при необходимости защищать новые отношения и не защищать формально законные старые;

– в «формуле» содержалось присуждение по иску в денежном эквиваленте и фактически одно обязательство после суда заменялось на другое;

– к отказу в удовлетворении всего иска приводили чрезмерные требования истца, преждевременность иска, заявление иска не по месту рассмотрения.

Решение судьи признавалось окончательным, повторный иск был невозможен. Ответчик был обязан внести оговоренную денежную сумму, если не мог подтвердить свои возражения, а при отказе с него производилось взыскание в двойном размере, применялся арест до уплаты долга; при невозможности заплатить и в этом случае – арест имущества и его продажа через публичные торги.

Иски защищались согласно сведениям, содержавшимся в Эдиктах претора, то есть условиями защиты поданного иска оказывались решения завершившихся судов, из которых и делался вывод об отсутствии или наличии права на какую-то вещь.

12. Чрезвычайный порядок рассмотрения дел

Постепенно наряду с обычным гражданским процессом стали встречаться случаи, когда гражданские споры рассматривались магистратом в особом порядке и без передачи решения дела присяжному судье. К концу III в. н. э. при переходе к доминату (абсолютной монархии) такой процесс совершенно вытеснил формулярный процесс. Дела граждан стали разбирать административные органы, представители власти – начальники городской полиции Рима и Константинополя, правители провинций, муниципальные магистраты; даже императоры в некоторых случаях принимали судебные дела к своему личному рассмотрению.

Чрезвычайный порядок рассмотрения дел появился из формулярного процесса, разрешавшего магистратам решать спор без передачи его на рассмотрение присяжному судье. Постепенно формулярный порядок почти полностью вытеснил легисакционный, а с усилением центральной власти вместо формулярного вводился чрезвычайный порядок рассмотрения, в частности, и по таким делам, где раньше давалась формула.

К концу III в. экстраординарный процесс стал основным и единственным, по простой причине: власти не доверяли лояльности даже «якобы» выборных судей.

С переходом к чрезвычайному ведению процесс перестал носить публичный характер, он стал закрытым, присутствовать на нем имели право только важные сановники и сами стороны, выясняющие отношения. Требования к ходу процесса ужесточились. Если истец не являлся к слушанию дела, оно прекращалось; при неявке ответчика дело рассматривалось заочно.

Однако появилось новшество: теперь решение суда не признавалось окончательным, у недовольного исходом дела появилась возможность апелляционного обжалования вынесенного решения в следующую, высшую инстанцию (на решения правителя провинции – начальнику императорской гвардии, на его решения и на решения начальника городской полиции – императору). Только решение императора имело силу закона, то есть признавалось окончательным.

Решения суда приводились в исполнение при помощи силы государственной власти, если ответчик в течение двух месяцев не исполнял судебного решения и не выдавал вещь добровольно. При невозможности изъятия практиковалась продажа имущества несостоятельного должника.

13. Виды исков по объекту иска

Иск был способом добиться справедливого решения по интересующему гражданина вопросу. Важнейшими видами исков по объекту иска являются вещный иск (actio in rem), личный иск (actio in personam) и статутный иск.

Вещный иск, или иск абсолютной защиты, предъявлялся к любому посягнувшему на вещь или необоснованно завладевшему вещью. Сам термин (actio in rem) показывает, что отвечает по иску тот, у кого находится вещь, или вообще тот, кто посягает на эту вещь, такой иск вменяется для защиты права собственности против любого третьего лица, которое будет нарушать право истца.

Личный иск, или иск относительной защиты, давался для защиты правоотношения личного характера между двумя или несколькими определенными лицами и требовал вынести решение о принуждении ответчика что-либо сделать или о запрете что-то сделать.

Статутные иски касались признания или изменения статуса человека в обществе и касались установления, получения, лишения, ограничения полной правоспособности того или иного лица.

Различали иск строгого права (actio stricti juris) и иск, построенный на принципе добросовестности (actio bonae fidei). Вещные иски относились к искам строгого права, личные иски – к искам добросовестности.

Главное отличие этих исков в том, что при рассмотрении исков строгого права судья связан буквой договора, из которого вытекает иск, поскольку сам иск основан на собственности и предъявляемых правах на вещь. При рассмотрении исков bonae fidei судья свободнее, имеет право принимать во внимание возражения ответчика, основанные на требованиях справедливости, учитывать, был ли обман, и выносить решение, несмотря на формулу, исходя из принципа справедливости.

Статутные иски в целом касались прав человека – так, как их понимали в Древнем Риме, то есть эти вопросы затрагивали свободу человека, происхождение, гражданство. Статутные иски применялись при переходе из одного состояния свободы или несвободы в другое, при запутанных вопросах приобретения гражданства, при необходимости в силу каких-то причин лишить человека римского гражданства, изменить его положение в обществе.

14. Виды исков по способу привязки и основанию

Варианты исков по способу привязки к старым законам:

– иск по аналогии;

– иск с фикцией – создание новых норм права (включение претором в «формулу» выдуманного им варианта «подгонки» рассматриваемых отношений под старые законы: разрешение дела).

Испытанным средством для осуществления правотворчества без изменения буквы закона служила actio utilis, то есть иск по аналогии. Иск по аналогии предполагал возможность разрешения дела на основании ссылки на старые законы, хотя имелась оговорка – исключение из старых законов особых требований удовлетворения иска или изменение этих условий.

В отличие от иска по аналогии, иск с фикцией (actio ficticia) давался в тех случаях, когда никакой аналогии, то есть подходящего старого закона, не существовало. В этом случае претору приходилось создавать самостоятельно новую норму права, для чего он вводил в формулу со старыми условиями некие новые отношения и разрешал все дело так, «как если бы отношения были несколько другими, которые уже описаны старыми законами».

Таким образом, он признавал нужным распространить предлагаемую законом защиту на какое-то новое, не предусмотренное в законе отношение, и давал формулу с допущениями судье использовать факты, которых в действительности не было. Для целого ряда дел, не предусмотренных старыми законами, формула с фикцией позволяла найти решение, подводя новое отношение под один из существующих исков.

Иски также разделяли на основные и дополнительные:

– об удовлетворении или восстановлении состояния имущественных прав;

– о взыскании штрафа за действия ответчика.

Иски об удовлетворении или восстановлении касались нарушения имущественных прав и требовали возврата таковых (например, возвращения украденных вещей). Они назывались реиперсекуторными (actiones rei persecutoriae). Штрафные иски требовали только денежного возмещения (например, вор должен был выплатить истцу штраф, а не вернуть имущество).

Особую категорию составляли абстрактные иски, или кондикции (condictione), то есть иски, основанные на цивильном праве, но не имеющие указания, из какого основания они возникли.

15. Средства преторской защиты

Должностное лицо, избранное на один год и занимавшее по значимости второе место после консула, называлось в Риме претором. Должность городского претора была учреждена в 367 г. до н. э., претора перегринов – в 242 г. до н. э. Претор помимо предоставления исков был наделен особой властью (так называемый империум – imperium). Пользуясь ею, он мог совершать распорядительные действия в сфере частного и уголовного права, а в легисакционном и формулярном процессах претор рассматривал споры первой стадии. Непосредственные распоряжения претора считались безусловными и подлежали обязательному исполнению.

Претор имел право осуществлять интердикты (запрещения), то есть распоряжения о немедленном прекращении каких-то действий, нарушающих общественный порядок и интересы граждан. Изначально предполагалось, что он применяет интердикты после детального ознакомления с делом, позже претор стал давать интердикты без проверки фактов, в виде условного распоряжения, и с этого времени интердикты с процессуальной стороны стали аналогичными искам.

Претор имел право произвести реституцию, или восстановление в первоначальное положение (rectitutio in integrum). Это означало, что в особых случаях претор позволял уничтожить наступившие юридические последствия (расторгнуть заключенный договор и пр.) потому, что признал несправедливым применение общих норм права. Постановление о восстановлении прежнего положения или реституции претор выносил лишь после предварительного выяснения всех обстоятельств дела (causa cognita).

Также в рамках преторского права с помощью особых юридических средств была создана конструкция так называемой преторской, или бонитарной, собственности. Под бонитарной собственностью имелась в виду собственность, полученная на законных основаниях. В тех случаях, когда в силу несоблюдения формальностей квиритского права приобретатель вещи не мог получить статус квиритского собственника, претор брал под защиту интерес покупателя, фактически закрепляя приобретенную им вещь в составе его имущества. Для обоснования своего решения и защиты прав бонитарного собственника претор использовал институт давностного владения, известный квиритскому праву.

16. Исковая давность в римском праве

Классическое римское право вводило понятие срока исковой давности. Это объяснялось тем, что в случае непредъявления иска в течение продолжительного времени после того, как возник повод для его предъявления, возникало состояние неопределенности, способное создавать вредную для ведения хозяйства неуверенность, неустойчивость отношений и возможность подачи иска спустя сколько угодно времени после события.

Истец мог подать иск и нарушить сложившиеся имущественные отношения, а это могло привести к неблагоприятным последствиям, поэтому для предупреждения таких неблагоприятных последствий устанавливался известный максимальный срок (давностный срок), в течение которого управомоченное лицо может требовать рассмотрения его иска. Этот давностный срок принято называть исковой давностью.

В классическом римском праве существовал законный срок для предъявления иска; им считался максимальный срок до подачи иска, отсчитываемый от даты события. Этот срок не был связан с действиями сторон, не требовал ни подтверждения иска, ни выдачи связанных с иском обязательств. Однако законный срок отличается от исковой давности тем, что существует сам по себе, независимо от активности или бездействия истца, и с его истечением прекращается право на иск; а исковая давность связана с действием или бездействием истца, она может прерываться ввиду бездеятельности истца.

Квиритское право предполагало, что при исчезновении повода для немедленного предъявления иска прерывается течение данного давностного срока и начинается заново течение исковой давности; хотя течение законного срока не прерывается, несмотря на то, что повод для возбуждения иска устранен. Течение исковой давности может быть приостановлено на то время, пока существуют уважительные (признанные правом) препятствия для предъявления иска.

Понятие исковой давности появилось в римском праве в V в. н. э., сроком бездействия сторон был установлен период в 30 лет. Начало исковой давности определялось моментом возникновения искового притязания (удержание имущества, невозврат займа и т. п.), и после истечения этого срока исчезало и право подать соответствующий иск.

17. Субъекты в римском праве

Римское право отражало устройство рабовладельческого общества, которое делилось на свободных и рабов. Рабы назывались instrumentum vocale – «говорящим орудием», и были объектами права. Лицом (persona), то есть существом, способным иметь права, субъектом права, признавались только свободные люди.

Свободные в Риме образовывали две социально-классовые группы: имущую верхушку рабовладельцев (землевладельцев, торговцев) и мелких производителей (земледельцев и ремесленников) и городскую бедноту. Правоспособным в Риме считали человека, которому закон разрешал обладать собственностью, вступать в договорные отношения с другими лицами, приобретать права на приобретенное имущество, обязываться в результате этого к определенным действиям.

Правовое положение человека определялось тремя статусами – свободы, гражданства и семьи:

– status libertatis – состояние свободы;

– status civitatis – состояние гражданства;

– status familiae – семейное состояние.

Полная правоспособность называлась в Риме caput (голова) и предполагала, что лицо обладает всеми тремя статусами. В публичном праве это означало, что лицо имеет право участвовать в народном собрании и занимать государственные должности, а в частном – что лицо имеет право вступать в римский брак и участвовать в имущественных правоотношениях. По римским законам субъектами права могли быть только полноправные римские граждане.

Status libertatis отграничивал свободных (вообще) от рабов.

Status civitatis отграничивал свободнорожденных граждан Рима от перегринов (иностранцев) и латинов.

Status familiae отграничивал самостоятельных граждан Рима (имущие отцы семейств) от неимущих.

18. Ограничение правоспособности субъектов в римском праве

В Риме существовало формальное равенство свободных людей в области частного права. Но в то же время применялось и ограничение правоспособности, выражавшееся в утрате одного из статусов частной правосубъектности (status libertatis, status civitatis, status familiae). Ограничение правоспособности могло быть по степени выраженности наибольшим (maxima), средним (media) или наименьшим (minima). Обычно оно касалось утраты одного из статусов.

Наибольшая степень ограничения правового состояния (maxima) была связана с утратой status libertatis, что сразу приводило к ряду юридических последствий: поскольку только свободный человек мог быть римским гражданином и членом римской семьи, вместе со status libertatis римлянин лишался и status civitatis, и status familiae – то есть и гражданства, и семейных связей. Подобное ограничение происходило в случаях захвата римского гражданина врагами или его пленением недружественными соседними народами: пока римлянин удерживался в плену, он был абсолютно бесправен, но если он каким-то образом возвращался в Рим, то автоматически восстанавливался во всех правах, оказавшись на римской территории.

Средняя степень ограничения правового состояния (media) была связана с утратой status civitatis при сохранении свободы, что предполагало лишение семейного статуса, поскольку только римский гражданин мог быть членом римской семьи. Юридические последствия лишали его права быть субъектом цивильного права, фактически переводя в положение иностранца. Средняя степень ограничения правоспособности применялась в виде наказания за какие-то проступки, имущество наказуемого переходило к казне.

Наименьшая степень ограничения правового состояния (minima) была связана с утратой статуса familiae и автоматически переводила самостоятельное лицо в подчинение другим лицам.

Ограничение правоспособности применяли при таких проступках: отказе от дачи на суде свидетельских показаний, когда лицо засвидетельствовало заключение договора; увольнении из армии с позором; заключении второго брака при нерасторгнутом первом; проигрыше судебного процесса, связанного с обвинением в недобросовестности; занятии безнравственными промыслами (проституцией, сводничеством).

19. Права римских граждан в области публичного права

В Римской республике сочетались аристократические и демократические черты, при существенном преобладании первых, обеспечивавших привилегированное положение знатной богатой верхушки рабовладельцев. Это нашло отражение в полномочиях и взаимоотношениях высших государственных органов. Ими являлись народные собрания, сенат и магистратуры. Народные собрания большого значения для управления Римом не имели, гораздо больше значил сенат. Сенаторы не избирались, а раз в пять лет включались цензорами в списки представителей знатных и богатых семей. Это делало сенат фактически независимым от воли большинства свободных граждан.

Формально сенат был совещательным органом, его постановления назывались сенатус-консультами. Но компетенция сената была обширной: он контролировал законодательную деятельность центуриатных (а затем и плебейских) собраний, утверждая их решения, рассматривая (и отвергая) законопроекты; контролировал избрание народными собраниями должностных лиц; устанавливал налоги и определял необходимые финансовые расходы; утверждал постановления по общественной безопасности, благоустройству и религиозному культу; обладал внешнеполитическими полномочиями; ведал набором в армию и распределял легионы между командующими армиями; имел право принять решение об установлении диктатуры.

Не менее важную роль в управлении Рима играли магистратуры. Магистратурами в Риме именовались государственные должности, принципами замещения магистратур были такие: выборность, срочность, коллегиальность, безвозмездность и ответственность.

В Риме существовала иерархия должностей, власть магистратур разделялась на высшую и общую. Высшую власть имели диктатор, консул и претор. Магистратуры делились на ординарные (обычные) и экстраординарные, создававшиеся в чрезвычайных обстоятельствах. Занять магистратуру или войти в сенат мог только римский гражданин.

Римское гражданство приобреталось, прежде всего, путем рождения (в законном браке) от римских граждан, затем – путем отпущения на свободу из рабства, а также посредством дарования римского гражданства иностранцу. Римские граждане могли участвовать в народных собраниях и имели там право голоса, им принадлежало право занимать выборные должности магистратов.

20. Правовое положение римских граждан

Римское гражданство приобреталось, прежде всего, путем рождения (в законном браке) от римских граждан; затем – путем отпущения на свободу из рабства, хотя при этом фактические вольноотпущенники продолжали зависеть от бывшего владельца и активно эксплуатировались им; а также посредством дарования римского гражданства иностранцу.

Римские граждане не только обладали наиболее полной частноимущественной правосубъектностью, но также занимали привилегированное положение в публично-правовой сфере. Регулярная армия комплектовалась только из римских граждан. Римские граждане могли участвовать в народных собраниях и имели там право голоса, им принадлежало право занимать выборные должности магистратов.

В области частного права правоспособность римского гражданина складывалась из двух основных элементов:

1) jus connubii (права вступать в законный брак, при котором дети получали права римского гражданства, а отцу принадлежала власть над детьми);

2) jus commercii (права торговать, совершать сделки, а следовательно, приобретать и отчуждать имущество).

Jus connubii выстраивало особую систему юридически закрепленной иерархии в семье и приводило к максимально патриархальным отношениям в ней. Сыновья в возрасте, по какой-то причине не образовавшие своей семьи, оказывались фактически в зависимости от своего отца. Женщина в Риме не имела гражданских прав, из-под власти отца она переходила под власть мужа. Женщина не могла участвовать в государственной жизни, занимать выборные должности, полновластно распоряжаться имуществом.

С III в. было признано формальное равенство правоспособности у всех граждан Рима, но тем не менее остались явные признаки сословного деления общества, сохранилось фактическое неравенство между рядовыми гражданами, родовой знатью и нобилитетом, то есть потомками лиц, занимавших государственные должности. Сословные рамки жестко контролировались законом, предполагая разные ставки налогообложения и запрещая неравные браки (между сенатором и вольноотпущенницей, между знатной римлянкой и неимущим гражданином и т. п.).

Поводами для прекращения гражданства были следующие: смерть, тяжкое преступление, пленение. В последнем случае гражданство восстанавливалось по возвращении в Рим.

21. Дееспособность по римскому праву

В современном праве различают правоспособность и дееспособность (то есть права, принадлежащие человеку, и способность совершать действия с соответствующими юридическими последствиями). Римское право такого деления понятий не знало, но в то же время римские законы признавали дееспособность не за каждым римским гражданином.

Прежде всего, дееспособность в Риме зависела от возраста. В римском праве существовала категория (infantes), под которой подразумевались дети до 7 лет; эта категория была недееспособной.

Частично дееспособными признавались impuberes – мальчики от 7 до 14 лет и девочки от 7 до 12 лет. За ними признавалось право совершать только сделки по приобретению имущества; сделки по потерям имущества или установлению обязанностей они не имели права проводить самостоятельно. Для совершения таких действий, которые могут привести к прекращению права несовершеннолетнего или к установлению его обязанности, требовалось разрешение опекуна, причем такое право не могло быть дано заочно: опекун обязан был присутствовать во время заключения сделки и выразить свое согласие. Если опекун разрешения на сделку не давал, закон считал юридически значимыми только приобретения по сделке.

Опекуном мог быть ближайший родственник по завещанию отца несовершеннолетнего или лицо, назначенное решением магистрата. Опекун не мог без экстренной необходимости отчуждать имущество опекаемого. Опека назначалась над несовершеннолетними, а опека над женщиной сохранялась независимо от ее возраста. В наши дни над полностью недееспособными учреждается опека, над частично дееспособными – попечительство. В римском праве в основу разграничения опеки и попечительства закладывался возрастной принцип.

Опека устанавливалась над несовершеннолетними и женщинами вне зависимости от возраста, а попечительство – над совершеннолетними, не достигшими 25 лет, и лицами с ограниченной дееспособностью.

Лица до 25 лет обладали правом отказаться от сделки через просьбу претору, могли без санкции попечителя вступать в брак и составлять завещание, а со II в. н. э. им разрешалось испросить себе попечителя, разрешающего им сделки по уменьшению имущества.

22. Ограничения по дееспособности в римском праве

Дееспособность в Риме основывалась в целом на возрастной градации: дети до 7 лет не имели дееспособности, несовершеннолетние и женщины любого возраста обладали ею не в полной мере и обязаны были получить опекуна, лица до 25 лет ограничивались в свободе действий попечителями. Опека и попечительство выстраивались так, чтобы лица с частичной дееспособностью не утратили своего имущества.

По дееспособности ограничивались такие категории римских граждан:

– душевнобольные, которым назначался попечитель вне зависимости от их возраста;

– телесно больные, когда болезнь или травма привели к такому поражению органа или способности человека, что это отразилось на его способности правильно интерпретировать поведение окружающих и выражать собственно решение понятным для окружающих способом (немота, глухота, слепота и т. п.);

– расточители, состояние которых находится под угрозой полного разорения; в этом случае они находятся под опекой по сделкам отчуждения или при возникновении обязательства, но в то же время полностью отвечают за все деликты (правонарушения);

– женщины, которым назначается вечная опека сначала со стороны отца или иного домовладыки, затем – мужа, а после его смерти – ближайшего родственника; распоряжаться имуществом женщинам разрешили лишь в конце классического периода римской истории, но и при этом они не имели права принимать на себя чужие обязательства.

Ограничения получали римские граждане, обвиненные в бесчестье. В классическом римском праве получение бесчестья приводило к запрету представлять других в процессе или назначать себе представителя, вступать в брак со свободнорожденным, ограничивало наследственные права.

Бесчестье могло наступить в результате обвинительного приговора за уголовное преступление или правонарушение по отношениям, где подразумевается особая честность (поручение, хранение, опека); при вступлении в брак до истечения года после смерти мужа, за сводничество.

Ограничению в правах подвергалось и лицо, отказавшееся дать свидетельские показания, хотя оно было свидетелем в сделке; после такого отказа человек лишался права принимать участие в сделках, где требовался свидетель, не мог подтверждать волю завещателя.

23. Инфамия

Умаление чести вследствие бесчестья (infamia) было особым явлением с особыми юридическими последствиями для римского гражданина, ограничивающими его правоспособность; на прочие слои населения оно не распространялось. Бесчестье могло наступать по фактическим или по законным основаниям. Фактическое бесчестье вело происхождение из нравственного осуждения обществом морального облика или поведения лица (неуличенный вор, распутник, карточный шулер).

Признание фактического бесчестья в формально-правовом отношении являлось как бы превентивным лишением равноправия: лицо не допускалось в число возможных свидетелей, возможных опекунов, кандидатов в должностные лица, исключалось от решения общественно-нравственных вопросов; признание человека turpitude (позор – разновидность непосредственного бесчестья) создавало достаточное основание для лишения его прав на наследство.

Законное бесчестье происходило в результате преторского распоряжения, на основе закона или согласно нормам гражданского права. Бесчестье могло быть непосредственным или опосредованным. Непосредственное законное бесчестье (infamia juris immediate) наступало, если лицо вело образ жизни или отличалось поведением, характерными для осужденных законом: проституция, ростовщичество, занятие сценическими искусствами, позорная отставка солдата и т. п., и не требовало никаких индивидуаль-но-правовых постановлений.

Опосредованное законное бесчестье наступало (infamia juris mcdiata) в результате индивидуального акта, по приговору суда вследствие совершения некоторых уголовных преступлений (как сопутствующее основному наказанию) или вследствие неисполнения ряда частноправовых обязательств, отнесенных к особому типу позорящих, при уклонении от обязанностей по опеке.

Следствием бесчестья (вне зависимости от его конкретного вида) была потеря публичных прав – на занятие почетных должностей, на место при играх или религиозных церемониях, а также ряда частных прав, прежде всего, на наследование.

Умаление чести могло быть пожизненным или временным. Восстановление чести реализовывалось либо только тем же властным органом, который наложил в свое время бесчестье, либо верховной властью от имени римского народа.

24. Правовое положение латинов, перегринов, вольноотпущенников

Латинами до I в. до н. э. назывались жители римских колоний, до II в. н. э. они автоматически получали статус граждан при переезде в Рим, а со II в. н. э. статус предоставлялся, если они оставляли в колонии мужское потомство. Для латинов существовал и другой способ получения гражданства – участие в работе муниципального сената. Латинам не предоставлялись право на законный брак и право на завещания, но они имели право на сделки и право участия в процессе.

Перегринами, то есть чужеземцами, назывались все лица, находящиеся вне римского подданства, а также «прочие» римские подданные (не граждане и не латины). В III в. до н. э. император Каракалла предоставил всем подданным Рима статус гражданина.

Вольноотпущенниками назывались рабы, отпущенные на свободу. До правления Юстиниана они становились гражданами, если владелец имел право владеть рабом по цивильному праву, или латинами, если владелец имел право владеть рабом по преторскому эдикту, то есть приобрел раба без манципации.

По законам Юстиниана вольноотпущенники становились римскими гражданами. Но их права были ограниченными, они сохраняли зависимость от отпустившего на волю «патрона». Вольноотпущенник не имел права вызвать в суд, обязан был оказывать услуги патрону, чем тот пользовался и ужесточал эксплуатацию; бывший хозяин имел право на наследование имущества и алименты вольноотпущенника. Существовали и ограничения по вступлению в брак: в первое время были запрещены браки с любым свободнорожденным, позже – с сенаторами.

Ограничены в правах были колоны – арендаторы земли, мелкие фермеры, формально свободные (имели права на брак и имущество), но экономически зависимые от землевладельца в результате постоянных займов. Колоны попадали в имущественную зависимость, арендуя землю за: 1) плату; 2) долю урожая; 3) обработку части земли хозяина.

В колонов превращались должники, завоеванные народы, рабы, наделенные пекулием в виде земли. Дети колона считались колонами. Бесправие колонов было выгодно и землевладельцу, и государству, так как с выплат колонов платились налоги государству. К IV в. н. э. колонам было запрещено покидать свои участки, а землевладельцам – продавать участки без колонов; формально свободные колоны превратились в крепостных крестьян.

25. Правовое положение рабов

Рим строился на основе существования двух больших групп населения – рабовладельцев и рабов. Рабы в период республики превращаются в основной угнетенный и эксплуатируемый класс. Рабы были государственные и частновладельческие. Государственными рабами становилась большая часть военнопленных. Они эксплуатировались в рудниках и государственных мастерских.

Положение частновладельческих рабов непрерывно ухудшалось. Если в период патриархального рабства они входили в состав семей римских граждан, то в период расцвета республики эксплуатация труда рабов интенсифицировалась. Античное рабство становится такой же основой римской экономики, как и труд мелких свободных производителей. Только мелкие производители считались гражданами и имели права, а рабы не считались гражданами и прав не имели.

Рабы носили в римском праве такое же наименование, как орудия труда и скот, – res mancipi, то есть за ними отрицались все три статуса, положенные римскому гражданину:

– status libertatis – состояние свободы;

– status civitatis – состояние гражданства;

– status familiae – семейное состояние.

Человек признавался рабом, если:

– родился от матери-рабыни (статус отца значения не имел);

– был взят в плен или захвачен из страны, не имеющей договора с Римом;

– был продан в рабство (характерно для древнейшей эпохи, позднее продажа соотечественника в рабство законами была запрещена);

– совершил преступление, за которое был приговорен к смертной казни или к работе на рудниках (своего рода помилование пожизненным рабством).

Правовое положение рабов определялось тем, что раб – не субъект права; он – одна из категорий наиболее необходимых в хозяйстве вещей. Власть рабовладельца над рабом беспредельна; господин может раба продать, женить, изувечить и даже убить. Раб не может вступать в брак, признаваемый законом; союз раба и рабыни – отношение чисто фактическое. Раб являлся собственностью своего хозяина и рассматривался как часть его имущества. Власть хозяина над рабом была неограниченной. Прекращение рабства было возможно только через отпущение на свободу.

26. Отличия в правовом положении колона и раба

Рабовладельческие отношения определяли общую незаинтересованность рабов в результатах своего труда, что заставляло рабовладельцев искать более эффективные формы эксплуатации. Подобной формой стал пекулий – часть имущества хозяина (земельный участок, ремесленная мастерская и др.), которую он предоставлял рабу для ведения хозяйства и получения части дохода. Пекулий позволял хозяевам эффективно использовать имущество и заинтересовывал раба в результатах своего труда.

Юридически признание пекулия означало признание ограниченной правоспособности раба, за сделками такого раба признавалась юридическая сила. Появление пекулия связано с более выгодным и удобным способом эксплуатации раба в хозяйстве.

Еще одной формой эксплуатации был колонат. Колоны были не рабами, а арендаторами земли, попадавшими в экономическую зависимость от землевладельцев и в конечном счете прикреплявшимися к земле. У колонов было личное имущество, они могли заключать договоры и вступать в брак. Их права были ограниченными, но рабы не имели и таковых.

Рабы, имеющие пекулий, приобрести права для себя не могли; все их приобретения автоматически поступали в имущество господина. Раб мог приобрести право требования, но без права на иск. Реализация права на иск была возможна только в случае отпущения раба на свободу. Ряд требований по сделкам, заключенным рабом, автоматически переходил на господина в пределах стоимости имущества, выделенного рабу в управление (пекулия) плюс стоимость увеличения этого имущества рабом.

В то же время, если раб назначался выполнять определенные функции, то ограничение суммой пекулия не действовало в пределах назначенных хозяином функций (в таком случае наступала полная ответственность хозяина). Иск по возмещению вреда, нанесенный рабом не-хозяину, предъявлялся к хозяину раба либо с выплатой компенсации потерпевшему, либо с выдачей раба для отработки компенсации.

Претором был также введен ряд исков, которые давались как дополнительные (к не снабженному иском обязательству самого раба) против рабовладельца. Факты выделения имущества в самостоятельное управление раба с развитием хозяйственной жизни стали расценивать как согласие домовладыки нести в пределах пекулия ответственность по обязательствам, которые принимались рабом в связи с пекулием.

27. Изменение правового положения раба

Часть римских законов касается освобождения рабов. Это было возможно только по воле их господина. Раб мог стать латином и приобрести квиритское право. Но не каждый, кто хотел, имел право отпустить раба на волю.

Запрещалось отпущение раба на волю во вред кредиторам или патрону, не имел права отпускать раба также господин, которому менее 20 лет, ему разрешалось отпускать раба на волю только в том случае, когда отпущение совершалось посредством суда и когда законное основание отпущения доказано перед советом.

Законным основанием отпущения на волю было такое, когда господин отпускал на волю отца, или мать, или воспитателя, или молочного брата. Признается римским гражданином раб старше 30 лет, бывший собственностью господина по квиритскому праву и получивший свободу вследствие законного отпущения на волю, то есть или посредством vindicta (на основании юридического акта), или вследствие занесения в цензорский список, или в силу завещания. В случае если одного из этих условий недостает, он признается латином. Раб моложе 30 лет, если он в завещании объявляется свободным, становится латином.

В то же время рабы, отпущенные на волю в возрасте до 30 лет и сделавшиеся латинскими гражданами, приобретают римское гражданство после того как женятся или на римских гражданках, или на латинянках, поселившихся в колониях, или на женщине того же состояния, какого они сами, и засвидетельствуют брак в присутствии совершеннолетних римских граждан, в числе не меньше семи, и после того как сыну, которого они приживут, будет год. Такой латин имеет право обращаться к претору, а в провинциях к наместнику, и доказать, что он латин, и если претор или наместник заявят, что дело доказано, то он и его семья признаются согласно приказу римскими гражданами.

Раб моложе 30 лет, будучи отпущен на волю, может сделаться римским гражданином в том случае, когда он в завещании получает свободу и назначается наследником своего господина, несостоятельного должника, если только другой раб не становится прежде наследником с признанием свободы, или кто-нибудь другой в силу этого завещания. Но если кто-нибудь сделал свободными и назначил наследниками детей, рожденных от собственной рабыни, то все-таки дети эти останутся рабами.

28. Способы получения латином римского гражданства

Латиняне приобретали права римского гражданства многими способами:

– ребенок римской гражданки, жены латина, рождался в силу сенатского постановления римским гражданином;

– освобожденный раб моложе 30 лет, если он получил статус латина, приобретал римское гражданство, после того как женился или на римской гражданке, или на латинянке, поселившихся в колониях, или на женщине того же состояния, какого он сам, и засвидетельствовал брак в присутствии совершеннолетних римских граждан, в числе не меньше семи, и после того как сыну, которого они прижили, исполнился год;

– латин мог приобрести квиритское право, если построил морской корабль, вмещающий не менее десяти тысяч мер хлеба в зерне, или если его корабли будут шесть лет доставлять хлеб в Рим;

– при Нероне латин получал квиритское право, если имел имущество, перешедшее по наследству от отца, ценностью в 10 000 сестерций, или строил в Риме дом, на который он израсходовал не менее половины имущества, перешедшего от отца;

– латину предоставляли квиритское право, если он содержал в Риме в течение трех лет мельницу, вырабатывавшую ежедневно не менее 100 мер хлеба;

– некоторым ветеранам предоставлялось императорскими указами право вступать в брак с теми латинянками или иностранками, на которых они женились после отставки от военной службы, и дети, рожденные от этого брака, считались римскими гражданами и состояли под отцовской властью;

– если римский гражданин по неведению вступил в супружество с латинской гражданкой или с иностранкой, считая ее римской гражданкой, то он не имел над родившимся от этого брака сыном прав отеческой власти, так как сын этот не считается римским гражданином, только латином, или иностранцем, то есть причисляется к состоянию матери. Но по сенатскому постановлению разрешается судебным путем обнаружить ошибку: тогда мать и сын приобретают права римского гражданства, и с этого времени сын находится под властью отца;

– если латинянка вышла замуж за иностранца, принимая его за латина, или латин женился на иностранке, принимая ее за латинянку, то в силу сенатского постановления после рождения сына они могли доказать и поправить ошибку, и вся семья приобретала права римского гражданства, а сын переходил под власть отца.

29. Появление понятия юридического лица

В римском праве формально не существовало понятия «юридическое лицо», которое как особый субъект противопоставляется лицу физическому. В Законах XII таблиц упоминаются корпорации ремесленников, религиозные корпорации, фактически древние юридические лица, имеющие собственные уставы, не нарушающие существующие публичные законы.

В архаическом римском праве имущества корпорации как такового нет: есть общая собственность членов корпорации, абсолютно неделимая до тех пор, пока существует корпорация. В случае прекращения корпорации имущество делится между последним составом ее членов. Прекращение корпорации могло быть добровольным (в силу уменьшения числа ее членов до двух или после достижения поставленных целей) или наступающим по закону, если корпорация вела противоправную деятельность. Корпорация как таковая не имела значения субъекта права и не могла выступать стороной в гражданском процессе.

Анализируя сложившиеся отношения, юристы отмечали, что иногда права и обязанности принадлежат не отдельным лицам или группам физических лиц (как при договоре товарищества), а организации, имеющей самостоятельное существование независимо от составляющих ее физических лиц.

Размышляя о самостоятельности прав и обязанностей корпорации, Марциан, Алфен, Ульпиан вывели отличия корпорации от товарищества:

1) при смерти товарища или приходе нового товарища старое товарищество прекращается и образуется (или не образуется) новое, а при смерти участника корпорации или приходе нового члена сама корпорация остается в неизменном состоянии;

2) при выходе из товарищества товарищ имеет право взять свою долю имущества, а член корпорации получает имущество исключительно при прекращении корпорации.

Юристы сравнивали организацию с человеком, указывая, что организация действует personae vice (в качестве лица), privatorum loco (на положении отдельных лиц), что является признаком юридического лица.

В императорском Риме само существование корпораций стало внушать власти опасения, поскольку членов подобных объединений невозможно было поставить под строгий контроль. Для принцепсов существование корпораций со своим уставом оказалось политически неприемлемым. Август запретил почти все корпорации, кроме созданных по разрешению сената и императора.

30. Понятие семьи в римском праве

Термин «familia» имеет гораздо более широкий смысл в римском праве, чем в наши дни. Под этим словом в архаичные времена понимались рабы, имеющиеся в данном хозяйстве, позже сюда также вошло все, что относится к составу домашнего хозяйства: и имущество, и рабочая сила, и собственно члены семьи.

Главой семьи и властелином древнейшей семьи считался домохозяин или домовладыка, единственный полноправный гражданин, квирит, имеющий власть над всеми своими домочадцами. Слово «квирит» происходит от греческого термина, обозначающего власть.

Первоначально домовладыка имел одинаковую власть (manus) над женой, детьми, рабами, вещами, истребовать которые он мог с помощью виндикационного иска. Со временем эта власть домовладыки дифференцировалась, получив разные названия согласно объекту, над которым осуществлялась: manus mariti (власть над женой), patria potestas (власть над детьми) и т. д.

В Древнем Риме в состав семьи входили не только жена и дети домовладельца, но также и все родственники, делившие с ним кров, и рабы, принадлежавшие семье. Отношения в римских семьях строились по принципу агнатских, а позже когнатских связей.

Агнатским родством обладали жена, дети и те родственники, которые жили вместе с отцом семейства. По римскому закону женщина, выходя замуж, переезжала в дом мужа и становилась агнатом нового домовладыки (прежде она находилась под властью отца, то есть была агнатом отца). Агнатское родство подразумевало подчинение власти одному и тому же отцу семейства, то есть paterfamilias.

С развитием хозяйства и торговли, усилением самостоятельности взрослых мужчин семьи и экономической самодостаточности отдельной семьи агнатское родство перестало играть важную роль, на первое место выдвинулось когнатское родство, подразумевавшее общность происхождения. Рабы перестали считаться членами семьи, когнатское родство касалось только родственников по крови.

31. Агнатское и когнатское родство

В Риме на разных исторических этапах признавалось два вида родственных связей – агнатское и когнатское родство. Под агнатским родством понимали изначальное подчинение власти одного и того же paterfamilias, то есть домовладыки, отца семейства; это родство по мужской линии. Когда дочь выходила замуж и переезжала в новый дом, она поступала под власть нового домовладыки, нового агната и переставала быть агнатской родственницей своего отца, братьев и т. д.

Отец и мужчины прежней семьи утрачивали власть над ней, она принимала на себя власть мужа и мужчин – родственников мужа. Агнатское родство распространялось на детей: сыновья находились с отцом в этих отношениях, пока сами не становились агнатами, то есть домовладыками. Дочери – пока не переходили из-под власти отца под власть мужа. Агнатское родство распространялось на всех родственников, живущих в доме своего агната, а также на рабов.

Наиболее бесправными в агнатских отношениях были рабы и женщины. Со временем власть домовладыки утратила ярко выраженные патриархальные черты и приобрела более очерченные границы; она перестала быть бесконтрольной и непререкаемой, а личность подвластных постепенно была введена в положения частного права. Это стало возможно с изменением экономических устоев общества – с развитием хозяйства, торговли, дроблением патриархальной семьи и ослаблением патриархальных устоев. На первое место начало выдвигаться родство по крови через женскую линию, когнатское родство, которое в конце концов полностью вытеснило агнатское родство.

В отличие от агнатского родства когнатское основывалось на общности происхождения. В когнатском родстве учитывались линии и степени кровного родства. Линии в когнатском родстве имели два вида:

1) прямая, связывающая людей, происходящих один от другого; линия могла быть восходящей или нисходящей в зависимости от точки отсчета – от потомства к предку или от предка к потомству;

2) боковая, объединяющая людей, имеющих общего предка (братья-сестры, двоюродные братья-сестры, троюродные братья-сестры и т. д., включая их потомство).

Степень родства предполагала исчисление поколений, на которое сопоставляемые лица отстоят одно от другого; при выяснении степени родства отсчет рождений велся так: по прямой линии – непосредственно между этими лицами, по боковой линии – от общего предка.

32. Брачные отношения в римском праве

Римское право различало разные виды брака.

Законным признавался брак между гражданами, имеющими право на брак; только в таком браке дети получали полную правоспособность и являлись гражданами. Законный брак мог осуществляться двумя способами:

– брак с мужней властью (брак cum manu), в этом случае жена находилась под неограниченной властью мужа, вплоть до того, что муж имел право ее убить или продать, а если муж находился под властью домовладыки, то этим правом обладал последний. Власть мужа в одинаковой степени касалась и его детей от этого брака;

– брак sine manu – брак без перехода под власть мужа, когда женщина оставалась под властью прежнего агната (а если имела самостоятельность, то сохраняла независимость от мужа), она входила в брачные отношения с единственной целью – образовать семью и растить детей.

В законном браке жена получала по мужу имя и сословное положение, но в то же время права мужа распространялись на исковое истребование жены из любого места, в котором она находилась, и она была обязана подчиниться. Позднее римское законодательство декларировало необходимость взаимного уважения супругов. Власть мужа перестала распространяться на жизнь или продажу жены.

Незаконные браки могли выражаться как простое непостоянное сожительство; дети в случае такого сожительства никаких прав не получали.

Конкубинат, или постоянное сожительство, очень похожее на брак, но таковым не являющееся. При конкубинате для мужчины не имело значения, состоит ли он в законном браке; женщина, принимая условия конкубината, не имела права состоять в сожительстве с другим мужчиной. Дети, родившееся в конкубинате, не имели никаких прав – они не наследовали отцу, не носили его имени, не получали его социального положения, но в то же время на них не распространялась его власть. Женщина, живущая в конкубинате, не получала от своего мужчины ни имени, ни сословного положения. Мужчина, живущий в конкубинате, имел право убить сожительницу, если получал доказательства ее неверности.

33. Необходимые условия для заключения брака

Для заключения конкубината или вступления в простое сожительство никаких особых условий не требовалось, потому что такое сожительство законом не признавалось. Оно существовало наряду с законным браком, но последствия в юридическом смысле не наступали: сожительница не получала ни имущественных, ни сословных прав, не носила даже имени мужа. Дети от такого брака тоже никаких прав не имели и в юридическом смысле детьми данного мужчины не считались.

Законный брак предполагал соблюдение ряда условий.

Он мог заключаться только с согласия жениха, невесты и их домовладык. При этом в случае, если жених с невестой желали заключить брак, а домовладыки чинили им препятствия и не давали разрешения, запрет разрешалось оспорить через магистрат.

Брак заключался только при достижении женихом и невестой брачного возраста (для женщины – 12 лет, для мужчины – 14 лет), сговоренные браки между детьми не допускались.

Препятствием для брака был не прекращенный предыдущий брак, то есть мужчина или женщина могли заключить брак, если на данный момент они были свободны.

Законный брак предполагал брачные отношения только между римскими гражданами; таким образом, до правления Юстиниана законными не считались браки между квиритами и перегринами, между гражданами и негражданами Рима, и на протяжении всей истории Рима – между гражданами и рабами. С рабами и рабынями можно было сожительствовать, но нельзя было создать семью на законных основаниях.

Законный брак запрещал близкородственные браки, и особенно – браки людей, состоящих в родстве первой степени, в том числе и браки между братом и женой его умершего брата, которые фактически не имели кровного родства, но юридически находились в кровном родстве. Ничтожными признавались все браки по прямой линии, восходящей или нисходящей (между отцом и дочерью, между сыном и матерью, дедом и внучкой, в том числе ставшими в силу усыновления дочерью или внучкой); этот запрет ставил препятствие для возможного инцеста. Браки по боковой линии родства допускались.

Запрещались «должностные браки», то есть браки между магистратом провинции и гражданкой этой провинции, поскольку римляне видели в таких браках возможность давления должностного лица на подчиненную его власти женщину.

34. Имущественные права супругов

В праве до правления Юстиниана существовали два вида брака:

1) брак cum manu, то есть брак с мужней властью, когда жена поступала под власть мужа (или его домовладыки, если муж сам был подвластным лицом), разделяла одинаковые права с детьми мужа;

2) брак sine manu, когда жена оставалась подвластной прежнему домовладыке или была самостоятельным лицом.

При браке cum manu власть мужа была неограниченной, но со временем она стала менее жесткой и безраздельной, супруг был лишен некоторых специфических прав – таких как убийство или продажа жены, в которой он разочаровался.

Брак cum manu рассматривал как личную собственность не только саму женщину, но и все имущество, которое она принесла с собой, это имущество поступало в полную собственность мужа и нераздельно сливалось с имуществом, принадлежавшим ему до брака. Если по каким-то причинам брак расторгался, имущество женщине не возвращалось, и лишь в порядке наследования в случае смерти мужа вдова получала так называемую выделенную часть, а основное наследство делилось между сыновьями умершего и родственниками мужского пола, имевшими право наследования.

Брак sine manu был аналогом сожительства, одобренного законом, был основан на желании создать семью, родить и воспитывать детей. При таком типе брака жена не поступала под власть мужа, а оставалась под властью своего отца, входила в состав прежней семьи или же, если прежде имела самостоятельность, сохраняла эту самостоятельность и вступив в брак. По закону она получала имя и сословное положение мужа, обязана была жить там же, где и ее муж.

Сильнее всего брак sine manu отличался в подходе к имуществу жены. При таком браке имущество супругов оставалось раздельным. Муж не имел права даже управлять имуществом жены, а если она желала такого управления, то должна была передать ему имущество для этого управления, составив договор управления: в браке sine manu отношения между супругами были договорными. Если жена за время брака совершала приобретения, они не становились ни собственностью мужа, ни общей собственностью семьи, а считались поступлением в имущество жены.

35. Формирование института приданого

Под приданым понимали специально выделенное имущество (вещи обихода, земли, постройки, рабы и т. п.), которое «переходит» из дома отца жены вместе с женой в дом ее мужа. Приданое должно было предоставляться отцом, или домовладыкой, или опекуном или любым заинтересованным третьим лицом в целях облегчения материальных затруднений семейной жизни.

В архаичный период древнеримской истории, когда преобладали браки cum manu, не существовало специальной регламентации правового положения приданого. До I в. до н. э. существовала практика передачи приданого мужу в собственность с обязательством его возврата при прекращении брака, что скреплялось устным соглашением. Если такое соглашение было заключено, муж вынужден был вернуть полученное имущество, боясь обвинения в бесчестье. Если соглашения не было, то все полученное приданое оставалось в собственности мужа.

С появлением браков sine manu закон установил для приданого особый правовой режим. Муж в таком браке давал устное обязательство возвратить приданое в случае прекращения брака, но даже при отсутствии такого соглашения, когда приданое юридически должно было остаться навсегда в имуществе мужа, он чаще всего считал себя связанным договорными отношениями и оставлял приданое по наследству в пользу жены. По преторскому праву в случае развода жене давался иск о частичном возврате приданого в качестве штрафа за необоснованный развод.

В первые три века нашей эры муж считался владельцем приданого, но не имел права распоряжаться земельными участками без согласия жены, а при расторжении брака приданое подлежало возврату в полном объеме, если же жена умирала, то приданое возвращалось ее наследникам. Если соглашения о приданом не имелось, приданое возвращалось только самой жене, но удерживалась доля на содержание оставшихся при муже детей и издержек мужа по разводу.

Во времена Юстиниана закон требовал полного возврата приданого, в том числе и наследникам, после вычета издержек. В императорском Риме сложилась практика ответного вклада со стороны мужа: получив приданое, муж со своей стороны оформлял дарение в пользу жены, затем на протяжении брака дарение находилось в его распоряжении, но в случае развода по его вине дарение переходило к жене, возмещая моральный вред и гарантируя экономическую независимость.

36. Особенности заключения и расторжения брака

Переход под власть мужа происходил одним из трех способов: давностью, жертвенным хлебом и куплей. Посредством давностного сожительства вступала во власть мужа та женщина, которая в продолжение года оставалась супругой; она становилась собственностью мужа, вступала в его семью и занимала место дочери. Конфарреационным образом женщины вступали во власть мужа через сакральный обряд, совершаемый невестой, этот торжественный обряд называется confarreatio. Обряду придавалось огромное значение, например, занимать высшие жреческие должности могли только лица, рожденные в браке, заключенном через confarreatio.

На основании купли женщины вступали во власть мужа путем манципации, то есть символической продажи; в присутствии пяти свидетелей из совершеннолетних римских граждан и весовщика с медными весами, жену покупал тот, под чью власть она переходила. Обряд манципации предполагал продажу женщины, ничем не отличавшийся от продажи животных, рабов или земельных участков.

Кроме манципации существовала также коэмпция (coemptio), тоже «продажа», но не обязательно для совершения брака, но и для устранения опеки, для эманципации и т. п. Брачной была продажа себя супругу, после чего женщина становилась ему дочерью.

Отличие коэмпции от манципации состояло в том, что женщина, которая совершала коэмпцию, не считалась рабыней, а женщины и мужчины, манципированные родителями и фиктивными мужьями, признавались рабами; даже наследство они могли получить, только если их освобождали по завещанию как рабов.

Причиной прекращения брака могли стать смерть одного из супругов, потеря им свободы или развод. В классическую эпоху развод мог произойти по обоюдному согласию или же по одностороннему изъявлению желания прекратить брачную жизнь. При Юстиниане свободный развод по согласию сторон был запрещен, в одностороннем порядке развод разрешался ввиду следующих обстоятельств – если:

– супруг был неверен;

– он покушался на жизнь заявителя;

– совершил против заявителя другое виновное действие (в последнем случае обиженной стороне разрешалось удержать приданое).

Уважительной причиной также считались невозможность осуществлять половую жизнь, желание уйти в монастырь и т. п. Односторонний развод без объяснения причины или по неуважительной причине проводился с выплатой штрафа, однако брак все-таки расторгался.

37. Конкубинат

Конкубинат – это особая форма разрешенного римским законом сожительства мужчины и женщины. Конкубинат существовал наряду с легальным римским браком, но, по сути, браком не являлся, поскольку было нарушено несколько условий брачного союза, возможного в обществе: 1) конкубинат не скреплялся необходимыми формальностями; 2) он мог заключаться между римлянином и женщиной любого положения; 3) существовал параллельно законному браку и одновременно с ним; 4) при конкубинате женщина не попадала под безраздельную власть мужа; 5) женщина не получала социального статуса мужа; 6) дети, родившиеся в конкубинате, не подлежали отцовской власти и, соответственно, не получали никаких прав.

Закон указывал, что римские граждане тогда вступают в законный и действительный брак и имеют над родившимися у них детьми власть, когда они женаты на римских гражданках или даже латинянках и иностранках, с которыми существовало jus connubii (признанная за лицом способность к вступлению в римское супружество со всеми юридическими последствиями).

Поскольку connubium дает право детям наследовать состояние своего отца, то они не только делаются римскими гражданами, но состоят также во власти отца. В республиканскую эпоху при моногамном характере римской семьи для мужчины считалось допустимым наряду с matrimonium с одной женщиной состоять в конкубинате с другой, но женщина в двух видах брака состоять не могла, ей было запрещено двойное сожительство.

Конкубинат в Риме был своего рода формой гражданского брака, когда узаконить отношения оказывалось невозможным (например, римлянин уже имел жену, конкубина находилась внизу социальной лестницы или имелись причины, по которым было запрещено заключать брак по закону, как в случае с должностным положением магистрата и гражданкой из его провинции и т. п.).

Иногда конкубинат заключался между римлянином и самостоятельной женщиной, то есть женщиной, совершившей символическую продажу себя в собственность другого мужчины и отпущенная им по соглашению на свободу. Дети от конкубината могли наследовать отцу только в том случае, если он официально признавал их через усыновление, только тогда он получал власть над ними (а они – все вытекающие из этой власти права на наследование его имущества).

38. Полнота отцовской власти

По римскому праву самостоятельным лицом считался только глава семьи – отец; сыновья и дочери были лицами подвластными. Сын в семье был полностью подчинен отцу независимо от возраста и состояния в браке, хотя он и имел status libertatis (свободу), status civitatis (гражданство) и мог занимать публичные должности (кроме сенаторской). Сын вполне мог иметь собственных детей, но не обладал властью над этими детьми, пока жив его отец, распространяющий на него свою власть. Официально внуки оказывались под властью деда.

Отцовская власть касалась только детей от законного римского брака и не касалась детей, родившихся в конкубинате. Дети от конкубината могли признаваться законными, если были усыновлены своим отцом, как и любые другие посторонние лица. Власть отца над детьми возникала с рождением ребенка от родителей-римлян только в законном браке.

Условия для появления полной отцовской власти (и имущественных прав детей на наследство) можно выделить:

– она возникала с момента рождения ребенка в законном браке, если не было доказано, что отцом ребенка не является муж данной женщины;

– при усыновлении чужого ребенка, если мужчина был независимым и обладал полной отцовской властью, а усыновляемый был младше усыновителя минимум на 18 лет, либо по императорскому рескрипту с подтверждением магистратом отсутствия ухудшений условий жизни усыновляемого, либо при усыновлении ребенка, уже находящегося под отцовской властью, для чего в судебный протокол вносился текст соглашения с прежним домовладыкой, имевшим права на этого ребенка;

– при признании отцовства и полной отцовской власти над детьми от конкубины, что могло происходить в нескольких формах – в результате превращения конкубината в законный римский брак, по императорскому рескрипту; при вступлении совершеннолетнего сына в члены муниципального сената; при замужестве взрослой дочери за членом муниципального сената.

Причем на протяжении римской истории права и обязанности родителей и детей значительно различались: в древности отец имел над детьми право распоряжаться их жизнью, мог продавать детей, но позже от абсолютной власти осталось право отца на безоговорочное подчинение детей и применение к ним наказаний, а от детей требовалось безоговорочное послушание и уважение. В то же время родители и дети имели взаимные обязательства предоставлять друг другу алименты в случае необходимости.

39. Прекращение отцовской власти

Отцовская власть подразумевала полную власть над своими детьми, она распространялась как на личные, так и на имущественные права детей. Наиболее бесправными дети были в древнейший период римской истории, когда отец имел право убить или продать своего ребенка. С течением времени нравы смягчились, но принцип полноты отцовской власти остался. Выйти из-под отцовской власти можно было только в нескольких случаях:

– после смерти домовладыки – сыновья обретали полную власть над своими детьми, до этого полнота власти распространялась и на внуков;

– после смерти домовладыки, если его сыновья достигли соответствующего возраста;

– после утраты свободы или гражданства домовладыкой или подвластным;

– после лишения домовладыки прав отцовской власти (в порядке судебного разбирательства и признания, что домовладыка оставил подвластного без помощи и т. п.);

– в результате приобретения подвластным некоторых почетных званий;

– в результате эманципации, то есть освобождения из-под власти по воле домовладыки и с согласия подвластного, что оформлялось императорским рескриптом, заявление домовладыки заносилось в судебный протокол, подвластному фактически предоставлялась свобода действий на длительный и обычно оговоренный срок, но в то же время эманципация могла быть отменена при неблагодарности освобожденного (нанесение тяжких обид и т. п.);

– в результате смерти подвластного.

Дочери выходили из-под власти отца в результате заключения законного римского брака. Выйти из-под родительской власти они могли также в результате фиктивного брака, совершив «коэмпцию для фидуции» – особого вида продажу себя в фиктивную собственность другому мужчине с последующим освобождением этим мужчиной (отпущением на волю, что практиковалось для освобождения рабов). После коэмпции права отца на дочь прекращались, после отпущения на волю дочь получала личную свободу и самостоятельность.

Брак самостоятельности не давал: отцовская власть в этом случае заменялась властью мужа, нового домовладыки, или его отца, если муж был тому подвластен.

40. Имущественные права подвластного отцовской власти

Всей полнотой власти в римской семье владел глава семьи, домовладыка. Он принимал важнейшие решения, направлял деятельность детей в желаемое для него русло, мог им приказывать и совершать наказания, имущество семьи целиком и полностью принадлежало домовладыке, он имел право распоряжаться этим имуществом по своему усмотрению.

В состав этого имущества входило также имущество жены, которое в некоторых случаях выводилось из общего пользования только при разводе, а при заключении брака без соглашения о возвращении имущества жена, получив развод, теряла права даже на то имущество, которое перешло к ее мужу.

Дети в римской семье практически не обладали никакими имущественными правами, даже если это были взрослые сыновья, которые имели все права заключать и расторгать сделки. Их имущественные права обозначились одним словом – «подвластные»:

– подвластный не имел ничего своего, все полученное по его сделкам считалось собственностью его отца;

– в то же время обязанности по сделкам подвластного лежали на самом подвластном;

– римское право предполагало при нанесении подвластным вреда возмещение этого вреда либо отцом (домовладыкой), либо выдачу подвластного для отработки ущерба, а при смене домовладыки ответственность подвластного сразу же переходила на нового домовладыку;

– имелась практика наделения подвластного пекулием (аналогично рабскому пекулию), то есть имуществом в управление и пользование, без перехода права собственности, а также и на тех же условиях оставление пекулия подвластному при его освобождении из-под отцовской власти;

– во времена принципата в законе появилось понятие «военный пекулий», которое подразумевало имущество, полученное подвластным в связи с военной службой, а с IV в. н. э. в связи с любой государственной, придворной, духовной, адвокатской службой это имущество находилось в полной собственности подвластного; отец прав на него не имел и только при отсутствии завещания и после смерти подвластного мог его наследовать;

– при абсолютной монархии подвластный получил право собственности сына на наследство от матери и все приобретаемое с материнской стороны, однако отец имел пожизненное право пользования и управления этим имуществом и терял на него права только в том случае, если имущество было приобретено вопреки его воле или существовало особое условие, лишавшее отца прав на это имущество.

41. Виды пекулия

Пекулием в римском праве называется имущество, предоставляемое подвластному только в управление и пользование, то есть это временное держание, настоящим собственником которого остается домовладыка. В Риме выделение пекулия распространялось не только на сыновей домовладыки. Рабский пекулий – это часть имущества хозяина (земельный участок, ремесленная мастерская и др.), которую он предоставлял рабу для ведения хозяйства и получения части дохода.

Юридически признание «пекулия» означало и признание ограниченной правоспособности раба, за сделками такого раба признавалась юридическая сила. Пекулий позволял хозяевам эффективно использовать имущество и заинтересовывал раба в результатах своего труда. Аналогично рабскому пекулий, выделяемый сыновьям, должен был улучшить экономическое положение семьи.

В случае смерти подвластного пекулий не переходил по наследству, а возвращался в непосредственное обладание отца, который его выделил.

Существовало лишь несколько случаев невозврата пекулия: 1) в случае смерти домовладыки пекулий переходил к его наследникам наряду со всем остальным его имуществом; 2) если подвластный сын освобождался от отцовской власти, а отец при этом не потребовал возврата пекулия, пекулий считался подаренным сыну.

Во времена принципата наряду с пекулием, поступившим от отца (peculium profecti-cium), появились другие виды пекулия.

Военный пекулий (peculium castrense) представлял собой имущество, которое сын приобретал на военной службе или в связи с ней, военный пекулий принадлежал подвластному на праве собственности, но если сын умирал, не оставив завещания относительно военного пекулия, это имущество поступало к домовладыке на тех же основаниях, как и обыкновенный пекулий.

Начиная с IV в. н. э. юридическое положение военного пекулия было распространено на любые иные приобретения сына, сделанные им на государственной, придворной, духовной, адвокатской службе, отец мог наследовать это имущество только при отсутствии завещания. И только во времена Юстиниана все, приобретенное подвластными не на средства отца, было признано принадлежащим подвластным.

42. Право собственности в Древнем Риме

В Древнем Риме для обозначения права собственности использовали термин dominium, а позже, в период зрелой республики, появился термин proprietas. Термин dominium можно рассматривать как нерасчлененное квиритское право владения, а proprietas ближе к современному пониманию права собственности. Право собственности предполагает субъект владения, то есть лицо, обладающее некой вещью, и объект владения – саму вещь, а главным качеством права собственности является соединение абсолютного господства лица над вещью с правом распоряжаться ею по своему усмотрению (продать, обменять, заложить, уничтожить).

Основными правомочиями собственника считались:

– jus utendi – право пользования вещью;

– jus fruendi – право извлечения плодов естественных и цивильных (дохода);

– jus abutendi – право распоряжения судьбой вещи;

– jus possidendi – право владеть вещью;

– jus vindicandi – право истребовать вещь из рук каждого ее фактического обладателя, безразлично – владельца или держателя.

По римскому праву все вещи, которые находились в хозяйственном обороте и могли быть объектом права собственности, четко разделялись на манципируемые и неманципируемые. К манципируемым вещам относились земли, рабы, крупный домашний скот, земельные сервитуты; к неманципируемым – все остальные вещи, не связанные с общей семейной собственностью, наиболее точно можно их обозначить как личные вещи. Существовала категория вещей, не подпадавшая ни под манципируемую, ни под неманципируемую, это были вещи, находившиеся в общем пользовании (воздух, море и др.), ряд хозяйственно важных вещей (общественная земля), эта категория находилась вне имущественного, торгового оборота.

Для каждой категории вещей существовали правила передачи прав на них: отчуждение манципируемых вещей происходило путем манципации, что предполагало некую процедуру с проведением сложного обряда, неманципируемые вещи просто обменивались на деньги (первоначально медь), то есть продавались и передавались новому владельцу.

К манципируемым и неманципируемым вещам применялся также формальный способ передачи права собственности путем обряда, который представлял собой фиктивный судебный спор, проводящийся в присутствии претора.

43. Понятия владения и держания

В римском праве владение рассматривалось как фактическое обладание вещами, то есть отношение, на основе которого сложился и весь институт права собственности. В период расцвета римского права понятия «владение» и «право собственности» значительно дифференцировались, перестали совпадать и могли касаться как прав собственника вещи, так и спорных прав на вещь, когда вещь принадлежала одному лицу, а права на нее – другому или другим. Владение рассматривалось как фактическое обладание, связанное с юридическими последствиями и снабженное юридической защитой.

Между владением в точном смысле (pos– sessio civilis) и простым держанием (deten-tio, или possessio naturalis) появилось строгое разграничение: владение предполагало фактическое обладание с намерением относиться к вещи, как к своей собственности, самостоятельно, держание – обладание вещью на основании договора или на основании воли другого лица, несамостоятельно, ненамеренно или бессознательно.

Сам термин «фактическое обладание» предполагал оценку вещи, исходя из положения самой вещи, то есть требовал соблюдения целого ряда условий, считавшихся стандартными для определенной ситуации (дикими птицами можно было обладать, пока они находятся в клетке; домашними животными – пока они возвращаются во двор и т. д.).

«Намерение относиться к вещи, как к своей» подразумевало защиту владельца от посягательств на вещь (то есть владельческую защиту), в этом плане поссессорная защита подразумевала только выяснение факта владения и факта самоуправного нарушения права владения. Владельческие процессы исходили из принципа, что лицо, которое пользуется вещью, относится к ней как к своей.

Доказывать неправомочность такого владения должна была другая сторона, приводя основания, по которым фактический владелец не имеет права на владение и данная вещь должна быть у него изъята.

Если поссессорный (вещный) иск ситуацию не разрешал, ущемленный в правах мог подать петиторный иск к ошибочно установленному владельцу вещи, доказывая свои права на нее. Таким образом, существовало разграничение: поссессорный иск велся в отношении вещи, петиторный – в отношении права на вещь. Юридическую защиту в случае владения собственник мог получить согласно иску и по собственной воле, а в случае держания – только через собственника, от которого получена вещь.

44. Виды владений

По закону владельцем вещи является ее собственник, поскольку обычно вещами владеют те, кому они принадлежат. Добросовестный собственник имеет право владеть вещью и является законным владельцем. В то же время владельцы, фактически обладающие вещью с намерением относиться к ней как к собственной, но не имеющие права ею владеть, считаются незаконными.

Незаконное владение может быть двух видов: незаконное добросовестное (владелец не знает и не должен знать о незаконности владения) и незаконное недобросовестное владение (владелец знает и должен знать о незаконности владения, но ведет себя так, словно вещь ему принадлежит на законных основаниях. Хотя в таком случае не работает правило приобретения права собственности по давности, и суд, рассматривая подобные дела, выдвигает серьезные требования возмещения законному владельцу стоимости плодов, принесенных вещью, или компенсации в связи с ухудшением состояния вещи).

Кроме законного и незаконного существовали также случаи так называемого производного владения. К числу производных владельцев относился залогодержатель, то есть лицо, которому вещь заложена, который в случае нарушения его права на заложенную вещь не имел права и возможности, не будучи владельцем вещи, защитить ее от посягательства, а залогодатель мог в то же время отказать ему в защите; или временный хранитель вещи, то есть лицо, которому вещь передана на сохранение до разрешения в судебном порядке спора о ее принадлежности, которое, не являясь владельцем вещи, не может осуществить владельческую защиту ни самостоятельно, ни через собственника вещи, который ему не известен. Римский закон признавал за таковыми права временного владения, с вытекающим из этого правом защиты вещи.

Права владения и собственности в римском праве могли принадлежать разным лицам. Согласно принципу «никто не может изменить сам себе основание владения вещью» считалось, что статус вещи требует составления договора, например, купли-продажи, который на время хранения явится основанием для последующего перехода вещи к новому владельцу, независимо от фактической «непередачи» вещи.

45. Установление и прекращение владения

Приобретение вещи во владение строго регламентировалось законом. Для конкретного лица владение считалось установленным с момента, когда у него соединились и телесный момент, и владельческая воля в качестве намерения относиться к вещи как к своей. В свою очередь, для установления намерения, с которым конкретное лицо обладает вещью, требовалось выяснить правовое основание, которое привело его к обладанию данной вещью.

Если один человек получил вещь путем покупки, сопровождавшейся передачей вещи продавцом, а другой получил такую же вещь по договору найма во временное пользование, то, осуществляя пользование вещью и даже совершая внешне одинаковые действия, они производят различные по основаниям действия: действия первого человека являются показателем владельческой воли, действия второго служат выражением его зависимого держания. Сами основания владения не есть нечто неизменное, их можно было изменить, заключив соответствующие договоры. Договор найма путем приобретения полного права владения можно превратить в договор владения.

Приобрести вещь во владение можно было как лично, так и через посредника (опекуна, представителя, поручителя), для этого посредник обязательно должен был иметь полномочие приобрести владение для другого лица по закону или договору и иметь намерение приобрести вещь для него, а не для себя.

Эти оговоренные заранее условия однозначно указывали на реального владельца и исключали случаи неоднозначности, когда было непонятно, кого считать владельцем и с какого момента: с момента, когда вещь приобретена посредником, но представляемый об этом еще не знает, именно его закон признает владельцем; утрата владения, осуществленного через представителя, признавалась после прекращения возможности реально обладать вещью и владельцем, и его представителем, то есть пока любой из них мог проявлять свою власть над вещью, она находилась во владении представляемого.

Владение считалось утраченным, если утрачивался один из необходимых элементов: либо сама вещь выходила из обладания владельца, либо владелец выражал желание прекратить владение (отчуждал вещь). Владение также прекращалось в случае гибели вещи или превращения ее во внеоборотную вещь.

46. Защита права владения

Римский закон защищал права владения; права держания защищались только в том случае, если защиты требовал не держатель, а сам владелец. Защита владения осуществлялась обычно в два этапа: сначала следовал поссессорный иск, устанавливающий факт владения, затем преторский процесс, основанный на издании интердиктов (запрещений).

Владельческий процесс (поссессорный) рассматривал по иску только факт владения, но оставлял незатронутым вопрос, кому принадлежит право на владение данной вещью. Иногда владельческого процесса было достаточно, чтобы установить принадлежность вещи, и незаконный владелец мог ее возвратить законному. Чаще следом за первым этапом требовалось подать собственнический иск, устанавливающий право собственности на данную вещь.

Если законному владельцу удавалось предъявить неоспоримые доказательства прав своего владения, ему удавалось истребовать вещь у фактического владельца. Владельческие процессы исходили из принципа, что лицо, которое пользуется вещью, относится к ней как к своей.

Доказывать неправомочность такого владения должна была другая сторона, приводя основания, по которым фактический владелец не имеет права на владение, и данная вещь должна быть у него изъята. Если поссессорный (вещный) иск ситуацию не разрешал, ущемленный в правах мог подать петиторный иск к ошибочно установленному владельцу вещи, доказывая свои права на нее. На этом этапе в процесс вмешивался претор, имеющий право издавать интердикты (запрещения) на совершение или прекращение каких-то действий, нарушающих общественный порядок и интересы граждан.

Претор издавал интердикты: в архаичном праве – после фактической проверки права владения просителя на оспариваемую вещь как прямое и категорическое указание передать вещь реальному владельцу; в праве периода республики – как условные распоряжения на случай, если подтвердятся доводы просителя. Условные интердикты вменяли возврат вещи или запреты на пользование вещью или на посягание на вещь при условии, если претензии истца обоснованны и требовали подачи собственнического иска.

47. Преторская защита прав владения

Основным средством защиты против нарушения прав собственности были так называемые преторские интердикты. Римское право знало как интердикты для защиты владения недвижимостью, так и интердикты для защиты владения движимой вещью. В любом случае интердикт по защите владения был направлен на: 1) удержание владения или 2) возврат вещи владельцу. Защита не предоставлялась тому, кто захватил вещь силой, либо тайно, либо получил ее от противника до востребования.

В последнем случае существовал особый интердикт, который допускал выяснение права собственности сразу же в ходе владельческого процесса, а не при рассмотрении собственнического иска. Гарантией обязательного возвращения вещи служил доказанный факт применения силы стороной ответчика.

В то же время существовала особенность в делах об удержании владения: согласно закону вещь могла быть одновременно присуждена и истцу, и ответчику, если законный владелец забрал ее у незаконного без применения силы и не в тайне.

Существовало также специфическое средство защиты владения – actio in rem Republicana. Данный иск предполагал защиту тем, кто имел все права на вещь и чье владение отвечало всем требованиям, предъявляемым к приобретениям по давности, кроме одного – истек давностный срок. Это была защита добросовестного владельца от незаконного, но не от такого же добросовестного владельца или собственника. Обращение к actio in rem Republicana позволяло бороться с самовольным захватом, с владением, полученным не по закону, и чаще всего касалось недвижимости.

До правления Юстиниана интердикты защищали права владения на движимые вещи, исходя из исчисления реального времени владения: права на владение вещью принадлежали тому, кто ею обладал больше времени за последний год. При Юстиниане правила для движимых владений стали такими же, как и правила для недвижимых вещей. В связи с огромным количеством исков, связанных с самовольными захватами недвижимости, был введен закон, признавший самовольный захват в отсутствие владельца силовым захватом, что сразу же гарантировало пострадавшей стороне защиту и восстановление справедливости.

48. Вещи божественного права и вещи человеческого права

Все вещи, согласно римским юристам, можно разделить на божественные и человеческие. К категории вещей божественного права относятся вещи, посвященные божеству, и вещи со священным значением. Res sacrae – вещи, которые посвящены высшим богам; religiosae – посвящены богам подземным. Священной делается вещь только вследствие утверждения и признания со стороны римского народа, например, на основании закона, на этот случай изданного, или сенатским постановлением.

«Религиозной делаем мы вещь по нашему собственному желанию, хороня умершего в место, нам принадлежащее, если только погребение покойника зависит от нас». Землю в провинции нельзя сделать религиозной, так как право собственности в этой земле принадлежит или римскому народу, или императору; вещи в провинции, не посвященные властью римского народа, наделяются res sacrae, но все-таки считаются sacrae (священными).

Вещи со священным значением, как, например, городские стены и ворота, тоже принадлежат в известной степени к категории вещей божественного права. Предметы божественного права не состоят ни в чьем владении; то же, что образует группу вещей божественного права, в большинстве случаев составляет чью-либо собственность; но может, впрочем, и никому не принадлежать: так например, наследственная масса, пока не явится какой-либо наследник, не принадлежит никому.

Те же вещи, которые принадлежат к категории вещей человеческого права, составляют собственность или государства, или частных лиц. То, что принадлежит государству или общинам, не составляет ничьей частной собственности, так как государственное имущество принадлежит всему обществу граждан. Частное же имущество – это то, которое принадлежит отдельным лицам.

Вещи человеческого права разделяются на телесные и бестелесные, манципируемые и неманципируемые, находящиеся в обороте и изъятые из оборота, движимые и недвижимые, определенные родовыми признаками и индивидуально-определенные, потребляемые и непотребляемые, делимые и неделимые, простые и сложные, главные и побочные.

49. Особенности внутреннего деления вещей человеческого права

Римляне делили вещи на телесные и бестелесные, манципируемые (земля, рабы, скот) и неманципируемые (все остальные), находящиеся в обороте (частная собственность) и изъятые из оборота (государственная собственность), движимые (скот, рабы) и недвижимые (которые нельзя передвинуть без потери качеств), определенные родовыми признаками (можно измерить, взвесить, пересчитать) и индивидуально-определенные (единственные в своем роде), потребляемые (продукты, деньги) и непотребляемые (земля, постройки), делимые и неделимые, простые (созданные из одного материала, рабы) и сложные (сложенные из частей, как дома, корабли или собранные из отдельных вещей, как стадо скота), главные и побочные (либо существующие благодаря главной вещи, либо связанные с ней экономически, либо плоды естественные и цивильные).

Римское право оперировало понятиями, сложившимися во времена архаичного квиритского права. Одной из его особенностей было деление вещей на манципируемые и неманципируемые. Это деление связано с правом собственности на землю (высшей ценностью для римского крестьянина-квирита), включая также рабов и скот, которые служили для обработки земли и носили наименование res mancipi.

В отличие от земли, рабов и скота все другие вещи назывались res nec mancipi. Такое разделение было связано с тем, что приобретение права собственности на вещь, принадлежащую к числу res mancipi, не могло происходить путем простой передачи ее собственником другому лицу; без торжественного обряда манципации или мнимого судебного спора in jure cessio, этого сделать было нельзя. К периоду абсолютной монархии различие res mancipi и res nec mancipi стерлось.

Римское право исключало из частной собственности предметы общественного владения (вода, воздух, море и т. п.), а некоторые вещи, принадлежащие человеку на праве частной собственности, не могли быть предметом распоряжения или предметом оборота (яды, запрещенные книги), их отнесли к разряду res extra commercium (изъятые из торговли), в противоположность остальным вещам, называемым res in commercium.

К изъятым из оборота вещам относились вещи, используемые в религиозных культах, священные вещи, государственные вещи, вещи для общественного пользования. Изъятые из оборота вещи принадлежали государству.

50. Вещное и обязательственное право по Законам XII таблиц

До середины III в. до н. э. господствующей правовой системой было квиритское право. Оно отличалось сакральным характером, большой степенью традиционности, связью с древнеримским правом, нашедшим отражение и в Законах XII таблиц.

Квиритское право отражало отношения раннеклассового общества и отличалось строгостью, суровостью, подчеркнутой точностью. В нем регулировались имущественные отношения и право частной собственности, которое рассматривалось как полное господство собственника над своей вещью. Квиритское право отличалось соблюдением судебных обрядов, форма в нем превалировала над содержанием, а судебный процесс – над материальным правом.

Большое внимание уделялось способам приобретения вещных прав и классификации самих вещей. Наиболее значительным делением вещей, было их деление на манципируемые и неманципируемые. К первым относились земли, рабы, крупный домашний скот, земельные сервитуты; ко вторым – все остальные вещи, обладание которыми могло быть индивидуализировано. Вещи, находившиеся в общем пользовании (воздух, море, общественная земля), рассматривались как находящиеся вне имущественного, торгового оборота.

Отчуждение манципируемых вещей могло осуществляться только путем манципации. Неманципируемые вещи продавались путем простой их передачи (традиции) за медь или за деньги.

Существовал порядок признания вещи собственностью в силу давности, но Законы XII таблиц запрещали приобретение права собственности по давности в отношении краденых вещей. Для движимых вещей срок приобретательской давности был в один год, для недвижимых вещей – в два года.

Особым видом вещного права были сервитуты – фиксированное в обычаях или законе и строго ограниченное право пользования чужой вещью. Знал Рим и договорное право. Правом требования в договоре наделялась лишь одна сторона (кредитор), на другую сторону (должника) возлагались только обязанности. Распространенными формами договора были нексум (nexum – совершавшийся в виде сложного обряда с помощью меди и весов), стипуляция (словесный договор в форме вопроса и ответа) и контракт (литтеральный – письменный).

51. Обряд манципации и сделка in jure

Вещи res mancipi переходили к другому лицу посредством манципации. Манципация состояла в мнимой (воображаемой) продаже. Приобретение собственности в этой форме совершалась следующим образом. Пригласив не менее пяти совершеннолетних римских граждан в качестве свидетелей и сверх того еще одно лицо того же состояния, которое держало бы в руках медные весы (весовщика), покупатель, еще держа медь, говорит так: «Утверждаю, что этот раб по квиритскому праву принадлежит мне и что он должен считаться купленным мною за этот металл и посредством этих медных весов». Он ударяет этим металлом об весы и передает его как покупную сумму тому, от кого приобретает вещь путем купли.

Этим способом манципируются рабы и лица свободного состояния, а также животные, которые причисляются к res mancipi, например, быки, лошади, мулы, ослы; тем же самым способом обыкновенно манципируются земельные участки – сельские и городские, принадлежащие сами по себе к res mancipi.

Манципация поземельных участков отличается от манципации прочих вещей только тем, что рабы и свободные, а равно животные, причисляющиеся к разряду res mancipi, могут быть манципированы, только будучи налицо, причем необходимо, чтобы тот, кто приобретает (покупатель), касался собственноручно того самого предмета, который ему передается. (Вот почему сам акт называется манципация – mancipatio: вещь берется рукой; недвижимые же имения манципируются обыкновенно при их отсутствии.) Медь и весы употребляются потому, что некогда пользовались только медными деньгами, и не было в употреблении ни одной золотой или серебряной монеты.

Сделка in jure цессии совершается следующим образом: перед судящим магистратом римского народа, например, перед претором или наместником провинции тот, кому вещь переуступается, держа ее, произносит: «Я утверждаю, что этот человек мой по праву квиритов». Затем претор спрашивает отчуждающего, не имеет ли он какой-нибудь претензии (по отношению к спорному предмету). Когда этот последний скажет, что не имеет, или молчит, тогда претор присуждает предмет виндицирующему (приобретающему); эта форма, которую можно совершать также в провинциях перед наместником, называется legis actio.

52. Частная собственность на землю

Земле и праву на землю в римском праве принадлежит особая роль. Именно земля и отношения, связанные с правом владения землей, сформировали римское частное право. В архаичные времена шла непримиримая борьба за нее между плебеями и патрициями, во времена республики одновременно существовали государственная, общинная и частная собственность на землю. На обработке земли строилось богатство патрициев, а продажа земли мелким крестьянам привела к появлению слоя пролетариев, живущих за счет государства. Земли, захваченные во время войн, предоставлялись держателям во временное пользование и в конце концов оседали в руках латифундистов. Непростые земельные отношения регулировались римскими законами.

Квиритское право оперировало понятием res mancipi, включая в него землю, рабов, быков, ослов, мулов и постройки; вследствие значения такой собственности ее передача от владельца к владельцу обставлялась торжественными обрядами манципации или мнимого судебного иска. Со временем манципация стала архаичной, и место квиритской собственности заняли понятия бонитарной, или преторской, собственности; теперь не требовалось обрядов, земля стала продаваться или передаваться.

При продаже без манципации собственность оставалась за старым владельцем, и претор при вчинении виндикационного иска продавца, который получил деньги, но желал возвратить проданную вещь, вынужден был защищать права покупателя, делая это эксцепцией в формуле иска старого квиритского собственника о том, что вещь должна быть возвращена ему в случае, если он, предъявляя иск о ее возврате, поступает добросовестно.

Права нового неквиритского собственника защищались как: 1) фикции в формуле иска о том, что вещь должна быть возвращена ему из чужого незаконного владения, как если бы прошел давностный срок, который для земли устанавливался в 2 года, для земли в провинции – в 10 лет, для прочего – в 1 год, но вещь не могла быть краденой; 2) оговорки в иске о том, что вещь должна быть ему возвращена захватившим ее старым квиритским собственником, поскольку «вещь продана и передана».

Постепенно в силу преторских интердиктов в цивильном праве сгладилось различие между квиритской и бонитарной собственностью и закрепилась так называемая traditio – неформальная передача вещи.

53. Квиритская и бонитарная собственность

Право собственности в древнем Риме обозначалось термином dominum, который обычно дополнялся словами ex jure Quiritum – по праву квиритов, римских граждан. Квиритская собственность, которая была древнейшим видом собственности, основывалась на нормах цивильного права и не облагалась налогом. Субъектами квиритского права могли быть только римские граждане, в качестве материальных объектов выступали манципируемые вещи, единственно возможным способом приобретения собственности считалась манципация.

Долгое время право квиритской собственности было недоступно перегринам (иностранцам) и не распространялось на провинциальные земли. Только италийские земли могли быть предметом манципации и in jure цессии. Это создавало трудности для осуществления хозяйственной деятельности в провинции, где квиритского права не существовало. Там, если кто-то желал установить пользовладение, право прохода, прогона, водопровода, сервитут, предоставляющий право запрещать соседу возводить какие-то постройки, то он мог это осуществить только путем соответственных договоров и стипуляций, так как эти земли не могли быть предметом манципации или in jure цессии.

Постепенно на смену квиритской собственности пришла другая форма частного владения: в случае, когда лицо, приобретшее вещь без соблюдения требуемых формальностей, получало всестороннюю поддержку со стороны претора, приобретатель формально не становился собственником, но вещь фактически закреплялась в его имуществе, in bonis; откуда и пошло обозначение такого отношения термином «бонитарная», или «преторская», собственность. Субъектом бонитария мог быть кто угодно, а объектом могли быть и неманципируемые вещи; преторская защита подобных имущественных приобретений опиралась на фикцию.

Наряду с развитием бонитарной собственности был создан особый институт – право собственности перегринов и право собственности на земли в провинции, присоединенные в ходе войн (провинциальная собственность). В провинции владельцы земель облагались налогом, правовые отношения регулировались перегринским, а не цивильным правом. Разница между квиритской и бонитарной собственностью со временем сгладилась, а в эпоху Юстиниана установилось единое право частной собственности.

54. Виды приобретения права собственности

Способами приобретения права собственности являются факты, с наступлением которых лицо приобретает право собственности. Титулом приобретения называются юридические факты (в частности, разного рода сделки), служащие основанием для приобретения права собственности. Римские юристы считали, что одни предметы мы получаем в собственность по естественному праву (предметы, отчуждаемые посредством простой передачи), другие – по гражданскому праву (манципация, переуступка перед магистратом, давность).

Не только то, что делается собственностью посредством передачи, принадлежит нам по естественному праву, но также и то, что мы приобретаем путем завладения, так как вещи эти были бесхозяйными, как, например, те, которые захватываются на земле (дикие звери), в море (рыбы), или в воздушном пространстве (птицы). Когда то, чем мы завладели, уйдет из-под нашего надзора и получит опять естественную свободу, оно снова становится собственностью первого завладевшего, так как перестало нам принадлежать.

По общенародному праву нам принадлежит и то, что мы захватываем у неприятелей, а также то, что прибавляется нам «посредством наноса», прироста, увеличения в результате природных процессов или человеческой деятельности.

Способы приобретения права собственности можно разделить на первоначальные и производные. Первоначальным способом приобретения права собственности назывался такой способ приобретения, при котором право приобретателя устанавливается независимо от предыдущего права на данную вещь (естественное право, захват бесхозяйных вещей, приобретение по давности владения). Производный способ предполагал приобретение права собственности на основании существовавшего прежде права собственности другого лица, все последующие права выводились из передачи этого существовавшего прежде права.

Приобрести права собственника можно было такими способами:

– манципацией;

– согласно традиции – передачей одним владельцем другому фактического владения вещью с целью передачи права собственности;

– захватом, завладением;

– правом приобретательской давности (для движимых вещей по Уложению Юстиниана – 3 года, для недвижимых – 10 или 20 лет);

– спецификацией и переработкой (созданием вещи из чужих материалов).

55. Приобретение права собственности первоначальным способом

Первоначальный способ приобретения права собственности базируется на естественном праве; право собственности на вещь устанавливается независимо от предыдущего собственника и происходит как захват бесхозяйной вещи или приобретение собственности по давности владения.

Захват бесхозяйной вещи предполагает:

1) признание права собственности на брошенное или дикое имущество (право первого захватившего с намерением присвоения); в этом смысле ценные вещи не признавались брошенными, предполагалось, что они имеют хозяина, хотя и безвестного; на нашедшем лежала обязанность искать собственника, в дальнейшем владелец вещи возмещал расходы по поиску и хранению, но вознаграждения не платил, присвоение потерянного приравнивалось к краже;

2) признание потерянной или спрятанной вещи кладом, но вещь признавалась потерянной, если собственника не могли отыскать из-за давности лет; собственность на клад до II в. н. э. принадлежала собственнику земли, позже половина клада доставалась собственнику земли и половина – нашедшему клад.

Приобретение собственности по давности владения устанавливало:

– по цивильному праву срок давности на землю в 2 года и для прочего имущества – в 1 год;

– по провинциальным эдиктам срок давности для провинциальной земли в 10 лет, если старый собственник и присвоивший землю живут в одной провинции, и в 20 лет, если старый собственник и присвоивший землю живут в разных провинциях.

По Уложению Юстиниана свод условий приобретения собственности по давности гласил:

а) собственность есть владение;

б) это владение добросовестное;

в) срок давности владения устанавливался в 3 года для движимого и в 10 или 20 лет для недвижимого имущества (аналогично законам по провинциальным землям);

г) вещь может быть приобретена по давности, если на нее распространяется право собственности, таковыми не считаются вещи: изъятые из оборота или краденые;

д) имеется законное основание, которое привело бы к праву собственности, если бы не неодолимое внешнее препятствие, каковым считалось, например, отсутствие у продавца права собственности на вещь.

Целью законов по давности владения было поддержание стабильности владения и защита добросовестного владельца от претензий со стороны бывших собственников.

56. Приобретение права собственности производным способом (tradition)

Производный способ приобретения права собственности на какую-то вещь предполагал, что право собственности приобретателя основывается на праве собственности предыдущего собственника, исходя из принципа «никто не может передать другому больше прав, чем имел сам».

Одним из способов была манципация, то есть формальная передача прав собственности на вещь. Манципация предполагала выполнение ряда обязательных правил, и без соблюдения этих правил она не признавалась законной. Со временем манципацию заменила неформальная передача прав собственности, или traditio.

Неформальная передача вещи включала в себя не только передачу права полностью, но также и временное хранение, пользование, залог. Важнейшим условием временной передачи права было само намерение сторон передать собственность и согласованность намерений; несогласованность намерений сторон влекла и непереход собственности.

Римские юристы по-разному понимали законность признания перехода собственности в зависимости от одинакового или неодинакового понимания сторонами сути заключенной ими сделки. Например, сходные сделки могли рассматриваться и как купля-продажа, и как прием дара с одновременной выдачей займа. Между ними существовало и разногласие по переходу собственности по traditio. В основном, юристы относились к таким сделкам как к абстрактным, не имеющим связи с целью передачи собственности, но существовало и отношение к таким сделкам как к каузальным сделкам, требующим для своей действительности достижения целей сторон.

Условиями перехода права собственности по traditio считались:

– передача права владения по воле отчуждателя;

– наличие права отчуждателя на отчуждение вещи, в том числе и передача по воле уполномоченного лица (залогодержателя);

– соглашение о том, что владение передается с целью передать собственность;

– отсутствие запрещения на отчуждение (например, мужу запрещалось отчуждать земельный участок, являвшийся приданым жены; домовладыке – военный или государственный пекулий сына, если по завещанию его наследовали другие лица и т. п.).

57. Приобретение права собственности производным способом: переработка, присоединение, смешение вещей

В производный способ приобретения права собственности кроме манципации и традиции входили переработка вещей из одной в другую (спецификация), присоединение вещей, смешение «равноправных» вещей.

Переработка вещей (спецификация) понималась разными юристами неодинаково. Ходили три трактовки:

1) право собственности принадлежит собственнику материала, то есть определяющее значение имел сам материал, из которого сделана новая вещь;

2) право собственности принадлежит переработчику, а собственнику материала только возмещается его стоимость, то есть определяющее значение придавалось созданию новой формы;

3) законы Юстиниана исходили из необратимого следствия: если возврат материала в прежнюю форму возможен, право собственности принадлежит собственнику материала, если возврат невозможен, право собственности принадлежит переработчику, но он обязан отдать собственнику материала полученное обогащение.

Присоединение вещей предполагало существование первоначальной, а не производной собственности и трактовалось так: если вещь становится частью целого, то она принадлежит собственнику целого, причем собственник возмещает двойную цену присоединенных вещей, а если таковая не уплачена, то возможен обратный переход собственности.

Существовало «целесообразное» присоединение вещей (инвентарь и земля), на него устанавливалась собственность владельца основной вещи, и операции с присоединенными вещами рассматривались как операции с единой вещью.

Смешение «равноправных» вещей предполагало образование общей собственности на результат в виде распределения не долей самой вещи, а долей права на вещь в целом. Считалось, что если доля одного уменьшается, то доля другого увеличивается; любое изменение вещи было возможно только по взаимному согласию; у каждого из смешавших равноправные вещи имелось право иска о разделении вкладов по пропорции или поровну. И хотя собственность на части устанавливалась впервые, способ приобретения собственности был производным, так как основывался на старом общем праве собственности, то есть общая собственность (новая) складывалась из старой собственности нескольких владельцев.

58. Защита права собственности

Основным средством защиты права собственности был виндикационный иск, который предъявлялся собственником для истребования утраченной вещи из чужого владения, включая все ее плоды и приращения, или иск об отрицании чужого права собственности на вещь, направленный против незаконных действий в отношении вещи, пока находящейся у истинного собственника. Сторонами в виндикационном процессе являлись истец и ответчик.

В качестве истца выступал собственник, не имеющий фактического владения вещью; в качестве ответчика – фактический обладатель вещи; это мог быть держатель вещи, добросовестный или недобросовестный владелец. Предметом виндикационного иска являлась вещь со всеми плодами и приращениями. Истец должен был предъявить весомые доказательства своего права собственности.

Ответственность, которую несли добросовестный и недобросовестный владелец, не была одинаковой.

Добросовестный владелец:

1) отвечал за состояние вещи со времени предъявления иска, не возмещая собственнику потребленных или отчужденных плодов за время до предъявления иска;

2) возмещал наличные плоды и приращения с момента предъявления иска;

3) возмещал собственнику необходимые или полезные издержки;

4) не необходимые приращения («для удовольствия») могли быть отделены и не передавались собственнику.

Недобросовестный владелец:

1) отвечал за происшедшую еще до предъявления иска гибель вещи, если с его стороны была допущена хотя бы легкая небрежность;

2) отвечал за гибель вещи после предъявления иска даже при отсутствии вины или небрежности с его стороны;

3) обязан был возместить за период до иска стоимость плодов от вещи, не только фактически им полученных, но и тех, которые он мог бы получить при надлежащей заботливости;

4) обязан был возместить за период после предъявления иска стоимость возможных плодов от вещи, исходя из предположения оптимальной заботливости;

5) собственник обязан был возместить ему расходы по сохранению вещи.

Кроме виндикационного исками для защиты права собственности были негаторный иск (когда собственник не терял владения вещью, но встречал сопротивление со стороны другого лица) и прогибиторный иск (когда собственник продолжал владеть вещью, но не мог в полной мере ею пользоваться).

59. Утрата права собственности

Право собственности как индивидуализированное право существовало, пока существовали, во-первых, субъект права, во-вторых, предмет права или вещь.

Утрата права собственности могла произойти в результате изменения наличных физических обстоятельств, определяющих материальную судьбу субъекта и объекта права и соответствующие правовые последствия, или в результате изменения правовых обстоятельств, что могло подвергнуть переквалификации положение субъекта, объекта права и сам режим вещного права.

Поскольку сама собственность принадлежит не вещи, а лицу, то исчезновение субъекта (смерть физического лица, прекращение существования корпорации, прекращение самостоятельного существования государства) приводит к утрате права собственности на данную конкретную вещь.

В связи с особыми требованиями римского права к субъекту права право собственности прекращалось при умалении статуса собственника (гражданского или сословного), даже если в новом статусе лицо обладало потенциальной возможностью стать собственником по нормам неримского права.

Утрата права собственности на вещь наступала также при гибели (уничтожении) самой вещи – как физической, так и юридической.

Под физической гибелью подразумевалось полное уничтожение вещи или потеря ею определяющих качеств, что приводило по праву спецификации к новому праву собственности на вещь с новыми качествами и т. п.

Под юридической гибелью подразумевалось изъятие вещи из гражданского оборота по решению магистрата или суда.

Прекращение права собственности конкретного лица наступало с ограничением его права по содержанию, превращением его в другое вещное право или вследствие иных юридических последствий (залог, возникновение совместной собственности), в силу отчуждения и передачи права собственности на вещь другому лицу в порядке частноправовых сделок.

Лишение права собственности могло произойти и помимо воли обладателя: физическая потеря вещи, похищение, уничтожение третьим лицом.

60. Главные части исковой формулы

Главными частями исковых формул считали следующие:

– краткое изложение фактов, вызвавших процесс (demonstratio – демонстрация);

– изложение требований истца (inten-tio – интенция);

– уполномочение судьи на присуждение сторонам какой-либо вещи в собственность (adjudicatio – адъюдикация);

– уполномочение судьи на осуждение или оправдание ответчика (condemnatio – кондемнация).

Demonstratio – та часть исковой формулы, которая вставляется для того чтобы указать вещь, о которой идет спор. Intentio – часть формулы, выражающая притязания истца. Adjudicatio – часть судебной формулы, в которой судье предоставляется присудить вещь какой-либо из сторон (например, в споре о дележе наследства или общего имущества, об установлении границ). Эта часть гласила: «Сколько следует присудить, столько ты, судья, присуди тому, кому должно». Condemnatio называлась та часть формулы, на основании которой судья уполномочивается осудить или оправдать ответчика.

Однако не все эти части находились одновременно во всех формулах; в то же время демонстрация, адъюдикация и кондемнация одни никогда не встречались, так как демонстрация без интенции или без кондемнации не имеет никакого значения. Равным образом кондемнация или адьюдикация не имела никакой силы без интенции и потому они одни никогда не употреблялись.

Формулы цивильного права, в которых идет спор о праве, назывались формулами in jus conceptas (к ним относились те, в которых утверждалось, что такая-то вещь принадлежит лицу по квиритскому праву, или что лицу следует что-либо дать, или что необходимо решить спорный вопрос об убытке, нанесенном лицу вором). Другие формулы, основанные на фактических отношениях, вместо интенции имели в начале, после того как был назван известный факт, слова, которыми судье давалась власть осудить или оправдать ответчика.

Формулы, касающиеся вызова в суд, были составлены in factum, то есть основаны на фактических отношениях (например, формула против того, кто, будучи призван в суд, сам не явился и не представил поручителя; формула против того, кто насильно устранил лицо, призванное в суд и т. д.). В некоторых случаях претор предлагал истцу формулу, составленную и in jus, и in factum.

Во всех формулах, имеющих кондемнацию, предписывалась денежная оценка. Во всех формулах с интенцией нельзя было заявлять больше, чем требовалось получить. Преувеличение или преуменьшение в demonstratio существенного значения не имело.

61. Сервитутное право

Сервитутом называлось покупаемое (обычно) вещное право ограниченного пользования чужой вещью. Чаще всего сервитут касался распоряжения землей в том или ином отношении – проход-проезд по участку за водой, предоставление его для выпаса скота, право света (ограничение затенения), право вида (ограничение просмотра) и т. п.

Сервитуты возникли в результате соседских земельных отношений – предметом сервитутного права являлся сам земельный участок, а не действие определенного лица. Позже категорий сервитутных прав стало больше, они распространились на любое имущество и в пользу любого лица и были разделены на два вида: предиальные (земельные) и личные сервитуты.

Личный сервитут принадлежал персонально определенному лицу; предиальный сервитут принадлежал лицу как собственнику господствующего земельного участка, смена владельца автоматически приводила к смене субъекта предиального сервитута.

В зависимости от характера господствующего участка среди предиальных сервитутов различались сельские и городские. Предиальный сервитут прекращался с гибелью самого участка.

Важнейшими личными сервитутами были узуфрукт – право пользования чужой вещью и получения от нее плодов с сохранением сущности вещи, и узус – право пользоваться вещью без получения от нее плодов. Личный сервитут давался конкретному лицу без перехода по наследству; вменял в обязанность сохранение вещи и разумное пользование ею; сервитут прекращался с гибелью вещи или смертью хозяина.

Сервитут мог быть установлен: по воле собственника служащей вещи; судебным решением; в силу закона; по давности.

Сервитут утрачивался: с физической или юридической гибелью вещи, пользование которой служило предметом сервитута; со смертью его субъекта; при соединении с правом собственности на ту же вещь; вследствие отказа от него субъекта права; в случае неосуществления в течение 10 (inter praesentes) или 20 (inter absentes) лет.

Сервитутное право было защищено абсолютным иском, actio confessoria, направленным на защиту права пользования чужой вещью, в отличие от собственнического иска, actio negatoria, направленного против лица, неправомерно воспользовавшегося вещью законного владельца.

62. Личный сервитут – узуфрукт

Важнейшим личным сервитутом считался узуфрукт, который заключался в праве пользования чужой вещью и плодами, которые приносит пользование этой вещью. Узуфрукт мог касаться права проживания в данном доме, пользоваться конкретным рабом, стадом, участком, строениями, посадками и т. п. Право пользования предоставлялось конкретному лицу, оно не могло переходить по наследству, узуфруктарий обязывался поддерживать вещь в должном состоянии, а по возможности улучшать ее состояние, исходя из принципа рачительного и хорошего хозяина.

Узуфрукт прекращался с гибелью вещи (физической или юридической) или со смертью ее хозяина. Обычно узуфрукт подразумевал передачу вещи в пожизненное владение другому лицу с сохранением владельцем права собственности на данную вещь.

Узуфруктарий не имел права изменять изначальное хозяйственное назначение вещи (например, возводить здания на выделенном во временное пользование участке пахотной земли), использовать чужую собственность не по назначению. В случае нежелательных изменений вещи узуфруктарий обязывался возместить собственнику вещи ущерб, если изменения произошли по его вине, либо прекратить пользование вещью, не возмещая ущерба, если изменения произошли без его вины.

Узуфрукт нередко предоставлялся в рамках наследования или договора, по судебному решению при разделении общего имущества, по закону. На узуфрукт, как на другие сервитуты, распространялось правило приобретения его по давности: 10 лет – для открытого ненасильственного пользования движимым имуществом и 20 лет – для недвижимости.

Неосуществление права узуфрукта в течение 10 лет для движимого имущества и 20 лет для недвижимого автоматически прекращало данный сервитут. Юридически узуфрукт считался сильнее права собственности, поскольку собственник, выделяя какую-то движимую или недвижимую вещь из своего имущества, ущемлял себя в своих правах собственности, что и защищалось законом. Для защиты данного сервитута существовал особый иск о праве пользования.

63. Эмфитевзис и суперфиций

Близки к сервитутам вещные, отчуждаемые, передаваемые по наследству права долгосрочного пользования чужой землей: эмфитевзис (emphyteusis) – сельскохозяйственные земли для обработки и суперфиций (superficies) – городские земли для застройки. Эти права отличались от сервитутов широтой содержания и долгосрочностью действия: если устанавливался эмфитевзис или суперфиций, владелец не мог распоряжаться своим участком. Его право возвращалось только после прекращения действия эмфитевзиса или суперфиция.

Эмфитевзис являлся вещным правом на отчуждаемую собственность, которое переходило по наследству и понималось как долгосрочная наследуемая сдача земель в аренду; во времена Юстиниана право охватывало также аренду государственных земель и земель корпораций. Арендатор имел право пользоваться землей и (в отличие от узуфрукта) изменять характер участка (без ухудшения качеств), собирать урожай, закладывать, отчуждать и передавать по наследству. Но право отчуждения было ограничено: арендатор обязывался предупреждать собственника земли о предполагаемом отчуждении эмфитевзиса.

У собственника было исключительное право преимущественной покупки эмфитевзиса в течение двух месяцев. По закону собственник имел право при отчуждении эмфитевзиса на получение двух процентов от покупной цены. Отношения между собственником и арендатором предполагали своевременную выплату арендной платы и внесение государственного земельного налога. Если арендная плата не вносилась в течение трех лет согласно закону эмфитевзис досрочно прекращался.

Суперфиций являлся вещным правом на отчуждаемую собственность в городах, но, в отличие от эмфитевзиса, суперфиций давал право возведения строения на чужом городском участке и право пользования этим строением. Суперфиций основывался на принципе римского права, гласившем, что «строение следует за землей», то есть если земля принадлежит собственнику, то и право собственности на строение принадлежит собственнику земельного участка.

Собственник суперфиция имел те же права, что и собственник эмфитевзиса. Иски для защиты эмфитевзиса и суперфиция были аналогичны прочим искам для защиты прав собственности.

64. Залог

Одной из разновидностей прав на чужие вещи являлось залоговое право, цель которого состояла в обеспечении исполнения обязательств. Залоговым правом называлось право преимущественного обращения взыскания на заложенную вещь при неисполнении договорных обязательств, вне зависимости от того, продолжает ли она принадлежать должнику на момент иска. Это условие создавало «абсолютную» защиту залогового права, позволяя взыскивать с любого человека, у которого на момент предъявления иска оказался в собственности предмет залога. Истребованию залога отдавалось предпочтение перед всеми другими требованиями. Вещь, заложенная собственником, продолжала считаться предметом залога.

Залоговое право предназначалось для обеспечения выполнения обязательств, гарантируя на случай неисполнения какого-то обязательства имущественный взнос, достаточный для возмещения ущерба, назависимо от прочих исков третьих лиц к нарушившей стороне. По сути, залоговое право было дополнительным (акцессорным) по отношению к основному праву, обеспеченному залогом, и существовало лишь по той причине, что имелось обязательство, которое обеспечивал залог.

Появилось залоговое право еще в архаичном праве как сделка fiducia cum creditore, суть которой заключалась в передаче объекта залога на праве собственности с помощью манципации для обеспечения долга с условием, что после возвращения долга или исполнения иных обязательств заложенная вещь будет возвращена владельцу. При возвращении долга должнику давали иск к кредитору на возврат залога. Право защищало не залогодателя, а залогодержателя, который мог продать вещь, но обязывался только выплатить возмещение ущерба, а не вернуть саму вещь, стоимость которой нередко во много раз превышала одолженную у кредитора сумму.

Другой формой залога был ручной заклад (pignus), в этом случае вещь передавалась не в собственность, а в держание, охраняемое владельческой защитой. Условием передачи было обязательство вернуть вещь после исполнения обязательства. Если залогодержатель каким-то образом лишался вещи, у него были проблемы с ее возвратом, а залогодатель, конечно, тоже терял свою собственность.

65. Ипотека

Залог и заклад были простыми формами кредитования древнеримских граждан. В классическую эпоху развитие торгового оборота привело к появлению новой, высокоразвитой формы залога – ипотеке (hypotheca). Впервые ипотека появляется в преторском эдикте по поводу земельной аренды как залог, предмет которого остается и в собственности, и во владении должника, но залогодержатель имеет право при неисполнении обязательства истребовать заложенную вещь у любого нового собственника, продать ее с торгов и из вырученной суммы покрыть свое требование к должнику, выплатив тому остаток выручки.

Источником ипотеки явились арендные договоры, включавшие запрет вывоза имущества, ввезенного арендатором (для обеспечения своевременных выплат), арендодатель был защищен преторским интердиктом и мог истребовать с новых собственников имущество прежнего арендатора, предъявив абсолютный иск.

Развитие ипотеки привело к установлению на одну вещь нескольких последовательных залоговых прав (вторичный залог разрешался, если стоимость вещи покрывала все обеспечиваемые обязательства). Требования кредиторов выполнялись согласно рангу залоговых прав, то есть в хронологическом порядке. Невыполненные залоговые требования становились непогашенными обязательствами залогодателя, они удовлетворялись продажей имущества с торгов.

Право требовать продажи заложенной вещи имел только залогодержатель 1 ранга; из вырученной суммы причитающиеся деньги сначала получал залогодержатель 1 ранга, затем 2-го, 3-го и далее в порядке очереди. У каждого из нижестоящих залогодержателей было право ипотечного преемства, то есть выплата по требованию впередистоящему и переход на его место. Когда продажа не покрывала долга, кредиторы могли предъявить в общем порядке обязательственный иск к должнику.

В императорском Риме согласно рескрипту первоочередное право перед устным соглашением получила ипотека, установленная письменно перед тремя свидетелями или в присутственном месте.

Прекращение залогового права наступало при гибели предмета залога, при совпадении в одном лице залогодержателя и собственника, после прекращения обеспеченного залогом обязательства.

66. Понятие обязательства

Римское право определяет обязательство (obligatio) как «правовые оковы, в силу которых мы принуждаемся что-нибудь исполнить согласно законам нашего государства». Сущность обязательства оно видит не в том, чтобы взять в собственность какой-нибудь телесный предмет или сервитут, но чтобы «связать перед нами другого в том отношении, чтобы он нам что-нибудь дал, сделал или представил».

С одной стороны, в обязательство входит «право требовать», с другой стороны, соответствующая этому праву «обязанность исполнить требование», или «долг». Таким образом, обязательство как таковое не создает права собственности, в нем содержится только право требования (передачи вещи или прав на вещь), оно в отличие от права собственности, нацеленного на продолжение отношений в течение длительного времени, рассчитано на их прекращение, поскольку отношения существуют, пока обязательство не исполнено.

Обязательство является по своей природе отношением, основанным на доверии (от credo – верю); отсюда слово «кредит», кредитные обязательства играли большую роль и в римской жизни. Сторона в обязательстве, имеющая право (требования), называлась кредитором; кредитор верил заемщику и ссужал его в долг необходимыми средствами. Сторона, обязанная выполнить обязательство перед кредитором, называлась должником.

Должник мог выполнить обещание, мог не выполнить. В последнем случае к нему принимали меры воздействия. В архаичном Риме должника, не способного исполнить обязательство, связывали веревками и цепями, кредитор мог захватить его, убить, продать в рабство. Позже убийство или продажа в рабство были запрещены, к должникам стали применять иск и принудительное взыскание. Некоторые обязательства (натуральные) закон прекращал, если они противоречили другим законам.

В основном обязательства делились на происходящие из договора и из правонарушения (из деликта). В последних главным является идея штрафа или наказания. Кроме договорных и деликтных, существовали обязательства «как бы из договора» (когда самого договора нет), «как бы из деликта» (когда закон не нарушен).

67. Возникновение и классификация обязательств

В Риме само понятие «сделка» законом не определялось, поскольку цивильное право знало только конкретные договоры. Обязательственные сделки могли быть односторонними (завещание, принятие или отказ от наследства) и двусторонними, то есть договорами, хотя и не всегда связанными с установлениями обязательств. В цивильном праве выступают контракты, то есть договоры, находящиеся в правовом поле и имеющие исковую защиту. В целом обязательственное право пронизало всю римскую жизнь.

Римские юристы разделяли обязательства по признаку основания их возникновения на обязательства из договора (ex contractu) и обязательства из деликтов (правонарушений – ex delicto). Последние вели свое происхождение из глубокой древности, от существовавших в архаичный период обязательств из частных правонарушений (delicta privata), которые противопоставлялись более серьезным правонарушениям – уголовным преступлениям (crimina).

Между обязательствами из договора и обязательствами из деликтов были большие различия: обязательства по договорам переходили по наследству, обязательства из деликтов – только в редких случаях (например, при криминальном обогащении наследодателя, когда по закону с получателя наследства должна быть истребована сумма такового обогащения).

Обязательство привычно разделяли по принципу происхождения правовой защиты:

– натуральные обязательства исковой защитой не пользовались, закон не защищал нарушенных прав, и, в основном, натуральные обязательства касались отношений в семье;

– цивильные обязательства были узаконены древним гражданским правом, они получили статус законов и хорошо регламентировали гражданские правоотношения, связанные с обязательствами;

– преторские обязательства обладали преторской защитой согласно преторскому праву.

Юристом Гаем была предложена так называемая четырехчленная классификация обязательств. Он к существующим двум группам обязательств (из договора и из деликта) добавил еще две – «как бы из договора» (quasi ex contractu) и «как бы из деликта» (quasi ex delictu). «Как бы» в этой классификации служило неким уравнителем, позволяющим ввести обязательства, не имеющие формы договора, в договорные рамки и рассматривать наступающие последствия как последствия из договора или последствия из деликта.

68. Юридические последствия сделки

Юридическими фактами называются факты, с наступлением которых юридическая норма связывает определенные юридические последствия.

Юридические факты можно разделить на две большие группы:

– события, не зависящие от воли человека (смерть, стихийные бедствия, движение времени и т. д.);

– человеческие действия, подчиненные свободной воле человека.

Юридические последствия наступают в результате правонарушений, то есть человеческих действий, недопустимых с точки зрения государства, но юридические последствия связаны и с правомерными действиями, в особенности с направленными на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей (так называемые сделки).

Юридическими последствиями могут быть: получение права на какую-то собственность, приобретение римского гражданства, потеря имущественных прав, судебное преследование и т. п. Юридические последствия в договорном праве наступают в результате любого выполнения обязательств – добросовестного или недобросовестного. Для добросовестно выполняющего условия договора последствия равны завершению обязательства, для недобросовестного – принятию новых обязательств, связанных с возмещением убытков, исправлением испорченного и устранением прочих нарушений.

Сделку и обязательство по сделке римские юристы рассматривали как сугубо личные отношения между двумя или несколькими определенными лицами, поэтому принятие обязательств обставлялось соответствующим образом: нельзя было заключить сделку через представителя, нельзя было заключить соглашение в пользу третьего лица, которое не участвовало при заключении обязательства. К тому же в сделке выражена воля заключивших ее лиц (или лица, если она односторонняя).

Но не всякая сделка – как односторонняя сделка, так и двусторонняя (контракт) – имела последствием установление обязательства. Договор как основание для возникновения обязательств заключался только в случае, если воля сторон, вступавших в договор, была направлена на установление обязательственных отношений. В Риме знали два вида договоров – контракты и пакты. Первые признавались цивильным правом и имели исковую защиту, вторые были неформальными соглашениями и защитой не пользовались.

69. Развитие договорного права

По мере развития договорного права в нем расширялся круг соглашений, пользующихся исковой защитой, одновременно много внимания стали уделять формальной стороне договоров, признали исковую силу за наиболее распространенными видами неформальных соглашений.

В республиканском Риме были известны три вида обязательственных договоров:

– nexum – совершавшийся в форме сложного обряда с помощью меди и весов;

– стипуляция – словесный договор в форме вопроса и ответа;

– литтеральный (письменный) контракт.

Римляне не признавали неформальных соглашений, считая, что они не могут порождать юридически действительного обязательства. Любой договор обставлялся массой условностей, без соблюдения которых считался недействительным. Простое соглашение двух сторон об установлении какого-либо обязательства в их глазах никакой юридической силы не имело. Но в связи с завоеваниями и расширением территории Рима, развитием хозяйства, торговли совершение ритуальных действий при заключении соглашений стало отходить в прошлое, это становилось неудобно, обременительно и бессмысленно: то, что было исключительным явлением в древности, стало обычным событием в империи.

Меновые договоры упростились, а самая старая форма обязательства (nexum) вышла из употребления. Римские юристы крепко держались за формальные договора, но наряду с ними появились новые, неформальные. Самым распространенным стал договор займа – mutuum, лишенный формализма и требовавший только соглашения сторон и фактической передачи суммы займа заемщику. По пути освобождения от формализма развивались все наиболее востребованные сделки – торговые, кредитные, арендные и т. п.

В конце концов, юристам пришлось признать юридическую силу за простым, неформальным соглашением, даже не сопровождающимся передачей вещи, по поводу которой договаривались стороны. По закону возникновение юридической силы подлежащих защите договоров было отнесено к моменту, когда одна из сторон выполнила принятое на себя обязательство; при невыполнении договора второй стороной она могла обратиться с иском. Позже получили исковую защиту и неформальные соглашения – пакты.

70. Условия действительности договора

Любой договор содержит как пункты, без которых не может существовать, то есть существенные (необходимые) части, так и части, не являющиеся ни необходимыми, ни стандартными, а включенные по желанию сторон, то есть случайные части. Существенными элементами, без которых договор перестает быть договором, являются соглашение сторон, объект (предмет) договора и основание договора. Случайные элементы договора – срок и условия.

Соглашение сторон предполагает, что между ними нет противоречий. Законность содержания договора подразумевает, что договор не имеет своим предметом действие, нарушающее нормы права, противоречащее закону, морали или «добрым нравам». Недействительным считается договор, если его содержание непонятно или не определено. Обязательство должно быть ясным, четким, конкретным.

Обязательства могут быть определенные и неопределенные, исходя из принципа их составления: иногда содержание обязательства ясно и точно очерчено в самом договоре (определенные обязательства), иногда в договоре дан только критерий для установления содержания обязательства или указан круг предметов, на выбор самого должника. Разновидностью неопределенных обязательств в Риме были родовые обязательства, предусматривавшие, что, пока должник не выделит требуемого количества предусмотренного рода вещей, неизвестно, какие именно предметы причитаются кредитору.

Действие, составляющее предмет обязательства, должно быть возможным; обязательство с невозможным для исполнения предметом считалось недействительным. Договоры стремились учитывать возможную трансформацию выполнимых действий в невыполнимые. По закону, если обязательство впоследствии становилось невозможным для исполнения и должник нес ответственность за наступление обстоятельства, приведшего к невозможности исполнения, то оно не прекращалось, а видоизменялось, становясь обязательством возмещения убытков от неисполнения.

В то время, если должник столкнулся с силой непреодолимых обстоятельств, он освобождался от обязательства. Обязательным условием действительности соглашения была заинтересованность кредитора в действии, составляющем предмет договора. Лишь при Юстиниане юридическую защиту получили договора в интересах третьих лиц.

71. Содержание договора

В римском праве содержание обязательства (прежде всего договорного) определялось тремя терминами:

– dare (дать, то есть передать право собственности);

– facere (сделать, понимая под этим как положительное действие, так и воздержание от действия, несовершение действия);

– praestare (предоставить, то есть оказать личные услуги, принять ответственность за другого и т. д.).

На dare основывались все договора приобретения собственности, меновые соглашения, залоговое право и т. п. На facere – договора арендные, сервитутные, частично брачные, все они четко определяли круг обязанностей – сделать нечто или не делать этого. На praestare основывались договора с оказанием помощи, услуг, то есть того, что зависит от доброй воли или предписано законом.

Каждый договор, чтобы иметь защиту закона, должен был сформулировать и четко обозначить causa – ближайшую цель, ради которой он заключался; договор без нее становился бессмысленным. Кроме того, она была не только формальным требованием, но имела материальное основание, которое привело к заключению договора. Causa как причина заключения договора не была в то же время простым мотивом, под которым римские юристы понимали всякое соображение, приводящее лицо к какому-то решению; она показывала, ради чего заключается договор.

Существовали в Риме и некоторые договоры, которые были значительно абстрагированы от всякой causa, – абстрактные договоры. На самом деле они тоже имели скрытую цель, но из них не было видно, какая именно цель лежит в основании. В силу особенностей таких договоров с невыраженным основанием неосуществление causa не препятствует наступлению юридических последствий.

Другой ряд договоров, заключенных с определенной хозяйственной целью (купля-продажа, наем имущества, сдача земли в аренду), имел четко обозначенную causa, и получил название каузальных. В случае этих каузальных договоров недостижение causa делало сам договор лишенным смысла и приводило к его недействительности.

72. Волеизъявление в договоре

Наличие сторон в договоре предполагает, что на предмет договора они имеют разные точки зрения или находятся в конфликте, вследствие чего им приходится заключать соглашение и прописывать права и обязанности. Существование договора показывает, что они смогли выработать приемлемый для каждого план.

По римскому праву договор является выражением воли лиц, его заключивших, но воля обеих сторон должна находиться в согласии. Юристы выработали для этого термин «согласная воля, выраженная вовне»; в наше время это называют «доброй волей» или «свободной волей». Согласное волеизъявление является необходимым условием действительности договора. Это предполагает, что для его заключения мало того, чтобы лица, его совершающие, имели внутреннее желание установить определенные правоотношения, их воля должна быть выражена (изъявлена) вовне, то есть как-то высказана или проявлена.

Формой выражения воли римские юристы называли слово, письмо, жест, в некоторых случаях – молчание (когда оно – признак согласия). Выразить волю, чтобы она стала понятной, можно с помощью конклюдентных действий (действий, из которых можно заключить – concludere, что лицо желает совершить сделку). Римский закон для ряда сделок предписывал совершенно определенный способ выражения воли: порядок того, что нужно делать или говорить, какими словами, какие действия совершать, в какой очередности, где, с каким количеством свидетелей и т. п., то есть в какой форме выражать свою волю; такие сделки называли формальными.

Часть сделок с определенной формой связана не была; стороны могли выражать волю любым способом по своему усмотрению; эти сделки называли неформальными, в силу несоблюдения формы они довольно долго оставались без юридической защиты.

Условием признания воли было то, что она должна быть выражена сознательно и свободно, без постороннего давления: договор, совершенный под влиянием обмана, ничтожным не признавался, но человеку подписавшему давались средства для лишения его силы. Недопустимо было принуждение к заключению договора (физическое насилие, психическое давление, угрозы), угроза признавалась принуждением, если была противозаконной, реальной и представляла опасность для жизни; сделка оставалась действительной, но подвергшемуся угрозе давалось право ее оспорить.

73. Условия договора и его сроки

Условия и срок в договорах считаются случайными элементами. Но без этих как будто случайных элементов ряд некоторых конкретных договоров теряет всю юридическую силу. Например, в публичном праве договор вступает в силу после вторжения некой армии на территорию некого государства. Или в частном праве: договор считается вступившим в силу после возвращения некоего купца из некой страны.

Условием (condicio) римское право называло такую оговорку в договоре, с помощью которой юридические последствия договора ставились в зависимость от наступления или ненаступления в будущем события, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет. В некоторых случаях, вводя в договор определенное условие, стороны стремились застраховаться от наступления условий возникновения юридических последствий данного договора; оттягивали возникновение последствий, и такое условие получило в римском праве название отлагательного, или суспензивного.

В других случаях в зависимость от условия ставилось не возникновение, а прекращение юридических последствий договора, в договоре указывалось, что с наступлением определенных условий возникшие последствия отменяются, и такие условия получили в римском праве название отменительных, или резолютивных.

Срок (dies) включается в договор с той же целью, что и условия: он ставит юридические последствия договора в зависимость от известного события; однако существует различие между сроком и условием – при указании срока событие, в зависимость от которого поставлены юридические последствия, должно непременно наступить, хотя может быть неизвестно, когда оно наступит.

Римское право различало два вида сроков: а) срок, при котором известно, что он наступит и когда именно; б) срок, при котором известно, что событие наступит, но неизвестно когда. Как и условия, сроки могли быть отлагательные и отменительные. Но в договорах, касающихся выплат, платеж по обязательству до наступления отлагательного срока считался действительным и не мог быть истребован обратно, в то же время платеж по условному обязательству до наступления отлагательного условия мог быть истребован как платеж недолжного.

74. Процедура заключения договора

Единого стандарта в заключении договоров римское право не знало: процесс заключения договора значительно зависел от того, о каком договоре шла речь, для каждого типа договоров существовала и своя процедура, особенно в древнюю эпоху, когда заключение сделок было обставлено многочисленными сложными обрядами. Каждый из типов договоров требовал заключения в определенном месте, при определенном числе свидетелей, в присутствии определенных должностных лиц, иногда в определенные дни и даже часы дня. Известно, что наиболее сложными в смысле обрядовости были сделки строгого права, которые не допускали отклонений и вольностей в самой процедуре.

Более свободными в плане регламента были договора по доброй совести, где принимались во внимание реальные намерения сторон и была возможной ссылка на сопутствующие обстоятельства. Римское право – единственное в своем роде по степени регламентированности поведения сторон сделки. Несмотря на различия в регламенте, суть заключения сделки состояла в следующем: одна из сторон делала предложение (оферт) заключить договор, а другая принимала (акцепт) сделанное ей предложение. В неконсенсуальных договорах помимо достигнутого таким образом соглашения сторон требовалось или выполнить специально разработанную форму (письменный контракт), или (если речь шла о реальных контрактах) передать вещь, составляющую предмет договора.

Особенностью римского права было то, что в нем действовало правило, по которому договор заключался лично сторонами, и это подразумевало, что те, кто не участвовал в установлении обязательственной связи, не подпадали под действие обязательства. В древнюю эпоху потребность в представительстве была незначительной, но с ростом территории Римского государства, развитием торговли и мореплавания, появилась насущная потребность в институте представительства при заключении договоров.

Римское право с опозданием и с трудом признало представительство с непосредственным действием (то есть с возникновением прав и обязанностей по договору представителя сразу в лице представляемого) и то не в виде общего правила, а сугубо как исключение.

75. Стороны в договоре

Римское право однозначно прописывало, что обязательство является строго личным отношением между двумя или несколькими определенными лицами, и определенные юридические последствия с установлением обязательства наступали исключительно для них. Стороны в договоре в древний период были чаще всего соседями, родственниками, то есть хорошо знакомыми друг другу лицами, в более позднее время личное знакомство сторон стало условным, но никто не отменял личного контакта, без этого договор терял смысл.

Римское право не знало вступления в обязательство через представителя; не признавало договоров, в которых кредитор выговаривал нечто в пользу третьего лица, и любых договоров, касающихся третьих лиц; оно признавало только два лица в договоре – то есть две стороны, одна из которых обязывалась сделать что-то в пользу другой (за плату, в возмещение ущерба или на ином основании).

Личностные отношения делали обязательства абсолютно непередаваемыми, это тормозило общественные отношения, но юристы отказывались считать третьих лиц сторонами сделки. Возможность представительства была допущена лишь во времена империи, с ограничениями была признана возможной замена лица, участвовавшего в установлении обязательства, другим лицом.

Закон разрешал переход права требования кредитора или обязанности должника в связи с их смертью на наследников, что имело объяснение: наследник считался продолжателем личности наследодателя. Но замена в обязательстве кредитора или должника при их жизни другими лицами не допускалась, поэтому для передачи права требования в обход закона применялась новация, или обновление обязательств (устный договор, погашающий старое обязательство и устанавливающий новое): с согласия кредитора, должника и третьего лица, которому кредитор передавал право требования, третье лицо заключало с должником договор прежнего содержания, заменяя новым обязательством первоначальное.

От новации требовалось, чтобы: 1) новое обязательство устанавливалось с намерением погашения прежнего; 2) в нем был новый элемент по сравнению с первоначальным обязательством (например, новация изменяла основание, содержание, субъектов обязательства). Новация была крайне неудобна и требовала обязательного присутствия заинтересованных лиц.

76. Новация и цессия

В древнейшем праве единственным способом передачи права требования долга в обход закона была новация. Новация заключалась в том, что с общего согласия кредитора, должника и лица, которому кредитор передал свое право требования, это лицо заключало с должником новый договор с намерением погашения прежнего и небольшими изменениями, не касающимися сути первоначального обязательства. Новация была неудобна – она требовала согласия должника и присутствия всех заинтересованных лиц. В римском праве на смену новации пришла цессия, основанная на разрешении прямой уступки права требования и создании института процессуального представительства.

Кредитор, уступающий свой цедент (право на долг), назначал цессионария (лицо, которому он уступал свое право) своим представителем в процессе с оговоркой, что цессионарий имеет право оставить взысканный долг за собой. Цессия предполагала прямую уступку права требования без согласия должника, это был договор между двумя кредиторами. Но договор поручения, как основанный на особом доверии договаривающихся сторон, мог быть расторгнут односторонней волей доверителя или в случае его смерти.

Платеж, произведенный должником первоначальному кредитору, считался действительным и прекращал и само обязательство, и право цессионария взыскивать с должника. В классическом римском праве установился уведомительный порядок заключения цессии в отношении должника: его стали только уведомлять о происшедшей цессии, что обычно делал цессионарий; после уведомления у должника менялся кредитор – теперь ему следовало платить не первоначальному цеденту, а новому кредитору (цессионарию).

В том случае, если должник продолжал платить цеденту, его обязательство не погашалось, выплаты не возвращались, а цессионарий имел право истребовать платеж без учета этих выплат. Если цедент отменял поручение или умирал, цессионарий получал самостоятельный иск. Такой порядок гарантировал цессионарию осуществление передаваемого цедентом права. Перевод на себя чужого долга совершался только в форме новации и с согласия кредитора.

77. Исполнение обязательства

Римские юристы понимали обязательство как временное отношение, которое должно прекратиться. Законным способом прекращения обязательства считалось его исполнение (в кредитных обязательствах – платеж). Исполнение освобождало должника от обязательства при соблюдении ряда условий:

– исполнение (платеж) должно было производиться лицом, способным распоряжаться своим имуществом, поскольку считалось, что ухудшать свое имущественное положение могут только право– и дееспособные граждане;

– исполнение могло производиться только лицу, правомочному его принять. Правомочными лицами считались кредитор, его законный представитель, поверенный, лицо, специально указанное в договоре как имеющее право принять исполнение;

– исполнение должно было строго соответствовать содержанию обязательства и условиям в договоре. Должник без согласия кредитора не имел права исполнять обязательство по частям, изменять порядок выплаты и другие требования, оговоренные в момент заключения сделки. В то же время для погашения обязательства по соглашению сторон он мог предоставить взамен предмета обязательства иной предмет; это действие получило название datio in solutum, то есть предоставление вместо платежа, или замена исполнения.

После значительного расширения территории Рима (со II в. до н. э.) и в связи с развитием средиземноморской торговли, когда в практику были введены торговые договоры, тяготеющие к разным типам права, между людьми, живущими в разных частях империи, в отношении товаров, находящихся далеко от места, где заключается договор, важное значение получило место исполнения.

Обязательство подразумевало его исполнение точно в срок, предусмотренный в договоре или вытекающий из характера договора и обстоятельств его заключения. В том случае, если ни содержанием договора, ни его характером срок исполнения не определялся, должник был обязан исполнять обязательство по первому требованию кредитора. Должнику запрещалось досрочное исполнение обязательств, это допускалось только в случае, если не нарушало интересов кредитора.

78. Последствия невыполнения договора

В архаичном праве ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства носила личный характер, и меры воздействия применялись непосредственно к личности должника: заключение в тюрьму, продажа в рабство, лишение жизни. В республиканском праве должники стали отвечать не своей личностью, а имуществом. В развитом римском праве ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства рассматривалась как обязанность должника возместить нанесенный кредитору ущерб.

Наиболее частым случаем неисполнения обязательства была просрочка. В классическую эпоху обязательство считалось просроченным, когда оно не было исполнено в надлежащее время. По законодательству Юстиниана обязательство считалось просроченным, если со стороны кредитора было осуществлено interpollatio (напоминание); если его не было, то должник признавался не поставленным в известность.

Кроме трех основных признаков неисполнения (наступление срока исполнения, напоминание со стороны кредитора, неисполнение обязательств) для признания обязательства неисполненным требовался и четвертый признак – отсутствие уважительных причин. Только тогда наступали юридические последствия просрочки: кредитор имел право востребовать полное вознаграждение за понесенный ущерб, включая разумные предположения о размере упущенных выгод.

Мерой ответственности за просрочку стало взыскание с должника процентов. Преследование по просрочке прекращалось, когда кредитору выплачивались вся сумма долга и сумма ущерба. Совершивший просрочку отвечал за случайную гибель вещи, выплачивая ее максимальную стоимость.

В императорском Риме в случае гибели вещи должник получил право доказывать в суде необоснованность присуждения ему гипотетического ущерба, если при своевременном исполнении обязательства предмет договора погиб бы и у кредитора. Просрочка кредитора наступала, если он без уважительных причин не принял от должника исполнения обязательства, предложенного надлежащим образом. Следствием кредиторской просрочки было ослабление ответственности должника и ответственность кредитора за случайную гибель вещи.

79. Средства обеспечения договоров

Средствами обеспечения исполнения договора считались задаток и неустойка, залог и поручительство.

В архаичный период права задатком являлась вещь, служившая доказательством заключения договора. Со временем у задатка появилась штрафная функция: покупатель, не исполнивший договор, терял задаток в пользу продавца, а продавец, не исполнивший договор, платил двойную сумму задатка. Договор мог обеспечиваться и без задатка, тогда его обеспечением выступала неустойка.

Неустойкой называлось обязательство, принимаемое на себя должником, выплатить кредитору определенную сумму в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств. Сумма неустойки заранее оговаривалась в договоре либо зависела от размера реального ущерба плюс потери от упущенной возможности.

Другим средством обеспечения обязательства был залог. Залог предполагал передачу должником имущества залоговому кредитору; в римском праве залог считался не полностью правовым способом обеспечения обязательств и являлся специфическим вещным правом, передаваемым должником кредитору в отношении своих вещей. До выполнения условий договора заложенные вещи находились у кредитора, а если речь шла о недвижимости – юридически в руках кредитора, хотя семья должника продолжала жить в заложенном доме и обрабатывать заложенную землю, но в любой момент после невыполнения обязательства заложенная собственность могла перейти в руки кредитора по закону.

Залоговые отношения регулировались договором о передаче предмета залога или закладом. Заклад предполагал, что залогодержатель будет беречь и сохранять чужую вещь, заботиться о ней. У залогодателя имелось право иска о возврате предмета залога после исполнения соответствующего обязательства; если залогодержатель отказывался возвращать залог, собственник вещи мог истребовать ее по суду. В то же время у залогодателя имелась обязанность возместить ущерб, причиненный негодной вещью имуществу залогопринимателя.

Средством обеспечения договора было и поручительство; в качестве поручителей выступали богатые или именитые граждане, на слово или богатство которых можно было положиться. Позже в Риме сформировался институт поручительства.

80. Ответственность и освобождение от ответственности

В случае нарушения или неисполнения договора виновник этого нес имущественную ответственность, по закону он был обязан возместить пострадавшей стороне убытки.

Римское право делило убытки на несколько категорий, учитывая их характер и обусловленность фактом нарушения договора.

По характеру убытков различали:

1) положительные потери, или реальный ущерб, то есть лишение того, что уже входило в состав имущества данного лица;

2) упущенную, или «прекращенную», выгоду, то есть непоступление в имущество данного лица тех ценностей, которые должны были бы поступить при нормальном течении обстоятельств, если бы не обстоятельства, послужившие основанием возмещения.

По характеру обусловленности убытков фактом нарушения договора различали убытки: 1) прямые (circa rem); 2) косвенные (extra rem).

Возмещению подлежали и реальный ущерб, и упущенная выгода, но только пока они выступали как прямые, а не косвенные убытки. Римское право, определяя вред, подлежащий возмещению, не возмещало вреда, наступившего вследствие действий или бездействия самого потерпевшего.

Ответственность должника базировалась на принципе вины: если должник признавался невиновным в возникшем для кредитора ущербе, ответственности он не нес.

Понятие вины различалось в римском праве по степени тяжести:

1) самой тяжкой формой вины признавалось умышленное причинение вреда – dolus;

2) другая форма вины (culpa) предполагала вину по неосторожности или небрежности, тяжесть зависела от степени небрежности: грубая неосторожность (culpa lata) и легкая небрежность (culpa levis); определяя степень виновности, юристы исходили из понятия «хороший хозяин».

Причиной убытков мог стать и случайный вред. Под случайным вредом понимался такой, когда вред наступил, несмотря на проявленную внимательность и заботливость в результате стечения обстоятельств. За случай (casus) никто не отвечал, только в редких случаях допускалась ответственность за вред такого рода. Ответственность не наступала, если должник мог доказать исключительность наступившего случая: если он определялся стихийной силой (сопротивление невозможно) или неодолимой силой (vis maior). Последнее в современном праве известно как форс-мажорные обстоятельства.

81. Прекращение обязательств, зачет и взаимозачет

Договор заключался по определенным правилам и прекращался тоже по определенным правилам. Прекращение обязательства наступало в результате его исполнения (solutio). Исполненным признавался договор, если одна сторона выполняла все условия договора, а другая сторона получала все, о чем гласил договор. В таком случае стороны прекращали обязательственные отношения. Новые отношения такого рода требовали составления нового договора.

В то же время иногда оказывалось, что не все условия договора могут быть выполнены, или не в том объеме, или не теми средствами. Тогда обязательство могло прекратиться в результате зачета (compensatio) за встречное требование. Если имелись взаимные обязательства, то их погашение посредством зачета происходило, исходя из совпадения требований обеих сторон и реальных возможностей их удовлетворения, и называлось взаимозачетом.

Зачетный способ прекращения обязательств первоначально появился как средство упрощения договорного процесса, он использовался, когда другими способами обязательство не могло быть исполнено. Для применения права зачета требовалась просьба заинтересованного лица. Запрещалось требовать зачета, если обязательство касалось неправомерного присвоения должником имущества другого лица и было направлено на возврат незаконно присвоенной вещи.

Основными требования к зачету следующие:

– оба требования должны быть встречными;

– срок платежа по обоим требованиям должен был наступить;

– требования должны быть однородными (например, в денежной форме);

– требования должны быть ликвидные (не запутанные сложными деталями).

Когда вставал вопрос о возможности или невозможности исполнения обязательства, нередко это зависело от связи обязательства с индивидуально-определенными вещами (species) или с вещами, определенными родовыми признаками (genus).

В обязательствах species невозможность исполнения наступала вследствие гибели конкретной вещи. Исполнение обязательства происходило путем возмещения убытков. В обязательствах genus невозможность исполнения вообще исключалась, поскольку они касались вещей, определенных родовыми признаками, а род погибнуть не способен.

82. Институт поручительства

Одним из древнейших способов обеспечения исполнения обязательства в римском праве считалось поручительство. По сути, поручительство предполагало такое соглашение, по которому третье лицо для обеспечения исполнения обязательства должником принимало на себя ответственность по обязательству должника. С этого момента у кредитора появлялось как бы два должника: истинный должник именовался теперь главным должником, а поручитель назывался добавочным (акцессорным) должником.

Соглашение о поручительстве чаще всего заключалось в форме стипуляции, то есть устного договора, подчинявшегося целому ряду формальных требований и строившегося как вопрос-ответ, причем определенный вопрос и определенный ответ, не имеющий никакого отношения к содержанию самого соглашения. Сначала в форме стипуляции будущий кредитор заключал соглашение с должником, затем с помощью добавочной (акцессорной) стипуляции он заключал аналогичное соглашение с поручителем. Основанием введения в сделку поручителя было то, что стипуляция допускала присоединение или к кредитору, или к должнику других лиц, как самостоятельных, так и акцессорных.

Добавочная (акцессорная) стипуляция устанавливала отношения поручительства с третьим лицом и вводила добавочную (акцессорную) ответственность третьего лица (поручителя) за исполнение должником данного обязательства. Ответственность должника и поручителя расценивалась римским правом по общему правилу как солидарная. В правление Юстиниана поручителю предоставлялось право возразить против предъявленного к нему иска и потребовать в первую очередь взыскать долг с должника (это право поручителя называлось правом регресса).

С IV в. до н. э. поручитель, уплативший долг за должника, имел право взыскивать сумму долга с должника в двойном размере (право регресса в двойном размере). Однако римскими юристами поручительство не рассматривалось как субсидиарное: кредитор, не получивший своевременного исполнения, мог по своему выбору обратить взыскание либо на поручителя, либо на основного должника.

83. Стипуляция

Одной из форм договоров, по классификации Гая, были вербальные контракты.

Вербальным договором назывался контракт, устанавливавший обязательство словами (verbis), то есть договор, получающий юридическую силу посредством и с момента произнесения известных фраз. Основным вербальным контрактом, просуществовавшим до классического периода, считалась стипуляция.

Стипуляцией назывался устный договор, заключавшийся при помощи вопроса-ответа: на вопрос будущего кредитора: «Centum dare spondes?» («Обещаешь дать сто?») лицо, соглашающееся стать должником по обязательству, должно было дать созвучный с вопросом ответ: «Spondeo» («Обещаю»).

Никакими иными словами эта сделка не заключалась. Если на вопрос: «Обещаешь дать сто?» – следовал ответ «Даю пятьдесят», сделка не заключалась. Формальные требования с течением времени понемногу ослабли, но прочно сохранялись некоторые черты стипуляции как устного контракта: присутствие договаривающихся сторон в одном месте, устный вопрос кредитора и такой же устный ответ должника, совпадающий по смыслу с вопросом. Обязательство, возникшее из стипуляции, относится к обязательствам строгого права, оно требовало буквального исполнения и подлежало буквальному толкованию.

В стипуляции непосредственно участвовало две стороны, но само обязательство являлось односторонним, поскольку одной стороне принадлежало только право, не связанное с обязанностью, а на другой стороне лежала только обязанность без сопровождающего ее права. Обязательство из стипуляции было абстрактным: оно возникало независимо от того, какое материальное основание лежало в основе заключения договора, какую хозяйственную цель преследовали стороны, достигнута ли цель, преследуемая сторонами. Договор заключен, если необходимые требования относительно порядка заключения стипуляции соблюдены.

В классический период появилась письменная форма стипуляции. Появилась и так называемая добавочная (акцессорная) стипуляция, устанавливавшая отношения поручительства с третьим лицом (стипуляция допускала присоединение или к кредитору, или к должнику других лиц – как самостоятельных, так и акцессорных). Добавочная стипуляция вводила добавочную (акцессорную) ответственность третьего лица (поручителя) за исполнение должником данного обязательства.

84. Литтеральные договоры

В римском праве литтеральным договором назывался контракт, который заключался при помощи записи, на письме (дословно «litteris fit obligatio» означает обязательство, возникшее посредством записи, письма). Это еще не был письменный контракт в современном понимании; древнереспубликанский письменный контракт заключался посредством записи в приходно-расходные книги, которые велись римскими гражданами. До классического периода литтеральный контракт оформлялся после достижения устного соглашения внесением записей о возникновении или погашении долга (или переводе долга на третье лицо) одновременно в приходно-расходных книгах кредитора и должника (и третьего лица при переводе на него долга).

Литтеральный контракт тогда представлял собой обязательство, по существу не впервые возникавшее, но заменявшее собой (обновлявшее) обязательство, уже существовавшее ранее на другом основании или на другом лице. В классический период приходно-расходные книги потеряли всякое значение, на смену им пришли и прочно заняли свое место гораздо более простые и удобные формы записи долгов. Новая практика изменила и форму литтеральных контрактов.

Повсеместно стали входить в употребление заимствованные из греческой практики долговые документы – синграфы и хирографы. Синграф составлялся как документ от третьего лица, имел форму долговой записи («такой-то должен такому-то столько-то»), записывался, подписывался должником в присутствии пяти свидетелей, которые подписывали его вслед за тем, от чьего имени он составлялся. В императорский период вместо синграфов чаще стали применяться хирографы. Хирографы представляли собой долговые расписки, излагались от первого лица («я, такой-то, должен такому-то столько-то») и подписывались только должником.

Кроме литтеральных существовали также реальные и консенсуальные договоры. В реальном договоре обязательство устанавливалось простым соглашением (consensus) и передачей вещи (res); к ним относятся заем, ссуда, хранение, залог. В консенсуальных договорах передачи вещи не требовалось, это простые соглашения, к которым относятся купля-продажа, наем; поручение, товарищество.

85. Договор займа

Займом назывался договор с соглашением сторон (консенсусом), согласно которому займодавец передавал в собственность заемщику определенную денежную сумму или определенное количество иных вещей, имеющих известные родовые признаки, с обязательством заемщика вернуть по истечении указанного в договоре срока либо по востребованию такую же денежную сумму или такое же количество вещей того же рода, какие были получены.

В юридическую силу договор вступал только после передачи предмета займа. Заемное обязательство носило односторонний характер и было только у заемщика (обязательство вернуть долг). Займодавец исполнял свое обязательство в момент вступления договора в силу и имел лишь право «строгого» иска к заемщику о возврате.

Характерные признаки договора займа:

1) это реальный договор; возникновение обязательства связывается как с заключением соглашения, так и с обязательной передачей вещи;

2) предмет договора – денежная сумма или известное количество других вещей, определенных родовыми признаками;

3) эти вещи передаются займодавцем в собственность заемщика;

4) вещи передаются с обязательством для заемщика вернуть займодавцу такую же денежную сумму или такое же количество вещей такого же рода, какие были получены.

Ответственность договора в случае случайной гибели вещи целиком лежала на заемщике, поскольку вещи передавались в собственность и не были индивидуально определены. Договор был по умолчанию беспроцентным, соглашение о процентах составлялось дополнительно, начисление сложных процентов запрещалось. Запрещался также иск домовладыки к подвластному, взявшему заем без его разрешения.

Доказательством передачи долга служили долговые расписки – хирографы. В случае составления расписки до получения займа и фактическом неполучении займа впоследствии квази-должник, к которому недобросовестным кредитором предъявлялся иск о возврате, имел право на встречный иск с эксцепцией о крайней недобросовестности или самостоятельный иск о возврате расписки (кондикционный иск о неосновательном обогащении), но доказать неполучение займа было сложно. Только с III в. н. э. должник мог заявить эксцепцию (государственные выплаты беднякам), а доказывать передачу займа стал кредитор.

86. Договор ссуды

Договором ссуды назывался договор, по которому ссудодатель передавал ссудополучателю индивидуально-определенную вещь во временное безвозмездное пользование с обязательством ссудополучателя вернуть по окончании пользования ту же самую вещь в целости и сохранности. Договор ссуды был реальным контрактом. В юридическую силу договор вступал только после передачи предмета ссуды. В отличие от договора зай-ма договор ссуды предполагал передачу не вещи, определенной родовыми признаками (деньги или другие вещи), а индивидуально-определенной вещи, поскольку только такую вещь можно вернуть по окончании пользования без замены другой.

В договоре займа заемщик получал вещь в собственность, а ссудополучатель – во временное владение. В договоре займа получатель обязывался вернуть такое же количество вещей, в договоре ссуды – ту же самую вещь. Договор займа рассматривал ответственность за случайные риски как лежащую на получателе вещи (становящемся при получении ее собственником), при договоре ссуды ответственность лежала на ссудополучателе, связанном обязательством вернуть данную вещь в сохранности.

В отличие от займа временный пользователь вещи при проявлении полной заботы не отвечал за случайную гибель вещи. Заключался договор ссуды в интересах только одной стороны – ссудополучателя, и хозяйственную выгоду получал только ссудополучатель.

Но обязательство по трем причинам не было односторонним:

1) ссудодатель сам связывал себя любезностью при передаче ссуды и не мог досрочно прекратить договор, но ссудополучатель мог подать иск о востребовании досрочно изъятой вещи;

2) если предмет ссуды оказывался негодным (больные животные, неисправная тара) и причинял вред имуществу ссудополучателя, тот мог требовать от ссудодателя возмещения убытков (незначительная небрежность со стороны ссудодателя не считалась основанием для возмещения ущерба, ущерб возмещался только при грубой небрежности или намеренном причинении вреда);

3) затраты на содержание и «поддержание» вещи в нормальном состоянии, связанные с низким качеством вещи (болезнь раба или животного), подлежали возмещению ссудодателем.

Иск ссудополучателя к ссудодателю не имел самостоятельного наименования, но признавался «обратным» к «основному» иску.

87. Договор хранения

Договором хранения (depositum) назывался реальный контракт, по которому происходила передача депонентом индивидуально-определенной вещи депозитарию для безвозмездного хранения в течение определенного срока или до востребования с последующим возвратом этой вещи и всех полученных от нее выгод. Существовали особые требования к передаче вещей на хранение. Деньги и аналогичные вещи считались индивидуально-определенными, если передавались в шкатулке, таре.

Можно было сдавать на хранение и не индивидуально-определенные вещи, так называемую «ненормальную поклажу» – то есть деньги и другие вещи, определенные родовыми признаками, договор о таком хранении имел название исключительного (depositum irregulare).

Исключительный договор внешне был похож на договор займа, но различался с последним в цели: договор займа направлен на удовлетворение хозяйственной потребности заемщика, исключительный договор – на оказание услуги депоненту; если при договоре займа займодатель получал право собственности на предмет хранения, то при договоре хранения интерес был у передающей, а не принимающей стороны: передаваемая вещь могла быть у депонента в собственности, в залоге, в пользовании, но она не становилась собственностью депозитария, тот не имел права пользоваться вещью.

Депонент и депозитарий были связаны двусторонними обязательствами: возможен был контрарный («обратный») иск о возмещении виновного ущерба, причиненного передачей некачественной вещи, о возмещении необходимых или потребованных депонентом затрат на содержание вещи. Поскольку для депозитария договор был безвозмездным, он обладал ограниченной ответственностью (должен был «хранить, как обычный средний хозяин», незначительная небрежность не была основанием для возмещения стоимости утраченной вещи).

Виновная ответственность депозитария наступала только при виновном ущербе или грубой неосторожности, но использование хранимой вещи или виновное невозвращение вещи приводили к инфамии (бесчестью). В случаях, когда депонент отдавал свои вещи в особо тяжелой обстановке (depositum miserabile), его защищал преторский эдикт: депозитарий в случае причинения ущерба депоненту отвечал в двойном размере ущерба.

88. Договор купли-продажи

Древнее общество не знало торговли, то есть продажи вещей за деньги, обращение вещей происходило и до появления денег, но представляло собой мену, непосредственный обмен вещи на вещь. С развитием экономических отношений на смену меновой форме пришел обмен товара на деньги, еще позднее стороны стали заключать договор, по которому продавец брал обязательство передать товар, а покупатель – уплатить за него цену. В основу договора купли-продажи легли древние обряды манципации, но договоры купли-продажи были проще, не требовали соблюдения множества формальных правил.

Главная цель любого договора купли-продажи заключалась в том, чтобы в хозяйстве покупателя появились те или иные необходимые ему вещи. Сам договор купли-продажи римские юристы определяли как консенсуальный контракт, посредством которого одна сторона, продавец (venditor), обязуется предоставить другой стороне – покупателю (emptor), в собственность вещь, товар, а другая сторона, покупатель, обязуется уплатить продавцу за проданную вещь определенную денежную цену.

Существенными условиями любого договора купли-продажи являлись товар и цена. Цена на вещь, в отличие от мены, не выражалась в виде другой вещи, а была определенной и состояла в денежной сумме. Товаром могли быть телесные вещи, неизъятые из оборота, а также некоторые нетелесные вещи, в том числе права.

Разрешалась продажа чужой вещи, но непрямая продажа была обставлена сложностями: сначала продавец должен был выкупить вещь у ее нынешнего владельца, а при невозможности выкупа возместить покупателю его интерес, на вещь могло иметь право третье лицо, получившее это право до купли-продажи, оно могло предъявить иск об изъятии вещи у покупателя (эвикцию), и на продавца возлагалась дополнительная обязанность отразить такой иск, поскольку, если он решал ничего не предпринимать, его незаинтересованность давала покупателю право на иск к нему в двойном размере и т. п.

Разрешалась продажа плодов до их созревания, то есть урожая на корню, строившаяся на отлагательном условии. Но собственность на вещи, определенные родовыми признаками, переходила не по купле-продаже, а в результате стипуляции. Договоры купли-продажи касались только индивидуализированных вещей.

89. Продавец и покупатель в договорах купли-продажи

Передача вещи покупателю на праве собственности была конечной целью любого договора купли-продажи. Но проданная вещь должна была соответствовать должному качеству. По мере развития экономических отношений развивались и нормы права об ответственности продавца за ненадлежащее качество проданной вещи. Цивильное право гласило, что продавец отвечает за свои заявления и обещания, но лишь за сделанные им серьезно и с целью установления ответственности, а не за простое расхваливание товара. Ответственность продавца наступала только в тех случаях, когда покупатель был осторожен и внимателен при заключении договора, а продавец умолчал о скрытых недостатках товара.

При этом явные недостатки, не выявленные покупателем, не влекли ответственность продавца. Наибольшее значение для совершенствования отношений покупателя и продавца имели рыночные сделки, поскольку наибольшее количество продаж происходило в Риме на рынках, где торговали рабами и скотом. Эдиктами курульных эдилов были установлены правила об ответственности за качество товара: покупатель при последующем обнаружении скрытых недостатков имел право иска о реституции или о соразмерном уменьшении покупной цены – независимо от того, знал ли о них продавец. Для предъявления исков существовал фиксированный срок – 6 месяцев для реституции и 12 месяцев для уменьшения цены.

Со стороны покупателя при сделке купли-продажи существовало обязательство уплатить продавцу покупную цену. С передачей денег он нес за вещь всю ответственность: если проданная вещь погибала по случайной причине, без вины в том как продавца, так и покупателя, то последствия факта гибели вещи ложились на покупателя, он нес риск независимо от того, стал ли собственником купленной вещи или еще нет, была эта вещь ему передана или нет. Этим переходом риска на покупателя договоры купли-продажи отличаются от общих правил о риске у собственника.

Истоки такого подхода лежат в истории римского права – обряде манципации и необходимости наличия двух абстрактных стипуляций для заключения договора купли-продажи. Но продавец был обязан возместить покупателю ущерб – если продажа касалась чужой вещи, виндицированной ее собственником, тогда он нес ответственность за эвикцию и должен был возместить покупателю ущерб.

90. Договоры найма

В римском праве были известны три вида договора найма (locatio-conductio):

– наем вещи (locatio-conductio rei);

– наем услуг (locatio-conductio operum);

– наем работы, или подряд (locatio-conductio operis, operis faciendi).

Наймом вещей назывался такой договор, по которому одна сторона (наймодатель) обязывалась предоставить другой стороне (нанимателю) одну или несколько определенных вещей для временного пользования, а другая сторона (наниматель) обязывалась уплачивать за пользование этими вещами определенное вознаграждение и по окончании пользования вернуть вещи наймодателю в полной сохранности. Предметом найма могли быть любые вещи, кроме некоторых предметов потребления.

Наймом услуг назывался такой договор, по которому одна сторона (наймодатель)принимала на себя обязательство исполнять в пользу другой стороны (нанимателя) определенные услуги, а наниматель, в свою очередь, обязывался выплатить за эти услуги определенное вознаграждение. Наймодатель добровольно и за определенную плату ставил себя в зависимость от нанимателя. Содержанием договора найма услуг были обычно повседневные домашние работы.

Наймом работы (или подрядом) назывался такой договор, по которому одна сторона (подрядчик) принимала на себя обязательство исполнить в пользу другой стороны (заказчика) определенную работу, а заказчик обязывался уплатить за эту работу определенное денежное вознаграждение. В отличие от найма услуг, где речь шла о постоянно поставляемых услугах на протяжении какого-то периода времени, при найме работы решающее значение имел готовый результат.

В договорах найма в едином правовом акте соединялись два самостоятельных действия, в равной степени рождавшие обязанности для двух сторон: передача вещи или действия и их оплата. Смысл договора найма в том, что наймодатель передавал нанимателю предмет договора во временное пользование, а сам получал в порядке возмещения деньги или вещи на праве собственности; происходил обмен права собственности на право пользования или на чистое обязательство.

91. Наем вещей

Наймом вещей назывался такой договор, по которому одна сторона, наймодатель (locator), обязывалась предоставить другой стороне, нанимателю (conductor), одну или несколько определенных вещей для временного пользования, и наниматель обязывался уплачивать за пользование этими вещами определенное вознаграждение (merces, pensio) и по окончании пользования вернуть вещи в полной сохранности наймодателю.

Предметом договора найма могли быть вещи движимые и недвижимые, но из движимых вещей только те, что не являлись предметами потребления. Вознаграждение, которое выплачивалось за пользование вещами, рассчитывалось в денежных единицах, однако в договорах аренды, то есть найма сельскохозяйственных земельных участков, считалось вполне допустимым определение наемной платы в натуре (аренда за определенную долю урожая).

Обязанностями наймодателя считались следующие: 1) предоставлять нанимателю пользование нанятой вещью (или вещью и плодами от нее); 2) отвечать за всякую вину, включая вину за негодную вещь, послужившую причиной убытков нанимателя или его травм; 3) платить за отданную внаем вещь налоги; 4) нести всякого рода публичные повинности; 5) устранять препятствия со стороны третьих лиц в использовании данной вещи и т. п.

Наниматель был обязан: 1) платить наймодателю за пользование вещью условленную наемную плату пропорционально времени пользования; 2) нести ответственность за всякого рода повреждения и ухудшения нанятой вещи, если они произошли по его вине; 3) возвращать по окончании найма нанятую вещь без задержки и в надлежащем состоянии; 4) возмещать убытки от несвоевременного возврата вещи.

Договор найма прекращался по истечении срока, считался возобновленным по молчаливому согласию сторон, если фактическое пользование вещью со стороны нанимателя продолжалось и после окончания срока.

При значительных нарушениях с одной стороны договор найма вещи мог быть досрочно прекращен другой стороной (при некачественной вещи, при опасности для наймодателя, при порче вещи нанимателем, если без прекращения использования невозможен необходимый ремонт, при необходимости вещи самому наймодателю). Правом нанимателя считалось также право сдать взятую в наем вещь в поднаем другому лицу.

92. Наем услуг

Наймом услуг назывался такой договор, по которому одна сторона (наймодатель) принимала на себя обязательство исполнять в пользу другой стороны (нанимателя) определенные услуги, а наниматель, в свою очередь, обязывался выплатить за эти услуги определенное вознаграждение. Наймодатель добровольно и за определенную плату ставил себя в зависимость от нанимателя. Фактически наемный рабочий добровольно принимал зависимость от наймодателя, аналогичную рабской. Содержанием договора найма услуг обычно были повседневные домашние работы, которые в римском обществе по традиции выполнялись именно рабами.

Свободные римские граждане принимали условия найма услуг только по причине крайней бедности – в какой-то степени продажа себя как рабочей силы считалась унизительной. Исполнение договора могло происходить только лично, без возможности передать другому лицу обязанности по договору. Наем услуг со стороны нанимателя был вынужденной мерой, и при малейшей возможности заключались другие договоры – либо договор поручения (при невозможности впасть в личную зависимость) или договор подряда, если целью был результат в виде готовой работы.

Оплата личных услуг наймодателем происходила согласно договору – либо по истечении договорного промежутка времени, либо равномерно по истечении оговоренных промежутков времени, если предполагалась длительная занятость нанимателя.

Отношение к наемному работнику у наймодателя было соответствующее, как к лицу, допустившему передачу личной свободы в руки хозяина. Наймодатель мог эксплуатировать работника в течение всего срока договора без учета затраченного на труд времени (считались проданные дни, а не часы).

В случае болезни или травмы никакой платы наемному рабочему не предоставлялось, считалось, что в этом состоит вина нанимателя, что он болезнью принес ущерб хозяйству наймодателя. Если простой работника происходил по вине наймодателя, оговоренный заработок выплачивался нанимателю, но с одной оговоркой: если наниматель в период простоя по вине наймодателя нанимался на стороннюю работу, наймодатель оплачивал ему время вынужденного бездействия частично, вычитая из суммы, которую должен был оплатить, сумму, которую наниматель получил на сторонней работе.

93. Договор подряда

Наймом работы, или подрядом, назывался такой договор, по которому одна сторона, conductor, то есть подрядчик, принимала на себя обязательство исполнить в пользу другой стороны – заказчика (locator), определенную работу, а заказчик обязывался уплатить за эту работу определенное денежное вознаграждение. В отличие от договора найма услуг договор подряда был нацелен не на выполнение повседневных работ в хозяйстве наймодателя, а на предоставление наймодателю готового результата.

Договор подряда был похож на договор купли-продажи вещи, но в данном случае продавалась вещь, которой еще не существовало, она должна была появиться в результате произведенного труда, таким образом оплачивалась как будущая вещь, так и труд, затраченный на ее производство. Нередко договор купли-продажи заменял договор подряда (например, если договор состоял в переработке материалов как подрядчика, так и заказчика, причем материал был основным).

Подрядчик отвечал за всякую вину, не исключая легкой, если не соблюдал сроки производства работ, качество и прочее. Подрядчику разрешалось пользоваться при выполнении договора услугами третьих лиц, но он нес ответственность за их вину так, как если бы отвечал за свою собственную вину.

Главной обязанностью заказчика была своевременная и честная уплата условленного вознаграждения. Во время произведения работ за сохранность будущей вещи отвечал подрядчик, в момент сдачи работы риск случайной гибели переходил с подрядчика на заказчика.

Заказчик мог отказаться от заключенного договора или увеличить размер выплаты, если выяснялась невозможность исполнить работы за установленную цену. Заказчик мог отказаться от договора до завершения работы или мог отказаться принять выполненную работу, но он был обязан оплатить выполнение работы согласно договору. Оплата производилась с учетом сторонних заработков подрядчика в течение времени, когда он был связан договором с заказчиком, – полученные на стороне выплаты считались входящими в сумму, которую был обязан выплатить заказчик.

94. Договор поручения

Договором поручения назывался договор, по которому одно лицо (доверитель) поручало другому (поверенному) выполнение безвозмездно каких-либо действий, как повседневных (услуги фактического характера), так и юридических (совершение сделок, выполнение процессуальных действий). Основным отличием от договора найма являлась именно безвозмездность при выполнении договора поручения. Этот тип договоров практиковался исключительно в среде рабовладельцев, где отношение к нанимателю услуг было презрительным. Это был договор равного с равным, а не хозяина с работником.

Безвозмездность базировалась на дружеских отношениях или на доверии. Полностью оплаты таких услуг между равными договор поручения не отменял, но это была, скорее, материальная благодарность за оказание необходимой помощи: поверенный мог получить за оказанную услугу какой-то подарок, и это признавалось допустимым.

Хотя договор считался безвозмездным, к поверенному предъявлялись строгие требования относительно точности, тщательности и заботливости в исполнении поручения, он нес ответственность за ущерб даже при легкой неосторожности, должен был довести принятое на себя дело до конца или сообщить доверителю о невозможности исполнения поручения, чтобы тот мог заменить его другим лицом; а если поверенный не поставил доверителя в известность о невозможности исполнить поручение, он отвечал перед ним за причиненный ущерб.

Он также не имел права изменять поручение без разрешения доверителя даже в более выгодную для доверителя сторону, а тот мог отказаться принять то, чего не санкционировал и признать поручение неисполненным. Поверенный не обязательно исполнял поручение лично, он мог переложить выполнение поручения на других людей, при санкционированной мандатом передаче выполнения поручения мандатарий нес ответственность лишь за выбор исполнителя, а при несанкционированной передаче был лично ответственным.

В то же время доверитель возмещал поверенному все издержки, понесенные при добросовестном и разумном исполнении поручения независимо от достигнутого результата. Прекращение договорных обязательств могло наступить вследствие одностороннего отказа от договора той или иной стороной либо по причине смерти одной из сторон.

95. Договор товарищества

Договором товарищества назывался договор, заключенный между двумя и более лицами о совместном достижении общей хозяйственной цели (между совладельцами, сонаследниками) в течение определенного или неопределенного срока с помощью объединения имущества, вкладов, личных услуг с конкретным распределением результата (издержек и доходов).

Товарищество являлось юридическим лицом, но собственность товарищества как юридического лица не была установлена, римское право знало только общую собственность участников, которой считалось либо имущество участников, включая случайные приращения, либо сделанные ими вклады, включая вклады с правами пользования, а не с передачей в общую собственность. Товарищ действовал в сделках от своего имени, затем вносил доходы в общую кассу, и только после их внесения в общую кассу третьи лица могли предъявить иск и к нему, и к другим товарищам, опираясь на закон об обогащении от сделки.

В товариществе взносы и участие в прибылях и убытках предполагались равными, хотя по договору процент участия в прибылях и в убытках мог быть разным. Равными и общими считались и риски: для индивидуально-определенных вещей они наступали с момента заключения договора, для вещей с родовыми признаками – с момента их внесения.

Поскольку товарищество имело общее имущество, то вместо правила «относиться, как заботливый хозяин» для этого договора действовало правило относиться к общему имуществу «так же, как к своему», что создавало казус: если товарищ был к своему имуществу небрежен, то и в делах товарищества не отвечал за присущую ему небрежность, поскольку участники товарищества заранее об этом знали.

Предъявление иска к одному из товарищей другими товарищами и проигрыш им дела в суде влекли бесчестие, хотя ему и выделялись средства для существования. Договор товарищества мог быть прекращен по заявлению любого участника, но досрочное расторжение договора без веских оснований было возможно лишь в удобный для общего дела момент и с участием выбывшего члена во всех последующих общих убытках в связи с действиями, которые были предприняты товариществом ранее. Окончательным прекращением договора товарищества считались переезд товарища, его смерть или финансовая несостоятельность.

96. Безымянные контракты

Безымянные контракты (contractus in-nominati – дословно «непоименованные») получили свое название в противоположность договорам, которые «имеют свое название» и входят в замкнутый перечень по устоявшемуся историческому канону. Безымянные контракты сложились в I–IV вв. н. э. в силу необходимости и не могли быть отнесены ни к вербальным, ни к литтеральным, ни к реальным, ни к консенсуальным договорам.

Дигесты Юстиниана разделяли эти новые для Рима контракты на четыре категории:

– do ut des: «Я передаю тебе право собственности на вещь с тем, чтобы ты передал мне право собственности на другую вещь»;

– do ut facias: «Я передаю тебе право собственности на вещь с тем, чтобы ты совершил известное действие»;

– facio ut des: «Я совершаю для тебя известное действие с тем, чтобы ты передал мне право собственности на известную вещь»;

– facio ut facias: «Я совершаю для тебя известное действие с тем, чтобы и ты совершил для меня какое-то действие».

Главной особенность безымянных договоров было признание за ними юридической силы только после того, как одна сторона уже выполнила взятое на себя обязательство: за этой стороной, не получившей удовлетворения от другой стороны, было сохранено право либо кондикционного иска о возврате переданного другой стороне как неосновательного обогащения, либо право иска о выполнении встречного обязательства. В этом смысле безымянные договоры были близки к реальным, но предусматривали не только передачу вещи, но и совершение любого иного договорного действия.

К безымянным контрактам относился договор мены, близкий по хозяйственному значению к договору купли-продажи, но далекий по средствам выполнения: при купле-продаже происходит обмен денежной суммы на вещь, при договоре мены – вещи на вещь; оценочный договор (по нему определенная вещь передавалась одной из сторон другой для продажи по известной оценке для того, чтобы другая сторона или предоставила первой сумму, в которую оценена переданная вещь, или возвратила самую вещь). Мена предполагала мену чужой вещи (с последствиями эвикции), а оценочный контракт – оставление вещи себе с уплатой оценочной суммы и продажу дороже оценки.

97. Пакты

Пактом называлось неформальное соглашение, которое, в отличие от контракта, как правило, не пользовалось исковой защитой. Пакты не имели определенной формы договора, как литтеральные (письменные) контракты, стипуляции, обряд с медью и весами, но с увеличением числа сделок их количество тоже возросло. В преторских эдиктах имелось право стороны пакта не предъявлять иск, а ссылаться на пакт в порядке возражения. Со временем некоторые пакты получили исковую защиту. Незащищенные пакты стали называться «голыми пактами», а защищенные иском – «одетыми пактами».

«Одетые» пакты по происхождению защиты можно разделить на три группы:

– pacta adiecta – пакты, присоединенные к договору, защищаемому иском;

– pacta praetoria – пакты, получившие защиту от претора;

– pacta legitima – пакты, получившие исковую защиту от императоров, в императорском законодательстве.

Пакты категории adiecta (присоединенные к контракту) являлись дополнительными к какому-нибудь защищаемому иском договору соглашения и имели целью внесение каких-либо видоизменений в юридические последствия главного договора или возложение на ту или другую сторону в договоре каких-либо дополнительных обязанностей.

Добавочные пакты присоединялись к главному договору непосредственно при его заключении. Пакт, присоединенный к договору спустя некоторое время после заключения самого договора, защищался иском лишь в случае, когда не отягощал, а облегчал положение должника.

Пакты категории praetoria были порождены преторским правом. К ним относились клятвенные соглашения, долговые соглашения, принятие платежа, принятие имущества судами, постоялыми дворами, конюшнями, арбитраж.

Пакты категории legitima возникли в эпоху империи и защищались императорским законодательством. Сюда входили пакты о приданом, предоставлении даров, арбитраже.

98. Пакты преторского права и императорского законодательства

В число пактов praetoria, защита которых была предоставлена претором, относились следующие их разновидности:

– pactum de jurejurando (клятвенное соглашение), по которому в ответ на требование одной стороны о производстве каких-либо действий лицо, ответственное по этому требованию, но не считающее себя должником, заявляло: «Поклянись, что я тебе должен, и я поверю»; если первая сторона приносила клятву, обязательство признавалось неоспоримым и могло быть осуществлено в принудительном порядке на сновании данного клятвенного соглашения;

– pactum de pecunia constituta (соглашение об установлении денежного долга) использовалось, если ответчик признавал предъявленный к нему иск об уплате долга, но просил об отсрочке платежа, на которую соглашался истец; в случае, если позже должник уклонялся от платежа, долг с него взыскивали в силу состоявшегося соглашения с увеличением размера от 1/3 до 1/2, по усмотрению претора;

– receptum (принятие) выражалось в трех формах: а) receptum argentariorum (принятие платежа) – подразумевало обязательство банкира уплатить чужой долг; б) receptum nautorum, cauponum, stabulariorum (принятие имущества судами, постоялыми дворами, конюшнями) – предусматривало ответственность хозяев этих объектов за принятое от их клиентов имущество независимо от того, будет ли ущерб вызван виной или случаем; в) receptum arbitrii (арбитрирование) – предполагало разрешение спора по соглашению со спорящими сторонами избранным ими арбитром, его решение, не исполненное добровольно, приводилось в исполнение приказом претора.

В императорском законодательстве пакты, получившие исковую защиту, назывались pacta legitima (законные пакты) и представляли собой соглашения, защита которых была закреплена в правовых нормах, исходивших от императора: Конституция Феодосия дала юридическую защиту пакту о предоставлении приданого, конституции. Юстиниан закрепил соглашения о дарении, об арбитрировании и др. Императорскую защиту получали пакты, которые требовали правовой регламентации, но соответствующего закона в старом праве не существовало. Они получили наименование кондикционных.

99. Обязательства как бы из договора

Термином обязательства «как бы из договора» обозначаются обязательства, по своему характеру и содержанию сходные с обязательствами, возникающими из договоров, но возникающие при отсутствии между сторонами договора. Основанием к возникновению подобных обязательств, как правило, являлись или односторонние сделки, или некоторые другие факты, которые было невозможно отнести ни к договорам, ни к деликтам. Спорные вопросы об условиях и пределах ответственности сторон, которые в таких случаях возникали, обычно разрешались аналогично тому, как они разрешались применительно к соответствующим договорам, хотя договоров заключено не было.

К обязательствам как бы из договора относились следующие виды обязательств:

1) negotiorum gestio (ведение чужих дел без поручения) рассматривалось в связи с аналогичным обязательством, возникающим из договора поручения;

2) обязательства, возникающие вследствие неосновательного обогащения одного лица за счет другого, включали обязательства, возникающие из ошибочного платежа недолжного; обязательства возврата того, что получено лицом по определенному, имевшемуся в виду основанию, тогда как основание не осуществилось; обязательства возврата недобросовестно полученного; и отличались от обязательственных договоров только отсутствием таких договоров.

В этих случаях – как в реальных контрактах, так и в обязательствах из неосновательного обогащения – сами обязательства базировались на основе передачи денег или иных вещей от одной стороны другой. Но в случае реальных контрактов вещь переходила из имущества одного лица в имущество другого на основании соглашения сторон, вследствие чего «обогащение» получателя вещи не могло считаться неосновательным, а обязательства как бы из договора порождались самим фактом нахождения денег или иных вещей в имуществе одного лица за счет другого, причем без какого-либо законного на то основания.

100. Ведение чужих дел без поручения

Ведение дел без поручения могло диктоваться как благими, так и злыми намерениями одной стороны по отношению к другой и предполагало, что одно лицо – гестор (gestor) вело дело другого лица (dominus), управляло его имуществом и т. п., не имея на то поручения от другого лица. Римский закон рассматривал ведение чужих дел, несмотря на отсутствие поручения со стороны заинтересованного лица, как своего рода вторжение в частную жизнь римского гражданина и должен был предотвратить ущерб для лиц, которые в силу каких-то причин не могли сами позаботиться о своих интересах.

Это не касалось недееспособных или неправоспособных граждан, но затрагивало в основном отсутствующих хозяев. Закон выводил из факта ведения чужих дел при известных условиях обязательства как на стороне того лица, дело которого ведет гестор, так и на стороне гестора.

Возникновение такого вида обязательств предполагало наличие:

– факта ведения чужих дел, даже и без юридических действий, обслуживания чужого имущества – независимо от значительности и причин этих действий (личные соображения, общественный долг): совершения сделок, фактического действия, управления имуществом;

– отсутствия у гестора лично перед доминусом обязанности совершать данные действия;

– намерения гестора отнести расходы за ведение дела на счет доминуса;

– отсутствия вознаграждения гестору за свои действия.

Преторским эдиктом как доминусу, так и гестору давались иски, аналогичные искам для договора поручения. Гестор, который взялся за чужое дело, отвечал за всякую вину, должен был, выполнив те действия, которые признал необходимым совершить, отчитаться перед dominus в совершенных действиях и передать ему все полученное в результате своих действий.

Dominus был обязан возместить гестору целесообразные издержки вне зависимости от достижения положительного эффекта, в случае признания действий гестора нецелесообразными, тот не имел права на возмещение затрат и, более того, был обязан восстановить то положение, в каком находилось имущество dominus до начала действий гестора, но в любом случае гестор мог требовать возврата денег, вещей и тому подобного неосновательного обогащения, полученного доминусом от его действий.

101. Последствия неосновательного обогащения

Обязательствами, возникающими вследствие неосновательного обогащения одного лица за счет других при отсутствии юридического основания для оставления у себя чужого имущества в римском праве признавались следующие обязательства:

1) по возврату ошибочного платежа по несуществующему обязательству (возврат платежа);

2) по возврату полученного исполнения по отношениям, цель которых так и не осуществилась;

3) по возврату недобросовестно полученного (кражи);

4) по возврату имущества, определенного родовыми признаками, смешанного с имуществом получившего выгоду;

5) по возврату долговой расписки или обеспечения после погашения долга и т. п.

Обязательства по возврату платежа предполагали наличие: 1) факта платежа (или взаимозачета долгов) с намерением погасить долг; 2) погашенного долга, признанного несуществующим, исключая «натуральный» долг, по которому нельзя предъявить иск, что исключало платеж из категории «неосновательное обогащение»; 3) ошибочного платежа, вызванного извинительным заблуждением.

Обязательства по возврату полученного исполнения предполагали наличие: 1) предоставления имущественной выгоды (обещание по стипуляции «уплатить», выдача квитанции о погашении старого долга); 2) определенной цели (переезд в другой город, передача приданого), которая не осуществилась.

По таким обязательствам разрешалось подавать кондикционный, «восстанавливающий» иск.

Обязательства по возврату недобросовестно полученного предполагали возможность предъявить как виндикационный, «собственнический», иск, так и кондикционный иск (основанием был не деликт, а получение вором чужого имущества). Кондикционный иск мог быть предъявлен только собственником, но не пользователем или хранителем, и только самому вору, а не его пособникам, как в деликтном иске.

Вор был обязан вернуть саму вещь и все упущенные собственником возможности от ее эксплуатации, он полностью отвечал за случайный ущерб в период после кражи по максимальным расценкам.

Обязательства по возврату имущества, определенного родовыми признаками, смешанного с имуществом получившего выгоду, предполагали подачу виндикационного иска.

102. Виды кондикций

Неосновательным обогащением считалось поступление в имущество одного лица каких-либо частей имущества другого лица либо сохранение в имуществе одного лица каких-то частей имущества, подлежащих передаче в имущество другого лица.

Пострадавшему в результате этого лицу для истребования неосновательного обогащения давался так называемый кондикционный иск (condictio).

Кондикационные иски различались в зависимости от предмета иска:

1) иск о возврате определенной денежной суммы;

2) иск о возврате определенной вещи;

3) иск о возврате другого обогащения.

Основными категориями обязательств из неосновательного обогащения были:

– condictio indebiti (иск о возврате недолжно уплаченного) – предполагал наличие ошибочного платежа долга, в действительности не существующего, что порождало обязанность получившего предмет долга вернуть полученное уплатившему;

– condictio causa data causa non secuta (иск о возврате предоставления, цель которого не осуществилась) – даваемый в тех случаях, когда одно лицо получило за счет другого какую-нибудь имущественную выгоду ввиду определенной цели (основания), а цель (основание) не осуществилась;

– condictio ex causa furtiva (иск о возврате полученного вследствие кражи) – предполагал, что вещи, полученные посредством кражи, не могли стать собственностью вора и должны были быть виндицированы собственником.

Для предоставления пострадавшему из-за действий вора возможностей для истребования своих вещей, кроме виндикационного иска, был разрешен и кондикционный иск для возврата полученного посредством кражи: кондикционный иск предполагал существование факта кражи (деликт), но юридическим основанием condictio ex causa furtiva являлся факт обогащения – получения вором определенных вещей или денежной суммы из имущества другого лица.

Предметом иска являлся не только возврат украденного, как в деликтных исках, но и гипотетические упущенные возможности собственника, поскольку по кондикционному иску вор как отвечал за случайную гибель вещи, так и обязывался уплатить в случае гибели вещи денежное возмещение ее стоимости.

103. Деликты

С латыни delictum (деликт) переводится как «погрешность, проступок, правонарушение». Деликтные обязательства в отличие от договорных возникают в результате не правомерных, а противоправных действий одной из сторон, которая наносит урон другой стороне. По римским законам потерпевший имел право на компенсацию причиненного ему урона, а нарушитель обязан был возместить ему эту компенсацию. Она могла иметь вид: а) штрафа; б) возмещения причиненного фактически ущерба; в) уплату штрафа, соединенную с возмещением вреда.

Все деликты римское право разделяло на публичные (delicta publica) и частные (delicta privata). К публичным деликтам относились правонарушения, посягавшие на публичные интересы (клевета, ущемление достоинства императора); публичные деликты влекли за собой санкции, обращенные, в основном, против личности нарушителя, в том числе и имущественные санкции.

Частным деликтом именуется частное правонарушение, отличающееся от уголовного преступления тем, что были нарушены права и интересы отдельных лиц, а не общества и государства в целом. Деликт предполагал меньшую весомость правонарушения, чем уголовное преступление. Кража, увечье в римскую эпоху рассматривались как деликт, а не как уголовное нарушение. Эти деликты давали основание для применения соответствующих имущественных санкций, взыскивавшихся непосредственно в пользу потерпевшего.

Условиями деликта считались такие:

– объективный вред одному лицу в результате противозаконных действий другого;

– умысел или неосторожность нарушителя;

– отнесение данного деяния к частному правонарушению.

Деликтные обязательства, в отличие от большинства договорных обязательств:

– не переходили по наследству наследникам потерпевшего и нарушителя, кроме случая неосновательного обогащения наследника вследствие деликта;

– не предусматривали применение принципов солидарной ответственности или распределения ответственности в долях;

– охватывали и несовершеннолетних.

В соответствии с древнейшей традицией одной из форм деликтного обязательства была выдача провинившегося подвластного или раба для отработки долга или выплата долга домовладыкой.

104. Важнейшие виды деликтов по древнему праву

Древнее римское право разделяло виды правонарушений (деликты) на личные обиды и незаконные присвоения (кражи).

Законы XII таблиц называют такие виды обид, как повреждение конечностей и внутренней кости, за которые налагался штраф, а при невозможности достичь соглашения о штрафе – принцип талиона («око за око», то есть нанесение обидчику равной обиды): если причинит членовредительство и не помирится с потерпевшим, то пусть и ему будет причинено то же самое; если рукой или палкой переломит кость свободному человеку, пусть заплатит штраф в 300 ассов, если рабу – 150 ассов; за прочие обиды – 25 ассов.

Позднее обидой стали считать и пренебрежительное отношение к чужой личности. Изменился порядок назначения штрафов: из фиксированных они превратились в назначаемые судом, с учетом обстоятельств (социальное положение сторон, характер обиды).

Законы считали кражей намеренное корыстное посягательство на чужую вещь. Наказание за кражу варьировалось в зависимости от характера кражи и времени суток: поимка на месте дневного вора или выявление краденого по обыску влекло бичевание и передачу во власть потерпевшего, поимка на месте ночного вора – смерть (если совершивший в ночное время кражу убит на месте, убийство считается правомерным; если кто-то сопротивлялся с оружием в руках при свете дня, следовало созвать людей).

Предписывалось свободных людей, пойманных в краже с поличным, подвергать телесному наказанию и выдавать на расправу пострадавшему, рабов наказывать кнутом и сбрасывать со скалы, несовершеннолетних – сечь по усмотрению претора или взимать штраф.

Саморасправу заменили двумя видами исков – кондикционным: о возврате похищенного (с доказательством факта кражи и истребованием обогащения от сбыта краденого) и штрафным, назначающим не застигнутому с поличным вору штраф в двойном размере, застигнутому с поличным или выявленному при обыске – в четверном размере.

Особую группу правонарушений составляло виновное повреждение и уничтожение чужого имущества – порубка деревьев, поджог, убийство (ранение) раба или животного, повреждение чужой вещи и др. Первоначально за серьезные нарушения (поджог, вырубка) назначалась смертная казнь, позже назначали штраф (по максимальной стоимости вещи).

105. Деликты против личности и деликты против собственности

Со временем в римском праве установилось деление деликтов на две группы: деликты против личности и деликты против собственности.

Деликты против личности объединялись условно в группу под названием injuria («несправедливость, обида»). Деликты против личности могли приносить личности как физический, так и моральный вред. От первоначального принципа талиона римское право со временем перешло к назначению денежной компенсации, но в случае деликтов против личности компенсация выполняла не компенсационную, а сугубо штрафную функцию.

Изменилась и система назначения штрафов: от «твердой таксы», установленной за различные правонарушения Законами XII таблиц, которая оказалась малоэффективной и исключала конкретизацию отдельного случая, перешли к системе, учитывающей конкретные особенности правонарушения.

В преторском праве появился так называемый оценочный иск: согласно ему размер штрафа определялся по усмотрению магистрата, разрешавшего спор.

По мере совершенствования права часть деликтов была переведена из частной сферы в публичную. А в более позднюю эпоху у потерпевшего появилось право выбирать, какого наказания он желает добиться – взыскать штраф по частному иску или привлечь к личной ответственности перед государством.

Деликты против собственности объединялись условно в группу под названием furtum («кража») и трактовались значительно шире, чем в современном праве, включая в это понятие как обычное воровство, так и любое умышленно совершенное недобросовестное присвоение чужого права (от похищения имущества целиком, кражи пользования, кражи владения до кражи собственной вещи, если этим собственник незаконно изымал ее или утаивал, как, например, при нарушении залогового права).

От первоначально суровых наказаний за кражу (вплоть до смерти) перешли к системе штрафов. У потерпевшего было право возмещения ущерба путем истребования похищенного имущества на основе виндикационного иска и компенсаций на основе actio furti (иска из украденного). Кроме этого, вора за само действие облагали штрафом, и для этой цели был закрытый перечень «штрафуемых» деликтов. Для квалификации действия как деликта субъективная вина нарушителя стала необходимым условием.

106. Обязательства как бы из деликтов

В римском праве не существовало общего принципа трактовки любого противоправного причинения имущественного ущерба как деликта, поэтому при рассмотрении исков приходилось соотносить существующие законы и существующие решения по конкретным искам, вынесенные за всю историю Рима. Некоторые нарушения законы не трактовали никак, такие случаи стали называть обязательствами «как бы из деликта», то есть из незаконного поведения при отсутствии соответствующего конкретного деликта. В конце концов их распределили по четырем видам правонарушений:

1. Ответственность судьи за ненадлежащее осуществление судопроизводства. Данная формула определяла как ответственность судьи за ущерб, вызванный принятием неправильного решения по небрежности или недобросовестности, так и ответственность судьи за любое ненадлежащее выполнение им других функций. Судья нес ответственность в полном объеме причиненного им ущерба.

2. Ответственность за вылитое и выброшенное. Данная формула предполагала ответственность хозяина помещения независимо от его вины за любые совершенные действия, причинявшие вред объектам, находившимся на улицах и площадях. Ответственность основывалась на привычке римлян швырять из окон своих домов на общественную дорогу ненужные вещи и помои; пострадавшие могли подать иск на хозяина помещения и истребовать с него за повреждение вещи – в двойной оценке, за ранение свободного человека – по решению судьи, за смерть свободного человека – 50 000 сестерциев, даже если личной вины собственника жилья не было.

3. Ответственность за поставленное и подвешенное. Данная формула определяла ответственность хозяина дома за размещение на подоконнике или стене предметов, которые могут упасть и причинить ущерб находившимся на улице вещам, скоту, рабам или свободным, причем иск мог заявить любой прохожий и независимо от факта ущерба; ответственность выражалась в уплате штрафа, в размере до 10 000 сестерциев.

4. Ответственность владельцев судов, постоялых дворов и конюшен за вредоносные действия слуг этих заведений. Данная формула определяла ответственность владельцев указанных заведений за кражу или умышленный имущественный вред, причиненный постояльцам слугами, размер ответственности выражался в уплате двойной суммы причиненного ущерба.

107. Понятие права наследования

В римском праве наследованием назывался переход имущества, прав и обязанностей (включая те, о которых умерший не знал) после смерти лица к одному или нескольким иным лицам по завещанию или по закону. Традиционным было наследование по завещанию; наследование по закону происходило, если: 1) завещания нет; 2) завещание недействительно; 3) наследник не принял наследства. Выбор делался только альтернативный: применять к одной части наследства правила наследования по закону, а к другой – правила наследования по завещанию запрещалось.

В самостоятельный вид наследования были выделены завещательные отказы (легаты), когда к наследнику переходили только отдельные права умершего.

Понятие наследования появилось в Риме после возникновения государства и юридического оформления права собственности. Открытие наследства наступало в момент смерти лица, исключая лишь случаи условного завещания, когда открытие наследства было связано с наступлением неких условных событий. Права и обязательства умершего переходили к наследникам после их согласия принять наследство (вступление в наследство).

В древнем праве наследование в агнатской семье происходило в силу закона и было обязательным: 1) для детей и внуков ранее умерших детей; 2) для раба, отпущенного на волю – согласно завещанию он наследовал имущество своего хозяина. С развитием права основным стало наследование по завещанию, в отличие от него наследование по закону называли «наследством при отсутствии завещания». Завещание стало обязательным элементом римской жизни, наследование по закону касалось лишь агнатской семьи.

Преторское право упростило саму процедуру составления завещания и узаконило передачу наследства в когнатском родстве: кровные наследники стали получать право владения при отсутствии претензий у цивильного наследника, а позже наследники по крови были признаны более подходящими, чем наследники агнатской семьи. Но признание кровного родства как определяющего права наследования растянулось на долгий период. Только Новеллы Юстиниана окончательно закрепили права кровных родственников и утвердили принцип наследования по крови.

108. Виды наследования

В результате наследования права и имущество умершего лица переходили к одному или нескольким другим лицам, которое (или которые) приобретали единым актом все имущество наследодателя как единое целое. В наследство входили как имущественные права покойного, так и обязанности, не исполненные покойным, о которых наследник мог ничего не знать, но обязан был выполнить. В обязательственном праве к обязанностям, переходящим на наследников, в основном, относятся долги или возвращение каких-то ценностей.

Открытие наследства и вступление в наследство представляли собой два этапа передачи прав и обязанностей умершего: открытие наследства определяло круг лиц, имеющих право на само наследство, но право на наследство переходило после согласия наследника принять наследство.

Переход наследства мог происходить по secundum tabulas testamenti (наследование по завещанию) или по цивильному праву (по закону). Наиболее распространенным было hereditas testamentaria (завещательное наследство), которое получал наследник по завещанию. Само распространение завещаний объясняет появление в Риме понятия «наследование при отсутствии завещания», как называли наследование по закону. Законное наследство мог получить heres legitimus, законный наследник. Его права базировались на нормах цивильного права.

Особое положение представляло имущество лиц, не оставивших наследников ни по завещанию, ни по закону. Такое наследство называлось выморочным. В силу особенностей перехода наследных прав оно не могло перейти к наследникам последующей очереди, если от него отказывались все в предыдущей очереди, и в архаичное время считалось ничьим (то есть могло быть взято любым желающим). С времени принципата переходило к государству, а позже государство считалось последней инстанцией – прежде наследство могло перейти муниципальному сенату, церкви, монастырям и т. п., если наследодатель входил в состав их членов. Наследство низших слоев римского общества переходило только государству.

109. Наследование по завещанию

Владелец имущества по римскому праву до своей смерти самостоятельно распоряжался судьбой оставляемого наследства: он определял, кому и в каком объеме после его смерти переходят входящие в это имущество права и обязанности, назначал наследника, опекунов при малолетних наследниках, выделял права в пользу третьих лиц (легаты). Это прижизненное распоряжение называлось завещанием и должно было для получения им юридической силы делаться в определенной правилами форме.

В цивильном праве различали три способа составления завещаний: 1) провозглашение предсмертной воли в куриатных комициях (собраниях); 2) завещание воина, объявлявшееся в строю перед военным сражением; 3) завещание в виде манципации.

В классическом праве определенная форма приобрела решающее значение: завещание теряло юридическую силу, несмотря на все содержащиеся подробности, если никто в завещании не был поименован наследником. В любой момент завещатель мог отменить или изменить завещание. Составление завещания было односторонней сделкой, поскольку наследник мог после смерти завещателя отказаться от наследства.

В праве постклассического периода различали завещания частные (составлялись в присутствии семи свидетелей) и публичные (совершались перед магистратом, судом или императором).

Обязательным в завещании было назначение наследников, без этого остальные распоряжения теряли силу. Правом завещания обладал наследодатель, обладающий активной завещательной способностью; то есть право– и дееспособный римлянин. Этим правом не обладали сумасшедшие, несовершеннолетние, признанные расточителями, уголовные преступники, состоящие под чужой властью (кроме воинов, имеющих право завещательного распоряжения военным пекулием).

Пассивная завещательная способность (возможность наследовать) не признавалась за перегринами, объединениями, рабами. Раб, освобожденный по завещанию, обычно назначался наследником по завещанию.

Завещатель по своему усмотрению имел право передать имущество одному наследнику или определить наследственную долю, выделяемую каждому наследнику, но не мог некоторых законных наследников лишить наследства полностью: 1) восходящих и нисходящих родственников; 2) своих братьев и сестер. В обязательном порядке они получали 1/4 законной доли.

110. Три типа завещаний по источникам римского права

В древнем праве были в употреблении два рода завещаний: завещание составляли или перед лицом всего народа в куриальных собраниях, созывавшихся для этой цели дважды в год, или перед вступлением в поход, то есть тогда, когда для войны брались за оружие и намеревались идти в сражение.

Позднее вошел в обычай третий род завещаний – посредством весов и меди. Если кто-то не составил завещания ни в куриальных собраниях, ни на поле сражения, то, если ему неожиданно стала угрожать смерть, он передавал в манципационной форме другу (постороннему лицу) свое семейство, то есть свое имущество, и просил его распределить имение согласно его последней воле.

Первые два рода завещания с давних времен вышли из употребления; последний вид завещания, совершавшийся посредством весов и меди, стал основным.

Процедура в древнем праве имела следующую форму манципационной сделки: в присутствии приглашенных пяти свидетелей, совершеннолетних граждан, и весовщика составляющий завещание уступал посредством мнимой продажи свое имущество постороннему лицу, причем последний, мнимый покупатель имущества, произносил следующие слова: «Я утверждаю, что твоя семья и имущество твое, по квиритскому праву, находятся под моей опекой и моим надзором, а по этому праву, по которому ты можешь составить завещание, все это покупается мною за цену наличной меди».

Он прикасался медью к весам и отдавал ее завещателю, а завещатель, держа в руке акт завещания, произносил: «Все так, как это написано в этом завещании на восковых дощечках, я даю, распоряжаю, свидетельствую, да и вы, квириты, будьте свидетелями».

Этот акт назывался nuncupatio («Публично заявляю в торжественных словах») и касался всех предсмертных распоряжений, сделанных в завещании, силу которых наследодатель публично заявлял и подтверждал торжественно в общей формуле.

Свидетелями и весовщиком не могли быть лица, состоявшие под властью приобретателя наследственного имущества или самого завещателя, а также лица, состоявшие во власти наследника или отказопринимателя, равно как сами наследник и отказоприниматель. Процедура требовала точного исполнения, иначе считалась незаконной.

111. Особые категории завещателей и наследников в древнем праве

Завещательный акт в древнеримском праве был обставлен формальными сложностями. В некоторых ситуациях и для определенной категории лиц формальные ограничения были сведены к минимуму.

От обязанности соблюдать при составлении завещаний определенную форму были освобождены императорскими указами воины, их завещание считалось действительным, даже если они не призвали законного числа свидетелей и не продали наследственного имущества мнимым образом и не заявили бы торжественно о своей последней воле. Им позволено было назначать наследниками иностранцев и латинских граждан или оставлять им отказы, хотя иностранцы по гражданскому праву не могли приобретать ни наследства, ни отказов, а латиняне были лишены этого права по закону Юния.

На основании распоряжений Адриана право составлять завещания распространилось и на женщин, но они должны были быть не младше 12 лет и завещание составлялось при участии опекуна (мужчины не могли составлять завещание до возраста в 14 лет даже при участии опекуна). Женщина, которая оставалась в зависимости от опекуна, не могла составлять завещание без его согласия; в противном случае завещание ее по гражданскому праву считалось недействительным.

Недействительным также считалось завещание женщины, если она не продала мнимым образом своего имущества или не заявила торжественно своей последней воли.

Исключить дочь из числа наследников запрещалось: если наследство было передано трем сыновьям в обход дочери, она получала по праву приращения четвертую часть наследства и приобретала то, что получила бы в случае смерти отца без завещания, как наследница по закону. Если завещатель призывал к наследованию посторонних и обошел дочь, она правом приращения приобретала половину наследства.

Эманципированные женщины (то есть не состоящие под чьей-то властью) получали в силу преторского владения наследством то же самое, что состоявшие под чьей-либо властью.

Преторские распоряжения исключали посторонних из наследства и передавали его прямым родственникам, несмотря на наличие завещания.

112. Условия действительности завещания

Условиями действительности завещания считались наличие: 1) завещательной способности в момент составления завещания; 2) формы завещания; 3) порядка составления завещания; 4) имени наследника; 5) права наследования у наследника.

Завещательной способностью не обладали душевнобольные, малолетние, расточители имущества, недееспособные, уголовные преступники. Завещание составлялось по определенной форме и с соблюдением порядка: в древности требовалось наличие семи свидетелей, весовщика, меди и весов, позднее – занесение записей в протокол суда или передача письменного завещания в императорскую канцелярию.

Наследники назывались поименно; в древности нерожденные дети и юридические лица исключались из их числа, в императорском Риме они получили право наследования. Запрещалось наследование холостяками в возрасте от 25 до 60 лет и незамужними в возрасте от 20 до 50 лет. Для получения наследства им требовалось в стодневный срок после открытия наследства вступить в брак. Не имели права на наследство преступники и дети преступников.

Наследодатель имел право возложить на наследника выполнение каких-то обязанностей, а наследник, принявший наследство, не имел права отказаться от их исполнения, он был для права наследником навсегда; если спустя годы вскрывался долг, он был обязан его погасить. Не мог он отказаться от наследства, если уже дал согласие. Закон допускал лишь отлагательное назначение наследника для случаев, если основной наследник умрет или откажется от наследства.

Завещателю запрещалось подрывать экономическую базу семьи, закон гарантировал права ее членов, если по какой-то причине их обошли наследством. В древности он не мог передать наследство помимо сыновей (завещание признавалось недействительным, и сыновей призывали к наследству по закону), позже для ближайших родственников ввели обязательные доли и право обратиться с иском о признании завещателя сумасшедшим, если он не оставил им ничего или меньше законного минимума. В классическую эпоху обязательная доля была закреплена законом и предусмотрена для всех восходящих и нисходящих родственников, а также для полнокровных братьев и сестер завещателя, если наследником называлось опороченное лицо. Уважительность причин лишения наследства устанавливалась судом.

113. Наследование по закону в цивильном праве

Наследование по закону происходило, когда собственник не оставил завещания или завещание признавалось недействительным. В Законе XII таблиц наследниками по закону признавались лица, состоявшие в родстве с наследодателем: в архаичную эпоху таковыми считались лица с агнатским родством (по общей подвластности), позднее – лица с когнатским родством (по кровному происхождению); постепенно агнатское родство вытеснялось когнатским и впоследствии было выведено из употребления.

Гражданское (цивильное) право делило законных наследников на три очереди:

1. «Свои» наследники: ими считались дети, состоявшие под властью наследодателя до самой его смерти (сын или дочь, внук и внучка от сына, правнук и правнучка, рожденные от ближайшего нисходящего агната по мужской линии, естественные или усыновленные). Внук или внучка, правнук или правнучка включались в число «своих» наследников, если предшествующее лицо выходило из власти (агнатской) восходящего, то есть если сын был во власти отца во время смерти последнего, то внук от него не был «своим» наследником; жена, находившаяся под мужней властью умершего, считалась «своей» наследницей, так как занимала место дочери; равно как невестка, оставшаяся во власти сына, занимала место внучки.

2. Агнаты: ими считались лица, соединенные законным родством, возникающим через лиц мужского пола: братья, рожденные от одного отца, были агнатами по отношению друг к другу, дядя по отцу считался агнатом по отношению к сыну брата, а последний – агнатом по отношению к первому. Закон XII таблиц давал наследство не всем агнатам одновременно, а только тем, которые находились в ближайшей степени родства.

3. Гентилы, а позднее когнаты. Гентилы были более дальними родичами, членами не семьи, но рода умершего, а когнаты – кровными родственниками умершего, к этой категории причислялись также отпущенные на волю рабы (поскольку умерший считался для них «отцом»: степень наследования исчислялась по степени близости к завещателю).

В древнем праве существовало правило, что в случае непринятия наследства самой первой очередью наследников, вторая очередь лишалась права наследования, наследство становилось выморочным.

114. Наследование по закону в преторском праве

Преторское право возникло в эпоху, когда на первый план выступили отношения, связанные с когнатским родством. В силу этого преторское право различало не три, а четыре очереди законных наследников:

1. Подвластные – лица, которых цивильное право называло «своими» наследниками; дети наследодателя, включая вышедших из-под его власти (как эманципированных или усыновленных кем-либо в установленном порядке, если ко времени смерти наследодателя они приобрели юридическую самостоятельность);

2. Подзаконные – наследники по закону; хозяин умершего вольноотпущенника и агнаты, исключая из них более отдаленных.

3. Когнаты – все кровные родственники наследодателя до шестой степени родства включительно.

4. Пережившие – супруги, пережившие наследодателя, если между ними был заключен брак sine manu.

Наследование первой очереди основывалось на фикции «как будто эманципация не лишила минимальной доли» и включало (в отличие от Закона XII таблиц) освобожденных от власти домовладыки (эманципированных) детей, имущество которых, нажитое самостоятельно после эманципации, в обязательном порядке присоединялось к наследству. Наследование второй очереди основополагалось на агнатском, а наследование третьей очереди – на когнатском родстве, и только четвертая степень родства давала право на наследство супругу или супруге умершего лица.

Позже закон предусматривал для пережившего супруга выделение на праве пожизненного владения обязательной доли. Это правило римского права используется в обязательном порядке и современным наследственным правом. В императорском Риме сразу после первой очереди наследников ставилась мать умершего.

В отличие от законов древнего права преторское право признавало наследство выморочным не в случае отказа или отсутствия первой очереди наследников, а в случае отказа или отсутствия наследников всех очередей. Это защищало права наследования лиц, которые до этого выбывали из наследования.

115. Наследование по Кодексу и Новеллам Юстиниана

Уложение Юстиниана было составлено в эпоху, когда агнатское родство стало уже историей, поэтому оно не упоминает об агнатских родственниках, но выделяет следующие пять очередей законных наследников из числа когнатских родственников:

1. Все нисходящие родственники умершего, каждое поколение которых после первого наследует по праву представления.

2. Все восходящие родственники, включая родных братьев и сестер, которые наследуют, исходя из того, что близкие родственники устраняют от наследования отдаленных родственников.

3. Неполнородные братья и сестры умершего, имевшие с ним общего отца при разных матерях или общую мать при разных отцах, а также их потомство, которое обладает правом наследования только по праву представления.

4. Все прочие кровные родственники без каких-либо ограничений, исходя из того, что более отдаленная степень родства устраняется более близкой.

5. Переживший супруг.

Новеллы Юстиниана поставили вне очереди наследования пережившую мужа вдову, которая получила право на обязательную долю (и по закону, и по завещанию) в размере всего наследства или поровну с детьми, если детей более трех.

При разделе наследства между наследниками первой очереди Новеллы предписывают включить в общее наследство и разделить поровну приданое или предбрачный дар как имущество, полученное наследниками при жизни наследодателя.

Новеллы устанавливают следующий порядок призывания к наследству: дети исключают внуков, кроме случая, когда родитель внука по линии наследодателя умер до открытия наследства, что автоматически передает внуку долю умершего; такой порядок наследования в римском праве именовался «наследованием по праву представления» – внук выступал представителем умершего, наследующего по закону.

Новеллы определяли порядок распределения наследства, если наследник (как по закону, так и по завещанию) умирал до вступления в наследство: его доля распределялась между его законными наследниками в течение года с момента получения им известия о смерти своего наследодателя.

Между наследниками второй очереди имущество умершего разделялось поровну, отказ от доли наследства внутри любой из очередей предполагал раздел этой доли поровну между остальными наследниками в очереди.

116. Легаты

В римском праве легатами (завещательным отказом) называлось распоряжение, сделанное наследодателем в завещании, которое состояло в предоставлении определенному лицу какого-то права или иной выгоды за счет наследственного имущества. Лицо, в пользу которого устанавливался легат, именовалось легатарием.

Легатарий обладал не правом на часть наследства, а правопреемником наследодателя в отдельном праве, но его правопреемство носило единичный характер и распространялось лишь на указанное завещателем право, причем это право легатария не было связано с ответственностью за долги наследодателя. Легатарий мог получить право на часть активов наследства, включая право на определенную вещь или право истребования выполнения чего-то согласно воле покойного с наследника. Причем легаты касались только распоряжений по завещанию, легатов в наследовании по закону не существовало.

Римляне различали легаты per vindica-tonem и легаты per damnationem.

Легат per vindicatonem устанавливал непосредственное право собственности легатария на определенную вещь завещателя (с правом легатария на виндикационный иск).

Легат per damnationem предоставлял легатарию обязательственное право требовать от наследника исполнения воли завещателя и обязывал наследника совершить какие-то действия согласно воле покойного (с правом легатария на иск об исполнении воли завещателя).

Легат мог касаться каких-то одномоментных действий при разделе имущества, а мог и обладать отложенным правом: в его составе могло быть оговорено, что, если легатарий доживет до определенного периода после смерти завещателя и умрет, не получив легата, то его право на легат передается наследникам легатария.

На практике существование легатов нередко усложняло раздел имущества завещателя и нарушало права наследников, поэтому на легаты было введено ограничение в 250 систерциев, а также требовалось, чтобы легат не превышал минимальной доли наследства. С I в. до н. э. наследник получил право оставить себе четверть «чистого» наследства с вычетом унаследованного долга.

117. Фидеикомиссы

Для того чтобы включенные в завещание легаты были признаны законными, они должны были соответствовать определенной форме цивильного завещания; но на практике существовало множество легатов, не подпадающих под установленную форму: легаты о предоставлении известной вещи из наследства касались распоряжений, обращенных к наследнику по закону, или же легаты указывали передачу доли наследства какому-то лицу, что было запрещено римским правом. Согласно республиканскому законодательству подобные распоряжения не пользовались юридической защитой, их исполнение зависело только от доброй воли наследника, такие легаты получили наименование фидеикомиссов («порученное совести»).

Только в период принципата fideicomissum hereditatis получили исковую защиту и стали похожи на легаты. Стало возможно, используя фидеикомиссы, возложить на наследника обязанность выдать какому-то другому лицу определенную долю наследства, а иногда и все наследство. Но поскольку такой фидеикомисс, как и любой легат, приводил только к единичной преемственности, а ответственность по обязательствам, входившим в состав наследства, все равно оставалась на наследнике, пусть он и передал все имущество лицу, которому был оставлен фидеикомисс, то у наследника не возникало большого желания исполнять распоряжение завещателя, и нередко это распоряжение оставалось без исполнения.

Наследник расценивал фидеикомисс завещателя как несправедливый: имущество отходило к другому лицу, а обязательства по долгам приходилось выполнять ему. Римский закон для предотвращения отказов от отягощенного фидеикомиссами наследства запретил полную передачу наследства по фидеикомиссу. Было введено право наследника оставить за собой одну четверть наследства, а лицо, получившее фидеикомисс не на конкретную вещь или отдельное право, на определенную долю наследства, обязано было забирать себе и соответствующую часть долгов, за которую несло ответственность по закону, то есть взамен единичного порядка правопреемства (только на имущество), характерного для конкретного фидеикомисса, был введен универсальный порядок правопреемства (как на имущество, так и на долги) при долевом фидеикомиссе. Законодательством Юстиниана фидеикомиссы были уравнены с легатами.

118. Понятие «лежачего» наследства

В римском праве открытие наследства предполагало наступление фактов, ввиду которых принадлежавшее собственнику имущество становится наследственным и может быть принято лицами, для которых оно в этом качестве предназначено. Таковыми считался момент смерти наследодателя и определение круга наследников по завещанию и по закону. С момента открытия наследства и до момента вступления наследников в свои права наследство именовалось «лежачим», то есть оно в этот период времени никому не принадлежало.

В древнейшем праве, когда законодательно порядок передачи наследства не был сформулирован и закреплен, «лежачее» наследство расценивалось как бесхозное, и потому считалось, что захват «лежачего» наследства и владение им в течение года давали захватившему право собственности на него, хотя при этом и нарушался принцип приобретения собственности по сроку давности.

В классическом праве отношение к «лежачему» наследству изменилось, юристы стали считать его числящимся за умершим, поскольку оно «хранит в себе личность умершего», появился запрет посягательства на «лежачее» наследство. Права на него теперь могли принадлежать только лицам, указанным в завещании или наследникам по закону.

Обязательными наследниками именовались «свои» наследники (heredes sui), проживавшие с наследодателем до его смерти; переход имущества к ним означал оставление его в семье и гарантировал ее экономическую стабильность, почему закон стремился обязать их к принятию наследства и затруднить или полностью исключить возможность отказа от наследства.

Добровольными (внешними или посторонними (heredes extranei)) наследниками именовались все прочие, не находившиеся под властью наследодателя и не образовывавшие с ним единой семьи, но имевшие законные основания на получение наследства. Поскольку переход к ним выводил имущество за пределы данной семьи, закон не обязывал их к принятию наследства, они принимали или не принимали наследство на добровольных началах.

Вступая в наследство, наследник выводил его из состояния «лежачего», то есть бесхозного, и принимал ответственность как за его сохранение и приумножение, так и за все тяготы, связанные с возмещением долгов и прочих обязательств, принятых при жизни наследодателем.

119. Принятие отягощенного наследства

Вступление в наследство выражалось в изъявлении воли наследника принять наследство, а также все обязательства, связанные с приобретением имущества умершего. В древнем цивильном праве порядок принятия наследства был исключительно формализован, в преторском праве и позднее – неформален или даже определялся фактическим поведением наследника, в частности, началом выплат вступившим в имущественные права долгов наследодателя. В преторском праве наследники, принимающие наследство, должны были просить его о введении их во владение наследством, по законам Юстиниана стало вполне достаточно подать магистрату обычное письменное заявление с изъявлением своей воли на принятие наследства.

Принятие наследства было мероприятием крайне ответственным, поскольку наследник принимал на себя полностью и имущество, и права, и все долги, известные и неизвестные, и отвечал за эти долги до своей смерти. Такие правила нередко приводили к полному банкротству наследника, для него имело смысл принимать наследство только в том случае, если актив наследства превышал пассив, что вызывало недовольство у государственных сановников. Наследство оставалось «лежачим», признавалось выморочным и поступало в государственное управление.

В эпоху Юстиниана была сделана попытка облегчить участь наследников подобного отягощенного имущества. Были изданы законы, способствующие сведению убыточности отягощенного наследства практически на нет: наследник не позднее трех месяцев после открытия наследства должен был произвести опись и оценку наследственного имущества с участием нотариуса, оценщика, кредиторов умершего и лиц, особо наделенных частью имущества по завещанию (легатариев), после чего (если он успевал) ответственность наследника по долгам наследства ограничивалась размерами актива наследства.

А в случае, если задолженность наследника грозила уничтожить всю доходность наследства, кредиторы умершего получили право истребовать удовлетворение своих претензий из наследства до его объединения с имуществом наследника. Принятие наследства улучшало финансовое положение наследника, если между ним и наследодателем существовали взаимные обязательства, ухудшающие его материальное положение (иски, сервитуты, долги).

120. Иски о наследстве

При вступлении в наследство у наследника могла возникнуть необходимость в судебной защите своих прав как на сам состав наследственного имущества (если кто-либо отказывался признавать его право собственности), так и на право претендовать на получение наследства (если кто-либо считал его претензии незаконными и не позволял вступить во владение имуществом).

Оспорить претензии на состав наследства можно было с помощью исков, перешедших к наследнику как к новому владельцу имущества. Доказать свои права на наследство и устранить чинимые препятствия можно было с помощью цивильного иска об истребовании наследства, аналогичного по своим условиям и последствиям виндикационному иску.

По такому иску добросовестный владелец наследства обязывался выдать истцу свое обогащение в состоянии на момент иска за вычетом фактически понесенных расходов не содержание выдаваемого имущества, независимо от их целесообразности, а недобросовестный владелец должен был выдать истцу все обогащение со всеми плодами и приращениями и нес ответственность за виновную (до момента предъявления иска) и за случайную (после предъявления иска) гибель или порчу полученных ценностей, имея право только на возмещение улучшающих целесообразных затрат и издержек на содержание наследственного имущества.

Если права наследника не признавались в отношении конкретной вещи, он имел право предъявить обычный виндикационный иск, а если наследник вводился в права претором, он получал право особого иска о получении права владения соответствующим наследством.

Но иск можно было подать и против введения кого-то в наследство, хотя для исключения кого-либо из наследования были необходимы очень веские причины: согласно римскому закону устанавливались 14 видов строго определенных проступков против публичного порядка или против завещателя при его жизни, по которым, с приведением необходимых свидетельств, наследника можно было лишить его обязательной доли на законных основаниях. Если наследник вел вполне пристойный образ жизни, оспорить список наследников можно было одним единственным способом – предъявить иск о нарушении завещателем нравственной обязанности, при жизни завещателя или после его смерти.

Content

Смирнов Павел Юрьевич Римское право. Шпаргалки

Павел Юрьевич Смирнов Римское право. Шпаргалка

1. Римское право как древнейшая система права

2. Составные части римского права

3. Гражданское и преторское право

4. Публичное и частное право классического периода

5. Уголовное право классического периода

6. Роль римских юристов в развитии права

7. Характеристика источников римского права

8. Законотворческая деятельность Юстиниана

9. Основные кодификации в римском праве

10. Легисакционный процесс

11. Формулярный процесс

13. Виды исков по объекту иска

14. Виды исков по способу привязки и основанию

15. Средства преторской защиты

16. Исковая давность в римском праве

17. Субъекты в римском праве

18. Ограничение правоспособности субъектов в римском праве

19. Права римских граждан в области публичного права

20. Правовое положение римских граждан

21. Дееспособность по римскому праву

22. Ограничения по дееспособности в римском праве

23. Инфамия

24. Правовое положение латинов, перегринов, вольноотпущенников

25. Правовое положение рабов

26. Отличия в правовом положении колона и раба

27. Изменение правового положения раба

28. Способы получения латином римского гражданства

29. Появление понятия юридического лица

30. Понятие семьи в римском праве

31. Агнатское и когнатское родство

32. Брачные отношения в римском праве

33. Необходимые условия для заключения брака

34. Имущественные права супругов

35. Формирование института приданого

36. Особенности заключения и расторжения брака

37. Конкубинат

38. Полнота отцовской власти

39. Прекращение отцовской власти

40. Имущественные права подвластного отцовской власти

41. Виды пекулия

42. Право собственности в Древнем Риме

43. Понятия владения и держания

44. Виды владений

45. Установление и прекращение владения

46. Защита права владения

47. Преторская защита прав владения

48. Вещи божественного права и вещи человеческого права

49. Особенности внутреннего деления вещей человеческого права

50. Вещное и обязательственное право по Законам XII таблиц

51. Обряд манципации и сделка in jure

52. Частная собственность на землю

53. Квиритская и бонитарная собственность

54. Виды приобретения права собственности

55. Приобретение права собственности первоначальным способом

56. Приобретение права собственности производным способом (tradition)

57. Приобретение права собственности производным способом: переработка, присоединение, смешение вещей

58. Защита права собственности

59. Утрата права собственности

60. Главные части исковой формулы

61. Сервитутное право

62. Личный сервитут – узуфрукт

63. Эмфитевзис и суперфиций

64. Залог

65. Ипотека

66. Понятие обязательства

67. Возникновение и классификация обязательств

68. Юридические последствия сделки

69. Развитие договорного права

70. Условия действительности договора

71. Содержание договора

72. Волеизъявление в договоре

73. Условия договора и его сроки

74. Процедура заключения договора

75. Стороны в договоре

76. Новация и цессия

77. Исполнение обязательства

78. Последствия невыполнения договора

79. Средства обеспечения договоров

80. Ответственность и освобождение от ответственности

81. Прекращение обязательств, зачет и взаимозачет

82. Институт поручительства

83. Стипуляция

84. Литтеральные договоры

85. Договор займа

86. Договор ссуды

87. Договор хранения

88. Договор купли-продажи

89. Продавец и покупатель в договорах купли-продажи

90. Договоры найма

91. Наем вещей

92. Наем услуг

93. Договор подряда

94. Договор поручения

95. Договор товарищества

96. Безымянные контракты

97. Пакты

98. Пакты преторского права и императорского законодательства

99. Обязательства как бы из договора

100. Ведение чужих дел без поручения

101. Последствия неосновательного обогащения

102. Виды кондикций

103. Деликты

104. Важнейшие виды деликтов по древнему праву

105. Деликты против личности и деликты против собственности

106. Обязательства как бы из деликтов

107. Понятие права наследования

108. Виды наследования

109. Наследование по завещанию

110. Три типа завещаний по источникам римского права

111. Особые категории завещателей и наследников в древнем праве

112. Условия действительности завещания

113. Наследование по закону в цивильном праве

114. Наследование по закону в преторском праве

115. Наследование по Кодексу и Новеллам Юстиниана

116. Легаты

117. Фидеикомиссы

118. Понятие «лежачего» наследства

119. Принятие отягощенного наследства

120. Иски о наследстве