Каримова Кристина

Ничего особенного

Кристина Каримова

Ничего особенного

День не задался с самого утра.

Для начала Яська, навалившись на хлипкий заборчик палисадника, прорвалась в огород. И с удовольствием принялась за поедание сладких корней. Пока Лис выбегал во двор, Яська успела потоптать полгрядки. Получив по загривку толстой суковатой палкой, обиженно зафыркала, затопотала лапами, попятилась. Однако в последний момент извернулась, вытянула хобот и сорвала с окна занавеску. Держа её на весу, будто поверженное знамя противника, ломанулась в поле, и топот её тумбообразных ног ещё долго отдавался в ушах.

Вернувшись в дом, Лис обнаружил, что хитрая Марыська забралась на стол и употребила по прямому назначению почти полную крынку сметаны. Естественно, преступница делала вид, что она тут ни при чём, и мирно сидела на скамье, чистя и вылизывая шёрстку. Однако художественно расположенные белые шестипалые следы выдавали её с головой.

Не успел Лис разобраться с наглой зверюгой, пришла делегация женщин жаловаться на комбайн. Комбайн – это серьёзно. Не успеешь вовремя собрать урожай колосистки, она осыплется, покроет поле жёсткой хитиновой коркой, а спустя несколько дней из-под корки вместо полезных колосьев выберутся усатые мясистые сорняки, заглушая всё вокруг. Потому ремонтом Лис решил заняться в первую очередь. И этим привёл в подавленное состояние крупного, почти взрослого щенка овчарки, названного в память о прошлой собаке Шариком. Прежний Шарик исчез в лесу, то ли был задран вульфами, то ли добровольно присоединился к дикой стае. И упорные поиски Лиса результатов не дали – ни положительных, ни отрицательных. Молодой Шарик, обнаружив Лиса, вооружённого набором инструментов вместо охотничьего самострела, понял, что веселье откладывается на неопределённый срок, завздыхал и побрёл к своему лежбищу под крыльцом.

– Ничего, сходим вечером, – примирительно пообещал ему Лис.

Шарик приостановился, навострил уши: «Правда, хозяин?»

– Правда, правда, – проворчал Лис.

«Договорились!» – пёс обрадованно махнул кисточкой хвоста и устроился в тени раскидистого дуба, прикрыв два глаза, а третий вытянул на стебельке, чтобы наблюдать. Лис покачал головой и отправился встречать комбайн.

Дом Лиса стоял на пригорке, потому прямо от калитки можно было видеть весь Посёлок. Невысокие домики, похожие на приземистые грибы-подорожники, рассыпались по долине, окружённой частоколом. Кое-где вился дымок. Лис нашёл взглядом Алишину хатку. Чистенькая крыша красовалась свежим мхом, который они вместе собрали, потом тщательно высушили, переворачивая каждый час, чтобы не завелись ползуны. А потом Лис красиво выложил его, да не ровными привычными рядами, как у всех, а так, что сложился узор. Крыше девушка радовалась, а вот узору – не очень. Не любила она новшеств, впрочем, как и большинство в Посёлке. И потому Лиса за чудачества и странные выдумки, вроде Алишиной крыши, считали странным, но за добрый нрав и умелые руки прощали. Как когда-то прощали и его деда Данила Лукича, чьи повадки и нрав, видимо, и перенял Лис.

Дед Лиса вырастил и воспитал. Да и научил всему, что знал сам. Человеком он был крепким и, может, был бы жив и поныне, да пропал на лесной охоте. А родители Лиса умерли в тот год, когда шёл по миру Великий Мор и Посёлок опустел наполовину. Вот и остался Лис один. Впрочем, разве ж он один? Полон двор живности, да поселковые в расчёте на помощь в ремонте частенько наведываются. Да вот Алиша забегает по нескольку раз на дню. Когда по делу, а когда и просто так, посумерничать.

Хорошая девушка Алиша, и стряпает, и рукодельничает. Ну чем не жена? Давно пора попросить у неё фенечку из кос да сказать заветные слова. Но Лис все тянет и тянет, ждёт чего-то. А чего? Лучше девушки в Посёлке нет.

Размышления Лиса прервал далёкий гул неспешно подъезжающего комбайна. Дядька Михей, бессменный водитель Посёлка, подрулил вплотную к ограде, заглушил двигатель. Быстро, будто паучок-тутовник, скатился по скобам на землю и остановился перед Лисом, суетливо потирая руки.

– Ну вот… Пригнал, – сообщил он.

Лис кивнул и пошёл вокруг, осматривая технику. Надо же какая махина! Каждый раз сложный механизм приводил парня в восхищение. Детали прилегали одна к другой так плотно и точно, что можно только было диву даваться, как люди смогли придумать и соединить всё это вместе. Комбайн казался Лису живым существом, приболевшим какими-то своими странными болячками. И задача его, Лиса, найти эти болячки и излечить. И Лис оглаживал, успокаивал машину, будто живое существо, шептал ей ласковые слова, искал больное место. Парень осмотрел стояк, проверил работу желваков, накрутки, вертела, а Михей всё ещё почему-то топтался рядом.

– Что? – в конце концов, не выдержал Лис. Лечение капризного механизма требовало сосредоточенности, а дядька Михей своими вздохами отвлекал и мешал поймать поломку.

Михей переступил с ноги на ногу, подёргал себя за оборки жилетки и начал издалека:

– Слушай, ты это… В общем… Дело тут такое… Одним словом, надо нам с тобой в Город съездить.

Лис удивился. В Городе он ещё ни разу не был. Без специального разрешения туда не попадёшь, а если по делу – продукты увезти, технику забрать, то на это были Михей и его племянник Николька.

– А племяш где? – переспросил Лис.

– Да вот, понимаешь, заболел он. И, выходит, больше, как тебе, и некому.

– Один поезжай. У меня вон комбайн… Завтра бабы придут, опять ругаться будут. И плетень поломан, делать надо.

– Один не могу, – с сожалением сообщил Михей. – Знаешь же, два водителя нужно. А грузовик никто, кроме тебя и меня, не водит.

Это было правдой. На Посёлок двух водителей вполне хватало. А сам Лис научился водить где-то с год назад. Михей тогда еще ворчал на лишнюю трату топлива, а вот, гляди-ка, пригодилось.

– Ладно, – кивнул Лис. – Съезжу.

И вдруг понял, что поедет не потому, что больше некому. То есть, конечно, и поэтому тоже. Но он и сам очень хочет посмотреть Город. И как это никогда раньше ему в голову не приходила мысль напроситься вместе с Михеем?

– Ну вот и славненько! – обрадовался Михей, всплёскивая сухонькими ручками. – Договорилися, значить. Так ты тогда к вечеру будь готовый. Как темнеть начнёт, так и поедем.

– Буду, – кивнул Лис и двинулся обратно во двор. До вечера предстояло починить комбайн и поднять плетень, а то набегут вечером ночные твари, и прощай огород. А вот Шарику с охотой сегодня, похоже, всё же не повезло…

* * *

– Ты, Лисик, главное, всё там, в Городе, запомни и, как приедешь, мне расскажи, – золотистый голосок Алиши, как всегда, ввёл Лиса в благодушное состояние. Веснушки на круглом личике девушки светились яркими звёздочками, жёлтые точки в глазах таинственно мерцали, кончики закрученных вокруг головы косичек задорно подрагивали.

– Да ладно, – поддразнил Лис Алишу, любуясь ею. – Что там такого может быть… Ничего особенного.

– Лисик! Как же ничего особенного?! Это же Город! Ты смотри ничего не забудь!

– Постараюсь…

Алиша забежала на минутку – занести Лису «на дорожку» свежие, только что испечённые пирожки с красной ягодой. Проходить в дом не стала, вызвала Лиса к калитке. Корзинка с выпечкой стояла у ног, заботливо прикрытая полотенцем, которое ничуть не препятствовало распространению вокруг вкуснющего запаха. Вон и Катька уже чего-то почуяла. Подойти не решилась, помня утреннее преступление, но старательно принюхивалась издали и завистливо фыркала. Лис подумал-подумал и присел на скамеечку около оградки, которую он всё-таки успел отремонтировать. Сорвал травинку, прикусил. Времени до приезда Михея было ещё много. Алиша стрельнула глазками, взмахнула ресницами, как проворная птичка крылышками, и пристроились рядом. Лис ощущал тепло её тела, втягивал ноздрями лёгкий лесной запах. Девушка сидела близко-близко, почти касаясь, но только почти. «Лучше жены не найти», – в очередной раз привычно подумал Лис и в очередной раз промолчал.

– Вообще, ты такой герой, что решил туда ехать! – вновь защебетала Алиша, которой не требовался собеседник, её вполне устраивал молчаливый слушатель. – Вот я бы сама – ни за что!

– Да ладно, больше же некому… – поскромничал польщённый Лис.

Вдалеке, полыхая разноцветьем, догорал закат, в кустах, подслушивая, возилась вредная Катька, где-то прокричал одинокий оборотень. Переливаясь и серебрясь, в воздухе вспыхивали ночные светлячки. Хороший вечер, подумалось Лису. А сегодня ночью он будет уже в Городе… Как, интересно, всё там устроено?

– А правда, что у тебя бабушка из Города была? – спросила вдруг девушка.

– Правда.

Лис бабушку не помнил, да и дед о ней почти ничего не рассказывал. А жаль.

– И как это твой дед решился привести в дом чужую женщину? – изумилась Алиша.

– Не знаю…

А сам задумался: а действительно, как? Все девчонки в Посёлке знакомы. Знаешь, из какой семьи, которая готовит хорошо, которая мастерица… Вот он про Алишу всё-всё знает. А про девушку из Города кто что скажет? Как на такой жениться? Рисковым всё-таки человеком был его дед.

– А ты, наверное, в бабушку пошёл? – Алиша деликатно покосилась на Лиса.

– Наверное…

– Ничего, ты мне и таким очень нравишься…

Лис только пожал плечами. Он действительно отличался от всех. Высокий, со светлыми, а не рыжими, волосами, чёрными, а не жёлтыми глазами.

– Ах, Лисик! – преувеличенно оживлённо застрекотала Алиша, видимо, испугавшись, что сказала не то. – Ты такой молодец, что решился всех выручить! Михей бы один не поехал, а как бы мы стали без вещей из Города? Так что ты нас спас!

Девушка соскочила со скамеечки, лукаво стрельнула глазками – будто птичка-молнёвка пролетела – и добавила:

– А ещё, знаешь… я буду скучать.

И быстро направилась к дому. Сарафан водоворотом закручивался вокруг ног, подчёркивая кругленькие соблазнительные формы, хвостики обвитых вокруг головы косичек задорно подпрыгивали на каждом шагу. Лис только покачал головой. Замечательная девушка Алиша. Хозяйственная, старательная. Ну, ничего, вот вернётся он из Города и попросит так-таки фенечку из кос. Хватит уже тянуть.

* * *

Выезжать принято было в ночь – чтобы с утра оказаться в Городе, потому дорога большей частью не запомнилась – Лис дремал. Однако на подъезде он всё-таки проснулся, покрутил головой, осматриваясь. Старенький грузовичок неторопливо, будто ощупывая пространство, летел вдоль старой дороги, почти полностью скрытой под зарослями ползучей травы. Вокруг тёмной стеной стоял лес, глубоко погруженный в марево белёсого тумана. Впереди бледным заревом светился Купол – граница между Городом и окружающим миром.

– Ништо, парень, – протянул Михей, покосившись на проснувшегося Лиса. – Скоро прибудем, малёхонько совсем осталось…

Когда они подошли к Ограде и нырнули в чёрный зев Заставы, похожий на раззявленную пасть громадного зверя, то клочья тумана ещё некоторое время пытались следовать за ними. Тащились за машиной, ластились к ней, но постепенно всё-таки отстали. Михей ещё какое-то время продолжал двигаться вперёд, потом остановился, выключил фары, пробормотал:

– Ждать, однако, надо. Сперва нас наверх утянут… Потом проверка… Коли пройдём – то всё, считай в Городе…

– А что за проверка? – спросил Лис.

– Боятся, кабы мы каку гадость им не занесли. Ты, главное, не дёргайся там. Уж терпи как можешь…

Лис, не очень представляя, что его ждёт, неопределенно пожал плечами. Мрак, сгустившийся в тоннеле после выключения фар, постепенно начал приобретать сероватый оттенок. По бокам выступили стены, покрытые кустиками мха-столетника, загорелись точки светляков, неторопливо пролетела ночная бабочка-крысоедка.

– А говорили, что в Городе живности нет… – пробормотал Лис, рассеянно следя за неторопливым взмахом крыльев хищницы.

– А это и не Город ещё, это Коридор, – ответил Михей. – А в Городе – да, нет никого. Не любят там, вишь, живности-то. Они бы и нас не пускали, да ведь без продуктов не обойтись. А нам своя выгода – с ихними машинами-то как-никак легче…

– Дядька Михей, а как всё так вышло? Мы – отдельно, они – отдельно? – полюбопытствовал Лис.

– Дык никто уж и не знает толком… Издавно так повелось…

Михей то ли нервно, то ли зябко передёрнул плечами. Лис решил, что придётся довольствоваться этим неопределённым ответом – не любил дядька Михей пространные рассуждения. Но тот, видимо, чтобы скрасить ожидание, не очень охотно, но заговорил снова:

– Сказывают, перед самым началом Катастрофы, энти, городские, спряталась под своим Куполом, за Оградой, то бишь. Там всё и пережили. Вот с тех пор и боятся наружу выходить. А мы здесь остались. И ничего, живём себе спокойненько. И раньше жили, и дальше будем жить…

Про Катастрофу Лис почти ничего не знал. Смутно помнилось, что о ней рассказывал дед. Вроде произошла она в незапамятные времена. Много живности и людей тогда погибло, а те, которые выжили, стали сильно другими… Но как, почему всё это произошло? Лис уже собрался спросить об этом дядьку Михея, но не успел – зашуршало, зашумело, и на прозрачный купол грузовичка обрушился ливень. «Дождь? Откуда в пещере дождь?!» – Лис встревоженно заозирался.

– Не боись, парень, – успокоил его дядька Михей. – Это они чистят нас так.

Струи лились резко, густо, сильно и полностью закрыли обзор. И вдруг прекратились так же неожиданно, как начались. Взглянув за окно, Лис разинул рот – светлячки уже не мерцали на стенах, мох-столетник, которому вроде бы всё нипочем, скрутился и пожух, а на полу лежала почерневшая, будто сожжённая огнём, крысоедка.

– Отрава какая-то… А, дядька Михей? – пробормотал поражённый Лис.

Ответить Михей не успел – грузовичок, влекомый неведомой силой, вдруг резко взмыл вверх. Не успел Лис и ахнуть, как они оказалась в другом помещении – совсем малюсеньком – не больше Лисова сарайчика за домом.

– Ну всё… Сейчас последнее… – Михей глубоко вздохнул и нажал кнопку. Непробиваемые стёкла грузовичка, проткнуть которые не могла бы и огнёвка в период гона, медленно поползли вниз.

– Зачем?! – возмутился Лис.

– Ничё, ничё… Всё путём… Ты потерпи, щас самое сложное будет…

Дядька Михей нервничал. Почему? Переспросить Лис не успел. Ближайшая к нему стена вспучилась бутоном, бутон вытянулся, дёрнулся и лопнул. Лепестки разлетелись рваной розеткой, а из влажной глубины выглянул что-то чёрное, гибкое, длинное. «Змеёвка! – понял Лис. – Бежать!» Он рванулся к двери.

– Спокойно, парень! – схватил его за локоть Михей. – Не шевелись, они это не любят!

Лис вжался в сиденье. Нечто, так похожее на змеёвку – страшную зверюгу, способную вытянуть из человека все соки, – всё росло и росло из стены. Вот стебель дотянулся до окна, ощупал проём. Лис скосил глаза – утолщение на конце стебля заканчивалось мелкими шевелящимися ворсинками.

– Тихо, тихо, – бормотал рядом Михей. С его стороны тоже тянулось, росло, продвигалось страшное щупальце. – Им проверить надо… Ты только не дёргайся.

Лис и не дёргался, он просто замер, мёртвой хваткой вцепившись в сиденье. Ворсинки нежно коснулись подбородка, пощекотали, двинулись вверх по щеке. Лис закрыл глаза. Как ни странно, сейчас прикосновения казались даже приятными. Ворсинки были тёплыми, мягкими и чем-то похожими на Марыськин мех. Пуховки пробежали по лбу, взъерошили волосы, пощекотали шею и… исчезли. Лис приоткрыл глаз. Потом другой. А что, ничего страшного. Зря все так боятся этого контроля Города, ничего такого особого. Лис покосился на Михея: тот всё ещё сидел, вжавшись в сиденье и крепко зажмурив глаза.

– Михей, – позвал его Лис. – Всё уже? Или ещё чего будет?

Михей разжмурился, повертел головой.

– Ииииих! Убрались! – забормотал он, вытирая рукавом лоб, покрытый испариной. – Ну, сейчас всё, парень. Прошли, значить. Ух! Ну, щас всё. Щас, значить, нас пропустят.

И действительно, стена впереди налилась серебристым светом, будто вода в озере в безветренную погоду. А потом, к удивлению Лиса, взяла и поползла в сторону. Михей тронул ручку управления, грузовичок фыркнул, дрогнул и медленно вплыл в открывающийся лаз.

* * *

Ангар, громадный, как поселковое поле, был почти пуст. Где-то в необозримом далёке виднелись странные механизмы непонятного назначения. В передней стене на большом расстоянии друг от друга просвечивали прозрачные проемы. Двери? Над головой возвышался купол, светящийся мягким рассеянным светом. «Будто небо», – подумал Лис, задирая голову вверх. И тут же пошатнулся, чуть не сбитый с ног снующим вокруг грузовика Михеем.

– Слухай сюда, парень, – Михей отодвинул Лиса в сторону и занырнул в кабину так, что снаружи остался торчать только тощий зад. Голос зазвучал глухо. – Я разгружаться буду, а ты, гляди, под ногами не мешайся, в сторонке стой.

И вынырнул с кучей сопроводительных магнитных пластин. Лис молча посочувствовал – шутка ли, правильно собрать продукты со всего Посёлка, а потом точно раздать полученные за них в Городе вещи. А вслух спросил:

– Долго разгружаться-то?

– Тебе-то что? Твоё дело маленькое, отдыхай пока. К вечеру, глядишь, будем готовы.

– А можно я прогуляюсь?

– Где? – Михей с подозрением наморщил лоб.

– Здесь где-нибудь… – Лис неопределённо обвёл рукой окружающее пространство. – Разомнусь…

– Ладно. Иди, покуда, походи. – Согласие было выдано с большой неохотой. – Но лучше, вон, спать ложись. У меня и спальничек на енто дело припасён…

– Да не, я пройдусь. Ноги отсидел… – соврал Лис. Уж очень ему хотелось посмотреть хоть что-нибудь, когда ещё потом такая оказия выйдет.

– Ладно, погуляй маленько. Но из ангара, смотри, ни-ни, а то мало ли чего! Город всё-таки, чай, не Посёлок.

– Да я рядом постою, – договаривал Лис уже на ходу, боясь, что Михей его остановит, оставит в помощь. А посмотреть, хоть одним глазком, хотелось. Надо будет хоть что-то рассказать Алише.

* * *

Бесконечная стена, вдоль которой двигался Лис, длилась и длилась. Дверей не было. Только какие-то круги, затянутые мутной полупрозрачной плёнкой. Может, это и есть выход? И из чего это, интересно, сделано? Желая пощупать странную материю, Лис протянул руку и тут же испуганно отпрянул – плёнка лопнула и плавно растеклась в стороны, будто расходящиеся лепестки цветка-хищника. Лис однажды наблюдал, как такой цветок умудрился заглотить громадного – с ладонь – жука-вертушку. Может, кто-то собирается проглотить его, Лиса? Любопытство, однако, пересилило, и юноша, поколебавшись, осторожно заглянул в проём.

Снаружи был Город.

Ничего подобного ранее Лису видеть не приходилось. Причудливые изогнутые формы громадных строений нависали, стёкали вниз, взлетали вверх и внимательно смотрели стёклами блестящих окон на замершего от восторга парня. Казалось, они изучали его, всматривались, щуря подернутые зеркальным блеском глаза. Лис, озираясь, стоял столбом. Замечал одно чудо, восхищался и через секунду замечал следующее. Что это? Здания? Места для работы? Жилища? Неужели люди живут прямо здесь? Лис вспомнил уютные домики Посёлка, мягкие крыши, листья склонившихся тополей или кроны дубов, прикрывающих дворы от жаркого солнца… Здесь же солнца вообще не было, только рассеянный свет, падающий с купола. Великолепие, мощь Города одновременно подавляли и удивляли.

Стоя у входа в ангар, Лис всё ещё крутил головой, когда сверху ударил рёв, и нечто, страшное и большое, стремительно спикировало вниз. Сильная воздушная волна сбила парня с ног, крутанула по земле. Мелькнуло отливающее металлом брюхо, и машина, едва не раздавив человека, скрылась в ангаре. Всё происшествие заняло считаные секунды. Лис, приходя в себя, всё ещё лежал на земле, когда услышал рядом возмущённый девичий голос:

– Бестолочь! Чего ты пялишься?! А если бы пришибло?! Ты же видишь, что идёт на посадку!

Уперев руки в бока, над ним стояла девушка. Не привычный сарафан, а ярко-красный комбинезон плотно облегал фигуру. Большие чёрные глаза. У них в Посёлке ни у кого не было чёрных глаз, только у самого Лиса. И тёмные блестящие волосы. Длинные! А вместо косичек – хвост, свисающий ниже середины спины. Как с таким хвостом работать в поле? Он же за все колючки будет цепляться.

– Вот те на! – поразилась вдруг девушка. – А чего ты так вырядился, будто из Посёлка?

– А я и оттуда и есть, – проворчал Лис, поднимаясь.

– Да? – недоверчиво переспросила незнакомка, оглядывая его сверху вниз. – Что-то не больно ты похож на поселкового…

Лис неопределённо пожал плечами:

– Какой уж уродился…

– Ну хорошо. А как ты сюда попал?

– Я с Михеем. Он грузовик разгружает, а я жду.

– С Михеем?! Ну и имечко! А как из ангара вышел?

– Через дверь, – буркнул Лис.

– Да не может такого быть! Дверь для кого попало не открывается! Там идентификация на генном уровне.

Лис развернулся и пошёл прочь. Непонятный разговор, а ещё пуще ехидное недоверие девушки ему не понравились.

– Эй, подожди… – сзади послышались торопливые шаги.

Лис подумал-подумал и остановился. Всё-таки первая встреча. К тому же, неохотно признал он, незнакомка произвела впечатление. Какая она! Совсем не такая, как поселковые девчонки. Стоит прямо, глаза не прячет, говорит насмешливо…

– Не обижайся, а? – останавливаясь перед Лисом и заглядывая ему в глаза, просительно произнесла девушка. – Я просто никогда близко с людьми из Посёлка не общалась, вот и не могла поверить сразу. Меня Нимфа зовут. А тебя?

– Лис.

– Значит, Лис, ты сейчас совершенно свободен?

– Нет, а только до вечера.

– Ооооо! До вечера ещё море времени! И что собираешься делать?

– Я хотел Город посмотреть.

– Да, логично. – Девушка разглядывала его, будто какую-то диковинку. – Слушай, мне тоже очень любопытно кое-что посмотреть… Может быть, мы вместе?..

– Что вместе?

– Что-нибудь посмотрим?

Предложение было дельным. Смотреть чужие места с проводником намного безопаснее, чем одному. А как же Михей? Он велел далеко не отходить…

– К вечеру вернёмся?

– Обязательно!

– Согласен.

– Здорово! Пойдём-ка скорее, пока нас тут не застукали.

Нимфа схватила Лиса за руку, и он дёрнулся, как от удара. Ещё никто никогда не обращался с ним так фамильярно. Даже Алиша, с которой он общался много чаще, чем с другими, ещё никогда не прикасалась к нему.

– Ну чего ты?! – удивилась девушка. – Пойдём.

Лис вышел из столбняка и сделал шаг. И тут же уткнулся в спину своей проводницы. Шарахнулся в сторону и испуганно пролепетал:

– Извини!

– Да ничего, это я остановилась не вовремя. Подумала, что лучше тебе подождать меня здесь. Полиция бдит, знаешь ли. Постой буквально одну минутку, я подгоню аэроцикл. – И Нимфа, выпустив его руку, скрылась за углом ближайшего здания.

Лис остался. Прошёл вдоль стены и обратно, постоял, покрутил головой – вершины зданий тянулись, заслоняли небо, нависала над улицей. Ну и красотища! Интересно, что это такое – аэроцикл? Какая-то машина? Любопытно посмотреть, на чём они тут передвигаются. Лис прошёлся ещё, удивляясь пружинящему слою под ногами. Вроде, не земля. А что? Он присел, поцарапал ногтем. Подстилка под ногами, несмотря на всю мягкость, не поддалась. Колупнул ещё раз. И ещё. И уже совсем было решился извлечь небольшой ножик да вырезать кусок, как услышал над собой строгий голос:

– Что ты здесь делаешь?

Лис, подпрыгнувший от неожиданности, оглянулся и обнаружил рядом мужчину в чёрной одежде с жёлтой повязкой на рукаве. Поодаль стоял ещё один.

– Ты из Посёлка? Почему не в ангаре?

Лис хотел объяснить, что он ждёт Нимфу, чтобы посмотреть Город, но его рот закрыла мягкая нежная ладошка. Лис поперхнулся.

– Господин офицер. – Нимфа мило улыбалась и старательно отпихивала Лиса в сторону. – Не обращайте на него внимания, это мой друг, с ним бывает. Наглотался какой-то гадости, переоделся невесть в кого… Я сейчас увезу его, и никаких проблем.

Человек в форме недовольно прищурился. Нимфа продолжала смотреть открыто и честно:

– Господин офицер, давайте будем считать, что я вам должна. Мы можем встретиться, когда вам будет удобно.

Офицер подумал ещё немного, окинул цепким взглядом фигурку Нимфы и неохотно кивнул.

– Благодарю! – пропела Нимфа и поволокла Лиса прочь.

Они подошли к странной двухколёсной машине с рогами, похожими на Катькины. Нимфа перекинула ногу, будто садясь на верховую ламу, и недовольно оглянулась на остановившегося Лиса.

– Чего ты? Давай… – И кивнула себе за спину.

Лис стушевался. Сиденье такое узкое и короткое, что если он сядет, то ему придётся просто прижаться к ней.

– Чего ты стоишь, бестолковый?! Быстрее! – зашипела Нимфа, косясь на людей в форме. – Они просто не уверены, что ты из Посёлка, уж слишком похож на наших! Садись, пока не расчухали!

И Лис – была не была! – осторожно пристроился позади девушки, постаравшись сесть как можно дальше. Аэроцикл, подчиняясь воле наездницы, приподнялся над землёй и начал набирать скорость. Резкий рывок машины бросил Лиса вперёд и, чтобы не упасть, ему просто пришлось схватиться за талию всадницы. Парень в ужасе зажмурился, ожидая взрыва возмущения. Но, оказывается, Нимфа ничего против не имела. Она одобрительно кивнула и, прибавляя скорость, крикнула:

– Держись крепче!

Замелькали, проносясь мимо, странные, тёмные и светлые, длинные узкие и широкие обтекаемые здания. Аэроцикл нёсся вперёд всё быстрее и быстрее. Лис чувствовал гибкое податливое тело Нимфы, и от этого незнакомого ранее ощущения кружилась голова и леденели ладони. Впрочем, возможно, они леденели от ветра, который весело мчался за ними, пел на разные голоса, забивал слезящиеся глаза.

– Держи-и-и-ись! – радостно кричала девушка. И ветер вторил ей: «Держи-и-и-ись!»

Смех Нимфы несся за ними, пытаясь догнать и отставал, теряясь в переулках.

– Держи-и-и-ись!!!

Полёт длился, длился, длился… Мелькали улицы, дома, и всё крепче и крепче Лис обнимал Нимфу. Волосы всадницы, мягкие, будто нежная шёлковая паутинка тутовника, трепал ветер, бесцеремонно ерошил пятернёй, бросал из стороны в сторону. Их лёгкий незнакомый аромат забивал дыхание Лиса и заставлял желать, чтобы этот полёт никогда не кончался. Однако девушка начала притормаживать, и через несколько мгновений они плавно остановились. Лис с большой неохотой выпустил тонкую талию и чуть сдвинулся на сиденье.

– Ну как? – обернулась раскрасневшаяся девушка.

– Да-а-а-а… – счастливо выдохнул Лис.

– Дальше будет ещё лучше! Мы пойдём не низом, а верхом. Глядишь, удастся избежать бравых полицейских.

Лис кивнул. Верхом, низом – сейчас он готов был отправиться куда угодно и абсолютно любой дорогой.

– Вот и славно! – одобрила Нимфа. – Только для начала тебя нужно переодеть.

* * *

– Слушай, – Нимфа с любопытством обошла его кругом. – А ты вполне даже очень ничего без своих тряпок.

Одежда грудкой валялась на полу, а сам Лис, облачённый в облегающий комбинезон, с сомнением вглядывался в чужого ладного парня, отражающегося в зеркальной поверхности стены. Ни у кого в Посёлке не было таких больших зеркал. Алиша, например, всегда таскала с собой маленькое зеркальце, умещающееся в ладошке, и очень его ценила. А здесь – целая стена. Вот бы ей показать!

– Очень-очень хорошо! – вынесла вердикт Нимфа. – Сейчас можно отправляться куда угодно.

– Ммммм… – неуверенно протянул Лис. – Как-то оно это всё странно… Может, я лучше одену своё?

– Ну уж нет! Давай так. У вас ведь таких комбезов в Посёлке нет? Вещь полезная, и, если захочешь, возьмёшь потом с собой. Не волнуйся, ты быстро привыкнешь, он удобный, с кучей функций. А сейчас пойдём скорее, нам ещё далеко. Уж очень хочется посмотреть, как на тебя туннель среагирует.

Нимфа провела рукой перед чёрным квадратом на стене, и панель отъехала в сторону. Они шагнули в маленькую комнатушку, скорее, даже штольню, так как потолка не наблюдалось.

– Сейчас будем подниматься. Твоя задача – держать равновесие.

Нимфа ещё раз провела рукой, и панель с лёгким шуршанием вернулась на место.

– Держи равновесие, понял? – ещё раз на всякий случай повторила она.

Лис, не очень осознавая, о чём идёт речь, кивнул. Нимфа удовлетворённо отвернулась. И тут неожиданная сила подхватила Лиса, дёрнула, потянула вверх. Он качнулся, но вспомнил слова Нимфы и попытался выпрямиться. Инстинктивно вытянул руки в стороны, и балансировать стало значительно легче. Неведомая сила тянула вверх, выше и выше. Нимфа поднималась параллельно, но держала руки вдоль тела. Лис попытался последовать её примеру. Что-то получилось. Мелькали стены, кружилась голова, а они всё поднимались и поднимались.

Нимфа глянула на Лиса, мимолетно улыбнулась:

– Гравитационное поле.

Юноша покосился вниз, и голова невольно закружилась – пол окончательно и бесповоротно исчез где-то далеко.

– Уже немного осталось, – подбодрила Нимфа.

И действительно, вверху, светясь рассеянным светом, появился небольшой прямоугольник выхода. Скорость подъёма замедлилась, и они, подобно жукам-плавунцам, выныривающим на поверхность воды, выскочили из полутёмной шахты на плоскую площадку крыши. Лис огляделся. Защитный купол, заменяющий Городу небо, переливался почти над самыми головами. А далеко внизу, везде, куда хватало взгляда, простирался Город. Купола зданий отливали синим, зелёным, фиолетовым, жёлтым. Светились, создавая невиданную перемигивающуюся картину. Нимфа шагнула к краю.

– Иди сюда, – позвала она.

Лис осторожно подошёл. Он никогда ещё не поднимался так высоко. Под ногами лежала бездна, наполненная очертаниями причудливых зданий, светящаяся переходами цветов, играющих на крышах, поблескивающая множеством окон.

– Посмотри, какая красота! – прошептала Нимфа, прижимаясь близко-близко.

Лис неловко замер. Он одновременно боялся потревожить доверие девушки и опасался свалиться вниз – бездна тянула, звала, манила.

– Тебе нравится?

– Да, очень, – прошептал он.

Губы девушки были так близко, что Лис, засмотревшись на них, чуть не пропустил следующую фразу.

– А сейчас будет ещё лучше. Мы с тобой полетим.

– Что сделаем?!

– Полетим, – терпеливо повторила Нимфа.

– Как?

– Вырастим крылья, конечно. Я же говорила, что верхом пойдём.

– Я не понимаю. Какие крылья?

– Комбинезон подчиняется твоим желаниям, потому с его помощью можно создать крылья. Да и вообще чего угодно. Достаточно подумать, и он сделает всё, что нужно.

– Всё?!

– Ну, не совсем всё, конечно. Но многое. Защита, помощь, инструменты… Много чего. Сейчас нам нужны крылья для полёта, потому ты должен их создать, пожелать, чтобы они были. Это же просто.

– Не знаю, – с сомнением протянул Лис.

– Попробуй. Можешь сказать вслух.

Нимфа смотрела выжидающе. Лис вздохнул. Чувствуя себя совершенно глупо, произнес:

– Я хочу, чтобы у меня были крылья…

Ничего.

– Мне нужны крылья, чтобы летать… – безнадёжно повторил он и развёл руками. – Не получается.

– Эй, не так! – засмеялась Нимфа. – Мало говорить, надо представлять, чего ты хочешь. Представь, что они появляются… увеличиваются… растут до нужного размера… Ну я тебе прямо как ребёнку объясняю! Давай, делай уже!

Лис закрыл глаза, вспомнил высоту, на которой он находился, почувствовал воздух вокруг, ощутил плотно прилегающий к телу костюм и представил, как где-то поверх лопаток проклёвываются и медленно и неторопливо начинают расти два широких надёжных крыла. Появляется маленький пучок перышек, вытягивается, становится всё больше и больше. Перья с лёгким шорохом расправляются, ложатся рядами, полётный край заостряется, как у стрижа… Он бы, наверное, представил бы ещё что-нибудь, но его прервал изумлённый возглас:

– Что это?!

Лис приоткрыл один глаз. Девушка, разинув рот, глазела на что-то у него за спиной. Лис открыл второй глаз и вывернул голову. За спиной действительно покачивались два стального цвета крыла. Мощные, крепкие, покрытые крупными, плотно прилегающими друг к другу перьями. Красиво.

– Что это на них? – потрясённо произнесла Нимфа. – Вот это, пушистое?

– Перья, – в свою очередь удивился Лис.

– А зачем?

– Чтобы летать. У всех птиц есть крылья, а у крыльев есть перья.

– Никогда такого не видела! – покрутила головой Нимфа. – Вот смотри, как надо.

Из-за спины девушки стремительно вылетели два копьеобразных отростка. Из них расцвели несколько отростков поменьше – будто ствол дерева с ветками, подумал Лис, только разложенный на плоскости. Между отростками возникла сначала почти не заметная, но становящаяся всё более плотной, полупрозрачная радужная паутинка, нити которой крепли, утолщаясь, сливаясь вместе, и наконец превратились в кожистое поблескивающее покрытие. Нимфа чуть повела плечами, и гладкие, отливающие серебром крылья послушно открылись и закрылись.

– Вот так надо, видишь?

– Вижу, – кивнул впечатлённый Лис. – Похоже на птерокрыла.

– Не знаю, на что похоже, но они для полёта точно пригодны. А твои – не знаю. Но если хочешь, то можешь, конечно, попробовать, – Нимфа с сомнением покосилась на создание Лиса.

– Знаешь, я, пожалуй, сделаю, как у тебя.

На этот раз Лис не стал закрывать глаза. Наверное, он уже почувствовал, как нужно думать, потому вторая трансформация удалась значительно легче. Перья, как глина под дождём, оплавились, растеклись и сложились вновь, повторив форму крыльев Нимфы.

– Так?

– Вот сейчас – так! Молодец! Полетели?

Нимфа, стоящая на краю, качнулась и шагнула навстречу пропасти. Не ожидавший этого Лис, инстинктивно попытался схватить её, удержать, но рука соскользнула. Несколько секунд Лис балансировал на краю, а потом полетел вниз вслед за Нимфой. Всё произошло в считаные мгновения.

Ветер моментально залепил рот, нос, уши. Блоки здания хаотично замелькали то справа, то слева. Далёкая земля тянула, будто магнит.

– Откры-ы-ывай кры-ы-ылья! – раздался далёкий крик Нимфы.

Скорость падения всё увеличивалась, Лис уже не различал, где верх, а где низ, а где он сам. Нимфа, стремительной рыбкой вынырнула откуда-то сверху, нагнала, обхватила руками и ногами, попыталась замедлить падение. Но её легкие крылья не могли удержать двоих, и они, кувыркаясь, продолжали падать.

– Лети же! – отчаянно закричала Нимфа прямо ему в лицо.

Как?! Земля, небо, окрестные здания вихрем неслись вокруг.

– Скорее! – в голосе девушки было отчаяние. – Не успеем!

Земля стремительно приближалась.

– Лис! Давай! Пожалуйста! Раскрывай крылья! Лети!

Как лететь? Может, представить, что он птица? Он вспомнил Посёлок и полёт степных соколов. И тут же почувствовал рывок – крылья раскрылись за спиной, закрыли полнеба. Нимфа отцепилась от него:

– Лети! Лети!

Лису не хватало опыта, умения, но он уже чувствовал силу за плечами, подчиняющуюся, готовую нести за собой. Ветер уже не свистел злобно, а вился вокруг, крылья ловили воздушную струю, опираясь на неё, и Лис летел.

– Молодец! – закричала Нимфа, тревожно кружащая рядом. – За мной!

И кругами начала подниматься всё выше и выше к куполу. И Лис, делая взмахи чуть чаще, чем нужно, полетел вслед… Внизу оставались купола зданий, мостовая, причудливые крыши. А впереди был свет и свобода.

* * *

– Ну как? – спросила Нимфа некоторое время спустя, когда они присели передохнуть на каменный парапет очередной крыши.

Лис только счастливо улыбнулся. Где-то внизу высились, пузырились, вздымались причудливыми волнами здания Города. Несмотря на то что плечи болели, как будто он махал не крыльями, а собственными руками, Лис был счастлив. Вновь и вновь переживая полёт, чувство свободы и лёгкости, он наслаждался отдыхом, ощущением тепла, исходящего от девушки, сидящей рядом.

– Я люблю летать, – продолжила Нимфа. – И вообще люблю скорость, а ещё всё необычное. Только у нас мало чего необычного, всё уже надоевшее, скучное. А вот у вас, в Посёлке, много чего всякого, да?

Лис подумал. Что интересного есть у них? Что может сравниться с Городом? Что может удивить Нимфу? Девушка ждала.

– Ну… У нас есть поля… Мы растим зерно… Строим дома… Ходим на охоту…

– А что это такое?

– Это когда выслеживаешь в лесу зверя…

– О-о-о-о! Я и забыла, у вас же там есть звери! А какого зверя ты выслеживаешь? Большого?

– Ну, один раз я выследил вульфа… – скромно похвастал Лис. – Он ростом примерно мне по пояс. – Лис показал рост зверюги, которая ему встретилась всего где-то с месяц назад. – Лохматый… Очень опасный зверь.

Лис подумал-подумал и всё-таки решил сказать правду:

– Честно говоря, это не я, это он меня выследил. Я осматривал лес, а он, видимо, долго крался, выбрал момент и напал. Если бы не Шарик, то зубами клац – и головы нет. А так я успел выстрелить… Один раз… А потом он перекусил самострел и пришлось добивать ножом. Повезло. Он, видимо, отбился от стаи, один был, а то бы там мне и конец пришёл.

– Да-а-а-а… – уважительно протянула Нимфа. – А Шарик – это кто?

– Это собака. Живёт у меня дома.

– У тебя дома живёт зверь?!! Настоящий?!! – известие произвело на Нимфу большее впечатление, чем рассказ об охотничьей битве.

– Ну да, – Лис не понял, что её так удивило.

– Ух, у меня прямо мурашки по коже! Предвкушаю, что с тобой можно увидеть в туннеле! – Нимфа вскочила на ноги. – Пойдём скорее! Наверху мы уже полетали, а сейчас пойдём в подземелье. Не боишься? – И она задорно подмигнула.

– Не боюсь, – улыбаясь, ответил Лис. На подначки ведь не обижаются.

* * *

– Куда мы идём? – негромко спросил Лис.

Они уже довольно давно брели по узкому каменному коридору, который почему-то не вызывал у Лиса доверия, заставлял держаться настороже, ступать осторожно, как на охоте на пещерных медведей.

– Неважно.

– А зачем мы тогда идём?

– Потому что это туннель и рано или поздно здесь что-нибудь произойдёт. И тогда будет интересно.

Даже тех впечатлений, которые он уже получил, хватило бы Лису надолго. А ведь наверняка в Городе было ещё много чудесного. Ему повезло, что Нимфа согласилась стать проводником. Без её помощи он наверняка не увидел бы и сотой доли здешних чудес. Он с благодарностью посмотрел на девушку. Как же она отличается от поселковых девчонок. Кто бы из них решился на крылатый полёт? Никто, включая и Алишу. А Нимфа смогла научить и его, Лиса. А езда на аэроцикле? У Лиса, как только он вспоминал, как близко они сидели, мурашки начинали бежать по коже. И сейчас, разглядывая чёткий профиль, слушая её уверенные шаги, Лис решил, что вполне может понять деда, который привёз себе наречённую из Города, а не женился на одной из знакомых с детства девчонок…

Додумать мысль до конца Лис не успел, так как впереди раздался какой-то странный шорох. Скрррым, скррым, скрррым…

– Что это? – Лис замер.

– Не знаю, – останавливаясь рядом, пробормотала Нимфа.

– Люди? Звери?

– Честно говоря, – Нимфа неуверенно оглянулась вокруг. – Здесь может быть что угодно. И кто угодно.

В каменной трубе-подземелье было темно, влажно, пахло плесенью, и эхо шагов, как упругий мячик, гулко перелетало от стены к стене. Шорох повторился. Лис прислушался, пытаясь угадать источник. Скрррым, скрррым, скрррым… На что это похоже? На что-то очень знакомое? Знакомое и опасное… И вдруг Лис вспомнил. И обмер. Крысолаки! Тёмные ночные твари, с острыми как бритва когтями, быстрые и безжалостные. Откуда они здесь, в Городе?

Скрррым, скрррым, скрррым…

Лис осторожно сделал шаг назад. Нимфа, не понимая, но чувствуя его состояние, попятилась вместе с ним. Эхо шагов испуганно метнулось от стены к стене.

– Что там? – в голосе девушки не было страха, одно лишь любопытство

– Беги, – сквозь зубы выговорил Лис, прислушиваясь.

– Что? – Нимфа не понимала.

– Нам всё равно с ними не справиться! Я постараюсь их задержать. Беги!

Нимфа неуверенно сделала шаг назад. И тут из-за угла появился первый зверь. Поджарый, с длинными ногами, с изящной вытянутой мордочкой. Маленький чёрный носик шевелился, вынюхивая добычу. Впрочем, крысолак уже увидел отступающих людей и облизнулся.

– Беги же! – отчаянно крикнул Лис.

– Я с тобой!

Лис простонал сквозь зубы. Если бы Нимфа побежала, то Лис попытался последовать её примеру. Шансы оторваться, конечно, были бы малы, но драка с крысолаком вообще не давала никаких шансов. Однако Нимфа, теряя последнюю возможность к отступлению, продолжала упорно топтаться рядом.

Зверь приближался, ступая мягко, красиво, почти бесшумно, если бы не скрежет коготков: скрррым, скрррым, скрррым… Вот хищник остановился, подогнув переднюю лапу, и прислушался, далеко ли остальная стая. Покосился на законную добычу – не уйдёт? Решил, что не уйдёт и, поджидая родичей, присел, вальяжно вытянув хвост. Серая гладкая ухоженная шёрстка лоснилась – волосок к волоску.

Лис начал медленно отступать, прикрывая собой Нимфу и вынуждая её отступать тоже. Зверь заволновался. Привстал, закрутил хвостом из стороны в сторону – добыча собиралась сбежать. Лис пятился, не спуская глаз со светящихся зрачков, пытаясь поймать момент прыжка. Зрачки расширились, и почти в ту же секунду крысолак взметнулся в воздух, в мгновение преодолев в прыжке разделяющие их метры. Лис, толкнув Нимфу в одну сторону так, что она кубарем отлетела в угол, сам метнулся в другую. Крысолак, понимая, кто главный, метил именно в парня. И промахнулся совсем чуть-чуть. Острые когти рванули ткань, но до руки не достали. Крысолак, разозлённый неудачей, развернулся прямо в полёте, сгруппировался и прыгнул снова. Лис рванул в другую сторону, но на этот раз зверь успел зацепить его, и они покатились единым клубком.

Лис мысленно простился с жизнью и вдруг вспомнил: «Костюм может дать все: защиту…» Крысолак рванул передними и задними ногами одновременно. От таких действий острых когтей зверюги человек, обычно, оказывался порезанным на тонкие ломтики. Но, подчиняясь отчаянному приказу Лиса, ткань выдержала, крысолак даже не надорвал её. Зверь был страшно разочарован. Что за странная добыча ему досталась? Он издал рассерженное урчание и повторил попытку с удвоенной силой. Не вышло! Поняв, что когти не помогают, крысолак тут же сменил тактику и щёлкнул зубами рядом с горлом человека. Пытаясь отпихнуть клыкастую морду, Лис вцепился в мускулистую шею зверя. Тварь изворачивалась, усы стояли дыбом, нос злобно морщился. Зверь злился – добыча не давалась!

Лис согнул ноги в коленях и изо всех сил ударил крысолака в живот. Тот взвизгнул, но добычу не выпустил. Лис ударил ещё раз. И крысолак с обиженным писком отлетел в сторону. Лис вскочил. Зверь клубком прокатился по полу, развернулся и, хлеща себя хвостом по бокам, снова двинулся к человеку, обходя его полукругом. Лис так же медленно поворачивался вокруг своей оси.

Внимательно наблюдая за зверем, Лис краем глаза все же заметил, что Нимфа уже не сидит у стены, как это было в начале. Она оглаживает пол под ногами, и в нём, медленно расширяясь, возникает лаз. Вот он величиной с ладонь, вот с человеческую голову, вот подрос ещё немного…

– Лис! Это выход, он ведёт вниз, но я не знаю, куда именно… – Вот сейчас голос Нимфы звучал испуганно.

И тут из-за выступа появилась остальная стая. Шесть великолепных особей, гордо подняв головки и шевеля усами, вышагивали, скыркая коготками. Зверь, прибывший первым, приветствовал подкрепление торжественным криком. Стая ответила тем же. И именно в этот момент, когда животные отвлеклись, Лис прыгнул к лазу, схватил в охапку Нимфу и нырнул в узкое отверстие. Они быстро заскользили вниз по гигантской горке. Вокруг плотной стеной встала темнота, а сверху, становясь всё глуше, летел разочарованный рёв стаи крысолаков, упустивших добычу.

Скорость движения всё увеличивалась. Лис изо всех сил прижимал к себе Нимфу, прикрывая её собой, пытаясь уберечь от ударов об стены, и всё равно не мог полностью защитить. Поворот, поворот, ещё поворот, впереди мелькнул свет… Лис крепче обхватил девушку, и они, как горошины из стручка, вылетели из чёрной дыры. И тут же попали во что-то вязкое, мокрое, сгладившее инерцию падения. Вода! Лис рванулся, но вода залепила глаза, нос, уши. Стало совершенно непонятно, где берег, низ, верх…

Лис бестолково замахал руками и ногами, но вода была повсюду. Парень уже начал задыхаться, как вдруг почувствовал рывок – кто-то тащил, волок его за собой. Лис чуть не заорал от ужаса, задёргался, вырываясь, и тут почувствовал под ногами берег. На четвереньках быстро-быстро выполз из воды, оглянулся на подводное чудище. И залился краской – это была Нимфа. Это она волокла его за воротник, подтаскивая к берегу.

– Ты что, а? – в голосе девушки было возмущение.

– Я не умею плавать… – клацая зубами, пробормотал Лис.

– Как?! У вас там что, в Посёлке, воды нет?

– Есть. Вода есть. И речка есть. И озеро есть. Но в речке есть ещё много кого, к кому не хотелось бы попасться на зуб.

– Оооооо… – протянула Нифа, поражённо глядя на него. – А у нас в воде безопасно…

Лис насторожённо оглянулся. Опасности вроде не намечалось. Всё правильно, крысолаки боятся воды, потому и не последовали за ними.

– Откуда у вас здесь вообще крысолаки взялись? – спросил он Нимфу. – Я думал, что в Городе животных нет.

– А я их и правда никогда не видела, я даже не думала, что они такие страшные. – И добавила, доверчиво глядя на Лиса: – Я сильно испугалась.

Глаза у неё были широко распахнуты. И Лис понял, каково же ей пришлось. Но какая она молодец! Не растерялась, смогла найти выход, вытащила его из воды. Если бы не она, то Лис бы точно утонул. Какая, однако, девушка!..

* * *

Они сидели на берегу подземного водоёма. Весело плясали сполохи огня, потрескивали искры, вырывающиеся и улетающие куда-то ввысь, чуть плескалась вода, отражая блики. Лис долго и старательно разжигал костёр, собрав плавняк на берегу. Откуда он тут взялся, в подземной пещере? Нимфа не знала. Но сейчас это было не важно, главное – согреться, высушить одежду. А заодно и отпугнуть зверюг, которые, возможно, пожелают разнообразить свое меню приблудившимися к их логову людьми. По словам Нимфы, на поверхность можно было выбраться только через нижний тоннель, сейчас залитый водой, однако, вода должна была уйти через час или два. Вот это время они и пережидали.

– Знаешь, я никогда не видела огня, – тихо произнесла Нимфа, заворожённо вглядываясь в мерцание пламени. – Это очень красиво… Мы не жжём костров… Наверное, очень интересно жить в вашем Посёлке… Расскажи мне о нём?

Лис молчал. Что рассказать? Не мастер он на рассказы.

– Что вы там делаете? Чем занимаетесь? Где живут люди? У каждого есть своя ячейка?

– Какая ячейка?

– Ну, место, где он отдыхает, живёт…

– У каждого есть свой дом, – поправил её Лис. – Если мужчина сам не может построить дом для семьи, значит, он не может завести жену.

– А что такое семья? Жена? – переспросила девушка недоумевающе.

– Семья, это когда люди живут вместе, помогают друг другу…

– Как странно… Живут вместе… Ведь это тесно и неудобно…

– Нет, это хорошо – жить вместе, – убеждённо возразил Лис. – Это хорошо идти домой, зная, что тебя там ждут…

Нимфа смотрела непонятно. В её глазах отражался костер и пляшущие искры. Пряди тёмных волос рассыпались по плечам. Она сейчас была похожа на русалку из дедушкиных сказок.

– А мы не живём вместе… У нас все сами по себе… Наверное, это странно всё время быть рядом с кем-то…

– А моя бабушка была из Города… – неожиданно для самого себя произнёс Лис.

– Да-а-а-а?! – сильно удивилась Нимфа. – Так вот почему ты так похож на наших! И дверь ангара для тебя открылась… И костюм тебя слушается… – Нимфа поворошила веткой угли костра и добавила:

– Да, я бы тоже хотела посмотреть ваш Посёлок… Знаешь, расскажи мне ещё. А что нужно сделать, чтобы завести семью?

– Если парню нравится девушка, то он просит у неё фенечку-верёвочку из кос. И если она дарит, то они становятся мужем и женой.

– А ты уже просил когда-нибудь фенечку?

– Ещё нет… – Лис вспомнил Алишу. В мерцающем свете ночного костра виделась она как-то смутно, неярко, отступала всё дальше и дальше. Сейчас, в этом странном месте, вся прошлая жизнь казалась призрачной, как сон, превращающийся в лёгкую дымку с наступлением дня. А явью была пещера, тёплый огонь и его отблески в глазах Нимфы.

– Значит, у вас всё решает мужчина? А девушка? Если девушке нравится парень, то она не может ему сказать об этом?

– Может… Она тоже может попросить фенечку. – И Лис покосился на свою верёвочку на запястье. – Только это не принято и редко кто решается.

– А я бы решилась…

Лис, не нашедший что сказать, промолчал. Тихо плескалась вода, потрескивал костёр, взметая вверх россыпи искр. Нимфа задумчиво взяла горсть мелкой гальки под ногами и начала пересыпать из ладони в ладонь.

– А я у тебя могу попросить фенечку? – медленно, не поднимая глаз, произнесла она.

Галька сыпалась сквозь пальцы с легким шуршанием.

– Можешь. – Лис почувствовал, что его голос охрип и откашлялся.

– А ты согласишься? – Нимфа по-прежнему не смотрела на него. Брала горсть камушков, пропускала сквозь пальцы, и они ссыпались маленьким водопадом.

Промелькнуло и исчезло круглое в веснушках лицо Алиши в обрамлении кончиков торчащих косичек. Смелая, решительная, уверенная Нимфа сидела сейчас рядом с ним. Не боящаяся странного, ищущая его. Наверное, именно такой и была жена деда, его бабушка.

И вдруг Лис понял, почему никак не решался сказать Алише заветные слова. Всю жизнь он ждал этого мгновения и эту девушку. И хочет только её и никого больше. Да с чего же он вдруг решил это? Ведь они вместе меньше одного дня! Но они вместе мчались на аэроцикле, он обнимал её за тонкую талию, прикасался к нежной коже, вдыхал запах волос. А потом она помогла ему взлететь. И позже вытащила из воды. Разве этого мало?

И тогда Лис решился.

– Я прошу тебя, девушка, – начал он слова принятой формулы, глядя на склонённую голову Нимфы, – быть со мной и в болезни и здравии, и в горе и счастье…

Слова, овеянные древней традицией, странно и непривычно звучали под сводами пещеры, пряталась в её глубину, таились за камнями.

– Обещаю заботиться о тебе, обещаю, что дом наш будет полон…

Камешки разом высыпались из разжавшейся ладони. Голова Нимфы склонилась ещё ниже. Отказ?! Она не согласна? Да чего, собственно говоря, он вообразил? У Нимфы своя жизнь, свой мир, у неё есть Город. Разве променяет она его на Посёлок? Что он может предложить ей в Посёлке?.. И всё равно, даже поняв, что рассчитывать ему уже не на что, он, договорил:

– Будь моей женой.

Эхо замерло. Лис замер. Даже пламя костра, казалось, притихло. Нимфа осторожно отряхнула ладонь о ладонь. И наконец подняла голову. Глаза её сияли.

– Я согласна!

Мир закружился, наполнился красками. Она согласна! Костёр весёлыми искрами взметнулся вверх. Согласна!

– Но у меня нет фенечки, чтобы отдать тебе. – Девушка тряхнула рассыпавшимися волосами. Языки огня, отражаясь, плясали в смеющихся глазах.

Лис поспешно дёрнул узелок своей верёвочки, осторожно взял руку девушки – узкое запястье, тонкие пальцы – и аккуратно повязал пеструю верёвочку. А потом он сделал то, на что никогда бы не решился в Посёлке. Осторожно притянул к себе – Нимфа не сопротивлялась – и поцеловал. Губы оказались мягкими, податливыми и почему-то сладко-солёными, как зимняя ягода. Нимфа льнула, прижималась, и он растворялся в её объятиях, тонул в ней, кружился вместе с ней. Мир вертелся, летел, не зная куда, и затягивал за собой Лиса.

– Моя! Моя! Моя! – шептал он, обнимая, гладя, завоёвывая. И девушка радостно и смело отвечала ему…

* * *

– Ну вот и всё. – Нимфа вздохнула и потянула свою руку из руки Лиса. – Замечательный день! Как здорово, что мы с тобой встретились…

Они стояли у дверей ангара, и Город наливался вечерним светом. Окна склонившихся зданий по-свойски подмигивали Лису, а он думал, как они поместятся втроём в маленьком двухместном грузовичке. И что дядька Михей, наверное, будет недоволен, но уж придётся ему как-то потесниться – как-никак, Лис везёт жену.

– Слушай, а тебе разве не нужно взять какие-нибудь вещи? – вдруг спохватился он.

– Вещи? – удивилась Нимфа.

– Ну, мы же едем в Посёлок. Тебе же нужно что-то взять с собой?

– Эй, подожди! – опешила Нимфа. – Я не собираюсь в Посёлок! У вас же там ничего нет… Что я там буду делать? И эти, ну, животные. Ужас! Ты, конечно, милый и всё такое, но Посёлок – это не для меня.

Что ж, этого следовало ожидать. Конечно, Нимфа привыкла к Городу, всё здесь знает. В Посёлке ей будет тяжело. Ну, что же делать…

Лис вздохнул:

– Хорошо. Давай останемся здесь.

– В смысле?!

– Если ты не хочешь ехать со мной, то тогда я останусь здесь, с тобой.

Брови Нимфы поползли вверх.

– Ты что, смеёшься?! Кто тебе позволит здесь остаться? Не выдумывай. У тебя свой мир, у меня свой.

Лис растерялся. Он не понимал:

– Но ты же обещала быть моей женой?

– Ну да, обещала! Но это же игра! Мы же были в туннеле! Ты что? Не понял?

Лис онемел.

– Лис?! Ты не знаешь?! Туннель – это место, где можно вообразить, что угодно. И увидеть, что угодно. Не было там никаких крысолаков, никакого озера. Это ты всё так ярко представил. А я увидела, потому что была рядом. Мне очень понравилось, Никто из наших так ярко показывать не умеет. И знаешь, всё, что было у нас после, мне тоже понравилось… Но это была всего лишь игра!

Потрясённый Лис молчал. Слов не было. Мыслей тоже.

– Лис? – подёргала его за руку Нимфа. – Ну чего ты? Ведь у нас всё классно получилось! Ты просто прелесть. А сейчас я побегу, у меня дела. Хорошей тебе жизни в твоём Посёлке.

Она махнула рукой и, не оглядываясь, быстрым шагом ушла прочь. А Лис никак не мог поверить, что это всё.

* * *

– Лисик, ты вернулся! Я так скучала! – Алиша выбежала из дома, вытирая руки о фартук – видимо, стирала. Косички растрепались, волосы торчали в разные стороны. Девушка подскочила близко-близко, почти коснулась Лиса. Но в последний момент остановилась, отшатнулась, спрятала руки под передник.

– Лисик, ну как ты? Как город? Здорово там?

Лис смотрел на такое знакомое лицо. Жёлтые с крапинками глаза восторженно сияли. На раскрасневшемся лице щедрой россыпью выступали веснушки. Кончики косичек покачивались из стороны в сторону.

– Да ладно, что там в Городе может быть… Ничего особенного, – неохотно пробормотал он.

Серебристые купола башен… высокие шпили… бесконечное переплетение переходов… сверкание огней… Полёт…

– А люди? Какие там люди?

– Да чего люди…. Люди как люди, ничего особенного, говорю…

Смелые горько-солёные губы Нимфы, прикосновение сильной узкой ладони, дрожь по всему телу…

– Ой, – взгляд Алиши упал на пустое Лисово запястье, и лицо её вытянулось. – А где твоя фенечка?..

Лис тоже покосился на руку. Плеск воды, гулкие своды пещеры, блеск костра в тёмных мерцающих глазах…

– Потерял, – неохотно произнёс Лис. И, секунду помедлив, вдруг добавил: – Алиш, ты знаешь, я подумал… А подари мне свою?

– А что, и подарю, – степенно ответила девушка и подняла руки, чтобы развязать узелок косичек. – Давно уж пора. Поле можно расширить будет, птичий двор объединим вместе…

Повязывая фенечку на запястье Лиса, девушка перечисляла нужные и важные дела, которые можно было делать женатым людям. Лис серьёзно поддакивал и думал, какой замечательной женой будет Алиша, и что он правильно решил, и хозяйство их будет самым крепким в Посёлке… А перед глазами плыли купола Города и стояло лицо уходящей Нимфы.

– Слушай, – произнёс он, перебивая поток слов. – Я, наверное, на грузовике соглашусь работать. Михей всю дорогу меня уговаривал, говорит, тяжеловато ему, просил заменить.

– Ой, Лисик, – ахнула Алиша. – Может, не надо? Ну его, этот Город, в Посёлке как-то привычнее..

– Ничего, зато продукты дополнительные. Зимой ничего лишним не будет.

– Ну, если продукты – тогда да… Конечно. Вот какой ты у меня хозяйственный, всё в дом! – И Алиша одобрительно в первый раз в жизни легонько коснулась ладонью его щеки.

* * *

Лис провел рукой вдоль мутной мембраны. Ничего. Коснулся, надавил. И снова ничего. Впрочем, как и во все предыдущие десять приездов, когда он, доставив продукты, пытался выйти в Город. Лис сжал кулак и ударил изо всех сил. Упругий материал, не поддаваясь, мягко спружинил. Бесполезно.

Лис развернулся и, опустив голову, медленно побрёл назад. Ангар, как всегда, был пуст, и только у грузовичка суетился Михей, так и не решившийся оставить привычную работу.

– Ну что? Закончили? Едем? – подходя, устало спросил Лис.

– Слушай, парень, тут такое дело… – забормотал Михей, почему-то пряча глаза. – Нам ещё кое-что передали…

И протянул Лису большую коробку. В ворохе тряпок что-то шевелилось и попискивало. Лис вгляделся и ахнул. Младенец! Несколько секунд малыш неотрывно смотрел на потрясённого Лиса, потом неуверенно улыбнулся и, будто приветствуя, взмахнул кулачком. На запястье пестрела потрёпанная, но всё ещё узнаваемая фенечка.

Content

Каримова Кристина Ничего особенного

Кристина Каримова Ничего особенного