Ольга Заровнятных

Выпускной

По мотивам четвертого сезона телесериала «Закрытая школа»

ООО «Амедиа Продакшн», 2011

По заказу ЗАО «Сеть телевизионных станций», 2011

Based upon the Series «EL INTERNADO»

Liсensed by IMAGINA INTERNATIONAL

GLOBO MEDIA Y ANTENA 3

© 2011 ООО «АМЕДИА ПРОДАКШН» по заказу ЗАО «СТС»

© GLOBO MEDIA Y ANTENA 3

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013

Глава 1

Смертельная зона

Мощный взрыв, раздавшийся в недрах подземелья, сотряс всю школу. Ученики, перепуганные мигающим светом, а потом и заходившим ходуном полом, кинулись кто куда. Галина Васильевна степенно спускалась по лестнице в учебный коридор и едва успела схватиться за перила. Мария, стоявшая у подножия лестницы, обменялась с ней недоуменными, испуганными взглядами.

Кирилл Воронцов, очень напряженный, быстро шел по жилому коридору, заглядывая в каждую комнату. Он выбежал в учебный коридор, спрашивая каждого встречного, не встречал ли кто Юру Веревкина. В этот момент, обернувшись, он увидел идущего по коридору Юру. У него в руках была пробирка с заключенным в ней смертоносным вирусом.

– Юра, стой! – поменявшись в лице, крикнул Воронцов. – Стой на месте и не шевелись! – Кирилл медленно и осторожно стал подходить к Юре, и так перепуганному из-за того, что пол под ногами покачнулся от мощного подземного толчка. Юра замер, повинуясь окрику учителя, нервно крутя в пальцах пробирку. Один из пробегающих мимо учеников случайно толкнул Юру локтем, выбив пробирку из его рук.

Школу сотряс еще один мощный взрыв. Штукатурка посыпалась с потолка прямо на головы учеников. Запаниковав, дети бросились к выходу, в спешке толкая друг друга. Под напряженным взглядом Кирилла один из учеников наступил на пробирку, пробегая мимо Юры. От нее остались мелкие кусочки стекла и расползающееся по полу влажное, с желтоватым оттенком пятно.

– Быстро, все уходите! – прерывающимся от волнения голосом произнес Воронцов, в ужасе глядя на крохотную лужицу на полу, через которую то и дело перешагивали ученики. Но постепенно его голос обрел силу, и теперь он требовательно кричал, подталкивая детей к выходу из школы: – Скорее! Скорее! Уходим!

В это время в библиотеке открылась дверца в камине. Из него, с трудом передвигая ноги, вышла укутанная в одеяло Лиза. На ее длинных русых волосах лежала пыль и копоть, осевшая после взрыва в подземелье. Лиза покашливала, наглотавшись дыма. Опершись руками о стол, она тяжело дышала, пытаясь прийти в себя.

Сразу следом за ней из камина вышел Максим. На его левой щеке и лбу были кровоподтеки. Всегда аккуратный и щеголеватый, в этот момент он выглядел словно взъерошенный воробей. Осторожно потрогав рукой кровоподтеки, он приблизился к Лизе. Она тут же обернулась на звук его шагов, обняла его, тревожно глядя в глаза:

– Ты как? – обеспокоенно спросила девушка, внимательно разглядывая ссадины на лице Макса.

Он бережно поправил одеяло на ее плечах, ничего не ответив. Оглядевшись и увидев, какой погром царит в библиотеке, он тут же понял, что взрывная волна с нижнего уровня подземелья докатилась до здания школы: столы были сдвинуты с мест, некоторые стулья опрокинуты, книги, упавшие с полок, разбросаны по полу.

Из камина вышла Женя. Прокашлявшись и наспех отряхнув со школьной формы пыль, она пригладила руками волосы и с облегчением оглянулась по сторонам:

– Боже мой, – пролепетала она, – даже не верю, что мы выбрались оттуда живыми!

После Жени из подземелья на четвереньках выполз Андрей. Казалось, ему досталось больше других: хотя на его лице и не было кровоподтеков и ссадин, но в первые секунды после взрыва в подземелье он, тревожась за судьбу родителей и младшей сестры Нади, оставшихся на нижнем уровне, рванулся было к ним на выручку и глотнул дыма и гари, летящих ему навстречу.

С трудом поднявшись на ноги, Андрей пропустил вышедшего вслед за ним Виктора, крепко прижимавшего к себе Игорька. Взглянув на бледного Андрея, Виктор поспешил его заверить:

– Не переживай, Андрей, мы прямо сейчас вызовем спасателей!

Парень кивнул в ответ, чтобы от него отвязались, чтобы получилось скрыть подступавшие слезы. Едва Виктор отвернулся, Андрей кинул угрюмый взгляд на закрывшуюся после их выхода дверцу в камине. Ребята потянулись к выходу из библиотеки. Андрей задержался, с прищуром глядя на камин, словно обдумывая какую-то мысль, но, поиграв желваками, все же пошел следом за друзьями и Виктором.

Едва они вышли из библиотеки в холл, как услышали приближающиеся к ним голоса спускавшейся по лестнице пары.

– Это где-то внизу рвануло, – напряженно предположил мужчина.

– Ты имеешь в виду подземелье? – взволнованно произнес женский голос.

В тот же миг перед ребятами и Виктором предстали Павел с Еленой. Павел, увидев Виктора, пораженно застыл на месте. Наконец на его лице появилась радостная улыбка: он-то считал своего друга погибшим, а тот – вот он, гляди-ка, выжил и держится бодрячком.

Не менее ошеломлена была Елена. Она переводила взгляд с Виктора на Игорька и наконец с трудом произнесла, не в силах поверить своим глазам:

– Виктор? – спросила она сорвавшимся голосом. – Игорек?..

Виктор передал ребенка Елене с рук на руки, и та нежно прижала к себе малыша, которого считала потерянным навсегда.

– Паша… Ничего не понимаю, – произнес озадаченный Виктор, так же считавший своего друга вот уже полгода как погибшим.

– Как же я рад тебя видеть! – радостно произнес Павел, подошел к Виктору и без лишних слов крепко, по-дружески обнял его. – Я знал, что ты им так просто не даешься!

Андрей, все еще чувствуя слабость, сел прямо на пол, прислонившись спиной к стене. Рядом с ним стояли, обнявшись, Максим с Лизой. Максим время от времени гладил Лизу по волосам, все еще не в силах поверить, что он сумел ее спасти, что она, живая и невредимая, стоит сейчас рядом с ним. Будто и не было между ними ссор и размолвок, едва не разлучивших их навеки.

Внезапно Андрей, до того сидевший уткнувшись взглядом в пол, заметил краем глаза какое-то движение. Он вскинул голову и обомлел: из кабинета Елены вышел Рома, а следом за ним Вика выкатила инвалидную коляску с сидевшей в ней Дашей. Ноги Даши были укрыты пледом, шею поддерживал специальный фиксирующий воротник, смотрела она напряженным и даже каким-то отстраненным взглядом. Но это была его Даша, которую Андрей уже отчаялся когда-нибудь увидеть.

– Дашка… – изумленно прошептал Андрей. – Даша! – громко повторил он.

Взгляд девушки изменился. Теперь в нем читались одновременно и боль, и потаенная надежда. Андрей кинулся к ней, упал на колени перед коляской и, обняв Дашу, крепко прижал ее к себе. Отстранившись, посмотрел на нее. Его глаза заблестели от подступивших слез.

– Ты вернулась, – взволнованно произнес он. – Ты живая!

– Да, – сдержанно ответила Даша и добавила отстраненным голосом: – Живая…

Максим с Лизой, тоже подойдя к Даше, по очереди тепло обняли ее.

– Мы так переживали… – искренне произнесла Лиза.

– Молодец, – шутливо похвалил Макс Дашу. – Утерла нос моему папаше!

– Чувак, – сказал Рома, похлопывая Макса по плечу, – мы думали, вы там остались!

– Я так боялась, что ты не сможешь спасти Лизу, – призналась Вика.

– Пришлось выбирать между ней и малышкой Ингрид, – пошутил Макс. – Я кинул монетку – выпал орел, и Ингрид пролетела.

Все рассмеялись, одна лишь Даша сдержанно улыбнулась. Макс снова обнял Лизу, словно боялся теперь отпустить ее от себя даже на мгновение. Друзья переглядывались, чувствуя вновь возникшее между ними доверие. Только Женя, стоявшая в стороне, бросала на них сумрачные взгляды. Чувствовалось, что ей не по душе их воссоединение.

Возникшую идиллию прервал донесшийся до них со стороны учебного коридора крик Кирилла Воронцова:

– Скорее! Скорее!

Мимо ребят и опешивших взрослых бежала по направлению к выходу толпа школьников. Подталкивающие и пихающие друг друга, они выглядели не на шутку испуганными, а вслед им неслись крики Кирилла:

– Быстро уходите! Уходите из школы!

Вскоре показался и сам Кирилл. Держа за руку впавшего в ступор Юру Веревкина, он силой увлекал его за собой, по пути поторапливая идущих впереди него учеников:

– Уходим отсюда!

Заметив возле библиотеки застывших старших школьников и учителей, Воронцов подбежал к Елене и, находясь в состоянии крайнего возбуждения, даже не обратил внимания на чудесно воскресших Виктора и Павла.

– Елена Сергеевна! Школа заражена! – воскликнул он. – Надо уходить! Срочно!

Зрачки его глаз были расширены, голос неестественно повышен. Он притронулся к руке Елены, будто собирался силой увести ее из школы, как и Юру Веревкина. От всего этого Елена еще больше растерялась:

– Заражена? – выпучив на Кирилла глаза, спросила она. – Чем?..

– Дети раздавили пробирку с вирусом! – теряя самообладание, крикнул Кирилл.

– Какая пробирка? – пробормотала Елена. – Какой вирус?..

На лице Павла появился ужас. Ребята тоже напряженно переглянулись, начиная догадываться, о чем идет речь. Виктор нахмурился, а Елена лишь крепче прижала к себе Игорька.

– Ничего не понимаю… – испуганно произнесла она.

– Это вирус из лаборатории, – попытался объяснить Павел. – Здесь больше нельзя оставаться!

– Лена, объявляй тревогу! – решительно вмешался Виктор, как и Павел понявший, что могло произойти. – Эвакуируем школу. Пусть все собираются во дворе!

Елена кивнула в ответ, подчинившись скорее властной интонации Виктора, нежели здравому смыслу, и с Игорьком в руках быстро прошла в свой кабинет. Виктор обернулся на Кирилла, тот смотрел на него, только сейчас заметив его присутствие, ошалевшим взглядом.

– Виктор Николаевич?.. – пораженно спросил Кирилл.

– Кирилл, все вопросы потом, – прервал его Виктор. – Сейчас надо спасать детей!

Напоминание о детях мгновенно привело Кирилла в чувства. Он с тревогой обернулся и кинулся вверх по лестнице в жилой коридор, чтобы вывести из школы задержавшихся там школьников. Павел бросился за ним, чтобы оказать помощь, если она потребуется.

– Ребята, скорее, все на улицу! – обратился Виктор к замешкавшимся друзьям.

Вика тут же развернула коляску с Дашей в сторону выхода и решительно покатила ее. Рома, Лиза и Женя немедленно пошли вслед за ним. На прежнем месте остались лишь Максим с Андреем.

– Я никуда не пойду! – упрямо заявил Андрей и указал на дверь библиотеки: – Там моя семья! Вы сказали – мы им поможем! Вызовем МЧС!

Виктор проницательно посмотрел на Андрея, затем подошел к нему и положил ему руки на плечи.

– Андрей, это и моя семья тоже, – напомнил он. – Мы вернемся сюда со спасателями, – убедительно пообещал Виктор.

Андрей считаные секунды смотрел ему в глаза. В нем боролись желание довериться своему дяде и стремление броситься на помощь оставшимся в подземелье маме, отцу и сестре Наде.

Наконец Максим, наблюдавший эту сцену со стороны, не выдержал, стремительно подошел к Андрею и, обхватив его одной рукой за плечи, увлек к выходу. Андрей нехотя повиновался. Виктор бросился вверх по лестнице на второй этаж, чтобы помочь Павлу и Кириллу вывести из здания школы детей.

Проходя по жилому коридору и заглядывая в каждую комнату, Виктор повсюду видел лишь запустение и разруху. Брошенные игрушки, скинутые с полок и столов книги и тетради, осыпавшаяся штукатурка, разбитые вазы и покосившиеся картины на стенах… Наступив на попавшийся под ноги пенал, Виктор болезненно поморщился от раздавшегося треска. По школе разнесся звук сирены.

– Внимание! – раздался голос Елены по громкой связи. – Всем ученикам и сотрудникам школы срочно покинуть здание!

В жилом коридоре и в комнатах не осталось ни одного человека. Виктор пошел к выходу. Под тревожные звуки завывающей сирены Анна выводила на улицу последних детей. Ученики послушно прижимали к лицу носовые платки, стараясь дышать через них. Лишь одна девочка с рыжими локонами сердито выдернула свою ладонь из руки учительницы:

– Я останусь! За мной сегодня брат приедет!

– Тася, дыши через платок, – испуганно попросила ее Анна. – И возьми за руку Алису.

Тася капризно вздернула нос и вышла из школы следом за Алисой, так и не подав ей руки. Алиса тоже не горела желанием с ней дружить. У нее уже была подруга – Надя. И то, что она уехала куда-то на каникулы, вовсе не обязывало Алису искать ей замену, тем более в лице такой хвастливой девочки, как эта Тася.

– Это не учебная тревога! – вновь раздался голос Елены по громкой связи. – Немедленно покиньте здание школы!

Собравшиеся во дворе школьники толпились и перешептывались, не понимая, что случилось. Для них все происходящее казалось непредвиденным увлекательным приключением. Каждый держал в руках сумку, у кого-то за плечами был рюкзак с наспех собранными вещами. Когда из школы вышли Елена с Павлом, а вслед за ними и Виктор, по толпе пробежал гул возбужденных голосов:

– Это же Павел Петрович!..

– Смотри, он живой…

– А ты говорил, физрук умер…

– Виктор Николаевич!

– Виктор вернулся!!!

Виктор похлопал в ладоши, призывая к тишине и вниманию. Рядом с ним замерли Елена и Павел. Едва гул в толпе детей стих и все повернулись к нему, Виктор громко объявил, стараясь, чтобы голос его был слышен всем:

– Минутку внимания! Школа закрывается на карантин. Сейчас мы дойдем до шоссе и вернемся в Москву.

Учителя тут же принялись выстраивать школьников парами, и те, взбудораженно галдя, потянулись, стараясь не отставать, к воротам. Первым двор покинул класс средних школьников под предводительством Кирилла Воронцова, за ними тянулись младшие школьники – впереди них шла Анна, держа за руку Алису, шествие замыкал класс старших.

– Ты не дозвонилась в МЧС? – вполголоса спросил Павел у Елены.

– Нет связи, – огорченно отозвалась та. – Городской телефон молчит, мобильный тоже не ловит. И Интернет не работает.

Виктор повернулся к открытой входной двери школы. Мгновение с сожалением смотрел внутрь. Затем решительно захлопнул дверь и закрыл ее на ключ. Спустившись по ступеням, он догнал Павла с Еленой, и они вместе присоединились к удалявшимся в сторону леса школьникам.

Они с тоской смотрели сквозь стекла на уходящих учеников и преподавателей, чувствуя себя брошенными, покинутыми. Закрытые в школе навсегда, словно в склепе, неотомщенные души сирот метались по зданию, изнывая от боли и страха.

Едва группа школьников, преподавателей и служащих школы вошла в лес, всех охватило смутное волнение. Радость от предвкушения неожиданного приключения сменилась на тягостное беспокойство. Школа была для многих из них вторым домом, и теперь, вынужденные покинуть ее по таинственным причинам, ученики ощущали себя так, словно они внезапно потеряли опору под ногами. Вырвавшись из школы на свободу, они внезапно почувствовали себя незащищенными.

Казалось, ничто им не угрожало. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь густую листву деревьев, играли на лицах, норовя попасть в глаза, отчего многие то и дело щурились и угрюмо смотрели на землю под ногами. Птицы щебетали, воспевая весну и воцарившееся с ее приходом тепло, но и школьники и взрослые напряженно прислушивались лишь к голосам идущих рядом с ними, надеясь, что если среди них есть кто-то, владеющий информацией, то он нечаянно проговорится и всем станет понятно, что же на самом деле вынудило их покинуть школу.

Кирилл Воронцов, отстав от учеников среднего класса, взял за руку своего сына Митю и торопливо прошел по обочине тропинки, пока не присоединился к группе взрослых. Среди них была и Мария – она вновь и вновь пыталась дозвониться до Володи, но его телефон упорно молчал. Вопрос, который задал Кирилл, заставил ее насторожиться:

– Кто-нибудь знает, где Вера Дмитриевна? Нигде не могу ее найти… – тревожно спросил Кирилл. Митя со злостью вырвал свою руку и ушел к своему классу, потому что ему не нравилась симпатия, возникшая между его отцом и Верой Дмитриевной, однако Кирилл этого даже не заметил, потому что ответ Павла поверг его в шок:

– Вера помогала нам с Володей в расследовании, – напряженно сказал тот. – Боюсь, во время взрыва они оба были внизу.

Воронцов побледнел, Мария тоже поменялась в лице. Заметив их реакцию, Виктор попытался их обнадежить:

– Как только доберемся до телефона, вызовем спасателей. На нижнем уровне было много людей, все остались под завалом… – Запнувшись, он с явным усилием над собой добавил: – Там Надя и родители Андрея.

– Родители Андрея живы? – пораженно спросила Елена, приостановившись.

Виктор кивнул и быстро прошел вперед. Сейчас не место и не время было объяснять ей, по какой причине люди оказались на нижнем уровне подземелья, почему прогремел взрыв и каким образом школа оказалась заражена смертоносным вирусом.

Среди учеников младшего класса тоже было не все ладно. Тася, которую Анна попросила идти в паре с Алисой, показала висящий на шнурке на шее маленький блестящий свисток и хвастливо заявила:

– Мой брат в сто раз круче Надькиного! Он альпинист, он группу спас!

Алиса замедлила шаг, с неприязнью глядя на Тасю, а та заносчиво продолжала:

– Свистел в этот свисток, и их нашли!

– Подумаешь, брат! – в тон ей ответила Алиса и с видом собственника обняла бредущего рядом Митю. – А у меня зато жених есть!

– Отстань! – буркнул расстроенный Митя и, высвободившись из объятий Алисы, понуро поплелся дальше.

Тася между тем несколько раз пронзительно дунула в свисток, извлекая из него три коротких сигнала, три длинных и снова три коротких, после чего пояснила:

– Это сигнал SOS. Только свистнешь – и помощь придет!

– Кто тут подмогу вызывал? – раздался позади девочек веселый голос.

Они разом обернулись, и Алиса увидела брата Таси – высокого молодого человека лет двадцати. Окинув его критическим взглядом, она нашла, что он, обладатель такого интеллигентного лица, меньше всего походит на героя-альпиниста, скорее на студента или, может быть, даже преподавателя.

– Леша! Ты приехал! – воскликнула Тася и бросилась на шею брату.

Леша подхватил ее, смеясь, и закружил в воздухе. Поставив наконец Тасю на землю, он пояснил свое неожиданное появление среди леса:

– Прихожу в школу – а там закрыто. Еле догнал вас! Пойду, скажу Анне Михайловне, что я тебя забираю.

Он пошел по обочине тропинки, обгоняя впереди идущих детей. Алиса с завистью посмотрела на Тасю, а та, заметив ее взгляд, горделиво вздернула подбородок. Проводив взглядом брата Таси, Алиса хмыкнула и пошла дальше, Тася с видом победителя направилась за ней.

По пути Леша обогнал отдельно идущую группу старшеклассников. Это были понуро бредущие позади своих друзей Рома с Викой, перед ними шли, взявшись за руки, Лиза с Максом, следующие за Андреем, везущим коляску с сидящей в ней Дашей.

– Прошу прощения, – деликатно обозначил свое присутствие Леша, обходя ребят по обочине и дружелюбно улыбнувшись обаятельной улыбкой.

– Это что за хмырь? – буркнул Рома, как только Леша удалился на несколько шагов.

– Симпатичный, – вырвалось у Вики.

– Слушайте, – воспользовался Рома тем, что молчание наконец было нарушено, и высказал беспокоившую его мысль: – Мы без лекарства через два дня окочуримся!

– Рома прав, – угрюмо поддержала его Вика и спросила у Макса: – Ты знаешь, где твой отец?

– Может, он уже дома?.. – с сомнением отозвался Максим, пожав плечами. – Раз в школе его нет…

– Он мог тоже остаться под завалом, – предположила Лиза.

– Тогда нам хана, – мрачно заключил Рома.

До поворота тропинки оставалось несколько метров, когда внезапно движение школьников застопорилось. Друзья удивленно переглянулись и с любопытством прошли сквозь толпу учеников младших и средних классов. Их глазам открылась странная картина: метрах в тридцати перед ними, сразу за поворотом, тропинку преграждали солдаты в камуфляжной форме с респираторными масками на лицах, направляющие в сторону школьников автоматы.

За спинами солдат проехал и остановился грузовик, из его кузова спрыгнули на землю еще несколько солдат. Растерявшиеся школьники застыли на месте, с интересом и страхом глядя на оружие в руках военных. Преподаватели тоже замерли, чувствуя угрозу, исходящую от солдат. На лице Виктора было написано полное недоумение: Елена сказала, что ей не удалось вызвать МЧС. Из толпы учеников вырвались Алиса и Тася и с радостными криками устремились навстречу военным.

– Вы будете нас спасать, да? Вот на этой машине? – воскликнула Алиса, подбегая к военным.

– А танк у вас есть? – с восторгом спросила Тася. – Можно мне на танке?

Вместо ответа солдаты передернули затворы и направили автоматы на детей. Алиса и Тася замерли и в испуге попятились. Подоспевшие Анна и Леша схватили их за руки и отвели назад. Военные, рассыпавшись цепью, перегородили не только дорогу, но и часть леса.

– Что тут происходит? – с возмущением спросил Виктор, выходя вперед.

Из-за грузовика вышел человек с погонами майора – мужчина лет тридцати пяти, с худощавым лицом и очень жестким взглядом. На нем единственном не было респираторной маски. За ним по пятам следовал лейтенант. Остановившись перед оцеплением, шагах в десяти от Виктора, военный представился:

– Я – майор Раевский, – окинув всех оценивающим взглядом, он безапелляционно заявил: – Дорога закрыта. Эта территория – зараженный объект, покидать его категорически запрещено, – глядя на пораженного Виктора, стоявшего впереди всех, он обратился к нему: – Возвращайтесь в школу и оставайтесь там до особого распоряжения.

– Это дети! – возмущенно крикнул Виктор и, указав на колонну школьников, в ярости бросил в лицо стоявшему напротив него Раевскому: – Мы не можем вернуть их в школу – там смертельный вирус!

– Возможно, вы все уже заражены, – по-прежнему хладнокровно ответил Раевский, – и дети, и взрослые. С этой минуты ни один человек не покинет зону карантина.

– И что, устроите тут показательный расстрел? – раздался дерзкий голос за спиной Виктора.

Вперед всех вышел Максим. Он направлялся, раскинув руки, прямиком в сторону Раевского, самоуверенно улыбаясь. Раевский немедленно снял с плеча автомат, пули взрыхлили землю у ног парня. Тот, побледнев, замер на месте. По колонне школьников пронесся крик ужаса. Мария судорожно прижала руки к груди.

– Любая попытка к бегству будет пресечена, – жестко предупредил Раевский, опустив автомат. – У нас приказ – стрелять на поражение.

На лицах учеников было написано потрясение. Медленно развернувшись, направляемые поторапливавшими их преподавателями, они двинулись обратно к школе. Пока последний из школьников не скрылся из вида, солдаты стояли, не шелохнувшись, направив в сторону удаляющихся детей дула автоматов.

* * *

Между тем бесследно исчезнувший после взрыва Морозов пришел в себя. Он лениво приоткрыл глаза, чувствуя себя отдохнувшим, словно после долгого глубокого сна, но тут же изумленно распахнул их и завертел головой: помещение, в котором он находился, даже близко не походило на его уютную, со вкусом обставленную комнату в школе «Логос»: стены были голые, а из мебели, кроме койки, на которой он лежал, был только дешевый хромированный стул с пластмассовым сиденьем и спинкой.

Морозов от изумления рванулся, пытаясь сесть, но не смог сдвинуться с места. Он приподнял голову и обнаружил, что крепко привязан ремнями к койке. На нем была синяя больничная роба. Мужчина несколько раз подергал руками, пытаясь освободиться, но тщетно, ремни на койке были закреплены надежно, так что все, что он мог, – это беспомощно вертеть головой.

– Какого черта?! – недоуменно буркнул он, а затем требовательно крикнул в полный голос: – Эй! Кто-нибудь! Развяжите меня!

Дверь приоткрылась, и в помещение вошел человек в белом медицинском халате. Глаза Морозова округлились от изумления: это был знакомый ему врач Головенко. Насколько Морозову было известно, в данный момент Головенко должен был отбывать срок в местах не столь отдаленных за использование в клинике насильственных методов лечения – к примеру, электрошока.

– Здравствуйте, Петр Алексеевич! – приветливо поздоровался Головенко, присаживаясь на стул, стоявший рядом с койкой. – Пришли в себя? Вот и славно!

Он насмешливо смотрел на Морозова. Маленькие глаза Головенко шарили по его лицу, отслеживая каждую смену эмоций. До этого Морозов властно раздавал ему приказы. Ему! – директору психиатрической клиники! Было весьма интересно наблюдать властолюбивого Морозова в роли беззащитного пациента. Его тонкие губы, прежде всегда кривившиеся в желчной ухмылке, так похожей на хищный оскал, теперь тщетно пытались изобразить подобие дружелюбной улыбки. Волк, попав в клетку, превратился в подопытного кролика! Это была забавная метаморфоза.

– Но ведь вы… в тюрьме… – едва выдавил из себя Морозов, не в силах поверить своим глазам. Он скорее готов был считать все происходящее с ним сейчас галлюцинацией, чем реальностью.

– Некоторое количество купюр нужным людям – и я все уладил, – охотно пояснил Головенко, похлопав Морозова по руке, словно старого приятеля. – Впрочем, вы сами знаете, как это делается.

– Развяжите меня! – потребовал Морозов. – Я не сумасшедший!

– Откуда вам знать? – с деланым простодушием спросил Головенко, изображая удивление. – Разве вы доктор? Нет, – мягко произнес он, покрепче затягивая ремни и усмехаясь. – Доктор здесь – я.

– Ну, сволочь, – процедил Морозов. – Когда я отсюда выйду, ты пожалеешь!

– Вы не выйдете отсюда никогда, – зловеще пообещал Головенко.

Морозов замолк, и Головенко пошел к выходу из палаты. Морозов со страхом провожал взглядом его грузную фигуру, поняв, что он полностью в руках психопата. До этого он с иронией относился к слухам об экспериментах, которые этот врач ставил над своими больными.

* * *

Жизнь в школе вошла в свою колею. По крайней мере, все старательно делали вид, будто ничего не произошло. В классе младших все дети уже были на своих местах за партами, за исключением тех, кого родственники успели забрать на весенние каникулы до того, как по школе распространился смертельный вирус. Анна раздавала детям бумагу и краски, стараясь создать непринужденную атмосферу.

– Дети, вы заметили, какая в этом году дружная весна? – с теплотой в голосе спросила она и предложила: – Давайте нарисуем цветы, какие мы видели сегодня в лесу.

Гул детских голосов стих, все увлеченно принялись выполнять задание учительницы, кроме Алисы, которой покоя не давала грубость, с которой Митя в лесу ответил на ее объятия и таким образом подвел ее перед хвастунишкой Тасей. Она какое-то время пристально смотрела ему в затылок, словно пыталась силой взгляда заставить его хотя бы теперь попросить прощения, затем не выдержала и шепотом спросила:

– Митя, ты почему такой грустный?

– Не твое дело! – сердито отозвался мальчик.

– Жених не может так говорить с невестой, – возмутилась Алиса, однако Митя прервал ее со злостью:

– Мне надоела эта игра!

– Ну и оставайся один! – оскорбленно воскликнула Алиса и окинула оценивающим взглядом класс. – Кто из вас хочет быть моим женихом? – На смех, раздавшийся с парты Юры Веревкина, одного из ее бывших женихов, Алиса даже бровью не повела и подсела к Матвею – полноватому робкому мальчику. – Матвей, хочешь быть моим женихом? – жеманно спросила она.

Матвей нервно грыз кончик карандаша, даже не решаясь взглянуть на сидящую рядом с ним Алису. Неуверенно кивнув в ответ, он замер. Алиса довольно кивнула – она и не сомневалась в своем успехе. Внезапно Матвей закашлялся, прикрыв рот рукой, и Алиса заботливо похлопала его по спине.

– Ну что там у вас еще? – спросила Анна, оторвавшись от тетрадей.

Ей в ответ раздался испуганный вскрик Алисы: когда Матвей, прокашлявшись, убрал ладонь ото рта, Алиса увидела на ней кровь. Матвей с недоумением смотрел на свою ладонь, а Алиса вскочила со стула, глядя на кровь с неподдельным ужасом.

– У Матвея изо рта кровь идет! – крикнула она, оглядываясь на Анну.

Анна при этих словах поменялась в лице и быстро подошла к Матвею, протягивая ему салфетку. Мальчик приложил салфетку к губам, вытирая кровь. Чтобы не напугать детей, Анна сдержанно, без эмоций предложила:

– Дети, давайте ненадолго выйдем из класса.

Все послушно поднялись со своих мест и гурьбой потянулись к выходу. Матвей тоже приподнялся со стула, однако Анна, покачав головой и через силу ему улыбнувшись, попросила:

– Матвей, подожди меня здесь, хорошо?

Она взяла за руку Алису, которая в шоке продолжала смотреть на окровавленную салфетку в руках своего нового жениха, и повела ее к выходу. Едва за ними закрылась дверь, Матвей уронил салфетку на парту. Он остался в классе один-одинешенек, и ему было невыносимо страшно.

* * *

За столом в учительской собрались преподаватели. Атмосфера была напряженная. Стараясь держать себя в руках перед школьниками, в кругу коллег по работе учителя позволили себе выпустить беспокойство на волю, и теперь сидели взволнованные, испуганные бесперспективностью сложившейся ситуации.

– Мы по-прежнему не можем ни с кем связаться, – устало оповестил всех Виктор. – Телефоны не работают, Интернет тоже, а военные вряд ли пойдут нам в этом навстречу.

– Все помещения проветрили, – с порога отчиталась Мария, входя в учительскую и усаживаясь на свободный стул, – полы вымыли с хлоркой, тряпки сожгли на заднем дворе.

– Неужели вирус настолько сильный? – с недоверием спросила Елена.

– Это не просто вирус, это биологическое оружие, созданное для уничтожения людей, – вступил в разговор Кирилл. – Нам срочно нужна вакцина.

– Ну… может быть, военные в скором времени нам ее передадут, – простодушно предположила Елена.

– Я не уверен, что у военных есть вакцина или антидот, – с сомнением ответил ей Виктор.

– Ну так пусть возьмут пробы воздуха и синтезируют нужное нам лекарство, – упрямо продолжала Елена. – Пока еще никто не заболел.

В открывшуюся дверь вошла Анна. Вид у нее был совершенно убитый. Она быстро прошла во главу стола. Взоры всех собравшихся обратились к ней.

– В моем классе зараженный, – упавшим голосом сообщила она. – Матвей Рощин.

У Павла из рук выпал карандаш. Все напряженно переглянулись. Расстроенный Виктор опустил глаза.

– Ну все, отсчет пошел, – угрюмо констатировал Павел. – У нас есть максимум сорок восемь часов, чтобы достать лекарство. После этого мальчик умрет.

– Не только для него, – с болью откликнулась Мария. – Максим и его друзья тоже больны.

На лицах присутствующих отразилось изумление. Бесстрастно эту новость восприняли только Павел и Анна, которым это уже было известно. Виктор нахмурился – его худшие опасения подтвердились.

– Это другой штамм, они не заразны, – произнес он. – Но без лекарства они, как и Матвей, проживут не более двух суток.

– На нижнем уровне подземелья был достаточный запас вакцины, – осенило Павла, он вопросительно посмотрел на Виктора.

– Если вакцина осталась, нам нужно ее достать! – решительно заявил Виктор и обратился напоследок к Марии: – Маша, скажи Галине Васильевне, что нужно организовать изолятор в одном из классов. Боюсь, с каждым днем зараженных будет все больше…

Мария согласно кивнула. Она первая направилась к выходу, чтобы выполнить поручение Виктора, стараясь активной деятельностью приглушить в себе тревогу за сына, жить которому, возможно, оставалось не больше двух дней.

Павел и Кирилл вышли вслед за ней, решив осмотреть завал в подземелье и попытаться найти проход на его нижний уровень. Взяв фонари, они проникли в подземелье через камин.

Лучи фонарей, скользящих по стенам коридора, пробивались сквозь легкую занавесь тумана, который создавала еще не успевшая осесть после взрыва пыль. Под ноги Кирилла и Павла то и дело попадались обломки кирпичей. В спертом воздухе витал запах гари.

Павел уверенно шел первым, пока не наткнулся на груду камней – завал образовался как раз в том месте, где прежде был лифт на нижний уровень. Павел поставил фонарь на пол и осторожно потрогал камни рукой, те легко поддались.

– Еле держатся. Плюнь – и все осыплется, – сделал он вывод.

– У нас нет выбора, – ответил Кирилл, тоже ставя на пол свой фонарь. – Лифт – за этим завалом. Там Вера, Володя, родители Андрея… вакцина и антидот, – и, с безрассудным отчаянием схватившись за ближайший камень, находившийся на уровне его груди, Кирилл потянул его на себя.

Павел не успел его остановить – камни тут же начали осыпаться. Большой камень на самом верху завала зашатался. Павел едва успел рывком оттащить Кирилла, как сверху с насыпи сорвались еще несколько камней и упали к ногам мужчин, едва их не задев.

– Кирилл, так нельзя, – укоризненно сказал Павел. – Надо укрепить стены и свод коридора.

Павел, взяв фонарь, пошел прочь. Кирилл, угрюмо глядя на камни у своих ног, тоже взялся за свой фонарь, но вдруг замер, прислушиваясь.

– Стой! – тревожно окликнул он Павла. – Ты ничего не слышишь?

Павел вернулся, они напряженно прислушались вдвоем. До них донесся чей-то слабый стон. Неуверенно посмотрев на Кирилла, Павел показал рукой в сторону:

– Кажется, оттуда.

Они прошли чуть дальше по коридору. В одном из ближайших боковых коридоров был еще один небольшой завал – холм высотой чуть ниже человеческого роста, в основном из мелких камней. Приглушенные стоны доносились из-под него.

Павел обвел пространство фонарем, в его слабом свете он разглядел видневшуюся из-под завала часть рукава. Кирилл, поставив свой фонарь, тут же бросился раскапывать тело, лихорадочно откидывая камни.

Павел присоединился к нему, и вскоре из-под завала показались брюки и ботинки. Наконец они освободили потерпевшего целиком. При виде спасенного ими человека Кирилл выпрямился, на его лице было написано отвращение.

– Уваров… – мрачно произнес он.

Вадим Уваров лежал без сознания. На первый взгляд, он был цел, только на руках и лице кое-где виднелись синяки и ссадины. Павел с Кириллом угрюмо стояли над ним, не зная, какое принять решение. Вадим Уваров был их опасным врагом – сильным, умным, жестоким. Судьба словно потешалась над ними, преподнося такой подарок в лице первого спасенного человека. Наклонившись, Павел на всякий случай проверил его пульс и понуро поднялся: Вадим был жив.

* * *

Под временный изолятор для зараженных, как и просил Виктор, выделили один из классов. Анна подвела к нему Матвея за руку и открыла перед ним дверь. Подняв голову, Матвей вопросительно посмотрел на учительницу. Анна, стараясь не расплакаться, через силу ему улыбнулась и погладила по голове, кивком приглашая войти.

Матвей, взяв из ее рук альбом для рисования и коробку с карандашами, прошел в класс. Из помещения вынесли парты и стол, постаравшись превратить его в детскую спальню. Рядками стояли аккуратно заправленные кровати, Матвей сел на одну из них.

На пластиковом розовом столе, ближайшем к нему, стоял перевернутый кверху ножками синий стул. На соседнем столе стул вообще лежал на боку – сотрудники школы в спешке не успели расставить стулья по местам.

На стене все еще висели учебные пособия – алфавит, примеры по сложению и вычитанию, – напоминая о прежнем, привычном укладе жизни. Матвей тяжело вздохнул и опустил руки. На пол с его коленей соскользнула коробка, все карандаши выкатились из нее, но Матвей этого даже не заметил.

Он сидел, разглядывая рисунки своих одноклассников, прикрепленные к стене напротив: вот кто-то нарисовал первые весенние цветы, а кто-то – свой дом, а над ним солнышко, а вот кто-то изобразил свою маму. Однако без детей в классе рисунки выглядели безжизненными, словно засохшие листья в гербарии.

Матвей припомнил, как мальчишки рассказывали, что дома их оставляли в комнате одних в наказание за разбросанные игрушки или сломанные вещи. Он был тихий, примерный мальчик, всегда слушался Анну Михайловну, ни с кем не ссорился, выполнял все уроки. За что же его наказали?..

Она присела на кровать рядом с Матвеем. Бледная, с кровью на губах, Она понимающе смотрела на мальчика, но ничем не могла его подбодрить – ни взять его за руку, ни поднять с пола рассыпавшиеся карандаши. Теперь и этот малыш был обречен стать узником, таким же, как все Они…

* * *

Между тем не только Матвей поменял свою комнату. Даша тоже переселилась в другую, на первом этаже, объясняя свой переезд тем, что ей на коляске неудобно будет всякий раз подниматься на второй этаж, даже с чужой помощью.

В комнате, рассчитанной на троих жильцов, две лишние кровати были убраны, вместо них поставили стол. Даша сидела в инвалидной коляске у окна, равнодушная ко всему. За ее спиной Вика расставляла по полкам книги, а Женя прикрепляла постеры на стену.

– Ну что, по-моему, симпатично получилось, – беспечно заявила Женя, улыбаясь, но вдруг наморщила носик и заявила: – Только запах какой-то неприятный, – достав из кармана флакончик духов, она несколько раз прыснула в воздух и довольно спросила: – Вот, другое дело! Правда, Даш?

Вика неодобрительно посмотрела на нее. Даша развернулась на каталке, собираясь что-то ответить, но в эту минуту в комнату вошел Андрей, втаскивая стул.

– Как тебе новые Дашины апартаменты? – радостно улыбаясь ему, спросила Женя и довольно оглядела комнату. – Надо еще на окна шторы повесить. Андрей, поможешь мне?

Даша молча смотрела на них. Парень не нашел что ответить и поставив стул недалеко от входа, мялся на месте, скованно улыбаясь. Вика, заметив Дашин взгляд, обратилась к Жене:

– Может, ты сходишь за постельным бельем? А я покрывало принесу. Пойдем? – Она обняла рукой Женю, почти силком уводя ее из комнаты. На Женином лице отразилось непонимание и обида.

Андрей подошел к Даше, присел возле коляски на корточки. Даша снова развернулась к окну. Прядь волос упала ей на лицо, но она этого даже не заметила.

– Ты очень грустная, – заботливо произнес Андрей и с нежностью поправил ее волосы. – Я несколько раз срывался поехать к тебе… Но Морозов пас нас тут как Цербер…

– Понимаю, – безучастно откликнулась Даша.

– Сначала он даже не сказал нам, жива ли ты…

– Вы думали, я умерла? – спросила девушка, поворачиваясь к нему.

– Морозов пытался убедить нас в этом… Но мы узнали, что ты жива. Если бы ты знала, как я был счастлив! – искренне признался он. – И ребята тоже.

Андрей помолчал, ожидая, что Даша что-нибудь скажет в ответ, однако она молчала, внимательно следя за его лицом.

– Ты вспомнила тот день? – с беспокойством спросил парень. – Что с тобой случилось?

Даша медленно отрицательно покачала головой:

– Нет. У меня амнезия. Посттравматическая.

– Мы очень переживали за тебя, – с любовью глядя ей в глаза, сказал Андрей. Даша смягчилась:

– Мне сказали, твои родители остались на нижнем уровне?

– Да. И Надя с ними, – его голос дрогнул. – Виктор только Игорька успел забрать.

– Мне очень жаль, – с сочувствием произнесла девушка и положила ладонь на его руку. Парень взял ее ладонь, прижал к губам.

– Я так рад, что ты здесь, со мной… Не представляю, если бы я и тебя потерял…

Казалось, еще секунда, и они поцелуются, но в этот момент нелегкая принесла Рому. Он ворвался без стука, бесцеремонно огляделся и громко заявил:

– А что, тут миленько! Занавесочек только не хватает.

Заметив, что Андрей с Дашей внимательно смотрят на него, он попытался принять естественный и беззаботный вид, через силу коротко зевнул и сказал:

– Там, это… всех на общее собрание зовут. Типа срочно.

Андрей взялся за ручки коляски, пытаясь развернуть ее к двери, но Даша запротестовала:

– Я не пойду, устала. Потом расскажешь мне, что там было.

Андрей послушно ушел, кинув на Дашу тревожный взгляд, Рома вышел вслед за ним. Даша ударила кулаком по своим парализованным ногам. Она смотрела в окно на школьный двор, там весенний ветерок легко, словно нежно гладя теплой ладонью, прошелся по зеленым гривам деревьев, и без умолку, звонко щебетали птицы…

Даша смотрела на школьный двор, а видела черную пропасть распахнутого настежь окна над своей головой, белую штору у себя в руках. Свои пальцы, судорожно вцепившиеся в нее. Слышала свист морозного ветра и свое тяжелое дыхание.

А тот, кто вытолкнул ее в окно, прятался за шторой. Даша видела его темный силуэт. Глаза слезились от страха и морозного воздуха, силуэт предателя расплывался, ей никак не удавалось сфокусировать взгляд.

Штора треснула, порвалась, и Даша с криком полетела вниз. Она слышала звук, с которым упала на снег – словно камень о камень ударился, в ушах загудело, по позвоночнику искрой пробежала боль. Больше она ничего не помнила. Темнота.

Сидя в инвалидной коляске, девушка вытерла слезы и, настороженно оглянувшись на дверь, достала из-под бордового пледа, покрывавшего ее ноги, блокнот с ручкой. На первом же листе сверху крупно был написан вопрос: «Кто?», далее в столбик шли имена ее друзей: «Вика», «Лиза», «Рома», «Максим», «Андрей».

Напротив имени «Вика» уже стоял вопросительный знак. Даша взяла ручку и, помедлив, поставила такой же знак вопроса напротив имени «Андрей». С сомнением поджав губы, она еще несколько секунд смотрела на имена, затем закрыла блокнот, спрятала его под плед и снова замерла, мрачно глядя в окно.

* * *

Пока Кирилл и Павел оценивали в подземелье масштабы завала, Виктор направился на переговоры с военными. Немного не дойдя до поворота лесной тропы, на которой их в прошлый раз так бесцеремонно развернули в обратную дорогу, он с удивлением обнаружил, что на этот раз его путь преграждает проволочное заграждение и шлагбаум.

За ограждением вовсю кипела работа. Солдаты в камуфляже действовали слаженно, как муравьи: протягивали вдоль зоны оцепления колючую проволоку, раскладывали за деревьями камуфляжные палатки. Возле шлагбаума стоял Раевский. Заметив Виктора, он остановил его сдержанным жестом метров за пять до заграждения.

– Виктор Николаевич, неужели я неясно выразился? – спросил Раевский. – Пока мы тут стоим, никто не покинет зараженную территорию.

– Заболевший – маленький мальчик, – сдерживая ярость, ответил Виктор. – В школе нет необходимых лекарств, нет ни врача, ни даже медсестры!

– Врача вам пришлют в ближайшие дни, – пообещал Раевский.

– Счет идет на часы, ребенок может погибнуть! – начал горячиться Виктор. – Ему нужна срочная госпитализация! Хотя бы передайте врачам образец его крови, это поможет создать вакцину! – Достав из кармана небольшой пластиковый контейнер, он продемонстрировал его Раевскому, положил на середину дороги и отошел на несколько шагов назад.

К контейнеру тут же подошел военный в камуфляже и респираторной маске, подобрал его и положил его в стерильный пакет. Оставив на месте контейнера четыре рации, он ушел за заграждение.

– Это рации, – пояснил Раевский. – Поддерживайте с нами постоянную связь.

– Майор, нам нужно подкрепление, – попросил Виктор. – Под завалами остались люди. Мы должны вытащить их оттуда!

– Мы не можем посылать людей на зараженную территорию, – с непроницаемым лицом ответил Раевский. – Риск заражения слишком велик, – заметив, как болезненно скривилось лицо Виктора, он смягчился и добавил: – Поймите, мы вам не враги. Мы просто обязаны обеспечить вам полную изоляцию…

Виктор посмотрел на него с досадой, понимая, что дальше вести разговор не имеет смысла, развернулся и пошел прочь. За всем этим разговором и медленно уходящим прочь Виктором с рациями в руках, а затем и за тянущими вокруг зараженной зоны колючую проволоку солдатами наблюдал через бинокль Володя.

На его лице все еще были заметны следы побоев, нанесенных ему Вадимом Уваровым незадолго до взрыва в подземелье. На скуле красовалась алая ссадина, на левом крыле носа – глубокая царапина. Оценив обстановку, Володя убрал бинокль и, приняв решение, скрылся в гуще леса.

* * *

Когда Тася без стука вошла в комнату Алисы, глаза ее широко открылись от изумления – а ее было очень сложно чем-то удивить! – потому что Алиса сидела на подоконнике в одной майке и трусиках, а окно было распахнуто. Свежий весенний воздух врывался в окно, и Алиса глубоко и часто им дышала.

Следом за Тасей в комнату вошел Леша, с ее чемоданом в руках. В бежевых брюках, белоснежной рубашке и черном стильном пиджаке, он казался просто неотразимым.

– Закаляешься? Молодец, – с обаятельной улыбкой похвалил Алису Леша. – Извини, что помешали. Принимай новую соседку! Мне сказали, Надя уехала на каникулы.

– Нет! Она в гостях у доброго волшебника, – возразила Алиса. – Она скоро вернется, – и, закрыв окно, слезла с подоконника. Затем, подойдя к плюхнувшейся на Надину кровать Тасе, схватила ее за руку и стащила с кровати.

– Ее сюда не пустят, – не согласился Леша, покачав головой. – В школе карантин.

– Все равно, – упрямо ответила Алиса. – Не хочу, чтобы Тася здесь жила! Она хвастушка! – Алиса ткнула рукой в сторону девочки, расхаживающей по комнате и бесцеремонно разглядывающей игрушки, плакаты, книжки.

– Вообще-то это Анна Михайловна попросила Тасю сюда перебраться, – объяснил Леша, затем наклонился к Алисе и, заговорщически понизив голос, спросил: – Разве тебе не страшно спать ночью одной? Вдвоем-то веселее.

Алиса с сомнением посмотрела на Тасю, которая в этот момент, взяв со стола картонную основу для складывания пазлов, кокетливо ею обмахивалась, словно веером, но, заметив недовольный Алисин взгляд исподлобья, тут же вернула ее на стол и дружелюбно ей улыбнулась.

– А ты не будешь дразниться и хвастаться? – недоверчиво спросила Алиса.

– Не буду – если ты перестанешь кривляться и обзываться, – немедленно откликнулась Тася.

Увидев, что мирные переговоры между девочками вступили в последнюю фазу, Леша решил, что его дипломатическое вмешательство больше не требуется, подмигнул Тасе и вышел из комнаты.

* * *

В это время Слава Харитонов снова поссорился со своей подругой Светой Тимофеевой. Она ревновала Славу к Лизе и не желала слушать его оправдания.

Оставшись после ссоры на галерее, расстроенный Слава стоял, опершись руками на перила, и мрачно смотрел вниз, в библиотеку. Когда дверь открылась и вошел Андрей в темной рабочей одежде, в большим фонарем в руках и завернутым в брезент свертком, Слава насторожился.

Андрей вел себя подозрительно: он окинул взглядом библиотеку и, убедившись, что в ней никого нет, подошел к камину и нажал на розетку. Едва заслонка отъехала в сторону, парень проник через камин в подземелье.

Слава задумался, а затем, приняв решение, вышел из библиотеки и направился на поиски друзей Андрея. Пройдясь по школе, он заметил Лизу и Макса, мило воркующих у дверей Лизиной комнаты.

Не только девушка Славы, Света, оказалась ревнивой. Макс тоже ревновал Лизу к Славе, да и вообще он ему не доверял. Поэтому, когда Харитонов подошел к ним и бестактно начал пялиться на Лизу, Максим разозлился и язвительно заметил:

– Шел бы ты спать, Харитонов. Все хорошие мальчики давно уже в постельках.

– Неужели? – насмешливо сказал Слава. – Тогда твой дружок Авдеев странную себе кроватку выбрал… очень каменистую – Заметив, как напрягся Максим, Слава добавил подробностей: – С фонарем в зубах полез в камин минут десять назад.

Максим сорвался с места и побежал по коридору в сторону библиотеки, Лиза тут же бросилась вслед за ним. Харитонов недоуменно пожал плечами: он не ожидал от них такой реакции, думал, они просто удивятся, как и он. Ну что ж, все это в очередной раз доказывало, что они всего лишь психи. Харитонов хмыкнул и пошел к себе.

Между тем Андрей, не подозревая, что его тайное посещение подземелья раскрыто, уже подошел к завалу. Установив фонарь, он решительно огляделся и достал из брезентового свертка рабочие рукавицы и небольшой ломик. Надев рукавицы, он вставил ломик в щель между камнями и обломками цемента и с силой нажал. Щель расширилась.

Подхватив один из камней, Андрей откинул его в сторону и снова нажал на ломик, продолжая расшатывать камни. Несколько крупных камней покачнулись, Андрей убрал их в сторону, затем, вынув из свертка небольшую саперную лопату, отгреб от завала мелкие камни и песок.

Вновь вогнав ломик между камнями, парень услышал за своей спиной торопливые шаги. Он даже не успел обернуться, как подбежавший Максим схватил его за руку и резко отдернул от завала. Стараясь говорить тихо, чтобы не вызвать обвала, Максим обеспокоенно спросил:

– Андрей, ты о чем вообще думаешь?!

– О своей семье! – раздраженно ответил Андрей, вырывая руку.

– Совсем на голову больной?! Не слышал, что тут все на соплях держится? – воскликнул Макс, не сдержавшись.

– Я должен спасти родителей и Надю, – упрямо заявил Андрей. – И спасу! Всем остальным на них наплевать… – Он снова потянулся к ломику, торчавшему между камней.

– Андрюх, отойди по-хорошему, – тихо попросил Макс.

– А то что? – взорвался парень. – Ударишь меня? Ну давай, перенимай эстафету от своего отца!

Максим на мгновение замер, он не ожидал услышать эти слова от Андрея, затем взял себя в руки и с силой оттолкнул его от себя. Но Андрей успел в последние секунды схватиться за ломик и выдернул его. Видя, как большой камень над головой Андрея пошатнулся, Максим успел снова схватить друга за руку и оттолкнуть в сторону.

Отлетев к стене, Андрей упал. В шоке он наблюдал за тем, как Максим, не сумевший удержаться на ногах, сам упал на насыпь, а скативший сверху огромный валун придавил его, а вслед за ним сверху осыпалось еще несколько камней. После обвала цементная пыль еще несколько секунд, словно занавесь, скрывала Максима.

На грохот к завалу подбежал Воронцов – о том, что ребята ушли в подземелье, его предупредила Лиза, случайно столкнувшаяся с ним перед библиотекой. Картина, которую он застал, была ужасна: из-под груды камней, частично заваливших Максима, виднелось его неподвижное лицо. На лбу виднелась кровь, щеки были покрыты ссадинами, глаза оставались закрытыми.

Воронцов подал руку Андрею, помогая ему подняться. Наглотавшийся пыли парень прокашлялся и только тогда увидел неподвижно лежавшего Максима. В панике посмотрев на Кирилла, Андрей заметил на его лице такое же потрясение, какое сам испытал в эти секунды.

Кирилл первым стряхнул с себя оцепенение и кинулся оттаскивать с Максима камни. Андрей пришел ему на помощь. Вместе они довольно быстро освободили его тело от завала и оттащили в сторону. На лице Максима были кровоточащие ссадины, вся одежда была в пыли.

– Макс!.. Макс, очнись, – прошептал Андрей, уже готовый поверить в то, что стал причиной смерти друга.

– Пульс есть, – уверенно сказал Кирилл, взяв руку Макса и нащупав слабое биение, затем гневно обернулся на Андрея: – О чем ты только думал?!

– Моим родителям и сестре нужна помощь… – уже в который раз упрямо повторил парень.

– Да, здорово ты им помог, – сердито оборвал его Кирилл. – Устроил новый завал, да еще и друга чуть не угробил.

Андрей не нашелся что возразить и в отчаянии смотрел на лежащего без сознания Максима, а тот вдруг пошевелился, закашлялся и открыл глаза, глядя вокруг мутным взглядом.

– Башка трещит – жесть… – наконец хрипловатым голосом произнес он.

– Руки-ноги целы? – обеспокоенно спросил Кирилл. – Идти можешь?

Андрей и Кирилл протянули руки Максиму, тот схватился за них, встал на ноги. Оглянувшись на завал позади себя, он присвистнул:

– Ух ты… похоже, нам прибавилось работенки.

Андрей виновато отвел глаза. Все трое пошли к выходу, пригибая головы, чтобы не удариться об упавшую сверху и под острым углом опиравшуюся о стену металлическую балку.

Они отошли уже достаточно далеко, и не могли слышать, как из небольшого проема сбоку у стены, образовавшегося в результате нового обвала, послышался шорох и вслед за ним слабый мужской голос, зовущий на помощь:

– Помогите!.. Кто-нибудь… Пожалуйста…

В это время наверху в библиотеке рядом с камином стояла Лиза. Она прислушивалась, но из подземелья не доносилось ни звука. В отчаянии она наклонилась к проходу в камине и изо всех сил крикнула:

– Максим!

Спустя время, показавшееся Лизе вечностью, из подземелья послышался приближающийся звук шагов. Первым из камина вылез Максим, отряхиваясь от пыли, за ним Андрей и Кирилл Воронцов.

– Макс, ты ранен? – испуганно спросила Лиза, дотрагиваясь до кровоточащей ссадины на его лице.

– Ой, да ладно, – с деланым спокойствием отмахнулся Максим. – Почесалось – расчесал.

В библиотеку ворвался Виктор со спешащей за ним Викой. Он остановился как вкопанный, увидев, в каком состоянии выбрались из подземелья ребята с Кириллом. На лице Вики, наоборот, было написано облегчение от того, что все они оказались живы.

– Внизу был очередной обвал. Максим едва не погиб, – опередил его вопросы Кирилл.

Лицо Виктора окаменело. Он смерил взглядом Максима, заметил ссадины на лбу и под левым глазом и сердито сказал ему:

– Я, кажется, русским языком сказал – не сметь приближаться к подземелью!

– Макс не виноват, – нехотя признался Андрей, не глядя на Виктора. – Он пошел за мной.

– Если у тебя есть идеи, как быстро разобрать завал, чтобы не вызвать еще больших разрушений, я готов их выслушать, – терпеливо произнес Виктор.

– Нет у меня никаких идей, – злобно ответил Андрей. – И времени тоже нет! – Его голос, от бессилия что-либо сделать, сорвался на крик: – Без лекарства я через два дня умру. Кто тогда спасет мою семью?!

Андрей быстро вышел из библиотеки. Виктор хмуро смотрел ему вслед. Кирилл переглянулся с ребятами: Андрей был прав, Виктор только и делал, что раздавал им обещания, пытаясь успокоить. Пора было предпринимать какие-то решительные действия, иначе время будет упущено.

Глава 2

Посторонний

Над ночным лесом взошла луна. Она слабо освещала забор оцепления с колючей проволокой. Сидя возле него, Володя время от времени взглядывал на огни лагеря военных, пытаясь перекусить проволоку с помощью кусачек. Внезапно справа от него раздался шорох, и Володя замер.

Вдоль проволочного ограждения на расстоянии нескольких метров друг от друга шли трое военных. Они совершали свой обычный обход, неся автоматы наперевес. Солдаты внимательно смотрели по сторонам, прислушиваясь, как и Володя, к посторонним звукам.

Володя, услышав приближающиеся шаги, вскоре увидел и самих солдат. Он поднялся с корточек и стал медленно отступать назад, в сторону леса, но под его ногой хрустнула ветка. Солдаты напряженно уставились в сторону Володи, но в темноте, да еще и из-за кустов не сумели его разглядеть.

– Кто здесь? – требовательно спросил главный из них – Бессонов. – Медленно выходи с поднятыми руками!

Поскольку ничего не происходило, он сделал знак солдатам, и те бесшумно стали приближаться к Володе. А тот напряженно смотрел на кусты, разделявшие его с военными. Когда ветки кустов начали колыхаться, Володя резко сорвался с места и побежал в лес.

– Посторонний в квадрате А-два, общая тревога! – сообщил Бессонов по рации, в то время как солдаты устремились в погоню за Володей, ориентируясь на звуки ломающихся под его ногами веток.

Володя долго бежал по лесу. Позади него завывала сирена. На секунду он приостановился, прислушиваясь: звуков погони за ним не было, ему удалось оторваться от преследователей. Он вздохнул с облегчением и развернулся, собираясь бежать дальше, но, к его изумлению, перед ним оказался солдат, уставивший на него дуло автомата.

Замерев, Володя осторожно покосился по сторонам и только собирался кинуться в кусты, как солдат предупреждающе покачал головой – ясно было, что ему не составило труда разгадать планы Володи.

– Даже не думай, – с угрозой произнес солдат.

Володя обреченно вздохнул. Сзади к нему подоспели отставшие во время погони Бессонов и двое солдат, окружили его. Бессонов подошел к Володе вплотную, внимательно его оглядывая.

– Ты кто такой? – спросил он.

– А вы кто такие? – дерзко, вопросом на вопрос ответил Володя.

– Отведите его лагерь, – приказал Бессонов солдатам.

Схватив Володю за руки, военные решительно подтолкнули его в сторону лагеря, давая понять, что сопротивление в данном случае совершенно бесполезно. Володя вынужден был подчиниться, на его лице застыло выражение напряжения и недовольства.

Рассвет, а затем и утро Володя встретил в просторной военной палатке, сидя на складном стуле в наручниках. Сбежать не представлялось никакой возможности: вместе с ним в палатке, стоя по обеим сторонам от него, постоянно дежурили пара солдат.

За время, пока он здесь находился, Володя успел беглым взглядом, чтобы не выдавать свое профессиональное любопытство, осмотреть палатку: напротив него стоял широкий стол с компьютером, к стене палатки был прикреплен календарь.

– Мужики, ну где главный-то? – с простодушным видом окликнул Володя военных. – У меня времени в обрез, рабочий день начался.

Солдаты переглянулись, но ничего не ответили. В палатку вошел Раевский. Солдаты тут же вытянулись по струнке, отдали ему честь.

– Вольно! – скомандовал Раевский и взглянул на Володю. Окинув его проницательным взглядом, Раевский обратился к солдатам: – Кто такой?

– Владимир Шевцов, шеф-повар школы «Логос», – отрапортовал один из солдат и протянул Раевскому изъятый у Володи паспорт.

Раевский сел за стол, раскрыл паспорт, сравнил фотографию с лицом Володи, спрятал документ в карман.

– Что вы делали ночью у ограждения? – сухо спросил он.

– На работу шел, – недоуменно ответил Володя, а затем выдал скороговоркой приготовленное заранее оправдание: – Я только из отпуска, на автобус опоздал, пришлось на попутках добираться, – он замолчал, напряженно ожидая новых наводящих вопросов, которые легко могли разбить в пух и прах его легенду, но их не последовало, тогда он сам спросил, делая вид, что раздражается: – Да что происходит, в конце концов? В школе новая система безопасности?

Раевский помедлил, затем собрался что-то ответить, но в этот момент в палатку заглянул Бессонов и доложил:

– Товарищ майор, прибыла Одинцова!

Раевский и Бессонов ушли, Володя тут же скинул с себя маску простодушия и хмуро посмотрел им вслед. Нетерпеливо поерзав на стуле, он решил схитрить.

– Эх, мужики, сейчас бы покурить…

– Не положено, – тут же откликнулся военный, при этом нерешительно взглянув на напарника.

Володя усмехнулся: подать идею было проще, чем начинку в пирог положить. Спустя минуты солдаты стали нетерпеливо перетаптываться на месте, после чего один из них неуверенно спросил у второго:

– Покурим?

Второй молча направился к выходу из палатки, его напарник тут же пошел вслед за ним. Они закурили у самого входа, торопливо затягиваясь и настороженно оглядываясь по сторонам.

Их заметил проходящий мимо палатки Бессонов. Он резко свернул с намеченного пути и подошел к ним. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Солдаты быстро выкинули окурки и переглянулись.

– Кто остался с задержанным? – строго спросил Бессонов.

Один из солдат тут же нырнул в палатку: она оказалась пуста, Володи нигде не было. У солдата от удивления вытянулось лицо: они с напарником вышли всего на каких-то пару минут.

Выскочив из палатки, он тревожно доложил:

– Побег, товарищ лейтенант!

Бессонов поменялся в лице, схватился за рацию:

– Посторонний на территории! Общая тревога!

Солдаты, оббежав вокруг палатки в поисках Володи, вернулись ни с чем, но вдруг один из них заметил его, лавирующего вдали между палаток. Солдаты кинулись вслед за ним, снимая с плеч автоматы.

Забежав за крайние палатки, Володя собрался уходить в лес, но увидел стоящую перед шлагбаумом машину. Решение было принято молниеносно: бросившись к ней, Володя сел на место водителя. На пассажирском сиденье сидела молодая женщина в штатском, просматривая какие-то документы.

– Что вы делаете?.. – изумленно спросила она.

Больше она ничего не успела сказать, поскольку Володя резко нажал на газ, и машина помчалась, направляясь к шлагбауму. Бессонов и военные устремились за ней, целясь в машину из автоматов. Выбежавший из-за палаток Раевский преградил им путь, подавая знак «отставить оружие!».

– Не стрелять! – крикнул Раевский, солдаты вопросительно смотрели на него.

Машина, сбив шлагбаум, сшибла сетчатое заграждение, понеслась по дороге в сторону школы и вскоре скрылась за поворотом. Бессонов виновато смотрел на Раевского. А тот стоял, задумчиво глядя на опустевшую дорогу, и думал, что для школьного повара Шевцов оказался слишком шустрым, и не мешало бы проверить его личность.

* * *

Даша сидела в коляске лицом к окну, читая роман «Легенда об Уленшпигеле» бельгийского писателя девятнадцатого века Шарля Костера. Впрочем, несмотря на эмоциональный накал произведения, лицо Даши выражало полнейшее безразличие, словно, уткнувшись глазами в книгу, мыслями она была далеко от переживаний героев.

В комнату, робко постучавшись, нерешительно заглянул Рома. Он посмотрел на Дашину спину, казалось, излучавшую равнодушие, и вошел, сконфуженно озираясь и не зная, как начать разговор. Даша не повернулась, не спросила, кто пришел. Ее апатия пугала Рому.

– Даш, к тебе можно? – наконец спросил он.

Девушка кивнула. Рома подошел поближе, встав сбоку так, чтобы Даша могла его видеть. Даша покосилась на него, и Рома спросил, увидев на ее коленях книгу:

– Читаешь?

– А что еще делать? – несколько раздраженно ответила она. – Танцевать пока не получается.

– Но ведь это ненадолго? – осторожно спросил парень и подошел к Даше с другой стороны – от волнения ему не стоялось на месте. – В смысле – ты же скоро снова сможешь ходить?..

– Еще спроси – помню ли я тот день, и ты будешь третьим, – ответила Даша, горько усмехнувшись. – Андрей с Викой меня уже спрашивали.

– Я знаю, что ты не помнишь, – затараторил Рома, растерявшись от испуга. – Мне Андрей сказал. У тебя этот, как его… пост…

– Защитная реакция на стресс. Мозг блокирует неприятные воспоминания, – терпеливо объяснила Даша.

– Просто мы никак не можем понять, что с тобой случилось, – пояснил парень свой интерес, решившись прощупать почву.

– Морозов сказал врачам, что я упала в овраг, – сказала Даша.

– Может быть, может быть! – ухватился Рома за ниточку, присел на корточки рядом с коляской подруги и принялся оживленно предлагать возможный вариант развития событий: – Вы с Андрюхой поругались, ты куда-то убежала… Если ты пошла в лес – в темноте вполне могла навернуться!

– Могла, – согласилась Даша и, внимательно посмотрев на Рому, спросила: – Но как тогда я попала в лодочный сарай?

– Ты помнишь сарай? – испуганно спросил Рома.

– Да, – задумчиво ответила девушка. – И как вы меня нашли. А все, что до этого, – провал…

Парень обрадованно вскочил на ноги, потирая ладони, и ободряюще заявил:

– Знаешь, не надо тебе ничего вспоминать! – Он прошелся взад-вперед за спиной Даши, чувствуя неимоверное облегчение и продолжая доказывать подруге свою преданность и искреннюю дружбу: – Главное, что все обошлось! Ты жива и вся наша команда снова в сборе! – закончил он на оптимистичной ноте. – Ты обязательно поправишься! – Он направился к двери, затем опомнился и предложил Даше: – Пойдем на завтрак? Я тебе помогу доехать.

– Спасибо, но я уже позавтракала, – отказалась она.

– Ладно, тогда… – запнулся Рома, подыскивая, чем можно закончить разговор, – тогда я зайду к тебе попозже!

Он вышел, вполне довольный собой и тем, что только что узнал. Даша задумчиво оглянулась на закрывшуюся дверь, затем достала блокнот и в столбике имен напротив имени «Рома», как прежде напротив имен «Вика» и «Андрей», поставила знак вопроса.

* * *

Лиза умывалась, стоя перед зеркалом в душевой. Из крана в раковину лилась вода, Лиза, закрыв глаза, ополаскивала лицо, не видя, что вода в раковине приобрела розоватый оттенок. Внезапно Лиза кашлянула, недоуменно посмотрела на себя в зеркало: лицо ее было очень бледным, губы оказались окровавлены.

Девушка испуганно провела пальцами по губам, вытирая кровь, перевела взгляд на раковину и закашлялась, на этот раз сильнее, изо рта в раковину хлынула кровь. Лиза выпрямилась, вытирая губы, жадно хватая ртом воздух, словно она задыхалась.

За ее спиной из душа вышла Света Тимофеева, с мокрыми волосами, обмотанная полотенцем. Услышав шаги, Лиза поспешно смыла кровь с раковины. Заметив, как Лиза тяжело дышит, и обратив внимание на ее судорожные движения, Света с беспокойством спросила:

– Все хорошо?

– Да, все нормально, – коротко ответила девушка, закрыла кран и пошла к выходу из душевой, даже не обернувшись на Свету. Та с подозрением проводила ее глазами.

Выйдя в коридор, Лиза скривилась от боли, потирая грудь в области сердца. Она уже подходила к своей комнате, когда из-за поворота вышел Максим. При виде нее он радостно улыбнулся:

– А, вот ты где! А я тебя в столовой ждал.

– Я проспала, – солгала Лиза, улыбаясь ему в ответ и стараясь выглядеть бодро.

– Не страшно, – ласково ответил Максим и поцеловал девушку. – Я тебе булочки заныкал и сок.

– Мне что-то не хочется есть, – призналась она, отстраняясь от него. Почувствовав, как опять сильно закололо сердце в груди, Лиза поморщилась от боли и пошатнулась.

– Лиз, что с тобой? – обеспокоенно спросил Максим.

– Все хорошо, – ответила девушка, улыбнулась через силу и, закатив глаза, опрокинулась назад. Максим едва успел ее подхватить.

– Лиза? – в панике воскликнул он. Поняв, что она потеряла сознание, парень поднял ее на руки, рывком распахнул дверь в комнату, занес внутрь бесчувственную подругу и положил на кровать.

Вика до прихода Максима сидела за компьютером, безуспешно пытаясь подключиться к Интернету, при виде неподвижной Лизы она вскочила из-за стола, испуганно глядя на нее.

– Что с ней? – тревожно спросила Вика.

– Не знаю, – растерянно ответил Максим. – Мы разговаривали – и она упала, ни с того ни с сего… – Он наклонился к Лизе и начал в панике трясти ее за плечи, пытаясь привести в чувство: – Лиза! Лиза, очнись!

– Я позову кого-нибудь, – поднялась со своего места Женя, но в этот момент Лиза открыла глаза.

– Что случилось? – слабым голосом спросила она.

– Ты потеряла сознание. В коридоре, – ответил Макс и, обернувшись, увидел, что Женя с любопытством к ним прислушивается. Тогда он резко сказал ей: – Ну что стоишь? Собралась звать на помощь – иди!

– Макс, не надо… – слабым голосом попросила Лиза и, стараясь приободрить его, добавила: – Я в порядке.

– Оно и видно, – буркнул Макс, обменявшись с Викой понимающими взглядами: выглядела Лиза очень неважно. – Андрюха прав, – обратился он к Вике, – у нас совсем мало времени. Без лекарства мы все покойники.

Лиза попыталась приподняться на кровати, чтобы показать, что пришла в норму, но снова обессиленно откинулась на подушку. Максим, обеспокоенно наблюдая за ее тщетной попыткой, снова перевел взгляд на Вику.

– Надо папашину комнату обшарить, вдруг у него там заначка осталась, – прищурившись, подал он идею.

– И в кабинете директора посмотреть, на всякий случай, – согласилась Вика, кивнув. – У тебя же есть ключ от сейфа.

– Вы думаете, комнаты еще не обыскали? – с сомнением спросила Женя, вмешиваясь в разговор. – Учителя не глупее нас с вами.

– Если бы мы так думали, мы бы давно уже гнили в могилах, – ответил Максим, скривившись.

– Ладно, пошли, – решительно сказала Вика. – Заодно ребят позовем.

– Присмотришь за Лизой, – обратился Макс к Жене. – Чуть что – свисти. Да погромче!

Женя недовольно посмотрела на Макса с Викой, обидевшись, что ее не берут с собой. Однако Вика ответила ей холодным взглядом. Тогда Женя присела на кровать к Лизе и взяла ее за руку, с сочувствием глядя на ее бледное лицо.

* * *

Максим с Викой разыскали своих друзей и поделились с ними планами. Ребята разделились. Пока Максим с Ромой обыскивали кабинет директора, Вика и Андрей направились в комнату Виктора. Тихонько приоткрыв дверь, Андрей заглянул внутрь, убедился, что никого нет, и жестом подозвал Вику. Сам бросился проверять шкаф, а Вика стала искать в ящиках стола.

В шкафу чемоданчика не оказалось. Андрей проверил везде: на полках, на которых стояли бронзовые статуэтки древнегреческих богов и гипсовый бюст Пушкина, за книгами и даже на верху шкафа.

Вика заглянула в каждый ящик стола, под лежащие в ящиках папки с документами, проверила под столешницей. Она с надеждой оглянулась на Андрея, но он лишь с досадой покачал в ответ головой и произнес разочарованно:

– У меня ничего.

– У меня тоже пусто, – упавшим голосом ответила девушка.

Андрей посмотрел на стол и с надеждой оглянулся – вдруг они пропустили еще какой-нибудь тайник, – однако ничего подходящего на глаза не попалось. Вика направилась к двери, но вдруг замерла: из коридора донеслись чьи-то приближающиеся шаги.

Андрей поспешно схватил подругу за рукав и потащил в сторону спальни, они едва успели спрятаться и прикрыть за собой дверь, как в комнату вошли Виктор с Павлом. Голоса у них были озадаченные, напряженные.

– Зараженных уже трое, все дети, – с отчаянием сообщил Виктор, садясь за свой стол. – Без лекарства они просто умрут у нас на руках.

– Вить, у них в лаборатории были сотни пробирок с вакциной! – напомнил Павел. – Можно попробовать спуститься через грузовой люк – он ведет сразу на нижний уровень.

– А где этот люк? – спросил Виктор.

– В лесу, – ответил Павел. – Рядом с каким-то подземным прожектором.

Андрей и Вика, подслушивающие за дверью спальни, взволнованно переглянулись. В глазах Андрея загорелась надежда:

– Я знаю, где это место, – почти беззвучно прошептал он Вике и вновь приник к двери.

– Правда, это за зоной оцепления, – добавил Павел с сомнением.

– Я поговорю с майором, – хмуро сказал Виктор. – Но вряд ли нам это что-то даст. Люк тоже может быть завален. Самое оптимальное сейчас – самим как можно скорее приступить к разбору завала, – сделал он вывод и твердо заключил: – Работать в завале будем посменно. Подумай, где взять опорные балки и доски.

Павел согласно кивнул в ответ, чего Андрей с Викой не могли видеть. Зато они слышали, как в комнату Виктора заглянул завхоз с новостью:

– Виктор Николаевич, там врачиха приехала, военные прислали.

Виктор немедленно пошел вместе с завхозом на кухню, где в данный момент новоявленный врач требовала специальной дезинфекции всей посуды, поскольку из нее могли питаться зараженные дети, и таким образом вирус мог передаться остальным. Павел вышел из комнаты вместе с ними, отправляясь на поиски балок и досок.

Услышав, как хлопнула входная дверь, после чего наступила тишина, Андрей с Викой осторожно приоткрыли дверь спальни, вышли из нее и направились к выходу из комнаты.

– Я должен найти этот люк и спуститься вниз, – возбужденно заявил парень.

Вика встревоженно посмотрела на него: они же оба только что услышали, что люк находится за оцеплением, пробираться к нему под прицелами автоматов было равносильно самоубийству.

Андрей решительно вышел в коридор, Вике ничего не оставалось, как торопливо устремиться за ним.

* * *

Задний двор школы был залит солнцем. Ветер легко трепал свежевыстиранные простыни, которые Мария развешивала на веревках. Позади нее, в просвете между простынями, мелькнула чья-то тень. Мария обернулась, услышав звук шагов, но никого не увидела и продолжила развешивать белье. На ее лице застыло отрешенное выражение, словно какая-то тяжелая мысль не давала ей покоя, и женщина прокручивала ее в голове, как заезженную пластинку, снова и снова.

– Вам повар случайно не требуется? – раздался позади нее голос Володи.

Мария вздрогнула, недоверчиво оглянулась: позади нее стоял улыбающийся Володя. С синяками на лице, с глубокой царапиной на носу, но, тем не менее, живой! А ведь она уже почти отчаялась когда-либо его увидеть. У нее перехватило дыхание, на глаза набежали слезы. Не в силах вымолвить ни слова, Мария бросилась на шею к своему любимому, а он крепко прижал ее к себе.

– Павел сказал – ты остался внизу… Я боялась, что ты погиб при взрыве, – призналась Мария, ослабив объятия и с нежностью глядя ему в глаза. – Но как ты сюда прорвался? – спохватилась она. – Там же военные!

– Нет таких военных, которые помешали бы мне вернуться к тебе, – ласково произнес Володя, вновь обнимая Марию. – И никакие военные не запретят мне сказать, что я люблю тебя.

Мария сияла от счастья, слушая его. А Володя то целовал ее, прижимая к себе, то говорил слова любви, от которых у нее кружилась голова и перехватывало дыхание. Свежие простыни хлопали на ветру, словно паруса, и Мария думала, что вот наконец и она, словно Ассоль, дождалась своего принца.

Когда Володя наконец выпустил ее из объятий, она быстро развешала оставшееся белье и они вместе отправились в школу. Володя недоуменно оглядывался, пытаясь объяснить себе причину, по которой школу оцепили военные: казалось, все здесь было как прежде – младшие школьники носились как угорелые друг за другом по коридорам, средние и старшие степенно расхаживали с книгами в руках или болтали, смеясь, сбившись в небольшие компании. Мария открыла Володе его комнату и собралась войти в нее вместе с ним, как вдруг из-за поворота вынырнул Павел.

– Маша! На кухне спрашивают – у нас есть наборы одноразовой посуды? Это для зараженных, – объяснил он, подходя к комнате Володи. В этот момент Володя, услышав голос друга, выглянул из комнаты. Павел на секунду опешил, а затем радостно воскликнул:

– Володя? Живой?! Где ты был все это время?

Он подошел и обнял друга, похлопал его по спине. Мария тактично удалилась искать одноразовую посуду, дав Володе с Павлом возможность поговорить наедине.

– Я смотрю, тут у вас апокалипсис? – осторожно осведомился Володя.

– И не говори… – откликнулся Павел, а затем спросил с надеждой: – А ты как? Удалось найти вакцину? Она бы сейчас нам ой как пригодилась!

– Мне б и самому она не помешала, – с горечью ответил Володя и, оттянув ворот свитера, указал на шею ниже уха, где расплылся синяк. Понизив голос, он пояснил: – Уваров вколол мне капсулу с вирусом. Скоро она растворится.

– Плохо… – в шоке глядя на Володю, произнес Павел.

– Это еще не все плохие новости, – помрачнел Володя и скорбно сообщил: – Князь умер – сердце не выдержало. Так что поддержки нам больше ждать неоткуда.

– Понятно… – расстроенно сказал Павел. – После взрыва у нас нет ни связи, ни интернета – военные постарались.

– А где Вера? – наконец спросил Володя.

– Последнее сообщение от нее я получил перед взрывом, – мрачно ответил Павел. – Она собиралась пойти за тобой в подземелье. Думаю, Вера осталась под завалами…

Володя потрясенно смотрел на Павла, не в силах поверить в услышанное. Он так сработался с Верой за последнее время, что она стала для него чем-то большим, чем просто напарник, – скорее настоящим другом. Володя прекрасно понимал, что, если Вера осталась под завалами, вероятность того, что он когда-нибудь увидит ее живой, слишком мала.

* * *

Ребята собрались в комнате старших мальчиков. Лиза сидела, прислонившись к Максу. Она все еще чувствовала себя нехорошо и была очень бледна. Вика и Рома стояли рядом с Андреем, пытаясь его образумить, а он торопливо кидал в свой рюкзак фонарик, веревку, ломик.

– Андрюх, ты же видел военных – те еще терминаторы, – следя за сборами друга, тревожно проговорил Рома. – Они разбираться не станут, сразу палить начнут!

– А если тебя убьют, что тогда? – в отчаянии спросила Вика. – Андрей, это самоубийство!

Тот молча застегнул рюкзак и резко повернулся к Вике.

– Вик, сидеть здесь и ничего не делать – вот это самоубийство, – твердо напомнил он. – Ты сама слышала, на нижнем уровне есть вакцина. И единственный шанс спастись – попасть туда.

– Андрюха прав, – неожиданно поддержал его Макс, покосившись на бледную Лизу. – Надо искать самим.

Андрей согласно кивнул, внимательно оглядел всех и сказал то, что всех повергло в недоумение:

– Вы поможете мне пройти за зону оцепления.

Ребята ошарашенно переглянулись: каким образом они могли это сделать? Вырваться из-за ограды и связать всех военных, пока они спят? Или попытаться уговорить их, чтобы они выпустили Андрея ненадолго в лес погулять? В ситуации, когда противник превосходил их силой, численностью и оружием, любые попытки – и заболтать, и перехитрить – казались безрассудными детскими выходками.

* * *

Издав тихий стон, Вадим Уваров пришел в себя. Он открыл глаза, огляделся. Вадим лежал в своей комнате, на своей кровати. Значит, взрыв в подземелье был лишь сном… Вадим потянулся и резко попытался подняться, но тут же упал обратно, едва не сломав руку.

Осторожно повернув голову, он обнаружил, что пристегнут наручником к кровати. Вадим с силой подергал рукой, пытаясь освободиться, но ничего не вышло. Его лицо скривилось от досады, он в ярости ударил по кровати кулаком.

Мужчина с угрюмым видом сел, насколько позволял наручник, поджал ноги. Дверь открылась, в его комнату вошли Виктор с Павлом. При виде живого Павла лицо Вадима вытянулось от изумления. А тот смотрел на Вадима с неприкрытой ненавистью.

– Какие люди! – восхищенно протянул Вадим. – Физрук-самоубийца вернулся на грешную землю, – добавил он с ехидной ухмылкой. – Вот и не верь после этого в чудеса!

– Нам нужна вакцина от вируса, – сухо прервал его Виктор, перейдя сразу к делу. – Ты можешь сказать, где именно в подземелье вы ее хранили?

– Могу, – ответил Вадим, кивнув. – Но не скажу.

– Ах ты, сволочь! – вскинулся Павел, но Виктор успел его удержать.

– Если вы так дергаетесь, значит, заражение уже началось, – с усмешкой сказал Вадим, наблюдая за их реакцией. – Без вакцины или антидота эта школа вымрет до последнего первоклассника, – он сделал паузу, предвкушая провал этой их дипломатической миссии: – Я покажу вам, где лекарство, но с одним условием.

– Каким? – терпеливо спросил Виктор.

– Вы меня отпустите, – дерзко ответил Вадим.

Виктор задумчиво молчал. Тогда Вадим со вздохом улегся на кровать, демонстративно подложив под голову свободную руку.

– Сколько внизу ампул антидота? – наконец спросил Виктор, взвешивая «за» и «против».

– Где-то между много и очень много, – равнодушно ответил Вадим. – И столько же пробирок с вакциной. Впрочем, ее много не понадобится, – уточнил он. – Это антидот надо каждый день хлебать, а вакцина – раз укольчик, и больше никакого вируса. Никогда, – он пристально следил за Виктором.

На лице того отразилось напряженное раздумье. Достав ключ из кармана, он решительно приказал:

– Сядь! – освободив руку Вадима от наручника, Виктор добавил: – Поможешь нам разбирать завал.

Вадим довольно улыбался, потирая запястье, Павел и Виктор наблюдали за ним с мрачным видом, понимая, что освобождение Уварова может быть большой ошибкой. Однако выбора у них не было. Теперь оставалось лишь не спускать с него глаз.

Чуть погодя они втроем спустились в подземелье, освещая себе путь фонарями. Впереди шел Виктор, за ним Вадим, замыкал цепочку Павел. Уваров шел, нахмурившись, оглядывая стены подземелья, словно оценивая масштабы разрушения. Внезапно Виктор замер на месте, прислушиваясь.

– Ты чего? – недоуменно спросил Павел.

– Слышали? – с тревогой спросил Виктор и развернулся в сторону завала. – Там кто-то есть!

– Помогите! – раздался едва слышный голос.

Лицо Павла вытянулось от удивления, следом за Виктором он бросился к завалу, и они стали светить фонариками в просветы между камнями. Пока они откидывали камни в сторону, Вадим за их спинами напряженно огляделся, раздумывая, бежать ему или нет. Павел оглянулся на него, лучом фонаря посветил в лицо. Вадим раздраженно прищурился.

– Так и будешь стоять? – сердито прикрикнул на него Павел. – Помогай!

Вадим нехотя подошел к завалу и тоже стал отбрасывать камни. Проем в завале быстро расширялся. Наконец Виктор с фонариком пролез в образовавшуюся щель. Павел полез следом за ним. Спустя считаные секунды они вытащили из провала мужчину. Он был очень измучен и обессилен.

– Вы целы? Можете говорить? – с тревогой спросил Виктор.

Мужчина в ответ издал болезненный стон. Вадим напряженно смотрел на него. Павел, посветив фонарем в провал, заметил видневшуюся среди камней и пыли ручку чемоданчика. Выудив медицинский чемодан из пролома, Павел поставил его на камень и открыл, его лицо озарилось радостью:

– Вить! – позвал он.

Виктор подошел к чемодану и тоже заглянул в него: в его специальных ячейках было полно ампул с красной жидкостью. Виктор переглянулся с Павлом, на их лицах появилась надежда, в то время как Вадим, наоборот, казался недовольным их находкой.

* * *

В это время врач Лариса, Мария и завхоз стояли на лесной дороге, ведущей к школе, рядом с машиной, напряженно наблюдая, как из остановившегося сразу за шлагбаумом военного грузовика солдаты в респираторных масках выгружают на землю коробки с продуктами, упаковки с питьевой водой, оконные решетки, большую картонную коробку размером с входную дверь. Неожиданно завхоз нахмурился и, указав рукой в сторону, спросил:

– Маш, там не Максим случайно? Что это он делает?

Мария вздрогнула и посмотрела в ту сторону, куда указывал завхоз: метрах в двадцати от шлагбаума возле ограждения Максим свистом подозвал к себе ближайшего к сетке солдата и, поднося руку ко рту, словно в ней была сигарета, небрежно спросил:

– Эй, друг, закурить не найдется?

Солдат сделал шаг назад, снял с плеча автомат и направил его в сторону парня.

– Назад! – требовательно произнес он. – Отойди от заграждения!

– Курить охота до смерти, – признался Максим, приближаясь к сетке. – Есть сигаретка?

Солдат оглянулся, кивком позвал подмогу. Трое солдат бегом кинулись к нему, один из них торопливо снял с пояса рацию. Подбежав к сетке, все они направили дула автоматов в сторону Максима. Наблюдавшая со стороны Мария не выдержала и бросилась к сыну, завхоз с Ларисой побежали следом за ней.

– Последний раз предупреждаю, – угрожающе сказал солдат, – отойди от заграждения!

Максим на секунду замер, затем, через силу сохраняя спокойствие, придвинулся еще ближе к сетке:

– Я что, много прошу? – дружелюбно спросил он. – Одну сигаретку и все.

– Готовность «один»! – громко произнес солдат, передергивая затвор автомата. Заметив подбегающих в Максиму Марию, Ларису и завхоза, он сделал знак другим солдатам взять и их на прицел.

Друзья Максима из-за кустов с волнением наблюдали за происходящим, испуганно переглядываясь. Андрей поправил рюкзак за плечами и предупредил:

– Я пошел!

Он приподнялся и, пригнувшись, побежал вдоль кустов к военному грузовику, воспользовавшись тем, что внимание военных привлечено к Максиму. Солдаты в масках как раз закончили выгружать коробки и напряженно наблюдали за происходящим у сетки.

– Максим! – в панике произнесла Мария. – Делай, что тебе говорят!

– Мы здесь не преступники! – возмутился Максим, оборачиваясь к ней. – Почему они обращаются с нами как со скотом?

Подоспевший к заграждению Раевский сделал знак солдатам опустить оружие, те подчинились.

– Вы не преступники, – согласился Раевский, обращаясь к Максиму. – Но вы представляете угрозу для жизни сотен тысяч людей.

Максим продолжал стоять на месте. Время шло. Раевский начал терять терпение.

– Отойди от заграждения или я отдам приказ стрелять! – повысил он голос.

Максим невольно поежился, но все еще упрямо стоял, не двигаясь с места. В это время Андрей подбежал к грузовику, подлез под него и, никем не замеченный, зацепился за днище руками и ногами.

– Считаю до трех, – предупредил Раевский, не мигая глядя на Максима. – Раз… два…

– Максим! – воскликнула Мария, не выдержав, и, вцепившись в сына, силой попыталась оттащить его от заграждения. – Да что с тобой такое?! Ты с ума сошел?

Ребята, издалека напряженно следящие за Максимом, видели, как Марии удалось отвести его на безопасное расстояние от сетки. Раевский сказал что-то в рацию, солдаты в масках быстро расселись в грузовик. Шлагбаум поднялся, и грузовик выехал за периметр. Под его днищем едва угадывались очертания Андрея.

Когда Максим подошел к ребятам, грузовик уже миновал шлагбаум. На лицах друзей было написано облегчение. Раевский, подписав бумаги водителю, отдал приказ трогаться, и грузовик стартанул с места и покатился по лесной дороге все дальше от школы.

– Сработало! – радостно констатировал Рома.

– Не сглазь, Ромыч, – напряженно предупредил Макс.

Внезапно у грузовика отвалилась выхлопная труба и с грохотом проволочилась по земле несколько метров. Автомобиль остановился. Раевский быстро направился к нему. Ребята с тревогой переглянулись.

– Блин… его сейчас спалят! – нервно сказал Рома.

Максим раздраженно поморщился на его слова и кинулся к забору, ребята побежали следом за ним. Водитель выпрыгнул из грузовика, обошел его. К нему подоспел Раевский. Оба, нахмурившись, посмотрели на оторванную трубу. Раевский, устало вздохнув, подошел к трубе и наклонился, чтобы заглянуть под грузовик. В этот момент Максим на ходу подхватил камень, размахнулся и кинул его в сторону грузовика.

Камень ударился о кузов. Раевский резко выпрямился, оглянулся. Заметив ребят, с удивлением воскликнул:

– Какого черта вы тут опять делаете?

Андрей, воспользовавшись моментом, отцепился от днища, выполз из-под грузовика и со всех ног кинулся в сторону леса. Раевский с подозрением смотрел на ребят. Поняв, что дело нечисто, оглянулся. Заметив убегающего Андрея, строго крикнул:

– Стоять!

Андрей не остановился, тогда Раевский кинулся вслед за ним, на ходу говоря в рацию: «Всем постам! Из школы сбежал ученик!» – Подоспевшие к нему солдаты бросились в погоню вместе с ним.

Андрей изредка испуганно оборачивался, но продолжал бежать. Выскочив на открытую поляну, он заметил на противоположном ее краю овраг и бросился по направлению к нему. Преследовавший его Раевский резко остановился, встал на одно колено и прицелился в Андрея из автомата.

Стиснув зубы, Раевский задержал вдох и медленно нажал на курок. Прозвучал выстрел. Андрей упал на землю как подкошенный, лицом вниз. Ребята у ограждения в ужасе переглянулись. Им не было видно, что произошло, но звук выстрела донесся до них вполне отчетливо. К лежавшему на земле Андрею подбежали, тяжело дыша, солдаты. Раевский, угрюмо качнув головой, смотрел на его неподвижное тело.

Глава 3

В заложниках

Сумерки опускались на землю. Вечерний свет заходящего солнца, пробиваясь сквозь ветки, изредка падал на остекленевшие глаза Андрея. Двое солдат несли его через лес на походных военных носилках. Свесившиеся с носилок руки парня безвольно болтались, тело было неподвижно.

Впереди носилок шел Бессонов, подсвечивая дорогу фонариком. Вскоре луч фонаря наткнулся на небольшую кучу свежевырытой земли, рядом с ней была неглубокая яма. Бессонов сделал знак солдатам, и те опустили носилки на землю. Подняв тело Андрея за плечи и щиколотки, солдаты сбросили его в яму.

Со дна ямы была видна листва деревьев, было слышно, как в землю вонзились лопаты. Земля начала падать сверху, засыпая яму. Через какое-то время листвы уже не стало видно, все покрывал тонкий неровный слой земли. Вдруг откуда-то сверху до Андрея донесся тревожный голос Раевского:

– Андрей! Андрей!

Парень с трудом открыл глаза. Лицо Раевского приблизилось, расплываясь…

– Андрей, очнись! Чувак, ты меня слышишь?

Андрей сфокусировал взгляд: лицо Раевского исказилось, изменилось до неузнаваемости… и вдруг приняло такие знакомые, такие родные черты встревоженного Максима.

– Ну наконец-то, прочухался! – с облегчением выдохнул Максим.

Андрей огляделся: он лежал на своей кровати, рядом с ним сидел Максим, из-за его плеча выглядывал Виктор. На Роминой кровати сидели Рома и Лиза, с тревогой глядя на него. Вика стояла у стола, напряженно наблюдая за его пробуждением.

– Как ты нас напугал, – произнес Виктор.

Андрей приподнял голову, затем сел на кровати. Перед глазами все плыло, голова кружилась. Пытаясь прийти в себя, он первым делом ощупал левое плечо – но на нем не было никаких следов огнестрельного ранения.

– Что случилось? – растерянно спросил Андрей. – В меня стреляли?..

– Тебя вырубили транквилизатором, – объяснил Рома.

Андрей помотал головой, пытаясь стряхнуть остатки кошмара. Столкнувшись взглядом с Виктором, он прочитал в нем упрек.

– Андрей, как ты мог? О чем ты только думал? – укоризненно сказал Виктор.

– А о чем тут думать? – огрызнулся вместо друга Максим. – Сегодня к вечеру нам всем крышка.

– Мы нашли в подземелье лекарство, – остановил его Виктор. Заметив удивленные взгляды ребят, объяснил: – Не годовой запас, конечно, но на первое время хватит. Можете взять ампулы в медкабинете у Ларисы Андреевны – это наш новый врач, – он обвел глазами виноватые лица ребят. Стараясь сдерживать эмоции, произнес: – И я очень надеюсь, что впредь вы будете вести себя как взрослые люди, на которых я могу положиться.

Виктор вышел, выразительно посмотрев на Андрея. Тот отвел глаза, зная, что не имел права так рисковать и тем более действовать за спиной своего дяди. Ребята сконфуженно переглянулись. Все они прекрасно понимали, что не оправдали доверие Виктора.

* * *

В это время в подсобное помещение вошел Слава Харитонов. Плотно прикрыв за собой дверь, он включил фонарик и прошелся его лучом по хламу: картонным коробкам разных размеров, сломанной мебели, ненужным обрезкам досок. Все это было покрыто слоем пыли и свалено как попало.

Слава открыл ближайшую к себе коробку и стал изучать ее содержимое. Он брезгливо, двумя пальцами, достал старый грязный рабочий комбинезон и тут же бросил его на пол. Посветив в коробку и не найдя ничего нужного, посветил на следующую коробку. На ней черным маркером была надпись «Войтевич». Облегченно вздохнув, Слава бросился к ней.

В коробке лежали аккуратно сложенные книги Войтевича, его личные вещи – часы, запонки, одежда и обувь. Слава лихорадочно рылся в коробке. Услышав приближавшиеся к двери чьи-то невнятные голоса и шаги, он испуганно замер.

Они напряглись и, разбежавшись, изо всех сил врезались в дверь, стараясь напугать Славу так, чтобы он вышел из подсобки. Когда в дверь что-то стукнуло раз, затем другой, Слава замер, затравленно ожидая, что она вот-вот откроется, но голоса удалились и постепенно затихли. Призраки обессиленно замерли, чувствуя себя совершенно опустошенными.

Слава вновь стал что-то искать, отбрасывая в сторону ненужные вещи. Наконец на дне коробки он нашел небольшой потертый кожаный чемоданчик. Сунув его в рюкзак, он подошел к двери и прислушался. За дверью было тихо. Харитонов осторожно вышел из подсобки и торопливо направился к комнате Уварова.

Он робко постучался, дверь открыл Вадим.

– Заходи, не светись! – торопливо сказал он, пропуская Славу.

Едва тот зашел, Вадим выглянул в коридор, чтобы убедиться, что там никого нет, после чего прикрыл дверь и посмотрел на рюкзак в руках у парня.

– Ну что, нашел? – нетерпеливо спросил он.

– Наверное, этот, – ответил Слава, доставая из рюкзака найденный в подсобке чемоданчик и передавая его Вадиму. – Ничего похожего там больше не было…

Вадим осторожно взял чемоданчик и поставил его на стол, удовлетворенно заметив:

– То, что нужно. – И добавил, обернувшись на мявшегося у двери Славу: – Свободен… До поры до времени. Нужен будешь – позову.

Подойдя к тумбочке, Вадим достал из нее маленький ключик, уже не обращая внимания на Славу, пока тот не спросил, распираемый любопытством:

– А для чего вам это старье, Вадим Юрьевич?

Вадим резко обернулся и пристально посмотрел в глаза Славе, отчего тот сразу спасовал и проговорил испуганно:

– Нет, я просто так спросил…

– Просто так – опасная штука, Слава, – с намеком сказал Вадим. – Бывает – человек живет себе, а потом вдруг раз – и умер. Просто так.

Харитонов в ужасе попятился к двери и выскользнул в коридор. Вадим усмехнулся и занялся чемоданчиком. Открыв его замок ключиком, он поднял крышку. Внутри оказался старый радиопередатчик с микрофоном. Вадим довольно улыбнулся.

* * *

В то время как друзья собрались в комнате у кровати приходящего в себя Андрея, Даша сидела в инвалидной коляске рядом с диванчиком у дальней лестницы. На ее коленях стоял раскрытый ноутбук, на клавиатуре которого лежал блокнотик со списком ее друзей.

Даша задумчиво смотрела в блокнотик. Напротив каждого имени стояло по одному вопросительному знаку. Девушка была погружена в невеселые мысли. Заслышав чьи-то шаги, она торопливо убрала блокнотик под лежащий на коленях плед.

К ней подошла Женя. Сев на диванчик, она участливо спросила:

– Как ты?

– Отлично! – делано бодро ответила Даша. – Отдыхаю, читаю.

– Терпеть не могу читать, – призналась Женя, улыбнувшись. – Я так рада, что у нас нет уроков! Только физкультуры жалко.

– Я раньше физкультуру не любила, – вздохнула Даша. – А сейчас даже тот жуткий кросс, который нам Вадим устроил, с ностальгией вспоминаю.

– Да, он нас умотал, – согласилась Женя. – Помню, я еле дотащилась до столовки.

– А я и туда не дотащилась. Есть вообще не хотелось… особенно после того, как мы с Андреем поругались… – Она замолчала и внимательно посмотрела на Женю, ожидая, что та припомнит события того дня.

– Если это тебя утешит, Андрею, насколько я помню, ужин тоже не в радость был. Он сидел мрачнее тучи, – попыталась поддержать Женя Дашу. – Да и ребята тоже…

– Ты не помнишь, они все были в столовой? – нарочито небрежно спросила Даша.

– По-моему, все, – ответила Женя, пожав плечами. – Но, если честно, я не приглядывалась…

Даша задумчиво смотрела прямо перед собой, обдумывая слова Жени. А та, не заметив перемены в ее настроении, начала с разрешения Даши загружать фильм в ее ноутбук с принесенного из библиотеки DVD-диска.

* * *

В это время в медицинском кабинете Володя с Павлом допрашивали мужчину, которого спасли из-под завала. На вид ему было лет около тридцати. Волосы были очень коротко подстрижены, худощавое лицо обрамлено щетиной. Он сидел изможденный, на лбу и руках кровоточили несколько еще не обработанных ссадин.

– Куриленко Григорий Петрович, – прочитал Володя, открыв паспорт незнакомца, после чего передал документ Павлу. – Ну, рассказывай, Гриня, кто ты такой, как сюда попал? Что делал в подземелье? Ты из лаборатории?

– Слушайте, мужики, тут какая-то ошибка! – нервно ответил Куриленко, напряженно глядя на Володю. – Я здесь совершенно случайно!

– Неужели? – спросил Павел, с подозрением глядя на Куриленко, затем вынул заложенную за обложку паспорта пластиковую карточку-пропуск с фамилией Куриленко и логотипом «INGRID». – Хватит вилять! – жестко бросил Павел. – Давно работаешь на «Ингрид»? Кем?

– Ну, курьером, – с удивлением ответил Куриленко. – А это тут при чем? Я от них уволился!

– Что так? – иронично спросил Володя. – Задерживали зарплату?

– Просто стремно стало, – ответил Куриленко, помявшись. – Таскаю контейнеры из клиники в больницы разные. А что в них – без понятия. Может, органы… нелегальные. Вот и решил соскочить от греха подальше.

– Тогда как ты оказался в подземелье? – спросил Павел по-прежнему недоверчиво.

– Не знаю… – напряженно ответил Куриленко. – Не помню… Шел по улице, налетели двое. Скрутили, сунули в машину, что-то вкололи, и я отрубился… Очнулся в какой-то комнате без окон.

– А что за люди? – прищурившись, произнес Володя.

– Не представились, – ответил Куриленко, пожав плечами. – Наверное, в клинике поняли, что я их подозреваю… Побоялись, что солью инфу… Вот и решили меня убрать…

– А что ж не убрали? – насмешливо спросил Павел.

– Не успели, – ответил Куриленко. – Они меня куда-то повели. Пока по коридору топали, тут и рвануло… Тех двоих накрыло сразу. Я думал, мне тоже кранты… Короче, если б вы меня не отрыли, я бы там тоже сдох.

Володя с Павлом переглянулись: рассказ Куриленко звучал правдоподобно. Возможно, он действительно был еще одной жертвой Вульфа.

– Ладно, отдыхай пока, – смягчился Володя. – Скоро придет врач, посмотрит тебя…

Володя с Павлом вышли, Куриленко проводил их настороженным взглядом. Едва за ними закрылась дверь, он облегченно вздохнул и беглым взглядом осмотрел кабинет. Ничего необычного в нем не было: на стенах медицинские плакаты – таблица проверки остроты зрения, плакат с перечнем полезных и вредных для здоровья зубов продуктов, таблица профилактических прививок.

На ближайшем к входной двери шкафу стоял цветок – комнатный плющ. Это была единственная деталь, придававшая скупой белизне интерьера оттенок домашнего уюта. Все остальное – шкафы со стоящими на полках контейнерами для дезинфекции отработанных шприцев, мерными емкостями и наборами медикаментов, ростомер и весы, медицинский столик – вгоняло в тоску.

Зато как только в кабинет вошла врач, чтобы осмотреть Куриленко, у того сразу поднялось настроение. Она была как раз в его вкусе: миловидная стройная блондинка. Пока она осматривала его, Куриленко не сводил с нее глаз, следя за ее грациозными движениями оценивающим взглядом.

Обработав ссадины на его лице и руках йодом и заклеив их пластырем, Лариса прослушала его фонендоскопом. Сняв фонендоскоп, она ощупала его ребра:

– Так больно? – спросила Лариса. Он отрицательно помотал головой, тогда женщина осторожно согнула в локтях одну за другой его руки: – А так?

Куриленко вновь помотал головой, Лариса удовлетворенно кивнула. Внимательно глядя на него, спросила:

– Головокружение?

– Ага, – неожиданно ответил Куриленко.

– Шум в ушах? – задала новый вопрос женщина, заметно насторожившись.

– И дрожь в коленках… – загадочно ответил Куриленко.

Лариса встревоженно смотрела на него, не зная, что предположить: сочетание симптомов было странным.

– И давно это с вами? – осторожно спросила она.

– Как увидел вас, – ответил Куриленко, многозначительно улыбнувшись.

Лариса поморщилась на его флирт и раздраженно бросила, отходя к раковине, чтобы вымыть руки после осмотра:

– Холодный душ – отличное средство.

– И я буду жить? – шутливо спросил Куриленко.

– После душа еще никто не умирал, – сухо откликнулась женщина.

В кабинет вошел Володя. Он вопросительно посмотрел на Ларису.

– Несколько ссадин и царапин, но в целом здоров, – ответила та на его взгляд.

Куриленко поднял глаза на Володю, тяжело вздохнув, словно говоря: ну вот, а я что говорил… В этот момент Лариса заметила у него за левым ухом круглую гематому, похожую на воспалившийся след от инъекции. Женщина нахмурилась и притронулась к гематоме пальцами:

– Что это у вас?

– Черт! Больно! – вскрикнул Куриленко, дернувшись. – Что там? Фурункул?

Володя увидел гематому и поменялся в лице. Потрогав точно такую же на своей шее, он мрачно сообщил:

– Это след от введенной капсулы. Он заражен вирусом.

Лариса с тревогой посмотрела на Володю, а Куриленко возмущенно воскликнул:

– Каким еще вирусом?

Володя с Ларисой не ответили ему, напряженно переглянувшись. Куриленко переводил удивленный взгляд с одного на другого, пытаясь понять, что им может быть известно.

Оставив Куриленко одного, они вышли из медкабинета. Володя быстро собрал преподавателей на экстренное совещание. Стоя полукругом в коридоре, они решали, как поступить в создавшейся ситуации.

– Парень, которого нашли под завалом, инфицирован, – напряженно сообщил всем Володя. – Симптомы пока не проявились, но это вопрос времени.

Все озадаченно переглянулись, Кирилл поспешно предложил:

– В любом случае его нужно изолировать.

– И чем скорее, тем лучше. Переведите его в больничный блок, – тут же согласилась Елена и обратилась к Анне, Марии и Кириллу: – И проследите, чтобы в коридорах не было никого из детей. Все, кто не занят в классах, пусть остаются в своих комнатах.

Все понимающе кивнули и разошлись выполнять ее поручение. Володя с Ларисой вернулись в медицинский кабинет. Сообщив Куриленко, что он должен пройти с ними, они втроем вышли в коридор и направились по опустевшей школе в сторону больничного блока.

Лариса шла впереди, Володя – чуть позади Куриленко. И Володя, и Лариса были очень сосредоточенны, а Куриленко заметно нервничал и то и дело оглядывался по сторонам. Наконец он не выдержал и раздраженно спросил:

– Что за дела? Куда вы меня ведете?

– На месте я вам все объясню, – спокойно ответила Лариса.

Куриленко поиграл желваками на скулах и замедлил шаг. Он явно волновался из-за этой ситуации и шел крайне неохотно. Наконец он и вовсе остановился и демонстративно прислонился к стене.

– Пока мне не объяснят, что здесь происходит, я никуда не пойду! – нервно заявил он, сложив руки на груди.

Лариса озабоченно посмотрела на Володю, тот едва заметно кивнул. Тогда женщина решилась дать разъяснение:

– В подземелье вас заразили опасным вирусом…

– Что еще за вирус? – удивленно прервал ее Куриленко. – Я здоров, как слон! Вы сами говорили: пара ушибов, а в остальном порядок!

– Синяк на вашей шее – это след от укола, – терпеливо продолжила Лариса. – Вам ввели капсулу, она уже растворилась. Симптомы проявятся не сразу, но болезнь может протекать в очень тяжелой форме…

– Это что – я умру? – испуганно спросил Куриленко, потрогав синяк на шее.

– Не умрешь, – попытался успокоить его Володя. – От этого вируса есть лекарство.

– И где оно? – торопливо спросил Куриленко.

– В больничном блоке, – ответила Лариса. – Мы как раз туда идем.

Куриленко посмотрел на них с подозрением, но, понимая, что выхода у него нет, нехотя поплелся дальше по коридору. Лариса и Володя обменялись напряженными взглядами и быстро пошли следом за ним по учебному коридору.

Лариса вскоре обогнала его, направляя их движение в сторону холла. Оглянувшись, чтобы убедиться, что Куриленко следует за ней, она встретила его напряженный взгляд и кривую, недоверчивую улыбку. Когда они подошли к больничному блоку, Куриленко при виде железной двери занервничал еще сильнее.

– Эй! Какого черта?! – возмутился он. – Где мое лекарство? – Лихорадочно завертев головой и заглядывая в глаза Володе и Ларисе, Куриленко спросил: – Собираетесь меня здесь запереть?

– Послушайте, это для вашего же блага, – сказала Лариса, торопливо открывая замок на двери ключом. – Вирус очень опасен и…

– Я не болен! – взвился Куриленко. – Я туда не пойду!

Он начал пятиться от двери, но Володя преградил ему путь к отступлению и взял за локоть, подталкивая к двери.

– Я абсолютно здоров! – психуя, закричал Куриленко. – Отпусти меня!

Он неожиданно вырвался и, резко ударив Володю под дых, бросился бежать. Володя от боли согнулся пополам, хватая ртом воздух и делая знаки взволнованно смотрящей на него Ларисе, чтобы она следовала за Куриленко, не упускала его из виду. Лариса побежала в ту сторону, куда скрылся Куриленко.

А он между тем бросился к входной двери, собираясь вырваться на улицу. Но как раз в этот момент дверь приоткрылась – кто-то входил в школу. Куриленко резко затормозил, лихорадочно оглядываясь, и побежал в сторону учебного коридора. В холл с улицы вошел дворник. Подоспевшая Лариса кинулась к нему:

– Не видели, куда парень побежал? – спросила она очень взволнованно.

– Не видел никакого парня, – спокойно ответил дворник. – А что случилось-то?

Лариса растерянно огляделась по сторонам. О побеге Куриленко немедленно известили остальных преподавателей, и те из них, которые не были заняты с детьми, тут же кинулись осматривать каждый уголок к школе, где тот мог бы спрятаться.

Обойдя школу, заглянув на кухню, в кладовку, в медицинский кабинет, Володя с Ларисой вскоре встретились на втором этаже напротив двери одной из комнат с Еленой и Кириллом, подошедшими с противоположного конца жилого коридора.

– На втором этаже его нет, – озабоченно сказал Кирилл.

– И на кухне, и в библиотеке и, короче, нигде… – с тревогой продолжил Володя, вопросительно переглядываясь с остальными.

– Он же не мог раствориться в воздухе? – взволнованно сказала Елена.

– Надо еще раз все осмотреть, – предложила Лариса, обменявшись со всеми встревоженным взглядом.

Елена кивнула. Все ушли по коридору. Дверь, рядом с которой они стояли, приоткрылась. В щелку выглянул Куриленко. Одной рукой он придерживал дверь, другой прижимал к стене испуганную Свету Тимофееву, зажав ей ладонью рот.

Тимофеева испуганно хлопала глазами. Закрыв дверь, Куриленко прижал палец к губам, выразительно глядя на нее:

– Только попробуй пикни, убью! Поняла? – шепотом пригрозил он.

Света в ужасе торопливо закивала. Куриленко осторожно убрал ладонь с ее рта. Девушка смотрела на него глазами, полными страха, не зная, чего от него ожидать, а он со всей силы толкнул ее на кровать.

Света упала на кровать и тут же села, испуганно сжавшись. Куриленко прижал ухо к двери, прислушиваясь к звукам в коридоре, вновь осторожно выглянул из комнаты, после чего сел рядом со Светой и вкрадчиво, с угрозой произнес:

– Сейчас я выйду, а ты останешься здесь… – Он приблизил свое лицо к ней и внушительно сказал, с удовлетворением глядя, как она испуганно торопливо кивает: – Будешь медленно считать до ста… Поняла? И чтоб ни звука!

Света вновь нервно закивала в ответ Куриленко, давая понять, что она все сделает правильно, как он требует.

– Ну вот и умница, – с издевкой усмехнулся мужчина и выскользнул в коридор, оставив девушку одну в комнате. Она так и не двинулась с места после его ухода и долго еще сидела ни жива ни мертва.

А Куриленко между тем сбежал по лестнице в холл и замер, взволнованно глядя на входную дверь, но в этот момент она открылась, и с улицы вошел Кирилл, а со стороны учебного коридора в холле появился Володя.

Куриленко посмотрел сперва на Кирилла, потом на Володю, резко сорвался с места и побежал в сторону кухни. Володя с Кириллом бросились за ним. Вбежав в кухню, Куриленко затравленно огляделся – ему показалось, что это тупик. Следом за ним вбежали Володя с Кириллом. Куриленко в панике схватил со стола нож и выставил перед собой.

– Отвалите по-хорошему! – с угрозой выкрикнул он.

– Гриш, давай без глупостей, – попросил Володя, медленно приближаясь к Куриленко. – Если ты уйдешь отсюда – не проживешь и двух дней! – веско предупредил он.

– Я здоров! – нервно крикнул Куриленко. – И я сваливаю!

– Не хочу тебя огорчать, но валить особо некуда, – сказал Кирилл. – Мы в оцеплении, кругом военные.

– Ничего умнее не придумали? – хмыкнул Куриленко, пятясь от наступающего Володи. – Сначала вирус, теперь военные. А ядерный удар у вас не намечается? – насмешливо спросил он, но на всякий случай выглянул в окно. Никаких военных он не увидел, что только подтвердило его предположение, что ему лапшу на уши вешают. Зато краем глаза он заметил приоткрытую заднюю дверь.

– С дороги! – крикнул Куриленко, надвигаясь с ножом на Володю, делая вид, что хочет прорваться обратно в холл.

– А если не уйду? – напряженно спросил тот, не двигаясь с места.

– Подкорректирую твою физиономию! – с угрозой произнес Куриленко и взмахнул ножом в опасной близости от лица Володи: – Вот так!

Тот инстинктивно отшатнулся, и Куриленко, воспользовавшись этим, быстро бросился к задней двери и выскочил на улицу.

– Черт! – с досадой воскликнул Володя.

Они с Кириллом немедленно кинулись следом за Куриленко, стараясь не упускать его из вида. Он побежал во двор школы, где как раз проходили возвращавшиеся с романтической прогулки по лесу Максим с Лизой. Максим присел, чтобы завязать развязавшийся шнурок, и Лиза ушла немного вперед.

Заметив, что Макс приотстал, она тоже остановилась. В этот момент из-за угла школы выскочил Куриленко с ножом в руках. Заметив стоящую к нему спиной Лизу, он подскочил к ней, схватил сзади и приставил нож к горлу. Девушка от неожиданности вскрикнула, Максим поднял голову и поменялся в лице.

– Отпусти ее, придурок! – крикнул он Куриленко.

– Стой, где стоишь! – закричал тот в ответ, затем угрожающе предупредил подоспевших Володю с Кириллом: – Никому ни с места, или девчонке конец!

Все замерли, а Куриленко, прикрываясь Лизой, стал пятиться в сторону стоявшей за его спиной машины, на которой приехали в школу Володя с Ларисой. Следя за каждым движением Максима, Кирилла и Володи, он медленно приближался к ней, прижимая к себе Лизу.

– Если ты ее хоть пальцем тронешь – я тебя убью, слышишь? – угрожающе сказал Максим, то и дело порываясь кинуться к Лизе, но его удерживали Володя с Кириллом, понимающие, что Куриленко сейчас совершенно неадекватен и от него можно ожидать чего угодно.

– Где ключи? – истерично крикнул Куриленко, заглянув в салон машины и не увидев там ключа в замке зажигания. – Дайте мне ключи!

Он сильнее прижал нож к шее девушки, та вскрикнула от боли. Максим, скрипя зубами от бешенства, едва не бросился на Куриленко. Володя достал из кармана ключи, показал их Куриленко, раздумывая, отдавать ли их. Лиза всхлипнула, и Володя кинул связку.

Куриленко поймал ее одной рукой, другой продолжая прижимать нож к шее Лизы. Распахнув дверцу со стороны водителя, Куриленко затолкнул девушку внутрь, сел сам и закрыл дверцу. Володя и Кирилл с бессильной злостью смотрели на это. Максим рванулся к машине, но она в тот же момент сорвалась с места и унеслась со школьного двора.

Глава 4

Новый обвал

Машина летела по лесной дороге. Куриленко с искаженным лицом одной рукой крутил руль, другой продолжал прижимать нож к шее Лизы. Ее лицо было залито слезами. Лизе было очень страшно. На шее уже кровоточили несколько порезов.

– Пожалуйста… Уберите нож… Я никуда не убегу, – всхлипывая, попросила она.

– Заткнись! – бросил Куриленко сквозь зубы.

– Военные все равно нас не выпустят. – Девушка сделала еще одну попытку образумить его.

– Я сказал – заткнись! – Голос Куриленко сорвался на крик. – Еще слово – и я прирежу тебя!

Машина выехала из-за поворота, и Куриленко резко затормозил буквально в двух метрах от шлагбаума. Он увидел военных с автоматами, появившихся у сетчатого заграждения.

– Какого черта?.. – недоуменно произнес мужчина, скрывая за злобой растерянность.

Лиза молча сжала дрожащие губы. Военные наставили автоматы на машину. Из-за их спин вышел Раевский. Напряженно глядя на машину, он пытался понять, что происходит.

– Что у вас тут творится? – злобно спросил Куриленко, повернувшись к Лизе.

– Карантин, – выдавила из себя она.

Куриленко в бешенстве ударил кулаком по рулю, глядя на автоматы в руках солдат.

– Они все равно нас не выпустят, – слабым голосом предупредила Лиза. – У них приказ – стрелять на поражение.

– Что-то мне слабо верится, – прищурившись, сказал Куриленко. – Давай проверим?

Он волоком вытащил Лизу из машины, по-прежнему угрожая ножом. Солдаты тут же направили свои автоматы на них. Раевский поднес ко рту небольшой громкоговоритель, его голос далеко разнесся по лесу.

– Вы находитесь в зоне оцепления! Не приближайтесь к заграждению!

– Уберите оружие! И откройте шлагбаум! – на грани истерики крикнул Куриленко в ответ. Он сильнее нажал на нож, и острие почти впилось Лизе в шею, она заплакала, а Куриленко вновь заорал: – Я перережу ей горло! Я не шучу!

Бессонов вопросительно посмотрел на Раевского. Тот сделал знак не предпринимать никаких действий.

– Еще один шаг – и мы убьем вас обоих, – твердо пообещал Раевский.

По лицу Лизы текли слезы. Рука Куриленко с ножом дрогнула, на шее девушки появилась еще одна кровоточащая царапина. Не зная, на что решиться, Куриленко в панике огляделся по сторонам.

– Я не из этой школы, я оказался тут случайно! – крикнул он Раевскому. Рука с ножом слегка опустилась, но другой он все еще продолжал крепко прижимать Лизу к себе.

В этот момент за его спиной появились Володя с Максимом. Их заметил Раевский. Куриленко, перехватив его взгляд, понял, что что-то происходит позади него, и резко развернулся, вновь прижав нож к шее Лизы.

– Отпусти ее! – крикнул Максим.

– Не подходи! Я ее убью! – истерично крикнул Куриленко.

Максим дернулся в его сторону, Володя удержал его за руку. Они стояли, следя за каждым движением Куриленко, готовые броситься на него в любой момент. С другой стороны на него направили автоматы военные.

Куриленко крутил головой, пытаясь держать в поле зрения и Володю с Максимом, и военных. Он тяжело дышал, видно было, что он на пределе, с обеих сторон ему грозила опасность. Тогда он вжал острие ножа в шею Лизы, и она заплакала навзрыд, по коже потекла струйка крови.

– Открывайте шлагбаум! – крикнул Куриленко. – Или я перережу ей горло прямо сейчас!

– Лейтенант, открывайте шлагбаум, – приказал Раевский Бессонову, секунду помедлив. – Выполняйте!

Растерявшийся Бессонов начал медленно открывать шлагбаум. Раевский надел маску и встал возле открытого шлагбаума на границе периметра оцепления. Куриленко недоверчиво смотрел на него.

– Выходите, – сказал Раевский в громкоговоритель. – Только отпустите девочку.

Куриленко сделал неуверенный шаг к шлагбауму, все еще прикрываясь Лизой.

– За идиота меня держите? – криво усмехнувшись, спросил Куриленко. – Я выйду только с ней.

– Ваше право, – ответил Раевский. – Но это вас не спасет. Как только вы пересечете границу зоны оцепления, вас застрелят. – Повернувшись к Бессонову и солдатам, Раевский отдал приказ: – Приказываю стрелять на поражение!

Солдаты передернули затворы на автоматах. Раевский тоже снял с плеча автомат. Куриленко напряженно решал, что делать, его хватка ослабела, рука с ножом опустилась. В этот момент Лиза со всей силы ударила его ногой по голени и локтем в живот.

От боли и неожиданности Куриленко отпустил ее. Вырвавшийся от Володи Максим подскочил к нему и, схватив девушку, отбежал с ней в сторону. Раевский бросился на Куриленко, выбил у него нож и повалил на землю.

Во время завязавшейся между ними борьбы Раевскому удалось вырубить Куриленко ударом рукоятки пистолета по голове, но тот в последний момент стянул с него маску. Поднявшись с земли с маской в руке, тяжело дыша, Раевский посмотрел на Лизу:

– С вами все в порядке?

Лиза кивнула, всхлипывая. Раевский убрал пистолет и направился к шлагбауму. Неожиданно Бессонов и солдаты направили автоматы на него.

– Назад! – коротко приказал Бессонов.

– Лейтенант, вы в своем уме? – недоуменно спросил Раевский, застыв от неожиданности на месте.

– Товарищ майор, вы были в контакте с зараженным, – ответил Бессонов. – Вы не можете покинуть зону карантина.

Выждав мгновение, Бессонов сделал знак закрыть шлагбаум. Солдаты повиновались. Раевский медленно повернулся к ним спиной, молча глядя на Максима, Лизу и Володю. Затем перевел взгляд на лежащего без сознания возле машины Куриленко.

* * *

В школе в это время уже все вошло в свою колею. По коридору взад-вперед ходили дети, у одних в руках были швабры и ведра с водой, другие несли комплекты чистого белья. Возле стоящего у дальней лестницы дивана в инвалидном кресле сидела Даша. На краю дивана рядом с ней расположилась Света Тимофеева. Они вполголоса разговаривали на тему, не оставляющую в покое Дашу.

– Неужели ты даже не помнишь, как упала? – с сочувствием спросила Света.

– Не-а… Вообще ничего не помню, – делано оживленно ответила Даша. – Мы тогда с Андреем сильно поругались… Я пошла прогуляться… Очнулась уже в больнице.

– Да, ребята бегали, искали тебя… Расспрашивали, – припомнила Света.

– Правда? А кто? – торопливо спросила Даша.

– Ну… Лиза. И Макс тоже. Все были такие нервные, как будто боялись чего-то, – ответила Света.

– Они не знали, что со мной, – объяснила Даша. – Волновались ужасно.

– Даш, слушай, мне надо бежать. Мы сегодня завал разгребаем, – извиняющимся тоном сказала Света и встала с дивана. – Я к тебе вечером заскочу, если хочешь.

– Да, конечно, приходи! – приветливо откликнулась Даша.

Света торопливо ушла, а Даша, тут же помрачнев, достала из кармана свой блокнот и поставила вопросительные знаки напротив имен Ромы и Вики. Немного поколебавшись, добавила знак и напротив имени Андрея.

Закрыв блокнот, она задумчиво посмотрела перед собой. Стоя на верхних ступенях лестницы, за ней наблюдал Вадим Уваров. Мгновение он пристальным взглядом смотрел на блокнот, а потом поднялся по лестнице и так и ушел, не замеченный Дашей.

* * *

После того как машина вернулась от блокпоста, Лариса первым делом обработала царапины на шее Лизы. После этого она пригласила в медкабинет Раевского. Он присел на стул, и Лариса достала небольшой пластмассовый прибор со сменной иглой и индикатором. Это был тестер для определения наличия в крови вируса.

Лариса аккуратно проколола тестером подушечку пальца Раевского. Повисла напряженная пауза – оба они смотрели на индикатор в ожидании результата. Искоса взглянув на напряженное лицо Раевского, Лариса усмехнулась:

– Товарищ майор понимает, что, если результат теста окажется положительным, ему придется жить в больничном блоке?

Они посмотрели друг другу в глаза. У обоих на лицах было очень недружелюбное выражение. В этот момент на индикаторе загорелся зеленый огонек. Раевский не сдержал облегченного вздоха.

– Поздравляю, – холодно сказала Лариса, пожав плечами. – Вы здоровы, – она убрала прибор в чехольчик и неприязненно добавила, бросив на Раевского быстрый взгляд: – Вам, как всегда, везет.

– Никак не можешь забыть?.. – неожиданно мягко спросил Раевский, взяв Ларису за руку.

– Слава богу, прошлое осталось в прошлом, – ответила Лариса, убрав его руку со своей и добавив с холодной усмешкой: – Мы просто вынуждены какое-то время работать вместе – не более того.

– Я всего лишь хотел, чтобы между нами не осталось недоговоренностей, – с досадой произнес Раевский.

– А их и не осталось. Мы обо всем договорились, и довольно давно, – остудила его Лариса и кивком указала на дверь: – Не смею вас больше задерживать.

Раевский нехотя пошел к выходу, но на пороге задержался, обернулся и с ожиданием посмотрел на Ларису. Та закрыла дверь прямо перед его носом. После чего села за стол и задумалась, с грустью глядя перед собой.

* * *

В это время на кухне Мария руководила работой бригады школьников. Слава Харитонов и Света Тимофеева оттирали плиту, два других школьника мыли пол. Слава устало распрямился, бросил мочалку в раковину:

– Скреби не скреби, сокровищ фараона не найдешь, – заявил он.

– Понятно, – усмехнулась Мария. – Ищешь непыльную работенку? Идем.

Слава с готовностью пошел следом за ней. А Мария подвела его к задней двери, где стояли три огромных пакета с мусором.

– Разбирай, – сказала она, щедрым жестом показывая на мусор. – Бумагу и картон отдельно, пластик и жесть отдельно и отдельно пищевые отходы.

Харитонов с отвращением засунул руки в пакет, все, глядя на него, посмеивались. В этот момент на кухню вошел взволнованный завхоз:

– Маша… там Володя, – он на секунду замолчал, испуганно глядя на Марию. – Я видел, как Лариса Андреевна отвела его в больничный блок. И закрыла его там, – закончил он совсем уж упавшим голосом.

Мария побледнела, на ее лице появился ужас. Она сорвалась с места и бегом бросилась из кухни.

Подбежав к двери в больничный блок, она заглянула в окошко и увидела Володю. Он сидел на кровати, низко опустив голову. Мария смотрела на него, глотая слезы. Мужчина, словно почувствовав ее взгляд, поднял голову, встретился с ней взглядом и подошел к окошку.

– Маша, не плачь… – с нежностью произнес он. – Я сам так решил.

– Зачем?.. – с неизбывной тоской в голосе спросила Мария. – У тебя же есть еще время! Мы могли быть вместе еще несколько дней!

– Кто-то должен присматривать за этим ненормальным, – ответил Володя, нахмурившись, и кивнул на Куриленко, неподвижно лежащего на одной из кроватей. – Его нельзя оставлять наедине с детьми.

– Почему ты мне сам не сказал? – с грустью спросила Мария.

– Боялся, что ты меня остановишь, – признался Володя. – Что не смогу уйти от тебя…

Мария, не отрываясь, смотрела на него. По ее лицу текли слезы. Володя прислонил к стеклу ладонь, Мария с другой стороны тоже прижала свою ладонь, улыбаясь сквозь слезы.

* * *

Рома умывался в душевой – набирал в ладони воду из-под крана и ополаскивал лицо. Подняв голову, он посмотрел в зеркало и увидел в отражении Вадима, который стоял, прислонившись к дверному косяку, и пристально смотрел на Рому.

Парень дернулся от неожиданности, обернулся, испуганно глядя на Вадима, но попытался взять себя в руки:

– Вадим Юрьевич… Извините, я вас сразу не заметил и даже испугался…

– Правда? – холодно спросил Вадим. – Это хорошо. А то я уж было подумал, что ты совсем страх потерял.

– Неважно, – превозмогая ужас, сказал Рома. – Я на вас больше не работаю.

– И напрасно, – вкрадчиво заявил Вадим, приближаясь к Роме. – Даша отлично все помнит. Просто она не знает, кто именно из вас ее толкнул. – Понизив голос, он многозначительно пояснил: – Но скоро она узнает. Она задает вопросы о том дне и пишет ответы в блокнотик.

Рома побледнел, услышав это. В его глазах снова появился страх. Вадим, наблюдая за его реакцией, закрыл сливное отверстие раковины пробкой и включил воду. Раковина стала наполняться.

– Что вы от меня хотите? – угрюмо спросил Рома, глядя в пол.

Внезапно Вадим схватил его за волосы и опустил его голову в наполненную водой раковину. Прижал, не давая вырваться. Рома начал захлебываться, пуская пузыри. Вадим рывком поднял его голову и отшвырнул парня к стене, тот осел на пол.

– Хочу, чтобы ты понял, – жестко сказал Вадим. – Ты закончишь работать на нас, только когда я сам скажу тебе об этом.

Вадим вытер руки полотенцем, аккуратно сложил его и положил на край раковины. Кинув на Рому насмешливый взгляд, он вышел, прикрыв за собой дверь. А Рома остался сидеть у стены, тяжело дыша. С мокрых волос на одежду стекала вода, но он даже не пытался ее вытереть. В его глазах застыла безысходность.

* * *

Разбор завалов в подземелье шел полным ходом. По составленному расписанию одна группа преподавателей сменяла другую, иногда им помогали старшеклассники. На этот раз вместе с Павлом в подземелье спустился Вадим.

Они разбирали завал вдвоем: Вадим ломом раскачивал крупные камни, поднимал их и небрежно швырял в тачку Павла, уже и без того переполненную камнями. Последний брошенный им камень скатился с тачки и упал, чуть не задев ногу Павла.

– Можно поаккуратней?! – возмутился Павел.

– Что, ножку зашиб? – со злобной насмешкой сказал Вадим. – Ничего, Лена ночью поцелует, погладит, и все пройдет.

Павел со злостью посмотрел на него, но сдержался и не ответил. Вместо этого он молча откатил тачку в сторону, вывалил камни и возвратился к завалу. Вадим швырнул в пустую тачку первый камень.

– После Морозова ты ей, наверное, ягненочком кажешься, – посмотрев на Павла, усмехнулся Вадим. – Петр Алексеич был любитель жестких отношений. А ты, я смотрю, ей слова поперек сказать не можешь.

– Слушай, ты… – вырвалось у Павла, он подскочил к Вадиму и схватил его за грудки. – Заткни рот и работай!

Вадим резким движением освободился, оттолкнув от себя Павла и, демонстрируя лом в руках, пригрозил:

– Не советую кричать на человека с ломом в руке. Вдруг отскочит невзначай и бац по голове…

Между ними повисла напряженная пауза. Павел смотрел на Вадима, едва сдерживая бешенство. А Вадим смотрел на него насмешливо, явно его провоцируя. Казалось, они вот-вот бросятся друг на друга, но в этот момент из темного коридора к завалу вышла Елена.

Мужчины удивленно смотрели на нее, ее появление явно было сюрпризом для них обоих. На ней был темный спортивный костюм, который Елене очень шел. Вадим восхищенно присвистнул и произнес, заигрывая:

– Елена Сергеевна, вы выбрали себе не ту профессию. Вам надо физкультуру преподавать – в спортивном костюме вы ослепительны.

– Зачем ты пришла? – хмуро спросил Павел.

– Работать, – смущенно ответила Елена. – Думаю, я вам пригожусь.

– Конечно, – с улыбкой поддержал ее Вадим. – Можете подбирать мелкие камни.

– Лена, иди к себе, – с досадой откликнулся Павел. – Мы сами прекрасно справимся.

– Паша, посмотри вокруг, – возмущенно сказала Елена. – Вы каждой паре рук должны радоваться. И неважно, мужские они или женские!

– Ладно, – сдался Павел, тяжело вздохнув. – Только бери камни поменьше.

Вадим кинул камень в тачку и выразительно ухмыльнулся: то, что Елена одержала в этом споре верх, доказывало, что Павел подкаблучник. Заметив эту ухмылку, Павел кинул на Вадима уничтожающий взгляд, но сдержался и промолчал. Дальше они продолжили работать уже втроем.

* * *

Вечером дверь в комнату Даши приоткрылась, и в нее заглянул Рома. Убедившись, что комната пуста, он вошел внутрь и начал ее обыскивать, не включая свет. Он заглянул в шкаф, пошарил на полках, проверил ящики стола. Движения его были суматошны, он прислушивался к каждому шороху.

Не обнаружив того, что ищет, он посмотрел на кровать. Резким движением поднял матрас – но и под ним ничего не было. Положив матрас обратно, он поправил покрывало и криво лежавшую подушку. Из-под нее на пол выскользнул маленький Дашин блокнот, который она так опрометчиво оставила в комнате без присмотра.

Рома осторожно поднял блокнот и открыл его напротив окна, чтобы в свете фонарей разглядеть, что в нем написано. На первой странице он увидел вопрос «Кто?», в столбике имен под ним напротив каждого стояло по два вопросительных знака, только напротив имен Макса и Лизы – по одному.

Побледнев, Рома вновь и вновь пробегал глазами по списку:

– Кто?.. – с ужасом произнес он вслух.

Это слово многократным эхом отдалось у него в ушах. Он прекрасно помнил, что случилось в тот вечер, когда он, испугавшись разоблачения со стороны друзей, вытолкнул Дашу из окна. Как трусливо спрятал ее тело в лодочном сарае. И как поднял кирпич, когда обнаружилось, что она жива, собираясь…

Впрочем, уже неважно, что он собирался сделать и что сделал. Прошлое должно было оставаться в прошлом. Он уже сто раз раскаялся в содеянном, но теперь из-за Даши все могло раскрыться. Рома в панике смотрел на блокнот, понимая, что Даша легко может его вычислить, поверив чьему-то случайному воспоминанию.

* * *

В это время младшие школьники уже спали. В больничном блоке на своих кроватях сопели во сне Матвей и другие зараженные дети. Володя обходил их, заботливо поправляя одеяла. Почувствовав на себе взгляд, он обернулся и увидел смотрящего на него в упор Куриленко.

Тот лежал на своей кровати. Одежда была помята, волосы взъерошены, под глазом виднелся кровоподтек. Транквилизаторы, которыми его накачали, прежде чем привести в школу и поместить в изолятор, еще действовали, поэтому вид у него был несколько потерянный.

– Где это мы? – слабым голосом спросил он Володю.

– В больничном блоке, – спокойно ответил тот.

Куриленко мгновение непонимающе смотрел на него, затем огляделся. Заметив больничные койки и решетки на окнах, он все вспомнил. В ту же секунду лицо его стало злым.

– Сволочи! Все-таки заперли! – повысив голос, злобно сказал он, вскочив с кровати.

– Давай-ка потише, – с угрозой произнес Володя, преграждая ему путь. – Тут дети спят.

– Да плевал я и на них, и на тебя! – громко сказал Куриленко, отталкивая Володю. – Вы больные, а я здоров!

Дети начали ворочаться в своих кроватях, кое-кто из них даже приподнялся, с удивлением глядя на Куриленко заспанными глазами. А тот бросился к двери и замолотил по ней кулаками.

– Эй! Выпустите меня!

Проходившая мимо Женя, услышав шум и ругань, сбегала в медицинский кабинет за Ларисой. Та торопливо набрала в шприц успокоительное, и вместе с Женей они поспешили к изолятору.

Заломив Куриленко руку за спину, Володя оттащил его от двери и прижал лицом к стене. В это время Лариса, заглянув в окно на двери, надела респираторную маску и вставила в замок ключ.

– Запрешь за мной дверь на ключ и откроешь только по моему распоряжению, поняла? – обратилась она к Жене.

– Да, – ответила та.

Как только Лариса вошла в изолятор, Женя захлопнула за ней дверь и заперла ее, а сама прильнула к окошку, наблюдая за происходящим внутри.

Лариса быстро подошла к Куриленко, которого Володя все так же удерживал у стены, заломив руку за спину. Она быстро сделала ему в плечо укол успокоительного и шагнула назад.

– Можете отпустить его, – обратилась она к Володе. – Через минуту он отключится.

Володя отпустил Куриленко. Тот медленно развернулся, потирая руку. Внезапно он увидел Женю в окне, встретился с ней глазами. На лице девушки появилось выражение ужаса, она тут же отшатнулась.

Куриленко на мгновение замер, пораженный, а затем хищно ухмыльнулся. Володя, заметив его реакцию, оглянулся на дверь, но в окне уже никого не было. В этот момент глаза Куриленко закатились, и он обмяк. Володя подхватил его и оттащил на кровать.

* * *

Стояла уже ночь, а Павел, Елена и Вадим все еще продолжали разбирать завал. На их лицах была написана усталость, после нескольких часов работы они уже порядком утомились.

В результате их труда в завале был вырыт небольшой тоннель три-четыре метра глубиной. Павел повез на тачке очередную порцию камней, Вадим стал осматривать насыпь. Елена присела отдохнуть, прислонившись к стенке.

– Ломом дальше не получится, – сказал Вадим, обернувшись к вернувшемуся с пустой тачкой Павлу. – Нужна кирка.

Павел согласно кивнул и обернулся в поисках кирки, но ее нигде не было видно.

– Я ее у входа оставил, – с досадой поморщившись, вспомнил Павел. – Ладно, сейчас принесу. Отдохните пока.

Едва Павел ушел, Елена поднялась и снова пошла к завалу. Вытащив большой камень, подала его Вадиму. Тот отшвырнул камень в тачку. Елена потянулась за другим, начала расшатывать его.

– Елена Сергеевна, знаете что, давайте без фанатизма, – предложил Вадим, с беспокойством оглядывая тоннель. – Что-то мне не нравится эта стена…

В этот момент Елене удалось вытащить камень из стены, и стена рухнула. Вадим схватил Елену за плечи, успев лишь запоздало крикнуть:

– Осторожно!

Елену частично завалило камнями. Один очень крупный придавил ей ногу, она вскрикнула от боли. Вадим протиснулся мимо нее в глубину тоннеля и попытался оттащить камень с ее ног. Елена застонала.

Подбежавший к завалу на шум Павел с киркой в руке увидел лишь, как произошел повторный обвал. Под его взглядом Вадим и Елена скрылись под грудой камней.

Павел кинулся к завалу и попытался оттащить покрывавшие их камни, но ни один из них даже не сдвинулся с места. Они тесно прилегали один к другому, как удачно собранный пазл.

– Лена! Отзовись! – в отчаянии закричал Павел. – Ты жива, Лена?!

Он прислушался, но ответом ему была глухая тишина. Павел в отчаянии ударил киркой по камням, раз, другой… Камни не поддавались. Тоннель был плотно завален.

* * *

В этот поздний час в коридорах школы уже почти никого не было. У дальней лестницы рядом с учебным коридором Леша разложил на диванчике чертеж здания. Со стороны холла к лестнице подошла Вика. Леша вскинул голову:

– Привет!

Вика улыбнулась против воли в ответ на его приветливую открытую улыбку и с любопытством спросила, кивнув на чертеж:

– Это план школы?

– Военная тайна, – с наигранной важностью ответил парень.

Вика наклонилась и, прищурившись, стала изучать Лешины пометки. Он наблюдал за ней, улыбаясь. Наконец Вика выпрямилась и кинула на него торжествующий взгляд.

– Ты проверяешь несущие конструкции здания! – заявила она.

– Ого! – с шутливым уважением отреагировал Леша.

– Здание может обрушиться, да? – догадалась девушка. – Из-за взрыва?

– Не дергайся, – улыбнулся парень и постучал кулаком по стене. – Эта усадьба простоит еще лет двести, – он сделал шаг назад и, споткнувшись о ведро с водой, оставленное после мытья полов школьниками, опрокинул его. – Вот черт! – Он растерянно смотрел на растекшуюся по полу лужу. – И что теперь делать? – растерянно спросил Леша.

– Вытирать, – посоветовала Вика, вздохнув. – Сама она не высохнет.

Парень подобрал с пола брошенную детьми швабру и развернулся, собираясь протереть лужу… но она исчезла. После нее остались только крохотные лужицы, как от растаявшего снега с ботинок.

– Не понял, – растерянно произнес Леша. – А куда вся вода подевалась?

– Ну-ка, ну-ка… – заинтересованно сказала Вика и попыталась отодвинуть диван. – Леша, помоги…

Вместе они отодвинули диван и обнаружили, что вода стекает в щель под деревянной панелью в нише, закрывающей пространство под лестницей. Леша провел руками по стене – по ней шла трещина, такие он уже видел в библиотеке.

Трещина уходила за деревянную панель. Уголок панели немножко отходил в сторону. Леша вставил в зазор карандаш и оттянул угол сильнее. Панель чуть поддалась, и Леша присвистнул от удивления.

– Что там? – спросила сгорающая от любопытства Вика из-за его спины.

Леша дернул сильнее, и панель отделилась от стены. За ней оказался большой пролом, который открыл взглядам ребят ход, ведущий куда-то в темноту. Леша и Вика пораженно переглянулись и осторожно вошли в пролом.

Вика достала из кармана маленький фонарь, включила его и посветила вперед. В конце хода виднелось какое-то помещение. Леша и Вика направились туда, осторожно переступая через камни, наваленные на полу.

Первым в помещение вошел парень, следом за ним девушка. Лучик фонаря метался по каменным стенам, выхватывая высеченные на них непонятные символы, знаки, буквы. Потолок оказался сводчатым, а сама комната – шестиугольной. Она заворожила ребят своей мрачной средневековой красотой. На их лицах было написано потрясение.

Глава 5

Шестиугольная комната

Виктор и Раевский быстро шли по подземелью. Вид у них был очень встревоженный. Виктор освещал дорогу большим фонарем, дворник шел позади них и нес лопаты и грабли – все, что нашлось в подсобке для разбора завала. Конечно, такой инвентарь обещал только усложнить работу, но выбора не было, да и времени на ожидание помощи со стороны военных тоже.

– Лена!.. Вадим!.. – донесся до них приглушенный голос Павла. – Вы меня слышите?!

Они подошли к завалу, дворник поставил у стены лопаты и грабли. Мимо них быстро прошел Воронцов с тачкой, вывалил в сторону камни. Павел стоял у завала, приложив руки рупором к камням, голос у него уже сорвался от крика, но он продолжал звать, до боли напрягая связки:

– Лена!.. Отзовись!

– Паша, не кричи так громко, – встревоженно попросил Виктор.

– Если я буду шептать, они меня не услышат, – со злостью ответил Павел.

– Крик может вызвать еще один обвал, – терпеливо объяснил Виктор.

Павел окинул его мрачным взглядом. Вид у него был очень уставший: взъерошенные мокрые волосы, осунувшееся лицо. Павел держался из последних сил, но старался не думать об этом. Под завалом была Елена, и он боялся даже предполагать, в каком она состоянии.

Распределив обязанности, начали разбор завала. Виктор и Павел вынимали камни и кидали в тачку, дворник отвозил ее, высыпал камни в стороне. Раевский вместе с Кириллом укрепляли высвобожденную стену брусом и досками.

– Паш, надо взять тайм-аут, – предложил Виктор, когда дворник в очередной раз увез полную камнями тачку. – Так мы долго не протянем.

– Это был последний брус, досок тоже больше нет, – внес свою лепту Раевский. – А с неукрепленными стенами работать нельзя.

– Мы сможем заказать брус и доски через вашего лейтенанта? – озадаченно спросил Виктор.

– Думаю, да, – уверенно ответил Раевский.

– Если они откажутся – я своими руками вырублю чертов лес вокруг школы, – воскликнул Павел, сверля глазами Раевского.

– Паш, перестань, – вмешался Виктор. – Мы получим брус от военных. А если не получим, я лично пойду рубить деревья вместе с тобой.

– Идите куда хотите, – хмуро, сквозь зубы ответил Павел. – А я остаюсь здесь.

Он отвернулся от всех и продолжил разбирать завал. Остальные переглянулись и ушли, оставив на месте инструменты и фонарь. Павел продолжал работать на износ, вытаскивая из завала камни, кидая их в тачку.

В этот момент в нескольких метрах от него в небольшом гроте под завалом пришел в себя Вадим. На его левом виске кровоточила рана. Он со стоном приподнялся на локтях, затем порылся в кармане и, вынув зажигалку, зажег ее. Осмотрев пространство, он чертыхнулся, поняв, что их завалило.

Увидев рядом безжизненную Елену, Вадим взял ее за руку. Слабое пламя от зажигалки освещало ее бледное лицо, покрытое пылью после обвала. Мужчина с тревогой положил пальцы на ее запястье, проверяя пульс.

Поставив зажигалку на один из камней, в ее неровном свете Вадим начал освобождать ноги Елены от придавивших их камней. Осторожно сложив их в стороне, он осмотрел ноги женщины. На правой ноге ниже колена была видна рана и запекшаяся кровь.

Вадим вынул ремень из брюк и перетянул им ногу Елены выше раны. Женщина пришла в себя и, морщась от боли, тихо застонала. Вадим удержал ее от движений руками за плечи и, перехватив ее напряженный взгляд, объяснил:

– У вас рваная рана, я наложил жгут. – Он стянул с себя футболку и, криво усмехнувшись, произнес: – Извините…

Он разорвал футболку на полосы и умело перевязал ногу Елены. Футболка сразу же пропиталась кровью. Елена приподняла голову и осмотрелась, пытаясь сообразить, где они находятся.

– Где мы? – слабым голосом произнесла она, затем спросила со страхом: – Нас завалило?

– Да, – с сожалением сказал Вадим. – И самим нам эти камни не сдвинуть, – глядя на испуганное лицо женщины, он ободряюще добавил: – Не волнуйтесь, дня через три-четыре нас отроют, так что с голоду не умрем. Главное, чтобы кислороду хватило, – он с сомнением окинул взглядом тесное пространство.

– Тогда, может, выключить зажигалку, – предложила Елена. – Чтобы огонь не съел кислород.

Вадим пристально посмотрел на ее испуганное лицо и с щелчком закрыл зажигалку. Они погрузились в кромешную темноту.

* * *

Ребята один за другим спустились по ступенькам в шестиугольную комнату. Первыми шли Вика с Лешей, показывая остальным путь, Вика освещала его большим фонарем. За ними шли Максим, Андрей и Лиза, перешагивая через камни и обломки кирпичей, выхваченным из полумрака лучами карманных фонариков. Замыкал группу Рома, неся в руках, как и Вика, большой фонарь.

Войдя в комнату, все пораженно остановились. Вика и Рома повесили большие фонари на старые металлические скобы на стенах, комната осветилась неровным светом, от которого по стенам заплясали таинственные тени. Словно приход ребят разбудил дремавших в комнате призраков, и они заметались по углам, разыскивая выход и наталкиваясь друг на друга.

Ребята разбрелись, осматривая комнату. Ее стены были украшены различными символами. Среди них угадывались руны, алхимические знаки, древнеславянские символы, знаки зодиака, а также изображения животных и растений – стилизованные ящерицы, совы, лилии…

Поверх стен шли выбитые на камне изречения на латыни. На трех стенах повторялся каменный круг с крошечной лилией и выбитой надписью на латинском языке. Ребята подходили к стенам, рассматривали надписи и рисунки, подсвечивая себе фонариками.

– Ничего себе… – потрясенно произнес Андрей.

– Я же говорила, это надо увидеть собственными глазами, – заметила в ответ Вика.

– Тут еще круче, чем в ритуальном зале, – признал Рома, проводя ладонью по символам. – Только свастики не хватает.

– Вот они, их тут полно, – отозвался Максим, разглядывая противоположную стену. – Только они какие-то странные.

– Мне кажется, это не свастики, – сказала Лиза, нахмурившись и присматриваясь к символам, обнаруженным Максимом. – В смысле – не фашистские свастики.

И действительно, символы, которые были выбиты на стене, очень сильно напоминали свастику, но в то же время отличались от нее. Это были древнеславянские свастики, с которыми ребята прежде, в ходе своего расследования, еще не сталкивались. Так, например, концы одного из крестов были загнуты внутрь, а другой вместо четырех лучей имел восемь.

– А чьи еще? – возразил ей Максим, заметив рядом еще один символ. – Вот и «Гемини»!

– Им что, под часовней мало места? – возмутился Рома.

– Под часовней у них был типа конференц-зал… – предположила Вика. – А это похоже на помещение для каких-то мистических ритуалов.

Андрей подошел к стене, на которой был круг с латинской надписью над ним, и изо всех сил надавил на него обеими руками.

– Уверен, где-то здесь должна быть дверь, – сказал он, заметив удивленные взгляды друзей, обративших внимание на его действие.

– Что это значит? – кивнул Рома на латинскую надпись над каменным кругом.

– Оmnia mutantur nihil interit… – задумчиво прочитала Вика фразу. – Ну, вся фраза означает примерно, что все может меняться, но ничто не исчезает навсегда.

– Понятно, – усмехнулся Максим. – Наши немецкие друзья предупреждают, что исчезать не собираются.

– Тут точно должен быть выход, – упрямо сказал Андрей, поочередно нажимая на все стены. – Или проход на нижний уровень! Немцы просто так ничего не делали…

– На плане подземелья этой комнаты вообще нет, – возразил Леша, до этого старавшийся не вмешиваться в разговор ребят и с гораздо большим, чем они, изумлением изучавший стены комнаты.

– Ну и что? – сердито отозвался Андрей. – Нижнего уровня там тоже нет.

– Надо как следует ее простучать, – решительно предложил Максим.

– Самим что-то делать слишком опасно, – заявил Леша неожиданно для всех. – Расскажем Виктору Николаевичу – пусть он принимает решение!

Леша вышел из комнаты, не дожидаясь остальных. Все растерянно переглянулись, Андрей первым кинулся вслед за ним, собираясь его остановить, Вика побежала за ребятами. Максим выключил висящие на стенах большие фонари.

Макс и Лиза вышли, надеясь догнать Лешу, Андрея и Вику. Рома, выходящий последним из комнаты, с тревогой оглянулся, словно почувствовав чье-то присутствие. Никого не разглядев, он поспешил за остальными. В комнате воцарилась тишина. Некоторые буквы в темноте светились таинственным, тревожным светом. Призраки замерли по углам, словно часовые на своем посту.

* * *

В это время Володя в изоляторе, проснувшись, спустил ноги с кровати, потер заспанное лицо. Он посмотрел на часы, затем огляделся – все дети еще спали. Лишь кровать Куриленко была пуста.

Володя бесшумно встал, выглянул из-за угла и увидел сидевшего на корточках Куриленко, который ковырял согнутым гвоздем замок. Володя подошел к нему, вырвал из рук гвоздь и кинул его на пол.

– Отойди от двери! – жестко приказал он.

– Ты достал меня! – озлобленно крикнул Куриленко, вскочил на ноги и толкнул Володю в грудь. Тот пошатнулся, и Куриленко замахнулся для удара, однако Володя успел перехватить его руку и заломить ее за спину.

– Ты меня тоже достал, – спокойно ответил Володя. – Если не прекратишь, сломаю тебе руку.

Он повел Куриленко к кровати, толкнул, и тот упал на неубранное одеяло. Дети, проснувшись от громких голосов, наблюдали за ними со своих кроватей. Куриленко молчал, потирая руку и злобно глядя на Володю.

– Можете еще поспать, – успокаивающе сказал Володя, обернувшись к детям.

Сам он уже чувствовал, что не уснет. Да и ребята ворочались, некоторые уже вставали с кроватей. Куриленко следил за Володей ненавидящим взглядом.

Вскоре в изолятор пришла Лариса. Осмотрев зараженных, прослушав их фонендоскопом и выдав каждому по ампуле с антидотом, она присела на кровать к Володе.

– Как там внизу? – вполголоса спросил Володя, принимая из ее рук ампулу.

– Разбирают, но все идет очень медленно, – ответила Лариса.

– Черт! А я тут штаны просиживаю! – с огорчением сказал он.

– Там хватает мужчин, а тут только на вас надежда, – произнесла Лариса и оглянулась на Куриленко, лежащего на своей кровати в одежде и обуви, закинув руки за голову. Володя тоже посмотрел на него. Заметив их взгляды, Куриленко скривился:

– Чего уставились? Я вам не витрина!

Володя встал, вместе с Ларисой подошел к Куриленко, та протянула ему ампулу:

– Возьмите лекарство.

– Мало того, что вы меня тут заперли и избиваете, еще и отравить решили? – истерично воскликнул Куриленко и ударил женщину ладонью по руке, ампула выпала и покатилась по полу.

– Без этого лекарства вы погибнете, – предупредила Лариса.

– Я здоров. От синяка за ухом еще никто не умирал, – съязвил Куриленко.

Володя поднял ампулу и положил ее к себе в карман. Затем вместе с Ларисой отошел к двери и вполголоса попросил:

– Укрепите дверь снаружи. Засов или навесной замок. Чтобы изнутри нельзя было открыть.

Доктор согласилась и достала ключ, собираясь открыть замок. Володя оглянулся на Куриленко, тот злобно смотрел на него. Тогда Володя повернулся к нему спиной и понизил голос:

– Лариса Андреевна, я вот что хотел еще спросить… Вчера, когда вы делали ему укол, – Володя кивнул в сторону Куриленко, – вы были одна? Или кто-то оставался за дверью?

– Там была Женя Савельева, – ответила Лариса, поворачивая ключ в замке. – Я просила ее подежурить за дверью. А что?

– Ничего, – с непроницаемым лицом сказал Володя. – Просто спросил.

Он открыл дверь перед Ларисой. Она вышла и заперла замок снаружи. Володя задумчиво посмотрел на Куриленко. Тот сидел мрачный на своей кровати.

* * *

Леша вышел в холл со стороны учебного коридора и решительно направился к кабинету директора. Андрей и Вика догнали его и попытались отговорить от затеи рассказать о шестиугольной комнате Виктору.

– Леша, пожалуйста, не надо ничего говорить Виктору Николаевичу, – с мольбой произнесла Вика.

– Если там есть проход на нижний уровень, мы должны сами найти его, – убежденно сказал Андрей.

– Ребят, я не могу… Я обязан сказать, – с сожалением ответил Леша.

В этот момент из библиотеки вышли Виктор с Раевским, оба в испачканной одежде, хмурые и озадаченные. Они быстро пересекали холл, но Леша преградил им дорогу. Андрей со злостью пнул ступеньку, Вика смотрела на Лешу с отчаяньем.

– Виктор Николаевич, насчет подземных помещений… – начал Леша. – Трещины в фундаменте не опасны, и обрушение школе не грозит. Но под правым флигелем…

– Леша, я все понял, – торопливо прервал его Виктор. – Подробно потом расскажешь. У нас новый обвал в подземелье.

– Давайте мы поможем вам разбирать завал, – с готовностью предложил Андрей.

– Ни в коем случае! – резко отказал ему Виктор. – Даже близко к подземелью не подходите – это слишком опасно.

Виктор и Раевский торопливо вышли из школы. Ребята переглянулись, и Андрей мрачно сказал, обращаясь к Леше:

– Видишь? Если ты расскажешь ему про комнату, он просто замурует туда вход, и все.

– Леша, пожалуйста… Если ты хочешь – ходи туда с нами вместо Виктора, – очень убедительно предложила Вика. – Если заметишь опасность обвала, сразу нам скажешь.

– Тааак… – с недовольством протянул Леша. – Мало того, что вы сами руководство дурите, еще и меня в ваши шпионские игры втягиваете…

– Это не игры, – твердо ответил Андрей, глядя Леше в глаза. – Если б в завале была твоя Тася, а взрослые сказали – жди, пока мы укрепим стены, что бы ты сделал? Только честно.

– Честно? – переспросил Леша и замолчал, обдумывая ответ. Вика с Андреем напряженно смотрели на него в ожидании. Наконец Леша искренне сказал: – Я бы это подземелье по камушку разнес и плевал на все запреты. – Он посмотрел на Вику и, заметив ее потеплевший взгляд, предупредил: – Но ловлю вас на слове – ходить в эту комнату будете только со мной.

Андрей и Вика дружно кивнули ему в ответ, улыбаясь с облегчением. У Вики глаза светились от счастья: теперь она видела в Леше не просто союзника или друга, но человека, на которого можно положиться в трудную минуту, а это многое значило…

* * *

Галина проходила по холлу, когда увидела спускавшуюся с лестницы Анну. Заметив ее бледное лицо и неуверенный шаг, Галина нахмурилась, подошла к ней и обеспокоенно спросила:

– Что-то случилось?

– Да, меня обокрали, – упавшим голосом ответила Анна и, сильно нервничая, рассказала: – Взяли кольцо, и серьги с жемчугом, и все деньги, какие были.

– Только этого нам не хватало, – расстроилась Галина.

– Надо сказать Виктору, – предложила Анна.

– Нет, – твердо остановила ее Галина. – Не нужно валить на него еще и это. Сами разберемся. Пошли.

И Галина решительно стала подниматься вверх по лестнице туда, откуда только что спустилась Анна. Та торопливо последовала за ней.

* * *

Рома с Максом шли по жилому коридору, направляясь к себе, и обсуждали увиденное в шестиугольной комнате, делясь впечатлениями. Макс был, как обычно, сосредоточен, а вот Рома, напротив, слишком взбудоражен.

– Нет, Макс, в зале со свастикой просто противно было. А от этой комнаты меня жуть берет, – признался Рома, следуя за другом шаг в шаг. – Как будто из каждого угла мертвец смотрит. Я прямо их чувствовал…

– Хочешь у Лизы хлеб отбить? – насмешливо спросил Максим.

И тут они услышали раздраженный голос Галины, доносившийся со стороны лестницы:

– Аня, если в школе завелся вор, его надо найти и наказать. Иначе это не прекратится.

Голос удалился, Максим с Ромой удивленно переглянулись.

– Круто, – опешил на секунду Максим. – Сначала военное положение, теперь мародеры… что дальше? Начнут ставить к стенке на рассвете?

Они свернули за угол и увидели выходящего из их комнаты Славу Харитонова. Он торопливо прикрыл дверь и направился в противоположную от них сторону. Максим в два прыжка догнал его, схватил за плечо и развернул к себе:

– Какого черта ты забыл у нас в комнате? – требовательно спросил он и взял Славу за грудки. – Ну?!

Харитонов расплылся в улыбке, глядя куда-то поверх плеча Макса. Макс сжал кулак, готовый ударить Славу.

– Макс, опять? – услышал он голос подошедшей к нему сзади Лизы. – Отпусти Славу, – попросила она и дотронулась до плеча сердито смотрящего на нее Макса, – пожалуйста…

Максим кинул на Харитонова злобный взгляд, но отпустил его и отступил в сторону. Харитонов с победоносным видом удалился по коридору. Рома, закатив глаза и всем видом показывая, что страсти правят миром, первым зашел в комнату, за ним вошли обнявшиеся Макс с Лизой.

Комната была залита солнечным светом. Рома, плюхнувшись на свою кровать, тут же демонстративно начал листать журнал. Лиза, стоя спиной к окну, кокетливо улыбнулась Максу. Он подошел к Лизе, положил ей руки на плечи и приблизил лицо для поцелуя.

– Вообще-то это и моя комната тоже, – раздался за спиной Макса недовольный голос Ромы.

Максим улыбнулся и снова приблизил свое лицо к Лизе, но в этот момент ему в глаза через оконное стекло попал солнечный зайчик. Макс зажмурился и невольно отшатнулся от девушки, прикрывая глаза рукой.

– Что там? – спросила Лиза.

– Кто-то зайчиков пускает из леса, – недовольно ответил Макс.

Лиза обернулась: в лесу среди деревьев мигала яркая «звездочка» – кто-то старательно посылал в школу сигналы с помощью зеркала. Выскользнув из объятий Макса, девушка вышла из комнаты. Макс с улыбкой проводил ее глазами. Рома искоса хмуро наблюдал за ним.

* * *

В этот момент грустная Алиса сидела у окна в своей комнате, подперев голову руками. Ей приснилась Надя, зовущая ее в гости к Доброму Волшебнику, и Алиса снова затосковала по своей подруге.

Тася подошла и облокотилась на подоконник рядом с Алисой. В этот момент Алиса заметила, как в лесу поблескивает зеркальце.

– Смотри, что это? – удивленно спросила она у Алисы.

Тася тоже посмотрела в окно и нахмурилась:

– Похоже на солнечный зайчик. Кто-то сигналит, – неуверенно предположила она. – Или зовет нас.

– А вдруг это Надя? – догадалась Алиса. – Не зря же она мне приснилась? Зовет нас к себе…

– Тогда побежали! – решительно воскликнула Тася, девочки сорвались с места и выбежали из комнаты. Покинув школу, они помчались в сторону леса. Добежав до тропинки, сбавили шаг.

– Как ты думаешь, Надя хочет к нам вернуться или забрать нас с собой? – с интересом спросила Алиса.

– Лучше пусть сама возвращается, я не хочу никуда уезжать без Леши, – с возмущением ответила Тася.

Когда они дошли до колодца, то заметили, что прикрывающая его крышка слегка отодвинута.

– Ух ты, колодец! – с восторгом сказала Тася. – Давай посмотрим!

Она сделала шаг к колодцу, но в этот момент из него раздались глухие удары. Тася испуганно замерла на месте.

– Тася! Не подходи! – в ужасе попросила Алиса. – Ты что, не помнишь, как я туда чуть не упала?

– Помню, тебя Пал Петрович вытащил, – ответила Тася, с любопытством глядя на колодец.

– Да! И потом колодец засыпали, – напомнила Алиса.

– Тогда кто там так стучит? – возразила Тася. – Гигантский земляной червяк? – И она сделала еще несколько шагов к колодцу.

Внезапно из колодца появилась рука в испачканной землей рабочей перчатке и схватилась за край. Девочки завизжали от ужаса и опрометью бросились обратно в школу.

* * *

В это время Даша сидела в инвалидной коляске у своей кровати, а Женя заканчивала убирать за ней постель, расправляя накинутое покрывало. Даша сложила руки на коленях, чувствуя себя неловко.

– Так тяжело, когда не можешь делать самых элементарных вещей, – с грустью призналась она Жене.

– Ну что ты, Даша, я с удовольствием тебе помогаю, – с искренностью в голосе сказала Женя, присаживаясь на кровать. – Хотя обычно ты просишь Вику… Если честно, я всегда чуть-чуть завидовала вашей дружбе. Вы с Викой просто неразлейвода. И с мальчиками – с Максимом, Андреем…

– Теперь я для них обуза, – с горечью воскликнула Даша, ударив ладонью по колесу коляски. – Рано или поздно им надоест подстраиваться под меня, и они найдут себе других друзей… поздоровее.

– Ну что ты говоришь! – возразила Женя. – Не знаю, как Вика, но Андрей никогда тебя не оставит. Он будет сам себя презирать, если бросит девушку-инвалида.

Даша сжалась от ее слов, но Женя сделала вид, что не заметила этого. В этот момент дверь открылась, и в комнату заглянул Андрей. Женя, сияя, подалась навстречу ему.

– Андрей! А мы как раз о тебе говорили! Заходи. – Она обернулась к Даше и предупредила: – Ну, я пойду.

Выходя, Женя еще раз улыбнулась Андрею, тот автоматически улыбнулся ей в ответ. Андрей закрыл за ней дверь, подошел к Даше, поцеловал и только тогда заметил, что она выглядит подавленной:

– Ты ужасно бледная, – с тревогой сказал он. – Плохо себя чувствуешь?

– Нет, как обычно, – сдержанно ответила Даша.

– Даш… я так виноват перед тобой. Мы столько времени потратили на ссоры, а могли бы все это время быть вместе, – с нежностью произнес Андрей, беря Дашину руку и прижимаясь к ней щекой. – Теперь все будет по-другому. Я исправлюсь, обещаю.

– Андрей, – прервала его девушка, высвобождая руку. – Думаю, все это ни к чему. Нам лучше расстаться.

– Но это невозможно, – растерянно возразил Андрей. – Я люблю тебя… И хочу, чтобы мы были вместе…

– Что ты любишь? – крикнула Даша. – То, что было? Или вот это? – Она сорвала плед со своих ног и в ярости ударила по коленям ладонями. – Посмотри на меня, Андрей! Я инвалид! Я никогда не буду ходить! Я никогда не стану такой, как была!

– Я не оставлю тебя, я буду рядом, – упрямо сказал он. – Ходишь ты или нет – мне все равно.

– Мне не нужна твоя жалость! И ты мне не нужен! – почти с ненавистью крикнула Даша. – Убирайся отсюда!

Она разрыдалась, закрыв лицо руками. Андрей несколько секунд молча смотрел на нее, потом тихо вышел, закрыв за собой дверь. Даша подняла голову, с надеждой глядя на закрывшуюся дверь. Но Андрей не вернулся. Девушка без сил опустила голову, она была абсолютно раздавлена.

Андрей же, выйдя в коридор, растерянно и огорченно замер у ее двери. Он не знал, что и думать. Даша была сама не своя после случившейся с ней трагедии. Но если причиной произошедшего сейчас было ее депрессивное состояние, значит, бороться следовало именно с ним. Андрея осенила идея, и он быстро пошел по коридору.

Ларису он заметил, когда она шла по жилому коридору. Парень кинулся следом за ней и быстро догнал.

– Лариса Андреевна, я как раз вас ищу! – торопливо произнес он, затем помялся, но все же сказал: – Это насчет Даши.

– С ней что-то случилось? – напряженно спросила Лариса.

– Понимаете… Она сама не своя после этой травмы, – попытался объяснить Андрей. – Она даже не пробует бороться! Опустила руки, считает себя инвалидом… – Он с надеждой посмотрел на Ларису и спросил: – Вы не могли бы с ней поговорить?

– Ну, хорошо, – согласилась та, видя несчастное лицо парня. – Мне все равно надо ее осмотреть, заодно и поговорим.

– Спасибо вам большое! – горячо сказал Андрей и пошел в свою комнату.

Лариса отправилась проводить осмотр у детей. Он не занял много времени – новых зараженных среди них пока что не было. После этого, как и обещала Андрею, она заглянула в комнату Даши.

Девушка лежала на своей кровати, ноги ее были укрыты пледом, на лице все еще были следы слез. Она смотрела в одну точку перед собой и испуганно вздрогнула от стука в дверь. При виде заглянувшей в комнату Ларисы Даша удивленно приподнялась на кровати.

– Даша, к тебе можно? – спросила женщина и вошла. – Как ты себя чувствуешь? – сочувствующе сказала она, с тревогой отметив про себя осунувшееся лицо девушки. – Говорят, немного хандришь?

– Андрей нажаловался? – догадалась Даша. – Андрею не нравится, что я грущу? Он хочет, чтобы я была веселой инвалидкой? – с сарказмом произнесла она.

– Такие травмы, как у тебя, получают тысячи человек, – серьезно глядя на нее, сообщила Лариса. – И среди них тридцать процентов тех, кто встает. Это сотни людей.

– Зачем Андрею связывать жизнь с такою, как я? – упрямо спросила Даша. – Пусть найдет себе здоровую – и радуется.

– А если б эту травму получил Андрей… ты бы тоже бросила его? – неожиданно спросила Лариса. – Оставила ради другого – здорового? Так почему же ты ставишь его чувства ниже своих? – пристыдила она Дашу, та отвела глаза.

– Вы считаете, у меня есть шанс попасть в эти тридцать процентов? – обдумав слова Ларисы, с надеждой спросила девушка.

– Не знаю, – честно ответила доктор. – Но могу сказать точно: если ты опустишь руки, шанса у тебя не будет вообще.

– Но… что мне делать? Мы в оцеплении, – напомнила Даша. – Здесь нет ни врачей, ни лекарств.

– Лекарства можно заказать, – обнадежила ее Лариса. – В клинике, где я раньше работала, испытывают на добровольцах препарат, стимулирующий процесс регенерации. Но должна тебя предупредить – укол очень болезненный. И ноги тоже будут болеть.

– Лучше боль, чем вот это, – Даша ударила кулаками по коленям.

Лариса согласно кивнула и вышла. На лице Даши была написана решимость. Она и не предполагала раньше, что у нее есть шанс снова начать ходить, потому что в больнице при выписке ей сообщили, что надежды нет.

* * *

Виктор и Раевский тем временем дошли до блокпоста военных. Трое солдат в масках тут же взяли автоматы на изготовку. Вперед вышел Бессонов. Остановившись в нескольких метрах от шлагбаума, Виктор достал рацию и произнес:

– Нам нужны стройматериалы и инструменты для разбора завала.

– Понял. Вечером я передам вашу просьбу в штаб, – ответил по рации Бессонов. – Если там одобрят, завтра или послезавтра мы вас известим.

– Под завалом два человека, – нервничая, сказал Виктор. – Мы не можем ждать так долго.

– От меня ничего не зависит, – отрезал Бессонов. – Я не вправе принимать никаких решений без приказа руководства.

Виктор беспомощно посмотрел на Раевского, тот, нахмурившись, взял рацию у него из рук и жестко сказал:

– Лейтенант, прекратите! Не терпится под трибунал? Бездействие и неоказание помощи гражданским – это тоже преступление!

– Товарищ майор, вы же знаете – без приказа я не могу, – упрямо возразил Бессонов.

– Ну так получите приказ, и побыстрее! – рассерженно проговорил Раевский.

– Слушаюсь, – нехотя ответил Бессонов и, сделав знак солдатам оставаться на месте, торопливо скрылся за палатками.

Виктор с благодарностью посмотрел на Раевского.

– Спасибо, майор, – искренне сказал он. – Я уж думал – все, конец…

– Не нервничайте, Виктор Николаевич, – спокойно ответил Раевский. – Мы спасем их, я вам обещаю.

Виктор кивнул, и они оба стали смотреть в ту сторону, куда ушел Бессонов, в ожидании, какой ответ даст им руководство.

* * *

Когда Андрей вошел в свою комнату, он увидел Рому и Макса, склонившихся над столом. По его поверхности были разложены листы с не очень умелыми рисунками, воспроизводящими руны и символы из шестиугольной комнаты.

– У нее хвост вот сюда наверх загибался! – убежденно говорил Макс, тыча ручкой в рисунок ящерицы с длинным хвостом.

– Ничего не наверх, – возразил Рома. – Андрюх, скажи ему!

– Я не помню, – признался Андрея, подходя к ним и рассматривая рисунок. – А какая разница?

– Макс считает, по этим значкам и рисункам мы сможем понять, для чего немцам эта комната, – объяснил Рома.

В этот момент распахнулась дверь, и вбежали Лиза с Викой. Вид у них был очень встревоженный.

– Ребят, нас обокрали, – расстроенно сказала Вика. – У меня мобильник пропал и кольцо, а у Лизы фотик и браслет…

– Не только нас грабанули, – неожиданно произнес Рома и пояснил в ответ на вопросительные взгляды Андрея и девочек: – Мы с Максом слышали, как Галина разорялась.

– Вы проверьте свои вещи, – посоветовала Лиза. – Может, и у вас что-то пропало.

Ребята кинулись осматривать шкафы и тумбочки.

– У меня часы свинтили… – растерянно проговорил Рома.

– Не могу мобильник найти… – огорченно отозвался Андрей.

– У меня мобильник с собой, – сказал Макс, единственный не тронувшийся с места. – А больше ничего ценного и не было, кроме гитары… – Макс кинул взгляд на гитару, висевшую на прежнем месте на стене, и сказал внезапно: – Я знаю, кто крысятничает! Это Харитонов!

– Макс, ты опять!.. – с упреком произнесла Лиза.

– Лиза, мы с Ромычем своими глазами видели, как он из нашей комнаты выруливал! – убежденно ответил Максим.

– Ну не знаю… Как-то это странно… – с сомнением проговорила Вика. – Воровать среди бела дня…

– Зачем ему это? – недоуменно поддержал подругу Андрей.

– Прижмем его как следует, сам нам расскажет, – решительно сказал Максим и поднялся из-за стола. – Пошли!

Все следом за Максом вышли из комнаты. Когда они распахнули дверь комнаты Харитонова, входя в нее один за другим, тот сидел на своей кровати и ел огромный бутерброд с колбасой, запивая газировкой. При виде ворвавшихся без приглашения ребят Харитонов приветственно взмахнул остатком бутерброда:

– Незваные гости! Милости просим. Знал бы, оставил немного колбаски.

– Надоело тырить жрачку из холодильника – взялся за наши вещи? – агрессивно спросил Максим.

– Ты о чем? – напрягся Слава.

– Слава, – смущенно сказала Вика, не веря в его вину, – ребята видели, как ты выходил из их комнаты…

– Мобильники придется отдать. И украшения тоже, – прервал ее Максим, с угрозой глядя на парня.

– Вы че, с дуба рухнули? – опешил Слава и возмущенно заявил: – Я не брал ничего!

Рома взял стоящий у кровати рюкзак Харитонова и демонстративно стал копаться в нем. Наконец он вынул из него мобильный телефон и показал его всем:

– Это чье?

– Это мой телефон… – растерянно сказала Вика.

Харитонов в шоке смотрел на мобильник в руках Ромы, не понимая, как тот мог очутиться в его рюкзаке.

– Я не знаю, как он там оказался, – искренне сказал Слава и с подозрением добавил: – Небось сами мне его и подбросили!

Проходившая по коридору Галина, услышав озлобленные голоса, заглянула в комнату:

– Что тут происходит? – требовательно спросила она.

– Смотрите, что мы у него нашли, – тут же отозвался Рома. – Викин телефон!

Вика растерянно показала Галине свой мобильник. Галина свирепо взглянула на Славу, тот сразу сник. Посмотрев на раскрасневшихся ребят, Галина обвела взглядом комнату и заметила на тумбочке рядом с кроватью Харитонова недоеденный бутерброд и газировку.

– За мной, быстро! – сурово велела она Славе.

Галина пошла к двери, и Харитонов поплелся за ней. Ребята, переглянувшись, тоже вышли из комнаты. Девочки приостановились у двери, обсуждая произошедшее и сильно сомневаясь в вине Славы. Макс и Андрей быстро пошли к себе, Рома отстал от них по пути.

– Знаешь, Макс, я не уверен, что это он, – с сомнением сказал Андрей, входя следом за Максом в комнату. – Может, и в самом деле Викин телефон ему подкинули?

– Тогда что ему было надо в нашей комнате? – резонно возразил Максим, направляясь к окну, и напряженно заметил: – Андрюх, смотри! Опять мигает!

Андрей тоже выглянул в окно. В лесу мигал яркий огонек, словно кто-то ловил зеркальцем лучи солнца, посылая в школу солнечных зайчиков.

– Это морзянка, – уверенно произнес Андрей, пристально наблюдая за бликами. – Видишь – одни вспышки короткие, другие подлиннее. Точка… тире… точка… точка, – можно попробовать записать, – предложил он Максиму и тут же сам схватил со стола тетрадь и ручку и принялся записывать. – А ты пока найди расшифровку, – попросил он у Макса.

Тот, порывшись в ящиках стола, достал старую тетрадь. Андрей как раз закончил фиксировать знаки на бумаге, потому что пошел повтор.

– Спасибо Пал Петровичу, – проговорил Максим, раскрывая тетрадь. – Кто бы подумал, что это пригодится…

Они вместе с Андреем уселись за стол и стали писать буквы рядом со знаками, сверяясь с записанной в тетради азбукой Морзе.

– Это «жэ»… – диктовал Андрей. – Это «дэ»…

– «Жэдэу»… «Жду!» – соединил Максим буквы в слово. – Он чего-то там ждет.

– Не… си… – прочитал Андрей второе слово. – Что такое «неси»? – недоуменно спросил он, делая ударение на первый слог.

– Без понятия, – откликнулся Максим, нахмурившись, и прочитал третье слово: – «Вэ», «эс»… все.

– Неси Вээс? И все? – спросил Андрей, поморщившись. – Муть какая-то.

– Нет, мы не так читаем, – догадался Максим и поставил ударение на второй слог: – «Неси все»!

– «Неси все, жду», – произнес Андрей фразу целиком. – Куда нести? Что нести?

– Туда, откуда этот хмырь светит, – очень довольный оттого, что догадался, сказал Максим. – А нести то, что наш друг-клептоман ему натырил.

– Как-то не срастается, – с сомнением произнес Андрей. – Он чуваку – барахло, а тот ему что?

– Вот пойдем и посмотрим, – предложил Максим.

Ребята переглянулись и, вскочив со своих мест, выбежали из комнаты.

* * *

Мария на тележке подвезла еду к больничному блоку. Подносы с закрытыми крышками тарелками стояли один на другом. Мария открыла запертое на шпингалет специальное окно и начала ставить туда подносы.

С другой стороны двери подошел Володя, улыбнулся через стекло Марии и стал брать подносы и переносить их на стол. Дети в изоляторе оживились, расселись вокруг стола, разбирая тарелки. Володя, улучив момент, вернулся к окну и спросил у Марии:

– Как там внизу?

– Пока без изменений, – со вздохом ответила женщина.

– Маш, мне нужно, чтобы ты кое-что выяснила, – понизив голос, сказал Володя. – Сможешь?

Мария с готовностью кивнула, вопросительно глядя на Володю. Он тихо объяснил ей, что именно ему нужно, время от времени оглядываясь на Куриленко, чтобы убедиться, что тот не подслушивает.

* * *

Павел продолжал разбирать завал, не дожидаясь возвращения Виктора с Раевским. Он был страшно измотан, еле держался на ногах. Когда он вытащил из насыпи очередной большой камень, Кирилл, стоявший у тачки, напряженно предупредил:

– Осторожнее! Мы слишком далеко зашли, а стены не укреплены…

– Ничего, мы потихоньку, – упрямо ответил Павел, относя камень на тачку. – Вдруг военные их вообще отшили, а мы ждем тут, как дураки.

Из-за угла как раз появились Виктор и Раевский, несущие в руках большие брусья. Идущий следом за ними дворник нес новенькие лопаты и кирки. Павел немедленно подхватил несколько брусьев, но пошатнулся и выронил их на пол.

– Паш, тебе надо хоть пару часов отдохнуть, – с тревогой глядя на Павла, вынужденного опереться о стену, сказал Виктор. – Иди наверх, поспи.

– Не хочу я спать, – упрямо возразил Павел.

– Для работ по укреплению нам понадобится много места, – поддержал Виктора Раевский. – Все равно кому-то придется уйти.

– Паш, мы будем работать до тех пор, пока не вытащим Лену, – заверил Виктор, положив другу руку на плечо. – И ты нам нужен тут полным сил, а не вымотанным до предела.

Павел, сдавшись, кивнул и ушел вместе с дворником. Виктор с Кириллом прислонили брус к стене, а Раевский, подойдя к ним с большим молотком в руках, начал прибивать его к горизонтальной опоре.

В нескольких метрах от них в полной тишине и абсолютной темноте вспыхнул огонек зажигалки. Слабое пламя осветило Вадима и Елену. Лицо и торс Вадима были покрыты капельками пота, Елена тоже была в испарине. Заметив нездоровую бледность ее лица, Вадим обеспокоенно спросил:

– Елена Сергеевна, как вы?

– Нога болит… – простонала женщина.

Они оба тяжело дышали – в завале уже было очень душно, кислорода не хватало. Вадим кинул взгляд на ногу Елены: кровь на футболке, которой она была перемотана, уже побурела.

– Кровь остановилась. Мне надо снять жгут, слишком долго держать нельзя, – предупредил Вадим и потянулся к ране. Расстегнув ремень, он снял его с ноги Елены, женщина вскрикнула от боли.

– Попробуйте пошевелить ногой, – попросил Вадим и, увидев, что Елене это удалось, ободряюще заметил: – Отлично. Похоже, перелома нет.

– Почему ничего не слышно? – в панике спросила вдруг она. – Если нас пытаются откопать, мы должны слышать удары или голоса…

– Возможно, обрушение слишком обширное, – предположил Вадим, нахмурившись. Затем он взял в руку камень и начал размеренно бить им по стене, рассчитывая на то, что глухой звук ударов даст знать их спасателям, что они живы.

Однако Кирилл, Виктор и Раевский, продолжавшие укреплять стены тоннеля, не слышали никаких посторонних звуков. Кирилл с Виктором придерживали очередной брус, а Раевский вбивал в него гвозди, соединяя его с основой.

* * *

Макс с Андреем, добежав до того места в лесу, откуда, как им казалось, кто-то подавал сигналы зеркальцем, остановились за деревьями недалеко от заграждения, укрепленного колючей проволокой.

Солдат за ограждением, оглядевшись и убедившись, что он один и никто из сослуживцев или тем более начальства его не видит, достал из кармана ярко отполированную металлическую полоску и снова стал подавать сигнал-морзянку в сторону школы.

Максим с Андреем, спрятавшись за густыми кустами, наблюдали за ним с любопытством и нетерпением. Максим первым заметил, что среди деревьев быстро мелькает фигура ученика в форменном синем джемпере, спешащего на сигнал солдата.

– Вот он! – шепотом сказал Максим, оживившись. – Бежит, теряя тапки.

Неожиданно синий джемпер пропал за деревьями.

– Пошли за ним! – предложил Андрей.

Ребята тихо встали и торопливо направились в ту сторону, где последний раз видели мелькнувший среди зеленой листвы синий джемпер. Подбежав поближе, они заметили джемпер в зарослях у забора. Парень лежал ничком, на голове была видна кровь.

Ребята переглянулись и, присев рядом, осторожно перевернули парня на спину. Каково же было их изумление, когда они увидели, что это Рома! Его глаза были закрыты, непонятно было, жив он или мертв. Из раны на голове сочилась кровь.

– Ромыч? – взволнованно позвал его Максим, трогая за плечо.

Тот со стоном открыл глаза. Придя в себя, попытался приподняться с земли. Ребята помогли ему, подхватив под руки и усадив. Рома дотронулся до раны на голове и с удивлением посмотрел на кровь, оставшуюся на пальцах.

– Ты как, живой? – с беспокойством спросил Максим.

– Вроде живой… – слабо отозвался Рома, скривившись от боли. – По ходу, меня кто-то по башке двинул…

– А что ты тут вообще делал? – с легким подозрением спросил Андрей.

– За вами шел, – честно глядя ему в глаза, ответил Рома. – Увидел, как вы из школы выскочили… подумал, что-то случилось.

– Ты заметил, кто тебя долбанул? – спросил Максим, озираясь.

– Нет, – произнес Рома. Заметив, что ребята нахмурились, добавил, занервничав: – Он так неожиданно выскочил, я даже среагировать не успел. Увидел только, что он был в школьной форме.

– Это Харитонов, точно! – уверенно сказал Максим.

– Может, это и не он… – с сомнением произнес Рома, внимательно следя за реакцией друзей.

– Он, он, – убежденно поддержал Максима Андрей. – Кто-то подавал ему сигналы из-за ограждения, мы сами видели.

– Зачем? – спросил Рома.

– Возможно, он хотел подкупить вояк и свалить отсюда, – предположил Максим и, похлопав друга по плечу, с одобрением сказал: – А ты его спугнул, чувак. Обломал ему все планы.

Рома растерянно посмотрел на Максима. Андрей дотронулся до раны на его голове, и Рома отстранился со стоном.

– Не волнуйся, Ромыч, он за все ответит, – твердо пообещал Андрей.

Рома посмотрел на него с беспокойством. Друзья помогли ему подняться и повели, поддерживая, через лес к школе. Рома растерянно оглянулся: чуть в стороне от места его падения остался лежать в кустах брошенный им рюкзак.

Глава 6

Тайны древних символов

В изоляторе дети жили своей обычной жизнью, шутили, играли, делились с друзьями своими секретами. Трое старшеклассников тихо переговаривались в уголке. За столом друг напротив друга сидели Володя и Матвей, играя шашками в «Чапаева». Рядом с ними стояли Саша и Катя, с интересом наблюдая за игрой.

Володя сильно проигрывал: на его стороне осталось всего две шашки. Матвей радостно улыбался, предвкушая победу, и, в очередной раз старательно прицеливаясь, закусил губу и прищурил один глаз.

– О, как целится! – притворяясь расстроенным, воскликнул Володя. – Стреляй уже, одноглазый!

Дети засмеялись, а Матвей укоризненно посмотрел на Володю. Тот поднял руки, давая знать, что сдается, и подмигнул стоявшему рядом Саше. Матвей снова прицелился и щелкнул по шашке – та вылетела с доски, не задев фигуру Володи. Володя выпрямился, довольно потирая руки.

Куриленко, чуть в стороне, ходил туда-сюда, напряженно что-то обдумывая. Взгляд его упал на тумбочку одного из учеников. На ней в беспорядке валялись бумаги, книжки, ручки и несколько больших канцелярских скрепок. Куриленко прищурился и осторожно огляделся.

Володя все еще был занят игрой с Матвеем. Он сидел боком к Куриленко, глядя на шахматную доску. Тогда Куриленко медленно подошел к тумбочке, взял несколько скрепок и спрятал их в карман. Приняв беззаботный вид, он отошел в сторону. Володя, обернувшись на него, едва заметно нахмурился, но, ничего не заметив, продолжил игру с Матвеем.

Куриленко, беззаботно насвистывая мелодию, подошел к душевой. Прежде чем зайти, он обернулся к Володе. Убедившись, что тот на него не смотрит, он перестал насвистывать и проскользнул в душевую. Володя в это время разминал пальцы, хрустя костяшками в ожидании, пока Матвей расставит фигуры на доске.

– Надо было послать его и никуда не выходить, – недовольно буркнул проходивший мимо стола ученик. – Это общая душевая.

– С ним связываться – себе дороже, – не согласился с ним его одноклассник.

– Ребят, что за проблемы? – остановил их Володя, с подозрением нахмурившись.

– Да нас этот псих из душевой выгнал, – возмущенно рассказали ребята.

Володя быстро огляделся и заметил, что Куриленко нигде нет. Он встал со стула, стараясь ничем не выдать своего волнения, и кивнул на свое место Саше:

– Санек, прикроешь? У меня тайм-аут.

Саша с готовностью кивнул, сел на место Володи. А Володя быстро пошел к двери в душевую. Мальчики, которых выгнал из нее Куриленко, переглянулись и заинтересованно направились следом за ним, желая своими глазами увидеть, как Володя разберется с этим наглецом.

Володя подергал ручку двери душевой, но дверь оказалась заперта изнутри на щеколду. Он постучал, но в ответ ему была тишина, Куриленко не откликался. Тогда Володя постучал сильнее, а потом попробовал выбить дверь.

Слыша нарастающие удары, Куриленко раздраженно скривился, продолжая ковырять скрепкой в замке металлической решетки на окне. Замок наконец щелкнул, и Куриленко, довольно усмехнувшись, распахнул решетку, собираясь вылезти через окно.

В этот момент ему стало плохо. Перед глазами все помутнело, и он не удержался на ногах. Володя, с разбегу выломавший дверь плечом, ввалился в душевую и увидел Куриленко, который испуганно тер глаза, сидя на полу.

Володя быстро подошел к нему, сел на корточки, заглянул в лицо. Поняв, что у Куриленко приступ, он достал из кармана ампулу и отломил у нее кончик. Куриленко слепо протянул к нему руки, нащупал Володю и схватил его за воротник.

– Что за черт? – в панике крикнул он. – Я ничего не вижу!

Куриленко закашлялся и вытер рот рукой, на ней остались следы крови. Володя нахмурился, схватил Куриленко и силой влил ему в рот лекарство. Тот сопротивлялся, пытаясь вырваться, Володя отпустил его, Куриленко тотчас отполз в сторону. Зрение его прояснилось, и он в ужасе уставился на следы крови на своей руке:

– Сволочи, вы меня заразили! – с ненавистью крикнул он.

В дверях душевой стояли Матвей и другие ученики. Они с сочувствием наблюдали за Куриленко. А тот вдруг обмяк, потерянно глядя на Володю, и, не выдержав, зарыдал от отчаяния.

* * *

Девочки сидели в своей комнате, каждая на своей кровати, и делились сокровенным, девичьим. Дверь открылась, и в комнату вошла Мария с тремя комплектами постельного белья в руках. Положив белье на стул, попросила:

– Сами заправите, девочки? – Мария обвела их взглядом: Вика, Лиза и Женя согласно кивнули в ответ. Мария пошла к двери, но, внезапно вспомнив о чем-то, повернулась к Жене: – Жень, хотела тебя спросить. Ты этого… Куриленко из изолятора нигде раньше не встречала?

Девушка перестала улыбаться и заметно напряглась, но тут же взяла себя в руки и невозмутимо ответила:

– Нет. А почему вы спрашиваете?

Лиза с Викой заинтригованно переглянулись: откуда Женя может знать Куриленко? Мария, помявшись, ответила:

– Он странно на тебя реагирует.

– Может, я ему просто понравилась? – предположила Женя и непринужденно пожала плечами.

– Может быть, – скованно ответила Мария и ушла в задумчивости, кинув напоследок на девушку недоверчивый взгляд.

Женя нахмурилась, с напряжением глядя перед собой. Вика с Лизой, сочувственно наблюдая за ее выражением лица, понимающе переглянулись: кому нужен такой поклонник, как Куриленко, это же агрессивный и неадекватный человек, от которого можно ожидать только неприятностей.

* * *

Отказавшись идти в медицинский кабинет, чтобы обработать рану, Рома пошел к себе в комнату, а Максим с Андреем – на кухню. Максим заглянул в холодильник, достал из него две банки газировки, одну протянул Андрею.

В этот момент задняя дверь открылась, и в кухню зашел Харитонов с рюкзаком за плечами. Он был весь мокрый от пота, со следами грязи на лице. Заметив ребят, он недовольно скривился и пошел к противоположной двери через кухню.

– А ну стой, сволочь! – сквозь зубы крикнул Максим, кидаясь наперерез Славе.

Тот удивленно остановился, подлетевший к нему Максим толкнул его в грудь и с угрозой процедил:

– Если ты еще раз тронешь кого-нибудь из моих друзей, ты труп.

Андрей, подойдя к Славе сзади, сорвал с него рюкзак. Харитонов развернулся, готовый броситься на Андрея, но в этот момент Максим заломил ему руку и оттащил в сторону.

– Стой тихо, не дергайся! – повысив голос, предупредил Максим.

Андрей вытряхнул рюкзак, и на пол упали спортивная форма Славы и пара книжек. Андрей с недоумением посмотрел на них и на всякий случай пошарил в рюкзаке рукой. В этот момент на кухню с заднего двора зашла Мария.

– Андрей, Максим, вы что делаете? – строго спросила она, увидев скривившееся от боли лицо Славы, которому Максим по-прежнему заламывал руку.

– Он тут трафик краденого устроил! На Ромку напал! – в бешенстве объяснил Максим.

– Да не крал я у вас ничего! – возмущенно прервал его Слава. – И Ромыча не трогал!

– Слава весь день мне помогал, – вступилась за него Мария. – Таскал белье для дезинфекции, а потом генератор чинил вместе с завхозом.

– Во-во, отбывал наказание Галины Васильевны, – поддакнул Харитонов. – С вашей подачи, между прочим.

Андрей с Максимом изумленно переглянулись, поняв, что на Рому напал кто-то другой. Максим отпустил руку Славы, тот потер ее, усмехнувшись:

– Готов выслушать извинения.

– Губу закатай, – грубо ответил ему Максим и кивнул Андрею.

Они вместе вышли из кухни. Харитонов нервно собрал свои вещи обратно в рюкзак. Мария растерянно посмотрела вслед ребятам, затем пошла в изолятор к Володе. Подойдя к двери, она заглянула в окно и увидела, как пришедший в себя после приступа Куриленко сверлит Володю злобным взглядом.

Заметив в окне лицо Марии, Володя подошел к двери. Мария смотрела на него через стекло влюбленным глазами, едва сдерживая слезы и старательно улыбаясь при этом.

– Привет. Ужасно рад тебя видеть, – с нежностью сказал Володя.

– Я тоже рада, – ответила женщина, кивнув. – Просто я очень скучаю. – Поймав пристальный взгляд наблюдающего за ними Куриленко, Мария вмиг помрачнела. – Володя, я прошу тебя, будь осторожней, – попросила она.

– Не волнуйся, у меня все под контролем, – уверил ее он и спросил: – Ты разговаривала с Женей? Она знает Куриленко?

– Говорит, что раньше его не видела, – с сомнением ответила Мария. – Но когда я ее спросила, она как будто растерялась.

Володя нахмурился и снова повернулся к Куриленко, пытаясь разгадать, что за секрет тот скрывает. А Куриленко с невозмутимым видом барабанил пальцами по спинке кровати, следя за играющими в шашки детьми.

* * *

В подземелье продолжали разбор завала. Едва державшегося на ногах Кирилла сменила Лариса. Виктор выдалбливал камни киркой, Лариса складывала их в тачку. В подземелье было очень жарко, и Лариса, сняв шейный платок, положила его на бутылки с водой, стоявшие у стены.

Вновь присоединившийся к группе спасателей Павел яростно продолжал разбирать завал. Он тяжело дышал, было заметно, что сил у него почти не осталось. Виктор протянул ему бутылку с водой, тот с жадностью к ней припал.

– С момента завала сколько времени уже прошло? – спросил вдруг Раевский.

– Почти шестнадцать часов, – ответил Виктор, посмотрев на часы.

Раевский переглянулся с Виктором и Ларисой, они понимали, что шансы найти Вадима с Еленой живыми очень малы. Заметив их переглядывание, Павел занервничал:

– Вы что хотите сказать? Что все бесполезно?

– Паш, мы будем продолжать копать, – успокаивающе произнес Виктор. – Но надо быть готовым ко всему.

– Тихо! – вдруг попросила Лариса, прислушиваясь.

Она быстро подошла к завалу и приложилась ухом к камням. Все замолкли. Издали донесся едва слышный стук.

– Вы слышите? – взволнованно спросила Лариса, оборачиваясь к мужчинам.

– Я же говорил: она жива! – радостно воскликнул Павел.

Все кинулись разбирать завал с удвоенной силой. Виктор, Раевский и Лариса убирали в сторону мелкие камни, а Павел схватился за крупный камень в глубине завала, пытаясь вытащить его оттуда.

– Вить, помоги, – попросил он, кряхтя от натуги.

Виктор и Раевский кинулись к нему. Раевский поддел камень ломом и навалился на него, используя его как рычаг. Камень поддался, и Виктор откатил его в сторону. Павел заглянул в образовавшийся пролом.

– Лена! – взволнованно позвал он.

В проеме кто-то зашевелился. Павел вынул зажигалку, чиркнул ею. В проеме появился Вадим. Павел подхватил его за плечи и вытащил наружу. Вадим тяжело дышал, глядя вокруг мутным взглядом. Павел напряженно посмотрел на него и с тревогой спросил:

– А Лена? Где Лена?

– Она там, без сознания, – слабым голосом ответил Вадим и облизнул пересохшие губы.

Павел кинулся к пролому и прополз в него, Раевский полез следом за ним. Виктор протянул Вадиму бутылку воды, тот стал жадно пить. Наконец Павел и Раевский осторожно вытащили из завала Елену и положили ее на землю.

– Лена, держись! Все будет хорошо! – с чувством произнес Павел, гладя женщину по лицу.

Лариса подошла к ней, проверила пульс, посмотрела, нет ли серьезных повреждений, и заметила повязку на ноге. Остальные с волнением наблюдали за ее действиями.

– Она жива, но у нее травма ноги, – сказала Лариса и кивнула на стройматериалы. – Надо сделать носилки.

В этот момент Елена пришла в себя. Она приоткрыла глаза, слабо вздохнула и едва слышно произнесла:

– Паша…

– Все позади, Лена, – сказал Павел, чуть не плача от радости. – Я с тобой, все хорошо.

Лариса подошла к Вадиму, чтобы осмотреть его.

– У вас есть травмы? – спросила она.

– Обошлось, – отмахнулся Вадим.

– Вадим Юрьевич, – вдруг ошеломленно произнесла Лариса, – вы поседели…

Вадим в шоке смотрел на нее. Виктор и Раевский, делавшие носилки, обернулись на Вадима и замерли, пораженные. На его висках действительно была седина. Окружившие его призраки приплясывали от восторга в воздухе, словно мотыльки.

* * *

Леша шел по холлу, когда заметил идущую в библиотеку Вику. Он тут же направился к ней.

– Вика! – окликнул он и, подойдя к остановившейся девушке, спросил с улыбкой: – Все гуляют, а ты в библиотеку?

– Боюсь, мозги заржавеют, – в тон ему ответила она.

– Ты не перестаешь меня удивлять, – признался Леша. – И красивая, и умная – разве так бывает?

Вика, смутившись, вошла в библиотеку, Леша зашел следом за ней. За столом сидел Андрей, обложившись книгами. Он сосредоточенно листал какой-то словарь.

– Не много ли книг для одного вечера? – дружелюбно спросил Леша.

– «Тайны древних символов», – прочитала Вика на заглавном листе лежавшей на верху стопки книги. – Думаешь, за одним из тех символов дверь?

– Да. Другой зацепки у нас все равно нет, – с досадой сказал Андрей. – Только я ни черта не могу вспомнить. Они тут все похожи, – он ткнул пальцем на один из символов – руну «Феху» и уверенно сказал: – Вот эта закорючка там была, точно.

Леша отрицательно покачал головой и показал на другой, совсем немногим отличающийся символ – руну «Ансуз»:

– А мне кажется, вот эта.

– Не знаю, они так похожи, – с сомнением протянула Вика, переводя взгляд с одного символа на другой.

– Мы так долго можем гадать, – нетерпеливо сказал Андрей. – Надо нам еще раз спуститься туда и все сфотографировать, – он решительно поднялся со стула. – А потом уже сидеть и расшифровывать!

Вика с готовностью закивала, Леша тоже согласился идти с ними. Андрей закрыл книги, и ребята вышли из библиотеки, направившись сперва за фотоаппаратом.

* * *

В лесу возле ограждения дежурил тот самый солдат, за которым наблюдали днем Максим с Андреем, когда он подавал кому-то в школе сигнал-морзянку. Это был молодой брюнет по фамилии Пахомов. Он неспешно прогуливался вдоль забора, как вдруг услышал шаги и вскинул автомат.

– Кто там? – окликнул он.

Всматриваясь в заросли, он разглядел чей-то силуэт и вздернул затвор автомата. Но едва вышедший из кустов человек приблизился к забору, Пахомов опустил автомат.

– А, это ты, – сказал он. – Что так долго?

– Раньше не мог, – извиняющимся тоном произнес ему в ответ Рома, то и дело испуганно озираясь и придерживая рукой ремень висящего на плече рюкзака. – Вы принесли то, что я просил?

– Нет, приятель, сначала ты покажи, что у тебя есть, – усмехнулся Пахомов.

Рома недоверчиво посмотрел на солдата, но, понимая, что у него нет выбора, перекинул рюкзак через ограждение. Пахомов присел на корточки и с интересом стал рассматривать содержимое рюкзака – деньги, мобильный телефон, кольцо, браслет… Затем переложил вещи к себе в карманы.

Достав из-за пояса небольшой сверток, он кинул его через ограждение Роме. Тот поймал сверток и развернул его – это был пистолет. Парень проверил – патронов в нем не оказалось.

– Пистолет не заряжен! – с возмущением сказал он.

– Парень, ты хотел пистолет – ты его получил, – усмехнулся Пахомов. Заметив растерянность на лице Ромы, ободряюще сказал: – Иногда его достаточно просто показать, уж поверь мне.

Рома понуро вертел в руках пистолет, чувствуя себя обманутым. Пахомов спросил сочувствующе:

– Ты ж еще пацан совсем, когда успел врагов нажить?

– Это не для врагов, – задумчиво ответил Рома. – Это для друзей.

– Так это друзья тебя уделали? – удивленно спросил Пахомов, кивнув на рану на Роминой голове.

Парень молча смотрел на Пахомова, вспоминая, как быстро шел по лесу с рюкзаком, торопясь на встречу с Пахомовым, который все утро подавал ему знаки. Рома настороженно оглядывался, но за ним никто не следовал, и он несколько успокоился.

Повернув к виднеющемуся за ограждением Пахомову, он подходил все ближе, готовясь выйти из-за кустов, но, оглянувшись в последний раз, на всякий случай, присел и спрятался за деревом, заметив бегущих в его сторону Макса с Андреем.

Рома затравленно озирался, понимая, что попался, и лихорадочно пытаясь найти выход из положения. Заметив лежащий на земле камень, он стянул с плеч рюкзак и забросил его в кусты, а сам схватил камень и, прикрыв глаза, ударил себя по голове…

Подняв глаза на смотрящего на него с интересом Пахомова, Рома решительно спросил:

– Что вы хотите за пять патронов?

– Не знаю, – усмехнулся Пахомов и перебросил Роме рюкзак. – Удиви меня.

Парень молча поймал рюкзак. Задумавшись, надел его на плечи. Затем утвердительно кивнул Пахомову и пошел по направлению к школе.

* * *

Лариса, получив через военных экспериментальное лекарство для Даши, пришла к ней в комнату, чтобы сделать первую инъекцию. Она поставила на подоконник коробочку с пузырьками с лекарством, проколола иглой шприца крышку одного из пузырьков с белым порошком и ввела физраствор, чтобы порошок растворился.

Встряхнув пузырек, Лариса набрала раствор в шприц и подошла к Даше. Та сидела в постели, обнажив правое плечо и решительно глядя на Ларису. Введя лекарство в плечо, Лариса протерла место укола ваткой. Даша поморщилась от сильной боли.

– Теперь ложись и, по крайней мере, полчаса не вставай. Может быть озноб, головная боль, рвота, – предупредила Лариса.

Даша легла и укрылась одеялом. Лариса выбросила шприц и пустой пузырек в мусорное ведро у двери.

– Что ж, завтра укол повторим, – сказала она. – И не забывай пытаться шевелить пальцами ног. Твоя задача – посылать сигнал из мозга, поняла? Очень сильный сигнал! А ноги сами разберутся, что им делать.

– Поняла, – произнесла девушка, улыбнувшись, затем откинула одеяло со ступней и пристально посмотрела на пальцы ног – однако они остались неподвижны. Даша огорченно взглянула на Ларису.

– Упражняйся по десять минут каждый час, пока мы колем первый курс, – посоветовала Лариса. – И не жди быстрых результатов.

Она вышла, оставив коробку с лекарством на подоконнике. Даша снова пристально посмотрела на свои ноги, словно пыталась загипнотизировать их. Пальцы по-прежнему не двигались.

* * *

Виктор шел по подземелью к завалу, неся на плече новую опорную балку. Положив ее возле завала, с печалью и задумчивостью дотронулся рукой до камней. Где-то там, на нижнем уровне подземелья, были его сестра и племянница…

Встряхнув головой, чтобы собраться с мыслями, он внимательно осмотрел завал и стал проверять балки на прочность, желая убедиться, что все держится и ничего не обвалится. Одна из балок недалеко от проема показалась ему подозрительной, Виктор остановился и посветил на нее фонариком.

Заметив на балке косой свежий спил, он посветил на другую. Соседняя балка тоже была подпилена. Виктор встревоженно распрямился и стал проверять все балки подряд, скользя по ним лучом фонаря. За его спиной раздался голос Раевского:

– Похоже, кто-то подпилил балки.

Виктор вздрогнул от неожиданности и обернулся. Раевский поставил на землю еще одну принесенную новую балку и внимательно изучил обнаруженный Виктором надпил, затем с задумчивостью посмотрел на Виктора.

– Хотите сказать, обвал был подстроен? – спросил Виктор.

– Без сомнения, – уверенно сказал Раевский. – Кто-то очень не хочет, чтобы мы нашли вакцину.

Он выразительно смотрел на Виктора, а тот стоял с напряженным выражением лица, понимая, что они столкнулись с очередной проблемой, а их и так было немало.

* * *

На этот раз в шестиугольную комнату спустились только трое из друзей: Андрей, Вика и Леша. Рома где-то задержался, Лиза была не в настроении, а Макс пообещал подойти попозже.

Леша первым делом включил два висевших на стене фонаря. Один фонарь взял в руки он сам, другой сняла со стены Вика. Ребята осмотрелись.

Леша подошел к одной из стен и осветил ее, чтобы Андрей имел возможность сфотографировать выбитые на ней знаки и символы. Тот сфотографировал и подошел к Вике, освещавшей другую стену.

– Какие-то крестики, цветочки, сердечки, – пробормотал он, увидев знаки на ней, и хмыкнул: – По ходу, у того, кто это рисовал, с личной жизнью было не все в порядке.

– А это знаки Венеры и Марса, – указала Вика на нарисованные на круге символы.

– Насколько я помню, они символизируют мужское и женское начала, – сказал Леша, подходя к ним.

– По ходу, у немцев тут не мистические ритуалы были, а любовные, – иронично заметил Андрей.

Все вместе они подошли к следующей стене, Андрей сфотографировал ее. Внимание Леши привлек стилизованный круг с лилией в центре стены. Круг был немного выдвинут из стены, отчего напоминал большую каменную кнопку.

Леша попытался нажать на круг, но у него ничего не вышло. Тогда он попробовал повернуть его по часовой стрелке. К его изумлению, круг медленно повернулся. Леша показал на него Вике с Андреем и заинтригованно заметил:

– Интересная штуковина. Напоминает древний кодовый замок. По идее, он должен вращаться и открывать дверь.

– Не похоже, что здесь есть какая-то дверь, – с сомнением сказал Андрей, окидывая взглядом стену.

– Должна быть, раз есть замок, – убежденно возразил Леша и указал на аналогичные замки еще на двух стенах: – И может, даже не одна.

– Может, это какая-то загадка? – предположила Вика, разглядывая буквы, выбитые на круге.

– Во всем этом должна быть какая-то логика, – с уверенностью поддержал ее Леша.

– В таком случае, мы ее найдем, – решительно заявил Андрей, закончив фотографировать, – и откроем все двери, какие тут есть.

Он окинул комнату напоследок взглядом, в котором сквозила решимость победителя. Андрей понимал, что от него зависят жизни его родителей и сестры, ставших заложниками обвала, и, возможно, именно ему, а не Виктору суждено было стать их освободителем.

* * *

На землю опускалась ночь. В лесу уже стемнело, и лишь из колодца лился тусклый свет. В нем, на глубине примерно полутора метров, человек в куртке и капюшоне долбил лопатой твердую землю, изредка выбрасывая из колодца наружу комки грунта и песок.

На мгновение остановившись, человек устало вытер пот со лба. Если бы кто-то заглянул в тот момент в колодец, то в слабом свете фонаря, укрепленного на стене колодца, он смог бы узнать в неизвестном Войтевича, на лице которого были написаны сосредоточенность и решимость, граничащие с безумием.

Глава 7

Провалы в памяти

Утренние лучи солнца стыдливо скользили по лицам Максима и Лизы. Они лежали обнявшись в пустующей комнате одного из преподавателей, на кровати, прямо на покрывале, укрывшись простыней.

– Мне кажется, я запомню это на всю жизнь, – тихо сказала Лиза.

– Иди ко мне, – с улыбкой откликнулся Макс, притягивая ее к себе, – хочу запомнить тебя получше.

– Подожди, – попросила Лиза, отстраняясь, – хочу тебе кое-что подарить, – она сняла со своей шеи кулон в виде сердечка и протянула его Максиму. – Этот кулон мне мама подарила перед операцией… чтобы он мне помог, – серьезно произнесла она. – Теперь я хочу, чтобы он оберегал тебя.

– Пусть теперь кто-нибудь попробует сказать, что у меня нет сердца, – растроганно произнес Максим, надевая кулон себе на шею. – Обещаю, он всегда будет со мной.

Максим серьезно посмотрел девушке в глаза, затем поцеловал ее. От раздавшихся за дверью шагов они оба вздрогнули, Лиза отстранилась от Максима.

– Кажется, народ начинает просыпаться, – немного нервничая, сказала она. – Надо идти.

– А я думаю, надо остаться, – возразил Максим шутливо и опять привлек ее, потянувшуюся было к одежде, к себе. Лиза засмеялась, она чувствовала себя совершенно счастливой. Они поцеловались долгим поцелуем влюбленных, которые хотели прожить друг с другом всю жизнь.

* * *

Женя вышла из своей комнаты с полотенцем, накинутым на плечо. Под ее глазами были темные круги, словно она не спала всю ночь, на лице была написана тревога. Войдя в душевую, она увидела Свету Тимофееву, красящую ресницы перед зеркалом.

– Доброе утро, – машинально сказала она.

– Доброе, – откликнулась Света, с подозрением отметив изможденное лицо Жени. – Ну и видок у тебя. Не заболела случайно?

– Не выспалась просто, – объяснила Женя, встала около раковины, включила воду и оперлась на раковину руками.

Она ополоснула лицо и задумчиво посмотрела в зеркало. На нее нахлынули воспоминания, мучившие ее всю ночь, от которых она так старательно пыталась избавиться…

Тем поздним вечером она с подругой возвращалась с вечеринки, обе были нарядно одеты, в приподнятом настроении. Людей на улицах уже не было, но подруг это не пугало, они вообще не обращали на это внимания, будучи уверенными в себе, хотя кое-кто назвал бы это легкомысленностью.

– Зачетная тусовка, – сказала Женя, остановившись у поворота в свой двор. – Ее даже те двое придурков не испортили.

– Ну ты их круто отшила, Жень, – признала ее подруга. – Бедняги. У них теперь на всю жизнь комплекс останется – будут бояться к девчонкам подходить.

Они засмеялись, и Женя, оглянувшись в сторону своего двора, с сожалением сказала:

– Ладно… до завтра.

– Пока, – весело ответила подруга и чмокнула ее в щечку на прощание.

Женя проводила взглядом подругу, уходящую, что-то напевая, все дальше, затем и сама пошла к своему дому. Фонари в ее дворе не горели, поэтому Женя, глядя в темноту, испуганно поежилась, но все же направилась к своему подъезду.

Достигнув подъездной двери, она уже собиралась ее открыть, но не успела: кто-то сзади грубо толкнул ее, прижав к двери. Этот кто-то развернул Женю к себе, и она увидела перед собой Куриленко.

Одной рукой он удерживал ее, второй зажимая ей рот. Она смотрела на него широко раскрытыми от ужаса глазами, не понимая, чего он от нее хочет. Она и хотела бы крикнуть, но не могла.

– Что, киска, думала, так легко от меня избавишься? – тихо спросил Куриленко и с угрозой произнес: – Теперь поговорим по моим правилам.

В этот момент позади него раздался лай. Куриленко с досадой обернулся: к подъезду шел мужчина, ведя на поводке большую собаку.

– Ладно, живи пока. Все равно никуда не денешься, – злобно сказал Куриленко. – Я приду за тобой. И рядом не будет никого, кто бы тебе помог.

Он исчез в темноте, и Женя какие-то секунды еще стояла, тяжело дыша, стараясь прийти в себя от страха. Даже сейчас, просто вспомнив тот вечер, она сильно побледнела, напряженно глядя на свое отражение в зеркале.

Женины воспоминания прервал надрывный кашель Светы. Женя обернулась: у Светы из пальцев выпала и укатилась в раковину помада, которой девушка красила губы, сама Света, опершись одной рукой о раковину, второй прикрыла рот, словно пытаясь сдержать кашель, не дать ему вырваться наружу.

Когда приступ стих, Света посмотрела на свою ладонь – на ней была кровь. Испугавшись, девушка поспешно смыла кровь водой и попыталась принять непринужденный вид.

– У тебя кровь, – заметила Женя, глядя на ее губы.

– Да фигня, – жалко улыбнулась Света, – просто помадой испачкалась! – Она подняла из раковины губную помаду и показала Жене.

– Свет, я могу отличить кровь от помады, – сухо прервала ее Женя и пошла к двери. – Никуда не выходи. Я сбегаю за Ларисой Андреевной.

– Женя, не надо, прошу тебя! – в отчаянии, быстро-быстро произнося слова, стала умолять ее Света. – Я здорова, серьезно! Ну закашлялась один раз – что тут такого? Пожалуйста, Жень! Я не хочу в изолятор!

– Света, ты заразилась этим вирусом, – непреклонно ответила Женя. – Я не могу сделать вид, что все в порядке. Оставайся здесь.

Не дав Свете времени опомниться, Женя выскочила из душевой и захлопнула за собой дверь. Света тут же в отчаянии забарабанила в нее с другой стороны. Женя держала дверь со стороны коридора, не давая девушке выйти. Остановив проходившего мимо Славу, Женя предупредила его:

– У нас еще одна зараженная, – она кивнула Славе, указывая на душевую, и попросила: – Подержи дверь, а я приведу Ларису Андреевну.

Слава послушно навалился на дверь вместо нее, и Женя торопливо ушла. Парень крепко держал дверь, но тут услышал удары и всхлипывания с той стороны.

– Пожалуйста… Открой дверь…

Слава поменялся в лице, узнав Светин голос. Он тут же распахнул дверь и увидел сидящую на полу, прислонившись к стене, девушку.

– Светка?.. – пораженно произнес он.

Света подняла на него заплаканное лицо, протянула к нему руки. Слава смотрел на нее совершенно ошарашенно. Одежда Светы была перепачкана кровью, вид у нее был загнанный, жалкий. Слава помог ей подняться и бережно прижал к себе.

Прошло совсем немного времени, когда в жилом коридоре показались торопливо направляющиеся к душевой Лариса, Женя и Виктор. Лариса почуяла неладное, издалека увидев, что дверь душевой открыта нараспашку.

Войдя внутрь, они никого не обнаружили. Лариса проверила туалетные кабинки, предполагая, что Света может прятаться в одной из них, но и там девушки не оказалось. Виктор увидел следы крови на полу и на раковине и нахмурился. Женя растерянно стояла у двери.

– Вон они! – воскликнул Виктор, выглянув в окно и заметив пересекающих двор Славу со Светой. – Убегают!

Виктор сорвался с места, за ним из душевой выбежали Лариса с Женей. Когда они, пробежав через всю школу, выскочили во двор, Слава со Светой уже стояли возле ворот. Света, опять закашлявшись, согнулась пополам.

– Не могу… тяжело дышать… – сдавленным голосом произнесла она, ловя ртом воздух.

– Светка, держись, – подбадривал ее Слава, разматывая цепь на воротах. – Нам главное-за ворота выйти, а там в лесу затеряемся, они нас не найдут.

Вдруг, подойдя сзади, кто-то заломил ему руки. Харитонов попытался вырваться, но его крепко держали.

– Ты что творишь? Совсем рехнулся? – раздался у него над ухом голос Вадима.

К воротам подоспели Виктор, Лариса и Женя, они сразу направились к Свете, а та, рыдая, отступала к воротам.

– Я никуда не пойду! Я не хочу в изолятор! – истерично повторяла она.

– Я понимаю, тебе страшно, – мягко сказал ей Виктор. – Но побегом из школы проблему не решишь. Тебе нужно каждый день принимать лекарство, иначе ты не выживешь.

Виктор протянул Свете руку, и она обреченно пошла ему навстречу. Слава с болью смотрел на нее. Лариса кинула на Виктора полный уважения взгляд – самой бы ей навряд ли удалось переубедить Свету.

Женя с Ларисой повели всхлипывающую девушку в изолятор, а Слава снова попытался вырваться. Однако Вадим не ослаблял хватку, и парню это не удалось. Тогда он в отчаянии закричал в лицо Виктору:

– Хватит заливать про чудо-лекарство! Вы просто отправили ее умирать!

– Послушай, Слава, мы тут не в игрушки играем! – взорвался Виктор. – Или ты думаешь, что карантин и военные – это все для развлечения?

Харитонов, прекратив вырываться, растерянно смотрел на Виктора. Тогда Вадим отпустил его и язвительно заметил:

– Включай хоть иногда свой мозг! Иначе я не ручаюсь за последствия, – добавил он со значением.

Харитонов понуро кивнул, показывая, что он все понял. Виктор ушел. Вадим, многозначительно посмотрев на Славу, пошел за ним следом. Харитонов проводил его озлобленным взглядом.

* * *

В это время на кухне за столом на детском стульчике сидел Игорек. Галина Васильевна кормила его с ложечки, а Тася с Алисой наблюдали за этим. Вошедший Павел показал Галине очередную сломанную лопату, проворчав:

– Китайский знак качества…

– Опять лопата сломалась? – спросила Галина, продолжая кормить Игорька. – Ты к Семену Андреичу зайди, он тебе починит.

– А зачем вам лопата? – с любопытством спросила Тася.

– Как зачем? – Павел обменялся с Галиной растерянными взглядами и непринужденно ответил: – Чтобы копать.

– А что копать? – подхватила Алиса.

– Клад, – нашелся Павел, сочиняя на ходу. – Хочу найти сокровище.

– Так, девочки, хватит на сегодня расспросов, – недовольно прервала его Галина, заметив заинтригованные лица девочек. – Идите, поиграйте.

Девочки послушно вышли, а Галина неодобрительно посмотрела на Павла: мог бы придумать объяснение получше. Ей, как никому другому, было известно, что с этими девочками лучше было держать язык на привязи, – из-за их склонности преувеличивать любую новость они вечно вляпывались в какие-нибудь приключения.

* * *

Вика с Лешей сидели за столом в библиотеке, пытаясь расшифровать значение символов и знаков, выбитых на стенах в шестиугольной комнате. Перед ними лежало множество распечаток фотографий, сделанных ночью, а также книги по символике, искусствоведению, сборник цитат на латыни…

Их расследование затормаживало то, что они никак не могли собрать все эти знаки воедино, привести их к общему знаменателю. Значение каждого символа по отдельности еще можно было понять, но вот что их связывало – оставалось для ребят загадкой.

В библиотеку вошли Рома и Андрей. Рома взял в руку листок с изображением зодиакального знака Овна, выбитым над одной из дверей, Андрей – одну из распечаток с надписью латинскими буквами над другой дверью.

– Ну как, что-нибудь выяснили? – спросил Рома.

– Пока нет. Присоединяйтесь, – ответила Вика.

– Вик, ты у нас спец в латыни. Что это значит? – спросил Андрей, протягивая Вике листок с надписью «CANTABIT VACUUS CORAM LATRONE VIATOR».

– Ну… если переводить по словам, получается что-то вроде «Путник без багажа поет, даже повстречав разбойника», – перевела Вика.

– Слушайте, а что, если кодовое слово не в символах, а в этой надписи? – предположил Леша.

– Надо попробовать набрать каждое из этих слов, – согласился Андрей.

– Сегодня вечером и попробуем, – подвела итог Вика. – Леша, ты с нами?

– Конечно, – ответил ей парень, улыбнувшись.

Рома с Андреем пошли к выходу. Вика, смутившись, направилась за ними. Леша задержался в библиотеке, чтобы собрать распечатки. Когда он вышел из библиотеки с распечатками в руках, на него нечаянно налетел Денис, игравший в холле в догонялки с Лилей.

– Прости, я тебя не заметил, – сказал Леша и нагнулся, чтобы поднять с пола распечатки, выпавшие при столкновении у него из рук.

– Ну да, какая-то мелочь под ногами шляется, – иронизируя, ответил Денис, потирая ушибленный лоб.

– Ой, как интересно, – произнесла Лиля, с любопытством разглядывая знаки на бумагах.

– Смотри, это твой символ, – проговорил Леша, показав Лиле один из листков с изображением лилии на полу шестиугольной комнаты. – Лилия – древний символ чистоты и надежды.

Лиля смущенно покраснела. Леша собрал бумаги и ушел. А Денис, глядя ему вслед, весь кипел от ревности и досады. Между тем Лиля заметила один из листков, оставленных Лешей на полу, с изображением ящерицы.

– «Древний символ чистоты и надежды», – передразнил Лешу Денис. – А у него какой символ? Козла?

– Не знаю, какой у Леши, – откликнулась Лиля, показывая Денису листок, – а у тебя – сто процентов этот. Символ вредности и хамства.

Девочка побежала догонять Лешу, чтобы вернуть ему листок. Денис посмотрел ей вслед с досадой. Еще не хватало, чтобы подруга бегала за этим Лешей. Надо было бы – сам бы вернулся за своим листком и в другой раз сто раз подумал бы, прежде чем щеголять своими знаниями.

* * *

Тем временем Мария в марлевой повязке на лице привела в больничный блок заплаканную Свету. В руках у Светы был небольшой пакет с одеждой, у Марии – стопка чистого белья. Мария открыла дверь в изолятор и вошла вместе с девушкой.

Увидев Куриленко, Света вся сжалась от страха и отвращения. К счастью, ее увидела со своей кровати другая старшеклассница и тут же подскочила с приветливой улыбкой:

– Наконец-то я тут хоть с кем-то смогу нормально поговорить! – радостно затараторила она и повела Свету к свободной кровати. – Пошли, расскажешь последние сплетни.

Мария радостно потянулась к подошедшему к ней Володе, но затем, заметив пристальный взгляд Куриленко, спохватилась и передала Володе мешок с бельем:

– Вот то, что ты просил, – сообщила она вполголоса.

Володя заглянул в мешок. В нем среди белья лежал пистолет. Мужчина удовлетворенно кивнул, а Куриленко со своей кровати внимательно смотрел на мешок в его руках.

* * *

В это время Галина, войдя в пустую кухню, услышала какие-то шуршащие звуки со стороны подсобки. Она открыла дверь и увидела своего внука. Денис грыз шоколадку, но казалось, ему не доставляло это ни малейшего удовольствия, он был мрачнее тучи.

– Очаровательно, – усмехнулась Галина. – И что ты тут делаешь?

– Ем, – буркнул Денис.

– Шел бы во двор, – посоветовала Галина, перебирая предметы на полках. – Лиля с Сережей уже там. Леша какую-то игру затеял… Все носятся как угорелые.

– Ну и пусть себе носятся, – взорвался Денис при одновременном упоминании имен Леши и Лили. – А мне и здесь хорошо! – Он взмахнул рукой и уронил с полки какую-то шкатулку с мелкими вещицами – по полу разлетелись брошки, пуговицы, фотографии.

– Что ты разошелся? – сердито спросила Галина. – Хочешь сидеть тут, сиди. Только вещи мои разбрасывать необязательно.

– Как будто я нарочно, – с досадой ответил Денис.

– Будь добр, убери все на место, – строго потребовала Галина и вышла.

Оставшись один, Денис сел на корточки и стал собирать вещи обратно в шкатулку. Его внимание привлек небольшой серебристый медальон. Денис с интересом взял его в руки: на медальоне был выгравирован символ лилии – такой же, как на листе, который Леша показывал Лиле.

Денис быстренько сгреб оставшиеся вещи в шкатулку, а медальон, еще раз внимательно рассмотрев, сунул к себе в карман. После чего он убрал шкатулку обратно на полку, с которой та свалилась и, довольный находкой, вышел из подсобки.

* * *

В это время к блокпосту военных подошли Виктор с Раевским. По ту сторону шлагбаума немедленно, словно чертик из табакерки, возник Бессонов. Раевский достал рацию и твердо сказал:

– Лейтенант, нам нужен полковник Фролов.

– Ничем не могу помочь, – сухо отказал Бессонов. – Полковник уехал в расположение части.

– Тогда доложите ему, что у нас ситуация по коду двенадцать – двадцать четыре, – жестко приказал Раевский. – Вы меня поняли?

– Так точно, – ответил заметно напрягшийся Бессонов. – Я передам ваше сообщение.

Раевский кивнул. Бессонов тотчас скрылся за палатками. Виктор взглянул на Раевского с уважением.

Вскоре к блокпосту подъехал военный джип. Из него вышел полковник Фролов – мужчина лет шестидесяти пяти, невысокого роста, поджарый, с очень сосредоточенным выражением лица. Он тут же взял услужливо протянутую Бессоновым рацию и сухо сказал:

– Я слушаю вас, майор.

– Товарищ полковник, у нас проблемы с разбором завала в подземелье, – с уважением в голосе проговорил Раевский.

– Уверяю вас, мы делаем все возможное, чтобы вакцина была синтезирована вовремя, – спокойно ответил Фролов.

– Положение очень серьезное, – выразительно произнес Раевский. – Нам нужна взрывчатка, чтобы расчистить проход.

– Взрывчатка? – удивленно спросил Фролов. – Вы понимаете, о чем просите?

– Понимаю. И не стал бы просить, если бы ситуация не была чрезвычайной, – уверил его Раевский.

– Нет, невозможно. Это слишком большой риск, – покачал головой Фролов, и Виктор, с волнением наблюдавший за переговорами, отметил про себя, что лицо этого полковника чем-то напоминает коршуна – то ли крючковато загнутым носом, то ли суровым, хищным выражением.

– Раньше я никогда не подводил вас, товарищ полковник, – весомо сказал Раевский, пристально глядя на Фролова. – Даю вам слово, что мы используем взрывчатку только в подземных помещениях.

– Под вашу личную ответственность, майор, – вынес решение Фролов, помедлив.

– Так точно, товарищ полковник, – ответил Раевский, согласно кивнув.

Раевский был очень доволен, что все удалось. Виктор смотрел на него с растущим чувством уважения. Кто бы мог подумать, что этот военный, случайно оказавшийся в оцеплении и бывший сейчас в положении оккупанта, не просто пойдет им навстречу, но будет делать все возможное, чтобы решить их проблему.

* * *

Максим в своей комнате переодевался после душа. Больше в комнате никого не было – Андрей в это время бродил по лесу, собирая цветы для Даши, а Рома свинтил куда-то по своим делам. Максим стоял голый по пояс, когда в комнату зашла Лиза.

– Ну что, идем гулять? – оживленно спросила она, подходя к нему.

– Щас, только закончу тут с одним делом… – таинственно произнес Макс и привлек ее к себе.

Лиза охнула, в одно мгновение оказавшись на его коленях. Они поцеловались, и девушка отстранилась, улыбаясь. Но вдруг лицо ее изумленно вытянулось.

– А где мое сердечко? – удивленно протянула она.

– Сердечко?.. – непонимающе переспросил Макс.

– Ты же сказал, что никогда с ним не расстанешься… – напряженно напомнила она.

– Твое сердечко я похитил, – шутливо сказал Макс, не понимая, о чем она говорит. – Но взамен могу предложить свое. Оно, конечно, не такое нежное…

– Макс, где кулон, который я тебе подарила? – прервав его, сердито спросила Лиза.

Максим напряженно замер, только теперь сообразив, что Лиза не шутит. Он никак не мог вспомнить, о каком кулоне речь, но попытался не подать виду, что память его подвела, и стал искать под обиженным взглядом Лизы на тумбочке, в шкафчиках, на столе.

– Да все с ним в порядке, – успокаивающе пробормотал он. – Я просто в душ ходил, снял. Может, Андрюха переложил или Ромыч…

– Если для тебя это ничего не значит – так и скажи, – едва не плача от обиды, заявила Лиза. – И не надо тут целый спектакль устраивать.

Девушка быстро вышла из комнаты, а Макс с досадой ударил кулаком по тумбочке. Ладно бы он не помнил, куда он положил кулон перед тем, как пойти в душ. Проблема была гораздо серьезнее: он вообще не помнил, как выглядел этот кулон, и даже больше – у него из памяти вылетело даже то, что Лиза сделала ему этот подарок…

* * *

В это время так не вовремя пропавший кулон красовался на ладони у Ромы. Он протягивал его в сторону ограждения, по другую сторону которого стоял Пахомов, и убежденно говорил:

– Чувак, это белое золото. Можно толкнуть за нормальные бабки!

– Положи около заграждения и отойди, – приказал Пахомов.

Рома положил кулон на землю как можно ближе к проволочной сетке и сделал пару шагов назад. Пахомов приблизился, поднял кулон и с интересом его рассмотрел. Затем он с довольным видом сунул его к себе в карман, достал из кармана одну пулю и бросил ее Роме.

– Эй! Что за прикол? – возмущенно спросил тот, с недоумением глядя на Пахомова.

– Одна вещь – одна пуля, – спокойно ответил Пахомов, пожав плечами, и сделал вид, что собирается уходить.

– Подожди! – остановил его Рома.

Порывшись в карманах, он достал сережки и кольцо Анны, подошел к заграждению и положил их на землю, после чего вновь отошел. Пахомов вернулся, подобрал украшения.

– Они золотые, с жемчугом, – с надеждой сказал Рома.

Пахомов убрал их в карман и бросил Роме одну за другой три пули. Затем, помедлив, он добавил к ним еще одну, в качестве бонуса. Подобрав пули, Рома сложил их на ладони: теперь их было пять. Парень решительно убрал их в карман.

* * *

Между тем Даша сидела во дворе школы на лавочке, вытянув ноги. Ее коляска стояла рядом. Даша пристально смотрела на свои ноги, словно гипнотизируя их, однако пальцы все еще ей не подчинялись.

Неожиданно ей на колени упал огромный букет из ромашек. Даша подняла голову и увидела Андрея. Он смотрел на нее, ласково улыбаясь. Обойдя лавочку и садясь рядом с девушкой, Андрей сказал, чтобы завязать разговор:

– Не знаю, любишь ты ромашки или нет, но на них, если что, можно погадать.

– Очень красивые, – улыбнулась девушка. – Спасибо.

Андрей смущенно замолчал. Даша выглядела не такой удрученной, как раньше. Это давало ему надежду, особенно после их ссоры. Через паузу, чувствуя себя неловко, он признался:

– Я разговаривал с Ларисой… Она говорит, что у тебя есть шанс.

– Она лечит меня по особой программе, – ответила Даша и тихо добавила: – Спасибо, Андрей, я знаю, что ты просил за меня.

– Я всегда буду рядом, я буду поддерживать тебя! – горячо сказал он. – Даш, я не могу без тебя… – Он посмотрел ей в глаза и вдруг попросил: – Закрой глаза.

Даша, с удивлением глядя на него, на секунду помедлила, но все же выполнила его просьбу. Тогда Андрей аккуратно взял ее на руки и бережно понес в ее комнату. Войдя, он осторожно опустил ее на покрывало, разложенное на полу.

Когда Даша открыла глаза, она удивленно огляделась: вся ее комната была заставлена цветами, они были повсюду – на ее тумбочке возле кровати, на столе, на подоконнике и вокруг покрывала.

На самом покрывале стояли бутылка вина и два бокала, а также нехитрая закуска. Даша была так растрогана, что у нее невольно потекли слезы. Андрей, влюбленно глядя на нее, вытер ее слезы и, ласково улыбаясь, спросил:

– Даш, ну ты чего?

– Ничего, – ответила она и искренне призналась: – Просто безумно счастлива.

Андрей, не ожидавший такого признания, на секунду замер, а потом потянулся к Даше. Они поцеловались долгим, счастливым поцелуем. Даже после ссоры, когда Даша выгнала его, заявив, что им нужно расстаться, Андрей продолжал верить, что если не опускать руки, то у них все будет хорошо. Именно так все и вышло.

* * *

После того как Андрей ушел, Даша еще долго была в приподнятом, мечтательном настроении. И даже болезненный укол в плечо, который поставила ей Лариса, не омрачил ее состояния. Теперь ей казалось, что она горы может свернуть.

Лариса напомнила Даше о возможных последствиях укола – болезненных ощущениях и недомогании – и посоветовала ей прилечь. Девушка тут же послушно вытянулась на кровати. Лариса выбросила в мусорное ведро пузырек и шприц и собралась выходить, когда в комнату к Даше заглянула Женя.

– Хорошо, что ты зашла, – сказала Лариса, увидев Женю. – Мне понадобится твоя помощь. Надо взять анализы у детей в изоляторе.

Женя сильно напряглась, ей очень не хотелось в изолятор. Лариса, не замечая, как у Жени вытянулось лицо, собрала свои инструменты в чемоданчик и направилась к двери. Уже выходя, Лариса уточнила:

– Встречаемся через пять минут.

Женя кивнула и подошла к кровати Даши. Заметив, что Даша вся светится от счастья, Женя сказала:

– Приятно видеть, что у тебя хорошее настроение. И оно вряд ли связано с уколами, – она замолчала, с беспокойством раздумывая о возможных причинах Дашиной радости.

– Конечно, сам процесс болезненный, но зато результат может быть очень даже приятным, – возразила девушка, улыбаясь. Она кивнула на коробочку с пузырьками, стоящую на подоконнике, и доверительно рассказала Жене: – Лариса Андреевна колет мне экспериментальное лекарство. Есть шанс, что я снова смогу ходить!

Лицо Жени на мгновение омрачилось от этой новости, но она тут же взяла себя в руки и воскликнула, изображая радость:

– Дашка, это же здорово! Я ужасно за тебя рада! – Женя выдавила из себя улыбку, хотя на душе кошки скребли, после чего торопливо сказала: – Ты извини, мне бежать надо, а то Лариса будет ругаться…

Женя, погрузившаяся в мрачные мысли, быстро вышла из комнаты. Судя по Дашиному настроению, она помирилась с Андреем. Ладно бы еще это, так, оказывается, у этой инвалидки появилась возможность снова встать на ноги! Это значительно понижало шансы Жени завоевать Андрея.

* * *

Пока Раевский с Виктором пытались договориться с военными насчет взрывчатки, в подземелье помогать мужчинам разбирать завал спустилась Анна. Она работала уже несколько часов, складывая камни в тачку. Когда тачка в очередной раз наполнилась, Анна устало вытерла лоб.

Вадим взял тачку с камнями и повез ее в сторону, а Кирилл с Павлом взялись за большой камень, пытаясь сдвинуть его с места. Расшатав камень и рывком откатив его, мужчины удовлетворенно выдохнули. Кирилл заглянул в образовавшуюся нишу.

– Ну что, есть там просвет? – с надеждой спросил Павел.

– Сплошной завал, – с досадой ответил Кирилл, покачав головой. – Надо рыть дальше.

– Это бесполезно, – в отчаянии сказала Анна, прислонившись к стене. – Мы никогда не доберемся до этих лекарств!

В этот момент в проходе появился Раевский с рюкзаком, за ним следовал Виктор с сумкой в руке. Все повернулись к ним.

– Доберемся, – уверенно заявил Раевский, услышав последние слова Анны. – И быстрее, чем вы думаете.

Все с интересом посмотрели на него, а он достал из рюкзака заряды, похожие на динамитные шашки. Павел с Кириллом сразу оживились.

– Вот это дело! – присвистнул Павел. – Неужели военные дали?

– Они самые, – кивнул Раевский.

– Как вам удалось их уломать? – спросил Павел.

– Не нам, а Сергею, – поправил Виктор и с благодарностью посмотрел на Раевского. – Он привел веские аргументы, против которых нечего было возразить.

– Отлично. Можем начинать закладку, – обрадовался Кирилл.

– Подождите, это не опасно? – с тревогой спросила Анна, напряженно наблюдавшая за всем этим. – А если взрыв вызовет новое обрушение?

– Постараемся этого не допустить, – уверенно ответил Раевский. – Тут важно грамотно рассчитать направление взрыва.

Анна неуверенно посмотрела на Виктора, затем перевела взгляд на Кирилла – тот уже увлеченно пристраивал взрыватели. Раевский присоединился к нему. Мужчины слаженно взялись за дело. Теперь у них появился реальный шанс ускорить разбор завала.

* * *

Договорившись встретиться с Женей через пять минут, Лариса в медкабинете торопливо собирала врачебный чемоданчик, складывая в него все, что могло пригодиться для забора анализов у зараженных детей. В кабинет вошел Максим.

– У тебя что-то срочное? – нетерпеливо спросила Лариса.

– Я только спросить хотел, – замялся парень, не зная, как начать разговор. – Понимаете… У меня тут кое-какая проблема… Или не проблема, – сбивчиво проговорил он, сильно волнуясь. – Короче, не знаю – может, это просто совпадение…

– Максим, давай поконкретнее, – попросила Лариса.

– В общем, у меня с памятью какая-то фигня, – признался он. – Некоторые вещи… важные вещи… в упор не помню.

– А раньше провалы в памяти были? – спокойно спросила женщина, не подав виду, что ее это обеспокоило.

– Нет, никогда, – ответил Максим.

– Тогда, возможно, это реакция на постоянный стресс, – сказала она, чтобы успокоить парня. – Мозг пытается уберечь тебя от перегрузок. – Достав из шкафчика с медикаментами блистер с таблетками, она протянула его Максиму и объяснила: – Это легкое успокоительное. Принимай два раза в день. Станешь спокойнее, и память перестанет подводить.

– Спасибо, – поблагодарил парень, недоверчиво вертя в руке таблетки.

Он вышел, а Лариса задумчиво подошла к шкафу, в котором все еще хранились документы ее предшественницы Тамары, взяла одну из папок с логотипом «Ингрид» и названием «Побочные явления», пролистала ее и прочла вполголоса:

– Сонливость, головокружения, рвота… Частичная или полная потеря памяти.

Лариса в задумчивости положила папку на стол, решив подробнее ознакомиться с информацией в ней после изолятора.

* * *

С тех пор как девочки услышали на кухне от Павла о хранящихся где-то в школе сокровищах, ими овладела идея найти их первыми. Вот только имелась одна загвоздка: Тася с Алисой даже не представляли, в каком уголке усадьбы граф Щербатов мог спрятать драгоценности.

Девочки решились даже на то, чтобы проникнуть в учительскую и стащить из нее план школы, – они были убеждены, что это карта, на которой должно быть обозначено место, где спрятаны сокровища.

Разложив план прямо на полу в учебном коридоре, девочки пытались разобраться с ним, но не могли понять, что именно на ней обозначено.

– Дурацкая карта, ничего не понятно! – с досадой сказала Алиса.

– А если ее перевернуть? – предложила Тася и тут же так и сделала. Однако карта понятнее от этого не стала. Зато Тася заметила на ней слово «Камин». Она тут же ткнула в надпись пальцем:

– Алиса, смотри, тут написано «камин», – сказала она. – Наверное, это тот, который в библиотеке.

– Точно, – обрадованно согласилась Алиса. – Из него есть тайный подземный ход в страну фей и эльфов. Мы с Надей и Митей туда ходили.

– Отличное место для клада! – возбужденно произнесла Тася и, таинственно понизив голос, предложила: – Пойдем туда, когда все уснут.

Алиса поежилась и обреченно вздохнула: там и днем-то было страшно. Но Тася была настроена решительно, потому что, по ее авторитетному мнению, ночь была единственным подходящим временем для поиска клада. И вообще, днем их мог кто-нибудь увидеть. Алисе пришлось согласиться.

* * *

Даша в это время полусидела в своей комнате на застеленной кровати. Ее напряженный взгляд был направлен на ноги. Глаза ее горели, казалось, еще чуть-чуть, и пальцы пошевелятся… В этот момент дверь в комнату открылась, и вошел Андрей.

– Не помешаю? – нежно улыбаясь, спросил он.

– Нет, конечно, – улыбнулась Даша в ответ, приподнимаясь на кровати. – Что, уже соскучился?

– Ужасно! – признался Андрей и, подойдя к кровати, поцеловал девушку. – И не только я, между прочим… – загадочно добавил он и, повернувшись к двери, громко позвал: – Народ, заходи!

Даша недоуменно посмотрела на него, затем перевела взгляд на дверь: в комнату ввалились сияющие Вика, Максим и Лиза. Последним вошел Рома, который, в отличие от других, был не таким сияющим, хотя изо всех сил заставлял себя улыбаться.

– Ребят, ну вы даете, – удивленно сказала Даша.

В руках у Вики был пирог, у Лизы – одноразовая посуда, Максим с Ромой держали по бутылке газировки.

– Вы нас не ждали, а мы приперлись, – улыбаясь, заявил Максим. – Потому что мы своих не бросаем!

– Мы просто хотели сказать, что очень тебя любим, – искренне проговорила Вика. – И, что бы ни случилось, ты всегда можешь на нас рассчитывать.

Даша смущенно молчала, не зная, как реагировать: с одной стороны, она была уверена, что кто-то из друзей пытался ее убить, с другой – была растрогана их приходом. Наконец, она заставила себя улыбнуться:

– Спасибо, ребят…

– Так, на этом официальная часть закончена, – оживленно провозгласил Максим и скомандовал Вике и Лизе: – Девчонки, накрывай поляну!

– Ставьте все сюда, – предложила Даша, указывая на прикроватную тумбочку.

Андрей убрал с тумбочки несколько книг и журналов, Лиза расставила пластиковые стаканчики, Вика поставила пирог, ребята открыли газировку и разлили ее по стаканчикам. Вика, перекладывая с тумбочки Дашину косметичку на подоконник, заметила открытую коробочку с пузырьками.

– Ого, это все тебе? – сочувственно спросила она.

– Да. Это для ног, – сдержанно объяснила Даша. – Лариса колет каждый день.

Все с интересом оглянулись на коробочку, но тут же отвернулись к Даше. Один лишь Рома задержал на коробочке пристальный взгляд дольше других. Вот только Даша, увлеченная разговором с друзьями, этого не заметила.

* * *

В это время в холле у больничного блока нервно ходила Женя. Со стороны коридора наконец показалась Лариса с медицинским чемоданчиком в руках. Увидев Женю, ожидающую ее с очень напряженным выражением лица, она тут же объяснила причину своего опоздания, предположив, что девушка переживает из-за ее задержки:

– Извини. Меня Максим задержал. Ну что, идем?

Лариса пошла к двери, однако Женя осталась стоять на месте, нервно поджав губы.

– Женя, если ты боишься заразиться, ты можешь не ходить, я сама справлюсь, – предложила Лариса.

Девушка секунду поколебалась, но затем решительно заявила:

– Нет. Я пойду с вами.

Лариса кивнула, они надели респираторные маски и вошли в изолятор. Попросив детей рассесться по их кроватям, Женя с Ларисой разделились: Лариса измеряла давление, а Женя брала анализ крови.

Когда очередь измерять давление дошла до Володи, Женя как раз заканчивала брать кровь у Матвея. Она чувствовала спиной пристальный взгляд Куриленко, наблюдавшего за ней со своей кровати, но старалась не подавать виду и не смотреть в его сторону.

– Вот и все, Матвей, молодец, – похвалила она мальчика, прижимая к его пальцу ватку.

Матвей отошел. Женя положила пробирку с его кровью в специальную коробочку и подписала: «Рощин, 2-й класс». В этот момент кто-то схватил ее сзади за руку. Женя испуганно обернулась – перед ней стоял Куриленко, зловеще осклабившись.

– Я тебе обещал, что мы встретимся? – с угрозой сказал он.

Женя побледнела, оглянулась, но никто не обращал на нее внимания, все были заняты своим делом.

– Что тебе от меня нужно? – тихо спросила Женя.

– А ты не догадываешься? – ехидно сказал Куриленко.

В этот момент к ним подошли Володя с Ларисой, настороженно глядя на Куриленко.

– Что здесь происходит? – требовательно спросила доктор.

– Ничего, – ответила Женя, вырвав свою руку у Куриленко и заявив ему: – Вы меня с кем-то путаете.

– Скажи еще, что первый раз меня видишь! – завелся Куриленко. – Могу освежить твоя память!

Он угрожающе сделал шаг к Жене, но путь ему преградил Володя. Куриленко тут же оттолкнул его, а Володя схватил его за грудки. Между ними завязалась драка. Куриленко ударил Володю ногой, на потасовку сбежались дети, с испугом наблюдающие за дерущимися мужчинами.

Володе удалось скрутить Куриленко и заломить ему руки за спину. Куриленко дергался, пытаясь вырваться, но Володя крепко прижал его к полу. Куриленко скривился от боли. Лариса, отведя к двери Женю, предупредила:

– Думаю, на сегодня мы закончили.

– Ты от меня не спрячешься! – крикнул вслед девушке Куриленко. – Тебе конец, поняла?! Я до тебя доберусь!

Женя, со страхом оглянувшись, вышла вместе с Ларисой. Володя попытался утихомирить Куриленко, однако тот продолжал вырываться. Когда дверь закрылась, Володя ослабил хватку, позволив Куриленко освободиться.

– Откуда ты знаешь Женю? – осторожно спросил Володя.

– Не твое собачье дело! – огрызнулся Куриленко.

Поправляя выбившуюся во время борьбы рубашку, он отошел к своей кровати. Володя задумался, недоверчиво качнув головой. Между этими двоими явно существовала какая-то связь. Куриленко еще можно было понять – он не объяснял ее из простого упрямства и нежелания сотрудничать. Но какой смысл скрывать ее у Жени? Дело явно было нечисто…

* * *

Когда наступила ночь, Даша, как и большинство учеников школы, уже спала в своей кровати. Но вдруг дверь в ее комнату приоткрылась, впуская полоску света из коридора и кого-то, кто поспешил нырнуть в темноту ее комнаты и закрыть за собой дверь, чтобы остаться неизвестным.

В комнате вновь воцарился полумрак. Визитер подошел к подоконнику. Свет фонаря осветил руку в перчатке, протянувшуюся к коробочке с лекарствами. Неизвестный вынул один пузырек из верхнего правого угла коробочки, а на его место тут же поставил другой, не особо отличающийся по форме от оставшихся пузырьков.

* * *

В одиннадцать часов вечера у дивана под лестницей в холле встретились ребята. Они недовольно топтались на месте, опасаясь быть застуканными кем-нибудь из преподавателей, но в то же время вынужденные дожидаться Рому, который задержался неизвестно где.

Наконец запыхавшийся Рома подбежал к ребятам и нарочито бодро спросил:

– Че стоим? Кого ждем?

– Он еще спрашивает, – усмехнулся Максим. – Ладно, двинули.

Друзья отодвинули панель и один за другим прошли в пролом. Последним вошел Леша и осторожно закрыл за собой панель.

Сверху по дальней лестнице украдкой спускалась Тася. За ней шла Алиса. Оказавшись в холле, Тася огляделась вокруг и обернулась к Алисе:

– Никого. Можно идти, – сообщила она.

Алиса неохотно следовала за ней. Затем она, помедлив, остановилась. Тогда Тася вернулась за Алисой, взяла подругу за руку и буквально потащила за собой.

– Чего ты такая трусиха? – удивилась она.

– Я не трусиха, – возразила Алиса, дрожа от страха.

Войдя в библиотеку, девочки подошли к камину. Тася полезла в камин, но, не найдя прохода, с досадой воскликнула:

– И где этот твой тайный ход? Тут сплошная стенка! Ты же говорила, что была там? – с подозрением спросила девочка.

– Я с Надей была, она камин открывала, – призналась Алиса и слукавила: – А я не умею. Раз камин закрыт, пойдем спать.

– Ты иди, – согласилась Тася. – А я Митю позову, пусть поможет открыть, – решительно заявила она. – Мы с ним клад найдем и поделим.

– Фигушки! – возмутилась Алиса. – Половина клада моя!

Она секунду поколебалась, но затем все же подошла к розетке и, слегка нажав, повернула ее. Дверь в камине отъехала в сторону, Тася включила фонарик и первой вошла в подземелье, Алиса нехотя направилась вслед за ней.

* * *

Тем временем ребята вошли в шестиугольную комнату и включили висящие на стенах фонари. Андрей решительно подошел к стене, над каменным кругом которой была латинская надпись «Cantabit vacuus coram latrone viator».

– Так. Вик, диктуй каждое слово по буквам, – попросил он.

– Цэ-а-эн-тэ… – произнесла Вика.

Андрей, нахмурившись, провел пальцем по буквам, ища латинскую «С».

– Здесь вообще нет буквы «Цэ»! – обескураженно воскликнул он.

– Пробуй, что там дальше, – посоветовал Максим.

– Там во всех словах есть «Цэ», не годится… – огорченно сказала Вика.

– Пробуй «Латроне», – произнесла Лиза, отыскав в надписи на стене слово без этой буквы. – Эл-а-тэ-эр…

Андрей, поворачивая круг и фиксируя на несколько секунд вычерченную на камне маленькую лилию на каждой из называемых букв, набрал слово.

* * *

В эти минуты Тася с Алисой бродили по подземелью. Они время от времени сверялись с картой, хотя уже и поняли, что заблудились.

– Это из-за меня, – расстроенно признала Алиса. – Надо было все-таки Митю позвать…

И тут они услышали в отдалении чьи-то голоса. Девочки тотчас сорвались с места и побежали в сторону, откуда доносились звуки. Выбежав в какой-то коридор, они увидели на другом его конце преподавателей.

Анна, Кирилл, Павел и Виктор напряженно выглядывали в коридор из-за угла. Раевский как раз присоединился к ним: он только что закончил устанавливать взрывчатку, протянув провода от трех взрывателей к одному таймеру. На таймере он установил десять секунд. Истекали последние секунды, когда с дальнего конца коридора до взрослых донесся жалобный голос Алисы:

– Помогите! Мы заблудились!

– Тася! Алиса! Уходите! – испуганно закричала Анна, увидев направляющихся к ним девочек.

– Назад! Немедленно назад! – заорал Раевский, яростно жестикулируя.

– Что это они руками машут? – растерянно спросила Алиса у Таси.

– Ругаются, наверное, – предположила Тася, пожимая плечами.

– Надо сказать им, что мы ищем клад. Тогда они обрадуются, – догадалась Алиса.

Девочки уверенно побежали по коридору в сторону заминированного завала.

– Назад! – в отчаянии закричал Раевский.

Выбежав из укрытия, он понесся навстречу девочкам. В тот момент, когда он подбежал к ним, раздался взрыв. Коридор завалило камнями, в воздух взметнулась пыль. Анна вскрикнула, зажала рот рукой и в ужасе замерла, глядя на пыль, слишком медленно оседающую на пол.

* * *

В это время в шестиугольной комнате Андрей набрал продиктованное Лизой слово, маленькая лилия остановилась напротив последней буквы. Все напряженно замерли, но ничего не произошло. Стало ясно, что это слово тоже не подошло.

– Последнее слово – «Viator», – сказала Вика и перевела его: – Путник.

– Ну, давай, – с надеждой произнес Андрей, обращаясь к замку.

И тут раздался сильный грохот. Потолок начал слегка осыпаться. Все в испуге завертели головами и в ужасе переглянулись.

– Что это? – с испугом спросила Вика. – Похоже на взрыв…

– Уходим отсюда, немедленно! – нашелся быстрее остальных Леша. – Тут все может рухнуть в любую секунду!

Все бросились к выходу, кроме Андрея. Он начал поворачивать круг, упрямо твердя сквозь зубы:

– Я не уйду, пока не открою эту чертову дверь!

Поворачивая круг, он остановил его на букве «V». Раздался щелчок.

– Работает! – радостно воскликнул Андрей. – Щелкнуло!

– Андрюха, фиг с ней, с дверью, – попытался отговорить его Максим.

Подоспевший Леша помог Максиму буквально силой оттащить Андрея к выходу, но тут парень вырвался и снова кинулся к замку. Подбежав, он успел повернуть маленькую лилию еще на две буквы – «I» и «A», раздались щелчки, и внезапно в стене приоткрылась узкая щель.

Все застыли на месте, наблюдая, как щель постепенно расширяется, образуя проход… Запертые в шестиугольной комнате призраки хлынули в него, с интересом обследуя открывшийся за ним коридор.

Глава 8

Лабиринт

Глядя в образовавшийся проход, ребята зачарованно молчали, словно увидели настоящее чудо. Наконец Леша завороженно выдохнул:

– Ничего себе…

– Ну что, идем? – спросил Андрей, оглядывая всех заблестевшими глазами, и шутливо спросил у Леши: – Таможня дает добро?

Вика бросила на Лешу выжидательный взгляд. Тот кивнул.

– Как-то там стремно… – сказал Рома, заглядывая в темноту.

– Тогда оставайся тут, на шухере, – предложил Андрей. – Подстрахуешь нас, если что.

– Слушайте, может, лучше вернемся? – продолжал паниковать Рома. – Мали ли что там рвануло.

– Я не вернусь, пока не узнаю, куда ведет этот проход, – твердо заявил Андрей. – Если тут можно пройти на нижний уровень, Виктор нам потом первый спасибо скажет.

Он взял большой фонарь и решительно шагнул в темноту проема. Леша и Вика, переглянувшись, пошли за ним с маленькими фонариками в руках. За ними, не глядя друг на друга, последовали Максим и Лиза, – Лиза все еще была обижена на Максима за потерю кулона, и он чувствовал ее отстраненность.

Рома остался один в шестиугольной комнате со вторым большим фонарем. Свет фонаря не доставал до углов и сводчатого потолка, и Рома чувствовал себя одиноким и испуганным в пустой мрачной комнате. Он с тоской посмотрел вслед ребятам, исчезающим в темноте, и сел на пол, прислонившись спиной к стене и всматриваясь в хоронящиеся по углам тени.

* * *

Дым в подземелье у завала постепенно рассеивался. Все встали с пола, откашливаясь, отряхивая с себя пыль. Со стороны завала была полная тишина. Виктор напряженно смотрел в темноту, стараясь разглядеть что-нибудь через дым.

– Майор, что там у вас? – с тревогой крикнул он.

Все в напряжении переглянулись. Анна была на грани, она прикрыла рот ладонями, стараясь сдержать рвущееся наружу рыдание. В этот момент она различила у завала какое-то шевеление – из пыли появился Раевский.

На руках у майора была Алиса, Тасю он вел за руку. С девочками все было в порядке, правда, они перемазались грязью, на волосах и одежде осела пыль, и они были до слез напуганы, но зато целы и невредимы.

– Девочки, вы в порядке? – взволнованно спросил Виктор.

Девочки кивнули, и Виктор вздохнул с облегчением, но тут же начал сердиться.

– Как вы здесь оказались? – требовательно спросил он.

– Разве вы не знали, что сюда нельзя ходить? – поддержала его Анна.

– Мы просто хотели раньше вас найти сокровища… – пролепетала Алиса.

– Мы не знали, что вы так круто все взорвете! – ляпнула в свое оправдание Тася.

– Вы сами чуть не взорвались! – сердито сказал Виктор. – Это тоже круто, по-вашему?

Девочки виновато молчали. Тогда Виктор обратился к Анне:

– Надо отвести их к Ларисе Андреевне.

Анна молча взяла девочек за руки и увела их из подземелья.

– Вы не пострадали? – участливо спросил Виктор стоявшего рядом Раевского.

– Нет, все нормально, – спокойно ответил тот.

– Может, хватит любезностей? – язвительно спросил Вадим и изобразил удивление, когда на него обратились осуждающие взгляды присутствующих: – Что, никому, кроме меня, не интересно, пробились мы или нет?

Кирилл с Павлом, переглянувшись, первыми направились к завалу. Виктор, Раевский и Вадим потянулись следом за ними. Осмотрев насыпь, мужчины обнаружили, что под потолком образовалась небольшая, шириной пятнадцать-двадцать сантиметров, сквозная полость в пространство за завалом.

– Молоток, майор! – радостно сказал Павел, похлопав Раевского по плечу. – Без динамита мы бы тут загнулись.

– Может, рано радуемся, и там новый завал, – скептически предположил Виктор.

– Я сейчас залезу, посмотрю, – вызвался Вадим, делая шаг к завалу.

– Лучше я, – резко остановил его Кирилл.

Вадим мгновение пристально смотрел на него, затем пожал плечами с равнодушным видом и отошел в сторону. Кирилл подошел к завалу и заглянул в полость. Присмотревшись, он увидел свободную от камней часть коридора и сбитый кодовый замок на стене.

– Там лифт! – воскликнул Кирилл.

У Вадима вытянулось лицо от досады. Он надеялся, что до лифта они доберутся еще не скоро, и коридор, в котором находился лифт, завален полностью. Теперь ему оставалось надеяться лишь на то, что не удастся открыть сам лифт. Или хотя бы, что шахта окажется тоже завалена камнями.

* * *

Ребята осторожно шли по узкому коридору подземелья. Лучи фонарей освещали грубые, необработанные каменные стены. Коридор был похож на пробитую в каменоломне штольню, из стен повсюду выпирали острые углы камней.

– Странный какой коридор… – озвучила Вика мысль, которая вертелась у каждого в голове.

– Да… Он совсем не похож на бункер под тем крылом, – согласился Леша.

– Интересно, почему немцы его не забетонировали? – спросила Лиза.

– Может, они им мало пользовались? – предположил Андрей.

Внезапно лучи фонарей уперлись в глухую стену – из такого же грубого, неотесанного камня, как во всем коридоре.

– Тупик! – со злостью констатировал Андрей. Он внимательно осмотрел стену и мрачно подвел итог: – Ни двери, – ничего. Дальше ходу нет.

– Там вроде была развилка… – напомнил Максим.

– Точно! Идем, – сказал Андрей и, решительно развернувшись, пошел в обратную сторону. Остальные пошли за ним.

В это время Рома, все еще сидя на полу в шестиугольной комнате, подобрал с пола горсть камней, осыпавшихся с потолка при взрыве. Ему было не по себе, пляшущие по углам тени порождали в его голове жутковатые фантазии. Чтобы как-то отвлечься, он начал по одному кидать камешки на пол.

Внезапно в круглом механизме раздался щелчок, и потайная дверь в лабиринт, по которому бродили ребята, начала медленно закрываться. Рома подскочил к ней и стал крутить круглую ручку, однако дверь не останавливалась. Рома в панике схватился за ее край и попытался удержать, но она продолжала закрываться.

В последний момент Рома ногой пододвинул к проходу один из камушков, отпустил руки и пропихнул камень между дверью и проемом. Дверь, сдвинув камушек вплотную к стене, остановилась, оставив щель в два-три сантиметра. Рома с облегчением вздохнул и, вернувшись на свое место, снова сел на пол.

Ребята в эти минуты дошли до развилки, и Андрей свернул в еще более узкий проход. Однако и он закончился тупиком. Подошедшие друзья в растерянности остановились у тупиковой стены. На лице Андрея было написано разочарование.

– Если тут когда-то и были выходы наверх или вниз, они давно замурованы, – сделал вывод Леша.

– А это что? – неожиданно спросила Вика.

Она указала на стену, все приблизились и увидели в ее основании небольшую щель длиной примерно тридцать сантиметров и пять-семь сантиметров шириной. Леша посветил в нее фонарем, но за ней была непроглядная темнота. Тогда он бросил в щель камушек, ребята прислушались, но стука от его падения не услышали.

– Надо принести лом или кирку, тогда попробуем расшатать, – предложил Максим.

– Думаешь, это проход на нижний уровень? – с надеждой спросил Андрей.

– Не знаю, – ответил парень. – Но проверить стоит.

Ребята отошли от стены и направились в сторону развилки. Андрей несколько раз обернулся на ходу – щель словно притягивала его взгляд.

Ребята шли по лабиринту, поворачивая то в один коридор, то в другой. Наконец Лиза напряженно заметила:

– Мне кажется, мы не туда свернули.

– Этот ход петляет, как барсучья нора, – раздраженно сказал Максим. – Я вообще не понимаю, в какую сторону мы идем.

– Смотрите, там свет! – внезапно воскликнул Андрей, идущий впереди, и указал рукой на слабый свет.

Ребята подтянулись к нему. В дальнем конце коридора виднелась вертикальная узкая полоска света, похожая на приоткрытую дверь. Друзья неуверенно подошли к щели, Андрей приник к ней глазом.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросил Максим.

– Ромка, – хмуро ответил Андрей, увидев друга, понуро сидящего на полу. – Ром, открой нам! – крикнул он в щель.

От неожиданно раздавшегося голоса Андрея Рома испуганно подскочил и со страхом посмотрел на щель в стене. Он встал, подошел поближе, увидел ребят и растерянно показал им на дверь:

– Она, это… сама закрылась!

– Набери слово «Via», – подсказала Вика. – Латинские «в», «и», «а».

Рома покрутил ручку, направляя маленькую лилию на буквы, раздалось три щелчка, и дверь медленно отъехала в сторону. Ребята вошли в комнату.

– Что вы так долго? – взволнованно спросил Рома. – Нашли выход?

– Нет. Там везде тупики, – ответил Максим.

– Но мы нашли небольшой проем, – радостно сообщил Андрей. – Вернемся потом с инструментами.

– Я с вами. Один тут больше не останусь, – заявил Рома. – Когда дверь стала закрываться, я думал – коньки откину!

– Тут, похоже, потайная пружина, – догадался Леша, вертя замок. – Дверь открывается, а через несколько секунд сама закрывается.

– Здесь есть рычаг, – сказал Андрей, осматривая дверь. – Можно открыть изнутри.

В этот момент дверь щелкнула и начала закрываться. Андрей ногой отбросил камушек, который ее блокировал.

– Может, попробуем и другие двери открыть? – предложила Лиза, оглядываясь на аналогичные замки на других стенах.

– Давайте в следующий раз, – попросил Рома, нервно оглядываясь. – Поздно уже…

– Ладно, пошли, – с неохотой согласился Андрей.

Ребята выключили большие фонари и повесили их на скобы в стене. Выходя с маленьким фонариком в руке, Андрей в последний раз с сожалением окинул комнату взглядом. Его бы воля – он бы не вышел из нее, пока не открыл все двери и не нашел проход на нижний уровень.

* * *

Мужчины, все в пыли и грязи, с довольным видом вышли из библиотеки. Раевский держал в руках рюкзак с оставшимся динамитом.

– Теперь завал разберем руками, там немного, – воодушевленно сказал Кирилл. – Останется только открыть лифт и спуститься вниз.

– Генератор не работает, – напомнил Павел, – лифт придется разбираться вручную.

– Надо заложить еще динамит, – осторожно предложил Вадим.

– Нет, – твердо отказал Виктор. – Больше никаких взрывов – это слишком опасно. Тася с Алисой чудом остались живы, – он взял из рук Раевского рюкзак и сообщил: – Динамит уберем в сейф.

Войдя в свой кабинет вместе с Павлом и Раевским, Виктор набрал код и, открыв сейф, убрал в него шашки из рюкзака.

Через открытую дверь за его действиями наблюдали Вадим с Кириллом. Вадим видел, как Виктор закрыл сейф и, прокрутив ручку, сбил шифр. Подняв взгляд, Вадим заметил, что Кирилл смотрит на него с подозрением. Уваров усмехнулся, развернулся и ушел вверх по лестнице.

Когда на другой день мужчины снова собрались у завала, они попытались расширить образовавшуюся щель. Им удалось убрать из нее еще один камень, но дальше расчистить завал не получалось – мешала пар крупных камней. Павел попытался поддеть их ломом, но и это не вышло.

– Крепко сидит, – с досадой сказал Павел.

– Надо на ту сторону пробраться и попытаться выломать оттуда, – внес предложение Раевский. – Остальное само пойдет.

– Лаз слишком узкий, – с сомнением произнес Виктор. – Вряд ли кто-то из нас пролезет.

– Кирилл Евгеньевич, не хотите попробовать? – насмешливо спросил Вадим. – Вы из нас самый стройный.

Кирилл мгновение поколебался, затем согласно кивнул. Раевский и Павел подсадили его, и Кирилл, подтянувшись на руках, пролез в щель.

Спустившись с насыпи с другой стороны, он огляделся, подошел к панели кодового замка и осторожно дотронулся до нее рукой. Внезапно панель отвалилась и повисла на частично оборванных проводах. Кирилл взволнованно смотрел на плотно закрытые двери лифта, гадая, не там ли находится Вера.

В щель с другой стороны Павел просунул лом. Работая им, Кирилл стал торопливо разбирать завал со стороны лифта и вскоре расчистил его настолько, что в образовавшийся проход с легкостью пробрались Виктор, Павел, Вадим и Раевский. Кирилл устало отложил лом на пол.

Все подошли к стене с замаскированным лифтом и увидели сорванный кодовый замок. Мужчины радостно переглянулись – цель была совсем близка. Только на лице Вадима было непроницаемое выражение.

– Так просто мы лифт не откроем, – хмуро высказался Кирилл, ощупывая стену.

– Значит, взорвем динамитом, – решительно заявил Раевский.

– Динамит мы используем в самом крайнем случае, – отрезал Виктор.

– А жизнь детей – это, по-вашему, какой случай? – возразил Раевский.

Все посмотрели на Виктора, понимая, что Раевский прав, потому что антидота осталось совсем мало и попытка отжать дверь лифта вручную может занять много времени и не привести при этом к желаемому результату. Виктор с сомнением обдумывал слова Раевского, но наконец согласился.

Когда мужчины вышли из библиотеки, Кирилл направился разыскивать Митю, которому он давно уже обещал провести вместе время, а Вадим, надев спортивную куртку, сообщил всем, что решил отправиться на пробежку. Остальные направились в кабинет директора.

Павел и Раевский стояли у сейфа, ожидая, когда Виктор откроет его, чтобы достать динамит. Однако когда Виктор протянул руку внутрь сейфа, он в шоке замер, затем вскинул голову на Раевского и напряженно сообщил:

– Динамит пропал…

Павел кинулся к сейфу и начал сосредоточенно осматривать открытую металлическую дверцу. Виктор присел на край стола и хмуро наблюдал за его действиями.

– Следов взлома нет, – произнес Павел. – Кто бы это ни был, он знал твой шифр.

– Теперь у него в руках динамит с таймером, – мрачно сказал Виктор. – Взрыв может раздаться в любое время в любом месте.

– Зуб даю – это Уваров, – убежденно проговорил Павел. – Он видел, как ты кладешь динамит в сейф.

– И ты видел, и Кирилл, и майор, – напомнил Виктор. – Почему именно Вадим? Балки в подземелье были подпилены, но Вадим не мог этого сделать – ведь он сам попал под обвал и чуть не погиб. А в двоих вредителей я не верю.

– Но ты не можешь отрицать, что среди нас есть крыса, – прищурился Павел.

Виктор удрученно кивнул. Самым простым было бы предположить, что в пропаже динамита виноват Вадим, но за свою жизнь Виктор не раз убеждался в том, что предателем может оказаться даже близкий человек, поэтому в этот раз он отказался от скоропалительных выводов.

* * *

Андрей вкатил Дашу на коляске в библиотеку. Там все ребята уже сидели с карандашами в руках, склонившись над планом школы и верхнего подземелья. Пустое пространство под правым крылом школы было исчерчено карандашами – там под учебным коридором Леша схематично нарисовал шестиугольную комнату и стрелочки, обозначавшие передвижения ребят.

– Мы каким-то образом сделали полный круг и вернулись к исходной точке, – раздраженно сказал Леша и с досадой бросил карандаш на стол.

– Кому нужен круглый коридор, который никуда не ведет? – непонимающе произнес Максим.

– Значит, там где-то есть тайные двери, которые мы пока не нашли, – уверенно проговорил Рома.

В этот момент дверь в библиотеку открылась. Появившаяся на пороге Лариса обвела взглядом ребят и, остановившись на Максиме, спросила:

– Максим, ты бы не мог зайти ко мне в кабинет? Это не займет много времени.

Она стояла в дверях, молча дожидаясь не особо стремящегося уходить с ней парня. Поняв, что без него Лариса не исчезнет, Максим с неохотой встал и пошел следом за ней.

Когда они вошли в медкабинет, Лариса села за свой стол и вытащила из стопки папок папку с надписью «Побочное действие». Она положила ее на середину стола. Максим с недоумением прочитал надпись на папке, нахмурился и сел напротив женщины.

– Побочное действие чего? – мрачно спросил он. – Вируса?

– Антидота. Того препарата, который вы принимаете, чтобы выжить, – ответила Лариса. – Антидот блокирует размножение вируса, но при этом оказывает мощное негативное действие на организм.

– Вы хотите сказать, что антидот постепенно убивает нас? – медленно произнес Максим, в шоке от услышанного.

– Нет. Но у него есть ряд побочных эффектов, – объяснила Лариса и сочувственно сообщила Максиму: – У тебя он вызвал реакцию мозга по типу болезни Альцгеймера.

– Альцгеймера?.. Это старческий маразм? – Парень недоверчиво усмехнулся. – Да ладно меня пугать. Мне семнадцать лет, какой маразм?

– Здесь описан этот процесс, – сказала женщина, похлопав ладонью по папке. – Вирус встраивается в молекулу ДНК, антидот блокирует его… в результате наступает генная мутация, которая приводит к слабоумию и смерти.

– Значит… если я буду пить антидот, я умру? – недоверчиво спросил Максим, затем нервно рассмеялся. – А если я перестану его пить?

– Умрешь еще раньше, – мрачно ответила Лариса и призналась: – Я не знаю, что делать. Но ты хотел знать, откуда у тебя провалы в памяти… теперь ты это знаешь.

Парень в ужасе посмотрел на нее, он был совершенно убит свалившейся на него информацией. Доктор взглянула на него с сочувствием. Максим медленно поднялся и вышел из кабинета, обдумывая свое положение.

* * *

Вадим спортивной трусцой бежал по тропинке в лесу. Добежав до густых кустов, он свернул в сторону и остановился. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что его никто не видит, он негромко свистнул.

Из-за кустов вышел Харитонов. Он смотрел на Вадима испуганно и напряженно. Вадим снял с себя спортивную куртку и протянул ее Славе:

– Надевай, – коротко приказал он. – Побегаешь вместо меня, тебе полезно.

– А вы что будете делать? – недоуменно спросил Слава, натягивая куртку.

– Тебе лучше не знать – целей будешь, – ответил Вадим и недобро усмехнулся. – Бегай по тропинкам, мечтай о Тимофеевой. Через час встречаемся на этом месте, – он указал на кусты.

Слава кивнул и в куртке Вадима трусцой побежал по тропинке. Уваров, дождавшись, когда он скроется из виду, торопливо пошел в другую сторону, стараясь держаться поближе к густым кустам, чтобы успеть в них спрятаться, если на его пути вдруг появится кто-то из обитателей школы, решивший прогуляться по лесу.

* * *

Вика и Леша, выйдя из школы, направились к воротам. Они улыбались друг другу и о чем-то тихо переговаривались. В руках у Леши были блокнот, свернутые чертежи и карандаш. На некотором расстоянии от них, перебегая от колонны к колонне, следовал Денис. Внезапно дорогу ему преградила Лиля.

– Зачем ты за ними следишь? – сурово спросила она.

– Лиль, слушай, давай потом поговорим, – нервничая, попросил Денис. – Они сейчас уйдут…

– Ага, значит, все-таки следишь! – воскликнула девочка.

– Они что-то ищут, – понизив голос, сообщил Денис. – Я спинным мозгом чую. И в лес поэтому пошли. А из-за тебя я теперь ничего не узнаю! – с досадой сказал он, глядя на удаляющихся по лесной тропинке Лешу с Викой.

– Ладно. Давай посмотрим, куда они намылились, – решилась Лиля. – Тут есть одно место, откуда все отлично видно.

Лиля пошла к воротам, Денис побежал за ней.

Леша с Викой в это время ушли уже далеко вперед. Вика рассказывала ему, что находится за территорией школы, а Леша по ходу ее рассказа чертил в блокноте небольшие чертежи, иногда сверяясь со схемой школы и подземелья.

– Вход через лес вон в той стороне… – сказала Вика, указывая рукой, – за оцеплением. Примерно в двух-трех километрах отсюда.

– Ого! Не слабо эти ваши немцы коридоров понастроили, – присвистнул Леша. – На схеме это как-то компактнее выглядит.

Между тем Лиля уверенно шла по тропинке, поднимающейся вверх. Денис пыхтел позади, стараясь не отставать. Дети вышли на склон холма, поднялись на его вершину, с нее открылся красивый панорамный вид.

– Отсюда все как на ладони, – произнесла Лиля и указала рукой: – Вон Леша и Вика Кузнецова… Они к колодцу идут.

Видно было, как, не дойдя до колодца нескольких шагов, Леша сделал какие-то пометки в блокноте, и они с Викой пошли дальше. Денис с восторгом оглядывался.

– Лиль, слушай, а можно Сереге это место показать?

– Показывай, – разрешила девочка, пожав плечами. – Я вообще его случайно нашла.

– Тут можно нехилый штабец устроить, – загорелся идеей Денис. – Сколотим типа хижину, можно в разведчиков играть. Следить за всеми!

– Кстати, насчет следить… Наврал твой спинной мозг, – насмешливо сказала Лиля. – Никуда они не пошли, Леша и Вика, вон, в школу возвращаются. А вон Вадим Юрьевич бегает – я его куртку вижу.

– Это будет наше тайное место! – заявил Денис. – Суперсекретное! Согласна?

Лиля, засмеявшись, кивнула. А Денис с восторгом осматривал вершину холма, его голова уже наполнилась новыми «прожектами».

В это время Вадим в действительности находился на поляне. Он расшвырял ногой листья и ветки, которые закрывали люк, достал из кармана маленький пульт и, направив на крышку люка, нажал на кнопку.

Крышка медленно отъехала в сторону, открывая прямоугольное отверстие в земле. Вадим довольно улыбнулся, отошел в сторону и достал из густых кустов моток толстой веревки. Он обвязал один конец веревки вокруг дерева, а другой конец спустил в люк и начал спускаться по веревке вниз.

Очутившись в подземелье, Вадим включил небольшой, но мощный фонарик и, подсвечивая себе под ноги, пошел по коридору. Свернув за угол, он внезапно остановился и огорченно присвистнул: коридор от пола до потолка преграждала насыпь из камней.

Вадим подошел поближе и осмотрел насыпь. Из-под камней ближе к потолку виднелась верхняя часть железной двери. Мужчина в задумчивости посмотрел на нее. Он не ожидал, что взрывная волна донесется так далеко. Теперь придется потратить время на разбор этого завала, причем так, чтобы отсутствие Вадима не было заметно в школе.

* * *

Кирилл не нашел Митю во дворе среди играющих детей, поэтому в поисках его поднялся в свою комнату. Однако и в комнате Мити не было. Только на полу возле кровати лежал раскромсанный ножницами на части футбольный мяч.

Оглядевшись, Кирилл заметил, что дверца шкафа приоткрыта. Положив ошметки мяча на кровать, мужчина вошел в шкаф и поднялся на чердак. Но и на чердаке Мити нигде не было видно.

– Митя? Ты здесь?.. – тихо позвал его Кирилл. – Прости меня, сынок. Я знаю, ты ждал… а я снова тебя подвел.

В углу чердака раздался какой-то шорох. Кирилл осторожно пошел в ту сторону. Заглянув за ящики, наставленные в углу, он увидел сидящего на полу Митю, который при звуке его шагов отвернулся к стене.

– Я пришел сразу, как только мог, – признался Кирилл, дотрагиваясь до плеча сына. – Хочешь, найдем другой мяч и пойдем поиграем?

Митя, не поворачиваясь, молча помотал головой.

– Тогда, может, поиграем в шахматы? – предложил Кирилл.

Мальчик снова отрицательно помотал головой.

– А что ты хочешь? – мягко спросил Кирилл.

– Я хочу домой, к маме! – ответил Митя, обернувшись к отцу. – Пожалуйста, папа, поедем домой!

– Сынок… Мы не можем уехать отсюда, пока не найдем лекарство от вируса, – сказал Кирилл, прижимая сына к себе. – Военные нас не выпустят.

– А хотя бы по вечерам ты можешь со мной играть? – с надеждой спросил мальчик, вытирая слезы.

– Обещаю, мы будем играть с тобой каждый вечер, – твердо сказал Кирилл.

– И сейчас? – улыбнулся Митя.

– И сейчас, – кивнул мужчина. – Доставай шахматы.

Митя радостно сбегал за коробкой с шахматами, высыпал фигуры на пол и начал расставлять на доске. Неожиданно он сильно закашлялся. Кирилл с тревогой наблюдал за ним. Отняв окровавленную ладонь от губ, Митя недоуменно посмотрел на отца. В глазах Кирилла застыл ужас.

* * *

В это время в психиатрической больнице на своей койке полусидел Морозов. Он уже не был привязан, очевидно, теперь в этом не было необходимости: его лицо было вялое, лишенное всяческого выражения. Морозов выглядел абсолютно сломленным. Кисти рук безжизненно висели, как у сильно накаченного транквилизаторами человека.

Рядом с его кроватью стояли Головенко и высокого роста широкоплечий санитар. Они, усмехаясь, окинули Морозова оценивающими взглядами. Санитар с показной заботливостью поправил Морозову воротник больничной пижамы, Петр никак не отреагировал.

– Буянит? – спросил Головенко.

– Нет. Тихий, как одуванчик в полдень, – пробасил санитар.

– Скоро будет еще тише, – усмехнулся Головенко, кивнув на стаканчик с таблетками, стоящий на тумбочке, и уточнил: – Таблетки пьет два раза в день?

– Как по часам, – кивнул санитар и грозно сказал: – У меня не забалуешь.

Санитар щелкнул пальцами перед лицом Морозова, и тот, как дрессированное животное в цирке, послушно открыл рот. Санитар поднес стаканчик с таблетками к его лицу и высыпал их в распахнутый рот. Затем он слегка ударил снизу по челюсти пациента, тот послушно закрыл рот и сделал глотательное движение.

– Отличная работа, – с удовлетворением похвалил Головенко санитара. – Одно удовольствие смотреть. Ладно, пошли дальше.

Как только Головенко с санитаром вышли, в замке повернулся ключ и раздались их удаляющиеся от двери шаги, лицо Морозова преобразилось, став лицом нормального человека. Он выпрямился на кровати и выплюнул на ладонь таблетки. Встав, он подошел к спинке кровати и открутил на ней металлический набалдашник.

Отверстие в спинке было почти доверху заполнено разного цвета таблетками. Морозов ссыпал туда с ладони очередную порцию и прикрутил набалдашник на место. На его лице теперь было жесткое, ироничное выражение – он и не думал сдаваться.

* * *

Максим в эти секунды шел по жилому коридору, взгляд у него был очень тяжелый, он что-то напряженно обдумывал. На секунду замерев у двери комнаты старших девочек, он собрался с мыслями, после чего резко распахнул дверь и вошел.

Лиза как раз собиралась на встречу с друзьями – они опять договорились спуститься в шестиугольную комнату. Сидя на своей кровати, одетая в темный спортивный костюм, она зашнуровывала кроссовки. При виде Максима взгляд ее потеплел.

– Ты пришел извиниться? – с тайной надеждой спросила она.

– Мне не за что извиняться, – мрачно ответил Макс, засунув руки в карманы и прислоняясь спиной к двери.

– Макс, ну скажи честно: да, я потерял кулон, – решительно сделала Лиза шаг к примирению. – Зачем врать?

– Я не вру, – спокойно ответил Максим. – Да, я потерял твой кулон.

– И ты так спокойно говоришь об этом? – возмутилась Лиза. – Тебе что, неважен мой подарок? Тебе на него наплевать?

– Да, наплевать, – с прежним хладнокровием ответил Максим. – И на тебя тоже. И на тебя, и на твои подарки.

– Я тебя не понимаю, – растерянно произнесла Лиза, поднимаясь с кровати.

– А что тут понимать. Просто между нами все кончено, – жестко сказал Максим. – И не бегай за мной больше – это не поможет.

– Я тебе не верю… – со слезами на глазах произнесла девушка, делая шаг ему навстречу. – Что-то случилось?

– Случилось! – резко ответил Максим. – Ты мне надоела, поняла? Поиграли, и хватит.

Лиза отшатнулась, как от удара. Максим еще секунду смотрел на нее, а потом вышел, громко хлопнув дверью. Девушка обессиленно опустилась на кровать, она была совершенно раздавлена. Щеки горели так, словно она получила пощечину. От слез перед глазами все расплывалось.

Максим стоял в коридоре, прислонившись лбом к двери, которую только что захлопнул. Он ненавидел себя за то, что только что сделал. Однако другого выхода он не видел. Лиза имела право на счастье, но только не с ним, не с человеком, медленно впадающим в старческий маразм.

* * *

В комнате Вадима никого не было. Из душевой доносился звук льющейся воды. После раздавшегося стука в дверь в комнату робко вошел Слава Харитонов. Он немного потоптался у порога, не решаясь пройти без разрешения хозяина, но вдруг увидел на столе тот самый чемоданчик, который он раздобыл по приказу Вадима в кладовке.

Слава осторожно, на цыпочках подошел к столу и, оглянувшись на дверь душевой и убедившись, что она все так же закрыта, с любопытством приподнял крышку чемоданчика. Там оказался старого образца военно-полевой телефон. Внезапно за спиной Славы раздался насмешливый голос Вадима:

– От любопытства кошка умерла.

Харитонов подскочил и в ужасе оглянулся: на пороге душевой стоял Уваров с мокрыми волосами, обмотанный полотенцем.

– Хочешь составить ей компанию? – прищурившись, спросил он у Славы.

– Я это… батарейки принес, – пролепетал парень, пытаясь скрыть свой страх, и выложил из карманов на стол штук двадцать-тридцать разнокалиберных батареек – пальчиковых, мизинчиковых, круглых.

– Не густо, – сказал Вадим, глядя на батарейки.

– Больше нет. Я все комнаты обшарил, даже у преподов, – стал оправдываться Слава. – Морозов меня чуть не застукал, крик поднял на всю школу.

– Аккуратнее надо работать, – отрезал Вадим и, взяв парня за плечи, развернул его к двери и выставил из комнаты.

Батарейки, принесенные Славой, Вадим обмотал все вместе изолентой, соорудив импровизированный аккумулятор. Старый, потекший аккумулятор лежал тут же на столе. От двух клемм, сделанных из кусочков жести, Вадим провел два провода от нового аккумулятора к телефону.

Достав из чемоданчика ручку индуктора, он вставил ее в отверстие и покрутил, заводя телефон. Затем Вадим взял трубку и нажал на кнопку связи.

– Я смог открыть люк и дойти до места, – отчитался он в трубку. – Но войти пока нельзя – там обвал. – Выслушав ответ собеседника, Вадим предупредил: – На разбор понадобится несколько дней. – Он вновь замолчал, потом автоматически кивнул, как если бы собеседник мог его видеть, и сказал: – Хорошо, постараюсь уложиться… Да, я понял – выходить на связь ежедневно, примерно в это время.

Вадим выключил телефон, снял ручку индуктора и, положив в чемоданчик, закрыл крышку. Довольно усмехнувшись, он убрал чемоданчик в стол. Все двигалось по его плану, несмотря на то что разбор завала в подземелье шел несколько быстрее, чем рассчитывал Вадим.

* * *

Даша сидела на кровати в своей комнате, вытянув обнаженные ноги. Лариса, прикасаясь к ним кусочком льда, следила за ее реакцией. Она медленно провела льдом от коленей к пальцам.

– Говори, когда чувствуешь холод, а когда просто прикосновение, – попросила Лариса.

– Холодно… Холодно… – отчитывалась Даша. – Чувствую… Чувствую… Не чувствую…

– Попробуй пошевели пальцами, – велела женщина, убирая лед.

Даша сосредоточилась на ногах, выражение ее лица стало предельно напряженным. И вдруг пальцы на левой ноге еле заметно вздрогнули. Девушка подняла на Ларису сияющие глаза.

– Получается! Вы видели? – радостно спросила она. – У меня получается!

– Да, явно положительная динамика, – сдержанно заметила Лариса, но видно было, что и она очень довольна результатами. – Что ж, будем работать дальше.

Она достала одноразовый шприц и подошла к коробочке с лекарством. Ее пальцы потянулись к подмененному пузырьку в правом верхнем углу коробочки, но в этот момент Даша, которая пыталась сесть, свесив ноги с кровати, случайно скинула на пол книгу. Та упала с громким стуком. Лариса отдернула руку и обернулась.

– Извините, – смущенно сказала Даша.

– Ничего страшного, я помогу, – ответила доктор.

Она подняла с пола книгу и вернулась к коробочке. Достав из нее обычный пузырек, женщина проколола крышку иголкой и набрала в шприц лекарство. Даша застонала от боли, когда Лариса ввела препарат ей в плечо.

В этот момент дверь в комнату распахнулась, и вбежала взволнованная Мария.

– Лариса Андреевна, скорее! – крикнула она. – У Светы Тимофеевой истерика.

Лариса быстро достала из кармана шприц и ампулу, набрала лекарство и выбежала в коридор. Мария устремилась за ней. Они вдвоем добежали до больничного блока, и Мария закрыла за Ларисой дверь на ключ.

Лариса осмотрелась – в изоляторе не было ни Володи, ни Светы. Куриленко и трое старшеклассников играли за столом в карты, младшие дети испуганно сидели на своих кроватях.

– Где Света? – резко спросила Лариса.

– Они там, – ответил Матвей, указывая рукой на душевую.

Женщина быстро прошла в душевую. Света сидела на полу и тоненько выла, обхватив голову руками и раскачиваясь из стороны в сторону. Володя стоял рядом с ней на коленях, пытаясь ее успокоить. Лариса тоже опустилась на колени и достала шприц с лекарством. Володя крепко обхватил Тимофееву, и Лариса сделала укол.

– Нервный срыв, – прокомментировала она. – Ей нужно поспать.

Володя поднял всхлипнувшую, но уже затихающую девушку на руки и вынес из душевой. Лариса пошла следом за ним. Уложив Свету в постель, Володя нагнулся, чтобы укрыть ее одеялом. В этот момент со спины к нему подскочил Куриленко и выхватил пистолет, который был заправлен за ремень на спине Володи.

– Быстро открыть дверь! – крикнул Куриленко, направив пистолет на Володю с Ларисой.

– Убери пистолет, – негромко попросил Володя. – Тут дети.

– Дети? Тебе их жалко? А мне нет, – нервно сказал Куриленко. – Мне только себя жалко. – Он демонстративно направил пистолет на детей, застывших в ужасе.

Воспользовавшись этим, Володя зашел ему за спину и набросился на него, пытаясь выбить из руки пистолет. Борясь за оружие, они оба упали и покатились по полу. Неожиданно раздался выстрел. Володя и Куриленко на секунду замерли. Проследив за напряженным взглядом Куриленко, Володя посмотрел на Ларису.

Она медленно оседала на пол. На животе у нее расползалось большое кровавое пятно. Лариса недоуменно замерла на секунду, затем глаза ее закатились, и она упала на спину, потеряв сознание.

* * *

Поскольку больше никто из друзей не пришел на оговоренную заранее встречу, Рома с Андреем отправились в шестиугольную комнату одни. Они открыли дверь, ведущую в лабиринт, и вошли в нее с ломиками в руках.

– Жуть какая-то, – признал Рома, водя фонариком по стенам. – Натуральные катакомбы.

– А за камином, по-твоему, Версаль? – пошутил Андрей, несущий на плече большой моток веревки.

– Там нормальный бункер, как приличным немцам полагается, – ответил Рома. – А тут так и ждешь, что из-за угла жуть какая-нибудь средневековая выскочит.

Они как раз подошли к месту, где в прошлый раз Андрей с ребятами нашли трещину в стене. Андрей поставил фонарь так, чтобы он освещал пролом, и кинул веревку на пол.

Вставив лом в угол трещины, Андрей нажал на него, пытаясь расшатать камни в стене. Рома, убрав свой фонарик в карман, вставил лом в трещину с другой стороны. Ребята одновременно навалились каждый на свой лом.

Внезапно раздался оглушительный треск, и часть стены провалилась внутрь, увлекая за собой ребят. Их крики затихли в глубине. На полу у стены остались лежать моток веревки и фонарь, освещающий большой пролом на месте щели.

Глава 9

Новая кража

Взволнованный Кирилл вышел из своей комнаты, но, сделав несколько шагов по коридору, спохватился, вернулся и запер дверь на ключ. Убрав ключ в карман, он быстро пошел к медкабинету.

Подойдя к двери, он немного помедлил, но затем решительно постучался. Из кабинета никто не ответил. Кирилл нахмурился и подергал ручку – дверь оказалась заперта. Раздосадованный, он быстрым шагом направился на поиски Ларисы.

Он столкнулся с Раевским, когда спускался в холл.

– Вы не знаете, где Лариса Андреевна? – взволнованно спросил Кирилл.

– Нет, я ее не видел, – ответил Раевский и осторожно спросил: – А что, кому-то плохо?

В этот момент они оба услышали выстрел, раздавшийся со стороны больничного блока, – это был тот самый выстрел, которым Куриленко случайно попал в Ларису. Кирилл и Раевский обеспокоенно переглянулись.

– Это выстрел! – с тревогой сказал Раевский и указал рукой в сторону кухни. – В той стороне!

– Там изолятор, – произнес Кирилл, и они с Раевским бросились вниз по лестнице.

Подбежав к медицинскому блоку, Раевский первым заглянул в круглое окно на двери. На полу в луже крови неподвижно лежала Лариса. Рядом с ней валялся бесчувственный Куриленко – Володе удалось выбить из его руки пистолет и нокаутировать его ударом по подбородку.

– Что там? – с тревогой спросил Кирилл.

– Лариса ранена, – сквозь зубы ответил Раевский, наблюдая, как Володя схватил полотенце со спинки ближайшей кровати и прижал его к кровоточащей ране на животе женщины.

– Где ключи? – со злостью спросил Раевский у Кирилла и со всей силы стал дергать дверь. – Как это открыть?!

– Я слышал выстрел, – взволнованно сказал подоспевший к изолятору Виктор.

– В Ларису стреляли. Она ранена, – сообщил Раевский.

Виктор бросился к двери, на ходу достав из кармана ключи. Кирилл с Раевским подошли к небольшому столику с респираторными масками и торопливо надели их. Виктор открыл дверь и вместе с Раевским бросился к лежащей на полу Ларисе.

Кирилл застыл в дверях. Его взгляд скользил по женщине в луже крови, по валяющемуся без сознания Куриленко, перепуганным детям, жмущимся к старшекласснице, по бесчувственной Свете Тимофеевой, спящей под действием транквилизаторов на своей кровати… Кирилл встревоженно нахмурился, поняв, что в больничном блоке небезопасно.

– Кто стрелял? – спросил Раевский, опускаясь рядом с Ларисой.

– Куриленко, – тихо ответил Володя, мотнув головой в его сторону.

– Откуда у него пистолет? – требовательно спросил Виктор.

– Это мой… – виновато признался Володя, отводя глаза. – Это я виноват…

– Володя, ты о чем думал?.. – потрясенно спросил Виктор и протянул руку, выразительно глядя на Володю.

Тот молча вынул пистолет и отдал его Виктору. Раевский подхватил Ларису на руки и вынес из изолятора. Виктор окинул взглядом детей, испуганно наблюдающих за происходящим.

– Успокой детей, – кинул Виктор Володе и быстро вышел из изолятора следом за Раевским и Кириллом.

Володя мрачно посмотрел на лежащего без сознания Куриленко, перебирая в голове варианты, как правильнее будет с ним поступить, чтобы обезопасить от него детей. Затем перевел взгляд на койку Куриленко, и в его голову пришла блестящая идея.

* * *

Андрей очнулся на полу в какой-то небольшой каморке, заваленной камнями, балками, кусками железа. Она освещалась фонарем, стоящим наверху на краю провала, в который свалились ребята. Рома полусидел рядом, привалившись спиной к стене. Глаза его были закрыты, он был без сознания.

– Рома? Ром, очнись! – испуганно проговорил Андрей и потряс его за плечи. – Ну, давай же! – в сильном волнении умолял он, слегка похлопывая парня по щекам. – Ромыч!

Тот пришел в себя, открыл глаза и испуганно огляделся.

– Слава богу, очухался! – облегченно вздохнул Андрей. – Как ты?

– Порядок, – неуверенно ответил Рома.

Ребята поднялись на ноги, отряхиваясь от пыли, Рома задрал голову вверх.

– Не хило мы просвистели, – хмуро заметил он. – Могли бы и не так удачно приземлиться, – он огляделся в поисках прохода, но, похоже, в этой каморке он отсутствовал. – Есть идеи, что это за место? – спросил он Андрея.

– Я думаю, это нижний уровень, – радостно сказал тот, трогая руками камни и стены. – Мы добрались!

– Не знаю, куда мы добрались, но выбираться отсюда будет нелегко, – охладил его Рома.

Андрей огляделся: с одной стороны были глухие стены, с другой завал из камней, наполовину заваливших какую-то дверь. Из каморки не было выхода. Андрей посмотрел наверх, пролом располагался слишком высоко. Только сейчас до Андрея дошло, что они оказались в ловушке.

Оставалось попытаться открыть дверь, – возможно, это был выход из каморки. Андрей и Рома попробовали отодвинуть большой камень, который перекрывал доступ к ней. Когда им удалось откатить его в сторону, сверху завала тотчас начали осыпаться камни поменьше.

– Андрюх, пора завязывать, – нервно сказал Рома. – Эти раскопки нам ничего не дадут.

Андрей напряженно посмотрел на завал. Пыль понемногу рассеялась, и парень с досадой скривился: дверь по-прежнему оставалась наполовину завалена. Андрей приложил к ней ухо.

– Эй! Есть там кто живой? – громко спросил Андрей.

Он прислушался. Издали до него донесся слабый, еле различимый стук. Изможденные, со впалыми щеками призраки замученных сирот подавали Андрею знак, что он на верном пути. Парень резко выпрямился, обернулся к Роме.

– Ты слышишь?

Рома прислушался и отрицательно помотал головой. Андрей снова прислушался.

– Опять этот стук! – взбудораженно воскликнул он.

Рома хмуро промолчал. Он, конечно, понимал, что друг настолько хочет верить в то, что его родители и сестра живы, что воображение играет с ним дурную шутку. Рома действительно ничего не слышал, кроме разве что урчания своего голодного желудка.

* * *

Лариса пришла в себя на кровати в своей комнате. Раевский стоял у окна, набирая в шприц обезболивающее, а Виктор зажимал ей полотенцем рану. Полотенце все было пропитано кровью. Лариса скривилась от боли.

– Пуля прошла навылет? – с надеждой спросила она.

– Если бы, – резковато ответил Раевский, пытаясь скрыть обеспокоенность. – Застряла где-то в мягких тканях. – Он уверенно поставил Ларисе укол.

– Значит, придется ее вытащить, – сказала женщина и на секунду прикрыла глаза, собираясь с мыслями. – У меня в кабинете есть инструменты…

– Но нельзя же делать это здесь! – с тревогой возразил Виктор. – Это настоящая серьезная операция, а мы не хирурги… Мы не сможем!

– Сергей Викторович сможет, – неожиданно произнесла Лариса. – Он уже делал это раньше.

Виктор перевел удивленный взгляд на Раевского.

– Однажды пришлось доставать пулю из ноги раненого бойца, – объяснил Раевский Виктору и с сомнением признался Ларисе: – Я не уверен, что смогу повторить.

– Инструменты в нижнем ящике слева, – многозначительно глядя на Раевского, сказала женщина и снова поморщилась от боли.

– Хорошо, – вдруг решился Раевский.

– А если она умрет?! – возмутился Виктор.

– Без операции она умрет еще быстрее, – отрезал Раевский.

Лариса с благодарностью кивнула. Раевский пошел за хирургическими инструментами в медкабинет. Виктор, продолжая зажимать рану насквозь пропитавшимся кровью полотенцем, с сомнением смотрел на женщину. Ему совершенно не нравилось решение, которое они приняли.

Когда Раевский вернулся, он подставил к кровати Ларисы маленький столик, а на нем на подносе разложил нехитрые инструменты, вату, бутылочку со спиртом, марлевые прокладки, бинты, жгут, несколько пинцетов и скальпель в спиртовой баночке. Надев респираторную маску и латексные перчатки, он подошел к Ларисе.

– Сделай надрез, нащупай пулю и вытаскивай пинцетом, – измученным голосом сказала она. – Только артерию не задень…

Вошедшая в комнату Мария принесла обезболивающее. Раевский, тут же набрав его в шприц, обколол рану со всех сторон. Мария замерла рядом с кроватью, с ужасом наблюдая за ходом операции.

Раевский взял скальпель и сделал надрез в месте ранения. Лариса скорчилась от боли и, машинально схватившись за руку Виктора, крепко сжала ее. Взяв пинцет, Раевский осторожно раздвинул края раны и ввел в нее пинцет. Из раны обильно потекла кровь.

– Пулю нащупал, подцепить не могу, – сказал Раевский сквозь зубы и вдруг воскликнул: – Есть!

Лариса закричала от боли и, сильно дернувшись, потеряла сознание. Раевский вытащил пулю и бросил пинцет на столик. Из раны фонтанчиком хлестала кровь. Наложив на рану марлевую повязку и сверху нее полотенце, которое тут же стало алым, Раевский с досадой заметил:

– Задел все-таки артерию…

– Как ее остановить? – нервно спросил Виктор, глядя на окровавленное полотенце.

– Я не знаю… – признался Раевский.

Все в панике переглянулись: теперь появилась вероятность, что Лариса может умереть от потери крови. Мария выбежала из комнаты на поиски Елены. Она нашла ее в холле.

– Елена Сергеевна, – окликнула ее Мария с перепуганным видом. – Там Лариса Андреевна… Майор достал пулю, но не смогли остановить кровь, – сбивчиво рассказала она. – Ей нужно переливание… срочно…

– Какая у нее группа? – торопливо спросила Елена.

– Очень редкая… четвертая отрицательная… – ответила Мария.

– Пойдем, поднимем личные дела, – решительно сказала Елена. – Надо найти донора.

Они торопливо пошли в сторону учебного коридора. Войдя в учительскую, просмотрели личные дела и преподавателей, и учеников. Во всей школе нашлись только два человека с нужной группой крови – Юра Веревкин и… Андрей Авдеев.

Мария с Еленой вошли в комнату Ларисы, неся в руках личные дела этих учеников. Лариса все еще была без сознания, однако кровотечение у нее уже остановилось. Виктор с волнением прочитал имя своего племянника на папке.

– Больше ни одного подходящего донора? – в мрачной задумчивости спросил он у Елены.

– Четвертая отрицательная есть еще только у Юры Веревкина, – ответила Елена.

– Мы не можем взять столько крови у восьмилетнего мальчика, – нахмурился Виктор. – Значит, Андрей Авдеев – это единственная возможность спасти Ларису.

– Я категорически возражаю! – со злостью заявил Раевский. – Андрей Авдеев заражен! Я не позволю переливать Ларисе кровь с вирусом!

– Вы сами сказали – счет пошел на минуты, – мрачно напомнил Виктор. – Без переливания крови у Ларисы нет шанса. Если она останется жива, возможно, нам всем – вместе с ней – удастся победить болезнь.

– Я не готов взять на себя такую ответственность, – сердито заявил Раевский.

– Значит, ее возьму я! – спокойно сказал Виктор.

Раевский с изумлением посмотрел на него, он не ожидал от Виктора принятия таких смелых решений. И потом, еще неизвестно было, как на эту новость отреагировала бы сама Лариса. Вряд ли она оценила бы по достоинству то, что они спасли ее лишь для того, чтобы тут же заразить смертельным вирусом.

* * *

Когда Куриленко пришел в себя, он уже лежал на своей кровати. Куриленко нахмурился и попытался встать, но не смог – его левая рука была пристегнута наручниками к спинке кровати.

– Э! Что за фигня? – громко спросил он с исказившимся от ярости лицом.

Девочки, сидящие на соседней кровати, тут же испуганно перешли на другую. К Куриленко подошел Володя. С ненавистью глядя на него, Куриленко потребовал, кивнув на наручники:

– Ну-ка быстро сними!

– Не мечтай, – резко отказал Володя. – Будешь теперь у меня под присмотром – двадцать четыре часа в сутки.

Володя отошел, а Куриленко с досадой откинулся на кровать, нервно дернув рукой. Он понял, что попал и теперь не просто будет вернуть себе свободу хотя бы в пределах изолятора.

* * *

Максим спускался по лестнице в холл, когда его окликнула Даша. Она выезжала на коляске из учебного коридора и была чем-то встревожена. Парень обернулся на ее оклик с недоуменным видом.

– А где Андрей? – взволнованно спросила Даша. – Вы уже вернулись?

– Откуда? – недоуменно спросил Макс.

– Из нового подземелья, – понизив голос, сказала Даша. – Вы же хотели пролом расширять? Ты что, не пошел с ними?

Максим нахмурился, понимая, что забыл о договоренности с Андреем. Он молча смотрел на Дашу, не зная, как ей это объяснить. В этот момент в холл с улицы вошли улыбающиеся Вика с Лешей, держась за руки.

– Вы тоже не пошли в подземелье? – с тревогой спросила у них Даша.

– Что-то мы потеряли счет времени, – виновато ответил Леша.

– Значит, Андрюха с Ромычем пошел, – сделал вывод Максим.

– Сейчас начало восьмого, – с беспокойством сказала Даша, посмотрев на часы. – Их два часа уже нет.

Ребята напряженно переглянулись, поняв, что в подземелье что-то случилось. В это время внизу Рома с Андреем, задрав головы, пытались докричаться до своих друзей, но ответом им была только тишина.

* * *

Кирилл подошел к двери медкабинета, вставил в замок ключ, открыл его и вошел внутрь. Подойдя к столу, он пошарил в ящиках, затем приблизился к медицинскому шкафчику и попытался его открыть, но шкафчик оказался заперт.

Тогда он подошел к висящему на крючке медицинскому халату, достал из кармашка ключ и открыл им медицинский шкафчик. На верхней полке он увидел чемоданчик с антидотом. Достав из него одну ампулу, Кирилл облегченно вздохнул.

Держа ампулу на ладони, он внимательно ее рассмотрел, словно пытался убедиться, что это именно то, что ему нужно, а не какое-то другое лекарство, потому что до этого ему не приходилось иметь дел с антидотом. Теперь, когда он принял решение, ему пришлось действовать на свой страх и риск.

* * *

Максим и Леша пошли в шестиугольную комнату на выручку Андрею и Роме. Вика с Дашей остались караулить у панели под лестницей, получив указание Леши бить тревогу, если они не вернутся через полчаса.

Когда к ним подошла Елена, девочки заметно напряглись, но, переглянувшись, приняли непринужденный вид. Вика подозрительно искоса взглянула на панель – хорошо ли она закрыта.

– Девочки, вы Андрея не видели? – с волнением спросила Елена.

– Нет, – ответила Даша, но, заметив состояние Елены, насторожилась: – А что случилось, Елена Сергеевна?

– Он мне срочно нужен. Очень, – почти с мольбой произнесла Елена. – Когда увидите его, пожалуйста, передайте, чтобы он шел в комнату Ларисы Андреевны, хорошо?

Вика с Дашей кивнули, и Елена, прихрамывая, пошла вверх по лестнице. Девочки встревоженно переглянулись и посмотрели на боковую панель, за которой совсем недавно скрылись ребята.

* * *

Денис, Лиля и Сережа соорудили на вершине холма штаб из украденных из школы досок, листов фанеры и еловых веток. Штаб был похож на хлипкий навес, но дети с довольным видом разглядывали свое сооружение.

Лиля через бинокль, подаренный ей отцом, оглядела лес. Через него отлично просматривались шлагбаум и стоящие возле него военные, видны были даже их палатки, расположенные чуть дальше.

– Ого! – удивленно воскликнула Лиля. – Отсюда весь блок-пост военных виден!

– Где?! Дай посмотреть! – попросил взбудораженный Денис и взял из рук подруги бинокль. – Круто! – оценил он увиденное. – Мы тут типа разведчики, будем за врагами следить.

Когда Денису надоело разглядывать военных, он перевел бинокль на лес, уловил тропинку и увидел идущего по ней человека в брезентовой куртке с капюшоном. Когда человек неожиданно обернулся, Денис, коротко вскрикнув, выронил из рук бинокль.

– Там по лесу Войтевич ходит… – ошарашенно сообщил он Лиле с Сережей. – Он еще зимой умер – на него горящий флаг фашистский упал, мне ПалПетрович рассказывал.

Лиля, подняв бинокль, посмотрела через него на тропинку и нахмурилась:

– Нет там никого!

– Да есть! Он на тропинке стоит! – убежденно возразил Денис. – Дай сюда.

Он снова взял бинокль у Лили и посмотрел в него. Однако на этот раз на тропинке действительно никого не оказалось. Денис оглядел ближайшие кусты, но и там никого не было. Мальчик начал злиться и упрямо заявил:

– Говорю вам, это был он! – Затем, подумав, встревоженно произнес: – Надо Пал Петровичу сказать! Это Войтевич у немцев главный гад был. Ты что, не помнишь? – спросил он у Лили.

– Скажи честно, ты просто хотел меня напугать, да? – сердито спросила девочка, стараясь скрыть страх. – У тебя получилось!

Лиля испуганно смотрела в лес. Ей и в самом деле стало очень страшно. Она прекрасно помнила, что это именно Войтевич приказал тогда стереть им с Денисом память.

* * *

Андрей все стоял у двери, напряженно прислушиваясь, а Рома обессиленно сидел на камне, когда сверху из пролома раздался какой-то шорох. Рома вскочил на ноги и задрал голову, пытаясь рассмотреть, что происходит наверху.

– Андрюх, Ромыч, вы здесь?.. – донесся издалека голос Максима.

– Макс, мы внизу! – радостно закричал Рома в ответ.

Андрей быстро подошел к нему и тоже стал смотреть вверх.

– Макс, – крикнул он, – там есть веревка. Где-то рядом с фонарем лежит.

– Тут она, никуда не сбежала, – донесся до ребят голос Максима.

Андрей напряженно посмотрел на дверь за завалом, но больше оттуда не доносилось никаких звуков. Сверху на ребят упал конец веревки, Рома первым ухватился за него и полез вверх.

Нехотя оторвав взгляд от завала, Андрей полез по веревке, как только Рома скрылся за краем пролома. Леша с Максимом подхватили его за руки на самом верху, помогая выбраться.

– Макс, мне кажется, там кто-то есть, – взволнованно сообщил Андрей, кивая вниз. – Мы нашли дверь, но открыть не смогли, она завалена.

– С чего ты это взял? – с сомнением спросил Макс.

– Я слышал оттуда звуки… какой-то стук, – уверенно сказал Андрей. – Очень слабый, но слышал! – Оглядев всех, он с надеждой спросил: – Может, спустимся и вместе попробуем открыть?

Никто не успел ответить – из глубины коридора раздались чьи-то шаги. Ребята тревожно переглянулись, и Максим сделал всем знак вести себя тихо. Ребята напряженно замерли в ожидании – появившаяся из-за угла темная фигура с фонариком быстро приближалась. Наконец ребята разглядели, что это Вика.

– Андрей, тебя ищут по всей школе, – нервно сообщила она. – Нас сначала спросила Елена, потом Виктор Николаевич, потом еще Маша трясла…

Парень нехотя поднял с пола большой фонарь и пошел к выходу. Его не оставляла мысль, что за той заваленной дверью внизу могут быть его родные. Однако если он не вернется сейчас, все поймут, что в школе его нет. Андрей вместе с остальными торопливо покинул подземелье.

* * *

После обеда Денис с Сергеем опять пошли в свой тайный штаб. Сергею удалось стащить из кухни брезентовую куртку, и ребята решили накрыть ею штаб, чтобы во время дождя он не промок. Лилю они дожидаться не стали – она решила стащить одеяло так, чтобы Галина Васильевна этого не заметила, и предупредила, что подойдет в штаб попозже.

Осуществив задуманное, Лиля в полном одиночестве направилась к штабу, неся свернутое одеяло под мышкой. Внезапно она остановилась, напряженно глядя на мелькающую среди деревьев фигуру в брезентовой куртке с капюшоном.

Девочкая испуганно огляделась по сторонам в поисках помощи, не зная, на что решиться. Потом, поборов страх и закусив губу, с упрямым выражением лица пошла в ту сторону, где скрылся этот человек.

Лиля некоторое время следила за ним, но в какой-то момент он неожиданно исчез. Вытянув шею, девочка напряженно топталась на месте, высматривая фигуру человека. Внезапно она разглядела какое-то движение вдалеке в другой стороне и осторожно направилась туда.

Человек в брезентовой куртке замер у дерева спиной к Лиле. Девочка медленно приближалась, не спуская с него глаз. Она притаилась довольно близко от него, спрятавшись за кустами. В этот момент позади нее раздался хруст ветки. Лиля резко обернулась – это оказался Денис с бутылкой воды в руке.

– Тихо! Там Войтевич! – шепотом предупредила девочка, указывая рукой в сторону человека в куртке. – Надо что-то делать! Я могу постеречь его, а ты иди за Пал Петровичем!

Денис напряженно уставился на фигуру в куртке, но вдруг, что-то заметив, ухмыльнулся.

– Не надо никого звать, – тихо произнес Денис и храбро заявил: – Я его сам сейчас скручу!

– Денис, стой! – в отчаянии прошептала Лиля, но не успела остановить друга. Он быстрым шагом решительно приближался к человеку в куртке.

– Хэндэ хох! – грозно крикнул Денис, приставив бутылку с водой, как пистолет, к спине человека в куртке.

Лиля в ужасе замерла. Предполагаемый Войтевич начал медленно поворачиваться к Денису. Он скинул капюшон, и только тут Лиля увидела, что это Сережа.

– Я сразу понял, что это ты! – с восторгом сказал ему Денис. – А Лилька решила, что ты – Войтевич! Прикинь, побежала меня спасать!

Смеясь, Денис обернулся к Лиле и осекся. Она неподвижно стояла, глядя на него полным презрения взглядом.

– Не подходи ко мне больше! – резко сказала она. – Никогда, понял?!

Девочка швырнула одеяло на траву и, развернувшись, убежала. Денис в полной растерянности проводил ее взглядом. Не придавший значения их размолвке Сергей раздраженно хлопал себя по шее – его одолевали комары.

* * *

Нигде не найдя Андрея, Виктор с Марией вернулись в комнату Ларисы. Она по-прежнему лежала без сознания, у ее кровати дежурил Раевский. Все трое с напряжением смотрели на раненую. Вдруг она вздрогнула, изогнулась всем телом и обмякла. Раевский быстро проверил пульс на ее сонной артерии и резко выпрямился.

– Пульса нет! – тревожно сказал он. – Остановка сердца.

Раевский уперся ладонями в грудь Ларисы и стал делать ей непрямой массаж сердца, однако она не подавала признаков жизни. Мария и Виктор с ужасом наблюдали за этим. Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату вошел Андрей.

– Вы меня искали? – испуганно спросил он, глядя на неподвижную женщину.

– Нам нужна твоя кровь, – в приказном тоне сообщил Виктор. – Закатывай рукав!

Андрей сел на стул и послушно закатал рукав. Мария достала иглу и мешочек для забора крови. Все это время Раевский продолжал делать Ларисе непрямой массаж сердца. Взрослые действовали быстро и решительно, теперь счет шел на секунды.

* * *

Вадим по привычке тренированного спортсмена легко сбежал с лестницы вниз, но у подножия вдруг резко остановился и судорожно, со всхлипом, вздохнул. Несколько мгновений мелко и часто дыша, он наконец медленно, по-стариковски, сдвинулся с места и, держась рукой за сердце, дошел до диванчика.

– Вадим Юрьевич, что с вами? – тревожно спросила Женя, заметив его с лестницы. Она быстро подбежала к Вадиму и помогла ему сесть на диван.

– Не могу дышать, – через силу ответил он. – Как иголка в сердце засела…

– Сидите, не шевелитесь, я сбегаю за валидолом! – сказала Женя. – Потерпите минутку!

Женя убежала в сторону учебного коридора, а Вадим, часто и неглубоко дыша, постепенно пришел в себя. У него был мрачный и озабоченный вид – он понятия не имел, что с ним произошло.

* * *

Стояла уже ночь, когда Виктор, Елена, Кирилл и Павел собрались в учительской, чтобы решить, что делать с Куриленко и кто будет выдавать детям антидот вместо Ларисы. Они уже какое-то время совещались, как вдруг дверь распахнулась и в учительскую вбежала взволнованная Женя.

– Виктор Николаевич, кто-то вскрыл медкабинет! – испуганно сообщила она.

Все вместе они сорвались с места и торопливо пошли в кабинет Ларисы. Дверь была открыта, но никакого беспорядка не было, все, казалось, лежало на своих местах.

– Что из лекарств пропало? – спросил Виктор.

– Кажется, все на месте, – неуверенно ответила Женя.

– Женя, а шкафчик с антидотом ты запирала? – с тревогой спросил Виктор, заметив приоткрытую дверь шкафчика.

– Конечно! – воскликнула Женя.

Виктор подошел к шкафчику и потянул за ручку, дверца медленно открылась. Полка, на которой стоял чемоданчик с антидотом, была пуста. Все в ужасе переглянулись. И только Кирилл отвел взгляд.

* * *

В комнате стоял полумрак, слабо освещаемый несколькими свечами. Комната была наполовину разрушена: с потолка свисала оборванная проводка, несколько балок были прислонены к стенам. Пол завален разбитой плиткой. Две стены полностью разрушены и завалены камнями.

Возле стены на полу сидела Надя и механически стучала по стене кружкой. На заправленной кровати рядом сидела Ирина Исаева и напряженно прислушивалась, стараясь уловить извне хоть какие-то звуки.

– Мам, Андрюша ведь придет за нами? – спросила Надя, обернувшись.

– Конечно, придет, – со вздохом ответила Ирина и, откинув край покрывала, позвала дочь к себе: – Иди ко мне, солнышко.

Девочка бросила кружку, подошла к кровати и забралась на нее. Ирина укрыла ее покрывалом и крепко прижала к себе. Поцеловав дочку, женщина снова тяжело вздохнула и стала петь ей колыбельную, равномерно покачиваясь:

Баю-бай, баю-бай,

И у ночи будет край.

А покуда детвора

Спит в кроватках до утра.

Спит корова, спит бычок,

В огороде спит жучок.

Взгляд Ирины скользнул по полуразрушенной комнате: недалеко от кровати в стене был небольшой пролом, рядом с ним на полу стояли два ящика – один с консервными банками, другой с питьевой водой. Надя закрыла глаза, засыпая, а Ирина вновь с тревогой прислушалась. Однако тишину нарушало лишь слабо потрескивающее пламя свечей.

Глава 10

Без вины виноватый

В кабинете директора собрались преподаватели. Виктор, сидя на краю стола, объявил всем, что антидот пропал. Взрослые тяжело восприняли эту новость. Они стояли полукругом и размышляли, кому мог понадобиться антидот, если все заболевшие находились в изоляторе.

– Тому, кто заразился и молчит, – вдруг уверенно предположил Раевский.

– Но зачем это скрывать? – неуверенно спросила Анна. – Какой в этом смысл?

– Допустим, он по какой-то причине не может пойти в изолятор, – ответил Раевский. – Или не хочет…

– Нам придется обыскать школу, – принял решение Виктор.

Все согласно кивнули. Елена и Анна отправились осматривать комнаты девочек, Виктор с Раевским – комнаты мальчиков, Павлу с Кириллом было поручено осмотреть комнаты персонала и преподавателей.

* * *

Тася с Алисой, выскользнув из своих кроватей, тайком пробрались на кухню. Алиса весь день переживала из-за того, что ей не удается поговорить с Митей о своих чувствах. Нигде в школе его не было, значит, он был заперт в своей комнате.

Повариха чистила кастрюлю в раковине, Мария разгружала с тележки чистящие средства, ставя их на полки шкафа. Когда Мария отошла от тележки в сторону, Тася по-пластунски легла на пол и поползла.

Алиса, спрятавшись за плитой, взволнованно смотрела то на Марию, то на Тасю. В этот момент последняя осторожно сняла с тележки связку ключей и, зажав их в кулаке, чтобы они не звякнули, вернулась к Алисе и потащила ее прочь из кухни.

– Скорее, пока она не заметила, – прошептала Тася.

Алиса с восхищением посмотрела на подругу. Они выбежали из кухни. Мария, вернувшись к тележке за очередной бутылкой, так и не заметила пропажу. А девочки торопливо бежали по школе к комнате Кирилла.

– Я ему все скажу! – решительно восклицала на бегу Алиса. – Я ему такое устрою! Будет знать, как от меня прятаться!

Подойдя к комнате, Тася подобрала нужный ключ и открыла дверь. Алиса решительно вздохнула, и девочки осторожно вошли в комнату, но в ней никого не оказалось, кровать Кирилла была застелена.

– Митя!.. – шепотом позвала Алиса, растерянно оглядываясь. – Опять прячется! – расстроенно сказала она. – Может, на чердаке?..

– Тут что, есть чердак? – удивленно спросила Тася.

– Ага. Туда через шкаф можно попасть, – ответила Алиса.

Тася прикрыла за собой дверь, позабыв вынуть ключи из замка, и девочки кинулись к шкафу. Алиса залезла в него, открыла дверцу на чердак и позвала Митю, но в ответ по-прежнему была тишина. Девочки замерли, прислушиваясь к звукам наверху.

Елена в этот момент, немного прихрамывая, шла по жилому коридору мимо комнаты Кирилла. Она с удивлением заметила связку ключей в замочной скважине его двери. Подойдя к двери, Елена прислушалась, до нее донеслись голоса девочек.

– Митя, выходи! – требовательно звала Тася.

– Будь мужчиной! Нам надо поговорить! – раздался возмущенный голос Алисы.

Елена решительно распахнула дверь, вошла в комнату и с изумлением увидела девочек, стоящих в шкафу спиной к ней и зовущих Митю.

– Девочки, что вы здесь делаете? – окликнула их Елена.

Алиса с Тасей испуганно обернулись и вылезли из шкафа.

– Мы пришли к Мите… – виновато призналась Алиса.

– Уже очень поздно. Вы давно должны быть в постелях! – сердито выговорила им Елена и строго сказала: – Быстро в свою комнату!

Девочки понуро поплелись к двери. Елена, взяв их за плечи, мягко выставила из комнаты. Расстроенные девочки ушли, а женщина подошла к шкафу и с удивлением заглянула внутрь. Толкнув дверцу, она впервые увидела проход на чердак и неуверенно поднялась наверх.

Увиденное на чердаке повергло ее в шок: на полу лежал матрас, застеленный постельным бельем, рядом с ним стояла коробка, на которой была тарелка с остатками еды и чашка. Обернувшись на шорох, Елена заметила Митю, испуганно выглядывающего из-за коробок, сваленных в углу чердака.

– Митя, ты почему здесь? – удивленно спросила Елена.

– Я заболел, – угрюмо признался мальчик, покачав головой.

Только сейчас Елена заметила окровавленную салфетку, брошенную рядом с матрасом.

– Тебе нужно в изолятор, – с тревогой произнесла она.

– Папа сказал, что там очень много детей и нет места, – возразил Митя.

– Митя, тебе нельзя здесь оставаться, – мягко проговорила Елена. – Тебе нужно пить лекарство.

– Мне папа уже дал, – наивно ответил Митя, поморщившись. – Такая противная микстура в стеклянной бутылочке…

Уложив Митю на матрас и пообещав ему найти его папу, Елена торопливо спустилась с чердака в комнату Кирилла и напряженно начала ее обыскивать. Она заглянула в тумбочку, обыскала ящики письменного стола, приподняла покрывало на кровати – лекарства нигде не было.

Тогда Елена заглянула под кровать и увидела стоявшие там картонные коробки. Нерешительно опустившись на колени, она раздвинула рукой коробки и обнаружила стоявший за ними медицинский чемоданчик. Елена достала его и поставила на кровать. Открыв чемоданчик, она в шоке смотрела на ампулы, которые искали по всей школе.

– Елена Сергеевна, вы здесь? – раздался от двери удивленный голос Кирилла, только что вошедшего в свою комнату. Увидев на кровати открытый чемоданчик с ампулами, он осекся: – Откуда?.. Где они были?

– У вас под кроватью, – холодно ответила Елена, с презрением глядя на Кирилла.

– Что?! – ошарашенно спросил тот и торопливо стал оправдываться: – Это какое-то недоразумение. Я их не брал. Зачем они мне?

– Может быть, для сына, которого вы прячете на чердаке? – спросила Елена, пристально глядя на него.

Кирилл пораженно смотрел на нее. Он прекрасно понимал, как все это выглядит со стороны. Елена взяла чемоданчик с ампулами и немедленно оповестила остальных преподавателей, которые уже с ног сбились, обыскав все комнаты.

Взрослые собрались в учительской. Хмурый и растерянный Кирилл сел за стол, Елена с Анной присели на диван. Елена смотрела на Кирилла с осуждением, для нее он был прежде всего убийцей ее отца, и этот очередной его подлый поступок лишь доказывал Елене истинную сущность Кирилла.

Анна бросала на Кирилла сочувствующие взгляды – ей и самой на многое пришлось пойти ради больного брата. Павел стоял в мрачной задумчивости. Чуть в стороне от других стоял Вадим с невозмутимым лицом.

В учительскую вошли Раевский и Виктор. Раевский остался стоять возле двери, а Виктор сел за стол напротив Кирилла, глядя на него изучающим взглядом. Кирилл поднял голову, в его глазах стояла обида на несправедливое обвинение.

– О чем вы думали? – наконец с осуждением спросила Елена. – Вы всех нас подвергли опасности.

– Где по-настоящему опасно, так это в изоляторе! – взорвался Кирилл. – Там чуть не убили Ларису! И я должен был отправить туда Митю?!

– И чтобы спасти своего сына, вы решили убить остальных зараженных? – с презрением спросила Елена.

– Я этих ампул не брал, – упрямо сказал Кирилл.

– Не врите, – с отвращением произнесла Елена. – Митя сам сказал мне, что выпил лекарство.

– Да… Одну ампулу… – признался Кирилл. – Но остальное я не трогал!

– Кирилл, я понимаю твои чувства, ты беспокоишься о своем ребенке. Но мы здесь отвечаем за всех детей, – жестко произнес Виктор. – То, что ты сделал, – недопустимо.

– Да не делал я этого! – снова взорвался Кирилл. – Ну почему вы мне не верите?

– Потому что вы никогда не признаете своей вины, пока вас не припрут к стене доказательствами, – с ненавистью ответила Елена. – Но здесь все доказательства налицо.

– Предлагаю отправить господина Воронцова в изолятор вместе с сыном – раз он так боится оставить его одного, – язвительно высказался Вадим. – Или прикуем его в комнате наручником к батарее.

– У нас слишком много работы, – хмуро возразил Раевский. – Нам нужны все работоспособные мужчины.

– Вы что, предлагаете спустить ему это с рук? – возмутилась Елена.

– А ты предлагаешь высечь его розгами? – сердито спросил Павел.

– Прекратите! – повысил голос Виктор и обратился к Кириллу: – Я не верю, что ампулы тебе подбросили. Но, понимая ситуацию, давай считать, что ты сделал это в состоянии аффекта. Утром ты отведешь Митю в изолятор и в дальнейшем, пожалуйста, отвечай за свои поступки.

Кирилл подавленно кивнул, очень сильно переживая. Анна тоже кивнула, соглашаясь с решением Виктора и глядя на Кирилла с сочувствием. Елена возмущенно закатила глаза. Вадим смотрел на Воронцова насмешливо, упиваясь ситуацией.

* * *

На другое утро Кирилл вместе с Виктором отвел Митю в изолятор. Митя нес в руках коробку шахмат и пакет с одеждой. Подойдя к изолятору, Виктор встал чуть в стороне, давая возможность Кириллу попрощаться с сыном. Воронцов опустился на корточки, с нежностью глядя на Митю.

– Я буду тебя навещать, – пообещал Кирилл.

– Каждый день? – уточнил мальчик.

– Каждый день, – сказал Кирилл, едва сдерживая слезы.

– Помнишь? – спросил Митя, достав из кармана брелок в виде футбольного мяча.

– Конечно, – улыбнулся его отец. – Он попался тебе в шоколадном яйце.

– Возьми, – сказал мальчик, протягивая ему брелок. – Пусть он побудет у тебя.

Кирилл крепко обнял Митю, Виктор был тронут, наблюдая за их прощанием, но время было тоже дорого, и Виктор тактично предупредил:

– Кирилл, пора…

Оказавшись в изоляторе, Митя огляделся, изучая обстановку и детей. К нему тут же подошел Матвей и предложил занять свободную кровать рядом со своей. Митя машинально кивнул.

– А это у тебя шашки? – спросил Матвей, кивнув на шахматную коробку в руках у Мити.

– Шахматы… – рассеянно ответил Митя.

– В шахматы я не умею… – признался Матвей.

– Хочешь, научу? – спросил Митя.

Матвей с готовностью кивнул. Они подошли к кровати, Митя разложил на ней шахматную доску и стал расставлять фигуры. Матвей с интересом наблюдал за его действиями.

Володя и Виктор, стоя у двери, смотрели на мальчиков, затем Виктор перевел взгляд на Куриленко. Тот по-прежнему был прикован к кровати и наблюдал с нее за Володей ненавидящим взглядом.

– Этот Куриленко совсем не так прост, как хочет казаться, – понизив голос, сказал Володя. – Я уверен, в подземелье он попал не случайно… Думаю, он знаком с Женей Савельевой.

– С Женей? – удивленно спросил Виктор. – Из одиннадцатого класса?

– Когда она пришла сюда с Ларисой, он что-то стал ей говорить, – рассказал Володя. – И она до смерти перепугалась.

– Ты уверен, что тебе не показалось? – с сомнением спросил Виктор.

– Нет, они были знакомы раньше, это точно, – уверил его Володя.

– Я поговорю с ней, – согласился Виктор. – А ты здесь…

Виктор кинул взгляд на Куриленко, тот тотчас сделал бесстрастное лицо. Виктор ушел в надежде, что сюрпризов в изоляторе больше не будет. Володя оглянулся на Куриленко. Он был готов следить за ним хоть двадцать четыре часа в сутки, чувствуя себя виноватым в том, что случилось с Ларисой.

Выйдя из изолятора, Виктор пошел в медицинский кабинет и с удивлением обнаружил там Женю, стоящую у шкафа с медикаментами. Девушка пересчитывала шприцы, бинты, лекарства и заносила их количество в журнал.

– Женя?.. Что ты тут делаешь? – спросил Виктор.

– Вот… решила разобрать медикаменты, пока Ларисы Андреевны нет, – смущенно ответила она.

– Ты молодец, – похвалил Виктор. – Спасибо тебе за помощь. Мне кажется, нужно иметь мужество, чтобы заходить в изолятор к зараженным детям.

– Но мы ведь должны помогать друг другу, – с решимостью ответила Женя. – А риск подхватить вирус есть не только в изоляторе.

Виктор тепло улыбнулся на ее слова, и Женя продолжила разбирать медикаменты в шкафу. Виктор серьезно посмотрел на нее и решился задать вопрос.

– Женя, откуда ты знаешь Григория Куриленко? – напрямую спросил он.

Стоящая спиной к Виктору девушка от неожиданности замерла. Затем, изо всех сил стараясь скрыть испуг, ответила:

– Нет… Я его не знаю.

– Женя, ты можешь мне все рассказать, – доверительно сказал Виктор. – Я обещаю – он ничего тебе не сделает.

– Мы с ним познакомились в парке… – произнесла она через паузу, поняв, что ей не отвертеться, и рассказала Виктору, что в тот день они сидели с подругой на лавочке, болтали, ели мороженое. На скамейке напротив сидел парень и с интересом наблюдал за ней, Женей.

Взгляд парня заметила ее подруга и, толкнув Женю локтем, показала на него. Женя встретилась взглядом с парнем, улыбнулась ему, он улыбнулся в ответ, так они и познакомились. Это оказался Куриленко.

– Начали встречаться… – произнесла девушка, не глядя на Виктора. – Он казался таким милым… С ним было весело.

Они вместе гуляли, гоняли на скутере по улицам. Она даже сделала такую же татуировку, как у него, в виде красивого китайского иероглифа на запястье.

– Но я никогда ничего ему не обещала, – со слезами сказала Женя. – А он… он хотел большего, – она замолчала, ей было тяжело говорить. Поймав сочувственный взгляд Виктора, девушка закончила историю: – Я сказала, чтобы он оставил меня в покое, но он не послушал. Начал меня преследовать.

– Ты обращалась в полицию? – спросил Виктор.

– Да, но что они могут сделать? – сказала Женя и расплакалась. – Кроме моих слов, доказательств против него никаких…

Достав платок, Виктор протянул его девушке. Она вытерла слезы. Виктору стало ее жаль. Он понял, что она многое пережила. И, казалось бы, должна была чувствовать себя в школе в безопасности, но Куриленко в силу сложившихся обстоятельств и здесь ее нашел.

– Ничего не бойся, – взволнованно сказал Виктор, взяв Женю за плечи. – Здесь тебя никто не обидит. Поняла?

Она кивнула, всхлипывая. Ободряюще улыбнувшись ей напоследок, Виктор вышел. Женя вытерла слезы и тяжело вздохнула, оставшись в медкабинете одна. Когда-нибудь эта история должна была вылезти наружу, правда всегда рано или поздно открывается. Главным было правильно ее преподнести…

* * *

В это время Вадим стоял в общей душевой перед раковиной. Он сполоснул лицо и помыл руки, затем посмотрел в зеркало и отметил, что седины на висках у него прибавилось.

– Вот что значит «нервная работа», – с недовольством сказал Вадим. – Но ты молоток, справился. Задачу выполнил на «отлично», – похвалил он подошедшего к нему сзади Славу.

Тот протянул Вадиму ключи от медкабинета и от холодильника с лекарствами и испуганно признался:

– До сих пор руки трясутся… Если бы меня спалили с этими ампулами…

– Но не спалили же, – усмехнулся Вадим и злобно добавил: – Наоборот, никто не сомневается, что это дело рук милейшего Кирилла Евгеньевича.

– Вадим Юрьич, а… как вы узнали, что Митя заболел? – не в силах сдержать любопытства, спросил Слава.

– Считай, что это телепатия, – с циничной усмешкой сказал Вадим, на самом деле подслушавший разговор Кирилла с сыном.

Слава замер с растерянным видом. Вадим удовлетворенно ухмыльнулся и, окинув Харитонова снисходительным взглядом, вышел из душевой. А у Славы из головы не выходило обещание Вадима вытащить его вместе со Светкой из школы. Только об этом он теперь и думал, выполняя его поручения.

* * *

Даша сидела в своей комнате в инвалидной коляске, напряженно глядя на ноги. Усилием воли ей удалось пошевелить ногой: чуть сдвинуть носок, потом пятку, потом снова носок и еще раз пятку.

Радостно улыбаясь, Даша руками спустила ноги с подножки на пол. Морально подготовившись, она набрала побольше воздуха, изо всех сил уперлась руками в подлокотники, пытаясь встать. На лице была предельная решимость, все мышцы тела были напряжены…

В этот момент раздался стук в дверь, и Даша обессиленно опустилась обратно в коляску. На ее лбу от напряжения выступили капельки пота, но она счастливо улыбалась, понимая, что еще чуть-чуть, и у нее бы все получилось.

В комнату вошла Лариса. Она была очень бледна, после операции ей было еще трудно ходить, во всем теле чувствовалась слабость. Счастливая Даша тут же продемонстрировала ей свои успехи, пошевелив ногами.

– Спасибо вам… – с благодарностью сказала она.

– Ну, благодарить пока рано. Мы только в начале пути, – ответила довольная ее успехами Лариса. – Вот станцуешь вальс на выпускном балу, тогда и скажешь спасибо…

Даша вся засияла от ее слов, а Лариса пошла к подоконнику, на котором стояли картонная коробочка с пузырьками, бутылка с физраствором и лежали одноразовые шприцы. Она не глядя взяла подмененный пузырек и предупредила Дашу:

– Готовься. Сейчас будем делать укол.

Даша закатала рукав. Лариса подошла к ней со шприцом и протерла место укола ваткой, смоченной в спирте. Она поставила Даше укол, и та сморщилась от боли. Снова протерев место укола спиртом, доктор выбросила шприц и пузырек в мусорное ведро.

– Отдыхай, – улыбнулась она и вышла из комнаты.

Едва за ней закрылась дверь, Даша предприняла еще одну попытку встать. Она оттолкнулась от кресла, неуверенно балансируя руками в воздухе и радостно улыбаясь. Но вдруг пошатнулась и села обратно в коляску. Она взялась руками за виски, почувствовав головокружение, и тут глаза ее закатились, все тело забилось в конвульсиях. Откинувшись на спинку коляски, Даша замерла, на ее губах выступила пена.

* * *

В подземелье Павел, Кирилл и Раевский снова пытались вручную раздвинуть створки лифта. Между дверцами уже показалась небольшая щель. С напряженными лицами они налегли на ломы, и Раевский, изловчившись, всунул в щель тиски.

Отчаянно крутя ручку тисков, в то время как Павел с Кириллом продолжали давить на ломы, Раевскому удалось медленно расширить щель. Вдруг в механизме лифта что-то щелкнуло, и двери снова застыли на месте.

– Там, наверху, блокираторы, – сквозь зубы сказал Раевский, с трудом удерживая тиски.

– Как их отжать? – спросил Павел.

– Вручную, – ответил Кирилл вместо Раевского. – Дай я попробую.

Он просунул руку в щель, пытаясь нащупать что-то наверху.

– Майор… чувствуешь запах? – негромко спросил Павел у Раевского.

Тот мрачно кивнул в ответ. Они обменялись тяжелыми взглядами, поняв, что в лифте находится чье-то разложившееся тело. Внезапно раздалось несколько щелчков, и Кирилл вынул руку из щели.

– Кажется, готово, – сообщил он.

Раевский легко, одним движением раскрыл двери. Внутри оказалась покореженная кабина лифта, застрявшая на середине проема. Лицо Кирилла исказилось от ужаса.

– Вера… – в шоке прошептал он.

Все потрясенно смотрели внутрь лифта. Внезапно Кирилл стал часто дышать, на глазах его выступили слезы. Раевский, похлопав его по плечам, отвел от лифта, и Кирилл обессиленно встал в стороне, глотая слезы.

Она с любовью смотрела на потрясенного Кирилла, выйдя из кабины лифта. Запертая в нем после взрыва, Вера только сейчас обрела свободу. Чувствуя необычайную легкость, она взлетела под потолок подземелья, затем метнулась в сторону и снова вернулась к Кириллу. Как бы то ни было, теперь она будет оберегать его – его и Митю.

* * *

Вадим в это время тоже был в подземелье. Он отошел от лифта незадолго перед тем, как его вскрыли Раевский, Павел и Кирилл, и теперь сидел на ящике за углом коридора и пил воду из бутылки. Рядом с ним находилась осыпь из камней, ведущая в один из боковых коридоров.

К нему подошел Виктор, Вадим и ему протянул бутылку с водой. Когда Виктор приложился к бутылке, Уваров внезапно нахмурился и с беспокойством огляделся. Откуда-то доносилось тихое тиканье.

– Откуда такой звук? Ты слышишь? – напряженно спросил Вадим, привлекая внимание Виктора.

Виктор тоже прислушался. Вадим встревоженно озирался, пытаясь понять, откуда идет звук. Повернувшись к насыпи, он откинул несколько камней – и тиканье тут же стало громче. Среди камней оказался таймер, от которого тянулись провода к динамитной шашке в углублении между камнями.

– Черт! – резко воскликнул Вадим.

На табло таймера мелькали цифры, шел отсчет последних пяти секунд.

– Берегись! – крикнул Вадим.

Он бросился на Виктора, сидящего за его спиной и, упав на пол, откатился вместе с ним в сторону. В ту же секунду раздался взрыв, коридор заволокло дымом, со стен и потолка посыпались камни.

* * *

Андрей, Рома, Максим и Леша спустились в пролом, который пробили Рома с Андреем. Оставив на краю пролома большой фонарь, они дружно разгребали завал, за которым была видна дверь, оттаскивая и отшвыривая в сторону балки, камни и куски железа.

Наконец, вчетвером с трудом отодвинув последний большой камень, друзья остановились, переводя дыхание. Максим окинул взглядом обшитую железом дверь, подошел к ней и постучал кулаком.

– Эй, там! – крикнул он. – Есть кто-нибудь?

Все напряженно прислушались, но на этот раз из-за двери не доносилось ни звука.

– Глушняк! – с досадой сказал Максим.

В этот момент за дверью раздался какой-то грохот. Друзья подскочили от неожиданности, Андрей торжествующе посмотрел на остальных.

– Я же говорил! – заявил он. – Там люди!

Он изо всех сил налег на дверь плечом. Подошедший Максим тоже уперся в нее руками. Напрягшись, они вместе толкнули ее, и дверь на несколько сантиметров приоткрылась. Тогда ребята налегли все вместе, и дверь со скрежетом открылась настолько, что в нее свободно мог пройти человек. Однако за ней была непроглядная темнота.

– Есть здесь кто-нибудь? – взволнованно спросил Андрей.

Не дождавшись ответа, он сделал шаг в комнату. Максим подтолкнул Рому, у которого был фонарик в руках.

– Ромыч, подсвети, – попросил он. – Не видно ничего.

Рома вошел вслед за Андреем, за ними – Максим и Леша. Лучик фонарика в руках Ромы скакал по комнате, выхватывая из темноты следы обвала, засыпанную битым камнем мебель, сломанную аппаратуру. Ребята осторожно продвигались в глубь комнаты, как вдруг в луче света мелькнуло чье-то лицо.

– А-а! Черт! – испуганно вскрикнул Рома и выронил фонарик из рук. – Кто это был?!

– Кто здесь? – резко спросил Максим, стараясь не паниковать.

Никто не ответил. Ребята, испуганно озираясь, стали отступать к выходу. Внезапно что-то щелкнуло, и комнату залил яркий свет. Посреди комнаты стоял худощавый мужчина с изможденным интеллигентным лицом. Глядя на ребят через очки, он направил пистолет в грудь Андрея.

Глава 11

Саркофаг

Ребята испуганно замерли, глядя на пистолет в руках мужчины. Целясь в Андрея, он глухо предупредил:

– Стойте и не двигайтесь! – Незнакомец напряженно обвел ребят взглядом и требовательно спросил: – Кто вы такие?

– Мы школьники из «Логоса», – ответил Максим, стараясь говорить непринужденно.

– Ну да… – усмехнулся мужчина. – А здесь вы на школьной экскурсии?

Андрей, воспользовавшись тем, что внимание мужчины переключилось на Максима, быстро схватил с пола железяку и ударил мужчину по руке, державшей пистолет. Пистолет упал на пол, а мужчина, скрючившись, застонал, схватившись за руку.

Максим и Леша набросились на него, сбили с ног, и он, падая на пол, ударился головой и потерял сознание. Ребята в ступоре смотрели на неподвижное тело, думая, что убили его.

– Вроде дышит, – сказал Леша, склонившись над мужчиной. – Просто в отключке.

– Лучше его связать, пока не очухался, – предложил Андрей.

Они усадили мужчину на стул и связали его так, чтобы он не мог даже пошевелиться. Пока незнакомец так и не пришел в сознание. Тогда ребята, подергав для верности веревку и убедившись, что она крепко держится, торопливо покинули подземелье и вернулись в школу.

* * *

Даша лежала на кровати в своей комнате. Ее лицо было бледно, глаза закрыты. К иголке на сгибе локтя была подключена капельница. Вошедший в комнату Андрей сел на стул рядом с кроватью и осторожно взял девушку за руку, глядя на нее с любовью. Даша прерывисто вздохнула, просыпаясь, и медленно открыла глаза.

– Слава богу! – облегченно вздохнул Андрей. – Как ты себя чувствуешь?

– Ужасно… – слабым голосом ответила девушка. – Голова кружится и слабость дикая, – она заметила капельницу и наморщила лоб, стараясь вспомнить, что произошло, затем с тревогой спросила у Андрея: – Что со мной? Мне стало плохо?

– Даш, ты чуть не умерла, – с болью ответил она. – Лариса тебя еле откачала.

– Но почему это случилось? – недоуменно спросила девушка.

– Лариса думает, что приступ вызвал тот препарат, который она тебе колет, – эмоционально сказал Андрей. – Нужно прекратить колоть это лекарство! – убежденно воскликнул он. – Приступ может повториться… Нельзя так рисковать!

– Андрей, без этого лекарства я не смогу ходить, – расстроенно произнесла Даша. – Это мой единственный шанс.

– Этот шанс может стоить тебе жизни, – с огорчением предупредил Андрей.

Девушка задумалась над его словами. Нужно было принять какое-то решение, и она не была уверена, что сможет вот так просто отказаться от препарата, да еще и после того, как появились первые положительные результаты.

* * *

В это время Лариса в своем кабинете выдвинула на середину стола микроскоп и натянула на руки латексные перчатки. Раздался легкий стук в дверь, и тут же вошла Мария с почти пустым мусорным мешком в руках.

– Лариса Андреевна, вот все, что было у Даши в мусорном ведре, – сказала она и передала мешок Ларисе.

Та осторожно вытащила из мешка использованный шприц, ватку, обертку от шоколадного батончика и пустой пузырек. Мария вышла, а Лариса аккуратно взяла пипеткой капельку раствора со дна пузырька и поместила ее на предметное стекло под микроскоп.

Склонившись над окуляром, Лариса внимательно изучала образец. Затем недоуменно нахмурилась, отстранившись, и вылила остатки раствора из пузырька на пластмассовую палочку. Вставив ее в небольшой спектрограф, стоящий на столе, женщина нажала кнопку.

Раздалось легкое жужжание, и из прибора выехала лента с графическими кривыми. Лариса взяла ее, посмотрела. На ее лице отразилось сильнейшее изумление. Она снова взяла пузырек и стала его внимательно разглядывать, вертя в руках. Затем мрачно задумалась, результаты анализа раствора на дне пузырька вызвали у нее сильную тревогу.

* * *

В эти секунды Павел, Раевский и Вадим шли по подземелью, разглядывая место взрыва, из-за которого чуть не погибли Вадим с Виктором. Осматривая каменную осыпь, Раевский кивнул, указывая на конкретное место между камнями:

– Вот здесь был заложен динамит.

Павел и Вадим подошли поближе, и Павел ногой пнул один из камней. Камень откатился, и под ним обнаружился брелок в виде футбольного мяча. Павел поднял его и показал Раевскому.

– Возможно, его потерял тот, кто устроил взрыв, – задумчиво предположил Раевский.

Все в задумчивости смотрели на брелок, он не принадлежал ни одному из присутствующих. Тогда мужчины решили доложить о находке Виктору и, покинув подземелье, пошли в кабинет директора.

Виктор как раз направлялся к двери, на ходу натягивая рабочую робу, собираясь спуститься в подземелье, чтобы помогать разбирать завал, как вдруг в дверь постучали и один за другим вошли мрачные Павел, Раевский и Вадим.

– Вить, мы кое-что нашли на месте взрыва, – напряженно сообщил Павел и вытащил из кармана найденный брелок в виде футбольного мяча.

Виктор взял в руки брелок и угрюмо повертел его, вспоминая прощание Кирилла с Митей у дверей изолятора.

– Видимо, тот, кто устроил взрыв, случайно его обронил, – высказал Раевский свои соображения по поводу брелка. – Надо опросить всех и выяснить, кому он принадлежит.

– Не надо никого опрашивать, – хмуро прервал его Виктор. – Я знаю, чей он.

Павел и Раевский вопросительно посмотрели на него. Вадим, стоявший чуть в стороне, удовлетворенно улыбнулся. Мрачный Виктор торопливо пошел к выходу, остальные направились за ним.

Когда они ворвались в комнату Кирилла, то увидели, что он, совершенно раздавленный смертью Веры, сгорбившись сидит на своей кровати, отрешенно глядя перед собой. В руке у него была полупустая бутылка коньяка, он был уже изрядно пьян. На вошедших мужчин он взглянул с равнодушным недоумением.

– Кирилл, это твой брелок? – сдержанно спросил Виктор, протягивая ему брелок.

– Да. Мне его Митя дал, – простодушно ответил Кирилл, взяв брелок. – Откуда он у вас?

– Его нашли внизу, на месте взрыва, – ответил Виктор, не сводя с Воронцова испытующего взгляда.

– Я не понимаю… – недоуменно произнес тот, затем перевел взгляд на напряженно смотрящих на него Павла с Раевским и, догадавшись, пораженно спросил: – Вы что, думаете, это я устроил взрыв?! – Он вскочил и с отчаянием воскликнул, кивая в сторону Вадима: – Вы что, не видите? Он же меня подставил! Сначала подбросил антидот, потом устроил этот взрыв!

– На фига мне руки марать, – с презрением сказал Вадим, усмехнувшись прямо в лицо Кириллу. – Ты и сам неплохо справляешься.

Кирилл сорвался с места и бросился на Вадима. Повалив его на пол, он в бешенстве со всей силы ударил его кулаком в челюсть. Вадим успел сделать ответный удар, но тут к Кириллу сзади подскочили Раевский и Павел и оттащили его от Вадима.

– Хватит, Кирилл! Прекрати! – с сочувствием попросил Павел вырывающегося из их рук Воронцова.

– Это было глупо, – с упреком сказал Раевский, достав из кармана наручники. – Извините, но вы не оставили нам выбора.

Он повалил Кирилла на кровать, завел его руки за спину и застегнул на них наручники. Вадим встал с пола, с издевкой во взгляде посмотрел на Кирилла и вышел из комнаты. За ним вышли и остальные. Кирилл в бессильной ярости проводил их глазами, полными злых слез.

* * *

Максим сидел на ступеньках школы на заднем дворе, в отчаянии обхватив голову руками. Заметив приближающуюся Вику, он взял себя в руки, достал сигарету и прикурил. Вика подошла к нему с выражением беспокойства на лице. Присев рядом с ним, она серьезно спросила:

– Макс, что происходит у вас с Лизой?

– Наш чудо-антидот оказался с небольшим сюрпризом, – с горечью признался Максим. Ему необходимо было выговориться, и он, зная, что может доверять Вике, эмоционально рассказал: – Отдельным счастливчикам он дает побочный эффект – типа потери памяти и слабоумия. И угадай, кто сорвал джекпот?!

Вика в шоке молчала, начиная понимать причину странного поведения Максима, а он продолжал говорить, уже не в силах остановиться:

– Скоро я все забуду – друзей, маму, даже свое имя. В семнадцать лет я стану полным маразматиком, как какой-нибудь древний старикан.

– Неужели ничего нельзя сделать?! – потрясенно спросила Вика.

– Можно, конечно, – ответил Максим, нервно затянувшись. – Например, не пить антидот. И умереть. Или пить – и тоже сдохнуть. Только немного попозже.

– Вот почему ты бросил Лизу… – с состраданием произнесла Вика.

– Пусть лучше меня ненавидит, чем жалеет… – ответил парень, кивнув. Он сжал зубы так, что на его скулах проступили желваки, и жестко потребовал: – Обещай, что никому не скажешь. Никому! Особенно Лизе!

– Я не скажу. Обещаю, – с болью проговорила Вика.

Они мгновение смотрели в глаза друг другу. Затем Максим кивнул, швырнул окурок на землю, встал и ушел. В глазах Вики стояли слезы. Она не могла смириться с мыслью, что потеряет Максима навсегда.

* * *

Лиля сидела у шалаша под растянутой на его крыше брезентовой курткой. Свободной рукой она на ощупь брала печенье, лежащее рядом на расстеленной салфетке, а второй держала бинокль, наблюдая за солдатами у шлагбаума, которые передавали коробки с продуктами завхозу.

Опять потянувшись к печенью, вместо него она нашарила медальон. Лиля опустила бинокль и взяла медальон, изумленно разглядывая его. Увидев изображенную на нем лилию, она тепло улыбнулась.

– Нравится? Это тебе, – раздался голос Дениса. – Здесь лилия, видишь? Твой знак.

Лиля обернулась. Рядом стоял Денис с виноватым видом.

– Это ты?.. – несколько разочарованно протянула девочка и отвернулась.

– Лиль, слушай… мы что, больше никогда не будем дружить? – спросил Денис, чувствуя себя совершенно несчастным. – Я это… согласен… ну… что глупо пошутил. – Он сел рядом с девочкой и горячо пообещал: – Больше не буду, честно! Хочешь, я сам признаю – нет никакого Войтевича!

– Дело не в Войтевиче, – обернулась к нему Лиля, скрывая удовлетворенную улыбку, – а в том, что ты вел себя как дурак. А если я кого-то не люблю – так это дураков!

– Лиль, ну прости меня, – в отчаянии попросил Денис.

– Ладно, прощаю, – улыбнулась она, а потом задумчиво добавила: – А насчет Войтевича – знаешь, Денис, наверное, ты на самом деле кого-то заметил. Я тоже видела сегодня – кто-то ходит по лесу и на нем вот такая куртка.

Привстав, девочка пошлепала ладонью по брезентовой куртке, растянутой на крыше. Медальон при этом соскользнул с ее коленок и укатился куда-то. Ребята сорвались с места и вместе кинулись искать его среди травы. Ссора была окончательно забыта.

* * *

Дверь медленно открылась, и в комнату, обнаруженную внизу провала, вошли один за другим ребята. На это раз они привели с собой и девочек. Лиза и Вика с интересом осматривались. Максим, держа в руке пистолет, направил его на связанного мужчину. Тот уже пришел в себя и напряженно смотрел на ребят.

– Что вы от меня хотите? – с тревогой спросил он.

– Вы работали на «Ингрид»! – взволнованно сказал Андрей, переводя взгляд с одного прибора в комнате на другой и везде видя маркировку «INGRID».

– Работал. Но очень долго не знал, кто они на самом деле, – терпеливо объяснил мужчина. – В восьмидесятые годы я работал в одном секретном НИИ… Занимался влиянием различных излучений на живые организмы. Мы пытались повысить их устойчивость к вирусам… – Он сделал паузу, кинув измученный взгляд на заинтересованно слушавших его ребят. – Когда в начале девяностых все развалилось, я остался безработным. Я был на грани отчаяния, когда на меня вышли люди из секретной правительственной программы – так они представились. Конечно, я ухватился за их предложение продолжить исследования… – Мужчина горько усмехнулся. – Когда я понял, что к чему, было уже поздно. Мне дали понять – стоит мне открыть рот, и моя семья погибнет. Поэтому я продолжал работу все эти годы.

– Значит, вы знаете, как создать вакцину от вируса, который они разработали? – с надеждой спросила Вика.

– Нет. Я работал с уже практически готовым материалом, – огорчил ребят мужчина. – Ни состав, ни формула вакцины мне неизвестны.

– Где-то здесь держали моих родителей – Наталью Колчину и Александра Авдеева. Вы что-нибудь о них знаете? – взволнованно спросил Андрей.

– Все жилые помещения в дальнем крыле, – ответил мужчина, стараясь скрыть удивление от новости, что стоящий перед ним подросток – внук Вульфа. – Отсюда вы туда не попадете – коридоры завалены. Сработала аварийная система. Свинцовые переборки между отсеками должны были заблокировать помещения.

– Хотите сказать, что мои родители, скорее всего, погибли? – упавшим голосом спросил Андрей.

– Вовсе необязательно, – поспешно обнадежил его мужчина. – При блокировке помещений включается автономная подача воздуха. В каждой зоне есть запас воды и пищи. Они могут продержаться там довольно долгое время, – сообщил он и умоляюще спросил: – Ребята, может, все-таки развяжете мне руки?..

– Да, конечно, извините, – спохватился Андрей.

Он, Леша и Максим тут же подошли к мужчине и освободили его от веревок. Тот, растирая затекшие руки и ноги, поднялся и довольно заметил:

– Совсем другое дело. Давайте знакомиться – Ермолаев Георгий Иванович.

Все ребята по очереди представились в ответ.

– Вы можете идти? – спросил Андрей и предложил: – Мы можем помочь вам подняться наверх.

– Нет-нет! Я пока лучше останусь здесь, – нервно ответил Ермолаев. – У них повсюду шпионы. Если узнают, что я жив…

– Может, вам что-нибудь нужно? – участливо спросила Лиза.

– Запас воды у меня приличный, – задумался Ермолаев, – а вот с едой туговато. Может, консервов каких-нибудь принесете?

– Без проблем, – ответил за всех Рома.

Ребята вышли, прикрыв за собой дверь и недоуменно переглядываясь. Все же странный он был какой-то, этот Ермолаев. Немцев в школе больше не было, Колчин погиб, школа была окружена военными, какие в ней могли быть шпионы? Все это было похоже на бред параноика, страдающего манией преследования.

* * *

Мужчины снова спустились в подземелье, собираясь разобраться с лифтом. Раевский пролез в лифт, а через какое-то время вылез из него, держа в руках два конца веревок, и кивнул остальным, ожидавшим его у лифта:

– Все, можно поднимать, – сообщил он. – Веревки я закрепил.

Виктор, Павел и Вадим схватились за одну веревку, торчавшую из лифта, Раевский с дворником – за другую. Под руководством Виктора все дружно начали тянуть, пока в проеме не появилась искореженная панель лифта.

Павел с Раевским подошли к проему и придержали панель, дожидаясь остальных. Когда Виктор, Вадим и дворник тоже уцепились за нее, все потянули и, осторожно вытащив панель, аккуратно положили ее на землю.

– Ну что, момент истины, – сказал Раевский.

Все с нетерпением подошли к шахте лифта и заглянули внутрь. Внизу все было завалено камнями. Лица мужчин вытянулись от разочарования.

– Да… Тут работки еще на месяц, – сказал дворник.

Раздосадованный Павел ударил кулаком по стене. Виктор выглядел опустошенным. Раевский нахмурился. И только Вадим стоял с непроницаемым лицом, не выказывая по поводу нового обнаруженного завала ни торжества, ни огорчения.

* * *

Вечером Андрей, Рома и Леша пробрались в кладовку и начали набивать пакеты всякой едой, попадавшейся под руки, для Ермолаева. В пакеты без разбору летели консервные банки, сахар, чай, сушки, пряники, огурцы и даже апельсины с яблоками.

Андрей подхватил один пакет, Рома – другой. Выключив фонари, они пошли к выходу из кухни. Леша первым подошел к приоткрытой двери и выглянул в коридор, после чего сделал знак ребятам, что можно идти.

Однако в самом конце учебного коридора, у дальней лестницы на диване в одиночестве сидела Лиля, склонившись над книгой. Ребята сперва опешили и застыли на месте, затем спрятались обратно за угол.

– Лиля Скворцова, – прошептал Леша и попросил ребят: – Стойте тут.

Он вышел из-за угла и направился к Лиле. Она удивленно подняла на него глаза, тут же села прямо и радостно улыбнулась ему. Леша присел на диван. Девочка от смущения вертела в руках медальон. Прервав неловкое молчание, она спросила:

– Как твоя курсовая? Дашь почитать?

– Почитать? – замялся Леша. – Ну… конечно. Только тебе вряд ли будет интересно. – Заметив в руках у Лили медальон, он торопливо перевел разговор: – Что это у тебя?

– Медальон. Старинный, – с гордостью ответила она. – На нем, кстати, символ лилии.

– Необычная вещица, – одобрительно отозвался Леша.

– Хочешь, я тебе его подарю? – радостно спросила девочка и смущенно добавила: – На память обо мне.

– Спасибо, – ответил Леша, пожав плечами, и убрал медальон в карман.

Лиля быстро захлопнула книжку и встала, чувствуя себя неловко оттого, что так открыто проявила свои чувства.

– Ладно, пойду спать, – торопливо сказала она и пошла вверх по лестнице.

Леша облегченно вздохнул и сделал знак ребятам, что путь свободен. Андрей и Рома быстро пробежали по коридору к нише за диваном. Все вместе они прошли в шестиугольную комнату и спустились в пролом.

Открыв дверь мастерской Ермолаева, ребята с пакетами в руках вошли. Ермолаев сидел за столом и что-то паял. Услышав звуки шагов за спиной, он обернулся.

– Доставка продуктов! – приветливо сказал Рома.

– Спасибо, ребята, – сердечно ответил Ермолаев.

Он принял пакеты из рук ребят, поставил их на стол и заглянул в один из них.

– Вот это да! Даже фрукты… – изумился он.

– Мы придем, как только сможем, – сказал Андрей. – Если еще что-то надо – вы только скажите…

– Обязательно! – дружелюбно ответил Ермолаев, широко улыбаясь. – Спокойной ночи.

Как только ребята вышли, он перестал улыбаться, плотно закрыл дверь и сел за стол к монитору. С очень жестким и сосредоточенным выражением лица он включил его – на нем оказался полиэкран: шесть квадратиков, на которые должны были передаваться изображения с шести камер. Однако в данный момент работала только одна, остальные показывали серую рябь.

Работающая камера передавала изображение из помещения с голыми каменными стенами, в центре помещения стоял пульт управления и рядом с ним – саркофаг. Сквозь прозрачную крышку саркофага угадывалось очертание лежащего тела, хотя лицо разглядеть было невозможно. У изголовья саркофага мигала красная лампочка.

Ермолаев небрежно вывалил продукты из пакета, что-то упало на пол, в том числе апельсины с яблоками, она раскатились по полу в разные стороны. Ермолаев даже не посмотрел на них. Выбрав из консервов банку зеленого горошка, он открыл за кольцо верхнюю крышку и ножницами по жести отрезал от нее тонкую полоску.

Открыв панель стоящего на полу прибора непонятного происхождения, Ермолаев закрепил где-то внутри него жестяную полоску. Подняв голову, он посмотрел на монитор. Теперь еще в одном из квадратиков появилось изображение. Оно показывало пульт управления в комнате с саркофагом. Ермолаев удовлетворенно улыбнулся.

* * *

Раевский в это время по пояс голый вышел из ванной и с удивлением увидел сидящую на своей кровати Ларису. Она безразлично скользнула по Раевскому взглядом и перешла сразу к делу, ради которого пришла.

– Ты знаешь, что Даша чуть не умерла? – спросила она, глядя в глаза майору.

– Да, неприятная история, – ответил он, нахмурившись. – Что это – реакция на антидот? Или на это твое лекарство?

– Ни то, ни другое, – ответила Лариса и удрученно сообщила: – В коробке с лекарством каким-то образом оказался пузырек с абсолютно другим препаратом. Я думаю, его положили туда специально.

– И кто, по-твоему, мог это сделать? – осторожно поинтересовался Раевский.

– Скорее всего, кто-то из твоих военных. Коробка была распечатана, – ответила женщина, пристально глядя на Раевского.

– Все правильно. По инструкции они обязаны проверить содержимое всех передаваемых грузов, – объяснил он.

– Значит, у них была прекрасная возможность заменить лекарство, – воскликнула Лариса.

– Во-первых, это делается в присутствии нескольких человек, – возразил Раевский. – А во-вторых, зачем им это нужно? Более вероятно, что лекарство подменили в твоей клинике.

– Это совершенно исключено, – отрезала женщина. – У нас ничего не могли перепутать или поменять.

– Видимо, это трагическая случайность, – предположил Раевский. – Слава богу, что все закончилось хорошо.

Лариса кивнула, соглашаясь с ним. Пузырьки были почти одинаковой формы, возможно, это все объясняло. И потом, все когда-нибудь случается в первый раз. Она встала с кровати и, не прощаясь, покинула комнату Раевского.

* * *

В этот поздний час Вадим вернулся в свою комнату и запер за собой дверь на ключ. Сев за стол, другим ключом он открыл ящик и достал оттуда чемоданчик с военно-полевым телефоном. Открыв крышку, Вадим достал ручку индикатора, вставил ее и завел. Включив телефон, он дождался связи и отчитался:

– Я почти закончил разбор. Через день или два смогу открыть дверь, – выслушав ответ собеседника, Вадим подтвердил: – Да, ключ у меня.

Выключив телефон, он еще несколько минут сидел с трубкой в руке, не в силах прогнать с лица довольное выражение. Он был очень близок к цели и, стало быть, к концу операции, а продолжавшийся разбор завала в лифте лишь отвлекал от его отлучений в лес всеобщее внимание.

* * *

Даше не спалось. Она лежала на постели, с безучастным видом смотря фильм на ноутбуке. Все мысли ее были лишь о том, что с отменой лекарства у нее пропадет шанс когда-либо встать на ноги. Раздался стук в дверь. Даша перевела равнодушный взгляд на вошедшую Ларису.

– Не спишь еще? – спросила она. – Отлично, значит, успеем сделать укол.

– Лариса Андреевна… из-за этих уколов я чуть не умерла, – подавленно сказала Даша. – Андрей считает, мне надо прекратить лечение.

– В коробке с препаратом оказался пузырек с другим лекарством, – остановила ее Лариса. – Видимо, случайно. Он-то и вызвал приступ.

Девушка пораженно замерла, поняв, что ее снова пытались убить. Она даже не расслышала половину слов Ларисы. Из ступора Дашу вывела только последняя ее фраза:

– Так что можем продолжать лечение, – сказала Лариса. – И ты обязательно будешь ходить. Хотя на всякий случай лекарство я буду держать у себя в кабинете.

– Вы уверены, что эта подмена – случайность? – уточнила девушка, наблюдая за тем, как доктор готовит ей новый укол.

– Конечно, – улыбнулась Лариса. – Если ты только не предполагаешь, что кто-то пытался тебя убить.

Лицо Даши исказилось от потрясения и страха. Лариса протерла ее плечо ваткой и сделала укол. Девушка поморщилась от боли. Ее переполняли разные эмоции – возмущение, обида, ужас. Она прикусила губу, чтобы не расплакаться прямо перед Ларисой.

Глава 12

Предатель

Утром Вадим в спортивном костюме и грубых черных ботинках спустился по лестнице. Пересекающая холл Анна заметила его и тут же подошла, спросив с подозрением:

– А ты куда собрался?

– Бегать, как всегда, – невозмутимо ответил Вадим, указывая на свой спортивный костюм. – Не хочешь присоединиться?

– Ты можешь морочить голову кому угодно, но не мне, – понизив голос, с угрозой сказала его Анна. – Я вижу тебя насквозь.

Вадим, усмехнувшись, сделал шаг к двери, и тогда Анна, не сдержавшись, предупредила:

– Я буду следить за тобой!

– Мне скрывать нечего, – бросил через плечо Вадим.

Он пошел к двери, и Анна с неприязнью проводила его взглядом, задержав его на грубых черных ботинках Вадима. Когда за ним закрылась дверь, Анна пошла в кабинет директора и застала там разгоряченных спором Елену, Виктора, Павла и Раевского.

– Я уверен, и взрыв, и кража ампул, и подпиленные опоры – дело рук Уварова, – твердо заявил Павел. – Кирилл тут ни при чем.

– Хватит его защищать! – возмутилась рассерженная Елена и запальчиво потребовала: – Пусть наконец ответит за все, что он сделал.

– Да Уваров его просто подставил! – отрезал Павел, стоя у окна. – Воспользовался ситуацией с Митей и подложил ампулы в его комнату!

– Ну конечно! А потом еще и брелок подбросил! – язвительно ответила Елена. – Отличная версия. Но она не объясняет то, что Вадим два раза чуть не погиб. – Она смерила Павла сердитым взглядом, развернулась к Виктору и твердо сказала: – Я считаю, что Воронцов пытался его убить!

– Мне кажется, Вадим вполне мог подставить Кирилла, – вступилась за Воронцова Анна. – Уверена, он пытается вывести нас из игры, одного за другим!

– Тогда зачем он спас мне жизнь?! – горячо возразила Елена. – Зачем он спас Виктора?

– Елена Сергеевна права, – задумчиво произнес Раевский. – При обрушении и взрыве Вадим сам сильно пострадал. А что касается ампул… У него есть алиби. В момент их кражи с ним была эта девочка… Женя Савельева.

Павел сердито нахмурился, Анна отвернулась к окну. Все молчали, понимая, что это довольно веский аргумент, и далеко не в пользу Кирилла.

– Вадим изменился, стал другим человеком! – убежденно сказала Елена. – У него и не было возможности устроить все эти провокации. Он все время у нас на глазах, – случайно выглянув в окно, она указала в него, довольно заметив: – Вон он, посмотрите – куртка, штаны, белые кроссовки. Его видно отовсюду, из любого окна.

Анна посмотрела в окно и тоже увидела фигуру Вадима, бегущего по тропинке в лесу. Даже издалека хорошо были видны белые кроссовки на его ногах. Анна нахмурилась, отчетливо вспомнив, что из школы он выходил в черных ботинках.

– Извините, – напряженно предупредила она. – Мне надо выйти ненадолго.

Она торопливо вышла из кабинета директора, все проводили ее недоуменными взглядами, не особо, впрочем, озадачившись ее поспешным уходом. А Анна между тем хотела проверить одну важную вещь, но для этого ей нужно было найти Вадима.

* * *

Тася и Алиса как раз в это время вышли из школы. Алиса совершила очередную глупость: она отправила в изолятор под подносом с лекарствами письмо для Мити, приревновав его к одной из зараженных девочек – Анжелике. Но потом, подумав, она горько пожалела о своем поступке, потому что понаписала в письме всякие гадости, а как вернуть злополучный конверт – не знала.

Из-за угла школы вылетел яркий детский мячик. Следом за ним показался Юра Веревкин. Он подошел к мячу и еще раз его пнул. Мяч, срикошетив от стены, подкатился к ногам девочек.

– Веревкин, а у тебя хороший удар, – похвалила его Тася.

– Настоящим футбольным я ваще круто бью, – надулся от гордости Юра. – Только не с кем играть – все в изоляторе.

– А ты боишься попасть в изолятор? – лукаво спросила Тася.

– Я?! – возмутился Юра. – Да нисколечки! Спорим, я в этот ваш изолятор войду и выйду, и никто меня даже не заметит! – хвастливо заявил он.

– Спорим! – с готовностью подхватила Тася. – А в доказательство принесешь конверт, он там под подносом с лекарствами лежит.

– Я вам конверт, а вы мне что? – с хитрецой спросил Юра.

– А что ты хочешь? – спросила Тася.

– Маленькое, блестящее, с дырочкой, – улыбнулся Юра, кивнув на свисток, висящий на груди у Таси.

– Ладно, – нехотя согласилась девочка, прижимая свисток к груди.

Юра кивнул и вприпрыжку убежал в школу. В тот же момент из нее вышел Леша, и Тася, радостно подбежав, повисла у него на шее, затем деловито запустила руку в его карман, потребовав:

– Леша, дай мне свой свисток, а то Веревкин у меня мой выпрашивает.

– Знаешь, я свой дома оставил, – признался парень. – Выбери что-нибудь другое.

Леша вытащил из карманов всякую мелочь, в том числе и медальон с лилией, Тася тут же схватила его.

– Ой! А это что такое? Медальон? – восторженно спросила она и положила его к себе в карман. – Спасибо!

Тася улыбалась, вполне довольная подарком брата. Вышедшая из школы Анна поздоровалась с девочками и, торопливо направившись к воротам, вскоре скрылась в лесу. Она настороженно шла по тропинке, то и дело оглядываясь. Наконец она заметила впереди спину бегущего человека в спортивном костюме и белых кроссовках.

– Вадим! – окликнула она.

Человек испуганно замер и обернулся – это оказался Слава Харитонов. Анна подошла к нему, пораженно глядя в его лицо и в то же время понимая, что ожидала чего-то подобного. Слава в панике огляделся по сторонам, сжимая кулаки.

– Ой, это ты, Слава? – улыбнулась Анна, пытаясь разрядить обстановку. – А мне издалека показалось – Вадим Юрьевич.

– Он тоже где-то тут бегает, – криво улыбнувшись, неопределенно махнул рукой Слава.

– Эти ваши спортивные костюмы – все на одно лицо, – снова улыбнулась Анна, делая вид, что не понимает подмены. – Пожалуй, мне тоже надо присоединиться к вашему клубу.

Она приветливо кивнула Славе и торопливо ушла в глубь леса, напряженно оглядываясь и пытаясь понять, куда мог деться Вадим. Выйдя на небольшую поляну, она увидела люк со сдвинутой крышкой и веревку, привязанную одним концом к дереву, а вторым спущенную вниз.

Анна с беспокойством огляделась, но вокруг никого не было. Она подошла к люку и осторожно заглянула вниз. В сомнениях стоя возле люка, женщина задумалась, как правильно поступить, а потом взялась за веревку и спустилась вниз.

Продвигаясь по коридору подземелья, она тревожно оглядывалась по сторонам и прислушивалась. Выйдя из-за очередного поворота, Анна увидела чуть приоткрытую железную дверь.

Сбоку вплотную к дверному косяку был завал. Анна поняла, что камни от двери убрали совсем недавно. Наклонившись, она подобрала лежавший у стены ржавый железный прут и, осторожно подойдя к двери, открыла ее. При виде того, что находилось в комнате, женщина испытала потрясение.

Вдоль стен стояли ряды полок, а на них – прозрачные контейнеры с розовыми ампулами. Лицо Анны озарилось радостью. Войдя в комнату, она подошла к одному из контейнеров и вынула из него пробирку. Разглядывая ее блестящими от счастья глазами, она вздрогнула, услышав за спиной голос Вадима.

– Тук-тук, кто в домике живет? – с издевкой произнес он. – А-а, Мышка-норушка! А я – Волк зубами щелк. Давай вместе жить.

Анна замерла, судорожно сжимая в руке пробирку. Развернувшись, она едва заметным движением спрятала ее за спину, глядя в лицо Вадиму, который стоял в дверях, опершись на косяк и усмехаясь.

– Какой же ты негодяй! – с презрением сказала женщина. – Дети на грани смерти, а ты ведешь всех по ложному следу, хотя знал, что вакцина здесь!

– Не знал, а предполагал, – поправил ее Вадим. – Надо было проверить.

Он сделал шаг навстречу Анне, но она замахнулась железным прутом, и Вадим замер, слегка разводя руки и показывая, что он без оружия.

– Аня… Ты всегда была мне симпатична, – дружелюбно произнес он, – и я не собираюсь причинять тебе вред. Тем более из уважения к твоему отцу.

– При чем тут мой отец? – напряженно спросила Анна. – Он умер, когда мне было три года!

– Так ты ничего не знаешь? – делано изумленно воскликнул Вадим и обвел руками контейнеры с пробирками. – То, что здесь находится, создано именно благодаря Михаилу Ольшанскому. Он курировал проект «Гемини» с самых первых дней.

– Это неправда! – потрясенно сказала Анна.

– Зачем мне врать? – мягко спросил Вадим, делая к ней еще один шаг. – Кстати, твой отец не умер – его убил Иван Шевцов, папаша нашего повара.

– Отец Володи убил моего отца? – потрясенно спросила женщина, в шоке опуская прут.

– Аня, давай поднимем наверх эти ящики и принесем их в школу, – предложил Вадим, видя ее растерянность. – Представь, как обрадуются дети… – говорил он, дружелюбно улыбаясь и медленно приближаясь к Анне. – Через час все будут здоровы… А завтра военные снимут осаду, и все мы спокойно вернемся домой…

Внезапно Вадим сделал резкий выпад вперед и одной рукой схватил Анну за шею, а второй начал медленно выворачивать руку, в которой она держала прут. Женщина с хрипом втягивала в себя воздух, задыхаясь. Вадим подхватил выпавший из ее руки прут и со всей силы ударил им по голове Анны.

* * *

Войдя в школу, Юра немедленно направился к изолятору. Он потрогал навесной замок на двери, заглянул в круглое окошко, затем проверил небольшой замок на окошке для передач. Услышав, как Мария везет по коридору тележку, мальчик быстро отбежал и спрятался за углом.

Мария подвезла к двери изолятора тележку с двумя стопками постельного белья и подозвала через окошко Володю. Открыв ключами навесной замок на окошке для передач, она передала через него чистое белье и получила взамен от Володи грязное.

– Здесь не хватает пары штук, – предупредила Мария, кивнув на комплекты чистого белья. – Я сейчас приду, – и она бегом побежала за дополнительными комплектами.

Володя отошел от двери, а Юра, воспользовавшись моментом, выскочил из-за угла и полез в окошко. Проникнув в изолятор, он выполз с другой стороны и осмотрелся: все дети были заняты игрой, никто не обратил на него внимания.

Взгляд его упал на стол, на котором лежал поднос. Юра разглядел торчащий из-под подноса край конверта, но в этот момент у стола оказалась Анжелика и первой взяла конверт. Юра тут же спрятался за шкафом.

– Смотрите, письмо! – громко объявила Анжелика и прочитала надпись на конверте: – Мите Воронцову!

Выскочив из-за шкафа, Юра коршуном налетел на Анжелику и вырвал конверт из ее рук. Когда он торопливо засунул письмо себе под джемпер, Анжелика возмущенно завизжала:

– Дядя Володя, а Веревкин мое письмо украл!

Юра бросился к окошку для передач, но его перехватил Володя.

– Юра, ты откуда тут взялся? – пораженно спросил он.

Мальчик виновато посмотрел в сторону окошка, и Володя, проследив за его взглядом, все понял. Он растерянно оглянулся на окно в двери – там уже виднелось лицо испуганной Марии.

– Володя, выпусти его! – с тревогой попросила Мария. – Надо сделать тест – вдруг он не успел заразиться…

Она открыла ключом дверь, и Юра понуро вышел из изолятора. Мария закрыла за ним навесной замок на двери и замок на окошке передач. Взяв Юру за руку, она повела его в медкабинет к Ларисе. Володя провожал их взволнованным взглядом.

* * *

Когда Леша вошел в библиотеку, он увидел за столом уставшую Вику, корпящую над книгой. Перед ней лежали исписанные листки. Подойдя к девушке и взяв один из листков, Леша прочел вслух:

– «Бежит невозвратное время», «На долгую память», «Слова улетают, написанное остается», «Все меняется, но ничего не исчезает»… – Он с интересом посмотрел на Вику и спросил: – Что это?

– Перевод остальных надписей на стенах, – спокойно ответила девушка. – Я подумала: вдруг пароль на двери в коридор – не часть слова, а отдельное слово? – Заметив заинтересованный взгляд Леши, она оживилась и показала ему один из листков: – Смотри, вот надпись над дверью в подземный ход: «Путник без багажа поет…» и так далее. Путник по латыни «Виатор», а пароль – «Виа», это означает путь. И за дверью на самом деле оказалась дорога, тайный проход! Мне кажется, что пароль напрямую связан с тем, что находится за дверью.

– Как же мы узнаем – что там, если дверь закрыта? – возразил Леша.

– Надо догадаться по надписи над ней, – объяснила Вика и, взяв другой листок, прочитала: – «Слова улетают – написанное остается». Что это может означать? Какой предмет?

– Ну… рукопись… Или книга, – неуверенно предположил Леша.

– Это точно или библиотека, или какое-то хранилище рукописей, – сказала Вика. – Значит, паролем должно быть слово, связанное с «библиотекой» по смыслу! – Она показала Леше еще один листок и объяснила: – Я тут выписала разные слова, какие могут подойти. Парень пробежал глазами по листку и решительно предложил немедленно проверить грандиозное предположение Вики. Девушка радостно улыбнулась, вскочила, собрала разбросанные по столу листки и убрала их на книжную полку. Леша взял листок с паролями и вместе с Викой вышел из библиотеки.

* * *

Лариса в это время в своем кабинете закончила проверять фонендоскопом легкие Юры Веревкина. Легкие были чистыми, и Юра, насупившись, заправил футболку в штаны. В этот момент дверь открылась, и въехала Даша на инвалидной коляске.

– А ты куда встала? – сердито спросила ее Лариса. – Тебе надо лежать!

– Я просто подумала – лекарство все равно теперь у вас, – объяснила девушка, бодро улыбаясь. – Так что проще мне к вам приходить, чем вам ко мне.

– Хорошо, – смягчилась Лариса. – Не уезжай – я уже сейчас заканчиваю, – взяв со стола тестер, она обратилась к Юре: – Юра, дай мне руку.

Юра протянул руку, и Лариса быстро проколола тестером его палец. Юра от неожиданности ойкнул. Лариса приложила к пальцу мальчика смоченную спиртом ватку и в ожидании посмотрела на тестер. Даша все это время с любопытством наблюдала за ее действиями.

– А что это? – спросила она, кивнув на тестер.

– Тестер, – объяснила Лариса. – Проверяет наличие вируса в крови. Если Юра заразился – загорится красный индикатор, если нет – зеленый.

В этот момент на тестере загорелась зеленая лампочка, и Лариса, с облегчением вздохнув, отпустила Юру. Положив тестер на стол, она отошла к медицинскому шкафчику, повернувшись спиной к Даше. Та задумчиво посмотрела на тестер, затем на Ларису – та как раз доставала из шкафчика коробочку с Дашиным лекарством.

Когда Лариса подошла к столу, тестера на нем уже не было, но Лариса не обратила на это внимания, готовясь поставить Даше укол. Девушка сидела с непроницаемым лицом, спрятав руки под пледом.

* * *

Вика с Лешей в это время вдвоем спустились в шестиугольную комнату, чтобы проверить Викино предположение относительно паролей для кодовых замков. Леша деловито подошел к висящим на стенах фонарям, включил их и обернулся к Вике.

– Ну, где твоя мифическая библиотека? – спросил он, улыбнувшись.

Вика подошла к одной из дверей и указала на надпись на ней по латыни: «Verba volant scripta manent».

– Вот, видишь – верба волант, скрипта манент, – прочитала она.

– Диктуй варианты, – попросил Леша, взявшись за ручку кодового замка.

Они попробовали набрать несколько слов, предложенных Викой, наконец на слове «littera» раздался щелчок замка, и дверь начала поворачиваться на петлях вокруг своей оси. На обратной ее стороне оказался шкаф-библиотека.

– Вот это да… – ошарашенно произнес Леша. – Реально, библиотека…

На полках шкафа стояло множество старинных фолиантов, научных книг на иностранных языках. На нижней полке располагался ящик, полный пожелтевших рукописей на русском языке с дореволюционной орфографией.

– Но, Леш, это совсем не похоже на библиотеку нацистов, – озадаченно сказала Вика, разглядывая книги. – Это скорее коллекция букиниста…

– А что, думаешь, немцы не ценят старинные книги? – улыбнулся парень и, проведя пальцами по запыленным темным корешкам книг, вытащил наугад одну книгу с верхней полки. – А здесь лилия – видишь, такая же, как везде…

Книга была в кожаном переплете, без названия, на обложке был выдавлен цветок. И тут дверь в библиотеку начала сама собой закрываться, снова поворачиваясь на своей оси. Книга с лилией осталась в руках у Леши.

* * *

Слава в куртке Вадима в этот момент размеренно бежал по тропинке. Он уже устал бегать, лицо раскраснелось, на лбу выступили капельки пота. Он растерянно озирался в поисках задержавшегося Уварова, как вдруг раздался хруст веток, и Вадим сам вышел к нему из кустов.

– Побегал сам – дай побегать другому, – с довольным видом сказал Вадим, протянув руку за своей курткой.

Слава стал стягивать с себя куртку, но, нечаянно кинув взгляд на Вадима, оцепенел.

– Вадим Юрьевич… – испуганно сказал Слава, – у вас кровь…

Вадим оглядел себя и только теперь заметил, что его светлая футболка была забрызгана кровью, на кисти и предплечье тоже виднелись потеки крови. Вадим с досадой поморщился, попытался вытереть руку о штаны, но кровь уже засохла. Заметив испуганный взгляд Славы, он раздраженно рявкнул:

– Что уставился? Ну поцарапался слегка. – Он надел куртку и застегнул молнию так, чтобы кровь на футболке и предплечье была не видна.

Снова кинув пристальный взгляд на Славу, Вадим усмехнулся и неспеша побежал по тропинке в сторону школы. Слава опустился на землю и закрыл руками голову. Никогда в жизни он еще не испытывал такого страха, как сейчас, когда понял, что фактически стал соучастником преступления.

* * *

После осмотра в медкабинете довольный Юра Веревкин тут же побежал с поджидавшими его девочками в их комнату, чтобы обсудить удачно завершившуюся для него вылазку в изолятор. Ввалившись в комнату, мальчик, в восторге от самого себя, стал взахлеб рассказывать о своих похождениях.

– А тетя Маша ничего не заметила! – заявил Юра. – А я прям мимо нее прошел!

– А письмо ты взял? – нетерпеливо спросила Алиса.

– Обижаешь! – произнес раздувшийся от гордости Веревкин и, достав из-под футболки помятый конверт, передал его Алисе.

Та схватила конверт, с облегчением прижала его к груди, а затем с остервенением разорвала в мелкие клочья. Юра с изумлением смотрел на все это действо.

– Ну че там, где мой свисток? – требовательно спросил Юра у Таси. – Мы ж договорились – маленькое, блестящее, с дырочкой.

– А-а… ты об этом, – протянула Тася. – Держи.

Она вытащила из кармана медальон и отдала его Юре. Тот недоуменно разглядывал медальон, а Тася делано простодушно объяснила:

– Маленькое, блестящее… а вот и дырочка. Носи на здоровье!

Юра с сильнейшим разочарованием на лице надел медальон на шею, понимая, что попал впросак. Тася невинно улыбалась, наблюдая за выражением его лица.

* * *

В это время Денис, играя в холле с небольшим мячом, случайно закатил его в нишу за диваном. Достав оттуда мячик, он вышел из ниши и медленно поплелся вверх по лестнице. Внезапно из ниши до него донеслись какие-то звуки. Денис изумленно замер и прислушался, осторожно свесившись через перила.

Боковая панель в нише отъехала в сторону, и из образовавшегося прохода вышли Леша с Викой. Денис пригнулся так, чтобы его не было видно, а Леша с Викой, взявшись за руки, ушли по коридору в сторону холла.

Дождавшись, когда Вика и Леша скроются за поворотом, Денис спустился в нишу и простучал панель, пытаясь ее сдвинуть. Осмотрев панель повнимательнее, он нашел отогнутый уголок и потянул за него – панель чуть сдвинулась, образуя щель.

– Фигассе! – вырвалось у Дениса.

Он изумленно заглянул в щель и увидел проход. Слабый свет в нише не позволял рассмотреть, что находится в этом проходе и куда он ведет, но мальчик разглядел и обломки кирпичей, и ведущий куда-то коридор.

* * *

Вадим, вернувшись в школу, немедленно прошел в свою комнату и достал телефон Войтевича. Дождавшись связи, он отчитался перед собеседником:

– Я закончил разбор завала. Все в порядке, я все нашел. Весь запас цел. Мне нужен еще день, чтобы подготовить все к транспортировке. Когда вы пришлете за мной? – Выслушав ответ, он согласно кивнул и сказал: – Понял. Буду ждать указаний. Конец связи.

Закрыв крышку чемоданчика, он отодвинул стул, встал и на секунду потерял равновесие. Схватившись за спинку стула, он зашатался на ногах, как при сильном головокружении. На его лице были написаны страх и полнейшее недоумение.

Между тем экран монитора в кабинете собеседника Вадима погас. Сидевшая перед ним в кресле с высокой спинкой пожилая женщина с жестким, волевым выражением лица задумчиво барабанила пальцами по подлокотнику. Это была сама Теодора Раубер. Ее губы изогнулись в усмешке. На безымянном пальце правой руки красовалось кольцо со стилизованной свастикой.

* * *

Головенко и два санитара неторопливо шли по пустому коридору психиатрической лечебницы. Головенко начальственно выступал чуть впереди, его подчиненные уважительно соблюдали дистанцию.

– Как там Морозов? – спросил Головенко, проходя мимо его палаты. – Без изменений?

– Лежит и помалкивает, овощ, – ответил один из санитаров, ухмыльнувшись.

– Я зайду к нему, посмотрю, – предупредил Головенко, останавливаясь у дверей палаты и доставая из кармана ключ от нее. – Подождите меня, я быстро.

Санитары прошли дальше, свернули за угол и остановились, дожидаясь Головенко. Они неловко топтались на месте, переговариваясь вполголоса. Наконец один из них не выдержал и обеспокоенно сказал:

– Ну че он там, застрял?

Переглянувшись, санитары торопливо пошли к палате. Дверь в нее оказалась приоткрыта. Держа электрошокеры наготове, санитары осторожно вошли. Быстро осмотревшись, они никогда не обнаружили. Только на кровати лежал человек, укрытый с головой простыней.

Недоуменно переглянувшись, санитары подошли к кровати, и один из них откинул простыню со спящего человека – под ней оказался Головенко. Лежа со свернутой шеей, он остановившимся глазами смотрел в потолок.

В этот момент Петр Морозов в длинном пальто поверх больничной робы уже шел вдоль пустынного шоссе. Позади него раздался звук приближающейся машины. Морозов оглянулся и поднял руку, голосуя. Машина остановилась, и мужчина сел рядом с водителем.

– Куда ехать-то? – спросил водитель.

– Вперед, – мрачно ответил Морозов.

Водитель недоуменно пожал плечами, и машина двинулась с места. На лице Морозова застыло угрюмое выражение. Он смотрел прямо перед собой на убегающую под колеса дорогу. Водитель, заметив угнетенное состояние своего странного пассажира, даже не пытался с ним заговорить.

* * *

После неожиданного головокружения Вадим немедленно спустился в кабинет Ларисы. Она измерила ему давление и, увидев показания прибора, недовольно покачала головой. Сняв манжету с руки Вадима и убрав прибор, доктор поставила диагноз:

– У вас, Вадим Юрьевич, гипертонический криз.

– Вы с ума сошли? – возмутился Вадим. – Мне нет тридцати, я профессиональный спортсмен. Какой криз?! – Немного успокоившись, он осведомился: – А отчего может быть такой скачок давления?

– В вашем возрасте – даже не представляю, – недоуменно ответила женщина. – Нужно обследование.

Открылась дверь, в кабинет вошел Виктор, а Вадим, кинув на Ларису злой взгляд, раздраженно вышел, не попрощавшись.

– Лариса Андреевна… Боюсь, мы не достанем лекарство до завтра, – серьезно предупредил Виктор. – Шахта лифта завалена, на ее разбор потребуется как минимум пара дней.

– И что вы намерены делать? – побледнев, спросила женщина.

– Отдадим малышам последние семь ампул, – твердо решил Виктор, – по половинной дозе в день. А сами будем продолжать пробиваться вниз.

– Жаль, что я ничем не смогла помочь, – с легкой горечью произнесла Лариса. – Формула антидота осталась для меня тайной за семью замками.

– Вы и так сделали для нас очень много! – искренне сказал Виктор и горько признался: – Никогда, даже в самом страшном сне, я не мог представить, что мне придется решать – кому из детей жить, а кому умирать…

– Знаете, а вы оказались совсем другим человеком… – слегка улыбнувшись, тепло произнесла женщина.

Виктор чуть смущенно развел руками, глядя на ее лукавую улыбку. Лариса с нежностью смотрела на него, он нравился ей все больше и больше. Когда она увидела его в первый раз, то была о нем не самого лучшего мнения. И она была рада, что первое впечатление оказалось ошибочным.

Взгляд Виктора упал на обнаженные запястья Ларисы – они были покрыты точечными кровоизлияниями. Указав на них, Виктор спросил:

– Что это?

Женщина посмотрела на свои запястья, нахмурилась и оголила руки выше. Руки целиком были в таких же кровоизлияниях.

– Это похоже на реакцию незараженного организма на антидот, – растерянно сказала она. – Сначала лопаются мелкие капилляры, потом происходит полная атрофия сосудов – и, как результат, наступает смерть.

– Получается, вы здоровы? – изумленно спросил Виктор. – Вы делали себе тест?

– Нет. Мне перелили кровь зараженного человека. Шанс не заразиться равен нулю, – уверенно ответила она.

– Вы должны сделать себе тест. Прямо сейчас, – серьезно потребовал Виктор.

Лариса пошарила по столу, но тестера на нем не было. Хорошо, что у нее имелся запасной. Она достала его из своего медицинского чемоданчика. Вынув его, она сделала себе тест при взволнованно наблюдавшем за процессом Викторе.

* * *

Даша в это время сидела у своей кровати в инвалидном кресле. Она собрала в комнате всех своих друзей, объявив, что ей нужно кое-что им сообщить. Она мрачно обвела ребят взглядом.

Максим и Лиза стояли рядом, но были очень напряжены и не смотрели друг на друга, их конфликт был в самом разгаре. На Дашиной кровати сидели Андрей и Рома. Вика с Лешей стояли, взявшись за руки.

– Леш, ты нас не оставишь? – резко попросила Даша.

– Без проблем, – тихо откликнулся тот и вышел, закрыв за собой дверь.

Даша выпрямилась в инвалидной коляске, сильно сжимая руки от волнения. Обведя взглядом напряженные лица ребят, она решительно объявила:

– Один из вас пытался меня убить, – жестко сказала она. – И сейчас я узнаю кто. Вы хотели знать, помню ли я, что со мной случилось в тот день, – медленно произнесла девушка, обводя всех многозначительным взглядом. – Так вот, я все помню. Кто-то из вас вытолкнул меня из окна второго этажа.

Ребята в ужасе переглянулись. Рома попытался замаскировать свой страх шоковым состоянием.

– Один из вас пытался меня убить, – продолжала Даша. – Причем дважды.

– Что значит дважды? – ошарашенно спросил Андрей. – Даш, ты о чем?

– Кто-то подменил лекарство, которое мне колет Лариса, – с горечью ответила она. – Из-за этого я чуть не умерла. Вы все сделаете тест на вирус, – сказала девушка, достав тестер. – Тот, кто не заражен, и есть предатель. Рома! – резко произнесла Даша.

Рома подпрыгнул на месте, в ужасе уставившись на нее. Она протянула ему тестер. Рома проколол палец, и все несколько секунд смотрели на индикатор, затаив дыхание. Наконец загорелась красная лампочка, Рома нервно улыбнулся и передал тестер Вике.

Ребята все поочередно прошли тест, и у всех загорался красный индикатор. Последним остался Андрей. Даша протянула тестер ему. Секунду помедлив, уязвленный парень все же взял тестер и, глядя Даше в глаза, уколол палец. Внезапно все охнули, лицо Даши исказилось: на тестере загорелся зеленый индикатор.

– Этого не может быть, – растерянно сказал Андрей, не веря своим глазам.

Они не знали, что в это время в медкабинете Лариса тоже сделала себе тест, и на тестере появился тот же результат, что и у Андрея. Лариса в шоке смотрела на зеленый индикатор, Виктор, все это время присутствовавший в ее кабинете, тоже был растерян.

– Если результат отрицательный, – жестко сказала женщина, – значит, Андрей Авдеев не заражен!

Виктор потрясенно посмотрел на Ларису. У него эта новость в голове не укладывалась, потому что это было просто невозможно. В таком же недоумении на кровати Даши сидел Андрей под прицелом подозрительных взглядов своих друзей.

Глава 13

Факты и артефакты

Ранним утром Максим лежал на своей кровати, закинув руки за голову и глядя в потолок. Под глазами у него залегли тени, он не спал всю ночь. Время от времени он кидал тревожный взгляд на застеленную кровать Андрея, словно желая убедиться, что у него не галлюцинация и друг действительно не ночевал в своей комнате.

Когда Рома проснулся, он потер глаза и сел на кровати. Увидев мрачного Максима и застеленную кровать Андрея, он сделал расстроенное лицо и спросил:

– Андрюха так и не возвращался?

Максим молча отрицательно покачал головой.

Старшие девочки в это время уже были в душевой. Умываясь перед зеркалом, они тоже были мрачными и чувствовали себя после вчерашней проверки тестером совершенно опустошенными.

– Как думаешь, Андрей и в самом деле предатель? – решилась спросить Вику Лиза.

– Не знаю… – с горечью ответила Вика. – Реально одно – он не заражен.

– Может, этому есть какое-то объяснение? – с сомнением спросила Лиза.

– Есть. Все это время Андрей нам врал, – подавленно произнесла Вика и первой вышла из душевой.

Но больше всех из друзей была подавлена Даша. Она сидела на кровати в своей комнате в полном одиночестве, невидяще глядя в одну точку. Даша проплакала всю ночь после вчерашнего. Она примеряла маску предателя на всех, но меньше всего подозревала Андрея. Думать, что именно он покушался на ее жизнь, было совершенно невыносимо. Кто угодно, только не он!

Андрей между тем сидел на земле, прислонившись спиной к дереву. Он просидел так всю ночь. После того как на тестере загорелась зеленая лампочка, он чувствовал себя изгоем. Даша попросила его выйти из комнаты, и ни один из друзей не сказал в его пользу ни слова защиты, не остановил его, не вышел с ним вместе.

Андрей был в полном ступоре из-за обвинения друзей и известия, что он не заражен. Как такое могло произойти? Ему, как и остальным, вкололи вирус. Он, как и его друзья, все это время пил антидот… Разве лекарство не оказало бы негативного действия на организм, будь он здоров? Факты противоречили друг другу, Андрей обессиленно опустил руки, чувствуя себя раздавленным обстоятельствами.

* * *

Едва все дети отправились на завтрак, Денис, убедившись, что в коридоре никого нет, нырнул в нишу под лестницей, отодвинул панель и прошел в потайную шестиугольную комнату.

Когда его глаза несколько привыкли к темноте, он разглядел фонарь на стене, снял его и включил. Мальчик с восхищением огляделся в комнате, вертя головой по сторонам. Проходя вдоль стен, он с интересом рассматривал надписи и символы, осторожно притрагиваясь к ним рукой.

Дойдя до двери, на которой была пластинка с лилией, он дотронулся и до нее, и пластинка неожиданно сдвинулась с места. Денис заинтересовался и сдвинул ее сильнее, под ней оказалось углубление в форме лилии, в которую идеально поместился бы медальон, подаренный Денисом Лиле.

Лицо мальчика озарилось пониманием. Он погасил фонарь и торопливо покинул шестиугольную комнату, после чего бросился по школе на поиски Лили.

Он нашел подругу на кухне, она дежурила еще с двумя девочками, помогая поварихе приносить на подносе и мыть грязную посуду после завтрака. Денис взбудораженно подскочил к Лиле, едва не выбив поднос со стаканами из ее рук, и торопливо, с горящими глазами, спросил:

– Медальон, ну, который я тебе дал, он где?

– А что?.. – стушевалась Лиля.

– Давай его сюда, скорее! – нетерпеливо попросил Денис, протягивая руку.

– Ты же мне его подарил, – возмутилась девочка и, пытаясь скрыть за недовольством свою растерянность, спросила: – А теперь что, передумал?

– Мне только на время! Для дела! – возбужденно сказал Денис и, понизив голос, пообещал: – Я тебе такую офигенскую вещь покажу!

– А при чем тут медальон? – напряженно спросила Лиля.

– Без него не сработает, – убежденно ответил мальчик. – Я потом верну, честно!

– Ну, он где-то в комнате… – сказала она, отводя глаза. – Надо поискать…

– Слушай, давай я за тебя додежурю, а ты пока сгоняй за медальоном! – с энтузиазмом предложил Денис. – Потом встретимся в холле, идет?

– Хорошо, – нехотя согласилась Лиля.

Денис тут же подскочил к раковине, в которой две ученицы с кислыми выражениями лиц мыли посуду, оттолкнул их и начал с азартом тереть тарелку. Ученицы захихикали. Лиля обернулась на повариху, перебиравшую в кладовке продукты, и незаметно вышла из кухни.

* * *

После завтрака ребята проходили через холл. Все они были подавлены, их мысли целиком занимало предательство Андрея. Лицо Даши было заплакано, она снова погрузилась в депрессию, в которой пребывала долгое время после травмы. Максим, катя ее кресло, первым не выдержал и, остановившись, решительно объявил:

– Ну, вот что. Вы как хотите, а я лично не верю, что это Андрюха.

– Макс, Андрюха не заражен… – осторожно проговорил Рома. – Значит, предатель – точно он.

– Нет, – упрямо возразил Максим. – Он не стал бы убивать Дашку. Скорее бы сам сдох.

В этот момент с улицы в школу вошел хмурый Андрей. С изможденным лицом, измученный бессонной ночью, проведенной в лесу, он лицом к лицу столкнулся с ребятами. Все напряженно замерли. Андрей поочередно обвел взглядом каждого из них, читая на их лицах боль, обиду и даже жалость, но понимания и поддержки он не заметил ни в чьем взгляде.

Андрей с горечью кивнул и молча взбежал по лестнице. Ребята переглянулись, чувствуя неловкость ситуации, и тут Максим решительно сорвался с места и побежал догонять друга.

– Андрюха, стой! – окликнул его Максим, обогнал и преградил дорогу.

– Что, так накипело? – злобно спросил тот. – Ну давай, вываливай! – И, передразнивая Максима, Андрей произнес: – «Как ты мог!», «Мы тебе доверяли»…

– Я не думаю, что предатель – ты, – спокойно ответил Максим. – Прости, Андрюх. Надо было сразу вчера сказать, при всех.

Они замолчали, Андрей обдумывал слова друга. Затем смягчился и кивнул.

– Ладно… Если честно, я сам в полном шоке. – И тут его озарила догадка: – А вдруг я просто вылечился?! Надо поговорить с Ларисой.

– Зачем? Она этот вирус первый раз здесь в глаза увидела. – Максим задумался, а затем высказал дельную мысль: – А вот тот чувак из подземелья… Ермолаев… Вот он что-то может знать. – И он убежденно завершил: – Если кто-то и может объяснить, почему ты не заражен, то это он!

Они, не сговариваясь, развернулись и направились к дальней лестнице. Если имелся шанс восстановить репутацию Андрея, доказать его невиновность, то сейчас единственной надеждой ребят был Ермолаев. Макс и Андрей торопливо, едва ли не бегом спустились по лестнице к нише.

* * *

Лариса сидела за своим столом, глядя в микроскоп и делая какие-то пометки в блокноте. Когда вошел Виктор, она оторвалась от микроскопа и радостно ему сообщила:

– Я только что закончила анализ своей крови. В ней действительно антитела к вирусу! Думаю, у Андрея результат будет таким же.

– Получается, Андрей был заражен, но его организм поборол вирус, – задумчиво сказал Виктор. – Такое возможно?

– Теоретически – да, – подтвердила Лариса: – Видимо, у Андрея очень сильная иммунная система.

– А возможно такое, что вирус все-таки останется в его крови и проявит себя через много лет? – спросил Виктор. – Я заразился в детстве, но симптомы заболевания проявились только полтора года назад.

– Интересно. – Лариса не знала про это, потому тут же увлеченно попросила: – Вы позволите мне взять у вас кровь на анализ? Возможно, это как-то поможет нам в создании лекарства. – Вертя в руках предметное стекло из микроскопа, она задумчиво сказала: – Вакцину наверняка пытались сделать на основе ослабленных штаммов… Значит, ваша кровь, моя или Андрея могут помочь нам ее синтезировать.

Раздался стук в дверь, и в кабинет заглянула Мария.

– Лариса Андреевна, у нас все получилось! – радостно сообщила она.

– Что получилось? – с интересом спросил Виктор.

– Успокоить сверхбдительного господина Куриленко, – усмехнулась Лариса. – Сегодня во всех ампулах было плацебо. Детям я сделаю уколы с лекарством.

– Когда симптомы начнут проявляться, обман тут же раскроется, – озабоченно сказал Виктор.

– Будем надеяться, что к этому времени вы успеете найти способ нас всех спасти… – с надеждой признесла Лариса.

Виктор встал, приняв решение во что бы то ни стало разобрать завал в лифте до завтрашнего дня. Иначе большей части тех, кто остался в школе, будет уже все равно, успеют ли взрослые найти лекарство, – зараженные просто погибнут.

* * *

Выйдя из школы, Леша сел на ступеньках крыльца и открыл первую страницу книги, которую они с Викой унесли из библиотеки в шестиугольной комнате. Лицо его выразило сильнейшее изумление. Он присвистнул и, оглянувшись, с интересом окинул взглядом здание школы. Затем торопливо захлопнул книгу и пошел разыскивать Вику.

В холле он наткнулся на Лилю, которая нигде не могла его найти и уже и не знала, как будет оправдываться перед Денисом. Увидев Лешу, она тут же подошла к нему и смущенно проговорила:

– Леша, помнишь, я тебе медальон подарила?.. Ты не мог бы мне его вернуть? – чувствуя неловкость, попросила она. – Ненадолго…

– Лиль, извини, я его отдал, – честно ответил Леша.

Лиля, испытав настоящий шок, ошеломленно смотрела на парня. Затем, злобно сверкнув глазами, резко развернулась и пошла вверх по лестнице.

– Лиль, да что случилось-то? – озадаченно спросил ей вслед Леша.

Девочка задумалась на мгновение, затем решительно вернулась и, в упор глядя на Лешу, жестко сказала, едва сдерживая слезы:

– Ничего! Но на будущее запомни: если девушка дарит тебе что-то, это нельзя передаривать никому, понял? Даже если тебе на эту девушку наплевать!

Лиля порывисто убежала. Леша растерянно проводил ее взглядом. Он не понял, с чего она вдруг так взбесилась, потому что не воспринимал ее подарок как романтический и даже представить себе не мог, какие ревность и обида сейчас бушевали в ее душе.

Единственное, что он точно понял, – что медальон срочно нужно вернуть. Он пошел разыскивать Тасю с Алисой и нашел их недалеко от школы, девочки лопатками копали ямки на грядке и вкладывали в каждую ямку по пол-ягодки клубники, надеясь, что таким образом им удастся вырастить клубничные кустики.

– Тась, помнишь, ты взяла у меня медальон? – спросил Леша, присаживаясь на корточки рядом с грядкой.

– Помню, конечно. А что? – деловито откликнулась Тася.

– Он мне нужен, – объяснил Леша. – Мне его дали на время, теперь просят вернуть.

– Я его потеряла, – на ходу сочинила девочка.

Леша пристально посмотрел на сестру, и тогда она нехотя призналась:

– Я его Веревкину отдала вместо свистка. И назад просить не стану! – хмуро заявила она. – Он тогда сразу свисток потребует.

Она испуганно схватилась за висящий на шее свисток. Леша понял, как он ей дорог, и согласно кивнул:

– Я сам с ним поговорю.

Он ушел, решив во что бы то ни стало побыстрее найти в школе Юру Веревкина. Девочки растерянно посмотрели ему вслед, не поняв, из-за чего весь сыр-бор, и продолжили закапывать клубнику, хотя Алиса украдкой нет-нет да закидывала в рот по ягоде.

* * *

Мужчины спустились в подземелье. Вадим и Раевский шли впереди, неся за ручку большую лебедку и металлический ящик. Виктор и Павел со свернутыми металлическими тросами на плечах шли чуть позади. Подойдя к шахте лифта, они сгрузили на пол принесенное оборудование.

– Я спрыгну, а вы отсюда подадите, – предложил Раевский и заглянул в шахту. Отшатнувшись, он окликнул изменившимся голосом: – Виктор… Николаевич!

Все обернулись, почувствовав по интонации его голоса, что что-то случилось. Раевский молча смотрел в шахту. Все подошли, заглянули и испытали настоящее потрясение: на дне шахты лежала Анна без признаков жизни. Ее лицо, шея и плечо были залиты кровью.

– Это же Анна… – тихо произнес Вадим.

Стоящая у шахты лифта Вера в бессильной ярости смотрела на Вадима. Исходящие из него потоки лжи подобно черным клубам дыма сковывали любое ее движение. Только теперь она поняла, что ничего не может поделать. Впрочем, стоило попробовать застать Вадима в одиночестве…

Виктор и Раевский осторожно вытащили Анну из шахты лифта и аккуратно положили ее на импровизированные носилки. Раевский поправил ее голову, поддерживая затылок, затем, посмотрев на свою руку, увидел, что она залита кровью. Безо всякой надежды он проверил пульс Анны.

– Она жива! – изумленно воскликнул он. – Пульс еле прослушивается, но он есть!

Виктор и Раевский, торопливо подняв носилки, быстро пошли по коридору к выходу из подземелья. Когда они проходили мимо Вадима, он заметно напрягся, хотя и старался не подавать виду. Однако мужчинам сейчас было не до него, никто не заметил раздражения на его лице. Вадим пошел последним, испытывая досаду и злость.

* * *

Ермолаев сидел за столом. На мониторе по-прежнему были изображения только с двух камер. Наклонившись, Ермолаев возился с проводами в блоке управления. За его спиной раздался шум – это ребята спускались через пролом. Ермолаев быстро выключил монитор и повернулся к входящим ребятам.

– Вы по делу или так… навестить старого отшельника? – с приветливой улыбкой спросил он.

– Георгий Иванович, – решительно сказал Максим, – вы в прошлый раз говорили, что работали над вакциной. Мы хотим спросить про ее действие.

– Действие? Как у любой вакцины, – недоуменно ответил Ермолаев. – Формируются антитела, вырабатывается иммунитет.

– То есть зараженный человек может полностью излечиться? – уточнил Андрей.

– Конечно, – уверенно ответил Ермолаев.

– А без вакцины? – спросил Максим, механически взяв со стола отвертку. – Если просто пить каждый день антидот?

– Это невозможно, – ответил Ермолаев, мягко забирая отвертку из рук Максима.

– Тогда я – исключение, – возразил Андрей. – Пять месяцев назад меня заразили вирусом. А вчера выяснилось, что я абсолютно здоров.

– Нашим вирусом? – с интересом уточнил Ермолаев. – Вирусом Колчина?

– Вашим, вашим… – подтвердил Максим.

– Антидот к твоему выздоровлению не имеет никакого отношения, – сказал Ермолаев, разглядывая Андрея. – У тебя врожденный иммунитет. Твоя мать – Наталья Колчина. Значит… ты… особенный.

– Особенный? – непонимающе переспросил Андрей.

– Да, – просто ответил Ермолаев. – Генномодифицированный.

Андрей с Максимом переглянулись с обалдевшим видом.

– Генно-модифицированные люди? – не веря своим ушам, переспросил Андрей. – Что это за ерунда?!

– Одним из направлений деятельности «INGRID» было создание организмов, резистентных к вирусу Колчина, – терпеливо объяснил Ермолаев. – Иногда речь шла о прямом клонировании, иногда в гены эмбриона добавлялась лишь часть чужеродных генов… Но всегда эмбрион на самой ранней стадии уже был заражен.

– Потому что была заражена сама Ингрид, да? – догадался Максим.

– Да. Колчин провоцировал новые мутации, которые помогали бороться с вирусом, – ответил Ермолаев, кивнув. – В конце концов, он создал организм, абсолютно устойчивый к заболеваниям.

– Хотите сказать, что я клон? – ошарашенно спросил Андрей.

– Ты – нет. В тебе лишь часть генного материала Ингрид, – успокоил его Ермолаев, но тут же вверг в еще большее изумление: – А вот твоя сестра – ее полный клон.

– Ты обычный ребенок из пробирки, – невесело пошутил Максим, обращаясь к Андрею.

– Не обычный, – поправил его Ермолаев. – А ребенок с железным иммунитетом. Уверен, ты в жизни ни дня не болел, – усмехнулся он.

– Но я пил антидот! – возразил Андрей. – Почему он меня не убил?

– Тебя убить не так-то просто, – серьезно ответил Ермолаев. – По крайней мере, болезней и лекарств можешь не опасаться.

Андрей потрясенно кивнул. Поблагодарив Ермолаева за информацию, ребята выбрались из провала. Выйдя из шестиугольной комнаты, они заметили всхлипывающую Марию. Она сидела на лестнице, уткнувшись в колени, и тихонько плакала.

– Мама, что с тобой? – бросился к ней Максим.

– Ребята… – подняла Мария заплаканное лицо. – Анна… она…

– Что случилось? – напряженно спросил побледневший Андрей.

– Она упала в шахту лифта, – выдавила из себя Мария. – Никто не знает, как это произошло. Лариса Андреевна сказала – надежды нет…

– Где она? – лихорадочно спросил Андрей.

– В своей комнате, – ответила Мария.

Андрей сорвался с места и побежал в комнату Анны. Максим и Мария с сочувствием посмотрели ему вслед. А Андрей несся по школе как ополоумевший, все встречные с изумлением уступали ему путь.

* * *

После того как Анну принесли из подземелья в ее комнату, передав на попечение Ларисы, Павел, Виктор и Елена собрались в учительской, потрясенно обсуждая произошедшее.

– У нее не было фонаря, – попытался найти объяснение Павел. – Наверное, она оступилась в темноте и упала.

– Но что она делала в подземелье одна, ночью? – недоуменно возразил Виктор.

Все растерянно замолчали, никто из них не мог объяснить, как такое могло случиться. В кабинет вошла Лариса, она была очень напряжена. Все с нетерпением и надеждой посмотрели на нее, ожидая услышать хоть что-то положительное. Однако женщина отрицательно покачала головой.

– У Анны серьезная черепно-мозговая травма, – мрачно сообщила она. – К тому же она потеряла много крови… Не думаю, что она переживет эту ночь.

Елена, не выдержав, заплакала. Она все утро искала Анну по школе, заметив, что младшие ученики бегают без присмотра. Она всех опрашивала, но Анну никто не видел еще с вечера. Елена встревожилась, но она и предположить не могла, что с той случилось что-то страшное.

Выйдя из учительской, Елена пошла в комнату Анны.

– Как она могла получить такую серьезную травму? – удивленно спросил Виктор. – Шахта лифта не такая уж глубокая.

– Видимо, при падении Анна ударилась обо что-то острое и металлическое, – неуверенно предположила Лариса. – В ране были следы ржавчины.

Павел напряженно осмысливал услышанное. Ему в голову пришла какая-то мысль, но он не решился высказать ее при остальных. Он просто молча гадал, откуда в шахте лифта, заваленной камнями, могло оказаться что-то металлическое.

* * *

В этот момент Андрей ворвался в комнату Анны. Она лежала на кровати в той же одежде, в которой ее нашли. Голова была перевязана бинтом, но и он уже кое-где пропитался кровью. Лицо у женщины было осунувшимся. Ее бледные, почти серые щеки впали.

У кровати сидела заплаканная Елена. При виде нее Андрей несколько потерялся. Он молча, потрясенный, смотрел на неподвижную Анну. Глаза ее были закрыты, казалось, она просто спала. Елена подняла на Андрея глаза и тихо проговорила:

– Андрей, она умирает… – Елена снова заплакала, поднялась со стула, освобождая место для парня. – Она… любила тебя. По-настоящему… Я знаю.

Андрей опустил голову – ему было мучительно больно. Елена, еще раз взглянув на Анну, тихо вышла.

Парень присел на краешек стула и взял Анну за руку – она была холодная, хотя в комнате было тепло. Несмотря на то что женщина была без сознания, рука была сжата в кулак. Андрей нежно обхватил ее ладонями, словно хотел согреть своим теплом.

– Аня… прости меня, – тихо сказал он. – Прости, если можешь…

Внезапно веки женщины дрогнули, она медленно приоткрыла глаза. Андрей замер, вглядываясь в ее лицо, и взволнованно спросил:

– Аня… ты меня слышишь?

Анна сфокусировала взгляд и встретилась с ним взглядом. Она прошептала сухими губами, едва слышным, угасающим голосом:

– Андрей… я хочу, чтоб ты жил. – Она сделала над собой усилие и слабо улыбнулась. – Живи…

Женщина прерывисто вздохнула и разжала кулак, у Андрея в ладонях оказалась пробирка с вакциной. Мгновение он с недоумением смотрел на нее, затем вновь перевел взгляд на Анну – она лежала, неподвижно глядя в потолок.

– Аня?.. – с тревогой спросил он, все еще не веря в непоправимое. – Аня!

Анна лежала неподвижно, она умерла. Осознав это, Андрей закрыл лицо руками и заплакал, больше не в силах сдерживаться. Только теперь он почувствовал острую вину за то, что игнорировал Анну, подчас отвечал ей скупо, а то и вовсе срывался на грубость… Андрей плакал над ее телом, понимая, что теперь уже ничего не исправить.

Анна стояла рядом с ним, с нежностью положив руку на его плечо. Она все понимала и давно уже простила его. Исходящие от него потоки сильнейшей душевной боли пронзали ее, словно мельчайшие иглы, но она терпеливо ждала, не в силах отойти от Андрея.

* * *

Денис весь в нетерпении ждал Лилю в холле, но она где-то сильно задерживалась. Мальчик вертел головой, мимо него проходил кто угодно, но только не Лиля. Наконец, вскинув глаза вверх, он заметил подругу, стоящую на верхних ступенях лестницы и как-то странно глядящую на него. Перепрыгивая через две ступеньки, Денис подбежал к ней.

– Принесла? – возбужденно спросил он.

– Не смогла найти, – ответила Лиля, отводя глаза и оправдываясь: – Он такой маленький… Наверно, закатился куда-то. Я всю комнату обыскала! Может, тетя Маша, когда убиралась, его в пылесос засосала…

– Вот это облом… – расстроился Денис. – Теперь мы ничего не узнаем. Как можно быть такой растеряшей?!

– Слушай, ты мне его подарил, да? Значит, я могу с ним делать что хочу, – разозлившись, сказала Лиля. – Могу на шею повесить, могу потерять – мое дело!

С улицы в холл вошел Леша. Он заметил Дениса и Лилю и подошел к ним. Денис смотрел на него исподлобья, Лиля – сердито. Леша, дружелюбно улыбаясь и протягивая Лиле медальон, извинился:

– Лиля… Вот, держи. Извини, что так вышло…

Девочка покраснела, растерянно взяла медальон и не нашлась, что ответить. Леша кивнул и ушел. Денис не мог поверить своим глазам. Он уставился на медальон в руках Лили и медленно, зловеще произнес:

– Пылесос засосал, да?..

– Денис, я не хотела тебе врать, просто… – пролепетала девочка и виновато опустила глаза.

– Просто ты мой подарок взяла и передарила, – закончил за нее фразу Денис. – А мне тут впаривала про свои права… – Он с презрением посмотрел на виновато молчащую подругу и горячо сказал: – Я тебе его подарил, потому что… – Денис осекся, но тут же справился с собой и закончил: – Потому что думал, что мы друзья! Теперь дружи со своим Лешечкой, – оскорбленно заявил он, вырвал у Лили медальон из рук и пошел, бурча на ходу: – Чтоб я еще когда связался с девчонкой!

Лиля смотрела вслед возмущенному Денису, закусив губу, чтобы не расплакаться. Она чувствовала себя очень виноватой перед ним, но догнать и попросить прощения гордость не позволяла.

* * *

Виктор и Павел стояли в коридоре рядом с комнатой Анны. Они очень переживали за Анну. Павел понуро сидел на корточках, прислонившись к стене, Виктор стоял, взявшись за голову. Он пытался понять, что же произошло в подземелье.

– Аня всю ночь пролежала там, истекая кровью, – в отчаянии сказал Виктор. – А никто из нас даже не спохватился, что ее нет!

– Вить, мы не могли это предвидеть, – с горечью ответил Павел.

В этот момент дверь комнаты открылась, и вышел Андрей. Он был раздавлен, в глазах все еще стояли слезы. По его лицу было понятно, что Анны больше нет. Павел опустил голову, Виктор следил за Андреем сочувствующим взглядом.

– Она дала мне это, – с болью сказал парень, разжал ладонь и показал пробирку.

– Это же вакцина! – потрясенно воскликнул Павел, поднимаясь. – Вить, это точно вакцина!

– Но откуда она у Ани?.. – ошеломленно спросил Виктор.

Мужчины переглянулись в недоумении. К вопросу о том, как Анна оказалась в шахте лифта ночью одна, добавился еще один – откуда у нее в руке могла оказаться пробирка? И не просто с антидотом, а с вакциной! Теперь стало очевидно, что в этой смерти слишком много загадочного. Павел нахмурился, строя предположения.

* * *

Денис, зажав в ладони медальон с лилией, решительно подошел к лестнице в учебном коридоре и огляделся по сторонам, не видит ли кто его. Он собирался пролезть в нишу, но тут со стороны холла к нему подошла Галина.

– Денис! – окликнула она внука.

Мальчик с досадой поморщился, собираясь ответить, но тут по лестнице с криком и улюлюканьем пронеслись двое его одноклассников, играющих в пиратов, и Галина переключилась на них.

– Задраить люки! – увлеченно крикнул ученик с черной повязкой на глазу.

– Ну-ка стоять! – строго сказала Галина. – Значит, так, господа пираты, – она окинула взглядом безропотно замерших перед ней школьников и пригрозила: – Еще раз увижу, что носитесь по школе, драить будете не люки, а унитазы в туалете. Или как там на корабле?.. Гальюны.

– Задраить гальюны! – тут же подхватил второй ученик, и они, смеясь, побежали дальше.

Галина закатила глаза – дети были просто неисправимы. А все потому, что много энергии, девать некуда, вот и… Оглянувшись на Дениса, она увидела, что ниша, в которой тот стоял за несколько секунд до этого, пуста.

В это время Денис уже стоял с фонарем в руках в шестиугольной комнате перед дверью с замком-лилией. Осторожно отодвинув задвижку на замке, он вставил медальон в замок, нажал и слегка повернул, и дверь, щелкнув, открылась.

Денис завороженно вошел в комнату и с восторгом огляделся. Комната была полна необычных вещиц, и мальчик, расхаживая с хозяйским видом, с интересом дотрагивался до них, время от времени восклицая «Фигассе!» и «Обалдеть!».

На стене у двери висела страшная маска, возможно привезенная графом Щербатовым из какого-то африканского племени. Под маской висели несколько старинных кинжалов в инкрустированных ножнах. Денис подпрыгнул, чтобы взять хотя бы один кинжал, но тут в механизме двери снова что-то щелкнуло, и она начала закрываться.

Мальчик подбежал к двери слишком поздно, она закрылась перед его носом. Он начал в отчаянии бить по двери кулаками, надеясь, что его кто-нибудь услышит, и даже приложил к ней ухо, прислушиваясь.

– Эй, кто-нибудь, выпустите меня! – крикнул он, но в ответ была тишина.

И тут он заметил рядом с дверью замок с лилией – точно такой же, как на обратной стороне в шестиугольной комнате. Он начал лихорадочно рыться у себя в карманах в поисках медальона.

– Нужен медальон, и дверь откроется… – пробормотал он. – Да где же он?!

В этот момент в шестиугольную комнату вошла Галина. Она исследовала нишу за диваном и обнаружила неплотно прилегающую панель. Зная страсть своего внука к приключениям, она предположила, что Денис направился именно в этот темный коридор за панелью.

Ошеломленно оглядываясь по сторонам, Галина сняла со стены фонарь и пошла вдоль стен, разглядывая знаки и символы. Сквозь каменную дверь до нее не доносились крики Дениса. Вдруг раздался щелчок открывающейся двери в лабиринт. Галина испуганно оглянулась и ошарашенно уставилась на вошедшего.

Глава 14

Западня

Денис обессиленно сидел на полу и вяло стучал рукояткой кинжала по двери. Ему казалось, что прошло уже очень много времени, пока он сидел тут, словно в западне. Вспомнив, что ни один человек в школе не знает, что он спустился в эту комнату, мальчик и вовсе впал в уныние.

– Откройте, кто-нибудь! Помогите! – осипшим голосом крикнул он.

Поднявшись с пола, он вытер рукой выступивший на лбу пот. В маленькой комнате было мало воздуха, и Денису уже было трудно дышать, чувствовался недостаток кислорода. Мальчик с ненавистью посмотрел на дверь и пнул ее ногой. И вдруг в ее механизме что-то щелкнуло, и на глазах изумленного Дениса она начала открываться.

На лице мальчика за один миг сменилась гамма чувств – от облегчения и радости до напряжения и тревоги, – было неизвестно, кто открыл дверь, ведь не от его же пинка она открылась, в самом-то деле! Он отошел на пару шагов, и тут на пороге появилась Лиля с медальоном в руках.

– Лилька!.. Ты как сюда попала? – удивленно спросил Денис. Схватив медальон из рук подруги, он облегченно вздохнул: – Вот он где! А я уж думал, мне кранты… Остался бы тут навечно замурованный.

– Столько всякий древностей, – обходя вещицы, сказала девочка. – Это что, музей?

Полки вдоль стен ломились от всевозможных артефактов, явно привезенных из далеких стран. Лиля рассматривала их с неподдельным интересом. Среди них были необычные статуэтки, колокольчики, копья и шлемы, африканские божки, шаманские бубны и другие музыкальные инструменты. Денис, с хозяйским видом идя рядом, нечаянно задел какую-то шкатулку, и она упала на пол.

– Осторожней! – сердито воскликнула Лиля. – Тут одни раритеты!

Она подняла шкатулку и стала ее рассматривать. Попыталась открыть, но у нее ничего не вышло. Непонятно было вообще, где у этой шкатулки дно, а где крышка. Денис нетерпеливо взял шкатулку у подруги из рук и тоже попробовал открыть, но и у него не получилось.

– Даже замочка никакого не видно, – с досадой сказал Денис.

– Это шкатулка с секретом! – с восторгом воскликнула Лиля.

– По-моему, это вообще не шкатулка, – с сомнением произнес мальчик и, сдавшись, вернул шкатулку подруге.

– Как ты думаешь, я могу взять ее себе? – задумчиво спросила Лиля. – На время.

– Да хоть насовсем, – добродушно разрешил Денис. – Искать ее точно никто не будет. – Он обвел рукой комнату и предположил: – По ходу, сюда лет сто никто не заходил.

– Кроме нас и твоей бабушки, – закончила Лиля фразу за него.

– Она что, знает про это место? – напрягся мальчик.

– Конечно, я ведь шла за ней. А разве не она показала тебе это место? – удивленно спросила Лиля.

– Нет… Я увидел, как старшеклассники выходят… – признался Денис и в ужасе кивнул на закрытую дверь: – Бабушка что, там?

– Нет. Когда я вошла, ее уже не было, – нахмурилась девочка, соображая. – Наверное, тут не только эта комната.

– Давай сваливать, – нервно предложил мальчик. – Не хочу столкнуться с ней нос к носу.

Он приложил медальон к замку на стене возле двери, и дверь открылась. Денис пропустил Лилю вперед, и она вышла, прижимая к груди шкатулку. Денис вышел следом с фонарем в руках.

Девочка подошла к одной из дверей в шестиугольной комнате с круглым замком и изображением лилии. Она покрутила замок наугад, но дверь не открылась.

– Такого замочка-лилии больше нигде нет, – с сожалением сказала она. – Как же открыть другие двери?

– Никак, – мягко отказал Денис и объяснил: – Если где-то там бабушка, лучше нам свинтить поскорее.

Он пошел к выходу, но в центре комнаты застыл на месте, увидев изображенную на полу большую лилию.

– Лиль, смотри, – произнес он, указывая рукой.

– Это же знак, как на фотке у Леши, – удивленно сказала девочка.

– Значит, он эту фотку тут сделал, – выразительно глядя на нее, произнес Денис. – Так что стряхни лапшу с ушей – насчет курсовой и всего остального.

Лиля расстроенно слушала его. Она и сама уже поняла, что сильно ошибалась насчет Леши и его радушного отношения к ней – все это было всего лишь проявлением дружеских чувств, не более.

* * *

Андрей сидел на кровати, погруженный в свои мысли. Он очень переживал из-за смерти Анны. Максим сочувственно поглядывал на него со своей кровати.

– Я вел себя с ней, как полная скотина… – с болью признал Андрей. – А она, даже умирая, думала обо мне, пыталась меня спасти…

– Посмотри на это с другой стороны, – посоветовал Максим, пытаясь отвлечь друга от мрачных мыслей. – Благодаря Анне, у нас есть образец вакцины. И если Ларисе удастся ее синтезировать, мы все будем живы.

Андрей уныло кивнул. Он все понимал, но смириться все равно было тяжело. Вошедший в комнату Рома плюхнулся на кровать и взял подушку, чтобы подложить под спину, как вдруг из-под подушки выпал сложенный вчетверо листок.

Рома удивленно развернул его и, прочитав, поменялся в лице. Он еще раз пробежал строчки глазами: «Я знаю, что это ты предатель. Приходи ко мне в 22.00. Даша». Рома быстро смял записку, в панике покосившись на ребят. В его глазах был ужас.

Через некоторое время ребята вышли из комнаты – Рома исчез куда-то по своим делам, а Максим вышел во двор школы покурить. Там и нашла его Вика. Она нервно оглядывалась, словно разыскивала кого-то, держа в руке листок бумаги размером с записку, полученную Ромой.

– Ты Дашу не видел? – спросила она Максима.

– Она в лес укатила, – кивнул тот, указывая направление. – С Женькой Савельевой. – Внимательно следя за реакцией Вики, он спросил: – А зачем она тебе?

– Хотела поговорить, – быстро проговорила Вика, убирая записку в карман. – Я волнуюсь за нее, она сама не своя после истории с Андреем…

– Андрюха не убийца, – поморщился Макс, щелчком отправляя окурок в сторону.

– Если он ее так любит, почему даже не пытается с ней побеседовать? – запальчиво спросила Вика и, постепенно успокаиваясь, добавила: – Конечно, я понимаю, он переживает из-за Анны, но все равно…

– А что такое с Анной? – перебил ее Максим.

– В смысле? – удивилась Вика.

– Почему Андрюха должен из-за нее переживать? – с легким раздражением спросил Максим.

– Макс, ты что? – пораженно спросила Вика, не понимая, шутит Максим или нет. – Анна умерла… Упала в шахту лифта. – Глядя на шокированного друга, она сочувственно добавила: – Ты что, этого не помнишь?..

Максим потерянно посмотрел на Вику, поняв, что его болезнь прогрессирует. Резко развернувшись, он быстро пошел в сторону школы. Оттуда в этот момент выходил Леша, и Максим едва не задел его плечом, но даже не извинился. Вика проводила друга обеспокоенным взглядом.

* * *

В это время в кабинете директора взрослые обсуждали смерть Анны. Виктор, сидя за своим столом, попросил сидящую напротив него Елену:

– Лена, надо придумать, чем занять малышей, чтобы они без дела по школе не носились.

– А что мы им скажем? – растерянно спросила Елена. – Они же будут спрашивать, где Анна Михайловна.

– Ну… скажи, что ей пришлось срочно уехать, – предложил Виктор.

– Меня интересует, откуда у Анны вакцина, – напряженно сказал Раевский. – Вряд ли она просто случайно нашла ампулу.

– Вы считаете, она обнаружила другой ход на нижний уровень? – уточнил Виктор.

– Возможно, – пожал плечами Раевский.

В этот момент вошедшая в школу Вика, проходя мимо кабинета директора, услышала разговор и заинтригованно подошла поближе к двери.

– А вдруг вакцина не внизу, а где-то наверху? – предположила Лариса.

– Надо бы прочесать весь лес и обыскать школу, – сказал Раевский, нахмурившись.

– У нас на это нет времени, дети и так еле-еле держатся, – возразила Елена. – Эта вакцина может спасти чью-то жизнь.

– Но только одну! – взволнованно произнес Виктор. – И как ты предлагаешь решать, кого именно надо спасти?

– Возможно, нам не придется этого делать, – остановила их Лариса. – Можно попытаться синтезировать вакцину.

– Но если использовать образец, а результата не будет, мы не сможем спасти даже одного! – продолжала настаивать на своем Елена.

– Значит, мы либо стопроцентно можем вылечить одного из зараженных, либо пытаемся вылечить всех, но при этом никаких гарантий, что это получится, – резюмировал Раевский.

Лариса понимающе кивнула. В кабинете повисла напряженная пауза – все понимали трудность выбора. Наконец Виктор, приняв решение, протянул Ларисе пробирку:

– Если есть шанс, что можно спасти всех, мы должны рискнуть.

– Тогда не будем терять времени, – сказала Лариса и, поднявшись с дивана, направилась к двери.

Подслушивающая у дверей Вика при звуке приближающихся шагов торопливо на цыпочках отбежала к лестнице и приняла невозмутимый вид, засунув руки в карманы и глядя вдаль. Лариса, проходя мимо нее, убрала пробирку в карман и направилась в сторону медкабинета.

Проводив женщину задумчивым взглядом, Вика пошла вверх по лестнице. В ту же минуту из библиотеки вышел взволнованный Павел и быстро направился в кабинет директора.

Войдя в кабинет, он остановился в центре и поведал всем, что только что был в подземелье – осматривал шахту лифта.

– Я каждый камень проверил, – мрачно сказал он, – каждый сантиметр. Нет там ничего металлического. Ржавчины тоже нет. И крови совсем чуть-чуть. А Лариса сказала, что кровотечение у Анны было очень сильным. – Он окинул всех взглядом и убежденно заявил: – Я уверен, Анну убили. И убили в другом месте, а в шахту лифта сбросили позже.

– Кому понадобилось ее убивать и тем более кидать в шахту? – в шоке воскликнула Елена.

– По-моему, это и так понятно, – обратился Павел к Виктору и Раевскому, даже не глядя в сторону Елены.

– Только не говори, что это Вадим, – закатив глаза, произнесла Елена.

– Ты бы, конечно, предпочла обвинить Воронцова, – огрызнулся Павел. – Извини, не выйдет. Кирилл заперт в своей комнате. Тут у Уварова промашечка вышла. – Обращаясь к Виктору, он попросил: – Вить, надо освободить Кирилла. Ненормально держать человека закованным в наручники.

– Хорошо, Паш, ты прав, – согласился Виктор. – Только, пожалуйста, не спускай с Кирилла глаз. Как бы он ни наделал еще больших глупостей.

Павел согласно кивнул и вышел из кабинета довольный. Ему показалось, что он сумел на этот раз привести достаточно веские аргументы и доказать насильственную смерть Анны и невиновность Кирилла.

* * *

Войдя в свою комнату, Вадим запер ее на ключ, затем сел за свой стол и, достав чемоданчик с военно-полевым телефоном, вставил ручку индуктора. Включив телефон, стал ждать ответа.

Теодора Раубер, сидя в своем кабинете в кресле за столом, включила программу радиосвязи. На экране монитора были видны пляшущие звуковые волны. Из динамиков сперва донеслись помехи и лишь потом – голос Вадима.

– К транспортировке практически все готово, – отчитался тот. – Мне нужно еще пару часов на паковку груза.

– Агент будет ждать тебя в условленном месте, – ответила Раубер. – Время ты знаешь.

– Вас понял, – ответил Вадим. – Еще инструкции будут?

– Все инструкции у него, – сдерживая раздражение, сказала Раубер и выключила компьютер.

После того как связь прервалась, Вадим, отключив телефон и убрав его в ящик стола, встал со стула, но тут же согнулся от резкой боли в позвоночнике. Стоявшая рядом с ним Вера еще раз размахнулась. Охнув, Вадим схватился за поясницу и принялся растирать ее рукой.

Когда боль чуть схлынула, он взял с кровати спортивную куртку и направился к двери, но в этот момент Вера вновь изо всей силы ударила его, и его колено пронзила острая боль, словно нога сломалась в этом месте.

– Ах ты, черт! – скривился Вадим, потирая колено.

Хромая, он дошел до двери, открыл ее и вышел в коридор. Когда он запирал дверь на ключ, к нему подошла Лариса.

– Вадим Юрьевич, я к вам. Я насчет вакцины, – объяснила она. – У нас есть образец. Правда, всего один.

– Откуда? – спросил Вадим, не сумев скрыть изумления.

– Пробирка была у Анны, – ответила Лариса. – Видимо, она где-то нашла ее.

Уваров лихорадочно обдумывал услышанное. Он был неприятно поражен этой новостью. Это был его просчет – он не обыскал Анну перед тем, как скинуть ее в шахту лифта.

– Времени на создание лекарства у нас в обрез, – решительно сказала Лариса. – Вы нам поможете?

– Приду сразу, как освобожусь, – кивнул Вадим и, прихрамывая, ушел по коридору.

Женщина проводила его недовольным взглядом: видимо, он снова собирался на пробежку, хотя она ему категорически запретила при его состоянии здоровья заниматься спортом.

Вернувшись в свой кабинет, она села за стол, поставив перед собой пробирку с вакциной на подставке и микроскоп. Пипеткой набрав каплю вакцины, она закрыла пробирку, капнула каплю на предметное стекло и наклонилась к микроскопу.

* * *

Вика поджидала в холле, следя из-за угла за дверью медкабинета. Дождавшись, когда Лариса уйдет, девушка быстро подошла к двери и, достав из кармана связку ключей, стала лихорадочно подбирать нужный, с опаской поглядывая по сторонам.

Найдя подходящий ключ, она открыла дверь и пулей влетела в кабинет. На столе стояла на подставке оставленная Ларисой пробирка с вакциной. Вика подошла к столу и несколько секунд напряженно смотрела на пробирку, пытаясь перебороть в себе чувство вины, затем схватила вакцину, спрятала ее в карман и торопливо вышла из кабинета.

Она разыскала Максима. Он сидел на ступеньках дальней лестницы в конце учебного коридора. Вика быстро подошла к нему к нему и присела рядом.

– Макс, я тебя везде ищу… – радостно начала она.

– А мы разве знакомы? – удивленно спросил Макс и нахмурился, словно пытался припомнить, где он мог видеть Вику.

Она поменялась в лице, испуганно глядя на друга. А тот продолжал смотреть на нее недоуменным взглядом, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, но через несколько секунд не выдержал и рассмеялся.

– Купилась! Ты б видела свое лицо!

– Ну и шутки у тебя. – У Вики словно гора с плеч упала, когда она поняла, что Макс ее разыграл. Она протянула ему пробирку с розовой жидкостью и, глядя в глаза, произнесла: – Это вакцина. Та самая… которая вылечивает раз и навсегда. Бери – это тебе.

– Андрюха сказал, что отдал ее Виктору, – пораженно сказал Макс, не торопясь брать пробирку. – Откуда она у тебя?

– Взяла в кабинете у Ларисы… – в отчаянии призналась Вика. – Для тебя. Остальные могут пить антидот, а ты – нет. – Прочитав сомнение на лице друга, Вика эмоционально воскликнула: – Без этой вакцины ты умрешь!

Леша как раз спускался по лестнице, когда услышал Викин голос. Он остановился на верхних ступеньках, стараясь не выдать своего присутствия, и, наблюдая за девушкой и Максом сверху, прислушался к их разговору.

– Вик, спасибо… Но я не могу ее взять, – искренне поблагодарил Максим, очень тронутый Викиным поступком. – Это единственный образец. Если удастся синтезировать вакцину, вылечиться смогут все! – Через паузу он со значением сказал: – Я не стану спасать свою шкуру, если есть шанс спасти всех.

Вика с грустью посмотрела на Максима, понимая, что его не переубедить. В его глазах она читала твердое решение. И хотя этот поступок мог стоить Максиму жизни, он ей импонировал, Вика в очередной раз убедилась в смелости и благородстве своего друга.

– И что теперь делать? – спросила она, понуро посмотрев на пробирку в своих руках. – Лариса наверняка уже хватилась ее.

– Не переживай. Я с этим разберусь, – твердо пообещал Максим и взял пробирку из рук Вики.

Он встал со ступеней и пошел в холл. Вика со слезами на глазах провожала его взглядом. Леша задумчиво смотрел на девушку, пытаясь понять, что происходит между этими двоими. Последнее время Вика его избегала, и у Леши в душе возникло смутное чувство ревности. Не в Максиме ли было дело?..

* * *

В это время Кирилл сидел на стуле, погруженный в невеселые мысли. Одна рука его была пристегнута наручником к батарее. Услышав, что в двери щелкнул замок, он нахмурился и напряженно выпрямился. В комнату вошел Павел.

Подойдя к Кириллу, он достал ключ от наручников и отстегнул его. Кирилл облегченно вздохнул и начал растирать затекшую руку. Он довольно улыбнулся и поднял взгляд на Павла, однако, заметив мрачное выражение на его лице, он и сам нахмурился и обеспокоенно спросил:

– Что-то случилось?

– Да, – Павел угрюмо кивнул. – Аню убили. – Через паузу он рассказал: – Кто-то пробил ей голову, а тело сбросил в шахту лифта. В руках у нее была пробирка с вакциной.

– Видимо, она нашла хранилище… – догадался Кирилл.

– Я тоже так думаю, – согласился Павел. – И поплатилась за это жизнью.

– Думаешь, это Уваров? – напряженно спросил Кирилл, пытаясь понять, поддерживает ли Павел его или принял сторону Елены.

– Уверен, – кивнул Павел. – Но обвинить его мы не можем. Теоретически это мог быть любой из нас… Кроме тебя.

– Пожалуй, я должен быть рад, что сидел тут на привязи, – задумчиво сказал Воронцов.

– Кирилл, я никогда в тебе не сомневался. И Аня тоже… – признался Павел. – А вот остальным Вадим сумел заморочить голову… – Он замолчал и через паузу с горечью добавил: – Особенно Елене.

– Паш, я все еще под арестом или мне можно с Митей повидаться? – опомнился Кирилл.

– Конечно, можно, – согласно кивнул Павел и добавил, извиняясь: – Только я с тобой пойду, ты уж не обижайся. Я Виктору пообещал за тобой присматривать.

Они вместе вышли из комнаты и пошли к больничному блоку. Подойдя к изолятору, Кирилл постучал согнутым пальцем по окну. Павел остановился чуть поодаль. Митя, увидев, кто пришел, взял стул и, подтащив его к двери, забрался на него, чтобы поговорить с отцом.

– Здравствуй, сынок, – сказал Кирилл дрогнувшим голосом.

– Пап, почему ты так долго не приходил? – спросил Митя со смесью радости и обиды. – Я тебя ждал, ждал… Почему ты такой грустный? Ты на меня злишься?

– Конечно, нет. Почему я должен на тебя злиться? – удивился Кирилл.

– Ты сказал, что никто не должен знать, что я на чердаке, а Елена Сергеевна меня нашла, – оправдываясь, виновато произнес Митя. – Я думал, больше никто не придет. И не стал прятаться во второй раз.

– Какой второй раз? – недоуменно спросил Кирилл, нахмурившись.

Павел, услышав слова Мити, тоже подошел к окну.

– Во второй раз пришла Елена Сергеевна, а в первый – какой-то старшеклассник, – со вздохом сказал Митя, уверенный, что папа будет его ругать. – Он положил под кровать лекарство, которое нам тут дают. Но меня он не заметил, – торопливо уверил отца Митя.

– Митя, а ты видел лицо этого ученика? – взволнованно спросил Кирилл, переглянувшись с Павлом. – Сможешь его узнать?

– Я видел только спину и руку, – отрицательно покачав головой, ответил Митя. – На нем был синий джемпер, как у всех.

– Значит, это не Уваров, – резюмировал Кирилл.

– Для нас сейчас главное, что это не ты, – ободрил его Павел, похлопав по плечу.

Кирилл с горечью усмехнулся. Они торопливо пошли к учительской. Проходя по холлу, заметили Виктора, направляющегося в их сторону.

– Вить! – возбужденно обратился Павел к Виктору, привлекая его внимание. – Кирилл не виноват! Митя при мне сказал – он видел, как кто-то из старших ребят заходил в их комнату и спрятал под кроватью антидот.

– Я же говорил вам, меня подставили, – горячо сказал Кирилл.

– Зачем кому-то из учеников это делать? – недоуменно спросил Виктор.

Павел собирался ответить, но не успел. В этот момент со стороны учебного коридора к ним подбежала взволнованная Лариса.

– Кто-то украл пробирку с вакциной! – сообщила она.

– Это Уваров! – безапелляционно заявил Павел. – Вот зуб даю, что это он.

– Паш, он даже не знал об этой пробирке, – поморщившись оттого, что Павел снова обвинял Вадима, возразил Виктор.

– Нет, знал, – неожиданно для всех проговорила Лариса. – Я сказала ему. Хотела, чтобы он мне помог с вакциной.

– Хватит дипломатию разводить! – злобно воскликнул Павел. – Пора уже прижать эту сволочь, – он направился к лестнице, собираясь идти в комнату Вадима.

– Вадима в школе нет, – остановила его Лариса. – Он, как всегда, бегает.

– Пойдем-ка его поищем, пока он не слишком далеко убежал, – кивнул Павел Кириллу, и они вместе выбежали из школы. И, выйдя за ворота, торопливо пошли по тропинке, внимательно оглядываясь по сторонам.

Павел, хмурясь, обернулся и увидел, как по другой тропинке бежит Вадим в куртке, с надетым на голову капюшоном. Его фигура мелькала среди деревьев и уже почти скрылась в лесу.

– Вон он! – воскликнул Павел и громко окликнул: – Вадим!

Но это был Харитонов. Он мельком обернулся, увидел Павла и Кирилла и, сильно перепугавшись, спрятался было за ближайшим деревом, но, сообразив, что его уже заметили, бросился наутек.

– Куда это он рванул? – напряженно спросил Кирилл.

Павел ничего не ответил и кинулся вслед за Славой, Кирилл побежал следом за ним. Парень мчался, не разбирая дороги и время от времени испуганно оглядываясь. Павел с Кириллом мчались за ним.

В очередной раз оглянувшись, Слава не успел заметить под ногами торчащие из земли корни деревьев, запнулся об них и кубарем покатился по земле. Он тотчас вскочил, попытался снова набрать скорость, но было уже поздно – Павел, догнав его, схватил за руку и рывком развернул к себе.

– Слава?.. – в шоке спросил Павел.

Подоспевший Кирилл тоже ошарашенно смотрел на Харитонова, на чьем лице был написан панический ужас. Теперь не нужно было ломать голову, каким образом Уварову удавалось находиться одновременно в двух местах и водить всех за нос. Развернув Славу к школе, Павел и Кирилл решительно повели его к Виктору.

* * *

Сидевшая в медкабинете Лариса с грустью смотрела на пустую подставку из-под вакцины. Она устало потерла глаза и начала что-то торопливо печатать на компьютере. Однако навязчивая мысль о пропавшей вакцине мешала ей сосредоточиться. В кабинет вошел Максим.

– Я тут это… – замялся он. – Короче, вот.

Он подошел к Ларисе и протянул ей пробирку с вакциной.

– Так, значит, это ты забрал вакцину? – изумленно спросила женщина и выхватила пробирку у него из рук. – Я тут чуть с ума не сошла! Всю школу на уши поставила!

– Я не знаю, как это вышло, – стараясь говорить правдоподобно, сумбурно ответил Максим. – Точнее, не помню. Смотрю – она у меня в кармане лежит.

Парень замолчал. Лариса недоверчиво смотрела на него. Максим отвел взгляд и закончил:

– Короче, очередной провал в памяти…

– Провал, так провал, – мягко сказала Лариса, поняв, что он кого-то выгораживает. – Главное, что она все-таки нашлась.

Она поставила пробирку с вакциной обратно на подставку, и Максим пошел к двери.

– Максим, ты все правильно сделал, – успела сказать Лариса ему вслед.

Максим, не оглядываясь, кивнул. Лариса задумчиво, с уважением посмотрела на него. Едва парень вышел, она с энтузиазмом вернулась к анализу содержимого пробирки. Женщина понимала, что теперь вся надежда была на создание вакцины, и ответственность, возложенная на ее плечи, необычайно будоражила ее и придавала ей сил.

* * *

Вика в это время сидела в своей комнате на кровати. Свет был выключен, стоял полумрак. Девушка в полной задумчивости смотрела перед собой, теребя кончики волос. На раздавшийся стук она никак не прореагировала и равнодушно посмотрела на вошедшего Лешу.

– Почему в темноте сидишь? – спросил он, присаживаясь рядом с ней.

Вика ничего не ответила, словно и не услышала его вопрос. Тогда Леша еще раз попытался завести разговор.

– Представляешь, у Ларисы Андреевны был образец вакцины! А кто-то его украл, – вкрадчиво сказал он, но Вика снова промолчала, тогда Леша спросил напрямую, пристально глядя на нее: – Как думаешь, кто это мог быть?

– Не знаю, – с безразличием ответила девушка.

– А я знаю, – решился Леша. – Это ты взяла ампулу и отдала ее Максу.

– Максим вернет ее Ларисе Андреевне, так что тут нечего обсуждать, – равнодушно ответила Вика.

– Мне просто интересно, почему именно Морозову? – примирительно спросил Леша. – Почему ты не оставила вакцину себе?

– Иногда важнее жизнь другого человека, – напрямую сказала девушка и отвела взгляд.

Леша сник. Для него стало очевидным, что Вика неравнодушна к Максу. Это было для него ударом. Он впервые встретил такую красивую и умную девушку и понял, что влюбился. И думал, что и Вика отвечает ему взаимностью. А тут такой оборот… Леша молча смотрел на нее, пытаясь смириться с этой новостью.

* * *

Рома с фонариком в руках шел по лесу. На землю уже легла ночь, и тревожные тени скрывали лицо Ромы. Он решительно шел, нервно оглядываясь, в какое-то лишь ему известное место.

Остановившись возле большого дерева, Рома оглянулся, проверяя, нет ли еще кого-то поблизости, затем нагнулся, и, разрыв землю руками между выступающих корней, достал из небольшой ямки вещь, завернутую в тряпочку.

Развернув тряпку, Рома вынул из нее пистолет. Хмуро взвесив его на ладони, он передернул затвор и решительно направился в школу. Пора было поставить точку во всей этой истории. Он этого не хотел, но его вынудили. Ему не оставили выбора.

* * *

Вадим с фонарем в руках вышел из хранилища и запер дверь на ключ. Внезапно на его спину легла чья-то тень. Услышав позади себя какой-то звук, Вадим напрягся и медленно развернулся. Перед ним стоял человек в брезентовой куртке, с накинутым на голову капюшоном. Вадим напряженно замер в ожидании. Войтевич, а это был именно он, скинул капюшон и посмотрел на Вадима продолжительным холодным взглядом.

* * *

Вернувшись в школу, Рома прямиком направился в Дашину комнату. Он был бледен и очень напряжен. Остановившись перед дверью, Рома дрожащими руками достал из-за пояса пистолет. Собравшись с духом, он решительно выдохнул и распахнул дверь комнаты.

В комнате стоял полумрак, что было даже на руку Роме. Он секунду постоял на пороге: свет из коридора высветил стоящее у окна Дашино кресло, над спинкой кресла Рома отчетливо разглядел очертания Дашиной головы.

Он закрыл дверь и медленно двинулся в сторону кресла. Подойдя к нему, он поднял пистолет и прицелился в голову девушки. Все было решено. Сейчас или никогда. В конце концов, Даша сама виновата – нужно было поверить ему и не приперать его к стене своими подозрениями.

Глава 15

Приговор

Нацелив пистолет Даше в голову, Рома опустил палец на спусковой крючок. Его руки тряслись от нервного напряжения. Он приготовился выстрелить. Но вдруг через несколько секунд всхлипнул и в отчаянии проговорил:

– Нет! Я не могу! – Он опустил пистолет, наболевшие слова признания рвались из него неудержимым потоком: – Я так устал! Устал врать вам всем… прятаться… вечно трястись от страха – вдруг кто-то узнает… – Рома вытер рукой слезы и снова жалобно проговорил: – Прости… Прости меня… Я не хотел, чтобы все так вышло, – снова всхлипнув, он признался: – Ты искала меня, и я до смерти испугался! Я не понимал, что делаю! Я просто толкнул тебя… Толкнул и хотел убежать… Я даже не понял, что там окно… – последние слова он воскликнул громко, с отчаянием: – Это был несчастный случай! Я не хотел тебя убивать!..

В этот момент в комнате вспыхнул свет. Рома вздрогнул от неожиданности и затравленно обернулся: в дверях стояли Андрей, Вика и Лиза, ошарашенно глядящие на него. Андрей первым вышел из оцепенения и в ужасе бросился к инвалидному креслу.

– Даша! – в отчаянии крикнул он, рывком разворачивая к себе кресло.

Из кресла вывалился манекен, с его головы сполз парик, напоминающий Дашины волосы. Все в шоке смотрели на манекен, на лице Ромы было написано потрясение.

– Что здесь происходит? – озадаченно спросила Лиза.

Ширма в углу комнаты отодвинулась, стоявший за ней мрачный Максим убрал ее в сторону. Рядом с ним сидела на стуле бледная, как простыня, Даша.

– Охота на крыс, – сквозь зубы процедил Максим. – Хотели узнать, кто предатель? Он перед вами, – он указал рукой на Рому.

Андрей, Вика и Лиза в шоке оглянулись на парня, на пистолет в его руке. Рома отступил на шаг. Он был в ужасе, его лицо исказилось, и он направил пистолет на ребят.

– Сволочь! Как ты мог?! – в ярости воскликнул Андрей и, сжав кулаки, сделал шаг в Ромину сторону.

– Стой! Назад! – испуганно сказал тот и направил пистолет на Андрея, истерично предупредив: – Я буду стрелять!

– Зачем ты предал нас? – с болью в голосе спросила Вика. – Мы же были друзьями…

– Хватит меня попрекать этой вашей дружбой! – выкрикнул Рома и саркастично добавил: – Вы всегда меня просто использовали! Кто такой Ромыч? Кусок прикола. Можно над ним поржать, можно дать в морду, можно послать подальше. Отличный чувак – на все случаи жизни, – он замолчал, а затем с горечью упрекнул: – Разве это дружба? Вы все время меня чморили. Я всегда был с вами, но никогда одним из вас.

– Зашибись! Значит, это мы виноваты? – спросил задетый Максим.

– Я должен был стать очередной подопытной свинкой! Следующим после Миши и Сони! – заявил в свое оправдание Рома, тыча себя пистолетом в грудь. – У меня был выбор. Работать на Морозова или все рассказать вам. Если бы я рассказал вам, вы бы меня спасли?! Спасли бы?!

– И за свою жалкую жизнь ты продал всех нас… – мрачно резюмировал Андрей.

– Для тебя она жалкая. А для меня – моя единственная жизнь! – с горечью сказал Рома, едва сдерживая слезы, и устало добавил: – Да, я продал. И ненавидел себя. И старался изо всех сил, чтобы морочить Морозову голову, сливать ему всякую дезу, скрывать ваши долбаные секреты…

– Я убью его! – крикнул Андрей, рванувшись к Роме, но ребята схватили его за руки.

– Отошли все! Отошли от двери! – истерично крикнул Рома.

Ребята медленно отступили. Рома, не опуская пистолета, обошел их, направляясь к двери, и лишь на пороге на мгновение оглянулся, кинув на ребят взгляд, полный тоски.

Друзья ошарашенно переглянулись. Кроме Макса, никто не мог понять, как так получилось, что не зараженным был Андрей, а предателем оказался Рома.

– Макс, но как ты понял, что это Рома? – спросила Вика, поглядывая при этом на Андрея.

– Ничего я не понял, – мрачно ответил Максим. – Просто я знал, что это не Андрей… Мы вчера выяснили, почему Андрюху эта зараза не берет…

– Как выяснили? – с искренним любопытством спросила Лиза.

– Потрясли Ермолаева, – рассказал Максим. – Оказалось, Андрей просто не мог заразиться – у него врожденный иммунитет.

– Я мама, Надя, и даже Игорек – мы все подопытные кролики Вульфа, – с болью произнес Андрей. – Дети из пробирки. Генно-модифицированные организмы.

– Короче, когда я врубился, что заражение тут не при делах… я устроил всем небольшую ловушку, – торопливо объяснил Максим.

– Ты придумал этот трюк с записками? – догадалась Вика, достав из кармана записку.

– Я тоже такую получила, – сообщила Лиза.

– Рома пришел раньше вас… – объяснила Даша, пытаясь поймать взгляд Андрея, потому что чувствовала себя виноватой перед ним, – и сам себя выдал.

– Ромка… В голове не укладывается… – потерянно произнесла Вика.

– Самый безобидный чувачок оказался самой матерой гнидой, – с мрачной иронией резюмировал Максим.

Андрей молча пошел к выходу. Он устал от этих разговоров и хотел побыть один.

– Андрей! – окликнула его Вика. – Прости, что мы подозревали тебя…

Андрей перевел взгляд на Дашу – та виновато опустила глаза. Он молча ушел, совершенно не готовый простить ни своих друзей, ни тем более Дашу. Казалось бы, восстановленная справедливость должна была воссоединить его с друзьями, но он чувствовал лишь опустошение и одиночество.

* * *

В это время Слава сидел на стуле посреди комнаты, виновато потупившись, ему было очень неловко и страшно. Обступившие его взрослые смотрели с осуждением.

– Значит, все это время ты помогал Уварову обманывать нас?.. – мрачно констатировал Павел.

– Простите меня… Я не хотел… – подняв глаза, умоляюще сказал Слава.

– Слава, мы не в детском саду. Ты хоть понимаешь, во что ввязался? У нас в изоляторе дети, которые умирают без лекарства… – строго спросил Виктор.

– Я не хотел! Вадим Юрьевич меня заставил! – в отчаянии признался Слава. – Он обещал, что вытащит нас отсюда… Меня и Светку… Сказал, что вылечит ее и отправит нас домой…

– Никто тебя не заставлял – ты просто спасал свою шкуру, – с презрением сказал Кирилл.

– Я не знал, что все так серьезно. Вначале это были просто всякие мелкие поручения. А потом… – виновато произнес Слава, – … потом я уже боялся признаться… – Он помолчал, а потом торопливо объяснил: – Вадим Юрьевич обещал, что ничего не случится. Лекарство все равно достанется больным… Просто… Просто вы его достали… Он сам так сказал…

– Где сейчас Уваров? – требовательно спросил Павел.

– Я не знаю, – признался Слава. – Мы, как обычно, встретились на тропинке. Он должен был вернуться через полтора часа…

– Куда он ходил, пока ты бегал? – задал главный вопрос Виктор.

– Не знаю. Честно! Он не говорил. Никогда! – ответил Харитонов, а затем, спохватившись, добавил: – Но он всегда возвращался с грязными руками и в пыльных ботинках. А один раз на нем была кровь.

– Когда это было? – спросил Раевский.

– Пару дней назад… – припомнил Слава. – Еще Анна Михайловна встретила меня, пока я бегал…

– Анна Михайловна? Она узнала тебя? – ошеломленно спросил Павел.

– Да, но она ничего не поняла, – торопливо сказал Слава. – Решила, что просто перепутала издалека…

– Она искала Вадима? – напряженно спросил Виктор.

Слава в ответ неопределенно пожал плечами.

– Все она поняла, – мрачно заключил Павел. – И, видимо, проследила за ним – до хранилища с вакциной. Поэтому он ее убил.

– Видимо, где-то в лесу есть еще один вход, о котором никто не знает, – задумчиво предположил Виктор.

– Сейчас ночь. А вход наверняка замаскирован… Давайте дождемся утра… – предложил Раевский.

– Согласен. Начнем искать с рассветом, – сказал Виктор.

– А Уваров? – мрачно спросил Павел.

– До утра никуда не денется. За периметр ему все равно не выбраться, – твердо резюмировал Раевский.

Павел с Кириллом огорченно переглянулись – они готовы были отправиться на поиски прямо сейчас. Теперь, когда все встало на свои места, было доказано для всех, что убийца – Уваров, но главное – выяснилось, что где-то в лесу точно есть хранилище вакцины, казалось безрассудным просто сидеть на месте, дожидаясь рассвета.

* * *

Вадим и Войтевич стояли в этот момент в подземелье друг напротив друга. Вадим первым нарушил молчание.

– Константин Викторович, какая встреча! – ухмыльнулся он. – Где же ваши шрамы? Мне говорили – вы были покрыты ими с ног до головы.

– В этой драке за вакцину все как-то забыли, что у «INGRID» есть много других ценных препаратов. А вот я не забыл, – ответил Войтевич. – И теперь я жив, здоров и намерен жить еще долго и счастливо.

– Ну, это вряд ли, – с угрозой произнес Вадим и бросился на Войтевича, но в этот момент стоявшая рядом с ним Вера влепила ему сильнейшую затрещину, и Вадим, внезапно испытавший приступ головокружения, в изнеможении прислонился к стене.

– Напрасно ты горячишься. Драка – удел молодых. Нам, старикам, не пристало махать кулаками… – с издевательским сочувствием сказал Войтевич. – Внешне ты почти тот же, но внутри уже дряхлый старик…

– Бред собачий! – грубовато ответил Вадим. – Вы вроде биолог, а несете какую-то ахинею.

– Одышка, гипертония, невралгия, артрит… – холодно перечислил Войтевич. – Ты стареешь, Вадим. Каждый твой день – это год жизни…

– Так не бывает! – возразил тот, затравленно глядя на Войтевича.

– У обычных людей, может, и нет, – признал Войтевич, пожав плечами. – Но вас с братом смастерили в лаборатории «INGRID». Вы двое – единый организм, вы неспособны существовать в одиночку. Убив его, ты подписал приговор и себе.

– Я вам не верю… – испуганно сказал Вадим.

– Поверишь, когда умрешь, – равнодушно произнес Войтевич, пожав плечами. – Тебе недолго осталось – от силы неделя.

– Вы не можете этого знать! – привел последний аргумент Вадим.

– Могу, – усмехнулся Войтевич. – Я сам работал над этой программой. Мы изучали вас с братом, как лабораторных мышей…

– В «INGRID», наверное, есть препараты, которые мне помогут… – лихорадочно соображал Вадим. – Вам ведь помогли…

– Тебе уже ничто не поможет, – возразил Войтевич. – Впрочем, никто не станет и пытаться. Они просто не выпустят тебя отсюда.

– Выпустят, еще как! Им нужна вакцина, – уверенно заявил Вадим.

– Вакцина – да, но не ты. Я скажу тебе, как это будет. Ее прикажут передать другому агенту, а тебя попросят ненадолго задержаться здесь. Дня на три-четыре. За это время ты совсем ослабеешь… – Усмехнувшись, он зловеще произнес: – А слабые – они должны умереть.

Кинув презрительный взгляд на Вадима, Войтевич развернулся и ушел. Уваров проводил его напряженным взглядом, а затем помотал головой, отбрасывая дурные мысли. С ним не смогут так поступить, Войтевич наверняка просто запугивал его из желания отомстить. Вадим успокоился, усмехнулся и вошел в хранилище.

* * *

На другое утро взрослые собрались в кабинете директора обсудить план дальнейших действий. Однако если мужчины были охвачены волнением по поводу предстоящей охоты на Вадима, Елена была не на шутку встревожена за него.

– Школу всю проверили – он не возвращался, – деловито сообщил Кирилл, сидя за столом напротив Елены.

– Отсиживается где-нибудь в лесу, – высказал предположение Раевский, поглядывая в окно.

– А если с ним что-то случилось? – искренне переживая за Вадима, спросила Елена.

Павел хотел было возразить, но сдержался, отвернулся от Елены и отошел в сторону. Для Кирилла не осталась незамеченной его реакция.

– Не за него надо беспокоиться. Он убийца… – со значением сказал Кирилл Елене.

– Пока это все ваши домыслы… – горячо заявила она, покачав головой. – Рассказ Харитонова это еще не доказательство…

Павел молча слушал ее, отвернувшись к окну и играя желваками на скулах. В кабинет вошел Виктор с небольшим свертком в руках. Положив его на стол, он развернул темный материал – внутри оказались три пистолета. Елена при виде них нахмурилась.

– Зачем это? – недовольно спросила она. – Вадим не вооружен…

– Мы этого не знаем, – возразил Виктор и передал один пистолет Кириллу, второй убрал себе за пояс и спросил у Павла с Раевским: – У вас оружие с собой? – Когда те продемонстрировали свои пистолеты, Виктор успокаивающе сказал Елене, подавая ей оставшийся пистолет: – Мы станем стрелять только в крайнем случае… А этот пусть будет у тебя.

Елена встала и отступила на шаг, со страхом глядя на протянутый ей пистолет в руке Виктора:

– Убери. Мне это не нужно. Я в жизни не держала в руках пистолет. Я не умею им пользоваться…

Тогда Раевский подошел и показал Елене, где находится предохранитель и как спускать крючок. Женщина нехотя взяла пистолет, неуверенно подняла руку, пытаясь представить, как стреляет, но тут же раздраженно положила пистолет на стол, отодвигая его от себя.

– В школе нет ни врагов, ни преступников…

– Я просто должен быть уверен, что в наше отсутствие ты сможешь постоять за себя… и за детей, – строго возразил ей Виктор и обратился к мужчинам: – Предлагаю разделиться. Паша и Кирилл – начинайте прочесывать лес. А мы с майором поговорим с военными. Если Вадим пытался сбежать за оцепление, его наверняка задержали…

Мужчины вышли, и Елена осталась одна в пустом кабинете. Несколько мгновений она задумчиво смотрела на пистолет, затем открыла ящик стола, убрала оружие в этот ящик и закрыла его на ключ.

* * *

Юра Веревкин стоял на заднем дворе школы. Он был одет как для прогулки: на нем были шорты, сандалии, кепка от солнца, в руках он держал удочку и небольшой рюкзачок. Переминаясь с ноги на ногу, он недовольно поглядывал на дверь.

– Что они там копаются? – презрительно пробурчал Юра. – Девчонки… – Но тут он осекся на полуслове.

Из задней двери вышла Тася, одетая как матерый турист: на ней были кроссовки, штаны с большим количеством карманов, на поясе повязана ветровка, на голове – бандана, за плечами – большой рюкзак, снизу приторочен спальник.

– Удочка? – деловито справилась Тася.

– Рыбу ловить, – в тон ей ответил Юра, стараясь держать марку. – Идти долго, придется еду добывать. – Он кинул взгляд на девочку и спросил с притворным равнодушием: – А что в рюкзаке?

– Разное, – ответила Тася, пожав плечами. – Давай проверим, чтобы ничего не забыть…

Она сняла рюкзак, села на корточки и начала выкладывать из рюкзака продукты и вещи: хлеб, консервы, сухофрукты, пол-литровую бутылку воды, соль и спички, дождевик, теплый свитер, спальник. Юра ошеломленно смотрел на весь этот набор, он был в полном ауте – Тася обошла его по всем статьям.

Не желая признавать поражение, Юра открыл свой рюкзачок и вывалил на землю пару шоколадок, игрушечный бинокль и фонарик.

– Зато у меня фонарик! – хвастливо заявил он.

– А у меня еще ножик, – Тася достала из кармана многофункциональный перочинный нож и объяснила, открыв лезвия: – Для консервов. А если привязать к палке, будет копье, можно на зверей охотиться… Еще пила – если шалаш строить, пригодится…

В этот момент они оба услышали стук колес по ступенькам. Обернувшись, увидели вышедшую из школы Алису. Она тащила за собой небольшой розовый чемоданчик на колесиках. Девочка выглядела так, словно собралась на курорт. На ней были туфельки, платье и даже широкополая шляпа. Юра с Тасей пораженно уставились на нее.

– Ты куда так вырядилась? – ухмыльнулся Юра.

– Настоящая женщина не выходит в свет в чем попало… – невозмутимо ответила Алиса и, гордо вздернув подбородок, прошла вперед. Оглянувшись на друзей с видом английской королевы, она важно спросила: – Ну, долго вы еще будете копаться?

Юра с Тасей, переглянувшись, начали торопливо собирать вещи обратно в рюкзаки. Так, оставшись единственными из младших школьников, которые еще не были заражены, они решили отправиться в кругосветное путешествие. В школе им было скучно, да еще и Анна Михайловна от них уехала, как сказала Елена Сергеевна, – навсегда. Никому ничего не сообщив, они втроем вышли за ворота школы.

Какое-то время они бродили по лесу, иногда делая привал. Тася с Юрой бодро шли впереди, а Алиса все больше отставала, отмахиваясь от комаров и капризно озираясь – эти мотания по лесу не очень-то походили на кругосветное путешествие.

Алисе всерьез надоела эта прогулка. Она устала и сильно натерла ногу. В какой-то момент вспылив, что никто не обращает внимания на ее усталость, она бросила чемодан и присела на поваленное дерево.

– Я больше не могу! – решительно заявила она. – Я устала! И туфли натерли… Я хочу кушать! И пить хочу!

– Терпи, – строго сказала Тася. – Сухой паек мы уже съели. И воду выпили. Надо вернуться, пополнить запасы.

– Я обратно тоже не дойду, – капризно заныла Алиса. – Я есть хочу, я пить хочу! Я спать хочу! – Заметив вдалеке колодец, она вздохнула и указала на него рукой: – Вон колодец… только он засыпан.

– Да его лет сто раскапывать, – угрюмо сказал Юра, облизывая пересохшие губы. – Вот если б он сам раскопался…

– Что он, волшебный, что ли? – сварливо спросила Алиса.

– А вдруг? – пошутил Юра и помахал на колодец рукой: – Колодец-колодец, а ну, раскопайся!

– Земляной червяк, вылезай! – поддерживая игру, страшным голосом заколдовывала колодец Тася. – Мы поймаем на тебя большую вкусную рыбу!

Внезапно крышка колодца сдвинулась, и дети испуганно замерли, глядя на него. На краю колодца появилась рука Войтевича, а затем и весь Войтевич в брезентовой куртке, перевалившись через край колодца, скрылся в лесу.

– Какой здоровенный червяк! – прошептала Тася.

– Я не хочу на него ловить… – испуганно отказался Юра, осторожно выходя из-за кустов.

– Он уполз? – шепотом спросила замершая за кустами Алиса.

– Наверное, в землю зарылся, – предположил Юра. – Побежали посмотрим!

Дети переглянулись, но любопытство перебороло страх, и они осторожно, короткими перебежками добрались до колодца. Сдвинув крышку, малыши заглянули внутрь.

– Он раскопался! – в восторге заявил Юра.

– Раскопался, и червяк выполз! – воскликнула Алиса. – Значит, он правда волшебный! И выполняет желания!

– Хочу квадроцикл! – крикнул Юра в колодец и огляделся: квадроцикла нигде не было.

– Может, он не умеет такого? – догадалась Тася. – Давайте просто воды попросим. Колодец-колодец, дай нам воды! – крикнула она в колодец, но снова ничего не произошло.

– Он только по одному желанию выполняет! – догадалась Алиса. – А вы свои уже использовали.

– Зато ты еще можешь загадать свое, – сказала ей Тася.

Алиса обрадованно кивнула и задумалась, закрыв рот рукой, чтобы случайно ничего не сказать. Тася с Юрой с нетерпением смотрели на нее, ожидая, что она закажет мороженое или воду, но Алиса не хотела тратить свое желание впустую.

* * *

Вика вошла в холл с улицы. Проходя мимо раскрытой двери в библиотеку, она задержалась, увидев Лешу, сидящего за столом и увлеченно читающего какую-то книгу. Вика на секунду задумалась – стоит ли подходить, затем все же решительно вошла и остановилась возле Леши. Подняв голову и увидев девушку, Леша тепло ей улыбнулся.

– Леш, вчера вечером… – произнесла Вика, глядя в стол и собираясь с мыслями. – Ну, наш разговор… – Она подняла глаза на парня и признала: – Вышло как-то неловко…

– Не нужно оправдываться, – мягко прервал ее он. – Я не должен был спрашивать. А тебе не обязательно было отвечать… – Он снова улыбнулся Вике и с легкой грустью пошутил: – Я большой мальчик и без слов все понял…

– Нет, я хочу объяснить… – упрямо заявила Вика и проговорила сбивчиво, начиная волноваться: – Я думала сначала, мы с тобой просто друзья… Потом тот поцелуй в лесу… и в подземелье… Мне стало казаться, это больше, чем дружба… Но потом кое-что изменилось… – Собравшись с духом, она посмотрела Леше в глаза и закончила: – Прости, но я не смогу с тобой встречаться. Или мы остаемся друзьями, или… – она растерялась, – я не знаю…

– Я понял твою установку, – очень серьезно ответил Леша. – Но, знаешь, Вик… я так легко не отступлюсь. Я буду за тебя бороться.

Вика вспыхнула, растерянно глядя на Лешу, никто никогда не говорил ей ничего подобного. Она хотела было что-то возразить, но парень спокойно и уверенно предложил:

– Давай не будем принимать поспешных решений, поговорим об этом в другой раз, хорошо? – Он ласково улыбнулся в ответ на смущенную Викину улыбку и, чтобы разрядить обстановку, перевел разговор на другую тему: – У меня есть для тебя кое-что интересное. Садись. Узнаешь книгу?

– Да, – ответила Вика, присев на стул и глядя на книгу перед Лешей. – Это из библиотеки в подземелье.

– Именно, – подтвердил тот, открыл первую страницу и положил книгу перед Викой. – Читай.

– «Путешествие в Западный Китай… – прочитала девушка. – Сочинение графа Алексея Щербатова… Товарищество печатания, издательства и книжной торговли Сытина, 1895 год…»

– Понимаешь, что это значит? – тожественно спросил Леша.

– Эту странную комнату построили не фашисты… а граф? – медленно произнесла Вика, внимательно разглядывая книгу. – Интересно, что означает эта лилия? В подземелье она и на полу, и на стенах… – Она задумалась, а затем оживленно продолжила: – И, вообще, для чего эта комната? Какой-то ритуальный зал? В той потайной библиотеке полно других книг и рукописей. Может, в одной из них будет что-то о комнате?

– Отличная мысль, – поддержал ее Леша. – Нужно туда еще раз спуститься и все посмотреть.

Он решительно встал. Вика удивленно посмотрела на него. Но, поскольку у нее не было никаких других планов, они направились прямиком в шестиугольную комнату, чтобы не откладывать это на потом.

Включив оба больших фонаря, Вика с Лешей открыли дверь в шкаф-библиотеку и стали рассматривать названия на корешках ветхих книг, подсвечивая себе фонариком. На одной полке оказались разные отчеты путешественников – «Путешествие в Грецию» Шуазеля-Гуфье, тысяча восемьсот двадцать пятого года, «Путевой журнал пребывания в Колумбии» Кохрена и многие другие.

На следующей полке Вика обнаружила книги по химии, среди них были такие известные работы, как «Элементарный трактат химии» Лавуазье, сочинения Михаила Ломоносова. На другой полке были научные труды по биологии и медицине – «Система природы» Карла Линнея, «Этиология сибирской язвы» Роберта Коха.

– Похоже, граф увлекался не только путешествиями, – с восторгом сделал вывод Леша и, наклонившись к ящику с пожелтевшими хрупкими рукописями, достал несколько верхних исписанных от руки листов с обтрепавшимися краями.

– Осторожно! Они, наверное, очень хрупкие, – воскликнула Вика и прочитала заголовок: – «Путешествие в Западный Китай…» Это рукопись дневника графа!

– Здорово… – согласился Леша. – Но она нам не поможет – мы его уже прочитали, – и он аккуратно положил бумаги обратно в ящик.

Вика отошла от шкафа-библиотеки и направилась вдоль стен, задумчиво рассматривая символы на стенах и размышляя вслух:

– Мы были просто слепыми. Конечно, немцы тут ни при чем… И свастики, и кресты – это древнеславянские символы. – Она остановилась у одной из дверей и сделала вывод: – А «Гемини» – просто один из знаков зодиака, «Близнецы». Вон, видишь – рядом «Овен».

Леша подошел к Вике, тоже рассматривая символы. В этот момент за их спинами дверь в шкаф-библиотеку закрылась, и Леша спросил:

– Ты больше ни одной надписи не расшифровала? Ну, в смысле, что именно может находиться за дверью?

– Нет, – огорченно призналась Вика. – С библиотекой оказалось просто, а что в остальных местах – я даже придумать не могу… – Она указала ему на одну из дверей и сказала: – Вот смотри – «Все меняется, ничто не исчезает…» Может, это о любви?

– Больше похоже на закон сохранения энергии, – не согласился Леша. – И какое слово может быть паролем?

– Например, «природа»… – предположила Вика. – По-латыни «натура». Или энергия…

– Давай посмотрим… – пробормотал парень, поворачивая ручку замка, выставляя нужные буквы. Но ничего не произошло, и тогда он спросил: – А как будет «энергия»?

– Не знаю, – засмеялась Вика. – Может, все-таки попробуешь «любовь»? По-латыни «амаре»…

– Амаре… – пробормотал Леша, вновь поворачивая ручку замка, но дверь все равно оставалась закрытой.

– Придется еще подумать… – вздохнула Вика.

Леша подошел к фонарям на стенах, выключил их. Девушка пошла к лестнице-пролому, парень отправился за ней. На пороге он задержался, обернулся, кидая последний задумчивый взгляд на надпись, и вдруг пораженно замер.

– Вика, смотри! – воскликнул он.

Вика вернулась и с изумлением скользнула взглядом по стенам: в темноте стало видно, что на трех стенах комнаты некоторые из букв на надписях фосфоресцировали, мерцая, словно светлячки, слабым голубовато-зеленоватым светом.

– Вряд ли это просто декор… – наконец проговорил изумленный Леша. – Это часть загадки этой комнаты…

– Или – ее решение… – закончила Вика за него и дотронулась до Лешиной руки: – Смотри, какие буквы светятся над входом в коридор!

– «Виа…» – прочитал Леша и понимающе посмотрел на Вику. – Это же кодовое слово!

– А теперь посмотри на библиотеку! – торжествующе указала девушка.

Леша перевел взгляд на надпись над дверью в библиотеку, там светились отдельные буквы в разных словах, и Леша прочитал светящиеся:

– Элартит. – Он пожал плечами и недоуменно сказал: – Бессмыслица какая-то…

– Вовсе не бессмыслица! – возразила Вика, в восторге от того, что разгадала загадку: – Это «литтера» – пароль для библиотеки. Просто буквы получились вразнобой.

– Значит, есть система! – загорелся Леша и потащил Вику за руку к еще одной двери.

Надпись над ней гласила: «Omnia mutantur, nihil interit», и Леша прочитал светящиеся буквы:

– Mauur… – Он обернулся к Вике: – Ну, и что это значит?

– Мурау… муруа… ураму… амуру… – забормотала Вика, перебирая варианты.

– Я понял! – вдруг воскликнул Леша. – Сердечки-цветочки и венеры с марсами – это не про любовь. Это алхимия! Символы алхимических элементов, – объяснил он с горящими глазами. – А алхимики искали философский камень, чтобы превращать другие металлы в… золото!

– Aurum! – тоже догадалась Вика. – По-латыни «золото» – «аурум»!

Леша стал набирать слово на кодовом замке, каждая правильно набранная буква сопровождалась щелчком в механизме двери. Леша опустил руку, и они с Викой замерли в ожидании, затаив дыхание. И вдруг потайная дверь начала медленно открываться, поворачиваясь, как и дверь библиотеки, вокруг своей оси. Ребята с возбуждением и любопытством смотрели, что появится за ней.

На обратной стороне двери оказались полки с запыленными старинными скляночками и флакончиками разной формы, наполненные разноцветными порошками и жидкостями. На каждой склянке была пожелтевшая этикетка с алхимическим символом химического вещества или соединения.

– Ни философского камня, ни слитков золота. Похоже на склад химреактивов… – сказал погрустневший Леша, протерев пару склянок от пыли.

– Это лаборатория, – догадалась Вика, указывая на пробирки, колбочки, весы и горелки, необходимые для занятия химией и алхимией. Заметив, что одна из полок на двери закрыта откидывающейся крышкой, девушка с любопытством открыла ее. За ней оказался ящичек со склянками из темного стекла, их было немного, всего восемь или десять штук. На каждой из склянок тоже была наклеена пожелтевшая бумажка с названием на латыни и на русском. Вика взяла одну из скляночек.

– Ерсиния пестис… Бубонная чума… – с отвращением прочитала Вика вслух надпись на этикетке, тут же торопливо поставила скляночку на место и испуганно отряхнула руки.

Леша тоже заглянул в ящик и развернул некоторые скляночки, чтобы видеть этикетки.

– Бешенство, холера, оспа… – прочитал Леша. – Похоже, это сухие культуры возбудителей болезней – вирусных и бактериальных… – Он задумчиво посмотрел на Вику и озадаченно сказал: – Купить такое негде. Граф должен был сам их выращивать.

– Так вот что он изучал… – ошеломленно произнесла Вика. – Смертельные заболевания…

– Н-да… – согласился Леша и сделал вывод: – Выходит, вирусами в этой школе занялись задолго до немцев.

Ребята растерянно переглянулись, дверь в лабораторию закрылась, и они остались стоять озадаченные, размышляя над увиденным. Вопросов было много. К примеру: зачем граф изучал смертельные заболевания, для чего они остались в сохранности даже после его смерти?.. Вика и Леша в задумчивости покинули шестиугольную комнату, на этот раз не прихватив с собой ничего из найденного.

* * *

В это время Андрей в мрачной задумчивости стоял у окна в своей комнате. Он смотрел на лес – где-то там прятался Рома, поскольку нигде в школе его не было, в комнате он не ночевал. Раздался стук в дверь, Андрей нехотя подошел к ней и открыл. На пороге в инвалидном кресле сидела Даша.

– Можно к тебе? – сдержанно спросила она.

Парень отступил, освобождая проход, жестом пригласил Дашу в комнату. Она вкатилась на кресле в комнату, Андрей закрыл дверь и присел на краешек стола, демонстративно равнодушно ожидая, что скажет девушка. Ей было нелегко начинать разговор, она виновато смотрела на Андрея.

– Ты совсем не хочешь со мной говорить? – вздохнула Даша. – Все правильно. Я сама виновата… Но я все равно скажу. Прости, что я подозревала тебя. Прости, что поверила в твое предательство.

Она посмотрела на Андрея в надежде увидеть на его лице хоть какие-то эмоции, но он сохранял мрачное равнодушие. Даша поджала губы, чтобы не расплакаться у него на глазах, развернула кресло, собираясь покинуть комнату, но не выдержала и снова развернулась и запальчиво, с горечью сказала:

– Да, я поверила тестеру! Потому что за эти недели в больнице и в инвалидном кресле я превратилась в параноика! Я подозревала всех! В каждом слове, в каждом взгляде мне мерещился скрытый смысл. Единственное, что я знала наверняка, – предатель не заражен. И тест показал, что это ты! – Снова не дождавшись от Андрея ответа, она с обидой закончила: – Ты обижаешься… А ведь ты тоже подозревал меня… Вы все меня подозревали. Я смогла простить…

– Это совсем другое! – взорвался Андрей, тоже не выдержав. – Ты поверила, что я мог причинить тебе боль! Что я пытался тебя убить! Дважды! – Он взволнованно посмотрел на Дашу и с болью сказал: – Я думал, мы любим друг друга. И я действительно любил. А ты все то время, что мы были рядом, в каждом моем слове, в каждом поцелуе искала скрытый смысл… – Холодно посмотрев, Андрей завершил: – Извини, я не могу вот так просто взять и обо всем забыть.

Даша со слезами смотрела на него – он был одновременно и прав, и не прав, но возразить ему она не смела, потому что в словах его имелась доля истины, и девушка чувствовала себя очень виноватой перед ним. Андрей стремительно вышел из комнаты, оставив Дашу одну. По ее щекам потекли слезы.

Проходя по коридору мимо приветливо улыбнувшейся ему Жени, расстроенный Андрей даже не заметил ее. Женя проводила его недоуменным взглядом и, подойдя к приоткрытой двери в его комнату, заглянула в нее. Она увидела Дашу, сидящую в инвалидном кресле с лицом, закрытым ладонями, и вздрагивающими плечами.

Поняв, что ребята снова поссорились, Женя торжествующе улыбнулась, тихонько прикрыла дверь и торопливо пошла вслед за Андреем. Она нашла его в классе старших. Парень сидел погруженный в мрачные мысли. Ему хотелось побыть одному, но Женя сделала вид, что этого не замечает, и щебетала о том, что они с Дашей обязательно помирятся, что они любят друг друга…

– Нет! Больше не любим! – взорвался Андрей, не выдержав ее трескотни.

– Извини, пожалуйста, я не хотела тебя злить, я уже ухожу, – обиженно сказала Женя, развернувшись к двери и всем своим видом демонстрируя незаслуженную обиду.

– Подожди, – окликнул ее Андрей, чувствуя себя неловко оттого, что обидел ее ни за что. – Это ты меня извини. Я сейчас весь на нервах…

– У Галины Васильевны есть обалденный травяной чай, – сказала Женя, беря парня за руку и выводя из кабинета. – Он классно успокаивает и даже просветляет… – говорила Женя, нежно, но твердо увлекая за собой Андрея в сторону кухни.

Парень, поддавшись, шел по коридору, увлекаемый Женей. Ее неумолкаемый стрекот уже не раздражал его, а скорее убаюкивал и позволял отвлечься от обиды на Дашу. Он, словно завороженный, следовал вместе с Женей на кухню.

* * *

Мария в это время привезла к больничному блоку на тележке обед для зараженных. Заглянув в круглое окно, она взглядом отыскала в изоляторе Володю и постучала пальцем по стеклу, привлекая его внимание:

– Обед!

Володя тотчас подбежал к двери, ласково улыбнулся Марии через стекло и стал принимать подносы с едой, ставя их на столик у двери в изоляторе. Дети, подходя к столику, выстраивались в очередь.

Две старшеклассницы – Наташа и Лера – торопливо подошли и стали раздавать подносы, помогая детям. Володя вернулся к Марии, ждущей его у окошка, и посмотрел на нее с нежностью и теплотой, словно пытался запомнить каждую черточку ее лица, понимая, что еще один день без лекарства может оказаться последним.

Трое старшеклассников с подносами подошли к кровати Куриленко, передав ему его обед. Куриленко равнодушно отставил еду и с ненавистью посмотрел на Володю у двери. Переведя взгляд на старшеклассников, Куриленко вопросительно вскинул брови. Старшеклассники кивнули в ответ, выражая готовность.

– Продержитесь еще немного… – умоляюще сказала Мария Володе. – Виктор и остальные ищут хранилище с вакциной…

– Хранилище? – удивленно спросил Володя.

– Да… – ответила Мария. – Где-то в лесу есть еще один вход в подземелье…

– Маша, есть люк! – взволнованно сообщил Володя. – Через который я провалился прошлой зимой! Он ведет в камеру с клетками… Вдруг это он?

– Можешь объяснить, где это? – спросила Мария, ей передалось волнение Володи.

– На запад от ворот школы, – ответил тот, наморщив лоб, вспоминая детали. – Метров восемьсот… Небольшая поляна… Там на одном конце сросшееся дерево, а на другом – несколько камней… Плоские такие… поросшие мхом… Люк – за ними… – Он нетерпеливо попросил Марию: – Маша, ты должна рассказать Павлу! Он поймет, о чем я говорю, он знает этот лес как свои пять пальцев…

– Уже бегу… – с готовностью кивнула женщина, кинула любящий взгляд на Володю и действительно бегом бросилась на поиски Павла.

Володя все еще стоял перед окошком, с печалью глядя вслед Марии, когда сзади на его голову набросили одеяло. Двое старшеклассников обхватили его с двух сторон, прижимая его руки к туловищу, а третий быстро обыскал его карманы в поисках ключа от наручников. Найдя, он подошел к Куриленко и освободил его.

– Ребята, что вы делаете? – стараясь вырваться, крикнул Володя. – Отпустите меня!

Куриленко подошел к Володе и с помощью третьего старшеклассника, заведя ему руки за спину, защелкнул на них наручники и сдернул с Володи одеяло. Володя отчаянно сопротивлялся, но все было бесполезно. По изолятору разнесся испуганный шепот детей, некоторые из малышей заплакали от страха.

– Освободи меня! – с угрозой потребовал Володя и обратился к старшеклассникам: – Вы не понимаете! Он хочет заразить всю школу!

Куриленко резко ударил Володю кулаком в лицо, отчего тот потерял сознание и обвис на руках старшеклассников. Ему связали ноги порванной простыней и унесли в душевую, где и оставили лежащим без сознания на полу.

Отломав спинку от кровати, Куриленко и один из старшеклассников попытались выбить ею дверь, с размаха ударяя в область замка. На их лицах была написана решимость вырваться из изолятора. Остальные дети взволнованно наблюдали за происходящим. Малыши были очень напуганы, кое-кто из них жалобно всхлипывал, некоторые плакали.

Куриленко и старшеклассник, сделав перерыв, поменялись с двоими старшеклассниками, передав им спинку кровати, те начали бить. Куриленко, тяжело дыша, вытер лоб, он сильно устал. Ослабленный болезнью организм не позволял так же энергично расходовать силы, как прежде.

– Как же мы выйдем? – робко спросил у него Матвей. – Мы же всех заразим…

– Мы будем очень осторожными, – ответила за Куриленко Света Тимофеева.

– Если заразятся все, лекарств не хватит… – обеспокоенно возразила ей Лера.

Куриленко, обведя малышей злобным взглядом, вновь взялся за спинку кровати и с яростной решимостью скомандовал:

– Раз, два!

Они размахнулись и ударили о дверь. Затем еще и еще раз. Куриленко и не думал отступать, пока не вырвется из изолятора. Он был уверен, что их обманывают, обрекая на верную смерть.

* * *

Раевский с Виктором первым делом отправились к блокпосту, чтобы предупредить военных, что через оцепление может попытаться сбежать учитель физкультуры Вадим Уваров. Однако сам полковник Фролов уверил их, что никаких попыток прорваться за периметр ночью не было, и пообещал усилить наблюдение.

Это означало, что Вадим все еще был где-то в лесу, и его во что бы то ни стало нужно было найти до наступления темноты. Решив разделиться, чтобы удвоить шансы обнаружить его, Виктор и Раевский разошлись в разные стороны.

* * *

В эти секунды из люка на поляну осторожно выбрался Вадим. Он осмотрелся, сделал несколько шагов по краю поляны туда и обратно, поглядывая по сторонам, будто поджидая кого-то. Вдруг за его спиной бесшумно возник Раевский. В затылок Вадима уперлось дуло пистолета. Майор взвел курок. Вадим замер на месте, медленно поднял руки с выражением досады на лице.

– Добегался, спортсмен? – с издевкой спросил Раевский. – Везуха кончилась…

Вадим медленно под дулом пистолета повернулся к майору лицом, и они напряженно уставились друг на друга. Отойдя от первого шока, Вадим овладел собой:

– Браво, майор! Ты меня поймал… – ухмыльнулся он. – И что теперь, убьешь? Или еще помучаюсь? А, может, устроите в школе военный трибунал и привяжете к позорному столбу, чтобы каждый мог бросить в меня камень?

– Вообще-то стоило бы пристрелить тебя прямо здесь… – скривился Раевский, – за то, что едва не сорвал операцию. – Он все еще держал палец на курке, с презрением говоря: – Какой ты агент, если тебя может выследить училка младших классов?

– Вон оно что! – Вадим ошарашенно смотрел на Раевского, затем, все сопоставив, снова ухмыльнулся: – Значит, это тебя я жду с инструкциями?

– Догадливый, – сказал Раевский, опуская пистолет.

Они стояли, в упор глядя друг на друга, словно заново изучая один другого. Вадим, конечно, многое повидал и привык просчитывать сразу несколько вариантов. Но то, что военный, вроде бы случайно оказавшийся на зараженной территории, окажется агентом «Гемини», – такое ему в голову не приходило.

– Подпиленные балки и взрыв – твоих рук дело? – хмуро спросил Вадим.

– Нет, английской королевы, – насмешливо ответил Раевский.

– Что ж ты, диверсант, меня чуть не угробил? – с наездом сказал Вадим. – Реально же могло накрыть.

– Вы слишком быстро разбирали завал, – ответил Раевский, пожав плечами. – А у меня был четкий приказ – к вакцине никого не подпускать.

– Плевать, – скривился Вадим. – Вакцина упакована, вирус тоже. Ночью можно вывозить.

– Отлично, – одобрил Раевский. – Где вход в хранилище?

– Где надо, – отрезал Вадим. – Встретимся здесь в полночь, тогда и узнаешь.

– Не пойдет, – жестко ответил Раевский. – Ты должен показать мне место, а насчет времени и остального я сам решу. Ты остаешься здесь. Такой приказ, – невольно окинув взглядом полностью седую голову Вадима, Раевский уточнил: – На несколько дней… неделю максимум.

Вадим молча посмотрел на него, вспомнив предупреждение Войтевича, и резко заявил:

– Я тут оставаться не собираюсь. Я не отдам вакцину, пока не получу гарантии.

– Ты что, спятил?! – со злостью спросил майор, понимая, что провалил дело. – Я себя под пулю подставлять не собираюсь, мне еще жить хочется! Это тебе уже все равно… – Он осекся, поняв, что проговорился, и в ужасе замер.

– Вот, значит, как, – медленно произнес Вадим с исказившимся от ненависти лицом. – Уже похоронили меня… Не рано? – Он криво усмехнулся, заметив панику на лице Раевского. – Что ж ты так сглупил, майор? Теперь и убить меня не можешь, и где вакцина – тоже не знаешь. – Он сделал шаг к Раевскому и со значением сказал: – И не узнаешь. Никто не узнает!

Он быстро нырнул в сторону и скрылся за кустами. Раевский выхватил пистолет и кинулся за ним, крича на ходу:

– Стой! Стой, гад!

В это мгновение сбоку выбежал Виктор с пистолетом в руке. Майор замер на месте, лихорадочно соображая, успел ли Виктор заметить Вадима.

– Майор? – спросил запыхавшийся Виктор, окинув взглядом взволнованное лицо Раевского и пистолет в его руке. – Вы кого-то видели?

– Наверное, мне показалось… – скованно ответил тот, кинув отчаянный взгляд в ту сторону, куда убежал Вадим, и, еле сдерживая нервозность, сказал, направляя Виктора по ложному следу: – Может, он уже вернулся в школу?

– Я проверю, – с беспокойством за женщин и детей, оставшихся в школе, сказал Виктор и попросил Раевского: – А вы еще раз пройдите по периметру.

Виктор с пистолетом быстро ушел в сторону школы. Раевский мгновение подождал, пока он скроется за деревьями, а затем бросился за Вадимом. Выбежав на тропинку, Раевский в отчаянии посмотрел по сторонам – Вадима нигде не было видно. Майор с ненавистью ударил пистолетом по стволу дерева.

Глава 16

Недочеловек

Денис с Лилей, встретившись в учебном коридоре, колдовали над шкатулкой с потайным замком, унесенной ими из комнаты с артефактами. Денис уже собрался было бежать на кухню за ножом, чтобы, просунув лезвие в узкую щель между крышкой и основанием, открыть ее, но к ним подошел завхоз.

– Денис, ты бабушку не видел? – озабоченно спросил он.

– Нет, – ответил Денис.

– Не можем ее найти нигде, – хмуро сообщил завхоз. – Давай-ка помоги.

– Да она в кладовке, наверное, где еще? – недовольно скривился Денис. – Или на заднем дворе.

– Нет ее там, – серьезно ответил завхоз. – Ее вообще со вчерашнего дня никто не видел.

– Ну, давайте поищем, – согласилась Лиля.

Денис обреченно вздохнул и нехотя отправился вместе с подругой и завхозом по коридору на поиски Галины. Уж он-то как никто знал, что его бабушка не могла вот так просто взять и исчезнуть, с ее-то чувством ответственности. Просто она не привыкла ни перед кем отчитываться, закончит свои дела – в жилом коридоре или где-то еще – и сама вернется.

* * *

В этот момент на кухне Рома, замерев, стоял у входа в кладовую, со страхом глядя на вошедшего вместе с Женей Андрея. На лице Жени было недоумение. Глаза Андрея загорелись ненавистью. Рома отшвырнул нагруженный продуктами пакет и, кинувшись в сторону задней двери, выбежал на улицу. Андрей потерял несколько мгновений на то, чтобы перепрыгнуть раскатившиеся консервные банки, коробки и пакеты с едой, после чего побежал вслед за Ромой.

Тот выбежал за ворота школы, Андрей мчался следом. Он бежал быстрее, стремительно сокращая разрыв между собой и Ромой. Рома на бегу оглянулся и увидел, что Андрей уже совсем близко. Он понял, что ему не скрыться, достал из-за пояса пистолет, остановился и направил его на Андрея.

– Стой! – срывающимся голосом крикнул Рома.

Андрей остановился в нескольких шагах от него, глядя с ненавистью. Рома трясущимися руками прицелился в бывшего друга. В его глазах стояли слезы, он был очень напуган, почти на грани истерики.

– Не подходи, или я выстрелю, – дрожащим голосом предупредил он.

– Стреляй, если духу хватит, – с вызовом бросил Андрей. – Ну, чего ты ждешь? Боишься?

Руки у Ромы крупно затряслись, он готов был заплакать от страха и бессилия. Андрей, поняв, что Рома не выстрелит, выбил пистолет из его рук и ударил его с размаху по лицу. Рома еле удержался на ногах. Андрей схватил его за грудки.

– Что, слабо – глядя глаза в глаза? Можешь только в спину, в темноте? – тряся Рому, желчно сказал Андрей и снова наотмашь ударил его. Рома упал.

– Я же сказал, что не хотел! – умоляюще крикнул он, прикрываясь руками. – Это было случайно!

Андрей набросился на него и начал лупить кулаками, сорвавшись на яростный крик:

– Случайно?! А лекарство ты ей тоже случайно подменил?

– Это не я! – искренне крикнул Рома в ответ, тщетно пытаясь прикрыться от ударов Андрея. – Клянусь, я этого не делал!

– Лживая тварь! Убийца, сволочь! – не слушая и не веря ему, кричал Андрей.

Он продолжал наносить сильные удары по голове уже замолчавшего Ромы. В этот момент к ребятам со стороны школы подбежала испуганная Женя. Она в ужасе увидела, как Андрей избивает Рому.

– Андрей? – залепетала Женя, пытаясь его оттащить. – Что ты делаешь, отпусти его! Ты его убьешь!

Слова Жени вернули Андрея в реальность. Ярость отступила – он в оцепенении посмотрел на окровавленного Рому и понял, что чуть не убил его. Переведя дух, он с презрением сказал:

– Мы тебя считали другом. А ты предал всех. Не подходи к нам близко, понял? Тебя больше нет. Ты для нас не существуешь.

Андрей быстро ушел к школе. Женя растерянно посмотрела на всхлипывающего Рому, вытирающего кровь с лица, и торопливо побежала за Андреем. Рома сел на землю, обреченно глядя вслед бывшему другу.

Разъяренный Андрей направился в свою комнату. Он вошел, хлопнув дверью, начал нервно ходить взад-вперед. В дверь постучали, в комнату заглянула Женя.

– Андрей? – нерешительно сказала она.

Он бросил на нее хмурый взгляд, промолчал, продолжая ходить по комнате. Женя осторожно зашла, с испугом и сочувствием глядя на него.

– Что случилось? – робко спросила она. – За что ты так Рому?

– Он хотел убить Дашу, – с досадой рассказал Андрей. – Он вытолкнул ее из окна второго этажа, поэтому она не может теперь ходить.

Женя в крайнем удивлении опустилась на стул, а Андрей продолжал доверительно рассказывать:

– А когда она вернулась, он попытался убить ее второй раз. Подменил лекарство, которое колет ей Лариса. – Сквозь зубы, со злостью он клеймил Рому: – Предал нас всех, продался этими тварям с потрохами… Ненавижу его!

Застонав от ярости, Андрей бросился к Роминой тумбочке и вышвырнул все его вещи на кровать, схватив их вместе с покрывалом, выкинул в коридор и с треском захлопнул дверь. Женя молча наблюдала за ним с непроницаемым лицом, вспоминая ту ночь, когда она подменила Даше лекарство.

Тогда она тихо вошла в Дашину комнату. Когда Женя закрыла за собой дверь, в комнате воцарился полумрак. Даша спала в своей кровати и даже не шелохнулась от легкого скрипа двери.

Подойдя к подоконнику, Женя вытащила один пузырек из правого верхнего угла коробочки и вместо него поставила другой, принесенный с собой. Она была предельно спокойна и сосредоточена. Бросив на Дашу холодный взгляд, Женя вышла из комнаты.

* * *

Максим и Андрей случайно встретились у ниши под дальней лестницей. В этот момент из-под лестницы раздался шорох. Максим прислушался и переглянулся с Андреем – тот тоже что-то услышал.

Ребята подошли к панели, Андрей отодвинул ее в сторону, и оба они стали напряженно вглядываться в темноту. Из пролома появились Вика и Леша, оба очень возбужденные, радостные. Андрей и Максим облегченно вздохнули и отошли в сторону, пропуская их.

– Вы бы поаккуратней, – недовольно заметил Андрей. – Тут вместо нас мог и Виктор стоять.

– Ребят, слушайте, мы такое нашли! – взбудораженно сказала Вика, не обратив внимания на тон Андрея. – Короче, это подземелье – никаких не немцев, а нашего графа Щербатова! – Понизив голос, она торопливо рассказала: – Мы с Лешей смогли открыть еще две двери. За одной – библиотека, а за другой – что-то типа лаборантской, как у нас в кабинете химии. Только все старинное. Так вот, ни за что не догадаетесь, чем этот граф тут занимался! – И она выпалила с горящими глазами: – Он изучал вирусы!

Максим и Андрей недоверчиво посмотрели на нее и повернулись к Леше. Тот кивнул.

– У него там в разных банках-склянках и лихорадки всякие, и оспа, и энцефалит, и полиомиелит… – подтвердил Леша слова Вики.

– Вот только оспы нам тут не хватало для полного счастья, – произнес Максим, закатив глаза.

– Граф был серьезным ученым и путешественником, – объяснила Вика. – Леша сейчас читает его дневник.

– Можно посмотреть? – с интересом спросил Андрей.

Леша протянул ему книгу с лилией. Андрей открыл ее, но в этот момент в конце коридора появился взволнованный завхоз.

– Ребята, Галину Васильевну видел кто-нибудь?

– Она, кажется, в холле была, – торопливо отвлекла его Вика. – Пойдемте, мы поможем ее найти.

Завхоз кивнул с благодарностью, Вика увела его по коридору. Максим пошел за Викой. Леша подозрительно посмотрел ему вслед и тоже сорвался с места:

– Я тоже с ними.

Он побежал за Максимом. Андрей пошел в свою комнату, унося с собой книжку с лилией.

Когда Максим вернулся в комнату, он увидел, что Андрей сидит на своей кровати и читает дневник графа Щербатова. На лице Андрея было написано потрясение. Оторвавшись от дневника, он напряженно сказал:

– Слушай, Макс… Граф пишет, что нашел развалины мертвого города. В Западном Китае.

– Зашибись, – насмешливо ответил Максим, падая на свою кровать, заложив руки за голову. – Предлагаешь туда эмигрировать?

– Макс, хорош! – остановил его Андрей и прочитал из дневника вслух: – «…Тайну этого места открыл нам монах, случайно встреченный нами в долине. Согласно преданию, пятьсот лет назад здесь был богатый город. Но жители его прогневали Бога. И Бог открыл небо, и послал огнь карающий…». – Андрей оглянулся на Максима, тот сел на свою кровать и внимательно слушал. Андрей продолжил: – «…И начался страшный мор, который не пощадил даже стариков и младенцев. Люди теряли разум, руки не слушались их. Многие слепли, и все как один захлебывались кровью…»

– Нехило… – в шоке произнес Максим.

– «…За несколько дней город вымер, а это место с тех пор считается проклятым – все живое тут умирает…» – Закрыв дневник, Андрей напряженно посмотрел на Максима и спросил: – Узнаешь симптомы?

– Погоди… – недоверчиво произнес Макс. – Ты хочешь сказать…

– Они кашляли кровью, Макс, – жестко прервал его Андрей. – И слепли. И умерли за несколько дней.

– Блин… Получается, этой заразой болели еще пятьсот лет назад? – догадался наконец Максим, ошарашенно глядя на Андрея.

Тот кивнул. Тогда Максим потряс головой, словно пытался избавиться от наваждения. Ребята напряженно посмотрели друг на друга, поняв, что смертельный вирус – отнюдь не изобретение «Гемини».

* * *

Тася, Алиса и Юра давно уже вернулись в школу, измотанные безрезультатным путешествием. Алиса бродила в глубокой задумчивости – она все никак не могла решить, чего же ей на самом деле очень-очень хочется в данный момент. Когда она наконец решила, она понеслась к воротам, Тася кинулась вслед за ней.

Подбежав к воротам, девочки открыли их, собираясь идти в лес. Но тут к воротам со стороны леса подошел Виктор. Тася и Алиса замерли, притворно ему улыбаясь.

– Вы куда это собрались? – озадаченно спросил Виктор.

– Никуда, – изображая саму невинность, ответила Тася. – Просто дышим свежим воздухом, – и она начала усиленно сопеть носом.

– Мне кажется, вы достаточно надышались, – сказал Виктор, подозрительно нахмурившись. – Давайте-ка вместе со мной вернемся в школу. Сейчас тут лучше без присмотра не ходить.

– Виктор Николаевич, мы не можем вернуться, – не выдержала Алиса. – Нам срочно-срочно надо в лес.

– В лесу есть колодец, он волшебный! – доверительно сообщила Тася.

– Он раньше был зарыт, а потом мы загадали, и он сам собой отрылся, – торопливо добавила Алиса.

– Знаете, какой он глубокий? – подхватила Тася. – Оттуда вылез гигантский червяк и ушел в лес.

Виктор взволнованно огляделся и заметил проходящего мимо дворника.

– Семен Андреевич, у нас есть веревка? – окликнул его Виктор. – Подлиннее и покрепче. И фонарик захватите, пожалуйста! – Увидев, что дворник, кивнув, отправился выполнять его поручение, Виктор на всякий случай спросил у Алисы: – Вы сами видели, что колодец снова отрыт?

– Конечно, – подтвердила Алиса. – Я кричала туда желание.

Виктор нетерпеливо оглянулся. В этот момент появился дворник и, подойдя к Виктору, отдал ему большой моток веревки и фонарик.

– Семен Андреевич, проследите, пожалуйста, чтобы девочки вернулись в школу, – попросил Виктор.

Дворник положил руки на плечи девочкам, увлекая их к школе. А Виктор закрыл за собой ворота и с мотком веревки на плече быстро направился в сторону леса и скрылся среди деревьев.

Через какое-то время из леса вышел Вадим. Он шел к школе медленно, но спокойно, ни от кого не таясь, ко всему готовый. Волосы его были абсолютно седые, он сильно хромал и, напряженно о чем-то думая, не смотрел по сторонам и не привлекал к себе ничьего внимания.

В этот момент из сарая вышел Кирилл с ящиком с инструментами в одной руке и мотком веревки в другой. Он закрыл за собой дверь и быстро пошел к воротам, но тут заметил подходящего к задней двери школы Вадима. Кирилл на секунду замер от неожиданности, затем бросил веревку и инструменты на землю и, выхватив пистолет, побежал к Вадиму, крича на ходу:

– Уваров! Стой, сволочь!

Вадим резко обернулся. Увидев бегущего к нему Кирилла, он презрительно усмехнулся. Уваров остановился и спокойно ждал. Кирилл добежал до него и тоже остановился, наставив пистолет.

– Теперь ты за все ответишь! – с угрозой произнес Кирилл.

– Я готов, – хладнокровно ответил Вадим, глядя в глаза Кириллу. – Но, боюсь, ответ тебе не понравится.

Вадим внезапно вытянул свои руки вперед ладонями вверх, сделал быстрый шаг к Кириллу и неуловимым движением ударил ребрами ладоней по запястью руки Воронцова с пистолетом. Раздался хруст сломанных костей, Кирилл с криком уронил пистолет и схватился за сломанную руку. Вадим молниеносно набросился на него сзади, обхватил шею рукой и начал душить.

В эти минуты Елена в панике бежала через холл к кабинету. Заметив спускающегося по лестнице завхоза, она повернула к нему.

– Леша, вы нашли Галину Васильевну? – встревоженно спросила Елена.

– Елена Сергеевна, нет ее нигде, – озадаченно ответил завхоз. – Всю школу обыскали, – заметив тревожный вид Елены, он поинтересовался: – Что случилось-то?

– Куриленко вот-вот выбьет дверь, – торопливо объяснила она. – Надо срочно эвакуировать всех, кто еще здоров… Собирайте всех в холле и ведите в столовую!

Отдав распоряжение, Елена побежала к двери кабинета. Забежав внутрь, она бросилась к столу, открыла ключом ящик, в котором лежал пистолет, и достала оружие. Мгновение Елена смотрела на него в сомнениях, затем огляделась, взяла с подоконника пакет и завернула в него пистолет. Взгляд ее случайно упал на окно, и Елена замерла, увидев сцепившихся во дворе Вадима и Кирилла.

– Вадим? – поменявшись в лице, вслух произнесла женщина и выбежала из кабинета с пистолетом в руках.

Кирилл и Вадим ожесточенно дрались, катаясь по земле. Вадим с легкостью одолевал – спортивное прошлое помогало ему держать оборону и отбивать удары Кирилла. Кирилл попытался дотянуться до пистолета, но Вадим ногой отбил его, и пистолет отлетел далеко в сторону. В этот момент из школы выбежала Елена.

– Вадим! Кирилл Евгеньевич! Что происходит, что вы делаете?! – истерично закричала она.

Но Вадим и Кирилл принялись только еще ожесточеннее лупить друг друга. Теперь силы стали примерно равны – Вадим, из-за его быстро стареющего организма, ослаб, а у Кирилла была сломана рука. Воронцов попытался прижать Вадима к земле, но тому удалось вывернуться.

Наконец Кирилл здоровой рукой выкрутил Вадиму руку и ударил его головой о землю. Елена с ужасом увидела, что лицо Вадима уже все разбито, он хрипел, пытаясь подняться. Кирилл нажал коленом ему на поясницу, продолжая выкручивать руку, Елена в панике бегала вокруг них.

– Да прекратите же! – в отчаянии крикнула она.

Но мужчины не обратили на нее внимания. После секундного колебания Елена достала из пакета пистолет и выстрелила, пуля попала в землю недалеко от Вадима и Кирилла. Те прекратили драку, напряженно оглянувшись на женщину. Вадим вытер кровь с лица и потер глаза, чтобы восстановить резкость зрения.

– Кирилл, немедленно отойдите от Вадима! – сердито сказала Елена.

– Елена Сергеевна, вы в своем уме? – растерянно спросил Воронцов, инстинктивно загораживаясь рукой. – Зачем вы в меня целитесь? Вы что, так и не поняли, что этот подонок убил Анну?

– Не верьте ему… – вытирая окровавленные губы, заявил Вадим. – Он убийца, психопат! Зачем вы вообще его выпустили?

– Харитонов нам все рассказал! – сорвался на крик Кирилл. – Теперь ты не отвертишься!

Елена растерянно смотрела на обоих мужчин, не зная, что ей делать.

– При чем тут Харитонов? Я был в лесу, идиот! – блефуя, заявил Вадим. – И нашел люк в подземелье. Мы все спасены! Там внизу целый склад с вакциной.

– Что? – с изумлением вырвалось у Елены.

– Я шел в школу, чтобы рассказать об этом, – очень убедительно сказал Вадим, – а этот ненормальный набросился на меня.

– Елена Сергеевна, вы что, ему верите? – с тревогой спросил Кирилл. – Он же все это время обманывал всех!

– У нас нет времени слушать этот бред, – твердо оборвал его Вадим, обращаясь к Елене. – Надо скорей вытащить ящики с вакциной из подземелья.

– Я вам верю, Вадим, – решилась Елена. – Проходите.

Вадим кивнул, сделал шаг к Елене, неожиданно выхватил у нее пистолет и ударил ее рукояткой по голове. Елена, вскрикнув, упала на землю.

– Ах ты, сволочь! – с ненавистью крикнул Кирилл и бросился на Вадима.

В тот же миг Вадим выстрелил в него, и Кирилл, покачнувшись, остановился. С удивлением смотрел он на расплывающееся на животе пятно крови. Упав на колени, Кирилл схватился рукой за живот, глядя на Вадима с яростью, затем опрокинулся на землю.

Вадим усмехнулся, спрятал пистолет за пояс и вошел в школу. Придя в себя, Елена со стоном открыла глаза, потрогала разбитую голову – на пальцах осталась кровь. И тут она заметила Кирилла, лежащего недалеко от нее в луже крови.

– Кирилл! – в ужасе крикнула Елена.

Она подползла к нему и дотронулась до него. Кирилл открыл глаза, застонав и скривившись от боли.

– Теперь… вы мне… верите? – шепотом, с трудом разжимая губы, спросил он. Силы стремительно покидали его, Кирилл собрал всю свою волю в кулак, чтобы не потерять сознание, и срывающимся голосом попросил: – Обещайте… обещайте мне…

– Что? – дрогнувшим голосом спросила Елена, с жалостью глядя на мужчину сквозь слезы.

– Позаботьтесь… о моем сыне… – прошептал Воронцов и неожиданно выгнулся, глубоко вдохнув.

– Кирилл? – в панике произнесла Елена.

Рука Кирилла упала на землю, взгляд остановился. Елена поняла, что он умер, и зарыдала в голос, клятвенно повторяя:

– Я обещаю, Кирилл… Я обещаю.

Стоявший рядом со своим телом Кирилл потрясенно смотрел в свои мертвые глаза. Затем он перевел взгляд на пятно крови на своем животе, на рыдающую Елену. Все было кончено, он чувствовал себя побежденным. И что теперь будет с его сыном?.. Кирилл поднял взгляд на здание школы и увидел в одном из окон со скорбью смотрящую на него Веру.

* * *

В этот момент Куриленко вошел в душевую. Вид у него был изможденный. Он наклонился над раковиной, кашляя кровью. Пришедший в себя Володя напряженно следил за ним. Прополоскав рот, Куриленко вытер его рукавом, мрачно глядя на раковину – вся она была забрызгана кровью. Куриленко в отчаянии ударил ребром ладони по краю раковины.

– Уже бы давно нашли вакцину, если б не твои выкрутасы, – тяжело дыша, сказал ему Володя. – Только отвлекаешь всех… мешаешь…

– Они прячут антидот для себя… – истерично заявил Куриленко. – А мы все равно что мертвые!

– Антидота больше нет, – мрачно сказал Володя. – Осталась одна пробирка с вакциной.

Куриленко злобно прищурился и, закрыв за собой дверь, нервно сказал старшеклассникам:

– Они издеваются над нами! Нам надо теперь на коленях умолять дать нам лекарство.

На полу изолятора лежали отломанные спинки кровати. Куриленко и двое старшеклассников подняли на руках каркас кровати и отошли чуть назад, раскачивая ее. Все остальные стояли позади них, с замиранием сердца следя за их действиями.

– Раз… Два… Давай! – скомандовал Куриленко и вместе со старшеклассниками ударил кроватью по двери.

В стороны полетели куски штукатурки. Куриленко и старшеклассники били дверь снова и снова. После третьего удара дверь вывалилась вместе с дверной коробкой и с грохотом упала. Куриленко и старшеклассники выпустили кровать из рук и несколько мгновений смотрели на выбитую дверь, словно не могли поверить, что у них получилось. Затем Куриленко вытер пот со лба и осторожно вышел в холл, зовя за собой старшеклассников. Те вышли к нему, остановившись позади.

– Пацан сказал – пацан сделал, – хвастливо заявил Куриленко.

Следом за старшеклассниками в холл один за другим вышли и остальные зараженные дети. На их лицах была радость, смешанная с волнением. Они торопливо двинулись в сторону холла, впереди всех шествовал Куриленко с выражением хищного напряжения на лице.

Выйдя в холл, они увидели на другом его конце, со стороны учебного коридора, небольшую группу последних незараженных детей. Их было всего человек двенадцать, ведущая их в столовую Лариса в ужасе замерла, глядя на Куриленко и толпу зараженных школьников за его спиной.

В ту же секунду, словно сошедшая с гор лавина, дети кинулись навстречу друг другу, и в середине холла зараженные школьники смешались со здоровыми. Многие из детей обнимались, некоторые плакали от радости, вновь обретя своих друзей. Алиса пробралась сквозь толпу к растерянному Мите, Слава обнимал всхлипывающую Свету. Тася испуганно смотрела на Ларису, в бессильном ужасе наблюдающую за происходящим.

* * *

Вадим в своей комнате подошел к столу, тяжело опустился на стул и достал из ящика чемоданчик с военно-полевым телефоном. С угрюмым выражением лица, помедлив мгновение с, он решительно связался с Раубер.

– Не хотите справиться о моем здоровье? – с ненавистью спросил он. – Я тут слегка приболел. Так что доставка вакцины отменяется.

– О чем ты говоришь? – с тревогой спросила Раубер, сидя в кресле в своем кабинете. – Ты должен передать вакцину Раевскому до того как… – она осеклась.

– До того, как что? – горько усмехнулся Вадим. – Как я умру? Не выйдет. Планы изменились. Во всяком случае, мои.

– Мы можем договориться! – горячо пообещала Раубер. – Что ты хочешь, скажи – я это сделаю! Ты знаешь – я могу многое, почти все!

– Сделайте меня одним ребенком у родителей, – криво ухмыльнувшись, сказал Вадим. – Брат-близнец слишком осложнил мою жизнь. – В ответ на молчание потерявшейся Раубер Вадим жестко заключил: – Похоже, вы себя переоценили, Клавдия Владимировна. Или, вернее, фрау Раубер. Прощайте. Конец связи.

Вадим положил трубку, напряженно глядя перед собой, затем достал из-за пояса пистолет и с мрачной решимостью положил его перед собой на стол. Стоявшие рядом с ним Вера с Кириллом взялись за руки и, словно гипнотизируя, наблюдали за ним пристальными взглядами.

* * *

В это время в лесу Виктор подошел к колодцу, сбросил крышку и заглянул внутрь. Привязав к ближайшему дереву веревку, он скинул ее вниз. Затем Виктор залез на край колодца, подергал веревку, пробуя ее на прочность, и спустился вниз.

Стоя на дне колодца, он отпустил веревку. Прямо перед ним чернел пролом в стене. Виктор включил фонарик и решительно залез в пролом.

Как раз в эти секунды на поляну с колодцем вышел Раевский. Он увидел веревку, попробовал ее на прочность, как и Виктор, и тоже залез в колодец.

Виктор шел по коридору подземелья, держа в одной руке пистолет, в другой – фонарик, которым он освещал себе дорогу. Луч фонарика мелькал по стенам, Виктор настороженно прислушивался к звукам. Где-то вдали капала вода, что-то поскрипывало, постукивало.

В конце коридора из-за угла виднелось слабое свечение. Виктор выключил фонарик и повернул за угол. Увидев чуть приоткрытую железную дверь, освещенную большим фонарем, стоящим рядом с завалом, он снял пистолет с предохранителя.

Медленно открыв дверь в хранилище, Виктор всмотрелся в темноту, пытаясь разглядеть, что находится в комнате. За его спиной возникла фигура Раевского. Он поднял пистолет и прицелился Виктору в голову. Виктор, не замечая его, включил фонарик и потрясенно обвел взглядом то, что находилось в хранилище. Изумленный Раевский за его спиной медленно опустил пистолет.

Все ящики и коробки, стоящие в хранилище, были разломаны и разорваны, пол был усыпан осколками стекла от разбитых пробирок с вакциной. Чудом уцелевшая треснувшая пробирка с остатками розовой жидкости скатилась с обломка ящика, и жидкость вытекла на влажный пол.

В этот момент в комнате Вадима раздался выстрел, пистолет выпал из его руки, безжизненное тело Уварова упало на пол. По виску алой струйкой стекала кровь. Мертвые глаза смотрели в никуда остановившимся взглядом.

* * *

Сидя у себя в стильно обставленном кабинете, Раубер кривилась от злости и презрения. Обращаясь к своему собеседнику, стоявшему напротив нее, она проговорила с негодованием:

– Ничтожество. Провалил нам все дело в шаге от финала. Эти ваши опытные образцы – не сверхлюди, а недочеловеки.

– Поверить не могу, что все надо начинать сначала, – уныло ответил ей полковник Фролов. – У нас нет ни вируса, ни вакцины…

– Не раскисай. Вирус есть в крови зараженных, выделить его несложно, – хладнокровно заметила Раубер. – Что касается вакцины… У нас были и альтернативные разработки.

– Да, но что там конкретно – знал только Вульф, – возразил Фролов.

– Не только, – остановила его Раубер и через паузу многозначительно напомнила: – Ты сам знаешь, где хранится вся информация.

Раубер и Фролов напряженно посмотрели друг на друга, в глазах Фролова засветилось понимание.

В этот момент в своей мастерской из-под стола вынырнул Ермолаев с небольшой отверткой. На его столе лежали еще несколько маленьких отверток и другие инструменты для мелких работ. Ермолаев щелкнул переключателем где-то под столом, с надеждой глядя на монитор.

На экране возникло пять изображений комнаты: пульт управления, вид слева на саркофаг, справа, спереди и сверху. Только одно окно оставалось не работающим, на нем все еще была серая рябь.

Ермолаев покривился от досады и наклонился к блоку управления, стоящему под столом, что-то переключил там несколько раз и снова посмотрел на монитор. Окно с рябью несколько раз мигнуло, и на нем возникло изображение.

Ермолаев, удовлетворенно улыбаясь, откинулся на спинку стула, глядя на изображение со всех работающих камер в комнате с саркофагом. На новом изображении теперь было отчетливо видно лицо лежащего в саркофаге Вульфа.

Глава 17

Возвращение

Теодора Раубер и полковник Фролов в белых халатах с надписью «INGRID» на надгрудном кармане стояли в небольшой комнате над больничной койкой, на которой неподвижно лежал пациент клиники «INGRID», укрытый до подбородка белой простыней.

В изголовье кровати стояли несколько медицинских приборов с маркировкой «INGRID», от которых к лежащему тянулись разные трубки и провода. Звучал размеренный сигнал тонов сердца пациента. Раубер посмотрела на один из приборов и удовлетворенно констатировала:

– Функции мозга восстановлены на девяносто шесть процентов.

– А свойства крови? – обеспокоенно спросил Фролов.

– Пока неясно, – ответила Раубер, пожав плечами. – Надо еще подождать.

– А можно как-то ускорить процесс? – поинтересовался Фролов.

– Не вижу необходимости, – холодно отказала Раубер. – Природа все сделает сама.

– Насколько я знаю, природа к нашему случаю не имеет никакого отношения, – многозначительно напомнил Фролов.

Раубер усмехнулась и, щелкнув переключателем на приборе, вышла вместе с Фроловым из палаты.

Лежащая на больничной койке Полина была бледна. Глаза были закрыты. На ее голове была надета серебристая шапочка из металлизированной ткани, от нее к приборам тянулись провода. Внезапно девушка распахнула глаза – в них не было ни белков, ни радужной оболочки. Абсолютно черные глаза Полины холодно смотрели прямо перед собой.

* * *

Напряженные Виктор и Раевский зашли с улицы в холл. Они только что вернулись из разгромленного хранилища вакцины и, подойдя к школе, узнали про смерть Кирилла. Они разговаривали на ходу, обсуждая сложившееся положение.

– Ни антидота, ни вакцины… – мрачно резюмировал Виктор. – Через несколько дней мы все умрем…

– Не факт, – раздался за его спиной насмешливый голос Морозова. – Все будет зависеть от вас, Виктор Николаевич.

Резко повернувшись, Виктор увидел Петра, стоящего в открытых дверях кабинета директора.

– Как вы тут оказались? – спросил неприятно пораженный Виктор. – Что вам надо?

– Хочу сделать предложение, от которого нельзя отказаться, – насмешливо ответил Морозов и добавил: – Или можно – на ваше усмотрение. – Он достал из кармана одну ампулу с антидотом и показал ее Виктору, заявив: – Таких симпатичных ампул у меня довольно много. Но мне кое-что нужно взамен.

– Что именно? – через паузу спросил Виктор.

– У меня много условий, – ответил Морозов, пряча ампулу в карман. – И вам придется выполнить их все.

Раевский недоуменно смотрел на Петра, он был поражен не меньше Виктора, хотя и по другим причинам: никто не предупредил его о внедрении в школу Морозова, и теперь Раевский раздумывал, какие еще планы руководства станут известны ему в самый последний момент.

* * *

Незараженных осталось всего десять человек, в том числе Елена с Игорьком, Слава Харитонов, Денис с Лилей и Алиса с Тасей. Всех их поместили в классе младших школьников, временно переоборудованном под комнату.

Мария тоже заразилась – скорее всего, в тот момент, когда влетела в изолятор, увидев вышедших оттуда зараженных, и обнаружила Володю связанным на полу душевой. Теперь они вместе готовили обед на кухне. Точнее, Володя готовил, а Мария порхала вокруг него, счастливая от того, что она снова рядом со своим возлюбленным.

– М-м-м… Как вкусно пахнет! – с аппетитом произнесла Мария, закончив чистить овощи в раковине и принюхиваясь.

– Мой фирменный суп с фрикадельками, – шутливо похвастал Володя, помешивая половником в большой кастрюле. – Решил порадовать наши желудки после того ужаса, которым кормил нас девятый класс.

– Как же я соскучилась по твоей еде! – призналась Мария, подходя к Володе сзади и обнимая его.

– А по мне? – притворно грозно нахмурился Володя.

– По тебе тоже, – нежно сказала женщина, прижимаясь щекой к его спине, а затем, отстранившись, лукаво улыбнулась: – Но по еде больше. У тебя даже овсянка вкусная.

– Вот так разрушаются иллюзии, – с деланой грустью сказал Володя, оборачиваясь к Марии. – Я думал, ты страдаешь в разлуке со мной, а ты все это время скучала по вкусной овсянке. Эх, ты…

– И по овсянке, и по тебе, и по твоим глупым шуткам, – улыбнулась она, а потом серьезно сказала: – Господи, Володя, как же мне было плохо без тебя, если б ты знал…

– Мне тоже, – искренне произнес он. – Но лучше б я оставался в изоляторе. Тогда ты была бы здорова.

– Я ни о чем не жалею, – тепло ответила Мария. – Главное – мы снова вместе. Ты со мной, Максим со мной – а больше мне ничего не надо.

Она потянулась к его губам, Володя горячо прижал ее к себе, и они поцеловались долго и нежно. Но, едва на кухню вошла повариха, они отстранились, счастливо улыбнулись друг другу и снова занялись каждый своим делом.

* * *

Через некоторое время по школе раздался из динамиков голос Виктора, призывающий всех обитателей школы собраться в библиотеке. Все подтянулись туда и встали группками спиной к камину, взволнованно переговариваясь. Друзья стояли чуть в стороне, возле Даши, сидящей на кресле-каталке.

– Макс, ты не знаешь, зачем нас собрали? – обеспокоенно спросила Даша.

– Не знаю, – ответил Максим. – Наверное, расскажут, где нашли антидот.

В этот момент открылась боковая дверь, и в библиотеку вошли Виктор и следом за ним Морозов. По залу пронесся гул изумленных голосов. Виктор остался в стороне, а Морозов вышел на середину библиотеки

– Рад видеть всех вас в относительно добром здравии, – с деланой доброжелательностью поздоровался он. – Надеюсь, вам уже сообщили, что вы живы только благодаря мне, – он улыбнулся, оглядывая всех. – Из чувства благодарности Виктор Николаевич любезно согласился передать мне бразды правления школой.

Ребята мрачно переглянулись. Виктор молча стоял, опустив голову.

– И что мы теперь, плясать должны от радости? – громко, с вызовом спросил Максим.

– Нет, – спокойно, не поддаваясь на провокацию, ответил Морозов. – Всего лишь делать то, чем занимались до сих пор – разбирать завал в подземелье под школой.

– А если я не хочу? – резко возразил Макс.

– Я никого не заставляю, – ухмыльнулся Морозов и посмотрел на приемного сына ледяным взглядом. – Тот, кто не хочет, может отдохнуть пару-тройку дней.

– А потом? – с подозрением спросил Марченко.

– Потом ему придется умереть, – спокойно ответил Морозов.

Наступила абсолютная тишина – все ученики были в шоке от услышанного. Виктор с болью смотрел на всех. Морозов довольно улыбнулся.

– Видите ли – вирус, которым вы заражены, смертельный… – поставил он всех в известность и достал из кармана ампулу красного цвета, крутя ее в пальцах, – а лекарство есть только у меня.

Виктор, сжав зубы, еще ниже опустил голову. Володя и Павел с ненавистью смотрели на Морозова, который явно наслаждался ситуацией, продолжая объяснять:

– Так что у нас новый лозунг – кто не работает, тот не живет. За любое неповиновение, за непослушание и саботаж наказание одно для всех… – Он сделал паузу, обведя всех холодным взглядом, и жестко закончил: – Смерть!

Морозов бросил ампулу на пол и растер ее ботинком в пыль. Все в ужасе молча смотрели на него. Затем, тихо переговариваясь, разошлись по своим комнатам.

Друзья ушли в комнату старших мальчиков. Они не знали, что и думать по поводу возвращения Морозова. Лиза обвела всех взглядом и высказалась:

– Значит, Ермолаев был прав, когда говорил, что смерть Вульфа ничего не остановит. Остались другие немцы, и теперь они руководят проектом «Гемини».

– Вы знаете, кто они? – осторожно спросил Леша.

– Нет, – ответил Андрей, отрицательно покачав головой. – Изначально их было семеро. Но кто из них жив до сих пор – неизвестно.

– Раз им так нужно добраться до нижнего подземелья, значит, там осталось что-то очень ценное, – предположил Максим.

– Согласна, – сказала Вика. – Иначе какой смысл Морозову возвращаться и тратить на нас антидот?

– Ему надо, чтобы мы, как кроты, с утра до ночи пахали, пока не пророем нужный ход, – со злостью произнес Максим.

– А когда пророем, он может исчезнуть так же внезапно, как появился, – нервно закончила за него Вика. – И мы все равно умрем.

– Мы можем первыми дорыться до того, что ищет мой папаша через мастерскую Ермолаева! – догадался Максим и возбужденно добавил: – И тогда мы сами сможем диктовать «INGRID» свои условия.

– Давайте расскажем обо всем Виктору Николаевичу! – предложила Вика, обведя всех взглядом.

– Я пойду, поговорю с Виктором, – согласился Андрей и направился к двери.

– Я с тобой, – торопливо поднялся со своей кровати Максим.

Они вышли из комнаты и целенаправленно пошли в сторону комнаты Виктора. Внезапно по громкой связи раздался голос Морозова:

– Максим Морозов, срочно зайди в кабинет директора.

– Вернулся, упырь… – сквозь зубы сказал Максим, остановившись, – давно свежей кровушки не пил.

Андрей, чуть поколебавшись, пошел к Виктору один, а Максим отправился в кабинет Морозова. Войдя, он остановился возле двери без тени страха на лице. Морозов, стоя у окна, пристально посмотрел на своего приемного сына.

– Ты со своими дружками любишь лезть не в свое дело, – холодно сказал Морозов. – Так вот – имей в виду, мне с вами возиться некогда.

– Да ты и раньше не сильно церемонился, – развязно ответил Максим.

– А теперь и вовсе не стану, – отрезал Морозов и жестко предупредил: – Будете путаться у меня под ногами – пострадают все, включая малышей. Один ваш неверный шаг будет стоить кому-то жизни.

Максим молчал, с ненавистью глядя на Морозова. Тогда тот демонстративно взял со стола список зараженных и пригрозил:

– Завтра кому-то из этого списка может не хватить ампулы. – Цинично улыбнувшись, он предложил: – Хочешь, вместе выберем – кому? Я прямо сейчас его вычеркну. – Он заглянул в список, взял ручку и занес ее над листком: – Вот, например, Митя Воронцов.

Морозов приблизил ручку к фамилии Мити, делая вид, что вот-вот вычеркнет ее. В последнюю секунду он вопросительно посмотрел на Максима, и тот не выдержал психологического давления и сдался:

– Не надо, – с трудом произнес он. – Я все понял… папа. Мы не будем тебе мешать.

– Вот и умничка, – сказал Морозов, бросая ручку на стол.

Он подошел к парню и похлопал его по плечу. Открыв дверь и слегка приобняв Максима за плечи, Морозов выставил его из кабинета. Парень остолбенело стоял за дверью, понимая, что все их планы разом рухнули, потому что теперь на кону были жизни маленьких детей.

В это время Андрей, постучавшись, вошел в пустую комнату Виктора. Машинально прикрыв за собой дверь, Андрей направился в сторону спальни, предположив, что Виктор может находиться там. Однако и в спальне его не оказалось.

Парень с досадой поморщился, собираясь выйти из спальни обратно в кабинет, но в этот момент в коридоре раздались возбужденные голоса, и дверь из коридора в кабинет открылась. Андрей отшатнулся обратно в спальню, быстро прикрыв дверь, и замер, услышав недоуменный вопрос Павла:

– И что, черт возьми, Морозову нужно в подземелье?

– Что бы это ни было, мы откопаем и отдадим ему, – безапелляционно ответил Виктор.

– Видишь – ты сам загнал гвоздь в крышку нашего гроба, – со злостью обвинил Павел Виктора. – Будем теперь рабы на морозовских галерах.

– Не надо, Павел Петрович, – послышался голос Ларисы, вступившейся за Виктора. – Виктор Николаевич принял единственно верное решение. Жизнь детей для нас на первом месте. Я работаю над вакциной. Но из трех ее компонентов нам пока известен только один. И у нас нет прибора для финального облучения.

– Неплохо бы узнать, как Морозов вообще попал в школу, – сказал вдруг Володя.

– Надо спросить у военных, – решительно предложил Павел.

– Нет, Паша. Мы не станем делать ничего против Морозова, – отрезал Виктор

– Может, ты и ботиночки будешь ему на ночь чистить? – злобно спросил Павел.

– Буду, – твердо ответил Виктор, – если это поможет спасти детей.

Павел отошел и со злостью ударил кулаком по стене возле косяка двери, в щель которой подглядывал Андрей. Тот отшатнулся и медленно, с хмурым выражением лица отступил.

* * *

В закрытую дверь медкабинета раздались сильные удары снаружи, замок не выдержал, и дверь распахнулась. В комнату влетел Куриленко с большим, украденным из кухни, ножом в руках. При помощи ножа он отжал замок медицинского шкафчика, но на полках стояли лишь пустые паллеты из-под ампул с антидотом, Куриленко вытащил их и в ярости швырнул на пол. В этот момент в кабинет вошла Лариса. Увидев Куриленко, она застыла в дверях. Мужчина подскочил к ней и приставил нож к шее.

– Где антидот? – в ярости закричал он. – Я знаю, что он есть. Где ты его прячешь? Говори, быстро!

Лариса кинула взгляд на стол, где возле микроскопа на подставке стояла пробирка с вакциной. Куриленко, не заметив ее, вжал нож в шею женщины, истерично требуя:

– Или ты найдешь мне ампулу, или я за себя не отвечаю!

– Не надо так нервничать, – сдержанно произнесла Лариса, стараясь держать себя в руках. – Сейчас я все дам.

Она достала из кармана ампулу с антидотом и отдала ее Куриленко. Тот выхватил ее из рук Ларисы и злобно потребовал:

– Этого мало! Давай еще!

– У меня больше нет, – растерянно ответила она. – Я не вру, можете обыскать кабинет. Морозов выдает по одной ампуле по списку – для каждого зараженного.

– Морозов? – недоверчиво спросил Куриленко. – Это еще кто?

– Новый директор школы, – ответила Лариса. – Лекарство у него.

– Ладно, разберемся – какой такой Морозов-Шмарозов, – с угрозой произнес Куриленко и, оттолкнув женщину, выбежал из медкабинета.

Лариса выдохнула с облегчением. Только теперь стало заметно по ее бледному лицу, что она сильно нервничала. Плотно прикрыв дверь со сломанным замком, она взяла со стола пробирку с вакциной и задумчиво огляделась. В кабинете ее оставлять было небезопасно, Куриленко чудом не заметил ее. Значит, необходимо было найти для вакцины другое место.

* * *

Поговорив с Максимом, Морозов вызвал к себе Раевского. Когда тот вошел, Морозов вальяжно уселся за стол, напряженный Раевский сел напротив.

– Я свою работу закончил и хочу уехать, – с ходу начал майор.

– Не закончил, а все завалил, – с презрением поправил его Морозов.

– Я тут ни при чем, – возмутился Раевский. – Никто не знал, что Уваров слетит с катушек.

– А кто ему сказал про брата? – возразил Морозов. – Откуда он узнал, что умирает? Кроме тебя, тут никого не было.

– Это не я, правда, – нахмурился Раевский, понимая, что не может этого доказать. – Когда он пришел на встречу, он уже все знал, – наклонившись над столом, он горячо заявил: – Петр, я не могу тут оставаться. Вся школа заражена. Ты привит, а я нет.

– Сам виноват, – развел руками Морозов. – Надо было быстрее искать вакцину и лучше ее стеречь. – Он насмешливо посмотрел на сидящего перед ним в отчаянии Раевского и жестко сказал: – Ты будешь делать все, что я скажу, здесь! Понял?

– Ты не можешь меня заставить! – заявил Раевский, с ненавистью глядя на Морозова, но вдруг осекся и сильно закашлялся.

Морозов с усмешкой наблюдал за майором, а тот, отняв руку ото рта, увидел на ней капли крови.

– Как видишь – могу, – ухмыльнулся Морозов и, вынув из кармана ампулу с антидотом, кинул ее на стол перед Раевским, с издевкой сказав: – Будь здоров – не кашляй. Веди себя хорошо, завтра получишь еще.

Морозов развалился за столом с довольным видом. Майор взял ампулу, молча глядя на нее – он до последнего надеялся, что не заразится, и теперь испытал настоящий шок.

* * *

Расстроенный Андрей вошел в комнату. Ребята взволнованно посмотрели на него. Он огорченно сел на кровать и молча опустил голову.

– Ну? Ты рассказал Виктору Николаевичу? – кинулась к нему Вика.

– Нет, – мрачно ответил парень, отрицательно покачав головой. – И не скажу. Его установка – будем делать то, что скажет Морозов. И никакого сопротивления. – Он окинул взглядом ребят и с горечью объяснил: – Морозов шантажирует его лекарством. Виктор боится за нас всех. Он ничего не станет делать против «INGRID». Он надеется, что Лариса сможет создать вакцину. Но без облучения, о котором говорил Ермолаев, все равно ничего не получится.

– Значит, надо поговорить с Ермолаевым – пусть он поможет, – решительно предложил Леша.

На этих словах в комнату вошел Максим. Угрюмо оглядев всех, он твердо заявил:

– Никто никуда не пойдет. Мой гениальный папаша взял в заложники всю школу. Если мы хоть как-то помешаем его планам, он перестанет давать малышам лекарство.

– Что же делать? – в отчаянии воскликнула Лиза.

– Мы все равно должны поговорить с Ермолаевым, – вдруг решился Андрей. – Без него вакцины не получить.

– Ладно, – поколебавшись, согласился Максим, понимая, что друзья правы. – Давайте спустимся, поговорим с ним. Но только очень осторожно, – он посмотрел на Лешу с Андреем и предложил: – Пойдем втроем.

– А мы, если что, вас прикроем, – закончила Вика.

Максим согласно кивнул, ребята напряженно переглянулись и вышли из комнаты, приняв непринужденный вид на случай столкновения с кем-нибудь из взрослых – чтобы те ничего не заподозрили.

Спустившись в шестиугольную комнату, Леша взял один из висящих на стене фонарей и включил его, Максим включил другой, оставив его висеть на стене, а Андрей тем временем подошел к двери в лабиринт и набрал кодовое слово «VIA».

Дверь открылась, и Максим с Лешей, подсвечивая путь карманными фонариками, вошли в лабиринт. Леша пошел за ними, но тут его внимание привлекла заслонка на двери с артефактами, которую забыли закрыть Лиля с Денисом. Леша подошел к ней, нахмурившись, осветил ее фонарем и увидел замок с лилией. С изумлением проведя по ней пальцами, он понял, что форма замка в точности совпадает с медальоном, который ему дарила Лиля.

– Лех, ты че там, заснул? – недовольно спросил Максим, выглянув из лабиринта.

– Иду, иду, – спохватился Леша.

Он кинул на замок с лилией последний задумчивый взгляд и с большим фонарем в руках следом за ребятами вошел в лабиринт. Дверь за ними закрылась, и они торопливо двинулись по лабиринту по направлению к пролому. Времени у них было не так уж много – их исчезновение из школы в любой момент мог заметить бдительный Морозов.

* * *

Тем временем Павел с Володей с рациями в руках подошли к шлагбауму. Они решили не отчитываться перед Виктором, поскольку он бы им запретил задавать вопросы о Морозове военным, и пошли сами, на свой страх и риск. Возле шлагбаума стояли двое часовых.

– Эй, парень, позови кого-нибудь из старших, – попросил в рацию Павел.

– Товарищ лейтенант, тут вас просят подойти… из школы… – сообщил в рацию один из часовых.

Из палатки вышел Бессонов, неторопливо подошел к шлагбауму.

– Какие-то проблемы? – спросил он у Павла.

– Вчера кто-то пропустил на территорию постороннего, – ответил за Павла Володя.

– Никаких нарушений периметра не было, – невозмутимо возразил Бессонов.

– Неужели? – злобно спросил Павел. – Тогда как эта сволочь паршивая оказалась в школе?

– О ком вы говорите? – спросил Бессонов, нахмурившись.

– Видимо, обо мне, – раздался насмешливый голос Морозова.

Он вышел из палатки военных и подошел к шлагбауму, встав за спиной Бессонова. Павел и Володя пораженно смотрели на него.

– Господин физрук всегда относился ко мне с особой теплотой, – с усмешкой объяснил Морозов, глядя на ошеломленные лица Володи и Павла.

– Вы что, с ним заодно? – спросил Володя у Бессонова, стоящего с непроницаемым лицом.

– Лейтенант оказывает мне посильную помощь, – ответил вместо Бессонова Морозов и с издевкой уточнил: – Например, поднимает шлагбаум, когда мне надо войти внутрь или выйти наружу. – Он на секунду замолчал, наслаждаясь их реакцией, а затем жестко приказал неприятно изумленным Павлу и Володе: – Ну, ладно, поболтали – и хватит. Давайте оба обратно в школу. – После чего обратился к Бессонову: – Лейтенант, поторопи-ка их.

Бессонов сделал жест часовым, и те навели автоматы на мужчин, передернув затворы. Павел и Володя молча развернулись и пошли в сторону школы. Морозов насмешливо смотрел им вслед.

* * *

На столе стоял большой полуразобранный прибор, похожий на системный блок. Ермолаев закончил что-то паять, отложил паяльник и принялся внимательно рассматривать небольшую плату с микросхемами, которую чинил. На его лице было довольное выражение. Держа плату в руках, он аккуратно установил ее в прибор, похожий на системный блок.

В тот же миг в кабинете у Раубер коробочка на столе издала резкий сигнал. До этого лишь два индикатора горели зеленым светом, но тут и третий индикатор вспыхнул зеленым, но тут же погас. Затем снова загорелся. Раубер и присутствующий в ее кабинете Фролов переглянулись.

– Это что, сигнал от Ермолаева? – недоверчиво спросила Раубер.

Внезапно в приборе, над которым работал Ермолаев, раздался громкий треск. Из прибора вырвалась яркая вспышка, и Ермолаев отлетел от стола и упал на пол.

Мигнув еще несколько раз, зеленая лампочка на приборе у Раубер снова погасла. Раубер и Фролов недоуменно переглянулись.

– Может, просто сбой системы? – предположил Фролов.

– Возможно… – задумалась Раубер, а затем заключила с жестким выражением лица: – В любом случае, надо это проверить. Если Ермолаев жив, он не должен сказать ничего лишнего.

В этот момент Леша, Андрей и Максим открыли дверь каморки перед мастерской Ермолаева. Войдя в мастерскую, они испуганно замерли на месте – на полу лежало безжизненное тело Ермолаева.

Глава 18

Коллеги

Ночью, когда все в школе уже спали, Андрей быстро шел по коридору в сторону медкабинета. Вид у него был очень напряженный. Вероятность того, что он с кем-то встретится в этот поздний час, была ничтожно мала, но нельзя было исключать такую возможность.

Дойдя до медкабинета, Андрей коротко постучался и, не дожидаясь ответа, вошел. Лариса все еще работала – она сидела за столом и заполняла бумаги. Подняв голову на остановившегося на пороге парня, Лариса встревоженно спросила:

– Кому-то плохо?

– Да, – скованно ответил Андрей и напряженно добавил: – Нам нужна ваша помощь. Пожалуйста, это очень срочно.

Женщина торопливо встала из-за стола, взяла чемоданчик с медикаментами и вышла вслед за Андреем. Подойдя к двери комнаты старших мальчиков, Андрей молча распахнул дверь перед Ларисой, приглашая войти.

На Роминой кровати лежал Ермолаев. Глаза у него были закрыты, он был бледен и не подавал признаков жизни. Рядом с ним стоял встревоженный Максим. Присев на край кровати, Лариса взяла Ермолаева за руку и пощупала пульс.

– Пульс слабый, аритмия… – сообщила она, после чего достала из чемоданчика фонендоскоп и послушала дыхание Ермолаева. – Дыхание прерывистое… – Она нахмурилась и спросила у притихших ребят: – Что с ним случилось?

– Кажется, его током ударило, – предположил Максим, неопределенно пожав плечами.

Доктор быстро осмотрела руки Ермолаева. На правой ладони она заметила округлое темное пятно, имеющее синеватый оттенок по периферии.

– Да, это след электротравмы… – подтвердила Лариса и достала из чемоданчика шприц-тюбик. – Я введу ему стимулятор… – Сделав укол в предплечье Ермолаева, она еще раз прослушала его фонендоскопом и удовлетворенно заметила: – Угрозы для жизни я не вижу.

Андрей и Максим напряженно наблюдали за реакцией Ермолаева, но тот по-прежнему оставался неподвижен. Лариса достала из чемоданчика нашатырный спирт, смочила им ватку и провела ею перед носом Ермолаева. Тот, не открывая глаз, поморщился и, подняв руку, слабо отмахнулся. Максим и Андрей с облегчением вздохнули.

– А теперь я хочу знать, кто он и что делает в школе? – строго спросила женщна, убрав вещи в чемоданчик и взглянув на ребят.

В этот момент Ермолаев издал слабый стон, приоткрыл глаза, растерянно оглядывая комнату и не вполне понимая, где он и что с ним произошло. За спиной Ларисы Максим приложил палец к губам, жестом указывая Ермолаеву на Ларису, и отрицательно покачал головой, давай понять, что не стоит говорить ничего лишнего.

– Мы шли от завала и услышали стон, – убедительно соврал Андрей. – Там такая узкая щель была… Мы пролезли – и увидели вот его.

– Рядом лежал оборванный кабель… – подхватил Максим, – мы и подумали, что его током шарахнуло.

– Вы работали в лаборатории? – с надеждой спросила Лариса у Ермолаева. – Вы врач?

– Я – инженер… – слабым голосом ответил Ермолаев. – Обслуживал оборудование…

– Оборудование? – настороженно переспросила женщина. – А вы знаете, где аппарат для облучения вакцины?

– Под завалом… – ответил Ермолаев, прикрывая глаза, словно разговор его очень утомил.

– Поймите же! – с отчаянием сказала Лариса. – Мы на карантине, в оцеплении, жизнь детей зависит от этого аппарата… Если вы можете помочь…

– Я не могу – тогда они узнают, что я жив… – испуганно отказал Ермолаев и внезапно схватил Ларису за руку. – Не говорите им! Никому не говорите!

– Хорошо, – через паузу ответила она. – Я никому не скажу. – Она взяла чемоданчик и предупредила ребят: – Я приду завтра, и мы поговорим. А пока пусть он отдыхает. Если будет ухудшение – срочно зовите меня.

Ермолаев в изнеможении откинулся на подушку, и Лариса, поняв, что больше ничего от него не добьется, вышла из комнаты. Ермолаев проводил ее настороженным взглядом.

– Кто она? – спросил он у ребят, едва дверь за ней закрылась.

– Наш врач, – ответил Андрей. – Не переживайте, она никому не скажет.

Ермолаев выслушал его ответ с непроницаемым лицом, вспоминая, как два года назад впервые увидел Ларису. Он сидел тогда в лаборатории «INGRID» в самом углу комнаты, отгороженном шкафом, и с отверткой в руках сосредоточенно пытался разобраться в приборе.

Кроме него, в лаборатории было еще несколько сотрудников, каждый из них занимался своим делом: один что-то изучал в микроскоп и записывал результаты наблюдения в блокнот, второй дозатором разливал жидкость по пробиркам, третий работал за компьютером.

Открылась дверь, и в лабораторию вошла Раубер, а следом за ней – Лариса. Сотрудники оторвались от своих дел, глядя на Раубер, а та, приветливо им улыбаясь, представила всем Ларису:

– Коллеги, это – Лариса Андреевна Одинцова, вирусолог, многообещающий специалист и с сегодняшнего дня сотрудник нашей лаборатории…

Ермолаев на секунду отвлекся, выглянув из-за шкафа. Лариса, не заметив его, дружелюбно кивнула остальным сотрудникам лаборатории, а Ермолаев вернулся к сломанному прибору.

* * *

Володя и Павел стояли перед Виктором в его кабинете. Они только что сообщили ему, что военные заодно с Морозовым. Виктор напряженно выслушал их. Павел злобно рассказывал подробности:

– …Морозов просто смеялся нам в лицо! А эта продажная шкура – лейтенант – стоял рядом, будто так и надо.

– Военные заодно с «INGRID», – подтвердил Володя. – Наверное, подкуплены. А может, они вообще не военные.

– Значит, на самом деле немцы и не собирались останавливать проект «Гемини»… – с горечью сказал Виктор, осознавая крах своих надежд, затем обернулся к Володе и взволнованно спросил: – А что майор? Он тоже с ними?

– Не факт, – неуверенно ответил Володя. – Он мог быть пешкой, как и мы…

– Надо бы потолковать с ним… – предложил Павел и со значением уточнил: – По душам.

– Потолкуем, – согласился Володя. – А пока надо решать, как отсюда выбираться.

– Морозову мы нужны как рабочая сила, – озабоченно сказал Павел. – Надо использовать это и копать к грузовому люку. Оттуда мы сможем выбраться за периметр.

– Раз нет вакцины, выбираться нет смысла, – огорченно возразил Виктор. – Умереть от пули или от вируса – разница небольшая…

– Пока мы пробьем ход, возможно, Лариса уже получит вакцину, – напомнил Володя. – Я бы рискнул…

Мужчины напряженно переглянулись, понимая, что пока что вся их надежда – это создание Ларисой вакцины. Значит, нужно было приложить все усилия, чтобы создать ей для этого необходимые условия. А до того – делать вид, что они пляшут под дудку Морозова, чтобы тот ни о чем не догадался.

* * *

Рано утром Раевский крепко спал, лежа на кровати в своей комнате. Вдруг кто-то выплеснул ему в лицо стакан воды. Майор открыл глаза, резко сунул руку под подушку и спросонья растерянно пошарил под ней в поисках пистолета.

– Не это ищешь? – раздался насмешливый голос Володи, направившего на него пистолет.

– Что происходит? – спросил Раевский.

– Давно работаешь на немцев? – жестко спросил Володя.

– Зачем ты здесь? Шпионить за нами? – злобно спросил Павел.

Сбитый с толку Раевский молча помотал головой в ответ и попытался встать, но Володя толкнул его, отбрасывая обратно на кровать.

– Хватит! – резко сказал Раевский, в упор глядя на Павла и Володю.

Он встал с кровати, натянул штаны. Павел с Володей недоуменно переглянулись: майор ни на секунду не дрогнул, не отвел взгляд. Не похоже было, чтобы он блефовал.

– Твои солдаты подчиняются Морозову, – чуть спокойнее объяснил Павел. – Это они впустили его в школу. Он входит и выходит, когда ему нужно. Твой лейтенант выполняет все его приказы…

– …А значит, и полковник с ними заодно, – добавил Володя.

Раевский сделал несколько шагов по комнате, изображая страшное разочарование. Володя и Павел наблюдали за ним, его переживания казались искренними, во взглядах мужчин появилось сочувствие и понимание.

– Никогда бы не подумал, что Фролов может стать предателем, – с горечью произнес Раевский, затем твердо добавил: – Но он – это он, а я – это я. Вы можете мне не верить, но я здесь, чтобы спасти детей.

– Давно ты заразился? – спросил Павел, кивнув на окровавленную салфетку, лежащую на полу.

– Вчера, – сухо ответил Раевский.

– Ушел бы в изолятор, был бы здоров… – мягко сказал Володя, больше не пытаясь наезжать.

– Я не ребенок, а боевой офицер, – устало, без доли пафоса ответил Раевский. – И не собираюсь отсиживаться в теплом углу, когда вокруг умирают люди.

Павел с Володей вернули пистолет майору, решив, что он на их стороне и поможет им разобраться с Морозовым. Они направились на завтрак, после которого был назначен разбор завала. Раевский, напряженно посмотрев им вслед, спрятал пистолет и вышел вслед за ними.

* * *

Проснувшись в то утро, Лиля увидела, что Денис сидит на своей кровати, обхватив колени руками. Под его глазами залегли тени – видимо, он не спал всю ночь. Лиля встала, набросила халатик, подошла к Денису и села на край его кровати.

– Денис, мне очень жаль, что твоя бабушка умерла… Правда… – с сочувствием сказала девочка.

– Ничего она не умерла, – хмуро отозвался Денис. – Ее просто не могут найти – и все.

– Ты думаешь, она оказалась где-то, откуда просто не может выбраться? – осторожно предположила Лиля.

– Я в этом уверен, – негромко ответил мальчик. – Последний раз мы видели ее в тот день, когда нашли эту комнату с масками. И больше ее никто не видел. Понимаешь, что это значит?

– Она до сих пор там! – воскликнула Лиля.

– Да! – кивнул Денис. – Открыла какую-нибудь тайную дверь, а та захлопнулась. И теперь ба не может ее открыть. Надо спуститься вниз и проверить, – решительно заявил он.

– Елена нас ни за что не выпустит, – оглянувшись на Елену, сказала девочка.

В этот момент Елена подошла к Жене и препоручила ей посмотреть за Игорьком, а сама отправилась на поиски Таси, которой удалось выскользнуть из изолятора. Денис с Лилей заговорщически переглянулись.

А тут еще и Юра Веревкин заныл, просясь в туалет. Женя, нацепив на себя и Юру респираторные маски, торопливо повела его в туалет. Воспользовавшись моментом, Денис и Лиля выскользнули из изолятора.

Прикрыв дверь туалета после того, как туда забежал Юра, Женя вздрогнула от испуга: внезапно появившийся за ее спиной Куриленко одной рукой обхватил девушку за плечи, а другой приставил к ее горлу нож.

– Ну, наконец-то мы наедине, – вкрадчиво произнес он. – Не пора ли поболтать о прошлом?

– Гриша, отпусти меня… – дрожащим голосом попросила Женя.

Куриленко резко развернул ее к себе, прижал спиной к стене и навис над ней, поигрывая ножом.

– Ты очень подвела меня, киска, – озлобленно сказал он. – Меня долго мучили… Потом заразили этой дрянью – и все из-за тебя… А тебе, я смотрю, хоть бы хны?

– Гриша, прости, я в самом деле виновата… – лихорадочно сказала Женя. – Но я могу помочь тебе! Я знаю, где вакцина…

– Опять врешь! – резко прервал ее Куриленко. – Никакой вакцины нет!

– Есть! Всего одна пробирка… – торопливо сказала Женя, едва не плача от страха. – Я правда знаю, где она!

– Ты, придурок, отойди от нее! – раздался резкий голос Андрея.

Куриленко одной рукой продолжал прижимать Женю к стене, а вторую – с ножом – резко выбросил вперед в сторону парня.

– Андрей, сделай что-нибудь… Он меня убьет… – умоляюще пролепетала Женя.

– Нашла себе новую жертву? – понимающе подмигнул ей Куриленко и обратился к Андрею: – Приятель, ты не знаешь, с кем связался. Хочешь, расскажу тебе о ее подвигах?

– Андрей, не слушай его! Он ненормальный! – в отчаянии выкрикнула Женя.

– Раньше ты так не считала… – сказал Куриленко.

В этот момент Андрей сделал обманный маневр – он резко шагнул в сторону, словно пытался обойти Куриленко, тот инстинктивно развернулся вслед за ним, выпустив девушку и замахнулся на Андрея. Тот обеими руками схватил Куриленко за запястье, и ему почти удалось завладеть ножом, но тут Куриленко кулаком свободной руки ударил парня в челюсть, и тот разжал руки.

– Еще встретимся… – с угрозой пообещал Куриленко и убежал по коридору.

Андрей, потирая место удара, подошел к Жене:

– Как ты? – с участием спросил он.

– Он чуть меня не убил… – заплакала она, прижимаясь к парню. – Я так испугалась. Андрей, пожалуйста… Не оставляй меня… – жалобно попросила Женя, прижимаясь к Андрею с новой силой. – Мне страшно…

Андрей неуклюже заключил Женю в объятия, пытаясь ее успокоить и не видя, что на ее лице появилась едва заметная торжествующая улыбка. Подняв лицо к Андрею, она потянулась к нему губами, но в этот момент из туалета вышел Юра с довольной улыбкой на лице. Женя с досадой посмотрела на него, и Андрей наконец с облегчением разжал объятия.

* * *

Денис с Лилей спустились в шестиугольную комнату, и Денис, взяв с пола камень, начал обходить комнату по кругу, простукивая камнем стены.

– Ба! Ба, ты здесь? – звал он.

Лиля восторженно оглядывалась и мечтательно прикасалась к лилиям, выбитым на стенах.

– Ба! Ты меня слышишь? – продолжал звать мальчик, с раздражением оглядываясь на не помогающую ему подругу.

– Галина Васильевна! Вы нас слышите? – заметив его взгляд, пристыженно крикнула девочка и тут увидела кодовый замок на двери в лабиринт и рядом с ним замок-лилию. – Денис! Смотри, что я нашла! – воскликнула она. – Это лилия! И это не просто знак! Это замок!

Денис быстро подошел к ней и взволнованно рассмотрел замок. Достав медальон, он приставил его к замку и повернул. Дверь стала медленно открываться, и ребята увидели за ней темный коридор.

– Ба? Ты тут?! – крикнул Денис в темноту.

Его крик эхом пронесся по коридору, но в ответ была тишина. Ребята напряженно переглянулись – им было и интересно, и страшновато одновременно. Денис снял со стены фонарь, взял Лилю за руку, и они, кивнув друг другу, вошли в лабиринт.

Завороженно оглядываясь по сторонам, ребята вышли к развилке. Денис решительно направился к правому коридору, но Лиля остановила его, схватив за руку.

– Стой! Так нельзя! – заявила она. – У нас нет ни мела, ни веревки!

– Я уж как-нибудь без мела запомню, что мы свернули направо, – снисходительно произнес мальчик.

– Один раз – да, а если будет еще развилка? – логично предположила Лиля. – Старые каменоломни – это настоящий лабиринт.

– Ладно, давай пометим этот поворот, – согласился Денис.

Он присел и, собрав с пола несколько камней, сложил их горкой посреди прохода. Внезапно Лиля что-то заметила среди них.

– Смотри, там что-то есть! – указала она Денису рукой.

Он пригляделся и поднял с пола блестящую вещицу.

– Это бабушкина пуговица, от пиджака, – напряженно сказал он.

– Значит, она на самом деле тут была… – потрясенно произнесла девочка и схватила друга за руку. – Денис, она правда не умерла! Она шла через этот коридор и куда-то вышла…

Дети взволнованно пошли дальше, свернув в правый коридор, однако перед ними оказалась тупиковая стена. Денис со злостью пнул ее ногой.

– Хватит беситься, – попросила Лиля и предположила: – Значит, она пошла в другой коридор, левый.

Ребята развернулись, чтобы уйти. Луч фонаря скользнул по стене, и Лиля заметила на высоте примерно двух метров еще один замок с лилией.

– Подожди, Денис! Посвети снова! – взволнованно крикнула она.

Денис направил свет фонаря прямо на стену и, увидев замок-лилию, с уважением произнес:

– Лилька, ты просто зверь-следопыт.

– Давай, открывай скорее! – возбужденно велела девочка.

Денис приставил медальон к углублению в виде лилии и повернул. Дверь открылась. В глаза взволнованных ребят неожиданно ударил дневной свет.

Выйдя из лабиринта на поверхность, ребята оказались в лесу. Денис огляделся по сторонам, стараясь сориентироваться, однако местность казалась ему незнакомой.

– Видишь холм? – указала рукой Лиля. – Там наш шалаш.

– Я думал, мы за оцеплением выйдем… – разочарованно протянул Денис. – Столько топали…

– Наверное, коридор сильно петлял, – предположила девочка.

– А куда тогда бабушка подевалась? – недоуменно спросил мальчик, нахмурившись. – Отсюда она могла запросто в школу вернуться.

– Может, она прячется в лесу? – задумчиво сказала Лиля. – В шалаше есть сок и печенье.

Денис решительно кивнул, и ребята пошли в сторону шалаша. Денис, подойдя к нему первым, замер, делая знаки Лиле остановиться. Подойдя поближе, девочка увидела, что шалаш приоткрыт, а внутри лежал кто-то, с головой завернутый в одеяло.

Денис указал ей глазами на грязные мужские кроссовки, стоящие рядом со спящим человеком. Ребята тревожно переглянулись. Денису было очень не по себе, но, решив не ударить перед Лилей в грязь лицом, он смело сделал шаг и откинул одеяло.

Лежавший под одеялом Рома резко сел. Он выглядел очень болезненно, на осунувшемся лице выделялись темные круги под глазами. Одежда была сильно помятой и испачканной. На секунду повисла пауза – Рома и ребята в изумлении смотрели друг на друга.

– Вы что тут забыли? – напряженно спросил Рома.

– Вообще-то это наш шалаш, – смело заявила Лиля и огляделась.

У входа были следы костровища, невдалеке громоздился запас хвороста. В углу шалаша были свалены в кучу птичьи перья и кости, пустые консервные банки и помятые коробки из-под печенья. В этот момент Рома закашлялся и вытер рот грязным окровавленным платком.

– Ты заражен? – сочувственно спросила Лиля. – А почему не пьешь лекарство? Иди скорей к Ларисе Андреевне!

– У нее есть лекарство? – напряженно спросил Рома. – Откуда?

– Петр Алексеевич привез, – простодушно ответила Лиля.

– Морозов… вернулся? – шокированно спросил ее Рома. – Он в школе?!

Девочка кивнула, с интересом глядя на Рому. Судя по следам вокруг шалаша и внутри него, он давно тут обосновался и явно не желал уходить. Денис с досадой пнул пакет из-под сока и развернулся в сторону школы.

* * *

Найдя Тасю в одной комнате с зараженной Алисой, Елена и рассердилась и в то же время испугалась за девочку. Она решительно взяла ее за руку и повела к Ларисе. В этот момент Лариса что-то печатала на компьютере и удивленно вскинула взгляд на вошедших.

– Тася всех обманула, – объяснила Елена. – Она сбежала из изолятора.

– Потому что там очень скучно, – сердито заявила в свое оправдание девочка.

Лариса передала Елене тестер, и та проколола им палец Тасе. Секунду все напряженно ожидали результата, наконец на тестере загорелась зеленая лампочка индикатора.

– Разве такое возможно? – пораженно спросила Елена.

– Я вижу только одно объяснение… – загадочно сказала Лариса. – Но мне нужно кое-что проверить… – Она обернулась к Тасе и спросила: – Тася, ты не будешь против, если я возьму у тебя немного крови на анализ?

– А я смогу потом не ходить в изолятор, а остаться с Алисой? – лукаво спросила Тася.

– Возможно… – многозначительно пообещала Лариса.

– Тогда берите, сколько хотите! Хоть целый литр! – разрешила девочка, озаряясь радостной улыбкой.

Она подошла к столу, села и смело подставила руку Ларисе. Елена удивленно посмотрела на Ларису, но промолчала, решив дождаться результатов анализа, в надежде на то, что доктор сама потом все объяснит.

После получения результатов Лариса отправилась в комнату старших мальчиков навестить Ермолаева. Ермолаев в это время, сидя на кровати Ромы, читал дневник графа Щербатова. Женщина скользнула взглядом по посвежевшему лицу Ермолаева и доброжелательно заметила:

– Я вижу, вам намного лучше.

– Да, спасибо, – сдержанно ответил Ермолаев, не понимая, как ему вести себя с Ларисой и на кого она работает. – А вот вы выглядите усталой.

– Никак не могу понять, как работает этот вирус… – утомленно призналась она. – Одна из учениц была с зараженными и не заболела, анализ крови показал наличие антител. Как это возможно?

– Многие дети в этой школе – продукт генной инженерии, – осторожно объяснил Ермолаев, пристально следя за реакцией Ларисы. – У них врожденный иммунитет к этому вирусу.

– Разве такие эксперименты законны? – потрясенно спросила женщина. – Где их проводили?

– А вы не знаете? – вкрадчиво спросил Ермолаев.

– Нет, – искренне ответила Лариса. – А должна? Я вообще не понимаю, что здесь происходит. Знаю только одно – нам срочно нужна вакцина, а для ее создания необходим аппарат для облучения. – Она помолчала, а затем с надеждой спросила Ермолаева: – Вы нам поможете?

– Если вы поклянетесь, что ни одна живая душа обо мне не узнает… – решился Ермолаев, – я попробую собрать вам этот аппарат. Я напишу список всего, что мне нужно…

– Пишите, – торопливо попросила Лариса, придвигая к нему лист бумаги. – Мы все достанем через военных.

Ермолаев начал составлять на листке список необходимых деталей для создания аппарата для облучения вакцины, изредка настороженно взглядывая на женщину, а та, не замечая его косых взглядов, с надеждой следила за растущим списком на бумаге.

* * *

Морозов, напряженно размышляя, вернулся в свой кабинет. Он только что лично проверил, как идет разбор завала, и был совершенно не удовлетворен увиденным. Работы в подземелье велись круглыми сутками, одна группа разбирающих завал сменяла другую, но продвигались они при этом на полметра в сутки и возвращались сильно уставшие, потому что работали на износ.

Не прикрыв за собой дверь, Морозов направился к столу. Неожиданно дверь за его спиной с грохотом захлопнулась. Морозов изумленно обернулся и увидел Рому, стоявшего прислонившись спиной к двери. На лице парня застыла отчаянная решимость, в руках был пистолет, которым он целился в Морозова.

– Мне нужно лекарство, – напряженно сказал Рома.

– Я не Золотая Рыбка, – усмехнулся Морозов, – за просто так желания не выполняю.

– Ампулу! Или я стреляю, – с ненавистью пригрозил парень.

– Валяй, – отмахнулся Морозов, не воспринимая его всерьез.

Рома без колебаний нажал на спусковой крючок, послышался сухой щелчок – пистолет дал осечку. Рома растерянно посмотрел на оружие и собрался выстрелить еще раз, но тут Морозов бросился к нему и, выкрутив Роме руку, отобрал пистолет.

– Идиот, ты мог меня убить! – тяжело дыша, злобно сказал Морозов.

– Вас, наверно, дьявол охраняет, – все с той же ненавистью, без капли страха произнес парень.

– Могу предложить новую сделку, – усмехнулся Морозов, убирая пистолет Ромы к себе в карман. – Я даю тебе антидот, а ты снова работаешь на меня. Идет?

– Я лучше сдохну, – жестко отрезал тот и развернулся к двери.

– Передумаешь – приходи, – кинул Морозов.

Рома вышел, хлопнув дверью. Морозов задумчиво посмотрел ему вслед – Рома его удивил. Кто бы мог ожидать от этой ручной крыски приступ отваги. Однако в чем Морозов не сомневался – так это в том, что Рома вернется. Инстинкт самосохранения еще никто не отменял.

* * *

Виктор вышел из душа в одних джинсах, вид у него был утомленный – он недавно вернулся из подземелья и очень устал. Услышав стук в дверь, он торопливо натянул футболку. Вошедшая Лариса слегка смутилась от домашнего вида Виктора.

– Я не помешала? – робко спросила она.

– Нет-нет, – торопливо ответил мужчина и неловким жестом показал на мокрые волосы. – Просто пытаюсь взбодриться – Морозов требует от нас нереальных затрат сил.

– Я как раз по этому поводу, – заговорщически произнесла Лариса и таинственно улыбнулась. – Возможно, скоро мы перестанем зависеть от него.

Виктор вопросительно посмотрел на нее, тогда женщина достала из кармана сложенный пополам листок бумаги и протянула его Виктору. Тот заинтригованно взял листок, развернул и прочитал. На его лице отразилось изумление.

– Микросхемы… линзы… осциллограф… эквалайзер… – пробормотал он, глядя на листок, и поднял взгляд на Ларису. – Что это?

– Это перечень деталей и приборов, чтобы собрать аппарат для облучения вакцины, – ответила она.

– Откуда он у вас? – непонимающе спросил Виктор.

– От инженера лаборатории, – призналась женщина. – Он работал с вакциной и готов нам помочь… Но это – большой секрет. Андрей с Максимом нашли его в одном из коридоров подземелья без сознания.

– Когда это случилось? – спросил Виктор, нахмурившись. – Почему не сказали мне?

– Они и меня просили вам не говорить, – примирительно произнесла Лариса. – Боятся, что узнает Морозов, – глядя Виктору в глаза, она искренне сказала: – Но я вам верю. Я уверена, что дети в школе живы до сих пор лишь благодаря вам.

– Это не так, – тепло ответил Виктор, взяв женщину за руку. – Вам они обязаны не меньше. Спасибо… – с нежностью произнес он. – За помощь… за поддержку… за доверие… Один я бы не смог продержаться так долго…

Виктор осторожно погладил Ларису по щеке. Она закрыла глаза и прижалась щекой к его ладони. Тогда Виктор наклонился к ней и нежно поцеловал ее, женщина ответила на его поцелуй, позволив себе расслабиться и дать волю чувству, которое вот уже несколько дней трепетно билось в ее сердце.

* * *

Выехав после столкновения с Ромой из школы, Морозов прямиком направился в клинику «INGRID», чтобы отчитаться перед Раубер о ходе разбора завала. Новости у него были нерадостные, поэтому держался он не очень уверенно. Вытянувшись перед сидящей за столом в своем кабинете Раубер, Морозов ждал дальнейших указаний.

– Петр, надо поторопиться, – властно приказала она. – Времени почти не осталось. Еще неделя, и объект самоуничтожится.

– Все старшеклассники и взрослые мужчины работают в три смены, – оправдываясь, объяснил Морозов. – Разбор завала идет круглосуточно…

– Но? – напряженно спросила Раубер, поняв, что Морозов недоговаривает.

– Но я не уверен, что мы успеем, – вынужден был сообщить он. – За неделю в лучшем случае доберемся до лаборатории.

– Значит, пусть копают дети и женщины, – жестко приказала Раубер. – Все, кто в состоянии поднять лопату.

– Дело не в количестве человек, а в их выносливости, – терпеливо объяснил Морозов. – За восемь часов смены они выматываются полностью.

– Значит, надо увеличить их силу и работоспособность, – усмехнулась Раубер. – И ты сам прекрасно знаешь, как это сделать.

– Вы имеете в виду?.. – напряженно спросил Морозов, не решаясь закончить фразу.

– Вот именно, – хладнокровно ответила Раубер.

Морозов замер, глядя на Раубер со смесью страха и уважения. А она твердо смотрела ему в глаза, внутренне насмехаясь над его очевидной слабостью. Отдав Раубер поклон, полный неподдельного уважения, Морозов почтительно удалился исполнять приказ.

* * *

В этот момент в школе все готовились ко сну. В комнате старших мальчиков Ермолаев уже спал на кровати Ромы. Андрей листал дневник графа Щербатова, а Максим лежал, закинув руки за голову и с мрачной задумчивостью глядя в потолок.

– Не спится? – сочувственно спросил Андрей у Максима, оторвавшись от дневника. – Из-за отца дергаешься?

– Да пошел он… – злобно ответил парень.

В этот момент раздался звук бьющегося стекла, и на пол упала дымовая шашка. Максим и Андрей соскочили с кроватей, чтобы разбудить Ермолаева и выбежать из комнаты, но дым слишком быстро заволакивал помещение. Ребята закашлялись и, упав на пол, потеряли сознание.

Дымовую шашку подкинули не только им в комнату – весь холл был затянут дымом. В школу ворвались военные в противогазах и с автоматами. Лучи подствольных фонариков, укрепленных на автоматах, мелькали в дыму, выдавая их перемещение. Военные быстро рассредоточились по холлу, часть из них взбежала вверх по лестнице.

Глава 19

Слабые должны умереть

Когда Андрей с Максимом пришли в себя, дыма в их комнате почти уже не было. Они с трудом поднялись с пола, покашливая и протирая глаза. Максим поднял пустую дымовую шашку, с отвращением разглядывая ее, затем швырнул ее в мусорное ведро. В этот момент Андрей заметил, что кровать Ромы пуста.

– Макс! – взволнованно произнес он. – Ермолаева нет!

– Может, он успел свалить? – неуверенно предположил Максим.

– Нет. Он в тот момент вообще спал, – припомнил Андрей.

Дверь распахнулась, и в комнату заглянул встревоженный Виктор. Быстро окинув взглядом ребят, он с тревогой спросил:

– Вы в порядке? Дымом не сильно надышались?

– Все нормально, – ответил Максим.

– А где… этот человек из лаборатории? – спросил Виктор, кинув взгляд на пустую кровать Ромы.

– Откуда вы о нем знаете? – растерянно спросил Андрей, переглянувшись с Максимом.

– Это неважно, – торопливо ответил Виктор. – Где он?

– Мы не знаем, – нехотя сказал Андрей. – Очнулись – его уже не было.

– Понятно… – с досадой поморщившись, произнес Виктор и быстро вышел.

Максим с Андреем мрачно переглянулись – теперь понятно было, откуда немцы узнали про Ермолаева, если это именно они его похитили, – а других предположений у ребят не имелось. Не зря же Ермолаев так боялся, что кто-то узнает о его присутствии в школе.

* * *

Володя, попросив Марию оставаться в комнате и никого, кроме него, не впускать, торопливо пробежался по коридорам, пытаясь разузнать, что произошло. Дым в холле уже почти рассеялся, и когда Володя сбежал по лестнице, он увидел неподвижно стоящую посреди холла Полину.

Она выглядела абсолютно потерянной и едва ли понимала, где находится. Ее одежда была грязной и местами изодранной, в спутанных волосах застряли мелкие веточки и листья. Володя подбежал к ней и, увидев пустой взгляд ее остекленевших, как у зомби, глаз, пораженно спросил:

– Полина Александровна? Откуда вы здесь? Что с вами?

Полина никак не реагировала на слова Володи, тогда он дотронулся до ее руки и, заглянув в ее изможденное грязное лицо, обеспокоенно спросил:

– Вам плохо?

Полина повернула к нему голову, остановив на нем невидящий, ничего не выражающий взгляд, и слабым голосом, едва слышно, прошептала:

– Помогите…

Тут же потеряв сознание, она стала оседать на пол, Володя едва успел подхватить ее. Сверху по лестнице сбежали Виктор и Павел, со стороны медкабинета появилась Лариса.

– Скорее! Она потеряла сознание! – крикнул Володя Ларисе.

Все подбежали к ним. Володя, пытаясь привести Полину в чувство, слегка встряхнул ее, продолжая взывать:

– Полина Александровна! Вы меня слышите?

– Скорее несите ее в мой кабинет, – профессиональным тоном указала Лариса.

Павел вместе с Володей подхватили бесчувственную девушку на руки и понесли в сторону медкабинета. Лариса и Виктор спешно пошли за ними. Появление в школе Полины, которую все считали давно уже погибшей от рук Вадима, казалось всем явлением на грани фантастики.

* * *

Был уже день, когда Полина очнулась на кушетке в медкабинете. Она внезапно открыла глаза и некоторое время лежала, глядя перед собой неподвижным взглядом. В этот момент в кабинет вошли Лариса и Виктор.

– Полина, как вы себя чувствуете? – спросила Лариса, подходя к ней. – Вы можете говорить?

– Да… – сказала Полина, с трудом произнося слова, словно она разучилась говорить и теперь заново овладевала человеческой речью. – Могу…

– Здравствуй, Полина, – дружелюбно сказал Виктор. – Ты узнаешь меня?

– Конечно, Виктор Николаевич… – все тем же неуверенным тоном ответила девушка.

– Ты помнишь, как сюда попала? – спросил Виктор, наклоняясь к ней.

– Я была… в лесу… – медленно, будто постепенно вспоминая, ответила Полина. – Там был Антон… – напряженно произнесла она. – И Вадим. – Она на секунду замолчала, потом припомнила: – Он убил Антона. А потом… выстрелил в меня.

– Вы были ранены? – удивленно нахмурившись, спросила Лариса.

– Да, – спокойно ответила Полина.

– Это невозможно – у вас на теле ни одного шрама, – с сомнением возразила Лариса.

– Со мной все возможно, – холодным тоном заявила девушка.

Не меняя выражения лица, она взяла со столика скальпель и, прежде чем Виктор с Ларисой осознали, что она хочет сделать, Полина с силой провела острым лезвием по своему запястью. По руке тотчас заструилась кровь.

– Держи ее руку! – в панике крикнула Лариса, кидаясь за ватным тампоном и дезинфицирующим раствором.

Виктор схватил Полину за руку, отнял скальпель, подоспевшая Лариса взяла девушку за запястье и потрясенно замерла: на их глазах порез на руке Полины затянулся, остался лишь розовый шрам, но через несколько мгновений и он исчез. Девушка взяла у Ларисы тампон из руки и стерла со своего запястья кровь – на месте раны была абсолютно чистая кожа.

– Природная регенерация, – спокойно объяснила она шокированным Виктору и Ларисе. – За это меня и держали в лаборатории. Я была их подопытным кроликом.

– Ты работала на лабораторию? – изумленно спросил Виктор. – Что ты там делала?

– Вот эту вакцину… – ответила Полина, показывая на пробирку с вакциной, стоящую на столе на подставке.

Виктор и Лариса потрясенно переглянулись, Лариса посмотрела на пробирку с вакциной, а Виктор перевел пристальный взгляд на Полину.

– Вы знаете ее состав? – с надеждой спросила Лариса.

Полина устало откинулась на кровати, видно было, что разговор ее утомил. Виктор и Лариса в напряженном ожидании смотрели на нее, надеясь, что получат утвердительный ответ на самый важный вопрос. Наконец Полина поморщилась и потерла лоб.

– Не помню… ничего не помню… – с болезненной усталостью произнесла она, затем посмотрела на Виктора. – Знаю только, что одним из компонентов была ваша кровь.

– Такая потеря памяти может быть результатом шока… – предположила Лариса, не в силах скрыть досаду. – Возможно, через несколько дней вы все вспомните.

Полина медленно кивнула, невидящим взглядом глядя перед собой. Лариса с Виктором с пониманием переглянулись и вышли из медкабинета, чтобы дать возможность девушке отдохнуть и прийти в себя.

* * *

В это время Вика вкатила Дашу в комнату на каталке. Лиза вошла следом за ними. Девочки сели на ее кровать, они уже в который раз пытались уговорить Дашу переехать обратно к ним, но она отказывалась.

– Вика, проблема в Андрее, и ты это прекрасно знаешь, – с горечью сказала Даша. – Я не хочу постоянно видеть его на этаже.

– Даш, Андрей любит тебя, – убежденно возразила Лиза. – Сейчас он злится, но рано или поздно вы помиритесь.

– Если любит – простит, – подхватила Вика. – Надо просто немного подождать. Ты же знаешь его…

– Нет, – возразила Даша, невесело улыбаясь. – Он очень изменился.

– Мы все изменились, – остановила ее Вика.

– Это правда. Мы ожесточились, очерствели… – неожиданно произнесла Лиза. – Смотрите, как мы поступили с Ромой…

– А что мы должны были сделать? – возмутилась Вика. – Простить его?

– Не знаю… – призналась Лиза и горячо сказала: – Но мы даже не дали ему шанса… И никому из нас нет дела, что с ним и жив ли он вообще.

Вика и Даша промолчали, но по их опущенным глазам было видно, что слова Лизы тронули их и заставили задуматься. Дверь в комнату приоткрылась – это заглянул Володя с жестким диском в руках.

– Вик, у нас к тебе партийное задание, – заговорщически произнес он, показывая Вике жесткий диск. – Это жесткий диск с компьютера Вадима Уварова. Я пробовал его прочесть, но все файлы битые. Может, у тебя получится их восстановить?

– Хорошо, – заинтересованно согласилась Вика. – Я попробую.

Она повертела в руках жесткий диск и взглянула на Дашу с Лизой. Те ответили ей понимающим взглядом: если на этом диске была какая-то информация, еще не известная им, то это могло помочь ребятам в их собственном расследовании и открыть тайны, до которых они еще не добрались.

* * *

Рома, скрючившись, лежал на земле, дыша слабо и прерывисто. Он умирал и сам понимал это. Когда вход в шалаш заслонила чья-то тень, Рома с трудом приоткрыл глаза, но все перед его глазами расплывалось, он лишь смутно видел чью-то фигуру. Парень несколько раз моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Кто-то вошел в палатку.

Рома почувствовал, как кто-то запрокинул ему голову, но не мог сопротивляться, не смог даже вскинуть руку, чтобы защититься от вошедшего. В его безвольно приоткрытый рот влилась какая-то жидкость, и парень инстинктивно сделал глоток. Внезапно фигура его посетителя стала видна отчетливее. Рома прищурился, понимая, что к нему возвращается зрение, и вдруг разглядел склонившуюся над ним Лизу со вскрытой ампулой в руках.

Приподнявшись с земли, Рома привалился к стенке шалаша. Он все еще был слаб, хотя лекарство уже начало действовать и к нему вернулось зрение. Он посмотрел на сидящую перед ним девушку, сжимающую в руке пустую ампулу, и с надеждой спросил:

– Тебя ребята прислали?

– Нет, я сама, – честно ответила она. – Взяла ампулу у Ларисы.

– Зачем? Пожалела? – с горечью спросил Рома. – Я этого не заслужил… Вы бы не предали. Ни один из вас, я уверен. А я – слабак и трус. Так что все правильно. «Слабые должны умереть».

– Не смей! – прервала его Лиза. – Они именно этого и добивались – Морозов и остальные. Чтобы мы превратились в зверей, в нелюдей, как они. – Она с сочувствием посмотрела на парня и горячо заявила: – Рома, ты должен вернуться в школу. Нам нужно быть вместе, только тогда у нас есть шанс победить.

– Нет, Лиз… Наша дружба лопнула, как мыльный пузырь… – в отчаянии сказал он. – Бороться бессмысленно – Морозов победил. – Он посмотрел девушке в глаза и твердо попросил: – И не надо тратить на меня лекарство… Оно пригодится кому-то другому.

Рома отвернулся, желая показать, что разговор окончен. Лиза помедлила. Она бы многое могла еще ему сказать, но поняла, что это бесполезно, поэтому поднялась и сделала шаг в сторону выхода.

– Лиз… – слабым голосом окликнул ее Рома. – Спасибо тебе. За все.

Пытаясь не заплакать, девушка молча кивнула и ушла. Рома опустил голову и замер в неподвижности, глядя в пол невидящим взглядом. Когда шаги Лизы стихли вдалеке, он сжал зубы, стараясь сдержать слезы. Он ненавидел себя и не знал, что ему делать дальше. Вдруг его взгляд упал на моток веревки в углу шалаша. Со злой, холодной решимостью Рома поднял голову, встал, взял веревку и вышел.

* * *

Андрей сидел на подоконнике в учебном коридоре, погруженный в мысли о ссоре с Дашей. Он был очень мрачен, сомневаясь, что правильно поступает с ней. Он даже не обратил внимания на подошедшую к нему Женю, не изменил ни своей позы, ни задумчивого выражения лица, да и вообще не взглянул в ее сторону.

– Слышал, какой ужас? – расстроенным тоном затараторила Женя. – Морозов разогнал изолятор. Сказал – все равно через день-два все заразятся.

– Что ты хочешь – мы для него как хомячки в банке, – мрачно откликнулся парень.

– Мне так страшно! – испуганно проговорила Женя, положив ладонь на его руку. – В изоляторе я была хоть в какой-то безопасности… А теперь я даже на улицу выйти не могу…

– Почему? – равнодушно спросил Андрей.

– Я боюсь Куриленко, – призналась девушка, глядя на него жалобным взглядом. – Я даже в лесу не могу погулять, а мне так хочется… Пойдем со мной? – попросила она. – Мне больше некого попросить.

– Ладно. Пойдем, – без энтузиазма согласился Андрей.

Он спрыгнул с подоконника и подал Жене руку, она, радостно улыбаясь, вложила свою ладонь в его. И так, взявшись за руки, они ушли по коридору в сторону холла.

Когда они вышли за ворота школы, Женя выбрала тропинку, ведущую в сторону красивой живописной опушки. Девушка всю дорогу оживленно болтала, а Андрей, занятый своими мыслями, слушал ее вполуха.

– Андрей, спасибо, что согласился пойти со мной… – щебетала она, время от времени проникновенно заглядывая парню в глаза. – Неужели ты совсем ничего не боишься?

– Твой Куриленко – далеко не самое страшное, что тут творится, – искренне, без всякого пафоса ответил Андрей.

– Все равно я восхищаюсь тобой! – Женя снова взяла его за руку и с чувством произнесла: – Когда ты рядом, мне так спокойно. Кажется, никогда не случится ничего плохого.

Они зашли на мостик, девушка вздохнула, оглядевшись по сторонам, и остановилась. Андрей тоже вынужден был остановиться.

– Как здесь хорошо! Только ты и я… и больше никого… – пристально глядя парню в глаза влюбленным взглядом, сбивчиво проговорила Женя, словно испытывая неловкость. – Андрей… я давно хотела сказать… Ты мне очень нравишься… по-настоящему нравишься… Но раньше ты был с Дашей, и я не могла открыться тебе.

Андрей в ступоре посмотрел на нее – для него эти ее откровения действительно были новостью. Он стоял, растерянно опустив руки и не зная, как реагировать на признание Жени. Та смущенно опустила глаза и спросила:

– Теперь, когда вы не вместе… может быть, у нас с тобой есть шанс?

Она вскинула вопросительный, полный надежды взгляд на Андрея, но тот молчал.

В это время по тропинке в лесу Света Тимофеева катила в кресле грустную Дашу. Света трещала без умолку, довольная, что вырвалась из изолятора на свободу и может теперь беспрепятственно ходить по школе или гулять в лесу.

– А что у вас с Андреем? – по-простому спросила Света. – Опять разбежались?

– Я не хочу об этом говорить, – с грустью ответила Даша.

Они вышли на небольшую поляну, с которой чуть вдалеке виднелся мостик. Света первая заметила стоящую на мостике парочку и с любопытством сказала:

– А с кем это Савельева обжимается? С Марченко, что ли?

Даша посмотрела туда, куда указала Света. В этот момент Женя приблизилась к Андрею вплотную, обхватила его голову руками и с чувством поцеловала.

– Ой! – испуганно ойкнула Света. – Это не Марченко… Это…

Света осеклась, с состраданием посмотрев на Дашу. Та с болью глядела на Андрея с Женей, ее глаза наполнились слезами. Андрей как раз отстранился от Жени и заметил Дашу, которая потрясенно, не отрываясь, смотрела на него. Женя перехватила взгляд парня и, оглянувшись, тоже увидела Дашу. Сделав невинный вид, Женя еле сдерживала довольную улыбку. Андрей растерянно сбежал с мостика навстречу Даше, оставив Женю одну. Но Даша при его приближении резко развернулась и уехала прочь.

– Ну и гад же ты, Авдеев! – сердито бросила Света парню и побежала за Дашей. – Даша, подожди!

Андрей потерянно смотрел им вслед, не решаясь догнать и не имея никакого желания возвращаться к ожидавшей его на мостике Жене. Он в одиночестве побрел в школу.

* * *

В это время Вика сидела перед ноутбуком. На черном экране компьютера в командной строке она нервно набирала команды, получая текстовый вывод в виде списков случайных символов. Девушка была погружена в невеселые мысли после недавнего разговора с девочками.

По комнате в нетерпении ходил Володя, ожидая, получится ли у Вики восстановить файлы жесткого диска, который он нашел в сломанном ноутбуке Уварова. В этот момент компьютер издал звуковой сигнал, и на экране появился текст со списком файлов.

– Смотрите, что-то есть! – встревоженно позвала Володю Вика.

Они оба напряженно прильнули к экрану ноутбука. Девушка открыла папку и пролистала файлы. Первым документом оказалось досье на Вульфа – на бланке с фашистским орлом стоял заголовок «Ritter Wolf», справа была фотография молодого Вульфа в нацистской форме, ниже – мелкий неразборчивый текст на немецком. Вика пролистала дальше – следующим документом оказалось аналогичное досье на Теодору Раубер, третьим – на Карла Флейшера.

– Досье на группу Вульфа, – взволнованно сказал Володя и указал пальцем на второй и третий файлы. – Вот этих двоих – Флейшера и Раубер – мы так и не смогли вычислить.

– Может, они умерли? – предположила Вика.

– Наоборот, – немедленно опроверг Володя. – Именно они живы. Теперь, когда Вульфа нет, кто-то из них стал «партайгеноссе» и руководит всей этой шушерой вроде Морозова.

– Интересно, как они выглядят сейчас? – пробормотала Вика и, набрав команду на клавиатуре, запустила программу. На экране ноутбука возникли две крупные фотографии Флейшера и Раубер рядом. Оба они были в нацистской форме. Постепенно молодые лица начали стареть. В этот момент, коротко постучав, в комнату вошел Виктор.

– Ну что? Есть успехи? – поинтересовался он, подходя к столу.

– Вика открыла доступ к некоторым файлам, – возбужденно сообщил Володя. – Мы только начали смотреть.

– Кто это? – пораженно спросил Виктор, указав на фотографию старого Флейшера в нацистской форме.

– Карл Флейшер, один из соратников Вульфа, – ответил Володя и расстроенно произнес: – Мы так и не смогли его найти.

– Могу помочь, – медленно сказал Виктор. – Это полковник Фролов. Он командует оцеплением нашей школы.

Все в шоке переглянулись. Виктор с Павлом вышли из комнаты, оставив Вику восстанавливать файлы. Она задумчиво сидела перед своим ноутбуком, подперев подбородок рукой, в ожидании глядя на экран. Раздался стук в дверь, и в комнату вошел Леша.

– Вика, пойдем со мной, скорее! – взбудораженно позвал он.

– А это может подождать? – без энтузиазма откликнулась девушка и кивнула на ноутбук. – Просто я тут тоже кое-что нашла.

– Что, заработал Интернет? – с интересом спросил Леша, присаживаясь рядом с ней.

– Нет. Все еще колдую над жестким диском Вадима Юрьевича, – объяснила она. – Пару файлов удалось реанимировать.

– Есть что-нибудь стоящее? – заинтригованно спросил парень.

– Там были досье на немцев из группы Вульфа, – ответила Вика. – Помнишь, я тебе о них рассказывала?

– Разве они не умерли? – напомнил Леша.

– Пятеро – вместе с Вульфом – да. А двое, видимо, живы до сих пор, – сообщила Вика. – Один из них – Карл Флейшер, он же Николай Филатов. Этот Флейшер-Филатов на самом деле полковник Фролов, который руководит военными в оцеплении.

– Что за маниакальная привязанность к букве «Эф», – легкомысленно пошутил Леша.

– Леша, все это очень серьезно… – с упреком произнесла Вика. – Я надеюсь, что здесь сохранилась и другая важная информация. Что-то, что может нам помочь.

– И давно грузится? – спросил парень, глядя на монитор, на котором было обозначено время загрузки – четырнадцать процентов.

– Полчаса где-то, – удрученно призналась Вика.

– Путем несложных вычислений получаем три с лишним часа свободного времени, – с улыбкой проговорил Леша. – Поэтому еще раз настоятельно приглашаю тебя пойти со мной.

– Ладно, пойдем, – вздохнув, согласилась девушка.

Леша привел Вику в шестиугольную комнату. Включив большие фонари, висящие на стенах, парень подошел к двери, за которой была комната с артефактами. Вика, с любопытством оглядываясь, призналась:

– Пока не вижу ничего нового…

– Прояви чуть-чуть терпения, – попросил Леша.

Он достал из кармана копию медальона и, отодвинув заслонку, приложил его к замку и повернул. Введя Вику в комнату с артефактами, он внимательно наблюдал за ее реакцией. Девушка была потрясена.

– С ума сойти! – с восторгом сказала она. – Ты открыл еще одну дверь!

Она огляделась, скользя восторженным взглядом по запыленным статуэткам, маскам, кинжалам, завороженно рассматривая на полках запыленные экзотические предметы.

– Как тебе удалось сюда попасть? – восхищенно спросила она у Леши.

– Как и положено, – с шутливой серьезностью ответил тот. – Сказал: «Сезам, откройся!»

– Леш, смотри… – заметила Вика незапыленное место, где прежде стояла шкатулка. – Кажется, тут недавно что-то стояло. – Она повернулась к парню, поняв, что кто-то побывал в комнате до них, и озадаченно спросила: – Какое кодовое слово для замка?

– Тут замок другой системы – лилия, – наконец-то признался Леша, показывая Вике копию медальона. – Вот, смотри. Я снял слепок с двери, взял в сарае проволоку и горелку. Остальное – дело техники.

– По-моему, нам пора, – стесненно сказала Вика, оглянувшись на Лешу. – Вдруг нас начнут искать… Мы же никому не сказали, куда идем…

– Ну хорошо, – нехотя согласился он.

Парень подошел к двери, вставил в замок медальон и повернул. Дверь перед Викой начала открываться, и вдруг Вика завизжала от ужаса. На пороге комнаты стоял удивленный Максим. Вика, осознав, кто перед ней, с трудом отошла от испуга.

– Макс, – произнесла она, схватившись за сердце, – у меня чуть разрыв сердца не случился.

– У меня тоже, – признался Максим. – Прикинь – ни с того ни с сего стена открывается, и тут ты орешь. – Он прошел в комнату, с интересом осматриваясь, и признал: – Ниче такую комнатку вы откопали. Можно здесь штаб устроить – подальше от лишних ушей. Папаша нас тут фиг найдет. – Он подошел к неосвещенному углу и указал на алхимическую печь. – По ходу, здесь граф и алхимичил?

– Средневековая печь… – изумленно сказала Вика, тоже подходя с фонарем. – Я такие только в кино видела… – Осветив полку рядом с печью, она потрясенно произнесла: – И тигель… и перегонный куб… Настоящая алхимическая лаборатория.

– Я, собственно, поэтому сюда и спустился, – неожиданно признался Максим. – Андрюха сказал – Вульф рванул в Китай по следам Щербатова. Потом именно в его усадьбе устроил свою лабораторию.

Вика, внимательно разглядывая стоящие на полке старинные пробирки и колбочки, сняла одну из колбочек и посмотрела на ее пожелтевшую этикетку. На ней была надпись от руки – «К. лихорадка». Максим подошел к ней и взял колбочку, разглядывая ее.

– Это и есть тот самый вирус, – пораженно догадался он. – «Китайская лихорадка»…

Ребята изумленно переглянулись: в их руках был вирус, от которого пятьсот лет назад в одном из городов Западного Китая погибла большая часть населения. Выходит, граф Щербатов привез этот вирус сюда. Ребята были поражены, догадавшись, благодаря кому они теперь больны.

* * *

Рома долго бродил по лесу, затем выбрал подходящее место. Он с отчаянной решимостью на лице встал на большой камень под деревом, обмотав предварительно вокруг одной из веток веревку, оставив на ее свободном конце петлю. Рома подергал рукой веревку, проверяя, надежно ли она привязана, еще раз осмотрел узел. Мгновение помедлив, он обвел взглядом лес, облизнул сухие губы. Затем резко продел голову в петлю. Секунду помедлив, парень зажмурился и сделал шаг вниз.

Глава 20

Доминус

Лежавший на земле Рома был очень бледен, глаза его были закрыты. Он не подавал никаких признаков жизни, был абсолютно недвижим. На его шее отчетливо багровела странгуляционная борозда – след от веревочной петли.

Стоявший рядом с ним человек плеснул небольшое количество воды Роме в лицо. Парень вздрогнул и судорожно втянул в себя воздух. Он открыл глаза и увидел ясное голубое небо. Его рука машинально потянулась к шее, и он нащупал воспаленный болезненный след.

Рома отдернул руку и со стоном повернулся на бок. Взгляд его упал в сторону и мгновенно стал напряженным и загнанным, лицо вытянулось от страха и изумления, когда он увидел своего спасителя.

* * *

В это время Андрей в своей комнате заметил на кровати торчащий из-под подушки кусочек светло-лиловой бумаги. Андрей приподнял подушку и удивленно взял сложенную вчетверо записку. Развернув ее, он прочитал текст, напечатанный красивым курсивом на компьютере, вместо подписи под ним стояло сердечко: «Андрей! Ты не ответил на мой вопрос, но я прочла ответ в твоих глазах. Если ты что-то чувствуешь ко мне, приходи к мостику в три часа, я буду ждать».

Андрей быстро посмотрел на часы, на них было без двадцати три. Он обернулся к Максиму и с волнением сказал:

– Мне… нужно решить один вопрос.

– Что-то серьезное? – с подозрением спросил Максим. – Помощь нужна?

– Серьезное… – кивнул в ответ Андрей и радостно улыбнулся: – Но справлюсь сам.

Он еще раз перечитал записку и, сложив ее, убрал в нагрудный карман – поближе к сердцу. Счастливо улыбнувшись, он торопливо пошел на встречу. Парень ощущал необычайную наполненность и прилив сил. Вдохновленный предстоящим свиданием, он словно на крыльях летел, не видя и не замечая никого вокруг.

* * *

По приказу Раубер Морозов, надев на похищенного из школы Ермолаева наручники, попытался вывезти его с блок-поста военных в клинику «INGRID», но у того по дороге отказало сердце, и Морозов был вынужден спешно вернуться с потерявшим сознание мужчиной в лагерь.

Бледного Ермолаева уложили на кушетку в палатке военных, и над ним колдовал военный врач, пытаясь привести его в чувство. Сделав ему укол в вену, врач положил шприц на столик и, взяв руку Ермолаева, нащупал пульс. Морозов, стоя чуть в стороне, напряженно наблюдал за происходящим.

– Ну, как он? – нетерпеливо спросил Петр.

– Стабилен, – ответил врач. – Давление в норме. Думаю, через час должен прийти в себя. Но больше такой нагрузки он не выдержит.

Морозов задумчиво кивнул и вышел из палатки. Отойдя недалеко, он достал спутниковый телефон и набрал номер Раубер.

– Почему вы до сих пор там? – жестко спросила его она.

– Владлен Петрович вшил Ермолаеву сенсорный клапан в сердце, – отчитался Морозов в трубку. – Его нельзя отсюда увозить.

– Этого следовало ожидать, – усмехнулась Раубер. – Колчин всегда любил лишний раз подстраховаться. – Она секунду подумала, затем решительно заявила: – Хорошо, я сама к вам приеду.

Морозов с облегчением вздохнул – он боялся, что Раубер обвинит его в неосмотрительности. А получить нагоняй от нее для него было все равно что пойти под трибунал. Но теперь, когда сама Раубер вознамерилась взять решение проблемы в свои руки, у Морозова словно гора с плеч упала.

* * *

Андрей вышел на небольшую поляну рядом с мостиком и огляделся. Под деревом лежало покрывало, на котором стояла бутылка вина, два бокала, на тарелочке лежали фрукты. Покрывало было украшено рассыпанными по нему лесными цветами.

Андрей счастливо улыбнулся, увидев все это, и подошел поближе. Внезапно на его глаза легли девичьи руки, парень по инерции улыбнулся, но через секунду улыбка сползла с его лица – он осознал, что это не может быть Даша.

Отведя руки от своего лица, он обернулся и увидел перед собой ослепительно выглядевшую Женю в легком летнем платье, с красиво уложенными волосами и безупречным макияжем.

– Я знала, что ты придешь! – счастливо улыбаясь, сказала она.

– Женя, послушай… – стараясь скрыть разочарование, попытался объяснить Андрей.

– Не хочу ничего слушать… – перебила его девушка. – Главное, что ты здесь, со мной…

Она прильнула к растерявшемуся парню и, обняв его за шею, попыталась поцеловать, но тот мягко отстранился.

– Подожди… Ты все не так поняла… – замялся Андрей.

– Мне кажется, тут все понятно, – возразила Женя, улыбнувшись и подталкивая парня к признанию. – Мы оба слишком долго сдерживали свои чувства.

– Я пришел не к тебе, – наконец решился Андрей и вынул из кармана сложенную записку на лиловой бумаге. – Я думал, записка от Даши.

Женя отшатнулся, поменявшись в лице. Андрей понял, что задел ее чувства, и торопливо добавил, пытаясь исправить ситуацию:

– Жень, не обижайся… Ты очень хорошая… добрая, красивая… любой мечтал бы оказаться рядом с тобой…

– Мне никто не нужен, только ты! – заплакала девушка и вновь попыталась обнять его.

– Прости, но я люблю Дашу, – твердо сказал парень, отстранившись.

Женя мгновение смотрела на него, на ее лице была написана целая гамма чувств – от обиды до ненависти. Она молча схватила бокал и, швырнув его о ствол дерева, быстро ушла. Андрей посмотрел ей вслед с гнетущим чувством вины.

* * *

В это время Полина сидела на кровати в своей комнате. Ее лицо по-прежнему не выражало никаких эмоций. Она неподвижным мертвым взглядом смотрела прямо перед собой, пока Лариса измеряла ей давление.

– Давление немного понижено, – сообщила женщина, убирая тонометр, и осторожно спросила: – Полина, я знаю, что вы не помните состав вакцины, но, может быть, вы хотя бы подскажете нам, каким образом велась ее разработка?

– Мы брали кровь зараженных… – медленно произнесла девушка, безучастно посмотрев на Ларису, – и смешивали ее…

– Смешивали? – недоуменно переспросила та. – Зачем?

– Не знаю… – ответила Полина, глядя пристальным неподвижным взглядом. – Возможно, если я буду вам помогать, я вспомню больше…

– Я с удовольствием приму вашу помощь, – с благодарностью согласилась Лариса.

– Надо взять кровь у всех зараженных… – ровным голосом сказала Полина. – Много крови…

– Я попрошу подготовить все необходимое, – согласно кивнула женщина и вышла.

Полина не шелохнулась. Она вспоминала свои последние часы в клинике «INGRID». В тот день она точно так же сидела на кровати в больничной одежде. С нее уже сняли шапочку с проводами. К ее руке был подключен датчик, измеряющий частоту сердцебиений.

Возле Полины стоял врач в белом халате с надписью «INGRID» на нагрудном кармане. Врач проверил зрачки Полины, посмотрел показание прибора, который измерял сердцебиение. В палату зашла Раубер.

– Как наша пациентка? – спросила она у врача.

– Полностью восстановилась, – отчитался врач. – Все системы работают без сбоев. Мозговая деятельность активна на сто процентов.

– А что с установкой программы? – поинтересовалась Раубер, удовлетворенно кивнув.

– Все прошло успешно, – уверенно сказал врач. – Она готова к работе.

– Отлично, – довольно улыбнулась Раубер. – Подготовьте ее к внедрению. Все должно выглядеть естественно и не вызывать лишних вопросов.

– Сделаем, – твердо пообещал врач.

Раубер вышла. Полина продолжала сидеть, как манекен, словно не слышала или не воспринимала ничего из происходящего вокруг. Если бы не потрескивание медицинских приборов, можно было бы подумать, что врач наблюдает за мертвецом.

* * *

Куриленко с ножом в руках крался в этот момент по коридору к медицинскому кабинету. Дверь медкабинета открылась, и Куриленко отскочил, прячась за угол. Из кабинета вышла Лариса с чемоданчиком в руках, в это время в холл школы вошла расстроенная Женя.

– Женя, хорошо, что ты здесь, – обрадовалась Лариса. – Мне понадобится твоя помощь. Мы будем брать кровь у всех зараженных. Пожалуйста, простерилизуй пробирки.

Девушка нехотя, без энтузиазма кивнула, и Лариса быстро ушла по коридору. Куриленко осторожно выглянул из-за угла. Женя с досадой посмотрела вслед доктору и вошла в медкабинет.

Подойдя к медицинскому шкафчику, она достала с полочки палету с пробирками. Внезапно за ее спиной захлопнулась дверь. Девушка обернулась на шум и увидела Куриленко с ножом в руке, он, усмехаясь, медленно надвигался на Женю, с наслаждением читая ужас и панику на ее лице.

– Где вакцина? – спросил Куриленко, поигрывая ножом.

Женя лихорадочно соображала, что делать, и вдруг резко бросила в Куриленко палету с пробирками, которую держала в руках. Он инстинктивно прикрылся рукой. Девушка кинулась к двери, но Куриленко успел схватить ее за руку. Он прижал Женю к стене и приставил нож к ее горлу.

– Я… я не знаю, где вакцина, – нервно сказала Женя. – Вчера пробирка была здесь, в кабинете.

– А где она сегодня? – недоверчиво спросил Куриленко. – Убежала?

– Может, у Ларисы Андреевны в комнате? – в отчаянии предположила девушка. – Она иногда там работает…

– Показывай, куда идти! – приказал Куриленко, подталкивая Женю в спину к двери. – И смотри, без фокусов!

Девушка судорожно кивнула. Куриленко открыл дверь и выглянул, чтобы убедиться, что в коридоре никого нет, затем схватил Женю за руку и потащил ее из кабинета в жилой коридор.

– Где врачихина комната? – с угрозой спросил Куриленко, когда они оказались напротив комнат.

– Вот она… – показала Женя.

Куриленко, не отпуская ее руки, подошел к комнате Ларисы и осторожно подергал ручку, но дверь оказалась заперта. С досадой пнув косяк, Куриленко огляделся, прикидывая, чем можно ее открыть. Его взгляд остановился на волосах Жени.

– То, что нужно! – довольно сказал Куриленко.

Он наклонился к девушке, и она съежилась от страха. Свободной от ножа рукой Куриленко достал из ее волос заколку, вставил ее в замок и покрутил. Послышался щелчок, Куриленко нажал на ручку и, открыв дверь, втолкнул Женю в комнату, после чего зашел сам.

Закрыв дверь изнутри, он швырнул девушку на кровать, а сам начал судорожно обыскивать комнату. Под испуганным Жениным взглядом он проверил прикроватную тумбочку, схватил стоящую на ней шкатулку, просмотрел содержимое. В ней оказалась бижутерия – колечки, сережки, бусы.

Куриленко захлопнул шкатулку и подбежал к столу. Бегло просмотрев лежащие на нем бумаги, журналы, книжки и блокнот, он выдвинул один за другим ящики стола, но и там вакцины не оказалось. Куриленко начал злиться всерьез. Он истерично дернул следующий ящик – тот был заперт. Мужчина достал из кармана Женину заколку, вставил в замочек, пытаясь открыть ящик.

– Ну, давай же, зараза! – нервно сказал он.

Женя посмотрела на Куриленко, казалось, он весь был поглощен открытием ящика. Тогда она бросила взгляд на дверь, чуть привстала с кровати. В этот момент в замке ящика что-то щелкнуло. Куриленко открыл его, заглянул внутрь и удовлетворенно воскликнул:

– Есть! Отлично! – С довольной ухмылкой он достал из ящичка пробирку с вакциной и, не оборачиваясь, скомандовал Жене: – Киска, мы уходим!

Куриленко встал, обернулся и уперся в дуло пистолета, который наставил на него бесшумно вошедший в комнату Раевский.

– Можешь идти куда хочешь, только пробирку положи на место, – жестко сказал он, передернув затвор.

Куриленко нехотя положил пробирку обратно в ящик, тогда майор указал пистолетом в сторону двери.

– Теперь проваливай, – приказал он Куриленко. – Еще раз сюда сунешься – живым не уйдешь.

Женя стояла в стороне, со страхом глядя на них. Куриленко медленно пошел к двери, затем неожиданно развернулся и ударил Раевского по руке, тот выронил пистолет.

Раевский набросился на Куриленко, оба повалились на пол. Завязалась драка. Женя попыталась улучить момент, чтобы пробраться к двери, но события развивались слишком стремительно. Майор потянулся к пистолету, но тут Куриленко, схватив со стола тяжелые настольные часы, ударил его по голове, и Раевский отключился.

Куриленко бросил взгляд на кровать, но Жени на ней не оказалось. Тогда он резко обернулся и, увидев ее у двери, подскочил к ней и схватил за руку.

– Не так быстро, – жестко сказал он. – Мы не договорили.

Подтащив Женю к столу, он забрал из ящика вакцину и спрятал ее в карман. Женя в отчаянии посмотрела на Раевского, но тот лежал без сознания. Куриленко потащил девушку к выходу.

* * *

Даша сидела в своем кресле у окна в учебном коридоре и читала книгу. Лучи солнца освещали ее лицо, она выглядела в этот момент очень красивой. Прикрыв книгу, она задумчиво посмотрела перед собой, затем перевела взгляд на ноги и попыталась ими пошевелить – у нее это получилось.

Из-за угла появился Андрей, вернувшийся в школу после разговора у мостика с Женей. Увидев Дашу, он остановился, не решаясь подойти и любуясь на нее со стороны. В этот момент она оперлась руками на подлокотники и попыталась встать. Ей это удалось.

Девушка улыбнулась, сделала глубокий вздох и осторожно сделала шаг, затем еще один. Но тут она потеряла равновесие и упала бы на пол, если бы ее не подхватил вовремя подоспевший Андрей. Секунду они молча смотрели друг на друга, затем Даша, первой взяв себя в руки, сухо попросила:

– Отпусти меня!

– Если я отпущу тебя, то сделаю самую большую ошибку в своей жизни, – проникновенно сказал Андрей, глядя ей в глаза. – Даша, прости меня! Я вел себя как последний дурак.

– Савельева, по-моему, так не считает, – с горечью произнесла девушка. – Я видела, как вы с ней целовались.

– Даша, мне не нужна Женя… – искренне сказал Андрей. – Никто не нужен. Только ты…

Он помог Даше сесть в кресло и сам присел рядом с ней на корточки. Взяв девушку за руку, Андрей пристально посмотрел ей в глаза, затем приблизился к ней и нежно ее поцеловал. Даша ответила на поцелуй, которого она так долго ждала.

* * *

Вика сидела за столом в своей комнате перед компьютером. Максим и Леша, переодевшиеся после работы в подземелье, сидели на кроватях, Лиза стояла чуть поодаль у окна. В комнате стояла тишина, никто не разговаривал. Но тут дверь открылась, и Андрей ввез Дашу на кресле, у обоих были счастливые, открытые лица.

– Тили-тили тесто, жених и невеста! – радостно воскликнул Максим, сразу понявший, что они помирились. – Давно пора!

При этих словах Максима Лиза бросила на него острый взгляд, он перехватил его, но сделал вид, что не заметил. Даша и Андрей улыбались, смущенно переглядываясь.

– Идите сюда! – взволнованно позвала всех Вика к компьютеру. – У меня восстановились файлы с ноутбука Вадима Юрьевича. Тут есть папка «Ермолаев». – Кликнув по ней мышкой, девушка сообщила всем, подтянувшимся к монитору: – Здесь архив переписки. – Внимательно прокручивая текст, она сказала: – Обсуждают какой-то объект.

– Понятно какой – нашу школу, – уверенно произнес Андрей.

– Нет, – возразила Вика. – Объект называется «Доминус».

– С кем переписывается Уваров? – с интересом спросила Лиза.

– С Клавдией Софроновой… – ответила Вика и обвела всех взволнованным взглядом. – Это же Теодора Раубер!

– Та самая немка? – пораженно, за всех, спросил Леша. – И что она хочет?

– Переписка старая, почти годичной давности, – ответила Вика, продолжая просматривать текст. – Они обсуждают транспортировку объекта из клиники в школу.

– Значит, чем бы ни был этот «Доминус», он где-то тут… – догадался Максим.

– …И Ермолаев напрямую с ним связан, – подхватил Леша.

– Надо спуститься в его мастерскую и все там посмотреть, – решительно предложил Андрей.

Все согласно кивнули, и тут Даша робко спросила:

– А можно мне с вами? – посмотрев на Андрея, она объяснила: – Я так хочу увидеть это новое подземелье… – она оглядела всех и просительно произнесла: – Я смогу пройти несколько шагов… а коляска складывается.

– Конечно, Даша, – ободряюще сказал Андрей, положив ей руку на плечо.

– Тогда пошли прямо сейчас, – решительно заключил Максим.

Ребята встали и направились к выходу. Андрей, выходя последним, выкатил Дашу из комнаты. Все были на подъеме: перед ними приоткрылся занавес еще одной тайны и теперь, в отсутствие в мастерской Ермолаева, они могли самостоятельно раскрыть ее целиком.

* * *

Уставшие Марченко, Света Тимофеева и Лера вышли из библиотеки, все в запыленной одежде – они возвращались с раскопок. Лера на ходу сняла рабочие перчатки и, посмотрев на свои руки, расстроенно охнула:

– Черт! Еще ноготь сломала. – Она остановилась возле лестницы в холле и со злостью сказала: – Все руки угробила. Я что тут, нанималась им камни таскать?

– Это вообще не женское дело, – поддержала ее Света.

– Знаете, пацанам это тоже не в кайф! – мрачно сказал Марченко. – Но и помирать от вируса неохота.

На этих его словах входная дверь открылась, и с улицы в холл вошел Слава и остановился рядом с расстроенными ребятами.

– Что же делать? – растерянно спросила Лера.

– Валить! И поскорее! – решительно заявил Марченко.

– Мы со Славой уже пытались… – с грустью возразила Света. – Ничем хорошим это не кончилось.

– В этот раз будем умнее, – поддержал Марченко Слава. – Выйдем за ворота по одному – типа гуляем. Солдаты не по всему периметру стоят, я проверил. И забор у них – одно название. Его в два счета можно кусачками перекусить.

– А лекарство? – робко спросила Лера. – Мы без него умрем.

– Наверняка его в каждой аптеке полно, – уверенно предположил Марченко. – А нас тут припахали как бесплатную рабочую силу.

– Значит, валим, – решил Слава. – Девчонки, вы с нами?

Света кивнула и посмотрела на Леру, та молча мялась, сомневаясь в успехе мероприятия. Слава махнул рукой, язвительно заявив:

– Все с тобой ясно. Удачи в каменоломнях!

Ребята торопливо вышли из школы. Света бросила на Леру неуверенный взгляд и пошла за ними. Лера в сомнениях смотрела им вслед. Конечно, ей тоже хотелось как можно скорее покинуть школу, но инстинкт самосохранения брал верх: без лекарства на свободе она будет обречена на смерть.

* * *

В это время Куриленко бежал по лесной тропинке в сторону заграждения, насильно увлекая Женю за собой. В одной его руке по-прежнему был нож. Ветки хлестали по лицу девушки, она едва успевала увертываться от некоторых из них.

– Гриша, отпусти меня! – вне себя от ужаса попросила Женя. – Ты ведь нашел вакцину! Что тебе еще нужно?!

– А ты не догадываешься? – усмехнулся Куриленко, остановившись и наставив на Женю нож. – Ты мне всю жизнь испоганила! Зачем я вообще тебя встретил, тварь!

И он напомнил девушке, как она напросилась сопровождать его во время перевозки органов. По инструкции брать с собой постороннего человека курьеру Куриленко было категорически запрещено, но они только-только с Женей сделали татуировки, словно брачными кольцами обменялись, и девушка так умоляла, что Куриленко сдался.

Посадив ее на переднее пассажирское место в машине, он открыл заднюю дверцу и поставил на сиденье ящик-контейнер, используемый для перевозки органов, а затем сел на место водителя. Улыбнувшись Жене, он захлопнул дверцу со своей стороны.

– Там органы? – с любопытством спросила она, кивая на ящик. – Настоящие?

– Ну да, – равнодушно откликнулся Куриленко. – Печенка какая-нибудь или сердце.

– Давай посмотрим! – загорелась девушка.

– Нет, – жестко отказал Куриленко. – Там специальное давление, температура… Контейнер вообще нельзя трогать до самой операции.

Женя надулась и обиженно отвернулась от него. Куриленко повернул ключ в замке зажигания, машина «кашлянула» пару раз и заглохла. Мужчина нервно ударил по рулю.

– Эта колымага меня достала! – раздраженно воскликнул он и, чертыхнувшись, вышел из машины.

Открыв капот, он стал ковыряться в моторе. Женя пару мгновений сидела в ожидании, затем, поняв, что поломка надолго, быстро обернулась и схватила с заднего сиденья контейнер. Поставив его на колени, она решительно отщелкнула замки и замерла в изумлении, увидев его содержимое: ящик оказался доверху заполнен небольшими предметами, аккуратно завернутыми в мягкую упаковочную бумагу.

Взяв один из свертков, девушка развернула его и обнаружила под упаковкой старинную табакерку. Положив ее на место, она открыла другой сверток – в нем оказался красивый старинный гарнитур: колье, серьги и кольцо. Женя немедленно примерила кольцо на свой палец, оно было ей впору.

Внезапно дверца со стороны водителя открылась, и на сиденье сел Куриленко. Увидев на коленях девушки открытый контейнер, он с исказившимся от ярости лицом захлопнул его.

– Какого черта! – воскликнул он. – Я же тебе сказал не трогать!

– Гриша, но здесь не органы… – остановила его Женя. – Это драгоценности… Ты что, возишь контрабанду?

Куриленко посмотрел внутрь контейнера и запаниковал, он не ожидал увидеть ничего подобного. Он выхватил у Жени из рук колье и серьги и убрал их обратно. Девушка незаметно сняла кольцо и сжала его в кулаке. Куриленко нервно закрыл контейнер, поставил его обратно и со злостью посмотрел на подругу.

– Не вздумай никому проболтаться, – пригрозил он. – Забудь все, что ты видела. Поняла?

Женя послушно кивнула с видом пай-девочки, пряча украденное кольцо в карман.

Пропажа из контейнера кольца через несколько дней обнаружилась в клинике. Куриленко отвели в комнату для допросов с единственным металлическим креслом, стоящим в ее центре.

Вошедший для допроса Войтевич был вне себя от гнева. Вместе с ним пришли два агента лаборатории. Куриленко стоял перед ними, такой же белый от страха, как окружавшие их голые стены.

– Ты кого хотел обмануть, щенок? – с холодной яростью спросил у него Войтевич. – Думал, никто не заметит, что кольцо пропало?

– Это, наверное, она… – в сильном испуге пролепетал Куриленко, – она его стащила.

– С тобой был кто-то еще? – поменявшись в лице, спросил Войтевич. – Кто?

– Моя девушка, Женя… – признался Куриленко и тут же уверил: – Она никому не скажет, обещаю!

– Где она сейчас, знаешь? – жестко спросил Войтевич.

– Мы с того дня не встречались… – ответил Куриленко, в отчаянии мотая головой. – Ее телефон не отвечает, а адреса у меня нет…

– На нет и суда нет, – выразительно произнес Войтевич.

Он сделал знак агентам, и один из них взял Куриленко за руку выше локтя, а другой начал расстегивать кожаные ремни на кресле. Куриленко с ужасом следил за ним взглядом.

– Клянусь, я ничего не знал, я думал там органы! – умоляюще сказал он Войтевичу. – Я никому не скажу!

– Конечно, не скажешь, – многозначительно откликнулся Войтевич. – Потому что сам пойдешь на органы.

Куриленко мгновение смотрел на него в полном ужасе, затем резко ударил агента, который его держал, ногой по голени. Тот от боли ослабил хватку, Куриленко вывернулся из его рук, оттолкнул Войтевича и выбежал за дверь.

Однако позднее, когда он считал, что находится уже в полной безопасности и свободно разгуливал по улицам, к нему со спины подошли двое агентов, заломили ему руки, зажали рот и запихнули в микроавтобус.

– Гришечка, но все же обошлось! – расплакалась Женя, когда Куриленко закончил рассказ и снова прижал нож к ее горлу. – Ты сбежал от них, зачем тебе мстить мне? Давай все забудем…

– Забыть? – с ненавистью произнес Куриленко. – Эти уроды добрались до меня! Сделали подопытным кроликом! Из-за тебя меня держали в подземелье, заразили этим вирусом! И ты мне за это заплатишь! – Достав из кармана пробирку с вакциной, он злорадно ухмыльнулся: – Ты сейчас умрешь, а я буду жить!

– Не так быстро, парень, – раздался за спиной Куриленко голос Раевского.

Куриленко замер и обернулся. Сзади него стоял майор, в его руках был пистолет, который он напрвлял на него. Куриленко скривился от злости и досады. Женя, едва сдерживая радость, незаметно выдохнула воздух – от напряжения и страха она еле дышала.

* * *

В это время в школе Володя разыскивал повсюду Славу, который должен был спуститься в подземелье со следующей группой старшеклассников, но никто почему-то нигде его не видел. Заметив спускавшуюся с лестницы Леру, Володя спросил и у нее, не встречала ли она где-нибудь Харитонова.

– Нет… – неубедительно, замявшись, ответила Лера. – Не видела.

– Лера, если ты знаешь, где он, лучше скажи, – с подозрением глядя на нее, попросил Володя.

– Я им говорила, что это опасно… – сбивчиво объяснила Лера, не выдержав, – что не надо ходить… А они все равно пошли.

– Стоп! – перебил ее Володя. – Давай по порядку. Кому говорила? Куда не надо ходить?

– Светка с Харитоновым и Марченко решили убежать, – упавшим голосом призналась девушка.

В этот момент по громкоговорителю раздался голос Морозова:

– Внимание всем отчаянным и отчаявшимся! Для тех, у кого еще осталось желание прогуляться за зону оцепления, сообщаю: территория вдоль ограждения заминирована. Любая попытка пересечь периметр будет стоить вам жизни.

– Давно они ушли? – быстро спросил Володя.

– Я точно не знаю… – в ужасе от услышанного ответила Лера. – Минут десять назад…

Володя тотчас сорвался с места и быстро выбежал на улицу. Лера испуганно смотрела ему вслед, понимая, что, не поддавшись на уговоры друзей, она спасла свою жизнь, но больше всего ей сейчас хотелось, чтобы Володя успел спасти и их жизни.

* * *

В этот момент в лесу, недалеко от заграждения, направив пистолет на замершего Куриленко, Раевский потребовал:

– Отдай мне вакцину.

Куриленко с досадой поморщился и опустил нож. Женя в ту же секунду вывернулась и убежала. Куриленко проводил ее злым взглядом и снова оглянулся на Раевского, держа пробирку в руке. Майор жестко повторил свое требование:

– Вакцину, быстро!

– Кто ты такой, чтобы мне указывать? – нагловато спросил Куриленко.

Раевский без предупреждения выстрелил. Пуля врезалась в землю рядом с ногой Куриленко, тот невольно подпрыгнул от испуга.

– Тихо-тихо! Давай без нервов! – оттягивая время, произнес Куриленко. – Отдам я тебе эту чертову вакцину! – говоря, он незаметно открутил крышку пробирки.

– Заткнись! – твердо бросил Раевский, подходя поближе и протягивая руку. – Вакцину, живо!

В этот момент на поляну вышли Слава, Света и Марченко. Ребята застыли в шоке от увиденного, и Раевский, заметив движение краем глаза, на секунду отвлекся на них. Тогда Куриленко молниеносно поднес вакцину ко рту и выпил. Швырнув пустую пробирку под ноги Раевскому, он самодовольно ухмыльнулся. Майор в шоке посмотрел на пустую пробирку, затем перевел полный бессильной ярости взгляд на Куриленко и опустил руку с пистолетом.

– Приятно было познакомиться, – сказал Куриленко ребятам, отвешивая шутливый поклон, – но лично я отваливаю на волю, – и он направился в сторону ограждения.

– Подождите! Мы с вами! – крикнул Слава. – У нас есть кусачки!

– Двигайте сюда! – одобрительно крикнул Куриленко.

– Стойте на месте! Не двигайтесь! – раздался крик Володи.

Все резко остановились, испуганно обернувшись. Из-за кустов появился бегущий Володя. Остановившись, он взволнованно предупредил:

– Периметр заминирован!

Подростки испуганно переглянулись, и лишь Куриленко усмехнулся.

– Ну уж нет. Прощай, дядя Вова! Не могу сказать, что буду скучать по тебе.

Он развернулся и решительно пошел к заграждению. Володя, замерев, смотрел на уходящего Куриленко. Вплотную подойдя к заграждению, он напоследок оглянулся, кинув на Володю насмешливый взгляд. В этот момент Вера легонько подтолкнула Куриленко, он, оступившись, сделал шаг в сторону, и в то же мгновение раздался взрыв. Света закричала, закрыв голову руками, Слава и Марченко пригнулись. Все в полном ужасе смотрели на то место, где секунду назад стоял Куриленко.

* * *

Оставив Дашу с Андреем в шестиугольной комнате, ребята с фонариками в руках спустились в мастерскую Ермолаева, включили свет и осмотрелись.

– Ничего, что могло бы называться громким именем «Доминус», я пока не вижу, – резюмировал Максим.

– А что вообще означает это слово? – спросила Лиза.

– По латыни «доминус» – это «господин», «владыка», – ответила Вика.

Ребята внимательно осмотрели комнату. Вика и Лиза оглядели стеллажи справа, Максим – стеллаж слева, заваленный бумагами и книгами. Леша подошел к столу Ермолаева, на нем лежали отвертки, паяльник, стоял большой полуразобранный прибор, похожий на системный блок, в котором хорошо была видна черная сгоревшая плата с микросхемами.

– По ходу, Ермолаев что-то чинил, когда его тряхнуло током, – догадался Леша. – Может, это системный блок? Новая модель…

– Нет, это не заводская работа, – возразила Вика, тоже заглянув в прибор. – Видимо, Ермолаев их сам собрал.

– Может, посмотрим в компьютере? – предложила Лиза. – Вдруг там что-то есть про этот «Доминус»?

Леша протянул руку и нажал кнопку включения монитора. На экране появился полиэкран из четырех экранов. На всех них было черно-белое изображение комнаты с саркофагом с разных ракурсов.

– Ты можешь увеличить картинку? – спросил Максим у Вики.

Девушка села за стол и начала стучать по клавишам клавиатуры. Три изображения с камеры свернулись, а изображение крупного плана Вульфа развернулось во весь экран.

– Ни фига себе… – пораженно произнес Максим. – Вот он – «Доминус».

– Значит, «господин» – это Вульф, – закончила за него Вика.

Лицо Вульфа было неподвижно, так что непонятно было, спит он, лежит мертвый или замороженный. Ребята стояли перед монитором, глядя на него с ошеломленными лицами.

– Он что, живой? – наконец с ужасом прервала общее молчание Лиза.

– Может, просто забальзамированный труп? – с надеждой предположил Леша.

– Скорей, заморожен, как малышка Ингрид, – высказал наиболее разумное предположение Максим.

– Нет, это не криогенная установка, а что-то типа барокамеры, – произнесла Вика, внимательно вглядевшись в монитор. – Он не мертвый и не замороженный.

Вика увеличила изображение небольшого медицинского прибора, укрепленного на стене возле саркофага. На нем отображались данные сердечно-сосудистой деятельности лежащего в саркофаге человека: пульс – сорок ударов в минуту и давление – семьдесят на сорок.

– У него бьется сердце, только очень медленно, – объяснила девушка. – И очень низкое давление.

– Может, он в коме? – неуверенно сказала Лиза. – После взрыва?

– Вполне вероятно, – поддержал ее Максим. – Неплохо бы узнать, где это он так хорошо устроился полежать.

Вика пощелкала клавишами компьютера, по очереди выводя крупным планом все показания приборов у тела Вульфа, и внимательно всмотрелась в экран. Все напряженно стояли за ее спиной, следя за ее действиями. Наконец, на экране снова возникло крупное изображение лица Вульфа. Вика откинулась на спинку стула.

– Бесполезно, – разочарованно сказала она. – Это помещение может быть и здесь, и за сто километров отсюда.

– Да здесь он, – со злостью возразил Максим. – Уверен, папаша к нему и копает…

– Но если это Вульф, то он не может быть объектом «Доминус», – догадалась Лиза. – Взрыв был недавно, а объект перевезли сюда год назад, мы же видели в переписке Уварова…

– Значит, «Доминус» – это что-то другое, – подвел итог Леша.

– Ладно, погнали, обрадуем Андрюху, – хмуро пошутил Максим, поднимая фонарь. – Скажем, что он встретится с дедушкой не на том свете, а еще на этом.

Он первым вышел из мастерской Ермолаева. Мрачные ребята последовали за ним. Ни один из них не мог для себя решить, рад ли он этой находке. Да и каким образом кому-то после взрыва удалось сохранить Вульфа живым – тоже большой вопрос.

Глава 21

Создание вакцины

Дверь из комнаты с артефактами в шестиугольную комнату была приоткрыта и заблокирована каменным табуретом. Даша сидела на кресле у полки с артефактами, Андрей стоял рядом с ней. Девушка крутила в руках небольшую лаковую коробочку с китайской миниатюрой на крышке.

– Какая красивая… – восхищенно сказала она. – Наверное, граф привез из той поездки в Китай…

В этот момент из-за двери донеслись какие-то звуки, мелькнул свет. Андрей обернулся к двери.

– Ребята вернулись! – сказал он Даше.

Подойдя к двери, Андрей отодвинул табурет и открыл ее. В комнату тут же вошли Вика, Леша, Лиза и Максим с большим фонарем.

– А что вы такие смурные? – осторожно спросила Даша, вглядываясь в лица друзей. – Ничего не нашли?

– Объекта «Доминус» там нет? – подхватил Андрей.

– Нет, – ответил Максим и с ходу выложил, обращаясь к Андрею: – Зато есть камера наблюдения за саркофагом, где лежит твой дед.

– Вульф? – в шоке спросил Андрей. – Он жив?

– Похоже, он в коме, – объяснил Леша, – но жизненные функции поддерживаются.

– Получается, Ермолаев нас обманул? – упавшим голосом спросила Даша. – Сказал, что прячется от немцев, а сам все это время работал на них?

– Я другого не понимаю, – задумчиво произнесла Вика. – Зачем кому-то Вульф – живой или мертвый, – если проектом теперь руководят Карл Флейшер и Теодора Раубер?

– Может, он им дорог как память? – с легкой усмешкой сказал Леша.

– В любом случае, нам надо первыми добраться до этого спящего красавца… – решительно заявил Максим и, посмотрев на Андрея, усмехнулся: – Только прости, Андрюх, целовать его не будем.

Все озадаченно молчали, не представляя, как им добраться до Вульфа. В любом случае, из шестиугольной комнаты пора было уходить, пока их не хватились в школе.

* * *

В это время Петр Морозов, закончив что-то писать за столом, положил ручку, встал и пошел к двери. Однако он не успел взяться за ручку, как дверь распахнулась, и в кабинет решительно вошел Рома, вызывающе глядя на Морозова.

– Ну, ты живучий… – насмешливо сказал Морозов, возвращаясь к столу и присаживаясь на его край. – Я думал, твои кости давно кто-то гложет.

– Я передумал, – твердо произнес Рома.

– Передумал – что? – осторожно спросил Морозов.

– Ну, вы же сами сказали – передумаешь, приходи, – хладнокровно ответил парень, полностью владея собой. – Вот – я пришел.

– Неужели от вируса у тебя в мозгах прояснилось? – спросил приятно удивленный Морозов. – Даже не верится.

– Просто я хочу жить, – спокойно объяснил Рома. – И не хочу умирать за тех, кому на меня плевать.

– Слова не мальчика, но мужа, – довольно усмехнулся Морозов, глядя на парня изучающим взглядом. – Молодец, возьми с полки пирожок.

Он достал из кармана ампулу с антидотом и небрежно бросил ее на стол. Рома взял ампулу и с ожиданием посмотрел на Морозова.

– А что мне делать? – слегка потерянно спросил он.

– Во всем слушаться меня, – веско ответил Морозов. – Тогда останешься в списках живущих.

Парень напряженно глядел на него, на его шее была очень заметна странгуляционная борозда от петли, вид у Ромы был решительный, хотя и слегка растерянный.

* * *

В этот поздний час уставшие Полина с Ларисой все еще сидели в медкабинете. На столе перед ними стояли микроскоп, палета с пробирками с кровью и полупустая бутылка физраствора, с помощью которой они изучали влияние вируса на кровь каждого из зараженных.

Лариса проколола шприцем резиновую пробку бутылки с физраствором и набрала его в шприц. На дне бутылки осталось не так много жидкости, примерно четверть. Женщина впрыснула физраствор в пробирку, добавила туда пипеткой кровь, другой пипеткой капнула каплю получившегося раствора на предметное стекло микроскопа, наклонилась к нему, наблюдая за реакцией, затем отстранилась от микроскопа.

– Ничего! – с отчаянием сказала Лариса. – Просто абсолютно не за что зацепиться. Никакой закономерности в образовании антител!

– Мы использовали еще не все образцы, – спокойно возразила Полина.

– Ладно… Уже поздно… Давайте на сегодня закончим, – устало предложила Лариса, снимая латексные перчатки.

– Я не устала… – холодно заявила Полина. – Могу еще поработать.

– Спасибо, Полина, за то, что согласились помогать мне, – с благодарностью произнесла женщина. – Мне кажется, вдвоем у нас в два раза больше шансов на успех.

Как только за Ларисой закрылась дверь, Полина отодвинула от себя микроскоп и достала из ящика стола небольшой чемоданчик.

Взяв с полки полную бутылку физраствора, она заперла шкафчик и положила ее в чемоданчик вместе с несколькими пробирками с кровью зараженных детей. Погасив в медкабинете свет, девушка вышла, прихватив с собой чемоданчик.

* * *

Андрей помог Даше подняться на чердак, затем занес вслед за ней кресло-каталку и усадил в нее девушку. Оказавшись возле столба с именами погибших детей, Даша провела по нему рукой.

– Игорь… Вася… Коля… Миша… Ваня… Погибшие сироты… – с грустью произнесла она. Андрей наклонился, целуя ее, и только тогда заметил слезы на Дашиных глазах. Нежно вытерев их, он ободряюще произнес:

– Ну что ты, Даш? Перестань. Зато будет что рассказывать внукам… И вообще, – он сделал попытку пошутить, – если б не мы, мой дед давно бы уничтожил весь мир.

– Да, но… Все сейчас думают о том, куда поступать, а мы – о том, как выжить… – вздохнула девушка, сокрушаясь. – У меня такое красивое платье для выпускного лежит…

– Мадемуазель, позвольте пригласить вас на тур вальса! – торжественно произнес Андрей, протянув Даше руку.

– Андрей, ну ты что? – смущенно отнекиваясь, произнесла девушка. – Я не смогу…

– Конечно, сможешь, – уверенно сказал Андрей. – Я буду держать тебя.

Он аккуратно снял с колен Даши плед и помог ей встать. Она положила руки на плечи Андрея, а он, крепко держа ее за талию, сделал несколько шагов, при этом он практически переносил Дашу с места на место, она едва касалась пола ногами. В какой-то момент девушка потеряла равновесие и, смеясь, оперлась рукой на шкаф.

С полок упали старые бумаги и папки, в том числе и папка Антона, которую он нашел на нижнем уровне подземелья и решил спрятать от Вадима на чердаке. Даша смеялась, чувствуя себя совершенно счастливой, но внезапно ее взгляд упал на папку с символом «Гемини», лежащую на полу у ее ног.

– Смотри! – потрясенно указала она Андрею. – Откуда она тут? Ее раньше не было!

– Это бумаги из лаборатории… – сказал парень, пролистав папку, и вслух зачитал: – «Ингредиенты… процентный состав…» – он посмотрел на Дашу и потрясенно сообщил: – Это формула вакцины!

Андрей помог девушке спуститься с чердака, и они поспешно отнесли найденную на чердаке папку Ларисе, а та, пролистав бумаги, находящиеся в папке, торопливо направилась в комнату Виктора.

Он в этот поздний час сидел в домашней одежде у стола. Раздался стук в дверь, и тут же вошла Лариса с папкой Антона Уварова в руках. Виктор удивленно поднялся ей навстречу.

– Мы спасены! – с порога заявила женщина, не в силах сдержать счастливой улыбки. – В это невозможно поверить, но у нас есть формула вакцины!

– Я знал, что у тебя получится, – радостно заявил Виктор.

– Это не я, – призналась Лариса. – Андрей и Даша нашли на чердаке вот эту папку. В этой комнате жил Кирилл Воронцов – возможно, он где-то нашел, но не знал ее ценности… – Она взяла Виктора за руку и проникновенно сказала: – В любом случае теперь это неважно. Главное – у нас есть формула и все ингредиенты! Недостающие части – кровь Нади или Игоря Авдеевых и Полины Мальцевой.

– А как же облучение? – напомнил Виктор.

– С кровью Полины облучение не нужно, – радостно сообщила Лариса. – Нам просто повезло, что она вернулась в школу. – Она потянулась навстречу Виктору и с надеждой произнесла: – Я сделаю вакцину, и мы вылечим всех – и детей, и взрослых!

Виктор обнял ее и нежно поцеловал. Он и не думал, что у него появится в лице Ларисы такая надежда и опора. Влюбленно глядя на нее, он подумал, что теперь у него есть еще один шанс начать новую жизнь.

* * *

Рома с фонариком в руках целенаправленно шел по лесу, оглядываясь по сторонам. Он был очень напряжен и, выйдя на пустую поляну, несколько раз помигал фонариком и негромко сказал:

– Все в порядке. Рыбка клюнула.

Из-за дерева появилась темная фигура. Рома посветил на нее фонариком – это оказался Войтевич в своей брезентовой куртке с капюшоном.

– Я же говорил тебе, – довольно произнес он, подходя. – Такие, как Морозов, обо всех судят по себе. Думаю – он тебя ждал.

– Что мне теперь делать? – возбужденно спросил Рома.

– Копать вместе со всеми, – значительно произнес Войтевич. – Каждый день будешь приносить мне отчет – сколько метров в какую сторону прошли. И еще мне нужно знать передвижения Морозова – когда приходит, когда уходит, что делает за оцеплением.

– А вы знаете, куда Морозов хочет дорыться? – с любопытством спросил Рома.

– Неважно, – злобно улыбнувшись, ответил Войтевич. – Важно, чтобы он туда не попал.

На лице Войтевича была написана ненависть, и Рома, хотя и испытывал к Морозову те же чувства, невольно напряженно замер, в который раз обдумывая, правильно ли он поступает.

* * *

Когда Морозов вошел в комнату Раевского с металлическим чемоданчиком в руках, он застал его изрядно пьяным, с ополовиненной бутылкой коньяка в руках. Оставив чемоданчик у двери, Морозов с легким презрением на лице подошел к майору.

– Что там с жестким диском Уварова? – спросил он, еще утром он дал задание Раевскому разыскать пропавший из ноутбука Уварова диск. – Ты нашел его?

– Как я могу его найти? – развел руками майор. – Он может быть где угодно.

– Зайди в компьютер повара и проверь! – приказал Морозов. – Хоть на это ты способен?

Раевский, закипев внутри, внешне сдержался, поскольку понимал, что зависит от Морозова. А тот, подойдя к дверям, на пороге обернулся и кивнул на чемоданчик:

– Здесь то, о чем я тебе говорил. Инструкция внутри.

– Я все сделаю, не сомневайся, – пообещал Раевский.

– Надеюсь, – насмешливо сказал Морозов и жестко предупредил: – И имей в виду – больше проколов я не потерплю.

Он вышел, оставив чемоданчик. Раевский мгновение с ненавистью смотрел на закрывшуюся за ним дверь, затем схватил со стола бокал и со всей силы швырнул его о стену.

* * *

На столе стояла почти полная бутылочка с физраствором. Рука Полины в латексной перчатке взяла бутылочку и, проткнув резиновую пробку шприцем, набрала физраствор в шприц. Все ее движения были размеренны и сосредоточенны, хотя лицо по-прежнему оставалось неподвижным. Перед ней стояла палета с пробирками с кровью зараженных, которые она взяла из медкабинета, а также склянки с различными химическими веществами.

Полина впрыснула физраствор в пробирку с какой-то мутной жидкостью, и жидкость приобрела желтый цвет, такой же, как у вируса. Полина подняла пробирку на уровень глаз, внимательно оценивая ее цвет. Рядом стояла палета с несколькими желтыми пробирками уже готового вируса.

* * *

После разговора с Морозовым Раевский поднялся на чердак. Открыв замки небольшого металлического чемоданчика, который передал ему Морозов, он откинул крышку. В чемоданчике лежал низкочастотный излучатель, выглядевший как серебристая панель с несколькими рычажками и ручками. В его углу стояла маркировка «INGRID». Раевский поднял чемоданчик и установил его на ящик в углу чердака.

В этот момент Петр Морозов в одной рубашке сидел в кабинете, работая на компьютере. Посмотрев на часы, он отметил, что время с 23:59 перескочило на 00:00. Морозов тотчас расстегнул манжету и закатал левый рукав. Вынув из кармана широкий металлический браслет, он надел его на левую руку выше локтя.

Точно такой же браслет в ту же секунду надел на свою руку Раевский. Мгновение поколебавшись, он решительно повернул ручку на излучателе. Раздалось еле слышное гудение. Раевский захлопнул крышку чемоданчика, защелкнул замки и набросил на него лежащее рядом пыльное покрывало.

* * *

Ранним утром ребята собрались в комнате мальчиков. Даша сидела на кресле-каталке. У всех было приподнятое настроение, в комнате царила атмосфера радостного праздника.

– Просто не верится, что всем этим ужасам пришел конец! – бодро сказала Лиза.

– Вам не кажется, что это символично? – спросила Вика, обведя всех сияющими глазами. – С чердака все началось, на чердаке мы нашли и ключ к спасению.

– Пока не увижу вакцину своими глазами – не поверю, – скептично произнес Максим.

В этот момент открылась дверь, и в комнату зашел улыбающийся Андрей. Взмахнув руками жестом фокусника, он вытянул кулаки вперед, затем разжал их и продемонстрировал всем четыре ампулы с розовой жидкостью – по две на каждой ладони. Улыбаясь, Андрей протянул их ребятам. Все тут же разобрали пробирки.

– А что, Лариса так пригоршнями и раздает вакцину в коридоре? – обеспокоенно спросил Максим у Андрея.

– Нет, конечно. Это только первая партия, и условия сверхсекретные, – шутливо поднеся палец к губам, ответил парень. – Практически никто не знает. Всем говорят, что это разбавленный антидот.

– Пока Морозов сообразит, что к чему, мы все уже будем здоровы! – с видом победителя произнесла Даша, открывая пробирку.

– Надо запечатлеть – для потомства, – предложил Максим. – Будем считать сегодняшний день нашим коллективным днем рождения!

Схватив ноутбук, он развернул его к ребятам и включил запись на веб-камеру. Улыбаясь, он обернулся ко всем, взмахнув своей ампулой.

– Будем здоровы! – провозгласил он тост. – А проклятые фашисты пусть горят в аду!

Все рассмеялись, глядя в камеру, и чокнулись ампулами. Выпив, ребята со счастливым видом переглянулись. Андрей, хотя и не принимал переданной Ларисой вакцины, был тоже оживлен сверх меры и делал в камеру разные жесты, означающие победу и торжество. В этот момент распахнулась дверь, и в комнату заглянул Леша. Он с изумлением посмотрел на разгоряченных, взволнованных ребят.

– Але, народ! Вы что, выпили? – удивленно спросил он.

– Выпили, да еще как! – воскликнул Максим и на подъеме подскочил к нему с объятиями.

– Лариса сделала вакцину, – радостно пояснила Вика. – Мы здоровы!

– Ого! – поразился Леша столь быстрому разрешению проблемы. – Ну, поздравляю. А я вас пришел на завтрак позвать.

– Пошли скорее! – горячо поддержала его Даша.

Все, смеясь и толкаясь, торопливо двинулись к дверям. Вика повезла кресло с Дашей. Последними вышли Максим и Андрей. В приподнятом настроении вывалившись из комнаты, они и не заметили, как за углом спрятался рыщущий по школе Раевский.

– Макс, подожди, а Уваровский жесткий диск? – остановился вдруг Андрей.

– Все нормально, мы его спрятали, – безбашенным тоном ответил Максим.

Они ушли дальше по коридору. Услышавший их слова Раевский с взволнованным видом постоял мгновение, а затем, осторожно оглядевшись и убедившись, что его никто не видит, открыл дверь в комнату мальчиков и проскользнул туда.

* * *

Когда все уже были на завтраке, Лиля сидела на верхней ступеньке лестницы в библиотеке, уткнувшись в альбом об усадьбе Щербатова. В библиотеку вошел Денис, нахмурившись обвел зал глазами, затем заметил Лилю на галерее и быстро поднялся к ней.

– Вот ты где, – радостно сказал он, присаживаясь на ступеньку рядом с девочой. – А я тебя в столовой искал.

– Духовная пища нужнее… – мечтательно произнесла Лиля.

Денис решительно забрал у нее альбом, захлопнул его и заявил:

– Почитай лучше вот это!

Он положил ей на колени сложенную записку, и Лиля, развернув ее, прочитала: «Денис, мальчик мой! У меня все хорошо, я жива и здорова. Не могу сказать тебе, где я нахожусь, но обо мне тут хорошо заботятся. Будь осторожен, не ищи ненужных приключений. Не беспокойся обо мне. И никому не говори об этой записке. Любящая тебя бабушка».

– Ничего себе! – в шоке произнесла девочка, но тут же скептично нахмурилась: – А это точно она? Где ты нашел записку?

– Из кармана выпала, – ответил Денис.

– Значит, Галина Васильевна приходила в школу… – задумчиво сказала Лиля. – Но почему она тут не осталась?

– Не знаю… – растерянно ответил мальчик и предположил: – Может, от кого-то прячется… А, может, ушла в подполье и оттуда будет бороться с фашистами.

Дети растерянно посмотрели друг на друга, не зная, что и думать. Денис бережно сложил записку и убрал обратно в карман. Внутренне он торжествовал: он и раньше был уверен, что с его бабушкой все в порядке, а теперь имел в руках доказательство, что она, возможно, партизанит, и это было круто!

* * *

В это время Мария суетилась на кухне, раскладывая на подносах булочки и бутерброды и разливая по кувшинам сок для завтрака. Вошедший Володя остановился на пороге кухни и молча смотрел на Марию.

– Тебе не кажется, что сегодня какой-то странный день? – спросила его она, приложив руку ко лбу. – Не могу понять, что со мной…

Володя ничего не ответил – стоя на том же месте, он просто смотрел на Марию замершим взглядом и улыбался. Мария слегка рассердилась.

– Володя, ну что ты молчишь? Дразнишь меня? – уставилась она на мужчину.

В этот момент сзади кто-то обнял ее за талию. Мария вскрикнула, обернулась и увидела Володю. Женщина побледнела, полными ужаса глазами глядя на него. Заметив ее странный взгляд, Володя напрягся:

– Что? Что-то не так? – с тревогой спросил он, привлекая Марию к себе. – Маша, что с тобой?

Мария двумя руками уперлась ему в грудь, вырываясь из объятий, затем снова обернулась к дверям, но там никого не было. Мария потерла лоб, стараясь прийти в себя, но не сумела скрыть страх в глазах от Володи.

– Тебе нехорошо? – взволнованно спросил он.

– Нет… все в порядке… – пролепетала женщина, снова кинув взгляд на дверь, возле которой уже никого не было. – Просто показалось…

Перед ее мысленным взором все еще стоял тот, второй Володя, который, молча улыбаясь, наблюдал за ней с порога. Во всем этом было что-то жуткое, и Мария никак не могла прийти в себя при мысли, что разговаривала с собственной галлюцинацией. Хотя с чего бы ей могло что-то померещиться? Она снова задумчиво потерла лоб…

* * *

Чрезмерно оживленная Лариса, спустившись с лестницы, шла по коридору. Навстречу ей направлялся Раевский, погруженный в мрачные мысли. Он побывал в комнате старших мальчиков, в комнате Володи и, нигде не найдя жесткого диска Уварова, теперь боялся наказания от Морозова. При виде сияющей Ларисы майор помрачнел еще больше.

– Почему тебя нет в кабинете? – жестко спросил он у женщины, срывая на ней свою злость. – Мне что, за лекарством по всей школе бегать?

– Нам больше не нужно лекарство, – радостно сообщила ему Лариса, даже не обратив внимания на его тон.

– Почему? – напряженно спросил Раевский.

Женщина, счастливо улыбнувшись, достала что-то из кармана и вложила это в ладонь Раевского. Тот, нахмурившись, посмотрел на свою ладонь и увидел пробирку с розовой вакциной. Майор несколько секунд ошеломленно смотрел на пробирку, не веря своим глазам, затем поднял взгляд на Ларису.

– Вакцина?! – недоуменно спросил он.

– Тише – Морозов ничего не должен знать, – заговорщически прошептала женщина. – Лучше прими ее у себя в комнате.

Лариса ушла в сторону холла, Раевский проводил ее взглядом, полным невольного восхищения, затем снова перевел взгляд на вакцину в своей руке. Для него это была не просто вакцина, это был ключик к освобождению его из-под ига Морозова. Майор, победоносно ухмыльнувшись, пошел к себе.

* * *

Вернувшись после завтрака в комнату старших мальчиков, Максим с Лешей вошли, все еще смеясь над рассказанным кем-то в столовой анекдотом.

– У меня такое странное состояние сегодня… – признался Максим, с трудом сдерживая новый приступ смеха. – Я как пьяный.

– Наверное, отходняк после болезни, – предположил Леша, широко улыбаясь. – Реакция на вакцину.

– Может быть… – легко согласился Максим, подходя к ноутбуку, и тут же удивленно воскликнул: – Черт, вебку забыли выключить! Комп так и пишет все это время. Щас перемотаю…

Леша встал рядом, и Максим нажал на перемотку, прокручивая изображение назад. На мониторе некоторое время была пустая комната ребят, но внезапно по ней задом наперед проскочила какая-то тень.

– Кто-то тут у вас бродил, по ходу, – внимательно глядя на изображение, сказал Леша.

Максим, нахмурившись, включил просмотр записи. На мониторе была пустая комната, но в кадре при этом мелькала чья-то тень, через несколько мгновений кто-то снова быстро прошел почти вплотную к камере. По тени невозможно было точно определить, мужчина это или женщина. Слышно было, как хлопают ящики, кто-то переворачивал содержимое шкафов. Ребята с тревогой переглянулись.

– Он что-то ищет, – догадался Максим. – Ценность у нас одна – жесткий диск из уваровского компа.

– А где он сейчас? – осторожно спросил Леша.

– У девчонок, – напряженно ответил Максим.

Ребята встревоженно переглянулись и выбежали из комнаты. Буквально ввалившись в комнату к девочкам, Леша с Максимом застыли на пороге. Вика и Лиза, которые в этот момент разбирали вещи в шкафу, удивленно оглянулись на них.

– Где жесткий диск? – нервно спросил Максим.

Вика взволнованно опустилась на колени и провела рукой по днищу шкафа – жесткий диск все еще был приклеен к нему скотчем.

– Все в порядке, на месте, – успокоила она Максима. – А что случилось?

– Кто-то только что обыскивал нашу комнату, – сообщил Максим.

– Камера на компе осталась включенной, – объяснил Леша.

– Но кто это мог быть? – недоуменно спросила Вика. – Морозова в школе еще нет.

– Зато полно его крыс, – напомнил Максим. – И эти крысы ищут жесткий диск. Порылись у нас, теперь наверняка придут к вам, – он посмотрел на Вику и решительно предложил: – Вик, надо скопировать всю инфу, а сам диск оставим тут, – он вспомнил, как ему удалось вывести на чистую воду Рому, и напряженно заявил: – Устроим крысе крысоловку.

На лице Максима было решительное выражение. Уж если он сумел смириться с тем, что крысой Морозова оказался один из его лучших друзей, справиться с кем-то не из их компании им не составит труда.

Встав на стул, парень закрепил веб-камеру на шкафу, спрятав ее за горшком с цветами. Вика, сидя перед включенным монитором ноутбука, проверяла, хорошо ли передается изображение.

* * *

В это время Даша сидела перед зеркалом, прихорашиваясь для свидания с Андреем. Она улыбнулась своему отражению, представив, как замечательно они проведут время. Внезапно позади нее в зеркале появилась Женя. Даша вздрогнула от неожиданности и обернулась.

– Ты меня напугала! – призналась Даша. – Я не слышала, как ты вошла.

– Куда-то собираешься? – невинно поинтересовалась Женя.

– Да, – сдержанно ответила Даша, вовсе не горящая желанием общаться с Женей после того, как та вешалась на шею Андрею.

– Жалко… А я хотела позвать тебя погулять… – осторожно произнесла Савельева, закидывая удочку.

– Извини, сегодня не получится, – неловко ответила Даша, не зная, как ей тактичнее выставить Женю. – Я уже договорилась с Андреем.

– Понимаю… – чуть смущенно ответила Женя. – Просто я как раз о нем и хотела поговорить…

Даша промолчала, не желая обсуждать Андрея с Женей, и та, поняв ее молчание как отказ, опустив голову, медленно пошла к двери. Даша, колеблясь, посмотрела на часы, а затем окликнула Женю.

– У меня есть полчаса, – сказала она, глядя на грустную девушку. – Уложимся в короткую прогулку?

– Конечно! – обрадованно воскликнула Женя. – Мне больше и не надо!

Она с ангельской улыбкой на лице торопливо подошла к Даше, взялась за ручки кресла-коляски и покатила ее к выходу. А Даша с сомнением покусывала губы, не зная, правильное ли приняла решение, согласившись на эту прогулку. С другой стороны, если Женя хочет извиниться за то, что пыталась увести у нее Андрея, почему бы не дать ей этот шанс очистить совесть.

* * *

В это время в медкабинете Полина с Ларисой делали вакцину. Перед ними в палете стояли несколько пробирок с розовой жидкостью, рядом – бутылочка с остатками физиологического раствора и три колбы по сто миллилитров с кровью, заполненные меньше чем на четверть.

Лариса была на необыкновенном подъеме, работая радостно и оживленно. Полина в отличие от нее выглядела немного отрешенной. Лариса проткнула шприцем резиновую пробку бутылочки с физраствором, но жидкости на дне не хватило даже чтобы наполнить шприц.

– Физраствор закончился, – огорченно сказала женщина. – Как некстати…

Она вынула из кармана ключ и открыла шкафчик с препаратами, однако полка, на которой обычно стояли бутылки физраствора, теперь была пуста.

– Ничего не понимаю… – недоуменно произнесла Лариса. – Я точно помню, что у нас была еще одна бутылка. Полина, вы не знаете, где она?

– Нет, – бесстрастно ответила та, капнув тем временем из пипетки капли крови в пробирку с физраствором. – Может, ее Женя взяла? – Отложив пипетку, она встряхнула пробирку, и жидкость в ней приобрела свойственный вакцине розовый цвет.

– Ладно, сейчас схожу к ней, – со вздохом произнесла Лариса, недовольная тем, что работу над вакциной придется отложить. – А ты пока отнеси вакцину. Вот список тех, кто еще не получил.

Взяв со стола листок, Лариса протянула его Полине. Полина кивнула и с невозмутимым выражением лица поставила пробирку с готовой вакциной в палету. Взяв листок и палету с вакциной, она вышла.

Лариса сняла латексные перчатки, тоже собираясь выйти, но в этот момент распахнулась дверь, и без стука зашел Раевский.

– Хорошо, что ты одна, – заявил он. – Нам надо поговорить.

Лариса настороженно посмотрела на Раевского, он казался каким-то слишком напряженным. Подойдя ближе, майор взял со стола одну из пробирок с вакциной и признался:

– Если честно, я не верил, что у тебя получится…

– Я тоже, – согласилась Лариса. – Уже всякую надежду потеряла.

– Ты хоть понимаешь, что теперь в наших руках реальная власть над миром? – пристально глядя ей в глаза, заявил Раевский. – Нужно выделить вирус из крови зараженных. С вирусом и вакциной мы сможем диктовать свои условия всему человечеству!

– Что с тобой? – недоуменно спросила женщина, со страхом глядя на него. – Ты бредишь?

– Как только умрет первый миллион человек, остальные отдадут за вакцину все, что у них есть! – фанатично продолжал уговаривать Раевский.

– Какая же ты все-таки мразь, – с презрением произнесла Лариса, забрав у него из рук пробирку. – Зря я вообще сказала тебе про вакцину. Надо было дать тебе умереть – вместо того миллиона, который ты так легко приговорил к смерти.

Майор отступил на шаг, мгновение молча глядя на Ларису, затем вышел, прикрыв за собой дверь. Женщина осталась стоять, с сомнением глядя на вакцину в своих руках. Она и не предполагала, что кому-то в голову может прийти такая бесчеловечная мысль – шантажировать лекарством смертельно больных. Она сжала вакцину в руке, словно величайшую драгоценность, сожалея, что рассказала о ней Раевскому.

* * *

Женя везла кресло-каталку с Дашей по лесной тропинке. Внезапно поднялся сильный ветер, и Даша с сомнением огляделась по сторонам.

– Жень, зачем мы так далеко уехали? – с тревогой спросила она.

Женя так резко остановила кресло, что Даше пришлось схватиться за ручки, чтобы не выпасть из него на землю.

– Ты хотела поговорить об Андрее… – неловко напомнила Даша и тут же осеклась.

Женя встала перед ней. Она совершенно преобразилась: из милой, наивной девушки она превратилась в хладнокровную, жестокую, уверенную в себе и в своих силах. На лице Жени застыло безжалостное выражение, от которого у Даши мороз пошел по коже.

– Все было замечательно, пока ты не вернулась, – холодно заявила Женя, изучающее глядя на испуганную Дашу. – Мы с Андреем были вместе, он даже не вспоминал о тебе!

– Женя, я хочу вернуться в школу, – нервно попросила Даша.

– И что он только в тебе нашел? – словно и не слыша ее, все так же холодно произнесла Женя. – Он должен быть со мной, а не с тобой!

С этими словами она достала из кармана полный прозрачного раствора шприц и сняла с него наконечник.

– Что ты хочешь сделать? – замерев от ужаса, спросила Даша.

– В прошлый раз я промахнулась с дозировкой… – спокойно объяснила Женя. – Но теперь у меня все получится правильно!

– Значит, это была ты? – в полном оцепенении спросила Даша.

Савельева холодно улыбнулась ей вместо ответа, который и так теперь был очевиден. Свободной рукой Даша незаметно вытащила из кармана телефон, включив камеру.

Женя подошла к ней и замахнулась, целясь иглой шприца в Дашину шею. Девушка попыталась сопротивляться, удерживая руку Жени, но у нее это плохо получалось – Женя была сильнее.

– Ты ему не подходишь! – жестко заявила Женя, поднося руку со шприцом все ближе к Даше, превозмогая ее сопротивление. – Ты ничего не можешь ему дать, а я могу все!

– Женя, пожалуйста, не надо! – попросила Даша, сопротивляясь из последних сил. Телефон соскользнул с ее коленей и упал на траву.

В это время Рома с биноклем в руках удобно сидел у входа в шалаш, наблюдая за оцеплением по указанию Войтевича. Он видел, как Бессонов и двое солдат подошли к часовым у шлагбаума. Бессонов что-то сказал, и солдаты сменили часовых.

Рома оторвался от бинокля, посмотрев на часы, и что-то пометил в блокноте, лежащем у него на коленях. Вновь взяв бинокль, он навел его на оцепление. Из-за сильного ветра он видел лишь мелькающие листья и стволы деревьев. Наведя резкость, внезапно Рома выхватил изображение Даши с Женей. От неожиданности потеряв его, снова навел резкость и увидел, как Женя замахнулась чем-то на Дашу, а та попыталась перехватить ее руку. Женя стояла вполоборота к Роме, но он отчетливо видел, что это была именно она.

– Дашка… – потрясенно произнес парень.

Он вскочил, бросив бинокль и блокнот, и опрометью кинулся с холма в лес. Он бежал быстро, не разбирая дороги, ветки хлестали его по лицу.

– Держись, Дашка, держись! – сквозь зубы бормотал он.

В это время Женя воткнула шприц в шею Даши и с холодной ненавистью произнесла, глядя в ее потрясенное лицо:

– Больше ты мне не помешаешь.

Она надавила на поршень шприца и, торжествующе улыбаясь, отошла от Даши, швырнув шприц в кусты. Развернувшись, она быстро скрылась за деревьями. Даша схватилась рукой за шею и попыталась встать, но у нее ничего не получилось.

– Помогите… – прошептала она. – Кто-нибудь… Андрей… Андрей…

Глаза девушки закатились, и она обмякла в кресле, потеряв сознание. Рома, выскочивший на поляну в этот момент, подбежал к Даше и увидел, что она хрипло, с трудом дышит. Он в отчаянии похлопал ее по щекам.

– Даша, я здесь! Держись, Даша! – чуть не плача, попросил он.

Схватив кресло за ручки, Рома быстро повез его в сторону школы. Дул сильный ветер, и деревья, словно в ужасе от происходящего, взмахивали ветками и тянули их к Роме и Даше. Парень почти бегом катил кресло, стараясь не перевернуть его на неровной лесной тропинке и с ужасом думая, что может не успеть.

* * *

Установив веб-камеру, девочки перешли в комнату мальчиков и сидели теперь на кровати Максима, глядя в экран монитора, установленный на соседней кровати. Ждать им пришлось довольно долго, но они не чувствовали усталости, лишь какое-то небывалое возбуждение. В комнату вошли радостные Леша с Максимом и немедленно подошли к Вике с Лизой и тоже заглянули в монитор.

– Ну, как ловушка? – бодро спросил Леша. – Есть результат?

– Пока нет, – ответила Лиза и обратилась к Максиму: – За все время только твоя мама заходила с постельным бельем.

– Мама, как пчелка, жужжит целый день, – с любовью к матери откликнулся парень.

– Тихо! Смотрите! – неожиданно прервала его Вика и указала на монитор.

Все замерли, напряженно глядя, как дверная ручка в комнате девочек опустилась. Вика кликнула мышкой, включая запись, и ребята увидели, как в комнату вошла Лариса.

Она на мгновение остановилась на пороге, затем прошла в глубину комнаты. Камера не захватывала комнату целиком, в нее была видна лишь дверь. Через какое-то время Лариса вновь попала в объектив, выходя в коридор. Ребята в шоке переглянулись.

– Если Лариса работает на Морозова, он уже все знает о вакцине, – огорченно сказала Вика.

– Надо скорей показать запись Виктору! – воскликнула Лиза.

– Скинула на флешку? – спросил Максим у Вики.

Девушка кивнула, щелкнув мышкой. На лицах ребят было хмурое и напряженное выражение. Вика вынула флешку, и ребята решительно выбежали из комнаты следом за Максимом.

Они как раз спускались по лестнице в холл, одновременно с ними в холле со стороны Дашиной комнаты появился Андрей, который так и не дождался Даши, как вдруг дверь в школу распахнулась, и Рома вкатил коляску с девушкой. Она сидела неподвижно, запрокинув назад голову, волосы прикрывали расслабленное лицо. Рома в полной панике крикнул на весь холл:

– Помогите кто-нибудь! Даша умирает!

Услышав крик Ромы, все ребята застыли в оцепенении, словно не могли сдвинуться с места, в ужасе глядя на безжизненное тело подруги. Рома на грани истерики снова позвал на помощь:

– Ну сделайте хоть что-нибудь! Она не дышит!

Со стороны кухни на крики Ромы выбежали Володя и Мария, на вторую лестницу вышел Павел. Дверь кабинета директора распахнулась, и на пороге появился Виктор. Он обвел взглядом холл, мгновенно оценив ситуацию, и быстро подошел к Даше. Приложив палец к ее шее, он проверил пульс. Сильно побледнев, Виктор тихо произнес:

– Она мертва…

В повисшей тишине его голос долетел до всех. Все в холле молча обвиняющими взглядами смотрели на Рому. На лице последнего проступил ужас, едва он понял, что присутствующие могут подумать о произошедшем. Он медленно отступил от Дашиной коляски.

Глава 22

Плата за ошибку

Рома лежал на кровати лицом в подушку. Когда он проснулся, то со стоном перевернулся на спину и сел. Он был сильно избит – на лице виднелись засохшие разводы крови, синяки, ссадины. Губы его были разбиты, один глаз слегка заплыл. Парень приподнял руку, чтобы потереть лоб, но, дотронувшись до ссадин, охнул от боли. Спустив ноги с кровати, он хмуро смотрел прямо перед собой, вспоминая события предыдущего дня.

Как только он осознал, что Даша умерла, он наконец оглянулся и только тогда заметил обвиняющие взгляды всех, кто находился в холле. Все без исключения – и взрослые, и его бывшие друзья – смотрели на него. Рома медленно отошел от Дашиного кресла, ощутив панический ужас. Внезапно Андрей сорвался с места и налетел на него, отталкивая его от Даши.

– Сволочь! – с ненавистью закричал Андрей, нанося удары Роме по лицу. – Это ты ее убил! Сволочь, гадина!

В три прыжка сбежавший с лестницы Максим сильным ударом повалил Рому на пол и принялся жестоко избивать его вместе с Андреем. Рома, не пытаясь сопротивляться, лишь закрыл руками голову.

– Максим! Прекрати! – в ужасе закричала Мария.

Володя, Павел и Виктор бросились к дерущимся. Володя и Павел скрутили Максима и оттащили его от Ромы, но Андрей продолжал бить Рому с такой неистовой агрессией, словно собирался убить его. Рома сделал попытку отползти от Андрея. Подоспевшие Виктор и Леша наконец схватили Андрея и оттащили его от Ромы.

– Это он убил Дашу! Он! – с ненавистью кричал Андрей, пытаясь вырваться.

Рома отполз к стене, тяжело дыша, и привалился к ней, вытирая кровь с разбитого лица.

– Андрей, прекрати! – потребовал Виктор. – Что ты такое говоришь?

– Вы ничего не знаете! – истерично крикнул Андрей. – Это из-за него Даша упала, он вытолкнул ее из окна! А потом подменил лекарство! Он убийца, он работает на Морозова!

– Это не я! Клянусь! – закричал в ответ Рома. – Чем хотите клянусь – это не я! Это Савельева! Женя Савельева!

Воспользовавшись тем, что все замерли, в шоке осмысливая услышанное, Андрей вырвался и снова кинулся на Рому, успев сильно ударить его, прежде чем к нему подоспели Виктор и Леша.

– Убийца! Сдохни, тварь! – в ярости крикнул Андрей, нанося Роме последний сильнейший удар.

Глаза Ромы закатились, он потерял сознание и очнулся только сейчас. Он с грустью вспоминал каждое мгновение этого нелепого избиения, каждое слово своих бывших друзей, каждый взгляд, с ненавистью брошенный в его сторону. Парень в полном отчаянии опустил голову, не ощущая больше никакого желания жить.

* * *

Виктор не смог сомкнуть глаза в ту ночь, он даже не ложился. Когда в его кабинет вошла Лариса, она увидела его стоящим у окна. На мгновение Виктор обернулся, и женщина отметила про себя, каким уставшим и подавленным он выглядит.

– Виктор, так нельзя, – тревожно сказала она, подходя к нему и обнимая его со спины. – Тебе надо хоть немного поспать.

– Не могу… – мрачно отозвался Виктор. – Все время думаю, что в любой момент мы можем потерять кого-то еще… – Он обернулся к Ларисе и с надеждой спросил: – Тебе удалось узнать, почему Даша… – он на секунду замолчал, не в силах озвучить случившееся, – что с ней случилось?

– Ей вкололи тот же препарат, что и в прошлый раз, но двойную дозу, – с грустью сообщила женщина. – Это вызвало паралич дыхательных путей. В тот раз я решила, что пузырек оказался в упаковке случайно. Но в повторную случайность я не верю. К тому же на шее есть след от укола.

– Андрей и Максим обвиняют в убийстве Рому, – мрачно сказал Виктор. – А Рома – Женю Савельеву. Но мне все это кажется полным бредом.

– Ты говорил с Ромой? – спросила Лариса, сочувственно глядя на Виктора.

– Андрей избил его до полусмерти, – покачав головой, ответил Виктор. – Мы отнесли его в изолятор. Я заходил к нему час назад, он еще спал. Я зайду попозже, поговорю с ним. Он последний, кто видел Дашу живой.

* * *

Когда в замке повернулся ключ, Рома сел, опустив ноги с кровати, и с надеждой посмотрел на дверь. Вошедший Виктор кивнул ему и остановился напротив, строго глядя ему в глаза.

– Извини, что держу тебя взаперти, – произнес Виктор, – но это для твоей же безопасности, – внимательно посмотрев на парня, он сказал: – Андрей и Максим уверены, что ты виноват в смерти Даши.

– Я же уже говорил. Это не я, – с отчаянной надеждой на то, что Виктор его поддержит, возразил Рома. – Это Савельева. Я сам видел! Я смотрел в бинокль… И увидел, что они дерутся – Женя и Даша. Женя замахнулась чем-то… Я не разглядел, что у нее в руке, сразу побежал… А когда добежал, Даша уже была одна… Она задыхалась. Хрипела так страшно… Я повез ее в школу… но не успел…

– Где это было? – недоверчиво спросил Виктор.

– На холме! – торопливо сказал парень. – Я следил оттуда… – Тут Рома осекся, поняв, что сказал лишнее и чуть не выдал Войтевича.

– Следил по приказу Морозова? – медленно сказал Виктор. – Значит, ты в самом деле – его агент? – Он замолчал, ожидая ответа от Ромы, но тот не знал, что сказать, и Виктор еще больше укрепился в своих подозрениях. – Это правда, что ты вытолкнул Дашу из окна?

– Да, – тихо ответил парень.

Виктор направился к двери с выражением глубочайшей боли и разочарования на лице. Рома вскочил, кидаясь вслед за ним.

– Да, я работал на Морозова, потому что он грозился убить меня… – лихорадочно стал оправдываться парень. – Но потом я перестал, и он заразил меня вирусом! А с Дашей тогда – это был несчастный случай! Я не хотел ее убивать…

– Я думаю, тебе лучше остаться здесь… – с трудом произнес Виктор. – Пока мы во всем не разберемся.

Он вышел из класса, заперев дверь на ключ. У Ромы вырвался стон, от отчаяния на глазах появились слезы. Даже Виктор ему не поверил, да и никто не верил. Рома понимал, что он сам виноват в таком отношении к себе, но всеобщее недоверие и презрение за чужое преступление – это было уже слишком.

* * *

В это время Лиза умывалась в душевой перед зеркалом, а Вика заканчивала чистить зубы. Вытирая лицо, Лиза задумчиво посмотрела на свое отражение, а затем повернулась к Вике.

– Вик, а вдруг Рома не врет, – неожиданно спросила она, – а вдруг это Женя убила Дашу?

– Она, конечно, гадина и клеилась к Андрею, но чтобы убить… – Вика задумалась и решительно сказала: – Я не верю, что Женя способна на такой шаг. А Рома пытался сделать это дважды.

– Но тогда он боялся разоблачения… – возразила Лиза. – Зачем ему это теперь?

– Рома работает на Морозова и сделает все, что тот прикажет, – твердо отрезала Вика. – Нет смысла разбираться зачем. Дашу этим не вернуть… – прислонившись к стене, она медленно призналась: – Это так странно… Даша умерла, а у меня ни слезинки не выкатилось. Внутри ничего – ни эмоций, ни чувств… одна пустота.

– Может, это защитная реакция? – предположила Лиза. – Знаешь, из-за шока не сразу чувствуешь боль… А вдруг мы просто привыкли к смерти? Поэтому относимся к ней как к чему-то… обыденному.

– Мы не зомби и не роботы. Мы люди, – твердо сказала Вика и с убеждением добавила: – Умерла моя лучшая подруга! Я просто не могу ничего не чувствовать.

Лиза молчала, не зная, что на это ответить. После смерти Даши она тоже не проронила ни слезинки, и это ее тревожило не меньше, чем Вику. Лиза молча вышла следом за Викой из душевой, и они направились в свою комнату.

* * *

Женя подходила к лестнице, когда ей навстречу спустился Виктор, решивший побеседовать с ней после признания Ромы.

– Женя, я как раз тебя искал. Мне надо с тобой поговорить, – остановил он Женю. – Это касается Даши. Я разговаривал с Ромой…

Женя сделала скорбное лицо, даже глаза ее увлажнились. Она смотрела на Виктора, вопросительно хлопая ресницами, а Виктор с трудом подбирал слова.

– Он по-прежнему настаивает, что видел тебя вчера в лесу, – медленно проговорил он. – Вы с Дашей о чем-то спорили… ты замахнулась на нее…

– Зачем он так со мной, Виктор Николаевич? – с видом обиженного ангела спросила Женя дрожащими губами. – Я никогда не смогла бы ударить Дашу… Ведь она инвалид! Мы дружили, я помогала ей… Зачем Рома наговаривает на меня?

– Тебя никто не обвиняет, – остановил ее Виктор, испытывая неловкость. – Но Даше ввели шприцем сильнодействующий препарат…

– Это потому что я помогаю Ларисе Андреевне? – спросила Женя, глядя на Виктора потрясенным взглядом. – Потому что я умею делать уколы? – Едва сдерживая рыдания, Женя призналась: – Рома врет! Я ему никогда не нравилась. И поэтому он решил свалить всю вину на меня. Но это низко!

– Женя, извини, не хотел тебя обидеть… – торопливо успокоил ее Виктор. – Но тем не менее, я не мог не спросить…

– Я понимаю… вы должны были проверить, – слабым голосом сказала Женя. – Я не сержусь на вас.

Виктор кивнул, ободряюще похлопал девушку по руке и пошел дальше. Едва он свернул в боковой коридор, слезы на лице Жени мгновенно высохли, она усмехнулась с легким презрением и пошла вверх по лестнице.

Мария тепло улыбнулась ей, спускаясь навстречу, затем поставила ведро на пол и окунула в него швабру. Начав мыть пол, она вдруг испуганно замерла, увидев на вымытой части пола капли крови.

Капли образовывали дорожку, ведущую к ведру. Мария с ужасом посмотрела на него. Подойдя к ведру, она заглянула в него и увидела, что оно полно крови. Женщина в панике попятилась назад и уперлась в кого-то спиной. Вскрикнув от ужаса, она обернулась – перед ней стоял удивленный Максим.

– Максим, там кровь! – в ужасе прошептала Мария, указывая рукой на пол.

– Где? – поменявшись в лице, спросил парень, обернувшись на чистый пол. – Тут ничего нет.

Женщина в шоке смотрела на абсолютно чистый пол, на нем действительно не было ни капли крови.

– Наверное, показалось, – с натянутой улыбкой произнесла она, потирая виски. – Пойду прилягу.

Улыбнувшись Максиму в попытке скрыть беспокойство, она взяла швабру и ведро и торопливо ушла. Максим напряженно посмотрел ей вслед. Вполне возможно, что от усталости Марии стало что-то мерещиться. Его матери стоило поберечь себя и отдыхать почаще.

* * *

Морозов и Фролов стояли на въезде в лагерь, нетерпеливо кого-то ожидая. Как только к ним подъехала машина, Морозов подскочил к ней и, открыв заднюю дверцу, подал руку. Из машины вышла Раубер.

– С приездом, Клавдия Владимировна, – подобострастно поприветствовал ее Морозов и кивком указал на лагерь военных. – Прошу. Нам туда.

– Ермолаев в сознании? – первым делом спросила Раубер.

– Да, – торопливо ответил Морозов. – Врач сказал – с ним можно разговаривать.

– Все разговоры окажутся напрасными, если мы не успеем добраться до объекта «Доминус» вовремя, – желчно заметил Фролов.

– Как далеко вы продвинулись? – спросила Раубер у Морозова, кинув на Фролова обеспокоенный взгляд.

– Значительно, – оптимистично ответил Морозов. – Теперь работа идет круглые сутки. Еще немного – и мы у цели.

– Надеюсь, – многозначительно произнесла Раубер. – Это в твоих интересах.

Ускорив шаг, она догнала чуть ушедшего вперед Фролова. Морозов озабоченно нахмурился и торопливо пошел за ними.

Когда они вошли в палатку, то увидели Ермолаева, все еще пристегнутого наручниками к кушетке. Вид у него был болезненный, чуть приподнявшись им навстречу, он снова обессиленно опустился на кушетку.

– Ну, здравствуй, Георгий Иванович, – с легкой усмешкой сказала Раубер. – Рада видеть тебя… живым и здоровым. – Она присела на стул, предусмотрительно поднесенный ей Морозовым, и спросила, согнав с лица улыбку: – Не сомневаюсь – у тебя были веские причины не включить объект вовремя.

– Я уже говорил – я потерял с ним связь… – устало объяснил Ермолаев.

– В школе знают про объект? – резко спросил его Фролов.

– Нет, – спокойно ответил Ермолаев. – Про «Доминус» я ничего не говорил.

– А про что говорил? – холодно спросила Раубер, сверля его взглядом.

– Их интересовала только вакцина, – ответил Ермолаев, пожав плечами. – Я сказал, что нужен аппарат для облучения, и обещал его собрать.

– Нехорошо, Георгий Иванович, давать людям ложные надежды, – с притворной укоризной произнесла Раубер и снова жестко спросила: – Они знают, кто ты такой?

– Нет, считают меня жертвой, – искренне ответил Ермолаев. – Думают – вы угрожали моей семье, и я был вынужден на вас работать.

– Хорошо придумано… – одобрительно кивнула Раубер. – Учитывая, что никакой семьи у тебя нет и никогда не было.

– Моя семья – это моя работа, – самозабвенно произнес Ермолаев.

– Так что с объектом? – вновь вернул всех к главной теме Фролов.

– Он в порядке, – успокаивающе сказал Ермолаев. – Но надо торопиться, времени осталось совсем мало.

– Мы почти добрались до нужного места, – поставила его в известность Раубер. – Что дальше? Где ключ к объекту?

– Я и есть ключ, – ответил Ермолаев, похлопав себя по груди в области сердца. – Чтобы включить «Доминус», мне надо быть рядом с пультом управления. Сенсор моего сердечного клапана должен синхронизироваться с датчиком пульта. Мне нужно находиться не дальше метра от объекта.

– Я ему не верю, – хмуро вставил в разговор свое слово Морозов.

– Придется поверить, – спокойно возразил Ермолаев, обведя всех взглядом. – Без меня вы ничего не сможете сделать.

Флейшер и Раубер с сомнением переглянулись, Морозов недовольно прищурился. Но Ермолаев смотрел на них простодушно, ему не за чем было лгать. Объект «Доминус» был делом всей его жизни, преданность ему Ермолаева была не просто фанатична – она граничила с безумием.

* * *

Павел и Володя бодро выкатили из-за поворота две тачки с камнями. Володя легко, не напрягаясь, сложил крупные камни вдоль стены. Подхватив очередной крупный камень, он с задором сказал:

– Приятно быть здоровым, черт возьми! Такой прилив сил!

– Я тоже как огурчик, – улыбнулся в ответ Павел. – Часов пять, наверное, вкалываем, и хоть бы что.

– Мне кажется, я гору могу свернуть, – воскликнул Володя, кидая очередной камень в тачку.

– Ну, гору не гору, а вот шею Морозову я бы прям щас свернул с большим удовольствием, – озлобленно признался Павел.

– Мы почти у цели, – дружески успокоил его Володя. – Еще немного, и мы будем на свободе, а дети – в безопасности. Тогда делай с Морозовым все, что хочешь. И я тебе в этом помогу.

Павел замолчал на мгновение, затем усмехнулся и кивнул, соглашаясь. Володя похлопал его по плечу. Вывалив полные тачки, они пошли назад к шахте лифта. Мужчины совсем не чувствовали усталости и работали над разбором завала не напрягаясь. Они и не понимали, что со стороны выглядят словно деревянные солдаты Урфина Джуса.

* * *

Денис зашел на кухню и торопливо направился к кладовке, где было полно вещей Галины, в надежде на то, что, кроме записки, его бабушка оставила ему еще какой-то знак. Лиля следовала за ним.

Бегло осмотрев полки, мальчик отодвинул коробки, задев при этом какую-то банку, Лиля успела подхватить ее на лету. Но тут Денис заметил на верхней полке коробку с крышкой, и, попытавшись ее подцепить, тоже уронил. Из коробки рассыпались старые фотографии.

Лиля вздохнула с упреком и стала складывать фотографии в коробку, но тут один снимок привлек ее внимание. Девочка дернула Дениса за рукав, удивленно проговорив:

– Смотри, какая фотка старая. Галина Васильевна тут совсем молодая.

Денис посмотрел на фотографию. На ней были запечатлены молодые Галина и еще какая-то женщина, стоящие на фоне вывески детского дома. Лиля нахмурилась, показывая на женщину.

– Кто это? Мне кажется, я где-то ее видела… – Она замолчала, пытаясь вспомнить. – Не могу вспомнить – где.

– Без понятия, – недоуменно ответил Денис. – Я ее точно не знаю. Я и бабушку-то первый раз год назад увидел.

– Вспомнила! – неожиданно воскликнула девочка. – Это баба Нина! Та женщина, которая помогала Тамаре Алексеевне ухаживать за Данилой! В доме на болоте! Узнаешь?

– Трудно сказать, тут молодая тетка, – неуверенно произнес Денис, еще раз посмотрев на фотографию. – А в доме она старая была. Думаешь, это она? – недоверчиво спросил он, посмотрев на Лилю.

– Уверена, – твердо сказала та. – У меня отличная память на лица.

В это время знахарка сидела на кровати рядом со спящей Галиной. В руках у бабы Нины была чашка с отваром. Она осторожно дотронулась до плеча Галины, та с трудом открыла глаза.

– Выпей отвар, – участливо посоветовала знахарка, – сразу легче станет.

– Ты отнесла записку? – с трудом спросила Галина.

– Да. Отдала почти что в руки, – ответила знахарка. – Найдет ее твой внучок, не волнуйся.

Галина приподнялась на кровати, и знахарка напоила ее отваром, промокая ей взмокший лоб платком. Галина, благодарно взглянув на нее, снова откинулась на подушку, вспоминая, как попала сюда.

Когда она спустилась в шестиугольную комнату, то взяла со стены фонарь и пошла вдоль стен, ошеломленно разглядывая знаки и символы. Вдруг в тишине комнаты раздался звук открывающейся двери, и Галина испуганно оглянулась, в шоке глядя на вошедшего.

– Кто вы? – требовательно спросила она. – Что вы тут делаете?

– Ты меня так и не узнала, Галя? – спросила знахарка, делая шаг навстречу из темноты лабиринта.

– Вы та женщина, которая помогала Тамаре? – вглядевшись в лицо знахарки, хмуро спросила Галина. – Как вас… баба Нина?

– Это сейчас я баба Нина… – с грустью ответила знахарка. – А когда-то ты звала меня просто Ниной. – Печально улыбнувшись, она спросила: – Неужели я так сильно изменилась? А я тебя сразу узнала. Когда ты за девочкой приходила, за Лилей.

– Нина? – потрясенно спросила Галина, вглядываясь в знакомые черты. – Не может быть. Ты же умерла!

Внезапно Галина сильно закашлялась, на губах ее выступила кровь, ноги подкосились, фонарь вывалился из ослабевших рук. Она с трудом различала лицо знахарки, которое вдруг стало расплываться и темнеть перед ее глазами.

– Галя! Галя, что с тобой? – донесся до нее, словно сквозь стену, голос, после чего наступила полная темнота.

* * *

Выйдя из кладовки, Денис с Лилей сели за стол на кухне. Оба они были озадаченны – ведь когда Галина забирала их из дома Тамары, она ничем не выдала своего знакомства с бабой Ниной.

– Денис, а вдруг Галина Васильевна сейчас у нее? – задумчиво сказала Лиля, вертя в руках фотографию молодой знахарки.

– Не, вряд ли, – с сомнением ответил мальчик. – Дом за оцеплением. Как бабушка прошла мимо военных?

– А ей и не надо было мимо них проходить, – осенило Лилю. – Галина Васильевна могла пройти под землей!

– Через коридоры старой каменоломни? – загорелся Денис, уловив идею подруги.

– Да! – подтвердила та. – Мы же с тобой только один нашли… А там могут быть и другие, которые ведут за оцепление.

– Точняк! Надо проверить, – оживился мальчик. – Подождем, когда никого не будет.

Лиля согласно кивнула, и Денис засиял в предвкушении приключения. Теперь и он с интересом всматривался в старую фотографию. Так вот почему его бабушка всегда была такой строгой и неприступной – она просто настоящая партизанка, хранящая сверхсекретную информацию. Денис взбудораженно заерзал на стуле, строя всевозможные предположения.

* * *

В это время Вика с Лизой вернулись в свою комнату. Они выглядели потерянными и отрешенными.

– Состояние хуже некуда, – подавленно сказал Лиза. – Весь день как будто в коматозе каком-то.

– У меня тоже голова раскалывается, – согласилась Вика, потирая виски. – Может, это вакцина на нас так действует?

– Дать тебе что-нибудь от головной боли? – участливо спросила Лиза.

Вика кивнула, и Лиза, подойдя к шкафу, потянулась к небольшой коробочке-аптечке, но внезапно заметила веб-камеру, спрятанную за листьями цветка, и ойкнула.

– Вика! Мы не сказали Виктору про Ларису! – воскликнула она.

– Точно, – напряженно произнесла Вика. – Я напрочь забыла…

– Где флешка, у Макса? – торопливо спросила Лиза, слезая со стула.

– Вот она, – с облегчением проговорила Вика, достав флешку из кармана блузки. – Пойдем скорее!

Девочки быстро вышли из комнаты и направились в кабинет Виктора. Войдя, они объяснили ему, что случилось, и показали запись. Слушая их, Виктор мрачно смотрел на монитор, наблюдая, как в комнату девочек входит Лариса.

– Она нашла диск? – наконец спросил Виктор.

– Нет, – успокоила его Вика. – Мы хорошо его спрятали.

– Неужели Лариса Андреевна заодно с немцами? – недоверчиво спросила его мнение Лиза.

– Ты же сама видишь, – сквозь зубы ответил Виктор.

– Зачем тогда она сделала нам вакцину? – недоуменно спросила Вика.

– Это мы сейчас и выясним, – твердо заявил мужчина.

Он встал и решительно вышел из комнаты. Вика и Лиза взволнованно переглянулись, закрывая крышку ноутбука.

Быстро спускаясь в холл по лестнице, Виктор озирался в поисках Ларисы. Заметив стоящего возле кабинета директора Морозова, Виктор скривился от ярости. Ускорив шаг, он подошел к Морозову и с размаху ударил его кулаком в лицо. Морозов, не удержавшись на ногах, отлетел к стене. Все дети в холле с интересом наблюдали за происходящим.

– Плохой пример для детей, – вытирая кровь с губ, со злым сарказмом заметил Морозов. – Забыл, с кем имеешь дело?

– Как ты смеешь втягивать в свои грязные дела детей?! – с яростью спросил Виктор, вновь надвигаясь на Морозова.

– Ты о ком, о Павленко? – презрительно спросил Морозов. – Люди в своей массе одинаковы. Думают только о себе и любого готовы продать за ампулу антидота.

– Из-за тебя погибла Даша, – сжимая кулаки, грозно сказал Виктор. – Это ты виноват в ее смерти!

На лице Морозова отразилось изумление, но он не успел ответить – на верху лестницы показалась перепуганная Тася. Она увидела Виктора и в отчаянии закричала:

– Виктор Николаевич! Алиса умерла! Она совсем не шевелится!

Виктор поменялся в лице и взбежал по лестнице, Тася бросилась за ним. Морозов хмуро посмотрел им вслед, потирая ушибленную челюсть. Заметив Сашу, одноклассника Дениса, среди других учеников, застывших в холле, Морозов подозвал его жестом. Саша с боязнью подошел.

– Не трясись, – раздраженно скривился Морозов и потребовал: – Быстро рассказывай, что тут у вас творится?

– Павленко вчера убил Старкову, – испуганно выдал Саша. – А Авдеев и Морозов убили Павленко. Ну, почти убили… Он в изоляторе лежит…

Морозов изумленно поднял брови и быстро пошел в сторону учебного коридора. Когда он ворвался в изолятор, Рома, засунув руки в карманы, стоял у окна, мрачно глядя на улицу.

– Что, вошел во вкус? – язвительно спросил Морозов, придвигаясь к Роме.

– О чем вы? – нервно спросил тот.

– О тебе, кретин! И о твоей теперь уже мертвой подружке. Какого черта ты это сделал? Я тебя предупреждал – больше никакой самодеятельности, – угрожающе напомнил он, подходя к парню вплотную.

– Это не я, – запротестовал Рома. – Это Женя Савельева. Я сам видел. Она что-то вколола Даше…

– Зачем ей убивать Старкову? – недоуменно спросил Морозов.

– Не знаю, – подавленно ответил парень. – Но это правда. Это она убила ее.

Морозов молча, тяжелым взглядом смотрел на Рому, затем повернулся и так же молча вышел из изолятора. Рома немного растерянно посмотрел ему вслед. Ему не показалось, что Морозов был слишком удивлен новостью про Женю – в отличие от остальных он довольно легко воспринял эту информацию.

* * *

В эти секунды взволнованные Тася и Виктор вбежали в комнату и увидели, что Алиса уже пришла в себя. Она сидела на кровати очень бледная. Сидящая рядом с ней Полина, держа ее запястье, проверяла пульс.

– Она потеряла сознание, – спокойно объяснила Виктору Полина, укладывая Алису на кровать и укрывая ее одеялом.

Вдруг Алиса закашлялась, прикрыв рот ладонью. Убрав руку, она увидела на своей ладошке следы крови. Девочка испуганно посмотрела на Виктора.

– Не понимаю… – шокированно произнес Виктор, не сводя глаз с крови на ладошке Алисы. – Алиса что, не выпила вакцину?

– Выпила, – без эмоций ответила Полина. – Но она не помогла. И не только Алисе. Я проверила кровь зараженных детей. У всех отсутствуют антитела.

– Что это значит? – спросил Виктор.

– Возможно, Лариса Андреевна где-то ошиблась, – спокойно ответила Полина.

– Ошиблась? – с горькой усмешкой переспросил Виктор. – Я думаю, это слово тут не подходит. Она сделала это намеренно, – он с надеждой посмотрел на Полину и решительно спросил: – Полина, ты сможешь создать вакцину еще раз? По той формуле, которую нашли ребята?

– Нет. У Игорька и так взяли слишком много крови, – пристально глядя Виктору в глаза неподвижным взглядом, ответила девушка. – Надо ждать, пока объем восстановится.

– Сколько ждать? – осторожно спросил Виктор.

– Несколько месяцев, – равнодушно ответила Полина. – Если взять кровь сейчас – мальчик может умереть.

Виктор, поменявшись в лице, потрясенно молчал, переведя взгляд на Алису. Тася подала ей платок, и Алиса вытерла рот, продолжая покашливать. Все разом рухнуло в душе у Виктора. Он доверился Ларисе, а она все это время использовала его, работая на Морозова. Виктор думал об этом, потрясенно вспоминая все жесты Ларисы, все ее взгляды, прежде казавшиеся ему наполненными нежностью и любовью.

* * *

Морозов сидел за столом в своем кабинете. Он задумчиво пил кофе, когда в кабинет заглянула Женя. Морозов жестом пригласил ее войти.

– Ну, рассказывай… – дружелюбно сказал он.

– О чем? – невинно спросила девушка.

– Кто разрешил тебе сводить личные счеты? – с холодной яростью спросил Морозов. – Забыла, зачем ты здесь?

– Мне надо было подружиться с вашим сыном и остальными… – спокойно ответила Женя.

– Вот именно, – жестко сказал Морозов. – И держать меня в курсе их идиотского расследования. Но что-то я не припомню, чтобы говорил тебе убить Старкову.

– Она мне мешала, – заявила девушка.

– Я дал тебе лекарство, чтобы убирать тех, кто мешает мне, а не тебе, – напомнил Морозов.

– Она бы все равно умерла – вместе с остальными, – упрямо стояла на своем Женя. – Подумаешь – на пару дней раньше. Она инвалидка! А вы всегда говорите – слабые должны умереть!

– Ну вот что, красавица, слишком ты зарвалась, – удивленный цинизмом Жени, произнес Морозов, сверля ее холодным взглядом. – Не заставляй меня пожалеть о нашем соглашении.

Не заметив на лице девушки ни капли сожаления в содеянном, Морозов вспомнил, как он увидел ее в первый раз. Тогда двое агентов лаборатории втолкнули Женю в комнату. Она выглядела смертельно испуганной.

– Тебя не учили, что брать чужое – нехорошо? – усмехнувшись, спросил тогда Морозов, глядя на Женю изучающим взглядом.

– Простите меня… – чуть не плача, попросила она. – Я не хотела… Это случайно вышло…

– Конечно, случайно, – насмешливо согласился Морозов. – Кто в здравом уме захочет взять кольцо за сто тысяч евро? Жаль, что из-за этой твоей выходки твоего парня теперь убьют… – сообщил он словно невзначай, при этом внимательно следя за ее реакцией.

– Он сам виноват, что взял меня с собой, – со свойственным ей цинизмом заявила тогда Женя. – Я бы на его месте такую глупость не сделала…

– Хочешь работать на меня? – недобро прищурившись, предложил Морозов.

– А что мне надо будет делать? – согласно закивав, спросила девушка.

– Учиться в школе, – с усмешкой произнес Морозов. – И учиться очень хорошо.

Женя тогда изумленно посмотрела на него, он отметил ее взгляд и был им доволен, но сейчас, поняв, что девушка может вполне самостоятельно принимать лишь ей выгодные решения, он вынужден был предупредить:

– Значит, так. Свою личную жизнь будешь устраивать в другом месте. Здесь мне лишних проблем не нужно. Поняла?

– Да, – нехотя ответила Женя.

– Имей в виду – больше никто с тобой цацкаться не станет, – возмущенный ее реакцией, с ледяной холодностью пригрозил Морозов. – Сделаешь еще глупость – встретишься со Старковой раньше, чем собиралась.

– Я все поняла, Петр Алексеевич, – послушно кивнула девушка.

– Вот и умничка, – вновь дружелюбно сказал Морозов, довольно откидываясь на спинку кресла. – А теперь раскрой ушки пошире. Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала… – Он усмехнулся и предупредил: – И желательно, не оставив за собой гору трупов.

Поняв, что прощена, Женя чуть улыбнулась, внимательно глядя на Морозова в ожидании указаний и совершенно не чувствуя раскаяния в содеянном.

* * *

Ребята нашли Андрея в шестиугольной комнате. Они всю школу обыскали в поисках его, последняя надежда была на тайную комнату графа Щербатова. Когда друзья спустились, они увидели сидящего на полу парня, лицо его было залито слезами, он в отчаянии обхватил голову руками, желая закрыться в своем горе от всего и от всех.

– Я же говорил, он здесь, – сказал Максим.

Подойдя к Андрею, он присел рядом и сочувственно обнял друга за плечо. Тот поднял на него покрасневшие от слез глаза и с болью произнес:

– Вчера мы с Дашей хотели спуститься сюда… вдвоем… – Он увидел, как Максим понимающе кивнул, и со страданием в голосе продолжил: – Я сказал, что выполню любое ее желание… Еще сказал, что мы будем жить долго и счастливо… – в отчаянии, повысив голос, он горестно выкрикнул: – А теперь ее нет!

Андрей встал, обводя всех полным горя взглядом. Все молча смотрели на него со спокойным сочувствием в глазах. Не дождавшись от них реакции, парень сорвался на крик:

– Вы что, не понимаете? Даши больше нет! Этот гад убил ее. Все! Она мертва. Понимаете или нет? Мертва!

Слова Андрея словно вывели всех из оцепенения, в котором ребята находились весь день. Подбородок Вики задрожал, по щекам побежали слезы. Лиза тоже не выдержала и заплакала. Максим, еле сдерживая слезы, обнял Андрея, и тот зарыдал у него на плече.

– Я любил ее… И не смог защитить… – сквозь слезы сказал он и застонал от боли и бессилия.

По щеке Максима поползла слеза, он быстро вытер ее кулаком. Друзей только теперь накрыло настоящим горем. Они все вместе обнялись, сплоченные несчастьем. Леша с грустью и сочувствием смотрел на них.

* * *

Стояла уже ночь, когда в кабинет Морозова без стука вошел Раевский и остановился напротив Петра с вызывающим видом. Морозов в это время печатал на ноутбуке. Кинув на Раевского спокойный взгляд, он молча продолжил печатать.

– Что стоишь? – наконец спросил Морозов. – Давай сюда жесткий диск.

– У меня его нет, – с вызовом ответил майор.

– Да? – Морозов оторвался от ноутбука и с интересом посмотрел на Раевского. – И где же он?

– Не знаю. Тебе надо – ты и ищи, – развязно ответил майор.

– Зачем тогда пришел? – осторожно спросил Морозов, наблюдая за нагловатым поведением Раевского.

– Послать тебя куда подальше. Как ты и просил, – твердо ответил Раевский. – Я выхожу из игры.

– Да ну? – с еще большим интересом протянул Морозов. – Неужели нашел вакцину?

– Ее сделала Лариса, – торжествующе ответил Раевский. – Тебе больше нечем шантажировать ни меня, ни всех остальных в этой школе.

– Не хочу заранее тебя огорчать, но… – с притворным сожалением произнес Морозов, довольно откидываясь на спинку кресла и наслаждаясь спектаклем. – Вас ждет небольшое разочарование.

Внезапно Раевский закашлялся и, вытерев рот ладонью, с ужасом заметил на ней кровь. Морозов злорадно улыбнулся.

– А вот и первый звоночек, – недобро прищурился он и ядовито предупредил: – Запомни одну вещь, майор. Выйти из игры можно только одним способом – вперед ногами.

Раевский оторвал тяжелый взгляд от своей ладони и перевел его на Морозова, понимая, что попал в западню. Он молча вышел из кабинета, чувствуя острый взгляд Петра, словно крюк, впившийся ему в спину.

* * *

В это время Рома сидел на кровати, обхватив руками голову. Пора было ложиться спать, но ему было не до сна. В двери щелкнул замок, и парень поднял голову. Дверь открылась, и в изолятор вошла Женя, не сдерживающая насмешливую улыбку.

– Сижу за решеткой, в темнице сырой… – со значением продекламировала она, приближаясь к Роме.

– Ну, ты и гадина… – с ненавистью сказал парень. – Ничего, ты еще ответишь за смерть Даши, я обещаю.

– Очнись, Павленко! Моя кандидатура не катит на роль убийцы, – цинично заявила Женя. – То ли дело ты! – Она сложила ладони лодочкой, словно держа в руках газету, и пробежалась по ним глазами, изображая чтение заголовков статьи: – «Третья попытка стала роковой!», «Предатель довел дело до конца!».

– Я буду кричать о том, что ты убийца, пока мне не поверят все! – убежденно сказал Рома. – Я найду доказательства!

– Нет, Ромочка. Ты будешь помалкивать в тряпочку и никуда не совать свой любопытный нос, – насмешливо произнесла Женя, покачав головой. – Иначе Петр Алексеевич очень, очень рассердится.

– Петр Алексеевич? – озадаченно спросил Рома, начиная понимать. – Ты что, работаешь на него?

– Как и ты, – пожала плечами Женя и подчеркнула: – По-моему, разумное решение, если хочешь жить.

Она мило улыбнулась напоследок и ушла, оставив дверь приоткрытой, давая понять, что Рома теперь свободен от заключения. Рома с ненавистью смотрел ей вслед. Если бы он догадался о ее работе на Морозова раньше – Даша сейчас была бы жива. Но Женя еще ответит за свое преступление, теперь парень был намерен не спускать с нее глаз.

* * *

Леша стоял в нише за диваном, придерживая панель и следя, чтобы никто не увидел выходящих из шестиугольной комнаты ребят. Те выходили по одному, у всех были заплаканные глаза и расстроенные лица. Андрей выглядел совершенно измученным. Леша задвинул панель, и все вместе они пошли вверх по лестнице, собираясь разойтись по своим комнатам. Навстречу им спускался Марченко.

– А че, все уже кончилось? – недоуменно спросил он.

– Если ты про ужин, то уже час назад, – ответил Максим. – Посиди до утра на диете.

– Твой отец сходняк в библиотеке объявил, – сообщил Марченко. – Не слышали, что ли?

Он быстро ушел по коридору в сторону холла. Ребята переглянулись, и Максим злобно улыбнулся.

– Похоже, папочка думает, что он тут по-прежнему рулит? Его ждет сюрприз, – и он уверенно стал подниматься дальше по ступеням.

– Макс, он все еще может доставить нам много неприятностей, – остановила его Вика. – Не забывай, военные на его стороне.

– Вы как хотите, а я не пойду, – резко заявил Андрей. – Не могу видеть его рожу, – и он быстро ушел вверх по лестнице.

Ребята проводили его задумчивыми взглядами и с явной неохотой пошли в библиотеку. Там уже все собрались и стояли группами, с тревожным ожиданием на лицах.

Наконец вошел Морозов с чемоданчиком в руке. Шепот в помещении прекратился, все напряженно ждали, что он объявит на этот раз. Морозов встал перед собравшимися и положил чемоданчик на стол.

– Для начала: те, кто думает, что здоровы благодаря самопальной вакцине, могут быть свободны, – он сделал значительную паузу, давая возможность собравшимся осознать его слова, и закончил: – Остальным рекомендую остаться.

Все испуганно переглядывались, раздались сдержанные голоса: «Он все знает», «Вакцина не сработала»… Елена в панике посмотрела на Павла, тот стоял мрачный – его худшие опасения подтвердились. Виктор был подавлен – теперь он окончательно убедился в предательстве Ларисы. Ребята застыли в шоке. Никто не вышел из библиотеки, и Морозов, выдержав паузу, усмехнулся.

– Я так и думал, – заявил он и продолжил официальным тоном: – Что ж… к делу. Дорогие друзья! С сегодняшнего дня в школе новые правила. Теперь я лично буду выдавать ампулы с антидотом каждому зараженному. И вы будете принимать их в моем присутствии. – Морозов оглядел всех с довольным видом и, открыв чемоданчик, достал ампулу, издевательски заявив: – Начнем с наиболее ценных членов нашего экипажа. Виктор Николаевич.

Он с ожиданием посмотрел на Виктора, вертя ампулу в руках. Все тоже перевели на Виктора взгляды, потому что тот не тронулся с места.

– Сомневаетесь? Понимаю, – с иронией произнес Морозов. – Зачем жить в мире, где нет места возвышенным идеалам…

Виктор с ненавистью смотрел на Морозова, еле сдерживаясь, чтобы вновь на него не наброситься.

– Это окончательное решение? – многозначительно спросил Петр.

Поняв, что у него нет выхода, Виктор сделал глубокий вдох, подошел к Морозову, забрал ампулу и выпил ее.

– Вот и славно, – довольно сказал Морозов, достав вторую ампулу. – Елена Сергеевна.

Так все по очереди, вызываемые по списку, принимали ампулы и, кто с ненавистью, кто и испугом глядя на Морозова, выпивали лекарство под его насмешливым взглядом. Наконец очередь дошла до последнего – им оказался Митя Воронцов. Не дожидаясь приглашения, грустный Митя сделал шаг к Морозову, протягивая руку.

– Ой! Кажется, кому-то не хватило, – изобразив удивление, сказал Мите Морозов. – Ну, ладно, глядишь, в другой раз повезет, – он закрыл чемоданчик и обратился ко всем: – На сегодня все. Благодарю за внимание.

Митя растерянно переглянулся с Алисой. Морозов пошел к выходу, а Виктор бросился ему наперерез.

– У тебя же есть лекарство, – возмущенно сказал он, – зачем ты комедию ломаешь?

– Я предупреждал – начнете за моей спиной ваши партизанские игрища, дети останутся без лекарства, – жестко отрезал Морозов. – Младший Воронцов – это тебе за вакцину.

Отодвинув опешившего Виктора в сторону, он вышел из библиотеки. Все присутствующие в полном шоке переглянулись. Виктор беспокойно посмотрел на Митю, тот стоял растерянный, еще не понимая, что случилось.

Взрослые отправились в комнату Виктора. Он резко распахнул дверь, входя первым, остальные мрачно вошли следом за ним.

– Митя пострадал из-за нас, – виновато сказал Виктор. – Мы не можем позволить оставить его без лекарства.

– Почему не сработала вакцина? – взволнованно спросил Володя. – Лариса где-то ошиблась?

– Она как раз все сделала правильно, – хмуро ответил Виктор. – Просто у нее была другая задача, – отвечая на удивленные взгляды присутствующих, Виктор заявил: – В планы Ларисы Андреевны не входило наше излечение.

– Хотите сказать – она работает на «INGRID»? – догадался Володя.

– А что в этом плохого? – изображая удивление, спросил Раевский. – Она давно там работает. Они ее сюда и прислали.

– «INGRID» стоит за всем, что здесь творится, – объяснил ему Виктор. – Вирус, которым мы заражены, – их работа.

– Не может быть! – делано изумленно воскликнул Раевский.

– Майор, а ты откуда знаешь про Ларису? – с подозрением спросил Павел.

– Она – моя жена, – спокойно, как само собой разумеющееся, ответил Раевский.

Все в шоке переглянулись, Виктор помрачнел еще больше – эта новость его добила.

* * *

Ребята, взвинченные после собрания в библиотеке, один за другим вошли в комнату девочек. Они хмуро переглядывались, рассаживаясь по кроватям, один лишь Леша выглядел недоуменным.

– Уверен, Морозов просто блефует, – наконец высказался он, но ребята промолчали ему в ответ, тогда Леша обеспокоенно спросил: – Хотите сказать, он спокойно даст умереть ребенку?

– Почему спокойно? С радостью, – ответил ему Максим. – Мы у него вроде марионеток… Дергает за ниточки и радуется… – он скривился и добавил: – Карабас-Барабас…

Леша растерянно молчал, не зная, что думать об этом. И вдруг в тишине комнаты раздался тихий Лизин смех. Все удивленно оглянулись на нее.

– Представьте Морозова с бородой до пупа, – смеясь, объяснила девушка. – И рядом Рома – Дуремар.

Вика фыркнула. И вдруг, встретившись взглядом с Лизой, не выдержала и тоже начала смеяться.

– Макс, а ты тогда кто? – спросила Вика сквозь смех. – Буратино?

– Папа Карло, – весело откликнулся Максим, поддержав игру. – Пашу в подземелье по двенадцать часов.

– Не, ты точно Буратино! – возразила Лиза. – Суешь свой нос куда не надо и бесишь Карабаса-Барабаса.

Все начали истерично хохотать.

– А я кто? – едва сдерживая смех, спросил Леша. – Артемон?

Все рассмеялись еще громче. Вика потрепала Лешу по волосам и сквозь приступ неудержимого смеха согласилась:

– Один в один! Только кудряшек не хватает…

– А Андрюха у нас вылитый Пьеро! – смеясь вместе со всеми, заявил Максим. – Льет слезы по своей Мальвине…

Внезапно Максим осекся, и все остальные тоже замолчали – до них наконец дошла дикость ситуации.

– Слушайте, что с нами происходит? – нервно спросила у всех Вика. – Даша умерла, Митя тоже скоро умрет, а мы смеемся как ненормальные!

– Мы все ведем себя одинаково странно, неадекватно, – начала понимать Лиза. – Как будто кто-то на самом деле управляет нами. И воздействует на наше подсознание.

– Откуда ты про это знаешь? – с подозрением спросил Максим.

Все напряженно посмотрели на нее, и тогда Лиза достала из тумбочки тетрадь.

– Мы проходили это на занятиях биологического клуба… – призналась она и, пролистывая тетрадь, рассказала ребятам: – Вадим Юрьевич назвал эту программу «Неуроспастон» – «Марионетка». Это технология управления сознанием людей.

Максим подсел к Лизе, разглядывая записи в тетради. Уголки страниц в ней были обрезаны по типу телефонной книги, на каждом уголке была написана буква, отсылающая к теме занятия по его начальной букве. Все вместе вертикально они образовывали слово «INRID».

– «Объект испытывает невероятный прилив сил, чувствительность притупляется, реакция на эмоциональные раздражители непредсказуема…» – вслух зачитала Лиза из тетради.

– У меня с реакцией все в порядке, – возразил Максим, – папаша как бесил, так и бесит.

– Нет, Макс, это другое, – остановила его Вика. – Похоже на действие допинга или наркотика.

– Зачем Морозову давать нам допинг? – с сомнением спросил Леша.

– Не знаю, – призналась Лиза. – Зато понятно, почему мы ничего не чувствуем… и почему смеемся до истерики, когда нужно плакать.

– Интересные у вас были занятия, – признал Леша.

– Ну… Мы изучали скрытые возможности человека, – замялась Лиза. – Там и другие программы были… «Имморталитас» – бессмертие личности… – зачитала Лиза из тетради. – «Идолон» – общение с умершими… «Рекрео» – способность к регенерации… «Дивинус» – умение видеть прошлое или будущее…

– Ну-ка, дай посмотреть… – напряженно попросил Максим и взял тетрадь из рук Лизы. Пробежавшись взглядом по буквам на уголках, он нахмурился и сказал: – Тут еще одной программы не хватает, – сделав паузу, он уверенно сообщил: – «Гемини». И сразу все становится на свои места.

Взяв ручку, Максим вписал после «N» букву «G», теперь вертикальная надпись стала узнаваемой для всех – это было слово «INGRID».

– Это программы, по которым работает «INGRID», – мрачно догадался Максим. – И одна из них действует сейчас на нас.

Все потрясенно смотрели на вертикальную надпись на уголках тетради, понимая, что они в этой школе для нацистов что-то вроде подопытных кроликов. И опыты эти не ограничивались одним лишь смертельным вирусом. Нацисты манипулировали подсознанием школьников.

Глава 23

Марионетки

Ранним утром в пустой жилой коридор Мария вкатила тележку с моющими средствами, открыла ближайшую дверь, собираясь войти в комнату, как вдруг заметила Максима, выходящего из душевой.

Парень, не увидев Марию, пошел в противоположную сторону. Столкнувшись с двумя старшеклассниками, он дружески пошутил, и те засмеялись в ответ, после чего направились в душевую.

– Максим… – окликнула его Мария и быстро догнала, оставив тележку.

Максим обернулся, и Мария потрясенно замерла: Максим был болезненно бледен, из уголка его рта бежала струйка крови.

– Мам, ты что? – шутливо спросил он, глядя на застывшее в ужасе лицо Марии. – Я так плохо выгляжу?

– Максим, у тебя кровь, – взволнованно произнесла Мария и попыталась вытереть кровь с его губ. – Морозов не дал тебе лекарство?

– Мам, я в порядке! – с беспокойством сказал Максим, чуть отстраняя Марию. – Да что с тобой?

Женщина смотрела на сына, опешив. Только теперь она увидела, что с ним действительно все в порядке – на его лице не было ни крови, ни других признаков болезни.

– Тебе плохо? – с беспокойством спросил Максим, вглядываясь в ее лицо, на котором застыли страх и растерянность.

Мария ничего не ответила – да она и не знала, что сказать сыну. С одной стороны, она не чувствовала себя дурно, вроде бы все было хорошо. С другой – это был уже не первый случай, когда ей мерещились странные вещи. И галлюцинации становились все чаще. Мария торопливо ушла, чувствуя на себе пристальный взгляд Максима.

* * *

В это время ребята уже спустились в холл, направляясь на завтрак. Погруженный в свои грустные мысли, Андрей не замечал ничего вокруг. Мимо него с визгом и улюлюканьем пронеслись двое детей, при этом едва не сбив его с ног. Андрей даже не успел ничего сказать. Следом за ними мимо ребят прошли двое старшеклассников, хохоча во весь голос. Вика, Лиза, Андрей и Леша проводили их удивленными взглядами – все вокруг вели себя странно, слишком возбужденно.

Навстречу друзьям попалась Лера с ярко накрашенными глазами и губами. Она кокетливо подмигнула Леше, так что тот даже несколько растерялся от такого внимания. Вика с Лизой удивленно переглянулись – они впервые видели Леру такой вульгарно накрашенной и развязной.

– А что, сегодня праздник какой-то? – с интересом спросил Леша у Леры.

– Почему? Просто хорошее настроение, – ответила она, очаровательно ему улыбнувшись.

В этот момент из библиотеки с шумом вышли Харитонов, Марченко, Раевский и еще двое старшеклассников. Все они были грязные, в пыли, поскольку только что закончили работу в подземелье.

– Ты как насчет в футбол погонять? – бодро спросил Слава у Марченко.

– Гениально, – согласился Марченко. – Только в душ смотаюсь.

– Ребят, какой футбол? – удивленно спросил Раевский. – Вы двенадцать часов завал разбирали. Шли бы отдыхать.

– А мы не устали, – с энтузиазмом ответил Слава.

Старшеклассники мигом взбежали по лестнице, Раевский пожал плечами и устало ушел в сторону коридора.

– Они тоже под воздействием программы, – догадалась Лиза. – Помните, мы вчера читали: «…Объект испытывает невероятный подъем духа и прилив сил, работоспособность и выносливость увеличиваются многократно». – Лиза окинула друзей взволнованным взглядом и объяснила свою мысль: – Программа действует не только на нас, а на всю школу.

Ребята напряженно переглянулись – такое им вчера в голову не пришло. Они-то были уверены, что эксперимент проводится только над ними. Теперь их и в самом деле ошеломил масштаб, с которым нацисты развернули свои действия.

* * *

Лариса стояла у зеркала в своей комнате, убирая волосы в хвост. Она пребывала в приподнятом настроении и улыбалась своим мыслям. В дверь постучали, в комнату заглянул Виктор. Захлопнув дверь, он мрачно посмотрел на женщину. Та почувствовала его напряженность и, перестав улыбаться, с беспокойством спросила:

– Что-то случилось?

– Где ты вчера была? – пристально глядя на нее, осведомился Виктор.

– Мне кажется, я не должна тебе отчитываться… – холодно ответила Лариса, задетая его тоном.

– А кому должна? – жестко спросил Виктор. – Полковнику Фролову или кому ты там в «INGRID» подчиняешься?

– При чем тут «INGRID»? – растерялась женщина.

– Я знаю, что ты на них работаешь, – обвиняющее заявил Виктор. – Девочки установили камеру и видели, как ты обыскивала их комнату.

– Виктор, послушай… – попыталась объяснить Лариса.

– Я не хочу ничего слушать! – отрезал он и с горечью произнес: – Надо признать, у тебя неплохо получилось всех нас одурачить. Этот трюк с поддельной вакциной…

– О чем ты говоришь? – с беспокойством спросила Лариса. – Что-то не так с вакциной?

– Ты прекрасно знаешь, что с ней не так. Из-за тебя мы все могли умереть! – яростно заявил Виктор. – А Митя уже сейчас умирает! Ты даже хуже Морозова, – с презрением добавил он. – Тот, по крайней мере, не скрывает, кто он на самом деле.

Женщина от возмущения и обиды не нашлась что ответить. Виктор резко развернулся и вышел, сильно хлопнув дверью. Лариса вздрогнула, в растерянности глядя ему вслед.

* * *

Озадаченные Вика, Лиза, Андрей и Леша вернулись после столовой в комнату старших мальчиков, разговаривая на ходу.

– Полная школа марионеток! – изумленно сказала Вика. – Зачем Морозову это нужно?

– Чтобы мы копали в подземелье, как заведенные, – догадался Андрей, нахмурившись.

– Точно, – поддержал его Леша. – Раньше с ног валились после восьми часов, а теперь пашем по двенадцать, и хоть бы хны.

В этот момент в комнату быстро зашел Максим. Видно было, что он сильно обеспокоен, все движения его были нервные, дерганые.

– С мамой что-то не так, – взволнованно поделился он со всеми. – Ей второй день что-то мерещится – кругом лужи крови, а я подыхаю от вируса.

– У нее начались галлюцинации… – напряженно сделала вывод Лиза.

– Это из-за той фигни, разъедающей наш мозг? – уточнил Максим.

– Да, – подтвердила девушка и напряженно перечислила симптомы: – Сначала галлюцинации, потом человек начинает бредить, потом… – она осеклась и замолчала, испуганно глядя на Максима.

– Что потом? – нервно спросил парень, заметив, что Лиза замялась. – Да говори же – что?

– Мозг не выдерживает… – нехотя ответила девушка, – и человек сходит с ума.

Максим в ярости ударил кулаком в дверцу шкафа и бросился к двери, но Андрей успел его перехватить, догадавшись, что первым делом Максим рванет выяснять отношения с отцом.

– Надо узнать, как работает эта программа, – торопливо сказала Вика. – Это не вода и не воздух. Помните – в графском подземелье воздействие прекратилось. Там эта штука на нас не действует.

– Значит, это волновое излучение, – осенило Лизу. – Импульсное воздействие на мозг. Скорей всего, где-то рядом установили генератор.

– А почему излучение не работает в комнате Щербатова? – с сомнением спросил Максим.

– Наверное, там сильное магнитное поле, – предположила Лиза. – Вадим Юрьевич говорил, что даже магнитный браслет снижает воздействие.

– Значит, Машу надо срочно отвести туда, – решительно обратился Андрей к Максиму. – Мы найдем этот генератор. – Он обернулся к Лизе и спросил: – Какой радиус его действия?

– Небольшой, – припомнила Лиза информацию из лекции Уварова. – Наверняка он где-то здесь, в школе.

– У меня есть идея, – неожиданно сказала Вика и обратилась к Максиму и Андрею: – Отведите Машу вниз.

Ребята с готовностью пошли к выходу, целиком доверяя Вике. А Леша с Лизой пошли вместе с ней, чтобы оказать ей помощь, хотя они еще и сами не знали, в чем она может состоять.

Вика привела их в кабинет физики. Леша огляделся, будучи первый раз в этом классе: на стенах висели портреты выдающихся ученых: Эйнштейна, Ньютона, Коперника, Ломоносова. Вика целеустремленно подошла к шкафу и открыла дверцу, начиная что-то искать среди различных приборов для практикумов по физике. Наконец она обернулась к ребятам с небольшой коробочкой в руках.

– Это ручной анализатор электромагнитного излучения, – радостно сообщила Вика. – Пройдем по школе. Где уровень мощности зашкалит – там и прячется наш генератор.

– Все понятно, – нетерпеливо сказал Леша. – Давай, включай.

Вика нажала на кнопку, но ничего не произошло. Она, нахмурившись, попробовала нажать еще и еще раз, но прибор никак не реагировал.

– Может, тут тоже магнитное поле? – неуверенно предположила Лиза. – Оно блокирует излучение.

– Нет, – уверенно сказал Леша, взяв прибор в руки и осмотрев его. – Просто этот ручной зверь впал в спячку. Наверное, блок питания полетел.

– Ты сможешь его починить? – спросила Вика.

– По крайней мере, попробую, – пообещал парень, улыбнувшись.

Вика с Лизой с надеждой посмотрели на него. В конце концов, это был их единственный шанс прекратить то безумие, которое творилось в школе. Под угрозой находилась не только Мария, под угрозой были все обитатели школы, у которых тоже рано или поздно могли начаться галлюцинации.

* * *

Максим и Андрей разыскали в школе Машу и теперь спускались по лестнице вместе с ней. У Марии в руках была тряпка – ребята оторвали женщину от работы. Максим бережно поддерживал ее под руку.

– Максим, я не больна, – растерянно сказала Маша. – Ты можешь меня отпустить.

– Мам, да это я за тебя держусь, – шутливо ответил Максим.

– Куда вы меня ведете? – удивленно спросила женщина.

– На экскурсию по историческим местам, – заговорщически произнес парень. – Не бойся, тебе понравится.

Они уже подошли к нише под лестницей, и Андрей собирался отодвинуть панель в сторону, как вдруг в этот момент за их спинами раздался резкий голос Морозова:

– По-моему, вы сейчас должны лопатами в подземелье махать, а не по школе разгуливать.

– Мы только переоденемся, и сразу идем, – торопливо уверил его Андрей, отходя от ниши.

– Раньше надо было думать, – одернул его Морозов. – Марш на работу – быстро!

Максим и Андрей напряженно переглянулись и пошли по коридору в сторону холла. Морозов окинул Марию внимательным взглядом, заглянул в нишу под лестницей, но не заметил ничего подозрительного. Тогда он снова повернулся к Марии:

– Что застыла? Всю работу переделала? Тогда давай, топай копать вместе с сыночком.

– Нет, я… – Мария нахмурилась, понимая, что нельзя возражать Морозову. – Я работаю…

Она начала быстро протирать тряпкой стенные панели над диваном и в нише. Морозов удовлетворенно кивнул и ушел за ребятами. Мария опустила тряпку, со страхом глядя ему вслед.

В это время в шестиугольной комнате открылась дверь, ведущая в лабиринт, и оттуда вышли Лиля с карманным фонариком и Денис с большим фонарем в руках.

– Полный глушняк, – разочарованно констатировал Денис. – Есть еще идеи, как найти бабушку?

– Надо попробовать открыть другие двери, – задумчиво ответила Лиля, оглядываясь по сторонам. – Может, за ними тоже есть коридоры.

Девочка подошла к двери в шкаф-лабораторию и, попытавшись провернуть замок-лилию с буквами вокруг, указала на него Денису:

– Видишь, тут вокруг буквы написаны, а лилия крутится. Возможно, это замок, надо только подобрать шифр.

– И я знаю, кто это сделает, – осенило Дениса. – Твой распрекрасный Лешечка. Он сюда как на работу ходит – наверняка давно все тут открыл.

– Он нам даже по большой дружбе ничего не расскажет, – скептически отозвалась Лиля.

– А мы и не станем у него спрашивать, – многозначительно ответил мальчик.

Он кивнул подруге и решительно направился к выходу. Лиля с любопытством пошла за ним. Ребята вышли из комнаты в нишу под лестницей никем не замеченные.

В это время Рома с двумя старшеклассниками стоял возле камина в библиотеке. Рома равнодушно следил за игрой младших школьников – Юры и Виталика. И тут в библиотеку зашли хмурые Андрей и Максим, оба в школьной форме. Следом за ними шествовал Морозов. Максим лихорадочно обдумывал что-то и тут заметил Юру Веревкина. В это время Андрей ошарашенно остановился напротив напрягшегося при его приближении Ромы и, обернувшись к Морозову, с яростью заявил:

– Я с этой сволочью работать не буду.

Максим, искоса взглянув на Морозова, взял со стола листок бумаги и ручку и быстро что-то написал. Сложив листок вчетверо, он подошел в Юре, пользуясь тем, что все внимание сосредоточено на сваре между Андреем и Ромой.

– Че ты прикопался? – напряженно ответил Андрею Рома, быстро взглянув на Морозова. – Я тебя не трогаю, и ты ко мне не лезь.

– Хватит! Будете работать, как я сказал! – сделал попытку остановить их ссору Морозов. – Мне нужны все рабочие руки.

– Юрец, дело есть, – торопливо прошептал Юре Максим и протянул сложенный листок. – Срочно отдай Вике Кузнецовой. Сможешь?

– А то, – заверил Юра, польщенный доверием старшеклассника.

– А если я ему сломаю рабочую руку? – сделал резкий выпад Андрей в сторону Ромы.

– Все, мне надоело! – раздраженно заявил Морозов, обращаясь к Андрею. – Считаю до трех. Не уймешься, Веревкин останется без ампулы.

Андрей кинул взгляд на перепуганного услышанным Юру, медленно опустил руки и отошел на шаг от Ромы. Морозов, видя это, заявил с нарочитым сожалением:

– Что вы за люди! Только угрозы понимаете.

Все, кроме Морозова, забрались в камин. Андрей и Рома старательно пытались держаться друг от друга подальше. Максим, залезая в камин последним, на секунду обернулся и увидел выбегающего из библиотеки Юру Веревкина с запиской в руке.

* * *

Виктор в мрачной задумчивости стоял у входа в школу. Идущая ему навстречу Лариса замедлила шаг. В глазах Виктора появилось презрение, он молча отвернулся.

– Я не собираюсь оправдываться, – сдержанно, но искренне заявила женщина, подойдя к нему, – потому что я ни в чем не виновата. Раз вакцина не работает, значит, я ошиблась при ее создании, но это получилось случайно.

– О своей работе в «INGRID» ты не сказала тоже случайно? – не выдержал Виктор.

– Прости, но я не вижу, что в этом предосудительного, – твердо возразила Лариса. – Я работаю в клинике три года, и за все это время там не произошло ничего ужасного. Ты можешь мне не верить, но я всегда была честна с тобой и всегда говорила правду.

– О Раевском тоже? – со значением намекнул Виктор.

– При чем здесь Сергей? – недоуменно спросила женщина.

– Почему ты не сказала мне, что он – твой муж? – через силу спросил Виктор.

– Мы давно не живем вместе… – растерянно призналась Лариса. – Я не оформляла развод, но это ничего не значит…

– Все это время ты использовала меня, – прервал ее Виктор, поморщившись от подробностей о ее замужестве.

– Как ты можешь?! – вспыхнула Лариса.

– Будь добра, сложи с себя полномочия школьного врача, – с горечью попросил он. – Я не могу доверить тебе жизнь детей.

Женщина растерянно смотрела на него. Заметив приближающегося к ним Павла, Виктор демонстративно переключился на него.

– Паша, хорошо, что ты здесь, – доверительно сказал он, – нам надо поговорить.

Не обращая больше внимания на Ларису, Виктор вошел в школу, следом за ним направился Павел. Лариса мгновение постояла, ее лицо выражало жестокую обиду, затем резко развернулась и ушла прочь.

* * *

Алиса и Тася, дождавшись, пока из медкабинета выйдет Женя, вошли и задумчиво огляделись. Тася решительно подошла к медицинскому шкафчику и открыла дверцу. Алиса тут же присоединилась к ней.

– Чем же мы будем лечить Митю? – тоскливо спросила Алиса, глядя на содержимое шкафчика.

– Бери побольше таблеток, – авторитетно посоветовала Тася.

Набрав из шкафчика разные таблетки и пузырьки, девочки сложили их на стол. В этот момент дверь резко открылась, и в кабинет заскочил Юра, услышавший их голоса из холла.

– Попались! – громко рявкнул он.

– Мы хотим вылечить Митю, – объяснила Алиса.

Юра машинально положил записку для Вики, которую его просил передать Максим, на край стола, и заинтересованно подошел ближе к девочкам.

– Чем, зеленкой? – скептически спросил Юра.

– Она тоже может пригодиться, – важно ответила Тася.

Алиса, подойдя к столу, сложила на него таблетки и, случайно задев записку, уронила ее в мусорное ведро. Собрав все, что можно было унести, дети выбежали из медкабинета.

* * *

Пока Леша вместе с Викой и Лизой был в кабинете физики, Денис и Лиля осторожно зашли в его комнату. Лиля осталась у двери и, прикрыв ее, оставила маленькую щель, следя за коридором. Денис бросился к столу и начал перебирать лежащие на нем бумаги.

– Нашел что-нибудь? – нетерпеливо спросила Лиля.

– Не-а, – недовольно скривившись, отозвался мальчик. – Тут конспекты всякие, чертежи.

Открыв один из ящиков стола, Денис достал оттуда учебник по латыни и радостно посмотрел на него.

– Вот это уже интересно! – воскликнул он. – С чего это Лешу потянуло на латынь?

Лиля с любопытством подошла к нему. Денис раскрыл учебник и, заметив среди страниц сложенный вчетверо листок, развернул его с нетерпением.

– По ходу, схема графского подземелья, – оторопело сказал он. – Это типа вход и пять дверей.

– Смотри – где наша комната, нарисована лилия, – заметила Лиля, – а у других дверей слова. Может, это коды к замкам?

– Проверим, – решительно заявил Денис и, быстро схватив со стола листок бумаги и карандаш, начал перерисовывать план. Убрав листок обратно в учебник, мальчик засунул его в ящик стола, и они вместе с Лилей торопливо покинули комнату.

Решив не терять времени, ребята спустились в шестиугольную комнату. В руках у Дениса был перерисованный план, Лиля направилась к двери в библиотеку.

– Ладно, давай посмотрим здесь, – предложила она. – Какое кодовое слово?

– «Литтера», – ответил Денис, посмотрев на листок в своих руках.

– Набирай, – решительно сказала девочка.

– Л… И… T… T… E… Р… A… – пробормотал Денис, вертя замок.

Раздались щелчки, и дверь начала открываться. Ребята чуть отступили. Дверь повернулась – и перед их глазами появился шкаф-библиотека.

– Это настоящее сокровище! – восхищенно произнесла Лиля, проведя пальцами по корешкам старинных книг, и вынула из ящика с рукописью пачку пожелтевших, мелко исписанных от руки листов. – «Путешествие в Западный Китай», – прочитала она заголовок. – Это путевые заметки графа! – воскликнула она, глядя на Дениса блестящими глазами. Достав всю пачку рукописных листов из ящика, она заметила на дне сверток в бумаге. – Смотри, тут что-то еще… – Открыв сверток, девочка достала несколько старинных фотографий и воскликнула с восторгом: – Фотки!

– Ладно, Лиль, давай закругляться, – осторожно предложил Денис, уже уставший от ее восторга по поводу старинных документов, но терпеливо все сносящий. – Ясно, что тут ни бабушки, ни коридора. Надо сваливать, пока Леша с компанией не завалился.

Девочка согласно кивнула и забрала с собой рукопись и фотографии, решив позднее рассмотреть их в школе. Она отступила от шкафа-библиотеки, и дверь медленно закрылась.

* * *

В это время в подземелье Максим начал разгружать тележку, но тут же озверело швырнул камни на землю. Андрей с пониманием посмотрел на него.

– Макс, не переживай, – попытался он успокоить Максима. – С Машей все будет хорошо.

– Надеюсь, Веревкин передал записку Вике, – с сомнением сказал Максим.

– Конечно, передал! – произнес Андрей. – Уверен, Маша уже в графской комнате и излучение на нее не действует.

Андрей снова начал разгружать тачку. Максим уже собрался помогать ему, но в этот момент что-то привлекло его внимание. Он подошел ближе к завалу и всмотрелся между камнями, затем попытался вынуть оттуда обломок покрупнее.

– Макс, ты чего? – удивленно спросил Андрей.

– Андрюх! Смотри, там проход, – возбужденно ответил Максим, вынимая камень.

Он посветил внутрь фонариком. Андрей подошел поближе и тоже увидел щель, образовавшуюся после того, как Максим вынул камень, – через нее ясно было видно продолжение коридора.

– Надо проверить, куда он ведет! – взволнованно предложил Андрей. – Вдруг на нижний уровень? Или за оцепление? Освободимся – проверим, что там.

– Заметано, – согласился Максим.

Андрей вывалил остатки камней из тачки, взялся за ручки и повез ее к шахте лифта. Максим, еще раз оглянувшись на пролом, пошел за ним, решив, что им в очередной раз повезло.

* * *

На кухне на столе стоял пакет с клюквенным соком, рядом с ним – стакан с уже налитым красным соком и плавающими в нем таблетками. Стоящие рядом со столом Алиса, Тася и Юра с ожиданием смотрели в стакан.

– Они уже полчаса плавают! – разочарованно протянула Алиса. – Почему они не растворяются?

– Надо их в порошок растереть! – оживленно подсказал Юра.

Тася выловила таблетки рукой и, положив их на разделочную доску, стала давить скалкой. Алиса с сомнением наблюдала за ее действиями.

– Если смешать все таблетки, получится лекарство от всех болезней, – уверенно заявила Тася и высыпала толченые таблетки обратно в стакан с соком.

Юра достал из кармана пустую пробирку. Тася опустила пробирку в стакан, набрала ею сок с ошметками таблеток и посмотрела на свет.

– Здорово получилось, – воскликнула Алиса. – Не отличишь!

В кухню зашла Елена. При ее появлении Тася быстро спрятала пробирку за спину, Юра смахнул с разделочной доски на пол остатки таблеток, а Алиса отодвинула стакан с приготовленным «лекарством» за вазочку с фруктами, стоящую на столе.

– Вы почему не в классе? – Елена окинула взглядом детей и тут же заметила, что Тася с хитрющим видом что-то прячет за спиной, тогда она настойчиво обратилась к девочке: – Тася, что ты там прячешь? Покажи, что у тебя в руках.

– Мы не сделали ничего плохого, – виновато протянула девочка, показывая пробирку. – Просто хотели вылечить Митю.

– Мы приготовили ему лекарство, – подхватила Алиса, показав Елене стакан с плавающими на поверхности толчеными таблетками.

Когда женщина поняла, что происходит, взгляд ее смягчился. Она забрала у Таси пробирку и ласково посмотрела на ребят.

– Мите повезло, что у него есть такие друзья, как вы, – тепло произнесла она и, показав на пробирку, мягко объяснила: – Но этим его не вылечишь. Мите нужно совсем другое лекарство.

– А у вас оно есть? – оживленно спросила Алиса.

– Я вам обещаю – мы обязательно его найдем, и Митя поправится, – горячо сказала Елена.

Несколько сникшие ребята вышли из кухни. Женщина с грустью проводила их взглядом и перевела его на пробирку в своей руке. Неожиданно лицо ее просветлело от пришедшей в голову идеи. Елена обернулась, задумчиво глядя на стоящий на столе пакет с соком.

* * *

Стояла уже ночь, а ребята все еще разбирали завал у шахты лифта. По подземелью далеко разносились удары металла о камень. Максим и Андрей загружали тачку камнями. Володя с Ромой пытались починить сломанную лопату: Рома держал деревянную ручку, а Володя вбивал в нее камнем гвоздь, чтобы закрепить металлическую часть. В этот момент удары в шахте стихли, и через несколько секунд из нее вылез взволнованный старшеклассник.

– Мы дошли до нижнего уровня, – взбудораженно сообщил он.

– Осталось дверь лифта открыть, – подхватил второй старшеклассник, появившийся из шахты следом за ним.

– Нет. Ничего не будем трогать до прихода Морозова, – взволнованно сказал Володя. – Надо сообщить остальным. На сегодня – все. Поднимаемся.

– Вы идите, – небрежно заметил Андрей и указал Володе на полную тачку. – Мы тачку разгрузим, и за вами.

Володя согласно кивнул и вместе с Ромой и старшеклассниками ушел по коридору в направлении камина. Максим подхватил тачку за ручки и вместе с Андреем пошел в противоположную сторону.

Оставив полную камней тачку у стены, ребята подошли к завалу. Вынув камень, закрывающий пролом, они по очереди залезли в него.

Освещая себе путь фонариками, они шли по новому коридору, внимательно оглядываясь по сторонам. Везде были следы разрушения, на полу лежал толстый слой пыли и куски штукатурки. Кое-где с потолка свешивались остатки электрических проводов. Однако едва они повернули за угол, как уперлись в тупик.

– Вот на фига делать коридор, который никуда не ведет? – разочарованно сказал Максим.

– Макс, смотри! – подозвал его Андрей, высветивший что-то на тупиковой стене.

Максим подошел поближе и тоже увидел вертикальную щель в стене. Она была небольшой ширины, примерно десять сантиметров, за ней стояла непроглядная темнота.

Максим взялся за край, пробуя расширить щель, но стена не поддалась. Он потрогал рукой камни и обернулся к Андрею.

– Это не стена… – заявил он взволнованно. – Это замаскированная дверь.

Они немедленно попытались ее открыть. Напрягаясь изо всех сил, ребята налегли на дверь, и она медленно-медленно начала приоткрываться.

– Пошла! – воскликнул Максим. – Андрюх, поднажми.

Андрей стиснул зубы, и они с Максимом что есть силы налегли на дверь, все больше приоткрывая ее.

* * *

Лариса сидела за своим столом в медкабинете, склонившись над микроскопом. Она пыталась понять, что именно она сделала не так, когда готовила вакцину, в чем она ошиблась. Взяв пипеткой несколько капель крови из пробирки, женщина добавила их на предметное стекло и снова посмотрела в окуляры.

Неожиданно Лариса выпрямилась, на ее лице появилось недоумение. В сильном волнении она еще раз посмотрела в микроскоп, словно пытаясь удостовериться, что ей не померещилось, затем быстро встала и вышла из кабинета.

Она торопливо дошла до комнаты Полины и постучалась. Немного подождав, приоткрыла дверь и заглянула.

– Полина? Ты здесь? – позвала она.

Никто не ответил. Тогда Лариса неуверенно зашла в комнату и огляделась. Посмотрев на дверь ванной, снова негромко позвала:

– Полина?

Она заглянула в ванную, но и там никого не оказалось. Лариса нахмурилась от досады и собралась выйти из комнаты, но что-то на подоконнике привлекло ее внимание. Женщина подошла поближе и увидела почти пустую бутылочку с физраствором. Лариса шокированно смотрела на нее, прекрасно помня, как при работе над вакциной, не обнаружив в шкафу бутылки с физраствором, спросила про него у Полины, и та с каменным лицом предположила, что бутылку взяла Женя.

Лариса взяла бутылочку с подоконника, задумчиво глядя на нее, затем быстро пошла к столу Полины и стала заглядывать в ящики, но ничего там не нашла. Тогда она подошла к шкафу и, открыв дверцы, оглядела полки. На одной из них лежали несколько колбочек, пустых пробирок для вакцины, несколько баночек с химическими реактивами. В самом углу стояла мини-центрифуга с надписью «INGRID». Лариса несколько секунд мрачно смотрела на надпись, поняв, что Полина ведет двойную игру.

* * *

Морозов подошел к двери в свой кабинет и только собрался открыть ее, как его окликнул Виктор.

– Петр Алексеевич? – Он подошел к обернувшемуся Морозову и сухо доложил: – Мы расчистили шахту лифта до нижнего уровня.

– Отлично, – довольно ухмыльнулся Морозов и снова развернулся к двери.

– Одну секунду, – с тревогой сказал Виктор. – Ты хотел, чтобы мы докопались до нижнего уровня. Мы это сделали. Что дальше?

– Дальше? Дальше вы получите награду – еще одну дозу лекарства, – иронично заявил Морозов. – Что в вашем случае означает еще один день жизни. Желающих жить жду в кабинете через пять минут.

Морозов развернулся, давая понять, что разговор окончен, и зашел в кабинет. Виктор проводил его взволнованным взглядом.

* * *

В это время Леша сидел в своей комнате за столом с паяльником в руках. Перед ним лежал разобранный ручной анализатор электромагнитных излучений. Леша, сосредоточенно хмурясь, припаял контакты в блоке питания. Раздался стук, и в комнату вошли Лиза и Вика.

– Леш, ну как? – с надеждой спросила Вика, подходя к столу.

– Сейчас крышку прикручу, и будет как новенький, – пообещал парень, закручивая отверткой винтики на задней крышке прибора.

– Включай! – поторопила его Вика.

Все напряженно смотрели на прибор. Леша нажал кнопку. Несколько секунд ничего не происходило, затем прибор издал протяжный звуковой сигнал. Вика наклонилась к монитору прибора, глядя на появившуюся синусоиду.

– Показывает очень мощный уровень электромагнитного излучения, – констатировала Вика. – Генератор где-то недалеко.

Она взяла прибор в руки и прошлась с ним по комнате, внимательно следя за синусоидой на мониторе и проводя прибором вокруг себя, вдоль стен, направляя его в разные стороны, наблюдая, как во время движения меняется синусоида.

* * *

Спустя пять минут Морозов открыл чемоданчик, лежащий на его столе. Напротив него стояли напряженные Виктор, Володя и Елена. Раевский стоял с непроницаемым лицом, а Виктор еле сдерживал себя.

Взяв из чемоданчика несколько ампул с антидотом, Морозов тотчас его закрыл и подошел к Виктору, издевательски комментируя:

– За послушание и примерное поведение награждается… – он сделал паузу, представляя мысленно барабанную дробь, и неспеша протянул ампулу Виктору, – Поляков Виктор Николаевич.

Виктор долю секунды колебался, вспомнив о Мите. На лице Морозова появилось недовольство. Виктор, нахмурившись, выпил антидот. Морозов удовлетворенно кивнул и дал ампулы Володе и Раевскому, те тоже выпили содержимое. Морозов протянул ампулу Елене, она взяла ее и нервно замерла, сжав в ладони.

В этот момент в кабинет вошел Павел. Морозов, недовольный его опозданием, скривился, но вручил ампулу и ему. Павел выпил лекарство, после чего Морозов резко повернулся к Елене и увидел, что ампула по-прежнему у нее в руках.

– А Елена Сергеевна что, раздумала лечиться? – удивленно спросил Морозов.

Елена демонстративно выпила лекарство. Морозов удовлетворенно кивнул.

– Все свободны, – объявил он. – Будете и дальше меня радовать – может, для Мити тоже найдется ампула.

Все вышли из кабинета. Морозов закрыл чемоданчик на ключ, задумчиво глядя на него. Он и не сомневался, что вся школа будет плясать под его дудку ради того, чтобы оставаться в живых. Люди были слишком предсказуемы. Убрав ключ в карман, Морозов довольно провел рукой по чемоданчику.

* * *

В этот момент со стороны блокпоста к шлагбауму подошел Флейшер с фонариком в руках. Выхватив из темноты фигуру человека, одетого в куртку с капюшоном, одиноко стоящего в ожидании него, Флейшер кивнул в знак приветствия.

– Принесла? – осведомился он.

Стоящая напротив него Полина кивнула и молча протянула Флейшеру небольшой чемоданчик. Флейшер открыл его, достал палету, в которой стояли большие пробирки с вирусом. Вынув одну пробирку, он довольно посмотрел на нее и перевел взгляд на Полину.

– Отличная работа, – похвалил он. – Можешь приступать ко второй части задания.

Полина сухо, безо всяких эмоций на лице кивнула. Флейшер убрал пробирку обратно в чемоданчик, захлопнул его и пошел обратно к блокпосту, а Полина, развернувшись, направилась в школу.

* * *

В то же самое время Рома прибежал на освещенную луной поляну и торопливо мигнул фонариком: два раза, потом три. Сзади него из темноты возникла фигура. Рома обернулся и увидел Войтевича.

– Есть новости? – с надеждой спросил Войтевич.

– Да, – нервно ответил Рома и отчитался: – Мы дошли до нижнего уровня. Но двери лифта еще не отжимали – Морозов не разрешил.

– Нам надо попасть туда первыми, – мстительно прищурившись, сказал Войтевич, не зная, что как раз в этот момент Морозов с ящиком для инструментов и сильным фонарем вошел в полузаваленный коридор нижнего уровня.

Переступив через лежащие на полу камни, доски и куски покореженного металла, он подошел к железной двери и окинул ее внимательным взглядом. На двери не было ни окошка, ни ручки, ни замочной скважины.

Морозов поставил на пол ящик с инструментами и провел по двери рукой сверху вниз. Пальцы его нащупали в нижнем правом углу какие-то вмятинки. Морозов ладонью смел с них пыль и присмотрелся: на двери была выдавлена латинская буква «D».

– Есть! – удовлетворенно усмехаясь, вполголоса произнес он.

Открыв ящик с инструментами, Морозов достал из него автоген. Вскрыв им дверь, он пинком вышиб ее. Стальной лист отошел в сторону, и Морозов с сильным фонарем в руках переступил через порог. С надеждой и нетерпением он огляделся по сторонам, но увидел лишь голые стены, засыпанный штукатуркой пол с торчащими из него проводами в том месте, где прежде стоял саркофаг, в углу несколько камней, выпавших из разрушенной стены. Морозов не смог скрыть разочарования, которое тут же сменилось яростью.

– Ах ты сволочь, Ермолаев… – с ненавистью сказал он.

В этот момент Морозов заметил на боковой стене припорошенный пылью пульт в виде небольшой панели с дисплеем и несколькими кнопками под ним. Морозов быстро подошел к нему и посмотрел на дисплей, там высвечивалась надпись: «Нет сигнала». Мужчина рукавом торопливо стер с дисплея пыль, нажал одну копку, затем другую – ничего не произошло. Тогда он начал лихорадочно нажимать все кнопки подряд, но надпись «Нет сигнала» не изменилась. Морозов со злости ударил кулаком по дисплею. В бешенстве развернувшись, он пошел к выходу, приговаривая на ходу сквозь зубы:

– Ну, гад… ты у меня попляшешь…

Он торопливо скрылся за развороченной дверью, придумывая, как ему преподнести эту новость Раубер и как заставить Ермолаева признаться, где на самом деле находится саркофаг.

* * *

После получения у Морозова ампул мужчины собрались в комнате Виктора на совещание. Они уже довольно долго обсуждали план дальнейших действий, когда Виктор задал тревожащий его вопрос:

– У Мити остается все меньше времени. Думаете, Морозов завтра даст ему антидот?

– Возможно, завтра антидот он не даст никому, – мрачно ответил Володя и объяснил: – Мы были им нужны как рабочая сила. Пока копали, у нас был шанс остаться в живых. Но зачем теперь тратить на нас антидот?

– Черт! – со злостью воскликнул Павел. – Знать бы, где этот гад его прячет.

– Ясно где, – мрачно усмехнулся Володя, – в местном филиале «INGRID», у военных.

– Мы должны туда пробраться, – решительно заявил Виктор.

Павел и Володя удивленно посмотрели на него: во-первых, он знал, как опасно идти против Морозова, и сам их прежде останавливал, во-вторых, сама по себе подобная вылазка могла закончиться плачевно.

– Вить, там все заминировано, – напомнил Павел. – И патруль круги нарезает. Мы даже к ограждению не подойдем.

– Подойдем, – жестко оборвал его Виктор. – Потому что у нас нет выбора. Володя прав, завтра все дети могут остаться без лекарства.

– Хорошо, но в лагерь пойдем мы с Пашей, – немного подумав, решил Володя. – У нас в таких делах опыта побольше. А вам лучше остаться в школе, чтобы контролировать тут ситуацию.

Виктор заиграл желваками на скулах. У него не было желания отсиживаться, пока остальные будут подвергать свои жизни опасности. Однако, подумав, он понял, что Володя прав, и нехотя согласился.

* * *

В это время Елена ходила по школе, разыскивая Митю. В своей комнате в столь поздний час его почему-то не оказалось. К своему удивлению, она нашла детей у дальней лестницы, рядом с нишей. Несмотря на то что коридоры уже опустели, они продолжали играть.

– Время позднее, пора ложиться спать, – мягко сказала Елена, подходя к четверке неразлучных друзей – Алисе, Тасе, Мите и Юре. – Завтра можете играть хоть целый день. А сейчас быстренько умываться и чистить зубы.

– Спорим, я в душевую первый добегу? – заявил Юра и сорвался с места.

Тася и Алиса бегом бросились за ним. И лишь Митя пошел следом вяло, обессиленно. Елена его остановила.

– Митя, подожди, – попросила она и мягко сказала: – У меня для тебя кое-что есть.

Елена протянула мальчику пробирку с антидотом. Митя удивленно на нее посмотрел.

– Но Петр Алексеевич сказал, что у него больше нет, – растерянно произнес он.

– Петр Алексеевич хорошо поискал у себя в кабинете и нашел еще одну ампулу, – нарочито бодро сказала Елена. – Я хочу, чтобы ты больше никогда не болел и вырос здоровым и сильным мальчиком.

Митя неуверенно взял пробирку, благодарно кивнул Елене и, открыв, выпил антидот. Елена ласково взъерошила ему волосы, и повеселевший Митя убежал.

Елена задумчиво смотрела на пустую пробирку в руке, вспоминая, как она налила точно в такую же пробирку на кухне клюквенный сок, а затем, когда при раздаче Морозов отвлекся на Павла, подменила выданный ей антидот и на глазах Морозова выпила сок. Обреченно посмотрев на пустую ампулу, Елена убрала ее в карман.

* * *

Пока Максим с Андреем пытались открыть дверь в подземелье, Вика, Лиза и Леша бродили по ночной школе. В этот момент они забрели в коридор мансарды. В руках у Вики был включенный ручной анализатор напряженности электромагнитного поля. Он издавал мерное попискивание, на дисплее была ровная синусоида.

Ребята медленно двигались по направлению к комнате Воронцова, следя за показаниями прибора, когда тот вдруг начал пищать чаще, амплитуда синусоиды резко возросла.

– Источник излучения где-то рядом, – с тревогой сказал Леша.

Ребята как раз проходили мимо комнаты Воронцова, и вдруг Вика резко остановилась, глядя на анализатор, затем подошла совсем близко к двери комнаты.

– Кажется, нам сюда, – произнесла девушка и попробовала открыть дверь – та оказалась не заперта.

Ребята зашли внутрь и огляделись. Вика прошлась по комнате с анализатором в руках и наконец подошла к шкафу.

– Есть! – воскликнула она, с довольным видом оборачиваясь к ребятам. – Он на чердаке.

Ребята поднялись на чердак. Анализатор электромагнитного излучения пищал уже непрерывно. Леша и Лиза, следуя за ней, невольно болезненно поморщились и огляделись по сторонам.

– У меня голова сейчас лопнет, – простонала Лиза, потирая виски.

– Как хоть эта штуковина может выглядеть? – нетерпеливо спросил Леша.

– Не представляю, – призналась Вика и дотронулась рукой до лба. – Боже, как болит голова…

Ребята, как сомнамбулы, ходили по чердаку в поисках того, что может вызывать излучение. Они морщились от сильной головной боли, и с каждой секундой им становилось все хуже. Внезапно Вика, пошатнувшись, уронила на пол анализатор, сама чуть не упав, глаза ее закатились. Леша успел подхватить ее и, усадив на какой-то ящик, легонько похлопал по щекам, пытаясь привести ее в чувство.

– Что случилось? – с трудом произнесла Лиза, сама на грани обморока.

– Вике плохо, – с тревогой сказал Леша. – Надо уходить.

Он подхватил девушку на руки и понес ее к выходу. Оглянувшись на Лизу, он увидел, что она все еще бродит, словно и не услышав его слов, как зомби, по чердаку.

* * *

В этот поздний час Мария зашла на кухню, толкая перед собой тележку. Она была явно чем-то удручена и подавлена. Подкатив тележку к подсобке, Мария вдруг замерла в сильном испуге: из-за стола были видны ноги лежащего на полу человека. Женщина в ужасе обошла стол и увидела лежащего без сознания Максима, из угла его рта стекала струйка крови. Поменявшись в лице, Мария бросилась к сыну.

– Господи! Максим! – вскрикнула она, падая на колени и обхватывая руками голову парня. – Максим, пожалуйста… Очнись, сынок! – Она затравленно огляделась по сторонам и пробормотала: – Сынок, родной… Я сейчас. Держись.

Мария вскочила на ноги и побежала к двери, чтобы позвать кого-нибудь на помощь. Но на полпути она внезапно остановилась как вкопанная, в ужасе глядя на дверь. Там стоял еще один Максим. Он тоже был очень бледен, из уголка его губ текла кровь.

– Максим? – пролепетала Мария, не веря собственным глазам.

Она медленно поднесла руку к голове, пытаясь унять боль. Внезапно кто-то вышел из кладовки. Мария резко обернулась и увидела приближающегося к ней третьего Максима, такого же бледного, как и двое первых, и тоже с кровью на губах. Мария попятилась от него с перекошенным от ужаса лицом.

* * *

На чердаке Леша обеспокоенно смотрел на Лизу, держа Вику на руках. Лиза бродила, взявшись руками за голову, как ополоумевшая, твердя:

– Я… сейчас… сейчас…

Она оглядывалась по сторонам в мучительной попытке найти излучатель, как вдруг заметила пыльное покрывало на ящике в углу чердака. В глазах у Лизы все плыло и двоилось. Писк лежащего на полу анализатора становился совершенно нестерпимым. Девушка сделала несколько неуверенных шагов и, сдернув покрывало, увидела под ним открытый чемоданчик.

На грани обморока Лиза протянула дрожащую руку к выключателю излучателя и резко повернула его. Писк лежащего на полу анализатора дошел до верхней точки и резко оборвался. Наступила полная тишина. Леша, который с Викой на руках уже почти дошел до выхода с чердака, остановился, медленно обернулся и, опустив Вику на ближайший ящик, в изнеможении прислонился к стене. Лиза без сил сползла на пол, по ее лицу текли слезы.

В тот же миг Мария на кухне, в ужасе глядя на приближающихся «Максимов», которые окружили ее со всех сторон, застонала, обхватив руками голову. Все «Максимы» слились в один мутный силуэт и вдруг исчезли. Потеряв сознание, женщина упала на пол без признаков жизни.

Андрею в подземелье удалось протиснуться в образовавшийся проем. Максим скривился от напряжения, придерживая дверь, на его лбу выступили капельки пота, но внезапно он выпустил дверь из рук и упал на пол в полном изнеможении. Андрей со своей стороны тоже отпустил дверь, и она с грохотом захлопнулась, не оставив никакой щели.

Глава 24

Остановившееся время

Мария очнулась утром в своей постели. Рядом с ней сидел Володя. Он нежно гладил ее по волосам и, едва женщина открыла глаза, участливо спросил:

– Ну как ты? Тебе получше?

– Да… – неуверенно ответила Мария. – Кажется, да… А что со мной было?

– Ты вчера упала и потеряла сознание, – объяснил Володя, помогая ей сесть. – Как сейчас, голова не кружится?

– Нет… Кажется, нет, – ответила Мария.

– Как ты меня вчера напугала, – признался Володя, уткнувшись губами в ее волосы, с нежностью вдыхая их аромат.

– Ну ладно… Я не хотела… Я торжественно клянусь, что больше не буду падать и валяться где ни попадя, – едва сдерживая смех, пошутила женщина.

– Слава богу, – улыбнулся Володя, затем привстал и, вынув из кармана спичечный коробок, перевязанный алой шелковой ленточкой, преподнес его Марии. – Это тебе.

– Что это? – улыбнувшись, спросила она.

– Я, конечно, хотел дождаться момента поспокойнее, но в нашей ситуации это, похоже, не светит, – смущенно признался Володя, наблюдая, как Мария развязывает ленточку и, открыв коробок, достает оттуда сделанное им своими руками кольцо. – Скажи, что о таком кольце ты мечтала всю жизнь…

– Да, – ответила женщина, кивнув и не зная, смеяться ей или плакать. – Боже мой, оно такое милое!

– Оно не золотое и даже не серебряное, но ржаветь не будет, обещаю! – заверил Володя скороговоркой.

– Спасибо… – искренне произнесла Мария.

– Значит, ты выйдешь за меня замуж сегодня? – немедленно спросил Володя. – Конечно, штамп в паспорте я не обещаю, но это ведь не самое главное, правда? – с затаенной надеждой спросил он.

– Конечно, это не главное, – горячо сказала женщина, улыбнувшись и пожимая его руку, а затем спросила: – Но… почему сегодня?

– Ну а почему бы нет, – парировал Володя. – Я уверен, многие мечтают отметить свадьбу в старинной графской усадьбе, – он улыбнулся на Машин смех и ответил серьезно: – Я просто не хочу, чтобы условия диктовали нам, что делать. Это наша жизнь – и нас решать, как ее прожить.

– Да, это правда… – согласилась Маша. – Хочется праздника…

– Значит, ты будешь моей женой? – с трепетом спросил Володя.

– Да, – серьезно ответила женщина.

Володя надел ей на безымянный палец кольцо и поцеловал ее руку, затем прильнул к ее губам. Они чувствовали себя совершенно счастливыми, словно не было болезни, словно им не грозили ни смерть, ни старость. Вдвоем им не было страшно ничего, любовь расправила над ними свои крылья, прикрывая их от бед и несчастий.

* * *

Вика и Лиза сидели на подоконнике в учебном коридоре, Леша стоял рядом, глядя в окно. Мимо них проходили утомленные школьники, которые теперь, после того как ребята отключили излучатель, еле ноги таскали – вся усталость прожитых под воздействием излучателя дней вдруг разом навалилась на их плечи.

– А вы что, меня ждете, что ли? – спросил подошедший к ним Максим.

– Да, тебя с Андреем, – ответила Вика. – А где он?

– Не знаю… Наверное, уже ест, – недоуменно пожал плечами парень. – Я с утра проснулся – никого не было, – он развернулся в сторону столовой и торопливо позвал ребят: – Ну че, пошли?

– Макс, – остановила его Вика, – а ты видел Машу? Ей лучше?

– Наверно… – озадаченно ответил Максим, не понимая, к чему все эти вопросы. – Наверно, лучше, – он кивнул в сторону кухни и нетерпеливо признался: – Ребята, жрать охота! Догоняйте! – и первым пошел в столовую.

– Действие излучателя закончилось, а некоторые – все равно как зомби, – намекнул Леша на Максима, больше адресуя эту фразу к Вике.

Но Вика пропустила ее мимо ушей, она озабоченно нахмурилась: Макс явно вел себя неадекватно, его ответы не имели ничего общего с реальностью, словно события предыдущего дня напрочь стерлись из его памяти.

* * *

Лиля нашла Дениса сидящим на диванчике возле ниши под дальней лестницей. Он перебирал фотографии, забранные ими из шкафа-библиотеки в шестиугольной комнате. Лиля села на диванчик рядом с другом и оптимистично спросила:

– Ну что, нашел что-нибудь интересное?

– Да тут по ходу все те же старые фотки, которые ты мне показывала в альбоме, – недовольно сообщил мальчик. – Граф, графиня, родственничек этот, которого в революцию шлепнули…

– Жалко, – погрустнела Лиля. – Значит, эти фотки нам ничего не дают.

– Тут есть только одна зацепка, – неожиданно сказал Денис, указывая пальцем на старинные часы на фотографиях. – Видишь, на всех часах – одиннадцать – сорок пять. Может, это какой-то тайный знак?

– Да ничего тут тайного нет, – охладила его воображение Лиля. – Я про это в альбоме читала – это время смерти графини. Когда она умерла, граф все часы в доме остановил и никогда их больше не заводил, до самой своей смерти. – Лиля достала рукопись, унесенную из шестиугольной комнаты, и радостно сообщила: – Зато я нашла кое-что интересное! Читай, – она протянула рукопись Денису.

– Графиня занемогла третьего дня, – вслух прочитал он. – Был доктор, сказал – инфлюэнциа. Но уже нынче пошла горлом кровь, на время пропало зрение… Лилечка полагает, что чахотка, от коей она полностью излечилась, вернулась вновь. Но у меня есть сомнения…

– Понимаешь? – спросила девочка. – Все думали, что графиня умерла от чахотки. Но симптомы – как у нашего вируса!

– Получается, этот вирус еще тогда был, – осознал Денис. – А я думал, его немцы придумали… А что там дальше?

– Страницы на полуслове заканчиваются, – огорченно сказала Лиля.

– Может, мы не все страницы в библиотеке нашли? – предположил мальчик.

– Предлагаешь пойти проверить? – с надеждой спросила Лиля.

Ее и саму уже захватили эти спуски в шестиугольную комнату, все это было романтично и загадочно. Денис согласно кивнул в ответ, стараясь скрыть удовольствие на лице оттого, что подруга поддерживала его в этом необыкновенном приключении.

* * *

Максим после завтрака шел к себе. Тележка с моющими средствами стояла рядом с дверью в его комнату, и парень, обходя ее, недоуменно покосился на Марию, радостно окликнувшую его.

– Максим! Максим, подожди!

– Чего? – непонимающе оглянулся он.

– Ты просто не замечаешь меня, как будто меня нет, – ответила Мария, все еще на подъеме.

– Ну… – растерялся Максим, не зная, что ответить. – Извини… те.

– Я хотела кое-куда тебя пригласить, – сообщила Мария.

– Меня? – удивился Максим. – Куда?

– Володя сделал мне предложение, и сегодня вечером у нас импровизированная свадьба, – сияя от счастья, сказала женщина.

– Ну супер, – чувствуя неловкость, ответил Максим. – Я вас поздравляю… вместе с Володей, – он кивнул, сочтя, что вежливо сказал все, что в таких случаях полагается, но Мария вновь остановила его.

– Подожди… Я думала, ты тоже имеешь к этому отношение… – растерялась она от его реакции. – Я думала, мы близкие, родные люди. Ты самый близкий мне человек!

– Мы – родные люди? – изумленно спросил Максим, не понимая, что происходит.

– Максим… – Улыбка сползла с лица Марии, она обеспокоенно спросила: – Что случилось?

– Да ничего, – искренне ответил парень. – Все в порядке. Извини, – неловко произнес он, начиная испытывать раздражение от назойливости школьной уборщицы. – У меня дела.

Он вошел в свою комнату, поспешно прикрыв за собой дверь. Мария осталась стоять, где стояла. Она была совершенно сбита с толку.

* * *

Все в школе готовились к предстоящему торжеству. Володя не удержался и разболтал всем, что у них с Машей будет свадьба, и теперь все, взбудораженные, готовились к вечеру. Морозов еще рано утром уехал из школы, и никто не сомневался, что праздник удастся на славу. На кухне делали праздничные блюда, старшеклассники помогали завхозу принести в библиотеку ящики с шампанским.

Елена в своей комнате, одетая в красивое черное вечернее платье, вышла из ванной, покашливая. Она подошла к кроватке и нежно улыбнулась Игорьку. Вошедший в комнату Павел окинул Елену восхищенным взглядом.

– Ты в этом платье затмишь невесту, – искренне произнес он, глядя на женщину полными любви глазами, но вдруг нахмурился, заметив неестественную бледность ее кожи. – Ты нормально себя чувствуешь?

– Да-да… – торопливо произнесла она и вдруг, покачнувшись, схватилась за кроватку. – Просто немного голова закружилась… но мне уже лучше.

Павел перевел взгляд на Игорька, но Елена неожиданно сильно закашлялась, прижав ладони к губам. Павел торопливо подскочил к ней и усадил ее на кровать. Женщина продолжала надсадно кашлять, Павел протянул ей платок. Когда Елена отняла его от губ, на нем оказалась кровь.

– Откуда у тебя кровь? – ошеломленно спросил Павел, испуганно глядя на женщину. – Ты же принимаешь лекарство…

– Я вчера не принимала, – призналась Елена, опустив глаза. – Отдала свою дозу Мите, а при Морозове выпила сок… – она подняла взгляд на Павла и твердо сказала: – Я отвечаю за этого ребенка.

– Мы поможем Мите, – убежденно произнес Павел. – Но не ценой твоей жизни!

– Ты же знаешь, я все равно не поменяла бы свое решение. Послушай, – она с трудом поднялась, не желая давать Павлу возможность возражать, – мне гораздо лучше. Я еще должна помочь Маше с платьем…

Елена, улыбнувшись, направилась к двери, старательно изображая бодрость, хотя на самом деле ее шатало от слабости. Павел с тревогой проводил ее взглядом. Нужно было достать лекарство во что бы то ни стало!

* * *

Лариса вошла в комнату Раевского без стука. Она решительно подошла к столу, остановившись напротив изумленного ее визитом Сергея.

– Почему меня все ненавидят за то, что я работаю в «INGRID»? В чем меня подозревают? – требовательно спросила она, твердо глядя ему в глаза.

– Почему ты решила, что я знаю ответ на этот вопрос? – невозмутимо спросил Раевский.

– Потому что ты работал в службе безопасности «INGRID», – напомнила Лариса, начиная горячиться, – а я дальше лаборатории нигде не бывала. Чем на самом деле занимается «INGRID»? Скажи мне правду, – попросила она.

– Лара, – со вздохом произнес Раевский и неожиданно спросил: – У тебя очередная паранойя? Ты помнишь, чем закончилась та история? – спросил он с намеком.

Женщина недовольно опустила глаза. Еще бы ей не помнить. В тот день она уже закончила работу в лаборатории и дожидалась Раевского, собираясь уходить, как вдруг в распахнувшуюся дверь вошел ее не на шутку встревоженный коллега.

– Лариса, – окликнул он.

– Да, Коля, что случилось? – спросила она.

– Очень хорошо, что я тебя застал, – тревожно сказал Коля, протягивая ей папку с документами. – Посмотри, что я нашел.

– И что? – недоуменно произнесла женщина, бегло пролистав бумаги в папке. – Это результаты исследования нашего препарата…

– Именно! – воскликнул Коля. – А теперь спроси, на ком его испытывают?

– Я вообще не знала, что испытания начались, – растерялась Лариса и предположила: – Ну… может, на добровольцах?

– Смотри, – указал Коля в результаты исследования. – Тридцать четыре процента – летальный исход! О каких добровольцах ты говоришь?.. Это незаконные испытания, – убежденно сказал он. – Люди умирают, надо это остановить.

– Привет, Колян! – поздоровался Раевский, войдя в лабораторию.

– Сереж, ты посмотри, что Коля нашел, – встревоженно сказала Лариса, протянув Раевскому папку.

– Эту папку надо передать в милицию, – уверенно произнес Коля.

Раевский пролистал документы, скользя взглядом по данным. Коля с Ларисой напряженно переглянулись. Раевский поднял на них непроницаемый взгляд и поддержал их идею:

– Это серьезно… Я бы сказал даже – очень серьезно. Так, ладно, – твердо заявил он, забирая папку. – Я этим займусь.

Вспомнив все это, Лариса вскинула взгляд на Раевского и убежденно кинула ему в лицо:

– Ты поступил подло!

– Почему же? – делано изумленно спросил Раевский.

– Потому что папку ты отнес в службу безопасности «INGRID», – напомнила Лариса.

– Любой на моем месте поступил бы точно так же, – жестко заявил Раевский. – Потому что твой параноик Коля навел на нас прокурорскую проверку. Но когда все проверили, выяснили, что все в порядке, все нормально, – повышая голос, проговорил он, – что никаких экспериментов на людях не проводилось.

– Да, и за это его уволили, – тоже горячась, напомнила Лариса. – А работа была – всей его жизни! И покончил он с собой – из-за тебя! – со значением добавила она.

– Покончил он с собой, потому что понял, что полный идиот, – оборвал женщину Раевский. – А ты в этой ситуации обвинила меня, да еще взяла и ушла!

– Все понятно, – мрачно сделала вывод Лариса. – Ты мне ничего не расскажешь… Я уверена, что заражение школы – дело рук «INGRID», и в этом как-то замешана Полина, – бросила она ему в лицо. – И Коля был прав, они действительно ставят эксперименты на людях, – она развернулась, чтобы уйти.

– У тебя на них ничего нет, – кинул ей в спину Раевский. – Так же, как не было и у твоего Коли!

– В отличие от Коли я не собираюсь сдаваться, – упрямо откликнулась Лариса и стремительно вышла.

Раевский замер, задумчиво глядя в стол. Только он один знал, чем на самом деле закончилась та история с незадачливым Колей, который сунул нос не в свое дело. Когда майор передал папку Вульфу, то услышал от него похвалу.

– Я доволен твоей оперативностью, – сказал тогда Вульф стоявшему перед ним навытяжку Раевскому. – Если бы документы вышли за стены клиники, у нас могли быть неприятности. Этот глупец, который все затеял… – в голосе Вульфа послышались металлические нотки, – я бы хотел, чтобы он больше не мешал нам. Никогда. Ты меня понял? – со значением спросил Вульф.

– Да, конечно, – ответил Раевский.

– Хорошо. Тогда действуй по инструкции, – приказал Вульф. – Только пусть все думают, что он сделал это сам.

– Я понял, – еще раз подтвердил майор и, коротко кивнув, вышел. Прокрутив эти воспоминания в своей голове, Раевский на миг прикрыл глаза. Лариса может думать о нем что угодно, но она никогда не узнает, какие приказы начальства он вынужден был исполнять.

* * *

В палатке военных в это время Морозов допрашивал Ермолаева, будучи просто в бешенстве оттого, что не обнаружил саркофаг на прежнем месте. Из носа избитого Ермолаева текла кровь, на лице обозначились ссадины от ударов Морозова.

– Где «Доминус»? – уже в который раз спрашивал разъяренный Морозов.

– Я действительно не знаю… – загнанно ответил Ермолаев. – Возможно, Колчин его перевез…

– Ну конечно, Колчин его перевез, – заорал в лицо Ермолаеву Петр, – а тебя, главного хранителя, предупредить забыл!

– Я не имел физического доступа к объекту, я занимался перезагрузкой и контролем… – стал испуганно оправдываться Ермолаев.

– Советую напрячь память и вспомнить, где на самом деле находится объект, – с угрозой сказал Морозов. – Иначе мне придется довести фокус Вульфа до конца!

– Фокус? – недоуменно переспросил Ермолаев.

– Фокус, фокус! – повторил Морозов и указал пальцем на грудь Ермолаева. – С твоим сердечным клапаном.

Морозов торопливо вышел из палатки. А Ермолаев, оставшись один, крепко призадумался. Если бы не тот удар током, возможно, ему бы удалось довести дело до конца.

* * *

В библиотеке все уже было готово к свадьбе. Повсюду были развешаны разноцветные воздушные шары, на столах стояли вазы с цветами и бутылки шампанского. Собравшиеся взрослые и школьники были нарядны и находились в приподнятом настроении. Но вот двери распахнулись, и Максим торжественно ввел под руку Марию.

Она была великолепна. В длинном белом платье, жемчужном ожерелье и с красиво убранными волосами, Мария сияла, счастливо улыбаясь. Максим подвел ее к Володе и передал, что называется, из рук в руки.

Взявшись за руки, Мария с Володей повернулись к Виктору, вызвавшемуся вести церемонию. Все в библиотеке притихли, ощутив величие мгновения, в ожидании речи Виктора.

– Маша, Володя… Вы замечательная, по-настоящему любящая пара, – начал Виктор. – В этих стенах, которые для всех нас являются домом, вы стали по-настоящему родными людьми. Вы все делаете для блага других, думая о себе в последнюю очередь…

Виктор сделал паузу, дав возможность присутствующим осознать ценность этих слов. Павел с грустью поглядел на побледневшую от слабости Елену, опустившую глаза. Володя влюбленно смотрел на Марию, внимательно слушавшую Виктора.

– Настоящие влюбленные всегда смогут простить и понять друг друга, – продолжал Виктор. – Берегите друг друга. Помните, что в любви главное – доверие. Кольцами в знак любви и верности вы уже обменялись? – улыбаясь, спросил он молодоженов. – Готовы навсегда связать свою жизнь?

– Да, – одновременно ответили Мария с Володей, счастливо улыбнувшись.

– В таком случае я объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать друг друга, – сказал Виктор.

По библиотеке пронеслись звуки марша Мендельсона, и Мария с Володей скрепили свой брак поцелуем. Раздались аплодисменты и крики «Ура!». Мужчины и старшеклассники разлили по бокалам шампанское, все, кроме младших школьников, пригубили их, желая счастья молодоженам.

– Спасибо, что разделили с нами эту радость, – обратился к присутствующим Володя. – Спасибо за помощь, без вас бы никакого праздника не было. А теперь, надеюсь, вы меня простите, я украду у вас свою невесту.

Володя подхватил Марию на руки и – под всеобщие аплодисменты, крики «Ура!» и «Браво!» – вынес ее из библиотеки. Максим улыбался счастливой улыбкой, провожая их взглядом, как вдруг лицо его омрачилось – он неожиданно вспомнил события предыдущего вечера, вспомнил, что Андрей остался в подземелье, замурованный за намертво захлопнувшейся дверью.

* * *

Пока все – и взрослые, и дети – были на свадьбе, Денис с Лилей, воспользовавшись тем, что школа опустела, незаметно спустились в шестиугольную комнату. Они снова открыли шкаф-библиотеку, но не нашли там продолжения рукописи, лишь пару пожелтевших страничек. Денис пробежался по ним взглядом и разочарованно констатировал:

– Это он опять какую-нибудь дурацкую легенду вспоминает… – заметив недовольный Лилин взгляд, мальчик снисходительно поправился: – Ну ладно, не дурацкую… Романтическую!

– Какой ты черствый, Денис, – неодобрительно заметила Лиля. – У меня вот до сих пор мурашки по коже, как я только думаю, что бедный граф ходит по усадьбе и переставляет все часы на одиннадцать – сорок пять!

– Не все… – удивленно сказал мальчик, посветивший фонариком на стену позади Лили. – Непорядок в графском хозяйстве…

Денис подошел к стене и внимательно рассмотрел каменные часы на ней. Передав подруге два пожелтевших листочка и фонарик, он поставил стрелки часов на 11.45. Неожиданно стена с часами, оказавшаяся дверью, открылась, и Лиля с Денисом, сгорая от любопытства, тотчас вошли внутрь.

* * *

Рома тоже не присутствовал на свадьбе. Во время нее он провел в школу Войтевича, и они вдвоем, спустившись в подземелье, прошли в ту самую комнату, в которой предыдущим вечером уже успел побывать Морозов.

Рома первым ступил внутрь, недоуменно озираясь. Вслед за ним по-хозяйски вошел Войтевич и тут же подошел к пульту на стене. Нажав несколько кнопок и увидев надпись на дисплее «Нет сигнала», Войтевич разочарованно констатировал:

– Да, действительно, пусто…

– Константин Викторович, а что здесь должно было быть-то? – нетерпеливо спросил Рома, оглядываясь.

– Одна очень нужная мне вещь, – усмехнулся Войтевич.

– Так может, Морозов пришел и забрал ее? – предположил Рома.

– Нет… Я полагаю, что это просто не то место, – задумчиво произнес Войтевич.

– Так что же нам делать? – растерялся Рома.

– Морозов будет продолжать поиски, а ты будешь следить за ним, – внушительно сказал Войтевич. – А я… я буду ждать.

Рома согласно понимающе кивнул, и Войтевич первым вышел из комнаты, стремясь покинуть школу, пока ни с кем случайно не столкнулся. Рома, помедлив, еще раз с интересом огляделся напоследок и вышел следом за ним.

* * *

Ирина Авдеева сидела рядом с лежавшей на кровати Надей. Внезапно ей послышался извне какой-то звук – то ли шорох шагов, то ли стук обвалившегося камня. Ирина вскочила с места, кинулась к заваленной камнями стене и, покашливая, стала звать осипшим голосом:

– Помогите! Кто-нибудь! Помогите, пожалуйста!

– Нас нашли, да? – с надеждой спросила привставшая на кровати Надя. – Нашли?..

– Нет, – устало отозвалась Ирина, – пока не нашли… Но обязательно найдут! Обязательно найдут… – повторила она, уже и сама в это не веря.

Надя слезла с кровати и, подойдя к матери, прильнула к ней. Ирина обняла девочку поглаживая ее рукой по волосам.

– Не бойся, – повторяла она. – Нас обязательно найдут… не бойся…

* * *

Первой войдя в комнату, Лиля с изумлением и восторгом увидела стоящий посредине нее саркофаг. Она прошлась вдоль саркофага, освещая его лучом фонарика. Следом за ней вошел Денис, и девочка испуганно спросила:

– А дверь не захлопнется?

– Не захлопнется, – уверенно ответил Денис. – Я ее камнем подпер. – Окинув взглядом их очередную находку, он на всякий случай уточнил: – Это что, гроб?

– Саркофаг, – уверенно ответила Лиля. – В таких часто хоронили в Средние века.

– Не думаю, что хоронили в подвалах, – неуверенно сказал мальчик.

– Ну да, – согласилась Лиля. – Странное место для склепа.

Неожиданно снаружи раздался звук приближающихся шагов. Денис первым его услышал и, насторожившись, прошептал:

– Тихо! Погаси фонарь!

Лиля погасила фонарик, и дети присели на корточки, спрятавшись в углу потайной комнаты за саркофагом. Вошедший человек, пробежавшись лучом фонарика по стенам и саркофагу, уткнулся им в лица Лили и Дениса, отчего те испуганно зажмурились, съежившись в углу.

* * *

Стоял уже поздний вечер. В комнате Марии и Володи царила полная идиллия. Молодожены лежали, обнявшись, вновь и вновь вспоминая события прошедшего дня. Мария нежно поглаживала руку Володи, а он гладил ее по волосам. Как вдруг в дверь постучали:

– Володя! – раздался из коридора тревожный голос Павла. – Время!

– Боже мой, ну можно нас хоть сегодня оставить в покое… – засмеявшись, громко сказала Маша, не заметив, как Володя быстро взглянул на часы.

Поцеловав Марию, он поспешно вылез из-под одеяла и торопливо натянул штаны. Мария, изумленно наблюдая за его действиями, приподнялась на кровати и испуганно спросила:

– Володя… Ты куда?

– Мне нужно отлучиться ненадолго по делам… – произнес мужчина, одеваясь. – Но ты не жди меня, ложись спать. Хорошо?

– Володя, – еще больше встревожившись, попросила Маша, – не ври мне…

Он внимательно взглянул на нее, сел на кровать и, взяв любимую за руки, посмотрел в глаза:

– Мы с Павлом идем за периметр, – признался он. – Нужно достать лекарство для Мити. И для всех остальных. Пока Морозов нас окончательно не прижал… – и он нежно погладил Марию по щеке.

– Володя, – с болью сказала женщина, – они убьют тебя…

– Ну уж нет, – уверенно усмехнулся он. – Я не позволю себе умереть в день нашей свадьбы!

Он поцеловал Марию, и она улыбнулась. Ей хотелось бы верить ему, но, зная Морозова… Едва Володя вышел, Мария тяжело вздохнула, опустив взгляд. Могло случиться все что угодно. Даже в день их свадьбы. Даже в этот самый светлый в ее жизни день.

* * *

Лиза вышла в душевую перед сном. Она была в приподнятом настроении, как и все в школе после свадьбы Марии и Володи. Этот праздник был единственным светлым пятном за последнее время в их полной безрадостных событий жизни.

Внезапно у Лизы начало сильно биться сердце, да так, что перехватило дыхание. Она застыла на месте, судорожно хватая ртом воздух. Оглянувшись, Лиза увидела Дашу, окруженную призрачным голубоватым сиянием, стоявшую в конце коридора и пристально смотрящую на нее.

– Даша… – прошептала девушка, увидев, как Даша, опустив взгляд, свернула за угол. Лиза тоже сорвалась с места и кинулась вслед за ней: – Даша, подожди! Ты хочешь мне что-то сказать?!

Девушка добежала до конца коридора и посмотрела туда, где скрылась Даша, но той там не было. Обернувшись, Лиза на всякий случай поглядела в противоположном направлении – но и там Даши не оказалось. Сердце Лизы стало биться ровнее, словно все это ей лишь привиделось.

Глава 25

Проникновение за периметр

Стояла глубокая ночь. Лунный свет с трудом пробивался сквозь густую листву деревьев. Где-то в глубине леса скрипуче крикнула сова. Володя с Павлом, сидя на корточках в зарослях кустарника, наблюдали, как мимо ограждения проходили два солдата, тихо переговариваясь.

– У тебя курево есть? – спросил один из них у другого.

– Бросил… – усмехнулся второй.

– Да ладно? – не поверил первый.

– Угощать бросил, – уточнил второй, посмеиваясь.

Они скрылись за деревьями, и Володя с Павлом, одетые во все черное, с рюкзаками за спинами, быстро вышли из кустов. Осторожно, ступая след в след, они подошли к заграждению. Володя достал кусачки и уверенными движениями перерезал ограду снизу. Отогнув железки, он по-пластунски переполз на ту сторону. Павел последовал за ним. Осмотревшись, они бесшумно ушли к лагерю военных и скрылись за деревьями.

Перебегая от одних кустов к другим, они спрятались за ближайшим к палаткам деревом. Володя осторожно выглянул, осмотрел лагерь, затем спрятался обратно. Подойдя ближе к палатке, мужчины прислушались.

– Продолжай разбор завалов, – донесся до них жесткий голос Флейшера.

– Мне нужен еще антидот, – ответил ему Морозов. – Тут запаса на два дня, не больше.

– Этого достаточно, – оборвал его Флейшер. – За два дня мы или найдем «Доминус», или он самоуничтожится. В любом случае наша деятельность здесь завершается. Школа пойдет под зачистку, и тратить антидот на покойников нет смысла.

Павел с Володей в ужасе переглянулись. Дождавшись, когда Морозов с Флейшером покинут палатку, Володя резкими движениями вспорол ножом ее брезентовую стену по горизонтали. Он пролез в образовавшуюся дыру, следом за ним пролез Павел.

Оба сосредоточенно и напряженно огляделись и заметили лежащий на столе чемоданчик с антидотом. Павел бросился к чемоданчику и, открыв его, с досадой сообщил:

– Так и есть. На два дня, не больше.

В этот момент недалеко от палатки послышались приглушенные голоса солдат. Володя сделал Павлу предостерегающий знак рукой. Оба замерли, настороженно переглядываясь.

Володя быстро подошел к разрезу в брезенте. Павел убрал чемоданчик с антидотом в рюкзак, закинул его за спину и бесшумно подошел к Володе. Оба вылезли из палатки через разрез. Как только они скрылись, в палатку вошел Бессонов. Заметив дыру в брезенте, он жестко сообщил в рацию:

– Внимание всем постам: проникновение на территорию.

По лагерю завыла сирена, Володя и Павел что есть сил бежали по лесу к заграждению. Они заметили, что следом за ними из леса выбежали солдаты с автоматами.

– Беги, – решительно сказал Володя Павлу, достав пистолет. – Я их задержу.

– Не дури, – обеспокоенно возразил тот. – Успеем вместе.

– Стоять! Ни с места! – закричал им один из солдат.

– Паша, беги! – резко сказал Володя. – У тебя антидот!

Павел кивнул и быстро прополз через лаз в заграждении на ту сторону. Володя в это время сделал несколько выстрелов в сторону солдат. Те вскинули автоматы и выстрелили в ответ. Володя пригнулся, собираясь пролезть через заграждение, но два подбежавших солдата схватили его.

Двое других солдат с автоматами несколько раз выстрелили через заграждение в убегающего Павла. Володя попытался сопротивляться, но получил прикладом по голове. Солдаты выкрутили ему руки и, грубо прижав к земле, отобрали пистолет. В этот момент подоспел Бессонов. Володя молча хмуро смотрел на него.

* * *

Денис и Лиля, испуганно щурясь, закрылись руками от слепящего света фонарика. Темная фигура с фонариком угрожающе сделала шаг в их сторону, и дети в панике отшатнулись. Лиля судорожно прижимала к себе рукопись. Внезапно раздался голос Леши:

– А вы что тут делаете?

Денис включил фонарик, и только теперь стало видно, что в комнате возле саркофага стоит Леша. Он с любопытством оглядывался по сторонам, быстрым движением освещая помещение своим фонариком.

– То же, что и ты! – мгновенно придя в себя, заносчиво заявил мальчик. – Или думал – ты один такой умный?

– Уф-ф, Леша… – с облегчением выдохнула Лиля. – Ну, ты нас и напугал!

– Что, приняла меня за графа Щербатова? – засмеялся парень и, восхищенно оглядев склеп, признал: – Знаете, вы просто нереальные молодцы! Мы с ребятами тут все двери открыли – а эту никак не могли.

– Вся фишка в часах, – горделиво сказал Денис.

– В часах? – заинтересованно спросил Леша. – В каких?

– Там, на двери, – объяснил мальчик, с деловым видом кивнув в сторону выхода. – Это такой замок. Надо стрелки поставить на время смерти графини – без пятнадцати двенадцать. – Он обернулся к саркофагу и уверенно предположил: – Стопудово она и лежит в этом гробу.

– А ты знаешь, что графиня умерла от вируса, которым мы все болеем? – обратилась Лиля к Леше.

– Странно, – нахмурившись, сказал тот. – Вообще-то, я читал дневник графа – он был издан. И там ничего такого про графиню не было. Только про то, что вирус появился еще пятьсот лет назад в Китае.

– Ты, наверное, только первую часть читал, про их путешествие, – догадалась девочка и показала Леше рукопись: – А тут есть продолжение…

– Дашь посмотреть? – попросил Леша и взял с готовностью протянутую Лилей рукопись.

– Смотрите! Тут лилия! – возбужденно воскликнул Денис. – Значит, точно – внутри графиня.

Рбята подошли к саркофагу, Денис посветил фонарем на его крышку, на ней был замок-лилия, такой же, как на входе в лабиринт и комнату с артефактами. Мальчик горящими глазами посмотрел на Лилю и Лешу.

– Видите? Гроб можно открыть медальоном!

Он немедленно достал из кармана медальон и приложил его к замку на саркофаге, после чего уверенно толкнул крышку саркофага, Леша помог ему, но крышка все равно не сдвинулась с места.

– Не фурычит, – разочарованно произнес Денис.

– Потому что тут две лилии, – вдруг сказала внимательная Лиля и указала на второй замок-лилию на боку саркофага.

– Зашибись! – еще больше расстроился Денис. – И где мы возьмем второй?

– У меня, – неожиданно произнес Леша.

Ребята удивленно посмотрели на него. Парень обаятельно им улыбнулся и первым пошел к выходу. Денис с Лилей поспешили за ним, ломая голову над вопросом, откуда взялся второй медальон. Денис готов был поклясться всем на свете, что в той шкатулке, где он нашел свой медальон, второго такого же не было…

* * *

Виктор вышел из своей комнаты и быстро пошел по коридору. Из-за угла появилась Лариса, направляющаяся навстречу. Виктор собирался пройти мимо, но Лариса его остановила.

– Виктор… мне надо тебе что-то сказать, – решительно сказала она.

– Нам не о чем разговаривать, – недовольно ответил Виктор.

– Я не прошу со мной разговаривать, – сдержанно возразила женщина. – Просто выслушай меня. Это касается вакцины. Я еще раз все проверила – вакцина была синтезирована правильно. Но один из ее компонентов по составу отличается от образца. Поэтому он не работает.

– Какой компонент? – скептически спросил Виктор. – Моя кровь или Игорька?

– Нет. Кровь Полины, – сообщила Лариса. – И я почти уверена, что она знала об этом с самого начала. Можешь мне не верить, – сухо добавила она, – но Полина действительно что-то замышляет.

Лариса не успела договорить – из комнаты Елены раздался громкий плач Игорька. Ребенок так надрывался, что было понятно – что-то случилось. Лариса с Виктором бросились к комнате Елены.

Вбежав, они увидели, что в кроватке громко плачет Игорек, а рядом на полу без сознания лежит Елена. Виктор подхватил ее на руки и понес к кровати, но внезапно заметил на ее губах следы крови.

– У нее кровь… Я не понимаю… – потрясенно произнес он, бережно положив женщину на кровать. – Как такое может быть? Лена вчера при мне принимала антидот.

– Значит, лекарство почему-то не подействовало, – предположила Лариса. – Видимо, ее организм слишком ослаблен вирусом, – она с тревогой посмотрела на Виктора, который взял на руки притихшего Игорька, и обеспокоенно сказала: – Нужно срочно дать ей новую дозу. Иначе…

– Иначе что? – взволнованно спросил Виктор.

– Елена Сергеевна умрет, – упавшим голосом сказала Лариса.

Виктор прижал к себе Игорька и в ужасе посмотрел на лежащую без чувств Елену. Получалось, что даже антидот не гарантирует того, что человек хотя бы сутки будет чувствовать себя здоровым. Значит, следовало ожидать, что не только Елена, но и любой из обитателей школы в любой момент может оказаться на пороге смерти.

* * *

Денис и Лиля вышли вместе с Лешей из его комнаты, куда они ходили за копией медальона, хранящегося у него. В этот момент с другой стороны коридора появились взволнованные Вика и Максим.

– Андрюха застрял внизу, – торопливо сказал Максим Леше. – Нужна твоя помощь.

Леша повернулся к Денису и Лиле и, передав девочке свой медальон, с сожалением сказал:

– Ребят, придется вам без меня. Справитесь?

Лиля кивнула, и Вика, Леша и Максим быстро ушли по коридору в одну сторону, а Денис с Лилей – в другую.

Войдя в склеп, Денис осветил все большим фонарем и, подойдя к саркофагу, поставил фонарь на пол. Вытащив из кармана свой медальон, он в нетерпении подошел к замку-лилии, расположенному на крышке саркофага, и приложил к нему медальон. Лиля, стоя сбоку от саркофага, медлила. Денис нетерпеливо посмотрел на нее.

– Лиль, ты чего зависла? – недовольно спросил мальчик.

– Просто нехорошо тревожить мертвых, – нахмурившись, объяснила она, с сомнением вертя в руке переданный ей Лешей медальон, затем все же решилась: – Ну, ладно. Но только посмотрим и сразу закроем. Обещаешь?

– Зуб даю, – клятвенно произнес Денис.

Лиля приложила медальон к замку. Ребята одновременно повернули оба медальона, и верхняя плита саркофага начала медленно сдвигаться, так что стали видны два старых черепа. Лиля испуганно вскрикнула, закрыв лицо ладонями, и отвернулась. Зато Денис был в полном восторге.

– Вот это круть! – воскликнул он, заглянув в саркофаг. – Ой, смотри, тут их два! Реальные скелеты!

– Денис, посмотрел – и хватит! – умоляюще произнесла девочка. – Закрывай обратно!

Денис с неохотой потянул крышку обратно, но вдруг что-то заметил внутри саркофага и, засунув туда руку, достал большой плотный конверт.

– Лиль, смотри! – восхищенно сказал он. – Послание из загробного мира!

Мальчик наконец задвинул до конца крышку саркофага, и Лиля осторожно достала из конверта сложенные пожелтевшие листки бумаги, исписанные от руки, в верхней части которых был вытесненный знак лилии. Текст на листах частично выцвел, частично полностью исчез, прочитать его целиком было невозможно.

– Дорогой … итрий… – попыталась прочитать девочка и предположила: – Может, это письмо графа? Наверное, кто-то его положил туда уже после его смерти.

Закрыв комнату с саркофагом, ребята вышли из шестиугольной комнаты и пошли в библиотеку. Уютно устроившись на полу на верхней галерее, они разложили перед собой выцветшие листки. Свет в школе после отбоя уже выключили, и Денис с Лилей пытались прочесть листки, подсвечивая себе фонариком.

– Один листок – это письмо «Дорогому … итрию»… – прочитала, нахмурившись, Лиля. – А второй, похоже, завещание… Вот смотри: «Граф Ще… имение сие… прошение по сме… в безотчетное распоряжение…»

– Понятно, понятно, – перебил ее друг. – После смерти граф завещает свое имение… кому только – неясно, – он взял листок и прочитал: – «…Колл… фессо…»

– Коллеге профессору, – догадалась Лиля. – В дневнике граф упоминает только одного своего коллегу, тоже врача и ученого… Ивановского! Точно. Дмитрий Ивановский, они вместе в университете учились. – Лиля нахмурилась и недоуменно проговорила: – Только… усадьба перешла не к нему, а к Евгению Щербатову, дальнему родственнику графа.

– Значит, этот бедный дальний Щербатов выкрал завещание и засунул его в гроб, – догадался Денис, – а сам все захапал себе.

– А чтоб никто не узнал, замуровал тайную комнату графа, – согласилась девочка.

В этот момент в холле включился свет. Лиля и Денис, щурясь, поглядели вниз, откуда на них строго смотрел завхоз.

– Это что за посиделки с фонарями? Отбой был два часа назад. Сами спать пойдете или проводить?

Денис с Лилей покорно спустились вниз, при этом мальчик на ходу спрятал письмо под кофту.

* * *

В это время у кровати Галины сидела знахарка. Хотя Галина все еще выглядела осунувшейся и бледной, но было видно, что ей уже намного лучше. В руках у знахарки был медальон – точно такой же, каким открывали замки-лилии дети в подземелье. Знахарка, показав медальон Галине, объяснила:

– Им я и открыла ход в подземелье. Ходила туда за книгами в графскую библиотеку. Кто бы знал, что эта безделушка окажется такой полезной.

– Мы их нашли на чердаке, – припомнила Галина, – когда в детдоме был субботник.

– Да… Казалось – вся жизнь впереди… – усмехнулась Нина, – счастливая и беззаботная… Потом я встретила Алексея, а ты влюбилась в Крылова…

– И моя жизнь превратилась в кромешный ад, – с горечью призналась Галина. – Ради него я отказалась от дочери. А он меня предал.

– Наше с Алешей счастье тоже длилось недолго, – вздохнула Нина. – Жизнь пошла прахом… – На ее глазах показались слезы, но она через силу продолжила: – Я потеряла не только мужа, но и детей… Игоря и Ирочку…

Нина опустила голову, на ее лице была написана сильнейшая душевная боль. Галина взволнованно смотрела на нее.

– Как же ты тут оказалась, Нина? – спросила Галина. – Ведь мы тебя похоронили… и Алексея тоже. Я за вашей могилой почти сорок лет ухаживаю…

– А что они сказали? – напряженно спросила Нина. – От чего мы умерли?

– Сказали – роды начались раньше времени, тебя не удалось спасти, – припомнила Галина. – А Алексей покончил с собой… от горя.

– Они его убили… И меня хотели убить, – с болью проговорила Нина. – Если бы не Алеша, меня бы сейчас тоже не было в живых. В день, когда я родила Ирочку, Алешу вызвали к Крылову, но он пришел чуть раньше и застал у него Колчина и доктора Никифорова. Он услышал в приоткрытую дверь, как Никифоров отчитался перед Колчиным и Вульфом, что роды прошли без осложнений и что мне поставили капельницу с растительным ядом. Через час от ее действия меня должен был разбить паралич, а еще через два дня я бы умерла, и все бы думали, что от естественных причин. Алеша понял, что нас с Ирочкой нужно спасать. Он ворвался в операционную и быстро перекрыл доступ лекарства в капельнице – впрочем, там уже было чуть больше половины. Я заторможенно наблюдала за мужем – яд уже начал действовать. Алексей торопливо вытащил иглу из моей руки и помог мне встать, накинув на мои плечи одеяло. «Нам надо бежать! – встревоженно сказал он. – Они хотят забрать Ирочку, а тебя убить!» Подбежав к боксу, Алексей достал из него нашу дочь, завернутую в одеяльце, и, одной рукой прижимая к себе ее, а другой обнимая меня, вывел меня из операционной. Но они почти сразу обнаружили побег… И отправили за нами своих людей. Мы бежали по лесу, я еле успевала за Алексеем, ноги уже плохо меня слушались. Вдалеке был слышен яростный лай собак. Вдруг Алексей остановился и сказал: «Я их отвлеку. А вы бегите. Бегите как можно дальше отсюда! – Обняв меня и поцеловав малышку, он пообещал: – Мы с Игорем найдем вас». И он остался там, а я с Ирочкой на руках побежала по лесу. Что было дальше, помню смутно. Бежала, чуть не теряя сознание. Если бы не Ирочка, давно бы упала… За нее боялась… Ее хотела спасти… Мне было уже совсем нехорошо, когда я заметила впереди озеро. Осторожно положив Ирочку на землю, я сделала несколько шагов по направлению к воде, голова у меня закружилась, я оступилась и упала вниз с небольшого обрыва. Оказавшись внизу, я слышала, как они приближаются… как плачет Ирочка… но ничего уже не могла сделать. Те, кто за нами гнался, решили, что я утонула, – Нина вытерла слезы и обвела глазами комнату. – Очнулась я уже здесь. Меня выходила бабка-знахарка. Местные считали ее колдуньей, сюда, на болото, мало кто совался.

– Почему же ты не пыталась найти детей? – взволнованно спросила Галина.

– Да я год с кровати не вставала – из-за яда, который мне вкололи, меня вроде как паралич разбил, – с горечью рассказала Нина. – Знахарка меня травами и настойками, считай, с того света вернула… И потом – что я могла? Украсть детей и жить с ними в лесу? У меня же ни денег не было, ни документов. А потом детский дом закрыли, и я потеряла своих деток навсегда…

Нина вытерла слезы, заново переживая горе. Галина ласково погладила ее по плечу.

– Нина, твои дети здесь, в школе! – сообщила она. – Они росли в разных семьях, под другими именами. Игоря теперь зовут Виктором. А Иришу – Натальей.

Нина взволнованно слушала Галину, ловя каждое ее слово.

– И у тебя есть чудесные внуки… баба Нина! – с улыбкой закончила Галина.

Нина заплакала от счастья, не в силах вымолвить ни слова. Галина, тепло ей улыбнувшись, отпила отвар из чашки, которую она все это время держала в руках.

* * *

Спустившись в подземелье, Максим привел Вику и Лешу к той двери, за которой оказался заперт Андрей. Присев на корточки, Леша внимательно ощупывал букву «D» в нижней части двери.

– Мне кажется, за этой дверью был объект «Доминус», – предположила Вика, присев рядом с ним. – Или сейчас есть.

– Кто точно там сейчас есть, так это Андрюха, – нетерпеливо напомнил Максим. – И надо этот бункер пошустрее открыть.

– Здесь сенсорный замок, – пришел к выводу Леша. – Без пульта мы его не откроем.

– Зашибись! – мрачно воскликнул Максим и, взяв лом, подошел к двери. – Значит, вернемся к первоначальному варианту.

Вставив лом в зазор между дверью и стеной, Максим кивнул Леше, предлагая присоединиться. Ребята со всей силы навалились на лом, но дверь не поддавалась. Тогда они, корчась от натуги, продолжили налегать – безрезультатно. Отпустив лом, ребята отошли, тяжело дыша.

– Ничего не выйдет, – сделал вывод Леша. – Мы не Гераклы – монолитные стены прошибать.

– Знаешь, мы с Андрюхой тоже не Гераклы, – возразил Максим, – и, тем не менее, он сейчас с той стороны, а я тут.

– Стойте! – неожиданно воскликнула Вика, сосредоточенно нахмурившись. – Я знаю, почему вы смогли открыть дверь! На всех действовал излучатель!

– Так в чем проблема? – тут же подхватил Леша. – Давайте снова его запустим. Чтобы дверь открыть, хватит пяти минут. – Взглянув на Максима, на лице которого было сомнение и страх за Марию, Леша убежденно закончил: – Все равно другого способа нет. Сами мы ее не одолеем.

– Ладно, – нехотя согласился Максим. – Где эта ваша адская машинка?

– В графском подземелье, – ответила Вика.

– Тогда вперед, – скомандовал Максим.

Ребята торопливо ушли по коридору. Максим был в сильном волнении – он переживал за Андрея и Марию. Оставалось надеяться лишь на то, что с его другом все в порядке и он терпеливо ждет, когда его освободят. И что излучатель, который они снова собирались включить, за пять минут работы никак не подействует на Марию.

* * *

Женя в легком халатике, с косметичкой в руках и переброшенном через плечо полотенцем вышла из душевой. Ее догнала обеспокоенная Лиза, на ходу спросив:

– Женя, ты не знаешь, где Вика?

– Без понятия, – ответила Женя, покачав головой. – Во всяком случае, в душе ее нет.

Девочки дошли до двери в свою комнату, но в этот момент с противоположной стороны коридора появился мрачный Рома. Проходя мимо девочек, он бросил на Женю ненавидящий взгляд. Девушка тут же приняла оскорбленный вид.

– Видеть его не могу, – призналась она Лизе.

Женя открыла дверь, и девочки вошли в комнату. Женя, подойдя к своей кровати, продолжала возмущаться:

– Мало ему Андрей с Максом накостыляли. Надо же было такое сказать – что я убила Дашу!

Лиза сочувственно кивнула и вдруг застыла на месте, на что-то потрясенно глядя. Женя положила на тумбочку косметичку, бросила на кровать полотенце, продолжая злиться.

– Зря его из изолятора выпустили, пусть бы и сидел там. – Оглянувшись на Лизу, она наконец заметила ее странное состояние и осеклась: – Лиз, ты чего?

Лиза молчала, потрясенно глядя на свою кровать: на ней сидела Даша, окруженная призрачным сиянием, и внимательным взглядом смотрела прямо Лизе в глаза.

– Лиза, ау? – встревоженно окликнула ее Женя. – Ты меня слышишь?

Лиза обернулась к ней и, стараясь говорить непринужденно, ответила:

– Да, все нормально. Просто задумалась.

Женя кинула на Лизу острый внимательный взгляд, но та, не заметив его, подошла к своей кровати. На том месте, где только что сидела Даша, лежала горстка листьев. Перебирая листья, Лиза задумчиво смотрела на них.

* * *

Елена с закрытыми глазами лежала на кровати, часто и мелко дыша. Лоб ее был покрыт испариной, на бледном лице резко выделялись лихорадочные пятна. Сидящая рядом Лариса осторожно промокнула салфеткой испарину на ее лбу. Виктор, стоя у окна, беспокойно смотрел на дверь. Она открылась, и в комнату вбежала встревоженная Мария с медицинским чемоданчиком.

Лариса быстро открыла чемоданчик, точными движениями достала оттуда шприц и ампулу без маркировки с прозрачным содержимым. Она собиралась вколоть Елене стимулятор, без которого та могла не выжить.

В этот момент дверь распахнулась, и в комнату быстро зашел Павел с рюкзаком в руках. Увидев все происходящее, он торопливо открыл рюкзак и достал оттуда чемоданчик с антидотом. Взяв одну пробирку, Виктор быстро открыл ее и, приподняв голову Елены, влил ей в рот лекарство. Женщина судорожно глотнула и через мгновение затихла. Дыхание ее успокоилось, стало ровнее и глубже.

– Думаю, нам всем лучше сейчас уйти и дать Елене Сергеевне отдохнуть, – предложила Лариса.

Павел понимающе кивнул, заботливо укрыл Елену одеялом и вместе с остальными вышел из комнаты, бросив напоследок тревожный взгляд на спящую женщину.

– Эта доза подействовала, – недоуменно сказал Виктор в коридоре. – А предыдущая – нет. Что это значит?

– Я не знаю, – призналась Лариса.

– Я знаю, – хмуро ответил Павел. – Вчера Лена не принимала никакого антидота. При Морозове она выпила сок, а свою дозу отдала Мите.

– Будем надеяться, что все обойдется и ее организм справится, – успокаивающе произнесла Лариса. – Я зайду через час проверить, как она.

Павел кивнул, и женщина ушла, искоса взглянув на Виктора. Но тот сделал вид, что не заметил ее взгляда.

– Я тоже пойду, – сказала Мария, улыбнувшись. – Меня, наверное, муж заждался.

– Маш… – глухим голосом остановил ее Павел и признался: – Володи нет. В общем… я вернулся один. Нас засекли. Антидот был у меня, я шел первым, Володя остался прикрывать отход…

Виктор помрачнел. Мария в ужасе смотрела на Павла.

В этот момент избитый Володя сидел, прикованный наручниками к стулу. У входа в палатку стояли двое солдат с автоматами. Вошедший Морозов сделал знак солдатам, и они вышли. Морозов подошел к Володе, зло усмехнувшись.

– Удивил ты меня, Шевцов. Ладно, этот дебил-физрук мог выкинуть такое. Но ты! Агент Князева… – с издевкой произнес Морозов. – Прошедший полное обучение! Как тебя угораздило так вляпаться? Украденного лекарства вам хватит максимум на два дня. А что потом? Все равно приползете ко мне на пузе.

– Я бы, наверное, очень испугался… – спокойно ответил Володя и чуть усмехнулся, – если б не знал, что ты и все твои угрозы – дешевка. Насколько мы с Павлом поняли, вы тут нас уже и так похоронили… А зря. Теперь вам в школу ход закрыт. А надо «Доминус» искать, иначе Раубер с Флейшером по головке не погладят.

Морозов на секунду помрачнел, поняв, что информация просочилась в школу, в его глазах вспыхнула ненависть.

– Знаешь, почему мы вас похоронили? – зловеще спросил Морозов. – Потому что вы – покойники. И ничто вас уже не спасет.

Он вышел из палатки, провожаемый напряженным взглядом Володи. А тот лихорадочно обдумывал, как ему выпутаться из этой ситуации, но не видел пока ни малейшего варианта для побега.

* * *

В это время Виктор, Павел и Раевский сидели в комнате Виктора. Виктор только что пересчитал ампулы с антидотом и с досадой захлопнул чемоданчик.

– Этого еле хватит на два дня, – сообщил он Павлу и майору.

– Флейшер сказал Морозову, что больше не намерен тратить антидот на покойников, – мрачно известил Виктора Павел. – Школа пойдет под зачистку. Не выживет никто.

Виктор окаменел, на его лице было написано сильное потрясение. Раевский растерянно оглядел всех – он не был готов к такому повороту событий.

– Значит, у нас два дня на то, чтобы вывести детей за периметр, – решительно сказал Виктор. – Я уверен – в «INGRID» есть запас лекарств.

– Ну, и как вы собираетесь выбираться отсюда? – нервно спросил Раевский.

Виктор не успел ответить – распахнулась дверь, и в комнату вбежала перепуганная Мария.

– Елена Сергеевна… – прерывисто дыша, сообщила она. – Скорее! Ей снова плохо…

Виктор и Павел сорвались с места и вместе с Марией выбежали из учительской. Раевский остался стоять в кабинете, напряженно размышляя. Его никто не предупредил, что через два дня школа пойдет под зачистку, словно на нем почему-то тоже поставили крест. Он нахмурился и торопливо вышел из комнаты, направляясь к выходу из школы.

* * *

Спустя время холл погрузился в полумрак. Основной свет давно уже был выключен, горели только дежурные лампочки. Понурый Рома поднимался по лестнице. Он как раз дошел до верхней галереи, как вдруг заметил, что из учебного коридора вышла одетая в уличную одежду Женя. На ходу оглядевшись, она быстро выбежала из школы.

Рома нахмурился, озадаченно глядя вслед девушке, и, приняв решение, быстро спустился по лестнице и пошел вслед за ней. Проследив за Женей до полянки в лесу, он притаился за деревьями. Если бы он пришел на поляну чуть раньше, он бы услышал, как Морозов поручил Раевскому исполнить план вместо него до конца, но кусты ограничивали ему обзор, и Раевского он не видел, а только лишь Морозова и подошедшую к нему Женю.

– Принесла? – спросил Морозов.

Женя кивнула и, достав из кармана куртки жесткий диск Уварова, протянула его Морозову.

– Диск был в нашей комнате, – доложила Женя. – Кузнецова приклеила его под днищем шкафа. Но она успела его скопировать.

– Это не проблема, – небрежно сказал Морозов, пряча диск по внутренний карман. – Во всяком случае, не твоя. Задача на ближайшие два дня – присматривать за своими дружками. Они не должны сорвать нам операцию. Если ситуация выйдет из-под контроля, можешь пойти на крайние меры.

– Я поняла, – ответила Женя, мило улыбнувшись.

Раевский смотрел на нее с неприязнью. Он и не подозревал, что это милейшее создание работает на Морозова. Притаившийся в кустах Рома слышал весь разговор. Единственное, чего он не понял, – что это за крайние меры, на которые Жене дал добро Морозов.

* * *

Виктор, Павел и Мария в состоянии крайней тревоги вбежали в комнату Елены. Елена лежала на кровати без сознания, Лариса сделала ей укол, убрала шприц и проверила пульс.

– Я принесла Елене Сергеевне воды, – сбивчиво объяснила Мария Павлу и Виктору. – Она выпила, все было хорошо, и вдруг приступ… ее всю затрясло… начались судороги…

– Что это значит?! – требовательно спросил Виктор у Ларисы. – Почему снова приступ? Ведь Лена выпила антидот!

– Слишком поздно, – сдержанно сказала женщина. – Если бы она приняла его на несколько часов раньше – она бы продержалась. А теперь… Ее убивает вирус. Организм Елены Сергеевны ослаблен, антидот не справляется. Этот день без лекарства стал для нее роковым.

– Сколько ей осталось? – с трудом произнес Виктор, сглатывая комок, подступивший к горлу.

– Два-три часа или даже меньше… – с болью ответила Лариса.

Все были потрясены и убиты этой новостью. Павел еле сдерживался, чтобы не заплакать. Он крепко сжимал руку Елены, Мария тихо плакала, у Виктора на глаза тоже навернулись слезы. В этот момент ресницы Елены вздрогнули, она открыла глаза.

– Виктор, прошу тебя… – тихим голосом произнесла она. – Если вы выберетесь отсюда… найди маму Мити… верни ей сына…

– Я все сделаю… – твердо ответил мужчина. – Обещаю тебе.

Мария, не в силах сдерживать рыдания, тихо вышла за дверь. Лариса прислонилась к двери ванной. В комнату тихо вошла Полина.

– Я только что узнала, – негромко сказала она Виктору, – Маша мне рассказала.

Виктор печально кивнул, и Полина забрала Игорька и вышла из комнаты. Лариса, нахмурившись, проводила ее настороженным взглядом. Виктор в отчаянии прислонился лбом к стене, он был убит горем. Лариса с сочувствием посмотрела на него и вышла из комнаты. Павел, не выдержав, покрыл поцелуями лицо Елены, а затем, рыдая, уткнулся в ее колени. Виктор поднял голову и поймал взгляд Елены. Делая над собой усилие, она проговорила:

– Я всегда все делала не так… влюблялась не в тех мужчин… строила глупые планы… И за всем этим не видела главного… Тебя… Ты всегда был рядом… Любил меня, несмотря ни на что… – говорила она с горьким сожалением. – Я ничего не ценила… Я слишком поздно поняла, что ты – единственный…

Виктор, не выдержав, вышел в коридор и прислонился к стене.

Елена из последних сил произнесла свои последние слова:

– Прости меня, Паша… Прости за все…

Павел глухо застонал, испытывая сильнейшую душевную боль. Елена прикрыла глаза, ее силы были уже на исходе. Павел порывисто обнял ее, и она обмякла в его объятиях, перестав дышать.

* * *

В эти трагические мгновения Полина с Игорьком на руках вошла в медкабинет, оставив дверь приоткрытой. У нее был очень сосредоточенный вид. Девушка подошла к кушетке и положила на нее ребенка. Взяв со столика скальпель, она безо всякого выражения сказала Игорьку:

– Придется потерпеть.

Полина протерла левую руку Игорька от запястья до локтевого сгиба ваткой, смоченной в спирте. Стоявшая на пороге Вера с силой захлопнула дверь. Полина вздрогнула и замерла: перед ее мысленным взором, как в тумане, промелькнула картинка, словно из какой-то другой жизни: сидящий в кресле Вадим наставил на нее пистолет, спросив:

– Зачем ты пошла против нас? Ты не можешь не понимать, что за нами – будущее.

– Я не хочу жить в таком будущем… – смело ответила она, – построенном на миллионах трупов ни в чем не повинных людей.

– Я мог бы подарить тебе вечную молодость… – с грустью сказал Вадим.

– А я хочу состариться с Антоном, – ответила Полина. – Так что мы с тобой не сговоримся. Тебе придется меня убить.

Недоуменно замерев на секунду, девушка, поморщившись, потерла висок, не понимая, что это было. Затем ее лицо снова приняло холодное, отрешенное выражение. Она склонилась над ребенком и сделала несколько небольших насечек скальпелем на его ручке между запястьем и локтевым сгибом.

* * *

Принеся к двери, которая захлопнулась за Андреем, излучатель, ребята установили его на полу, и Вика нажала на кнопку включения. Раздалось еле уловимое гудение.

– Через три минуты выключишь, поняла? – попросил Максим у девушки и обратился к Леше: – Поехали!

Ребята со всей силы навалились на лом, вставленный в шов между дверью и стеной, пытаясь отжать дверь. Стиснув зубы, они давили все сильнее. Вика напряженно смотрела то на часы, то на ребят. Максим с хрипом навалился на рычаг, и дверь чуть-чуть поддалась.

– Пошла, пошла! – прохрипел Максим.

Они с Лешей с новой силой налегли, и дверь еще чуть-чуть приоткрылась. Максим просунул лом в щель и ослабил нажим, чтобы отдохнуть.

– Осталась минута! – тревожно предупредила Вика.

Ребята, сжав зубы, снова налегли на лом, и дверь приоткрылась так, что образовалась широкая щель. Леша придержал дверь руками, и Максим вставил в щель лом как распорку.

– Вырубай! – крикнул Максим Вике.

Она быстро выключила излучатель. Еле заметное гудение исчезло. Максим с Лешей, как будто потеряв последние силы, ослабили хватку, и дверь начала закрываться. Послышался скрежет железного лома. Где-то в механизме раздался щелчок, и дверь замерла – это из-за лопнувшей пружины сломался замок.

Теперь ребята без труда открыли дверь до конца. Вика подошла ближе, и они все вместе зашли внутрь. Перед ними был длинный пустой коридор.

– Андрюх! Ты здесь? – громко позвал Максим.

– Андрей! – взволнованно крикнула Вика.

Однако ответом им было только гулкое эхо. Коридор ничем не отличался от других таких же коридоров подземелья. Ребята прошли вперед, напряженно оглядываясь, но Андрея нигде не было.

Глава 26

Тепловизор

Со вчерашнего вечера все ребята ходили расстроенные. Максим вообще был мрачнее тучи – в том, что Андрей пропал, он винил исключительно себя. Когда они утром после завтрака пришли в комнату девочек, Вика, беспокойно косясь на него, попыталась приободрить:

– Макс, Андрей не мог испариться. Мы обязательно его найдем. Осмотрим каждый закоулок.

– Это общая сеть коридоров, – подхватил Леша. – Просто Вульф перестроил часть из них под свое подземелье.

– Но от взрыва одна стена рухнула и открыла проход, – добавила Вика.

– Может, Андрей оставил для нас какие-то знаки? – предположила Лиза. – Чтобы мы знали, где его искать?

– Даже если и так, это нам не поможет, – с досадой сказал Максим. – Там темно, как в гробу.

– Нам нужен тепловизор! – неожиданно осенило Вику.

– Очень полезная штука, – согласился Леша. – Помогает видеть в темноте. Только она вряд ли завалялась в кабинете физики.

– Зато в мастерской Ермолаева очень даже могла, – напомнила девушка. – У него целый склад всякой техники. Мне кажется, я видела там что-то похожее.

– Ну че тогда стоим? – нетерпеливо спросил Максим. – Погнали.

Он первым решительно направился в сторону двери, собираясь выйти, как вдруг она сам распахнулась. На пороге стоял взволнованный Рома.

– Ребят, я хотел вас предупредить… – сказал он, обведя их взглядом. – Вы прятали какой-то диск, да? Женя Савельева его украла и отдала Морозову.

– Опять Савельева? – возмутился Максим. – У тебя что, один вариант на все случаи жизни?

– Надо проверить, на месте ли диск, – предложил Леша.

Вика бросилась к шкафу и ощупала его днище, после чего напряженно сообщила ребятам:

– Диска в самом деле нет.

Максим, резко развернувшись, сгреб Рому за воротник рубашки и с яростью его встряхнул:

– Где диск?

– Я же сказал – Женя отдала его Морозову! – возмутился Рома. – Женя шпионит за вами и сливает всю инфу Морозову. Она работает на него.

– О, так ты, оказывается, не только друзей сдаешь, но и коллег по работе! – с сарказмом произнес Максим.

– Придурок ты, Морозов, – со злостью сказал Рома, вырвавшись из рук Максима. – Не хочешь верить – не надо. Поверишь, когда она тебе кишки выпустит, только тогда поздно будет.

Он вышел, хлопнув дверью. Ребята с сомнением переглянулись, и Лиза осторожно предположила:

– Макс, может Рома не врет?

– А, может, ты тоже из конторы моего папаши? – жестко спросил Максим, в упор глядя на девушка

– Может, и диск этот ты сперла?

Вика бросила на Максима тревожный взгляд, а Лиза, поменявшись в лице, подошла к нему вплотную, напряженно глядя на него.

– Ты не придурок, Морозов, – обиженно бросила она. – Ты просто скотина.

Девушка быстро вышла из комнаты. Леша, с укором посмотрев на Максима, вышел следом за ней. Максим с отчаянием поглядел на закрывшуюся за ними дверь и, расстроенный, сел на кровать, обхватив голову руками. Вика присела рядом с ним.

– Она права, – с болью в голосе признал Максим. – Я действительно скотина. Урод, малодушная сволочь!

– Это не так… – сочувственно сказала Вика, пристально глядя парню в глаза. – Макс… Ты замечательный… ты самый лучший… Я знаю…

Она с нежностью провела ладонью по его лицу, ласково взъерошила ему волосы. Максим замер, и тогда Вика потянулась к нему и поцеловала. Парень ответил на поцелуй, страстно прижав ее к себе. Вика начала лихорадочно расстегивать пуговицы на его рубашке, но Максим вдруг резко отстранился.

– Макс… Что? – с тревогой спросила Вика. – Что-то не так?

– Прости, Вика… Я не могу… – опустив глаза, произнес он. – Может, я и скотина… но не до такой степени.

Он встал и, стараясь не смотреть на девушку, быстро вышел из комнаты. Вика с болью посмотрела ему вслед, после чего опрокинулась на кровать и зарыдала, уткнувшись лицом в подушку.

* * *

Избитый Володя лежал в палатке на земле, закованный в наручники. В той же палатке в углу сидел, привалившись к стене, Ермолаев. На его лице тоже были кровоподтеки от побоев Морозова, и его руки, как и у Володи, были в наручниках. Услышав слабый стон, Ермолаев посмотрел на Володю – тот пришел в себя и теперь пытался понять, где находится.

– Слава богу, – сочувственно произнес Ермолаев. – Я думал, вы уже не очнетесь.

– Вы тоже, я смотрю… в боевой раскраске, – заметил Володя, сев и тоже привалившись к стене, после чего представился, стараясь не морщиться от боли: – Я Володя.

– Ермолаев, Георгий Иванович, – представился в ответ Ермолаев, осторожно улыбнувшись разбитыми губами. – Рад познакомиться.

– Ермолаев? – удивился Володя. – Тот самый инженер из подземелья? Значит, это из-за вас нам устроили шоу с дымовушками?

– Виноват, простите, – улыбнулся Ермолаев, чуть кивнув. – А это из-за вас вчера тут фейерверк был со стрельбой?

– Я вижу, оба мы хороши, – засмеялся Володя, с симпатией глядя на Ермолаева.

– Как вы думаете, сколько они собираются нас тут держать? – негромко спросил Ермолаев.

– Двое суток, – с горькой усмешкой ответил Володя. – Потом – в расход.

– С чего вы это взяли? – спросил Ермолаев, поменявшись в лице.

– Слышал, как они обсуждали свои наполеоновские планы, – объяснил Володя. – Через два дня школа пойдет под зачистку. Не думаю, что для нас сделают исключение.

– Надо бежать отсюда, – нервно предложил Ермолаев. – Одному наручники открыть невозможно. Вдвоем – другое дело. Вы откроете мне, а я – вам.

– И чем вы предлагаете их открыть? – поинтересовался Володя. – Зубами?

– Отмычкой, – ответил Ермолаев, пожав плечами. – Я знаю, как ее сделать.

Он встал, прошел в дальний угол палатки и скованными за спиной руками достал что-то из-под брезента, а потом продемонстрировал это Володе. Тот одобрительно кивнул, увидев в руках Ермолаева моток жесткой проволоки.

* * *

Взволнованная Мария быстро шла по коридору с Игорьком на руках. Навстречу ей с другого конца коридора шла Лариса. Заметив встревоженное лицо Марии, Лариса нахмурилась, беспокойно посмотрев на Игорька, и, поравнявшись с ними, остановилась.

– Игорек весь горячий, – испуганно сообщила ей Мария. – И сыпь какая-то на ручках.

– Надо его получше осмотреть, – сказала Лариса, потрогав лоб ребенка и бегло осмотрев его ручки. – Пойдем в медкабинет.

– Маша? – окликнул Марию появившийся в коридоре Виктор.

– Виктор Николаевич, Игорек заболел, – с тревогой сказала женщина.

Виктор подошел ближе, взволнованно глядя на ребенка.

– У него высыпания на коже и температура, – напряженно объяснила Лариса. – Мне надо его осмотреть и сделать анализы, чтобы…

– Его осмотрит Полина, – холодно прервал ее Виктор.

Лариса поменялась в лице, с обидой глядя на Виктора. Тот спокойно выдержал ее взгляд, взял Игорька и ушел по коридору в сторону комнаты Полины. Мария растерянно посмотрела на Ларису, не понимая, что произошло.

Когда Виктор с Игорьком на руках зашел в комнату Полины, та сидела за столом, что-то печатая на ноутбуке.

– Полина, надо осмотреть Игорька, – взволнованно произнес Виктор. – У него температура и какая-то сыпь.

– Кладите его на кровать, – распорядилась девушка.

Виктор положил мальчика на кровать, и Полина быстро его осмотрела, подняв рубашечку. На груди и животике Игорька тоже была сыпь. Полина озадаченно нахмурилась, взяла из верхнего ящика стола электронный градусник и измерила ребенку температуру.

– Что-то серьезное? – беспокойно спросил Виктор.

– Похоже на инфекцию, – ответила девушка.

– Но Игорек не может болеть, – недоуменно возразил Виктор. – У него абсолютный иммунитет.

– Значит, иммунитет почему-то дал сбой, – спокойно сказала Полина. – Ему лучше побыть пока со мной, под присмотром.

Виктор с благодарностью кивнул и вышел. Улыбка сразу сошла с лица Полины. Она заперла дверь на ключ и посмотрела на Игорька ничего не выражающим взглядом. Отперев нижний ящик стола, девушка достала из него небольшой прибор с проводками и присосками, напоминающий прибор для измерения ЭКГ, с маркировкой «INGRID».

Подойдя к Игорьку, она с непроницаемым лицом подключила прибор к сети, и, взявшись за проводки с присосками, с холодным, равнодушным выражением лица поднесла их к ребенку.

* * *

Хмурый и расстроенный Рома шел через холл к лестнице, когда его догнала Лиза.

– Рома, я тебе верю, – напряженно произнесла она, пристально глядя парню в глаза. – Дашу убил не ты.

– Ты что-то знаешь? – удивленно спросил Рома.

– Я видела призрак Даши, – сообщила Лиза.

– Даша приходила к тебе? – потрясенно спросил парень. – И что… ну, что она говорит?

– Ты же знаешь, они никогда не говорят, – напомнила девушка. – Она просто смотрит на меня. А когда исчезает, на том месте остаются листья…

– Может, листья и есть знак? – осенило Рому. – Савельева убила ее в лесу. И листьев там было до фига.

– Ты считаешь, на месте убийства остались какие-то улики? – задумчиво спросила Лиза.

– Может быть, – поризнес он. – И Дашка пытается тебе это сказать.

Стоящая на верхней галерее Женя слышала весь разговор. На ее лице было жесткое, встревоженное выражение. Обдумывая, что теперь делать, она отступила от балюстрады, чтобы ее не заметили.

* * *

В это время Вика взяла себя в руки и пошла в комнату старших мальчиков, намереваясь поговорить с Максимом о своих чувствах. Однако комната оказалась пуста. Девушка огляделась, собираясь уйти, но заметила на столе открытый ноутбук.

Поколебавшись, она все же подошла к нему и увидела на рабочем столе монитора видеофайл «Лизе». Вика села на стул и щелкнула мышкой, открывая файл. На экране появилось лицо Максима.

– Лиза… Когда ты увидишь эту запись, меня уже не будет… – с отчаянием проговорил Максим. – Или я стану овощем – что, в общем-то, одно и то же, – он горько усмехнулся, собираясь с мыслями. – Тогда я уже не смогу ничего тебе сказать. Но хочу, чтобы ты знала правду… Из-за этого вируса я теряю память, антидот разъедает мой мозг. Я превращаюсь в старого маразматика… Скоро я забуду все, что мне дорого. Своих друзей, маму, тебя… – На глаза Максима навернулись слезы, он с трудом сдерживал эмоции, но все же закончил: – Не хочу, чтобы ты видела это. Я сделал тебе очень больно, но лучше ты будешь меня ненавидеть, чем мучиться, вытирая мне слюни, – с болью сказал он и искренне признался: – Я люблю тебя. Прости меня, если сможешь.

Вика потерянно смотрела на монитор, в ее глазах стояли слезы. Она только что лишилась последней надежды, что Максим когда-нибудь будет с ней. Скопировав запись на флешку, она вернулась в свою комнату. В это время расстроенная Лиза сидела на своей кровати, вспоминая все, что было между нею и Максимом. Вошедшая в комнату Вика подошла к Лизе и протянула ей флешку.

– Тебе нужно это посмотреть, – через силу сказала она, преодолевая свою тоску и боль. – Прямо сейчас.

– Хорошо, – недоуменно ответила девушка, взяв флешку.

Вика вышла из комнаты, и Лиза вставила флешку в компьютер. Запустив видеофайл, она напряженно посмотрела на появившееся на мониторе лицо Максима. Она с тревогой и болью просмотрела запись, под конец ее не выдержав и заплакав.

* * *

Дождавшись наступления ночи, Володя, держа руки за спиной, быстро подошел ко входу в палатку и выглянул из нее с сильным волнением на лице.

– Слышь, друг, тут человеку плохо, – встревоженно сказал он часовому.

– Что с ним? – с подозрением спросил солдат.

– Сердце прихватило, – ответил Володя. – Позови врача или кто там у вас есть…

Солдат торопливо пошел за военным врачом. Когда они вдвоем пришли в палатку, Володя с тревогой смотрел на лежащего на полу и издающего тихие стоны Ермолаева. Врач склонился над ним, и в этот момент Ермолаев обхватил шею врача руками, повалил его на пол и накинул ему на голову кусок брезента.

Володя сильным ударом в челюсть сбил с ног часового и, выхватив у него автомат, ударил прикладом по голове. Солдат замер на полу без движения. Подскочив к врачу, Володя и его вырубил прикладом по голове, после чего помог встать ослабевшему Ермолаеву.

– На все про все у нас три минуты, – сказал Володя.

Переодевшись в форму солдата, он помог Ермолаеву снять одежду с врача, чтобы и он тоже переоделся. Откинув полог, Володя с Ермолаевым бесшумно вышли из палатки и направились в сторону леса. В этот момент стоявший неподалеку Бессонов обернулся. С подозрением прищурившись, он быстро проверил палатку, после чего по лагерю немедленно раздался вой сирены.

* * *

В это время мрачный Максим, сидя на подоконнике в своей комнате, слушал плеер, безучастно глядя в окно. В комнату нерешительно заглянула Лиза. Парень заметил ее, но отвернулся, делая вид, что продолжает слушать музыку. Лиза, собравшись с духом, подошла к Максиму и протянула сложенный вдвое листок.

– Пожалуйста, прочитай… – попросила она.

Максим нехотя снял наушники и принял безразличный вид, разворачивая листок. Лиза стояла перед ним, глядя с волнением, как он читает ее письмо: «Максим… Я знаю, что ты не захочешь меня слушать, поэтому пишу тебе. С тобой совсем непросто. Ты сказал, что любишь меня, а потом ушел, ничего не объяснив. Мне было очень больно. Но только рядом с тобой я поняла, что значит жить и любить по-настоящему. Помнишь, как мы вместе удирали из школы на мотоцикле? Как ты устроил пикник в лесу? Я тогда получила записку и жутко перепугалась. Думала, тебя хотят убить… Это были самые счастливые моменты в моей жизни. Я не забуду их никогда. А если забудешь ты, я буду рассказывать тебе о них снова и снова».

Максима захватили эмоции, но он привычно спрятал их за агрессией.

– Как трогательно, – с сарказмом произнес он. – Прямо письмо Татьяны Онегину.

– Максим, я знаю, что ты теряешь память, – остановила его Лиза. – Я видела твое видеописьмо.

– Уходи! – стиснув зубы, потребовал парень.

– Максим, пожалуйста, не отталкивай меня, – возразила Лиза.

– Я сказал – пошла вон! – сорвался на крик Максим, указывая ей на дверь.

Но девушка подошла к нему вплотную, пристально глядя в глаза, и нежно прикоснулась губами к его губам. Максим притянул ее к себе и страстно ответил на поцелуй. Отстранившись от Лизы, он с нежностью посмотрел ей в глаза и крепко обнял.

* * *

В это время Виктор и Павел сосредоточенно шли по лесу в сторону заграждения, напряженно глядя по сторонам. Внезапно со стороны военного лагеря донеслись звуки сирены и автоматных очередей.

– Это в лагере! – с тревогой догадался Павел.

Переглянувшись с Виктором, они бегом бросились вперед.

Ермолаев и Володя уже пролезли через дыру в заграждении и практически добежали до густых кустов, за которыми можно было спрятаться. Стоя у заграждения, Бессонов, прицелившись, выстрелил в спину Володи.

Одновременно с выстрелом на Володю и Ермолаева кто-то набросился из кустов, повалив их на землю. Послышались еще несколько выстрелов и автоматных очередей, затем все стихло. Володя осторожно поднял голову, чтобы посмотреть, кто же его спас. Это оказался Виктор. Он тоже поднялся, озабоченно глядя на Володю.

– Ты цел? – спросил Виктор.

– Порядок, – уверенно ответил Володя.

– А это кто? Твой сокамерник? – спросил Павел, кивнув на Ермолаева.

– Ермолаев Георгий Иванович, – представил Володя. – Тот самый, из подземелья.

Они ползком добрались до густых кустов, и, осторожно поднявшись, все четверо быстро ушли в сторону школы. Больше в них никто не стрелял, да и звуки сирены вскоре утихли.

* * *

В это время ребята решили спуститься в мастерскую Ермолаева. Они уже проходили через холл, но внезапно Лиза остановилась, почувствовав сильное сердцебиение. Она с волнением огляделась и увидела Дашу, стоящую у выхода из школы и пристально глядящую на нее.

– Вы идите, – обратилась Лиза к Максиму. – Я вас догоню.

Максим с Викой и Лешей ушли в сторону учебного коридора. Лиза посмотрела на двери школы – Даша все еще стояла там. Лиза пошла к выходу, но тут Даша повернулась и прошла сквозь двери. Лиза решительно открыла дверь и вышла на улицу вслед за ней.

* * *

В это время в комнате Полины Игорек сидел в сетчатом манеже и лепетал, перебирая книжки и лежащие в манеже игрушки. Полина, не глядя на него, искала что-то в шкафу. Игорек взял большую пластмассовую неваляшку и потянулся к краю манежа. Стоявшая рядом Вера легонько подтолкнула игрушку, неваляшка упала на пол со звоном и треском, Полина вздрогнула и резко обернулась.

Неваляшка раскачивалась, продолжая звенеть, а Полина смотрела на нее, как загипнотизированная, перед ее глазами пронеслось, словно кадры из фильма, воспоминание: она увидела Антона, взволнованно смотрящего на нее. Они секунду стояли, не шелохнувшись, а потом бросились друг к другу в объятия и страстно поцеловались.

– Господи, Антон! Слава богу, ты действительно жив! – дрожащим от счастья голосом произнесла Полина. Воспоминание резко оборвалось, и девушка растерянно посмотрела перед собой, машинально дотронувшись до правого виска. Она повернулась к Игорьку, тот крутил в руках пустую бутылочку с соской.

– Посиди минутку, я сейчас вернусь, – сказала Полина, взяв у него из рук бутылочку.

Она вышла из комнаты, оставив дверь приоткрытой. Из-за угла с другой стороны коридора появилась Лариса. Проводив Полину внимательным взглядом, она быстро вошла в ее комнату и подошла к сидящему в манеже Игорьку. Подхватив его на руки, женщина села с ним на кровать и подняла рубашечку – животик был уже чистый, на тыльной стороне ручек сыпи тоже не было.

– Сыпь так быстро пропала, – довольно произнесла Лариса. – Ты молодец.

Улыбаясь, женщина перевернула ручки и посмотрела на внутреннюю сторону одной руки, затем другой. Внезапно она поменялась в лице и закатала ему рукав. На ручке Игорька были отчетливо видны следы от надрезов для введения аллергенов. Лариса пристально на них смотрела, догадавшись о чем-то.

* * *

В это время Даша пересекла двор школы и подошла к приоткрытым воротам. Остановившись, она медленно оглянулась на догоняющую ее Лизу, а та замерла в нескольких шагах от Даши, пытаясь понять, что ей нужно делать. Отвернувшись, Даша выскользнула за ворота, продолжая двигаться в сторону леса. Лиза несколько мгновений стояла в растерянности, затем решилась и торопливо пошла за Дашей.

Ее уход случайно заметила в окно Женя, подошедшая к подоконнику за лежавшей на нем косметичкой. Она мгновение стояла в напряженной задумчивости, затем решительно подошла к своей тумбочке и достала из нее небольшую коробочку. Открыв ее, Женя вынула шприц, наполненный прозрачной жидкостью. Усмехнувшись, девушка торопливо вышла из комнаты.

* * *

Вернувшись в школу, Виктор повел Ермолаева в жилой коридор, чтобы предоставить ему одну из комнат. Под складкой воротника на куртке Ермолаева виднелся маленький металлический кружок.

Сидящая за столом в своем кабинете Раубер напряженно смотрела на экран, на котором была расчерчена схема помещений школы. Морозов и Флейшер, стоявшие за спиной Раубер, вместе с ней наблюдали, как по схеме передвигается маленькая красная точка

– Он идет из кухни через холл наверх, в комнаты, – прокомментировал передвижение Морозов.

– Значит, они приняли его, – удовлетворенно сказала Раубер.

– Не думал, что этого повара окажется так легко провести, – с легким презрением заметил Флейшер.

– Надеюсь, Ермолаев сумеет выполнить задание до конца, – задумчиво произнесла Раубер, откинувшись на спинку кресла. – У него не так много времени, чтобы найти и активировать «Доминус».

– А если они поймут, что Ермолаев – наш человек? – тревожно спросил Морозов.

– На этот счет не волнуйся, – спокойно ответила Раубер. – Мой агент контролирует ситуацию в школе. Как только Ермолаев закончит операцию, – жестко добавила она, – вы с военными должны войти в школу и обеспечить безопасную эвакуацию объекта. После этого здание школы и все, кто в ней находятся, должны быть уничтожены.

Морозов и Флейшер согласно кивнули. Этот план был оговорен уже давно и не представлял для них новости. Да и нельзя было в присутствии Раубер показывать слабину – она бы этого не потерпела.

* * *

Спустившись в мастерскую Ермолаева, Вика нашла тепловизор на стеллаже, заваленном разными бумагами, журналами и деталями…

Повернувшись в сторону, девушка включила его и нацелила на одну из стен комнаты. На экране тепловизора появилось слабое свечение в форме прямоугольника.

– Ребят, там что-то есть! – удивленно сказала Вика. – За стеной.

Леша подошел к стене и простучал ее. Подоспевший Максим помог ему снять стенную панель. За ней оказался системный блок.

– Я же говорила, что у Ермолаева должен быть компьютер! – торжествующе заявила девушка и, показав на монитор, на котором по-прежнему было изображение клона, предложила: – Можно подключить его сюда.

Она быстро нашла идущий от системного блока провод, отключила изображение клона и подключила к монитору провод от компьютера. На экране замелькали буквы и цифры программ, затем появилось изображение рабочего стола. На нем оказалось множество папок, пронумерованных по годам, начиная с тысяча девятьсот девяностого.

– С какой начнем? – взволнованно спросила Вика у ребят, тоже подошедших к монитору.

– Может, тупо с «Моих документов»? – предложил Максим.

Вика зашла в папку «Мои документы», в ней оказалось еще несколько папок, среди них была одна с названием «Объект «D». Девушка открыла ее и обнаружила в ней еще одну: «Дневник наблюдений». Прокручивая текст, она прочитала:

– «Дневник наблюдений. Четвертое ноября две тысячи первого года. Системы жизнеобеспечения функционируют нормально. Склонность к идиосинкразии не выявлена. Тест на генную идентичность положительный. Клон готов ко второй фазе загрузки», – пораженно оглянувшись на ребят, Вика недоуменно спросила: – Клон?..

– Вот кто лежит в саркофаге! – догадался Максим. – Не Вульф, а его клон – объект «Доминус».

– «Шестнадцатое ноября две тысячи первого года, – прочитала дальше Вика. – Вторая фаза магнитно-резонансной загрузки завершена. Активность нейронов в норме, объект обладает полным спектром воспоминаний и навыков прототипа. Показано ежемесячное обновление сканирования личности».

– Во Ермолаев дает, – присвистнул Максим. – Получается, он закачал в клона всю инфу из башки Вульфа?

– Здесь еще какая-то «Директива 31», – сообщила Вика. – Секретная, – она открыла документ и прочитала: – «В случае гибели или критичной потери здоровья прототипом объект «Доминус» активируется. Все исходящие от него директивы обязательны к исполнению. Их саботаж будет приравнен к измене нашей великой цели… – Вика замерла на мгновение, а затем шокированно закончила фразу: – Созданию Четвертого рейха».

Замолчав, девушка потрясенно посмотрела на ребят. Те ошарашенно переглянулись. Так вот что было конечной целью фашистов – не создание вируса, не распространение его – все это были лишь этапы на пути к конечной цели.

Глава 27

Попытка убийства

Лиза в полной темноте взволнованно шла по лесной тропинке. Дул сильный ветер, и ветки деревьев тянулись к ней, словно чьи-то руки. Девушка внимательно всматривалась вперед, пытаясь разглядеть в темноте удаляющуюся Дашу. Нерешительно остановившись на развилке, Лиза беспомощно огляделась, потеряв Дашу из вида.

– Даша! Даша, ты где? Куда мне идти? – негромко позвала Лиза.

Снова повернувшись к развилке тропинки, она вздрогнула от неожиданности – Даша стояла прямо перед ней. Внимательно посмотрев Лизе в глаза, Даша повернулась и пошла по одной из тропинок. Лиза, испытывая тревогу, направилась за Ней.

Со стороны из-за кустов за Лизой напряженно наблюдала Женя. Как только Лиза свернула на тропинку, Женя вышла из своего укрытия и пошла следом.

Лиза шла торопливо, стараясь успеть за Дашей и не потерять ее из виду. Неожиданно Даша остановилась, пристально глядя на Лизу. Та огляделась и спросила:

– Это случилось здесь? Здесь тебя… убили? – Она замолчала, потрясенно увидев, как Даша медленно кивнула, тогда Лиза уточнила вопрос: – Что я должна сделать? Скажи мне! Тут есть какие-то следы? Я должна что-то найти?

Вытянув вперед руку, словно собираясь коснуться Даши, Лиза медленно подошла к ней. Когда между ними оставался всего шаг, Даша вдруг исчезла. Лиза заметила, что на том месте, где она только что стояла, среди травы и листвы что-то поблескивало в свете луны.

Наклонившись, Лиза нашла в листьях мобильный телефон Даши. Он все еще был включен в режиме записи видео. Лиза промотала последнюю запись. На экране неотчетливо была видна фигура Жени – ее рука со шприцем приближалась к Даше, пытавшейся ее удержать.

– Ты ему не подходишь! – жестко сказала Женя. – Ты ничего не можешь ему дать, а я могу все!

– Женя, пожалуйста, не надо! – умоляюще произнесла Даша.

Лиза в полном ужасе просмотрела запись, и тут со стороны раздался насмешливый голос Жени:

– Понравилось кино?

Лиза вздрогнула и обернулась. Перед ней стояла Женя, держа в руках шприц. Лиза в замешательстве отступила на шаг, а Женя со шприцем в руках начала медленно надвигаться на нее.

– За что ты убила Дашу? – потрясенно спросила Лиза, пятясь назад. – Тебе приказал Морозов?

– Нет. Просто она меня бесила, – цинично заявила Женя.

Сделав рывок, она попыталась вколоть шприц в плечо Лизы, но той удалось перехватить ее руку. Тогда Женя повалила Лизу на землю, и они покатились по траве.

– Помогите! Кто-нибудь! На помощь! – закричала Лиза, увертываясь от уколов.

Но тут Жене удалось подмять девушку под себя, она села на нее сверху, одной рукой пытаясь удержать, а другой поднеся шприц к ее горлу.

– Нет! Не надо! – в ужасе закричала Лиза.

Женя вонзила шприц в ее шею, ее палец начал надавливать на поршень, сдвинув его на пару делений. Подбежавший сзади Рома обхватил Женю, ее рука дернулась, и игла шприца вышла из Лизиной шеи.

Рома сдавил Жене шею, а другой рукой выкрутил ее кисть со шприцом. Наконец ему удалось оттащить Женю от Лизы. Женя яростно извивалась, пытаясь вырваться.

– Не трогай меня, урод! Пусти! – с ненавистью прошипела она.

Рома с размаху ударил девушку кулаком по лицу, и она отлетела в сторону, ударившись о дерево. Рома подбежал к лежащей на земле Лизе – она полусидела, опираясь спиной о ствол дерева. Яд уже начал действовать – Лиза была очень бледна и тяжело дышала.

– Как ты? Жива? – обеспокоенно спросил Рома.

– Ты вовремя, – слабым голосом откликнулась девушка.

Рома протянул ей руку, чтобы помочь встать, но в этот момент Лиза закричала от ужаса: она увидела, как подошедшая Женя размахнулась, целясь шприцом в спину Ромы.

Он обернулся, но не успел среагировать. Нога Жени зацепилась за корень дерева. Девушка споткнулась и с размаху упала на землю, подогнув руку со шприцем под себя. Рома встал, готовый защитить Лизу от Жени, но Женя лежала неподвижно. Рома подошел и осторожно наклонился, перевернув Женю на спину. Она мертвыми глазами смотрела в небо. Из ее ноги торчал шприц.

* * *

Максим, Вика и Леша стояли перед компьютером Ермолаева.

– Четвертый рейх? – потрясенно произнесла Вика. – Я думала, Вульф все это затеял, чтобы спасти малышку Ингрид…

– …А он банально собирался захватить мир, – закончил за нее Максим.

– Значит, они собираются заразить всех вирусом, а вакцину дать только избранным, – догадалась девушка. – Остальные умрут.

– «Слабые должны умереть», – припомнил Максим. – А выжившие создадут новую расу сверхлюдей.

– Похоже, Ермолаев должен был его активировать, – кивнул Леша на монитор, который Вика снова переключила на полиэкран с клоном Вульфа. – Интересно, почему он этого не сделал?

– Не смог до него добраться – как и мой папаша, – предположил Максим, скривившись. – Гад. Мозги нам компостировал, что его под дулом пулемета работать заставили.

– Если он – один из них, зачем они его выкрали? – озадаченно спросила Вика. – И почему они не могут найти клона, которого сами же создали?

– Слушайте, а где Лиза? – спохватился Максим. – Она давно должна была прийти!

Все взволнованно переглянулись, понимая, что с девушкой могло что-то случиться. Вика выключила монитор, взяла тепловизор, и ребята торопливо покинули мастерскую.

Выйдя из шестиугольной комнаты, они направились в сторону холла. В этот момент двери распахнулись, и на пороге появились Рома с Лизой. Лизе было нехорошо от разошедшегося по крови яда, она шла, опираясь на Рому. При этом девушка тяжело дышала, лицо было бледным, губы посинели.

– Ты, урод! – угрожающе закричал на Рому Максим, подбегая к ним. – Что ты с ней сделал?

– Это не он… – успела слабым голосом остановить его Лиза. – Это Женя. Она пыталась убить меня… И… это она убила Дашу… – Она протянула ребятам Дашин сотовый, объяснив из последних сил: – Вот здесь… запись…

Лиза потеряла сознание, Максим подхватил ее на руки. Со стороны медкабинета появилась Лариса. Увидев бесчувственную девушку, она быстро подбежала к ребятам.

– Что с ней? – спросила она.

– Женя уколола ее в шею, – нервно ответил Рома. – Наверное, той же дрянью, что и Дашу…

Женщина быстро осмотрела место укола. Максим пристально следил за ее действиями. Лариса оттянула веко Лизы, поглядев на зрачок.

– Сколько она ей вколола, – обеспокоенно спросила она у Ромы, – ты видел?

– Совсем чуть-чуть… – торопливо сообщил тот. – Больше не успела.

– Неси ее в медкабинет, быстро! – тревожно указала женщина Максиму.

Развернувшись, Лариса она быстро пошла в сторону медкабинета. Максим, держа Лизу на руках, поспешил за ней. Рома сделал шаг в сторону медкабинета, но не решился пойти за ними и остался стоять на месте.

* * *

На следующий день, когда Виктор зашел в комнату к Полине проведать Игорька, он застал девушку читающей малышу книжку. Игорек в этот момент сидел на кровати и играл мягкой игрушкой.

– Читаете? – с улыбкой сказал Виктор. – Молодцы. А я вот зашел узнать, как Игорек себя чувствует.

– Он уже гораздо лучше – температура спала, сыпь тоже прошла, – успокоила его Полина.

– Отлично, – произнес Виктор и тут заметил на ручке Игорька надрезы и, нахмурившись, спросил: – А это что такое? Откуда?

– Пробы на аллергены, – спокойно ответила Полина. – Не волнуйтесь, они безопасны. Мне нужно было знать, чем был вызван приступ – чтобы эта история не повторилась.

– Значит, это была аллергия? – доверчиво спросил Виктор.

– Думаю, да, – хладнокровно соврала Полина. – Острая фаза прошла, но мне бы хотелось понаблюдать его еще день-другой, потому что источник аллергии я пока не выявила.

Изобразив улыбку, она оперлась рукой на стол. В это время Вера сдвинула стоявший на краю стакан. Упав на пол, он разбился. Полина вздрогнула, глядя перед собой остановившимся взглядом: перед ее мысленным взором пронеслось видение, как они стояли с Антоном на чердаке, обнявшись. Отстранившись, Антон обеспокоенно спросил:

– Скажи, они здесь тебя не очень мучили? Может, ты зря согласилась приехать в «Логос»?

– Как я могла не согласиться, – ответила тогда Полина, с любовью глядя ему в глаза, – если ты сказал, что это так важно?

– Бедная моя девочка… – с волнением произнес Антон. – Но теперь все будет хорошо. Я никому не дам тебя в обиду.

Видение прервалось. Девушка нахмурилась, потирая ноющий висок. Она наклонилась, чтобы собрать осколки стакана, но вдруг резко отдернула руку, вскрикнув от боли.

– Мне… больно… – недоуменно сказала Полина и подняла на Виктора растерянный взгляд. – Я чувствую боль…

В этот момент раздался короткий стук, и в дверь заглянул Володя.

– Виктор Николаевич, вот вы где, – с облегчением произнес Володя. – Наша очередь копать.

– Идите, я в порядке – все уже прошло, – спокойно произнесла девушка, наблюдая, как порезы на руке сами собой затягивались.

Виктор кивнул и ушел вслед за Володей. Полина растерянно посмотрела на свою руку. Чувство боли было для нее в новинку. Когда Полина появилась в школе и продемонстрировала Виктору с Ларисой свою способность к регенерации, она не почувствовала вообще ничего, словно провела скальпелем по чужой руке.

* * *

Лиза в это время сидела на кушетке в медкабинете. Она только что проснулась, и ей было значительно лучше.

– Я могу идти? – спросила она разрешения у Ларисы.

– Ну, нет, – отказала та. – Пока полежи здесь. Вот если и дальше все будет так же хорошо, тогда я тебя отпущу.

– Лариса Андреевна! – с чувством произнесла девушка. – Вы нас извините… Мы не должны были говорить Виктору Николаевичу, что вы… ну, шпионка Морозова. Но мы правда думали, что это вы украли жесткий диск.

– А теперь почему так не думаете? – напряженно спросила женщина.

– Это сделала Женя Савельева, – рассказала Лиза, испытывая вину перед Ларисой. – Похоже, она давно работала на «INGRID». Поэтому и втиралась к нам в доверие.

– Дело не в диске, – призналась Лариса. – Виктор Николаевич поверил вам, потому что клиника, в которой я работаю, тоже принадлежит «INGRID»… и он узнал об этом. – Заметив настороженный взгляд Лизы, она горячо сказала: – Но я понятия не имела о том, чем они занимались на самом деле. Я думала, это просто клиника… с крутыми современными разработками. Ты мне не веришь?

– Это обычная практика «INGRID» – использовать людей втемную… – с горечью согласилась Лиза.

– Значит, ты что-то знаешь об «INGRID»? – осторожно спросила женщина. – Ну, кроме общих слов, что они виновны в заражении школы? – Она взволнованно посмотрела на Лизу и попросила: – Ты можешь рассказать мне об этом?

– Каждая буква в слове «INGRID» означает программу, над которой они работали… – рассказала девушка, – из-за которой убивали и калечили детей… И все это ради единственной цели – уничтожить человечество.

Лариса в шоке смотрела на Лизу. Она предполагала что-то подобное, но уж точно не в таких масштабах. Лиза продолжала рассказывать все, что ей было известно, а Лариса слушала ее с замиранием сердца.

* * *

В это время Вика с Лешей сидели на диванчике. Леша негромко что-то рассказывал, а Вика улыбалась, слушая его и отщипывая виноградинки от кисти, которую он принес. Проходящие через холл Лиля с Денисом горячо спорили на ходу, приближаясь к ребятам. Лиля несла в руках два прозрачных файла – с письмом и завещанием графа.

– Эй, следопыты, гроб-то открыли? – окликнул их Леша.

– Открыли, – сообщил Денис. – А там – два скелета.

– Какой гроб? Какие скелеты? – недоуменно спросила Вика. – Вы, вообще, о чем?

– Эта сладкая парочка давно освоила графское подземелье, – объяснил Леша. – Представляешь, они открыли последнюю дверь!

– Там графский склеп, – объяснила Лиля.

– А посередке – графский гроб, – подхватил Денис. – И прямо в нем письмо с завещанием. Только половины слов не видно.

– Граф хотел оставить все состояние и усадьбу своему другу Ивановскому, чтобы он устроил тут лабораторию для изучения вирусов, – добавила Лиля.

– Ивановскому? – с интересом спросила Вика. – Дмитрий Ивановский – известный вирусолог. Я делала о нем доклад Войтевичу.

– Слушайте, наверное, этот Ивановский помогал графу лечить графиню от китайской лихорадки! – осенило Лилю.

– Графиня умерла от нашего вируса? – поразилась Вика.

– Жалко, что текст завещания не сохранился целиком, – огорченно сказала девочка. – Было бы интересно прочитать его.

– Это не проблема, – успокоила ее Вика. – Утраченный текст можно восстановить. Если хочешь, я покажу тебе книгу – у нас в библиотеке есть.

Поддавшись энтузиазму, звучащему в голове Вики, все четверо немедленно ушли в сторону жилого коридора школьников, направляясь в библиотеку. Лиля была на подъеме – она и не знала, что любой текст можно восстановить. Эта информация была словно подпитка акумулятора для ее любознательного ума.

* * *

В это время Виктор с Володей, разбирая завал в подземелье, пробрались через разобранный лаз в какую-то комнату, в которой одна стена была завалена камнями, арматурой, обломками штукатурки, металлическими и фанерными листами.

– Так, отлично, – заявил Володя, сверившись с картой. – Мы там, где нужно. За тем завалом еще один поворот, а за ним уже наш люк.

– Где-то здесь камера, где держали мою сестру, – напряженно произнес Виктор. – Ее муж сказал мне об этом…

– Тут кто-то жил, – произнес Володя, осмотревшись.

Виктор взволнованно поглядел на стену, на которой Надиной рукой были нарисованы несколько фигурок с надписями возле них: «Надя», «Мама», «Папа», «Андрюша», «Виктор Николаевич». Виктор провел по ним пальцами и взволнованно обернулся к Володе.

– Это Надя рисовала! – воскликнул он. – Они живы! Я знал это!

– Смотрите, похоже, они выбрались отсюда, – проговорил Володя, указывая на другую стену, тоже заваленную камнями, среди которых был разобранный лаз.

– Надо их найти, – решительно произнес Виктор.

– Виктор Николаевич, времени совсем мало, – с тревогой возразил Володя. – Возможно, они уже далеко. А если нет, мы выберемся и вернемся за ними.

Виктор, колеблясь, сделал шаг в сторону лаза, в который ушли Ирина с Надей. Он раздумывал над словами Володи, взвешивая «за» и «против». В результате он принял решение и вышел из комнаты, Володя торопливо направился вслед за ним.

* * *

Проштудировав книгу, порекомендованную ей Викой, Лиля спустилась вместе с Денисом в шестиугольную комнату, держа книжку под мышкой. Открыв шкаф-лабораторию, Лиля сверилась с текстом в книге и внимательно осмотрела надписи на скляночках:

– Отлично, кажется, это то, что надо…

Она взяла с полок несколько скляночек, осторожно складывая их в принесенную с собой коробку, после чего ребята отправились в комнату с артефактами. Лиля была полна решимости провести эксперимент и восстановить текст.

* * *

Мария, стоя спиной к классу младших, мыла пол в холле с барельефом. Дойдя шваброй до входа в класс, она заметила на полу следы – в этот момент мимо нее пытались пробраться дети, играющие в детективов. Мария оглянулась и заметила рации в руках Таси.

– А это что у тебя? Рации? – возмущенно спросила она.

– Мы – сыщики! – немедленно оправдалась девочка. – А рации мы не воровали, а… взяли напрокат.

Мария тут же конфисковала у них рации, которые они стащили не иначе как из кабинета директора. Дети нехотя ушли. В этот момент в коридоре появилась Лариса.

– Лариса Андреевна, – окликнула ее Мария, – можно вас попросить?

– Да, что такое? – с готовностью откликнулась женщина.

– Вы не могли бы эти рации отнести обратно в кабинет директора? – попросила Мария и со вздохом объяснила: – Тут орудовала опасная банда второклассников.

Улыбнувшись, Лариса ушла с рациями по коридору. Внезапно рации в ее руках начали шипеть. Женщина озадаченно посмотрела на приборы, оттуда донесся голос Полины.

– Все готово, – холодно сообщила она кому-то. – Можно забирать материал.

– Хорошо, – ответил ей мужской голос. – Место и время вы знаете.

Лариса напряженно застыла на месте, обдумывая услышанное. Выключив рацию, она нахмурилась, поняв, что ее догадки насчет Полины подтвердились. Лариса направилась в сторону холла и увидела Раевского.

– Сергей! – взволнованно позвала она.

– Что такое? Что-то случилось? – спросил он, с тревогой глядя на рации в ее руках.

– Я слышала разговор Полины по рации, – доверчиво проговорила женщина. – Она кому-то сообщала, что материал готов и его можно забирать. Она шпионит для них, Сергей! Надо срочно сказать об этом Виктору Николаевичу.

– Он вряд ли тебе поверит, – жестко прервал ее Раевский.

– Мне – нет. А тебе поверит! Ты поговоришь с ним? – просительно произнесла Лариса, глядя майору в глаза.

– Не волнуйся, Лариса, – решительно заявил он, забирая у нее рации. – Мы не дадим Полине навредить нам.

Лариса несколько мгновений смотрела на него, но Раевский всем своим видом показывал, что она может доверять ему, и женщина, с благодарностью кивнув, ушла вверх по лестнице. Положив рации на подоконник, майор решительно вышел из школы.

* * *

В этот момент Вика в своей комнате с интересом читала рукопись дневника графа, переданную ей Лилей. Леша, сидя рядом, наблюдал за ней.

– Щербатов убивается, что подарил графине осколок метеорита, – неожиданно произнесла Вика. – Не понимаю… У него жена умирает, а он из-за какого-то подарка переживает.

– Это он про тот метеорит в виде сердца, который нашел в Китае, – объяснил Леша, припомнив рассказы Лили с Денисом. – Щербатов почему-то решил, что жена заболела из-за этого камня.

– Слушай, а он мог быть прав! – осенило Вику после его замечания. – Ведь большая часть вирусов попадает к нам из космоса, с метеоритами и кометами.

– Там дальше написано о том, что погибли только те, кто взял огненные камни себе, – рассказал Леша. – А те, кто принес их в жертву богам, исцелились. По легенде, половину каждого камня надо было сжечь.

– Ерунда какая-то, – недоуменно возразила Вика. – Камни не горят.

В этот момент в комнату вошли Максим с Лизой. Вика и Леша поднялись им навстречу, обрадованные возвращению Лизы.

– Слушайте, уговорите ее не ходить с нами вниз, – попросил ребят Максим, – а то она тоже рвется Андрюху искать.

– Правда, Лиз, оставайся, – поддержала Максима Вика. – Вдруг тебе там плохо станет?

– Ладно, – сдалась девушка, слабо улыбнувшись. – Только поскорей возвращайтесь.

Она села на кровать. Вика взяла со стола тепловизор. Максим поцеловал Лизу, и ребята вышли из комнаты, направляясь в подземелье на поиски Андрея. Лиза посмотрела им вслед со смешанным чувством: она очень хотела отправиться с ними и в то же время все еще чувствовала слабость, словно после тяжелой болезни.

* * *

Ирина Исаева и Надя уже довольно долго бродили по лабиринту подземелья. У обеих был измученный, усталый вид. Они завернули за угол и наткнулись на очередной завал. Надя заплакала.

– Мама, я больше не могу, – призналась она. – Я устала, мне страшно…

– Не плачь, милая, мы выберемся, – с отчаянием проговорила Ирина. – Еще чуть-чуть нужно потерпеть…

Но тут Ирина осеклась, услышав за спиной шаги. Она медленно обернулась и прикрыла собой Надю. У стены неподвижно стояла фигура в плаще с капюшоном. Когда человек откинул капюшон, на лице Ирины отобразился ужас.

* * *

В это время Раевский нервно ходил перед шлагбаумом. Часовые равнодушно смотрели на него. Со стороны лагеря к шлагбауму с недовольным видом подошел Морозов.

– Ну и какого лешего ты сюда заявился на глазах у всей школы? – раздраженно рявкнул он на Раевского. – Так утомила конспирация?

– Это она вашу Полину утомила, – нервно ответил Раевский. – Или она окончательно свихнулась. Эта идиотка отчиталась по рации, что материал готов. Разговор услышала Лариса.

– По инструкции тебе надо было убрать Ларису еще три года назад! – жестко напомнил Морозов. – А ты вместо этого упросил прислать ее сюда врачом.

– Не все способны, как ты, забыть жену, словно ее и не было, – с ненавистью сказал Раевский.

– А зря. Это очень облегчает жизнь, – равнодушно ответил Морозов и многозначительно добавил: – Подумай об этом, когда будешь выполнять задание.

Морозов развернулся и ушел. Раевский тяжелым взглядом посмотрел ему вслед, понимая, что ему будет непросто устранить Ларису. Впервые в жизни он получил задание, которое было ему не по силам.

* * *

Денис и Лиля, набрав разных реагентов из шкафа-лаборатории, перешли в комнату с артефактами. Перед Лилей на столе лежала раскрытая книга, порекомендованная Викой. Девочка, сверяясь с текстом, смешивала разные порошки, предварительно взвешивая их на старинных аптекарских весах. Денис с интересом наблюдал за ней. Встряхнув, чтобы все равномерно перемешалось, Лиля довольно воскликнула:

– Готово!

Она аккуратно высыпала получившийся порошок на страницу с письмом графа Ивановскому и большой кисточкой разровняла его. Затаив дыхание, дети ждали, что будет. Через несколько секунд Лиля осторожно смахнула часть порошка с угла документа. На поверхности начали проступать буквы. Ребята завороженно смотрели на лист.

– «Дорогой Дмитрий! Прими сие наследство в благодарность тебе за помощь во врачевании моей графинюшки…» – прочитала девочка.

– Ну, точно как ты сказала, – восхитился Денис, – он ему помогал!

– «…В смерти ее нашей с тобой вины нет. Кто мог помыслить, что, осилив столь страшный недуг от вируса, организм ее будет сломлен чахоткой…» – Лиля прервала чтение, во все глаза глядя на Дениса.

– Не понял… – недоуменно сказал мальчик. – Графиня что, умерла от чахотки?

– Значит, да. Выходит – граф ее вылечил, – ответила Лиля. – Но в дневнике он об этом не писал… – Она снова уткнулась в письмо и дочитала его до конца: – «…Но, стало быть, такая наша с ней злосчастная судьба. Жизнь без Лилички мне в тягость. Не оплакивай меня, я ухожу с легким сердцем. А тебе отдаю главную свою ценность, свое сокровище. Ты знаешь, как им распорядиться. Найдешь его в шкатулке Лилии. Твой друг и должник навечно Алексей Щербатов».

– Класс! – загорелся Денис. – Графское сокровище в шкатулке, а шкатулка-то – у нас!

Друзья взволнованно переглянулись. Оставалось только разгадать секрет шкатулки, которую, видимо, после смерти графа так никому и не удалось открыть. Ребята стремительно покинули помещение, направляясь в комнату Лили.

* * *

В это время Максим, Вика и Леша, спустившись в подземелье, пытались найти Андрея с помощью тепловизора. Вика, включив его, направила прибор в сторону коридора, но экран показал, что впереди никого нет.

Ребята включили фонарики и сделали несколько шагов вперед. Вика остановилась, повернув тепловизор в одну сторону, и увидела, как по нижнему краю экрана продвигается небольшое тепловое пятно.

– Стойте! – воскликнула Вика, показывая ребятам экран.

– Это крыса, – разочарованно сказал Максим.

Ребята пошли дальше по коридору. Вика направила тепловизор в боковой коридор – экран ничего не показал. Леша осветил фонариком тупиковую стену.

– Тут тупик, – сообщил Леша.

Он развернулся, собираясь повернуть назад, но тут девушка случайно направила тепловизор на тупиковую стену и увидела, как на его экране внезапно появилось характерное свечение – большое тепловое пятно, расположенное горизонтально.

– Подождите, тут что-то есть, – позвала она ребят.

– Это Андрей? – взволнованно спросил Максим.

– Не знаю… – с сомнением ответила Вика.

– Это точно Андрюха! Он там, без сознания! – вне себя от волнения воскликнул Максим и ударил кулаком по стене. – Черт, как это открыть?

Вика отвела взгляд от экрана тепловизора, подняв глаза на тупиковую стену, и с удивлением заметила на стене вытесненную букву «D». Девушка дотронулась до нее пальцами и завороженно произнесла:

– Это не Андрей. Это объект «Dominus»… Там лежит Вульф…

В этот момент в лжеклонировочную вошел Ермолаев и внимательно осмотрелся по сторонам. Заметив в стене панель-пульт, он подошел к нему и приложил ладонь прямо к экрану. В верхней части экрана над его рукой появилась надпись: «Идет процесс синхронизации».

На лице Ермолаева появилась удовлетворенная улыбка. Раздался звуковой сигнал и новая надпись: «Синхронизация подтверждена». Ермолаев нажал на одну из кнопок, и на экране появилась надпись: «Соединение установлено». Тогда Ермолаев набрал на клавиатуре цифровой код, и на противоположной стене высветилась схема верхнего уровня подземелья.

В одном из дальних коридоров на карте замигала большая красная буква «D». Ермолаев подошел и внимательно посмотрел на карту, запоминая местонахождение объекта.

Глава 28

Материал для эксперимента

Максим, Вика и Леша обошли все коридоры, но так и не нашли вход в клонировочную. Они вернулись обратно к тупиковой стене с вытесненной на ней латинской буквой «D», и Леша снова внимательно осмотрел стену, а затем ощупал букву пальцами.

– Смотрите! – воскликнул он, показывая на крошечную металлическую бусинку на изгибе буквы. – Датчик! Что-то типа сенсора.

Максим хотел что-то сказать, но Вика вдруг приложила палец к губам, сделав ему знак помолчать, и прислушалась. Максим и Леша недоуменно посмотрели на нее и тоже прислушались: издали до них донеслись чьи-то приближающиеся шаги.

Ребята напряженно всматривались в темноту, Максим поднял с пола камень и прижался к стене. Оттуда он сделал Леше знак, и тот спрятал фонарь за спину. В этот момент из-за поворота появилась фигура. Максим замахнулся камнем, а Леша поднял фонарь, освещая лицо человека.

– Лиза! – потрясенно воскликнула Вика.

Лиза испуганно смотрела на ребят. Максим опустил камень и за плечо развернул девушку к себе.

– Вы не нашли Андрея? – обеспокоенно спросила она.

– Нет, – ответил Максим и кивнул на стену. – Зато нашли его родственничка.

– Объект «Доминус»? – догадалась Лиза, округлив глаза.

– Здесь сенсорный замок, – объяснил Леша. – Надо искать пульт.

– Этот клон – детище Ермолаева, – задумчиво сказала Вика и предположила: – Может, пульт где-то в его мастерской?

– Дверь мы отжали, проход есть – Андрей сможет вернуться в школу, – убежденно произнес Леша. – Нам сейчас очень важно добраться до клона раньше Морозова.

– Леша прав, – через паузу согласился Максим, хотя ему и нелегко далось это решение. – Этот сушеный Гитлер – наш последний шанс на спасение. Если он будет у нас, мы сможем выдвигать этим фрицам любые требования.

Все напряженно переглянулись, решая, что делать дальше – искать пульт или спасать Андрея. В словах Леши была железная логика, и все понимали, что лучше бы ей подчиниться, потому что где находится Андрей – они понятия не имели, зато им представился шанс найти клон Вульфа.

* * *

В это время побледневшая от страха Света Тимофеева бежала по учебному коридору. Заметив Славу, она кинулась ему навстречу.

– У меня опять кашель начался… с кровью, – дрожащим голосом сказала девушка. – Мне нужно лекарство, срочно! Где Морозов?

– Его второй день в школе нет… – растерянно ответила Слава.

– Надо его найти! Я умираю… – в панике сказала Света, порываясь куда-то бежать. – Пусть даст мне ампулу!

– Светка, тихо, успокойся, – заботливо произнес Слава, взяв девушку за плечи. – Ампулы теперь у Полины, – он кивнул на дверь класса старших и попросил: – Подожди меня в классе. Я метнусь в медкабинет и приду.

Света кивнула, с надеждой глядя на Харитонова, который быстро убежал по коридору. Проводив его напряженным взглядом, Света снова закашлялась и быстро зашла в класс, надеясь, что ее кашель не заметил никто из находящихся в учебном коридоре школьников.

* * *

Ирина Исаева, замерев от ужаса, стояла в коридоре подземелья, загораживая собой Надю. Она затравленно смотрела на Войтевича, тот тоже не двигался с места, внимательно следя за Ириной, которую он явно не ожидал здесь увидеть.

– Не бойся, малышка, все хорошо, – дрожащим голосом сказала Ирина Наде, поднимая с земли большой камень, после чего с угрозой обратилась к Войтевичу: – Только попробуй, подойди.

– Самим вам отсюда не выбраться, – неожиданно убежденно произнес Войтевич. – Пойдем, я покажу дорогу, – он пристально посмотрел на Ирину и внушительно добавил: – Если не хотите умереть, идите за мной.

Войтевич развернулся и медленно пошел по коридору. Ирина с сомнением посмотрела ему вслед. Переведя взгляд на Надю, она поняла, что другого выхода у них нет, и, взяв дочку за руку, двинулась следом за Войтевичем.

* * *

Зная, что Полина ушла с Игорьком на прогулку, Лариса торопливо направилась в ее комнату, надеясь найти там улики или хотя бы разузнать, что за материал Полина собирается передать военным.

Пройдя в центр комнаты, Лариса огляделась. Заметив на столе открытый ноутбук, она подошла и увидела на экране документ – текст с таблицами и диаграммами. Женщина просмотрела файл, читая вполголоса:

– Игорь Авдеев… Положительный результат по тестам… Продолжение эксперимента…

Тревога на лице Ларисы сменилась ужасом. Она быстро пошла к двери, но не успела открыть ее, как на пороге возник Раевский. Лариса встревоженно сообщила ему:

– Сергей, я была права насчет Полины. Им нужен Игорек для их экспериментов. Надо срочно сказать Виктору.

– Ты никуда не пойдешь, – холодно заявил майор, преграждая ей дорогу.

– Так ты с ними? – потрясенно спросила женщина, растерянно глядя в глаза Раевскому. – Ты что, не понимаешь? Они собираются убить Игорька. Он для них – кусок мяса, биоматериал!

– Очнись, Лариса, тут уже все трупы, – убежденно сказал майор. – Надо думать о себе! О себе и о своем спасении! Если им нужен этот ребенок, они и так его заберут.

– Ну, ты и мразь, – с отвращением произнесла женщина и, оттолкнув Раевского, попыталась пройти.

Неожиданно он схватил ее за локоть, развернул к себе и наотмашь ударил по лицу. Лариса отлетела к стене, упала и, ударившись головой, потеряла сознание. Раевский смотрел на нее, тяжело дыша: женщина лежала на полу без признаков жизни, из разбитой головы текла кровь.

* * *

Слава Харитонов торопливо сбежал вниз по лестнице и огляделся. Из учебного коридора вышел Павел, и Слава тотчас бросился к нему.

– ПалПетрович, вы не видели Полины Александровны? – взволнованно спросил Слава и, понизив голос, объяснил: – Светке срочно нужно лекарство. У нее опять кашель с кровью. А медкабинет закрыт.

– Слава… лекарства больше нет, – с трудом признался Павел. – Вчера раздали последние ампулы.

– Значит, нам всем кранты? – пораженно спросил Харитонов. – Зачем мы тогда копаем?

– Ладно, Слава, – пристально глядя подростку в глаза, произнес Павел. – То, что я тебе скажу – большой секрет. Мы не ищем лекарство. Мы хотим выбраться за оцепление. Поэтому мы и продолжаем копать – к люку, который выведет нас за периметр, – Павел строго посмотрел на парня и очень серьезно сказал: – Но никто – понял, – никто не должен знать о том, что я тебе сейчас рассказал. Иначе погибнут все.

– Я понял, – упавшим голосом произнес Слава.

Павел подбадривающе похлопал его по плечу и ушел. Слава с отчаянием посмотрел ему вслед – слова физрука не внушили ему надежды. Из головы парня не выходило то, что Света может не протянуть два дня и умереть.

* * *

В это время очередная смена закончила копать в подземелье. Изможденные Володя, Рома и Марченко уже вылезли из шахты лифта. Володя протянул руку, помогая Виктору выбраться из шахты. Все пошли по коридору и уже завернули за угол, когда Рома неожиданно остановился.

– Рубашку забыл, – объяснил он Виктору. – Я сейчас.

– Догоняй, – велел Виктор.

Все ушли, а Рома пошел в обратную сторону. Дойдя до шахты лифта, он подобрал свою рубашку и уже хотел уйти, но вдруг услышал шорох в шахте. Парень испуганно замер, прислушиваясь, затем, стараясь не производить шума, попятился назад и спрятался за углом. Осторожно выглянув из-за него, он увидел, как из шахты лифта вылезает Ермолаев.

Рома потрясенно наблюдал, как Ермолаев, отряхнувшись, оглядывается по сторонам, решая, куда идти. Взгляд его на секунду остановился на повороте, за которым прятался Рома, но потом Ермолаев все же ушел в противоположную сторону.

Рома нахмурился, нервно глядя вслед Ермолаеву. Затем, решившись, вышел из своего укрытия и тихо пошел за ним.

* * *

Войтевич медленно шел по коридору, освещая его фонарем. Ирина, крепко держа Надю за руку, следовала за ним, в другой руке по-прежнему крепко сжимая большой камень. Войтевич вдруг остановился и обернулся к Ирине, указывая рукой на коридор, уходящий вправо.

– Выход там – в конце коридора, – сказал он. – Лестница частично разрушена, но вы сможете по ней подняться.

– Почему вы нам помогаете? – с недоверием спросила женщина.

– Ты и твоя дочь – величайшее творение рук человеческих, – с пафосом ответил Войтевич. – Вершина генной инженерии. Результат такой долгой работы не должен пропасть. Но оставлять вас им… – Войтевич скривился, имея в виду своих бывших соратников, и твердо закончил: – …Я не собираюсь.

Ирина, опешив, не нашлась, что сказать. Войтевич посмотрел на нее несколько секунд, перевел взгляд на Надю, затем развернулся и ушел в темноту коридора. Ирина встряхнула головой, словно избавляясь от наваждения, и торопливо сказала дочери:

– Пойдем, моя хорошая.

Спустя несколько минут они выбрались из подземелья. И Ирина, и Надя прищурились от солнечного света и прикрыли отвыкшие от него глаза рукой.

– Давай пойдем в школу! – предложила Надя. – Вот Андрюша обрадуется, когда нас увидит.

– Ты знаешь, в какой стороне школа? – спросила Ирина.

– Там! – ответила Надя и уверенно показала рукой в одну сторону, затем, посмотрев в другую сторону, пожала плечами и произнесла: – Или там…

Ирина в растерянности огляделась, не зная, куда им идти. Пришлось выбрать направление наугад. Поправив плед на Надиных плечах, женщина взяла ее за руку, и они отправились на поиски школы.

* * *

Взволнованный Виктор в эти секунды подходил к комнате Полины, собираясь попросить ее сделать детям иммуномодулятор, чтобы выиграть какое-то время без вакцины. Взявшись за ручку, он обнаружил, что дверь открыта. Войдя в комнату, Виктор застыл на месте, увидев лежащую на полу Ларису. Та застонала и приоткрыла глаза.

– Лариса? – в шоке произнес Виктор, заметив кровь на ее левом виске.

Подойдя к ней, он помог ей подняться.

– Надо ее догнать… – сбивчиво проговорила женщина, – остановить…

– Кого? – спросил Виктор, недоуменно нахмурившись.

– Полину! – с отчаянием ответила Лариса. – Она забрала Игорька. Сергей с ними заодно!

– Этого не может быть, – недоверчиво прервал ее Виктор.

– Ты ничего не знаешь о нем! Он совсем не такой, каким кажется, – убедительно возразила Лариса. – Виктор, надо что-то делать! Если она отдаст ребенка этим людям из «INGRID»… Игорек для них – ценный биоматериал! Неизвестно, что они с ним сделают!

Поколебавшись несколько секунд, Виктор развернулся и быстро вышел из комнаты – аргументы Ларисы были слишком убедительными. И даже если она блефовала, Игорька необходимо было вернуть, нужно было просто разобраться, что происходит. Лариса поспешила за ним.

* * *

Полина в это время с Игорьком на руках шла по лесу. Ее лицо уже не было таким же бесстрастным, как раньше, теперь на нем было написано беспокойство, ее явно что-то очень волновало. Когда Полина наступила на сухую ветку, раздался треск, и она неожиданно поменялась в лице: она вспомнила, как, выбежав на поляну, увидела неподвижно лежащего Антона. Издав полный боли крик, Полина упала возле Антона на колени и, плача, обняла его.

Ошарашенно глядя перед собой, девушка перевела удивленный взгляд на Игорька, как будто увидела его впервые. Она огляделась в полной растерянности, не понимая, что делает и как здесь оказалась.

– Полина! – раздался окрик Раевского, медленно, без резких движений приближающегося к ней. – Спокойно, не нервничай. Дай мне ребенка.

– Что… со мной происходит? – растерянно спросила Полина.

– Твоя программа дала сбой, – спокойно произнес он.

– Программа? – со страхом проговорила девушка. – Какая программа?

– Ментальный контроль сознания, – пристально глядя ей в глаза, объяснил Раевский. – Ее тебе установили в «INGRID».

– Зачем? – испуганно спросила Полина.

– Затем, что ты давно мертва, – жестко сказал майор. – Ты разнесла себе голову из пистолета. Тебя удалось воскресить… и перепрограммировать.

– Это неправда… – потрясенно произнесла девушка, прижимая к себе Игорька. – Неправда…

– Полина – ты больше не человек, – мягко, словно гипнотизируя, сказал Раевский. – Ты просто робот, который выполняет команды. Отдай мне Игорька. Так будет лучше.

Он протянул руки, и Полина машинально отдала ему ребенка. Раевский развернулся и быстро ушел в сторону лагеря военных, а Полина потерянно побрела по лесу, не разбирая дороги, глядя перед собой невидящими глазами. Когда она вышла на тропинку, ей навстречу выбежали Виктор и Лариса.

– Где он? – взволнованно спросил ее Виктор. – Где Игорек?

Полина молчала, будто не слыша, что говорит Виктор. Он, потеряв над собой контроль, встряхнул Полину за плечи.

– Полина! – повысив голос, повторил Виктор. – Я тебя спрашиваю, где ребенок?

– По-моему, она не в себе, – внимательно посмотрев девушке в глаза, сказала Лариса. – Или ее чем-то накачали, – взяв Полину за руки, Лариса значительно произнесла: – Полина, послушайте меня и постарайтесь вспомнить. Это очень важно. Где Игорек? Кому вы его отдали? Майору Раевскому?

Полина несколько секунд стояла неподвижно, затем растерянно кивнула.

– Куда он пошел? – встревоженно спросил Виктор.

Девушка нахмурилась, напряженно дотронулась до своего виска, затем обернулась в сторону лагеря военных и сделала слабый жест, указывая направление.

– Раевский сам понес его к военным, – догадалась Лариса.

Виктор бросился в сторону блокпоста, Лариса побежала за ним. Полина отрешенно посмотрела им вслед. Стоявшая рядом с ней Вера с грустью наблюдала за ней, затем, сосредоточившись, она пошла по направлению к небольшой поляне, увлекая за собой Полину. Выйдя на поляну, та огляделась, словно увидела знакомое место. На нее начали накатывать воспоминания.

Она вспомнила, как, с ненавистью глядя на Вадима, она прокричала ему в лицо:

– Сволочь! Ты убил его! Как же я тебя ненавижу!

– Когда я спас тебе жизнь, предложив снова работу у нас, ты пела по-другому, – уязвленно напомнил Вадим.

– Антон забрал образец вируса, – торжествующе сообщила Полина. – Думаю, полицию очень заинтересует незаконная деятельность компании «Ингрид».

– Поверь мне, через пару дней полицию всего мира будет волновать совершенно другое, – усмехнулся Вадим. – Люди начнут грызть друг другу горло за ампулу с вакциной.

– Какое прекрасное будущее ты для нас приготовил, Вадим… – с горечью произнесла Полина. – Только мне почему-то не хочется в нем жить.

Она неожиданно нагнулась, подняла с земли залитый кровью Антона пистолет и, быстро приставив его к своему виску, нажала на курок.

Раздавшийся выстрел прогремел в воспоминаниях Полины, словно наяву. Ее голова неестественно дернулась в сторону, и девушка, как подкошенная, упала на землю.

* * *

В это время Ермолаев осторожно двигался по коридору подземелья. Дойдя до развилки, он огляделся по сторонам, прикидывая, в каком направлении идти дальше. Свернув за угол, он скрылся из виду. Следом за ним в коридоре появился Рома. Он быстро, на цыпочках, подошел к повороту, как вдруг услышал возглас Максима:

– Ах ты, скотина!

Затем раздался глухой удар и вскрик Ермолаева. Рома осторожно выглянул из-за угла и увидел, что Ермолаев без сознания лежит на земле, а стоящий рядом с ним Максим с гримасой боли на лице потирает костяшки пальцев ушибленной руки.

– Зачем ты его вырубил? – спросил Леша.

– Этот урод работает на «INGRID», – объяснил Максим. – Он врал нам с самого начала, вы что, забыли? – Он с презрением кинул взгляд на Ермолаева и жестко сказал: – Если этот крендель знает, как открыть дверь, он и нам расскажет.

Рома спрятался за угол, напряженно обдумывая, как ему поступить, затем тихо, чтобы его никто не услышал, ушел по коридору в обратную сторону.

Связав Ермолаеву руки, ребята привалили его спиной к стене и напряженно ожидали, когда он придет в себя. Внезапно он вздрогнул и, застонав, открыл глаза.

– Наконец-то очухался, – прокомментировал Максим и со злой иронией обратился к Ермолаеву: – А мы тут в ваше отсутствие столько нового узнали! Кстати, даже нашли объект «Доминус» – так, кажется, вы зовете этого черта в табакерке?

– Вы использовали нас, – осуждающе подхватила Вика. – Врали про вакцину, а сами работали на «INGRID».

– Да, я работал на «INGRID», – эмоционально возразил Ермолаев. – Но не ради них и не ради себя, а ради науки. Ученые столетиями бились над обретением бессмертия, а удалось это мне одному!

– Клон – никакое не бессмертие! – заявила Вика. – Это лишь внешняя копия, оболочка!

– Умная девочка… – похвалил Ермолаев. – Да, клон – это лишь сосуд. Наполнить его содержанием – вот главная цель! И это сделал я! Я создал программу сканирования личности. – Его голос наполнился фанатичными нотками, и Ермолаев восторженно объявил: – Вы только представьте – теперь люди смогут делать свои копии, обладающие их знанием и памятью! Каждый из нас получит вторую жизнь, шанс переписать черновик! Как только я активирую Вульфа…

– Вы что, думаете, мы вам позволим запустить этого монстра? – прервал его Максим.

– Клон Вульфа знает абсолютно все, что знал сам Вульф, – значительно произнес Ермолаев. – В том числе и подробности создания вакцины… и много других способов излечения от вируса.

– Не надо нас обманывать, мы не дети! – взволнованно проговорила Вика. – Вульф никогда ничего нам не скажет.

– Клон – это не сам Вульф, – настойчиво объяснил Ермолаев. – Он обладает знаниями прототипа, но эмоциональной парадигмы у него нет. Его легко контролировать. В принципе, он пойдет на контакт с любым человеком.

Ребята с сомнением переглянулись и отошли от Ермолаева, чтобы посовещаться, как им поступить.

– Антидот есть только у «INGRID», и нам его больше не дают, – сосредоточенно высказалась Вика. – Даже если мы выберемся за периметр, пройдут дни, пока мы его получим. Доживут не все.

– Если клон пойдет на контакт, мы узнаем способ излечения от вируса, – поддержал ее Леша.

Все посмотрели на Максима, ожидая от него последнее слово. Тот несколько мгновений поколебался, затем кивнул. Ермолаев напряженно смотрел в сторону ребят, ожидая, какое решение они примут.

* * *

В это время Рома уже топтался на поляне в нетерпеливом ожидании. Из-за кустов вышел Войтевич и напряженно спросил:

– Почему ты так рано? Что-то случилось?

– Ермолаев в школе! – взбудораженно выпалил парень.

– Значит, они решили пустить по следу Ермолаева… – задумчиво произнес Войтевич. – Ловят на живца…

– Константин Викторович, вы расскажите, что они ищут? – нервно спросил Рома.

– Объект «Доминус», – после небольшой паузы ответил Войтевич и снисходительно усмехнулся, заметив его растерянность. – Ладно, пойдем, покажешь мне место, где последний раз видел Ермолаева. По дороге все расскажу.

Войтевич развернулся и скрылся в кустах. Рома, оглядевшись по сторонам, торопливо устремился за ним. Он уже знал лес как свои пять пальцев. За последние дни Рома успел почувствовать себя и предателем, и самоубийцей, и двойным агентом… Но лишь сейчас он ощущал, что поступает правильно.

* * *

Ребята развязали Ермолаева и подвели его к стене с буквой «D». Глаза у Ермолаева загорелись. Ребята напряженно наблюдали за ним. Он сделал шаг к стене и приложил свою руку к букве. Его сердце начало напряженно биться – датчик внутри него синхронизировался с датчиком на букве. В стене послышался щелчок, и замаскированная дверь медленно открылась. На лице Ермолаева появилась торжествующая улыбка.

Ребята прошли в клонировочную следом за Ермолаевым, следя за его действиями, а тот медленно, как завороженный, подошел к стоящему посреди комнаты саркофагу. Сквозь крышку саркофага был виден лежащий с закрытыми глазами клон Вульфа.

* * *

В это время Слава быстро шел по коридору, не глядя по сторонам. С тревогой распахнув дверь в класс, в котором его должна была ждать Света, он стремительно вошел и поменялся в лице, увидев ее: она неподвижно сидела, уронив голову на скрещенные на парте руки. Рядом валялся скомканный платок со следами крови.

Слава бросился к ней и схватил ее за плечи. Света медленно подняла голову, и парень увидел, что она очень бледна, было ясно, что ей совсем плохо.

Лихорадочно порывшись в кармане, Слава достал пробирку с антидотом, открыл ее и влил лекарство в рот девушке. Она с трудом проглотила лекарство и через несколько секунд открыла глаза.

– Спасибо тебе, – с благодарностью сказала Света, прижимаясь к Славе. – Славка, ты самый лучший!

Парень обнял ее и, глядя поверх ее головы, хмуро вспомнил, каким путем ему досталась эта ампула. Он крепко прижал к себе Свету с выражением мрачной обреченности на лице.

* * *

В это время Раевский с Игорьком на руках приблизился к шлагбауму. Стоящие по ту сторону шлагбаума Бессонов и караульные солдаты напряженно следили за ним. Раевский подошел ближе и остановился.

– Мне нужен полковник Фролов, – потребовал он, стараясь не показывать волнения. – Срочно!

– Вызови полковника, – бесстрастно бросил Бессонов одному из солдат.

Тот немедленно побежал к палатке и через несколько секунд вернулся вместе с Флейшером. Тот недовольно посмотрел на Игорька в руках Раевского.

– А где Полина? – спросил Флейшер.

– Программа дала сбой, – сдержанно ответил майор, глядя ему в глаза. – Боюсь, она выбыла из игры, – указав глазами на Игорька, Раевский произнес: – Я подумал, он вам нужен. Успел перехватить.

– Хорошая работа, майор, – одобрительно сказал Флейшер и приказал Бессонову: – Лейтенант, заберите ребенка.

– У меня есть условие, – торопливо заявил Раевский, отступая на шаг. – Я хочу выйти, прямо сейчас. И мне нужна вакцина. Иначе ребенок останется здесь.

Повисла напряженная пауза, Флейшер обдумывал предложение Раевского, затем, приняв решение, он повернулся к солдатам и кивнул, те начали открывать шлагбаум. Раевский облегченно выдохнул, еле заметно улыбнувшись.

Выбежавшие из леса Виктор и Лариса заметили у шлагбаума Раевского с Игорьком в руках и побежали к нему.

– Стой, майор! Не надо! – крикнул Виктор.

Бессонов передернул затвор и дал очередь. Пули взрыхлили землю в двух шагах от Виктора. Тот резко остановился, тяжело дыша.

– Сергей, подумай, что ты делаешь? – чуть не плача крикнула Лариса Раевскому. – Отдай нам малыша, они убьют его!

Майор мгновение с непроницаемым лицом смотрел на Виктора и Ларису, затем молча зашел за шлагбаум. Военные при этом отступили на безопасное расстояние. Один из них, надев противогаз, подошел к Раевскому, забрал у него Игорька и передал его Флейшеру. Окинув майора полным презрения взглядом, Флейшер обратился к Бессонову, коротко бросив:

– Расстрелять.

Он развернулся и с Игорьком на руках ушел к палаткам. Раевский поменялся в лице, с ужасом замерев на месте. Бессонов передернул затвор автомата, поднял его и прицелился в майора.

– Лейтенант, да ты что… – ошарашенно проговорил тот.

Бессонов нажал на курок. Раздалась автоматная очередь. Пули прошили тело Раевского. Виктор замер, не в силах поверить в происходящее. Лариса закричала от ужаса. Игорек на руках Флейшера зашелся в громком плаче. Взгляд Раевского помутнел, он упал на землю и замер без движений.

* * *

Ермолаев несколько секунд неподвижно стоял возле саркофага, с волнением глядя на клона, затем подошел к пульту управления и положил ладонь на экран. Тот загорелся, и на нем появилась надпись: «Идет синхронизация». Ермолаев удовлетворенно улыбнулся. В динамики было слышно, как все более учащенно забилось его сердце. Ермолаев невольно поморщился, схватившись другой рукой за грудь.

На мониторе появилась следующая надпись: «Синхронизация завершена». Ермолаев убрал руку с экрана и набрал на клавиатуре комбинацию из букв и цифр. Вперив взгляд в лежащего Вульфа, он решительно нажал кнопку «Ввод». Несколько мгновений ничего не происходило, но внезапно клон Вульфа открыл глаза.

Крышка саркофага медленно поднялась. Ермолаев подошел к саркофагу, продолжая держаться за сердце и кривясь от боли. Клон Вульфа резко приподнялся и сел, глядя перед собой пустыми холодными глазами. Ребята в ужасе смотрели на него, не в силах оторвать взгляд.

– Это великий день! – в лихорадочном экстазе воскликнул Ермолаев. – Мое имя войдет в историю! Я принес людям бессмертие!

– Что это за звук? – наконец обратила Лиза внимание на звук из динамиков.

– Это… бьется мое сердце… – болезненно ответил Ермолаев.

Внезапно в комнате наступила оглушительная тишина – Ермолаев замер, ловя ртом воздух. Он бросил потрясенный взгляд на клона – тот смотрел на него холодным злым взглядом. Поняв, в чем дело, Ермолаев в ужасе прошептал на последнем издыхании:

– Нет… ты не смеешь так поступить со мной… Я вернул тебе жизнь…

Он начал оседать на пол, держась руками за саркофаг и не сводя глаз с клона, затем замертво упал на пол. Все в ужасе переглянулись, затем перевели взгляд на клона. Сидящий до того неподвижно, он неожиданно повернул голову в сторону ребят, глядя на них жестоким взглядом.

Глава 29

Родная кровь

Леша подошел к пульту и посмотрел на монитор. Его экран был поделен на две части, одна отображала показатели клона, вторая – Ермолаева. В части Ермолаева все показатели были на нуле, в части клона диаграмма отбивала сердечный ритм.

– Их сердца были синхронизированы, – догадался Леша. – Видимо, клон отключил Ермолаева…

– Без паники, – заявил Максим, делая шаг к клону. – Попробуем наладить контакт, – стараясь скрыть напряжение, он обратился к клону: – Гутен таг, герр Вульф.

Клон Вульфа молча окинул ребят холодным взглядом, затем, опершись руками на края саркофага, начал приподниматься. Ребят охватил ужас, они отступили на шаг назад, но внезапно в комнате раздался выстрел – пуля попала в лоб клона, его глаза закрылись, и он упал обратно в саркофаг. Ребята обернулись – в дверях стоял Морозов с пистолетом в руках.

– Все отошли! К стене! Живо! – потребовал Морозов, направив на ребят пистолет.

Друзья отошли к стене, затравленно глядя на Морозова, а тот, держа их под прицелом, подошел к пульту и нажал кнопки. На экране появляется надпись: «Извлечь карту памяти?» Морозов нажал ответ «Да».

– Не знал, что ты заделался антифашистом, – удивленно сказал Максим. – Как же твои дружки теперь Четвертый рейх построят?

– Сынок, ты же знаешь – я деловой человек, – рассмеявшись, ответил Морозов. – Во всей этой истории у меня всегда был один интерес – акции «INGRID», – указав пистолетом на Максима, он уточнил: – Твои акции. Но, видишь ли, твой дед тебя подстраховал. Я мог распоряжаться бумагами, но в случае твоей смерти все бы перешло не мне, а компании.

– Скоро я вместе с остальными сдохну от вируса, – в тон ему ответил Максим, – и не видать тебе, папочка, моей доли.

– Это уже неважно. К тому времени все акции «INGRID» будут моими… – Криво усмехнувшись, Морозов подошел к клону, быстрым движением выдернул торчащий из его шеи небольшой чип и продемонстрировал его ребятам: – … благодаря этой вещице.

– Что это? – спросила Вика. – Чип?

– Электронная версия памяти Вульфа, – объяснил Морозов, согласно кивнув. – Информация по всем разработкам «INGRID», в том числе и по вакцине…

Он спрятал чип в карман и пошел к выходу, продолжая наставлять на ребят пистолет. У самого входа Морозов повернулся к ребятам спиной, чтобы выйти, и Максим, схватив кусок арматуры, бросился на Морозова, но внезапно резко согнулся и, выронив арматуру, со стоном схватился за голову.

– Макс! – вскрикнула Лиза.

Девочки в тревоге подбежали к скорчившемуся на полу парню. Морозов, пятясь, вышел и скрылся за дверью. Леша бросился за ним. Морозов быстро свернул в угловой коридор, пропадая из поля зрения Леши, тот добежал до поворота и повернул в угловой коридор вслед за Морозовым.

Услышав звук взведенного курка, Леша инстинктивно пригнулся. В этот момент раздались два выстрела. Пули врезались в стену прямо над его головой. Леша быстро спрятался за камнями, наваленными вдоль стены. Выждав несколько секунд, он осторожно выглянул из укрытия и бросился в погоню за Морозовым.

Догнав его, Леша набросился и схватил его за запястье руки, в которой тот держал пистолет. Когда Морозов выронил пистолет, Леша ногой отбросил его подальше.

– Не дергайтесь, мне нужен только чип, – предупредил парень. – Я не буду вас убивать.

Он полез во внутренний карман пиджака Морозова, при этом ослабив хватку, и Морозов со всей силы швырнул его от себя на насыпь из камней. Леша упал лицом на камни, сильно ударившись головой, и потерял сознание. От удара камни осыпались, частично завалив парня и лежащий у насыпи пистолет.

Морозов безучастно посмотрел на лежащего Лешу. Оглядевшись в поисках пистолета, он понял, что тот под завалом и, с досадой скривившись, быстро ушел по коридору.

* * *

К лагерю военных подъехала военная машина. К ней подошел Бессонов. Из кустов, никем не замеченные, за происходящим взволнованно наблюдали Ирина Исаева с Надей. Послышался детский плач – из палатки вышел молодой солдат с Игорьком на руках и торопливо прошел к машине.

– Мама, смотри! – пораженно воскликнула Надя. – Это же наш Игорек!

– Ш-ш-ш… Не шуми, – попросила Ирина, прикрывая ей рот ладонью.

Увидев, что солдат вместе с Игорьком залез в машину, женщина спешно увела Надю, пригибаясь и прячась за кустами. Отойдя чуть подальше, они быстро убежали от лагеря военных.

* * *

В эти секунды Денис с Лилей рылись на полках в комнате с артефактами. Шкатулка графини лежала на столе, ребята пытались найти к ней ключ, обыскивая разные ящички, но не находя ничего похожего на него.

– Она может открываться с помощью чего угодно, – озадаченно пробормотал Денис и тут заметил на столе большой старинный бронзовый ключ. – О! Вот еще ключик.

Мальчик потянулся к ключу и переставил мешавшую ему шкатулку на большой камень. Внезапно раздался щелчок, и крышка шкатулки открылась. Денис с Лилей вздрогнули от неожиданности, завороженно глядя на нее.

– Всего-то был нужен приличный кусок магнитной руды, – сказала Лиля, приглядевшись к камню, на котором стояла шкатулка.

Ребята заглянули внутрь шкатулки и увидели хранившиеся к ней украшения графини – браслет, кольца, серьги и, кроме них, небольшой хрустальный флакон. Лиля достала флакон на цепочке с красным порошком внутри.

– А это что такое? – недоуменно спросила она.

– Наверное, что-то химическое… – оживился Денис. – Может, это и есть ценность? Типа – открытие графа. Чтоб Ивановский продолжал исследования…

– Я знаю, что это! – осенило Лилю, и она взахлеб объяснила: – Графиня умерла от чахотки! Помнишь, в письме?! Значит, от вируса они ее вылечили – вместе с Ивановским! Это – вакцина! Граф нашел ее! Ты понимаешь? Надо рассказать всем! Идем!

Схватив шкатулку и флакончик, дети выбежали из комнаты. Та самая вакцина, которую безуспешно столько времени пыталась создать Лариса, все это время была под самым их носом. Дети были в полном восторге от своего открытия.

* * *

Из подъехавшей к лагерю военных машины степенно вышла Раубер. Подоспевший к ней лейтенант Бессонов, провожая ее к палатке, торопливо отчитался:

– Ребенок здоров, с ним все в порядке. Только что был отправлен в клинику.

– Хорошо, – довольно сказала Раубер. – Как операция «Доминус»? Проходит успешно?

– Никак нет, – ответил Бессонов. – Приказа начинать операцию не было.

– Как это – не было? От Ермолаева давно поступил сигнал! Ваши люди уже должны быть в школе! – поменявшись в лице, с яростью произнесла Раубер. – Что здесь происходит? Где полковник?

Она быстро пошла в сторону палатки. Бессонов торопливо шел следом. Войдя в пустую палатку, Раубер окинула ее вопросительным взглядом. Внезапно ее лицо окаменело. Бессонов, проследив ее взгляд, увидел в углу палатки скомканный брезент с торчащим из-под него носком ботинка военного образца. Откинув брезент, Бессонов увидел мертвого Флейшера.

– В расположении лагеря посторонних не было, я отвечаю, – взволнованно оправдался Бессонов.

– Это не посторонние, – сквозь зубы мрачно прервала его Раубер, мгновенно поняв, что смерть Флейшера – дело рук Морозова. – Это свои.

Раубер холодно смотрела на окоченевшего Флейшера. Его шею все еще обвивала удавка, оставленная Морозовым на месте преступления. Флейшер был хорошим соратником, хотя и не всегда принимал решения настолько же быстро, как она. В любом случае его смерть мало что меняла.

* * *

Морозов быстро шел по коридору подземелья. На ходу достав из кармана чип, он повертел его в пальцах, довольно усмехнувшись. Но, завернув за угол, Морозов застыл от неожиданности – перед ним стоял Войтевич с электрошокером в руках.

– Ну, здравствуй, Петр, – с холодной ненавистью произнес Войтевич.

– Уйдите с дороги, Константин Викторович, – попросил Морозов, глядя на электрошокер. – Сейчас не самое удачное время сводить счеты.

– Я и не собираюсь марать о тебя руки, – усмехнулся Войтевич. – За меня это сделает Раубер, когда ты вернешься без чипа. – Он протянул руку и жестко потребовал: – Давай мне чип. Живо.

– Хорошо-хорошо. Держите, – успокаивающе произнес Морозов.

Он опустил руку в карман, затем медленно протянул Войтевичу чип. Тот, посмотрев на чип, отвлекся от действий Морозова, в тот же миг Морозов одной рукой выхватил из кармана нож, а другой прижал Войтевича к стене.

Несколько раз воткнув нож ему в живот, Морозов удовлетворенно наблюдал, как взгляд Войтевича застывает, глаза его потускнели. Войтевич медленно сполз по стене, и Морозов, убрав чип в карман, ушел дальше по коридору.

* * *

Водитель военной машины в сопровождении солдата, везущий Игорька в лабораторию «INGRID», резко затормозил, когда на дорогу наперерез машине внезапно выбежала Ирина Исаева.

– Помогите! Пожалуйста! – умоляюще крикнула Ирина. – У меня там дочка… – Она указала рукой в сторону леса и, чуть не плача, добавила: – Ей плохо… Прошу вас!

– Ты сиди, я пойду гляну, – с тревогой сказал водитель, обратившись к солдату.

Он вышел, и они вдвоем с Ириной скрылись за кустами. Женщина привела его на небольшую поляну, на краю которой лежала с закрытыми глазами Надя.

– Мы гуляли по лесу, и она вдруг упала… – объяснила Ирина.

Водитель наклонился над Надей, в этот момент женщина схватила с земли большую корягу и со всей силы ударила его по голове. Оглушенный водитель упал на землю. Ирина вынула из его кобуры пистолет, и Надя, открыв глаза, поднялась.

– Пойдем, нам надо забрать Игорька, – торопливо сказала Наде Ирина.

Вернувшись к машине, она направила пистолет на солдата, который вышел из машины, чтобы получить по рации распоряжение от Бессонова не задерживаться.

– Подними руки, – нервно потребовала женщина у солдата. – Не двигайся. Я не хочу в тебя стрелять. Мне просто нужно забрать моего сына.

– Это ваш ребенок? – удивленно спросил солдат.

– Да. Его у меня украли, – взволнованно ответила Ирина.

Продолжая целиться в солдата, она подошла к задней дверце машины и попыталась ее открыть. Солдат, воспользовавшись моментом, бросился к Ирине и выхватил у нее пистолет.

– Отойдите от машины, – приказал он, направив пистолет на Ирину.

Женщина, затравленно глядя на солдата, отступила на несколько шагов. В этот момент из-за кустов выбежала Надя. Ирина прижала ее к себе, и солдат оторопело посмотрел на них обеих.

– Не убивайте мою маму! – чуть не плача, попросила девочка.

– Я не собирался ее убивать… – растерялся солдат. – У меня приказ – доставить ребенка…

– Ты не знаешь, чьи приказы выполняешь. Это страшные люди, – в отчаянии сказала Ирина. – Ты слышал, как они его называют? Груз! Он для них просто груз!

– Пожалуйста, не стреляйте! – заплакала Надя, еще крепче обнимая Ирину. – Мамочка, я боюсь! – Она разрыдалась и обратилась к солдату: – Это наш Игорек! Отдайте его нам! Пожалуйста…

– Забирайте ребенка и уходите, – решился солдат и открыл дверь машины.

Ирина быстро вынула Игорька и поцеловала его, чуть не плача от радости. Напоследок она обернулась к солдату и искренне поблагодарила:

– Спасибо тебе. Спасибо.

Прижимая к себе Игорька, Ирина взяла за руку Надю, и они скрылись за деревьями. Солдат потерянно смотрел им вслед, терзаясь сомнениями, правильно ли он поступил.

* * *

В медкабинете в это время Мария и Лариса, обе на взводе из-за предстоящей эвакуации, торопливо собирали разные медикаменты в чемоданчик, как вдруг дверь распахнулась, и испуганные Вика с Лизой, поддерживая еле перебирающего ногами Максима, подвели его к кушетке.

– Что с ним? – испуганно спросила Мария.

– Уйдет… Не должен… Догнать… – произнес парень заплетающимся языком.

– Это из-за взаимодействия вируса с антидотом, – объяснила Лариса, нахмурившись. – Они разрушают мозг Максима. Мне жаль, но сделать ничего нельзя. Без вакцины он умрет.

Все в немом ужасе посмотрели на Ларису. Мария кинулась к сыну и помогла девочкам уложить его на кушетку, после чего замерла рядом, взяв его за руку. Максим бессмысленным взглядом смотрел перед собой, не узнавая никого из окружающих.

Вика вышла из медкабинета в очень подавленном состоянии, переживая из-за Максима. В этот момент из библиотеки навстречу ей вышел Леша. На ходу одной рукой потирая голову в месте удара о камни, другой он отряхивал одежду от пыли. Вика подбежала к нему и платком вытерла кровь со лба.

– Со мной все в порядке, – успокоил ее парень и с досадой добавил: – Но я упустил Морозова с чипом.

– Лариса говорит, что Макс… он вряд ли придет в сознание… – расстроенно сообщила ему Вика. – Ему срочно нужна вакцина.

Заметив, как она подавлена, Леша посмотрел на нее с сочувствием. Со стороны учебного коридора выбежали Денис с Лилей. Подлетев к Вике с Лешей, они взволнованно наперебой рассказали:

– Мы открыли шкатулку графини! – с горящими глазами выпалила Лиля.

– Мы нашли вакцину! – воскликнул Денис.

– Она была в шкатулке-лилии! – подхватила девочка.

Она показала ребятам флакон с розовым порошком. Вика взяла флакон, и они с Лешей взволнованно переглянулись.

– Так, банда, пойдемте-ка, расскажете все, – решительно сказал Леша, делая приглашающий жест в сторону библиотеки. – И про шкатулку, и про лилию.

– Граф завещал шкатулку Ивановскому, – возбужденно сообщила Лиля, едва Леша закрыл за ними дверь в библиотеку. – Написал, что в ней самое ценное, что у него есть.

– Главное, что там была вакцина! – подхватил Денис, кивнув на флакон в руках Вики.

– Ребят, вы реально молодцы, – похвалил их Леша и тут же спросил: – А где это письмо? Надо его внимательно изучить. Вдруг там написано, как эту вакцину разводить, в каком виде принимать.

– Мы сейчас принесем, – с готовностью ответила Лиля, и дети быстро выбежали из библиотеки, направившись обратно в шестиугольную комнату, в которой оставили письмо графа.

– Даже не верится, – призналась Вика, глядя на Лешу счастливыми глазами. – Неужели это действительно вакцина? Надо показать ее Ларисе Андреевне.

Вика сделала шаг к выходу, но Леша преградил ей путь и, достав из кармана пистолет Морозова, направил на нее. Девушка пораженно застыла на месте.

– Вика, отдай мне флакон, – жестко потребовал Леша.

Вика растерянно смотрела на него, зажав в руке флакон, в котором, возможно, было лекарство. Сейчас от него зависела жизнь Максима, и девушка не понимала, почему Леша требует его отдать, да еще и таким непререкаемым тоном.

* * *

Войтевич полулежал в коридоре, прислонившись к стене и держась рукой за живот, куда его ранил ножом Морозов. Он был очень бледен и с трудом дышал, чувствуя, как сквозь пальцы сочится кровь. Войтевич быстро терял силы и понимал, что вот-вот умрет. К нему, запыхавшись, подбежал Рома и, упав возле него на колени, склонился, с тревогой позвав:

– Константин Викторович!

Парень лихорадочно стащил с себя джемпер и прижал его к ране на животе Войтевича, пытаясь остановить кровь. Джемпер сразу пропитался кровью. Рома нервно огляделся и хотел уже встать, чтобы позвать кого-нибудь на помощь, но Войтевич слабеющей рукой удержал его.

– Догони Морозова… – с трудом произнес он. – У него чип… Он вытащил его из клона Вульфа… Там… полная информация по разработкам «INGRID»… – Переведя дыхание, он слабым голосом отдал свое последнее распоряжение: – Уничтожь этот чип. Без него «INGRID» конец.

– Но… Я не могу вас здесь бросить, – возразил Рома.

– Иди, Павленко! Ты должен остановить Морозова, – из последних сил повысив голос, приказал Войтевич и сделал указующий жест рукой: – Он пошел туда… Там есть люк… в камере с клетками… – Вложив Роме в руку электрошокер, Войтевич прохрипел: – Сделай это, мальчик… Отомсти за меня… За всех…

Константин Викторович затих, голова его безвольно упала набок. Рома несколько секунд в растерянности стоял на коленях, затем крепко сжал электрошокер в руке и побежал в сторону камеры с клетками.

* * *

Денис и Лиля вбежали в комнату с артефактами. Денис с досадой на себя, что оставил их здесь, схватил со стола письмо и завещание графа, а Лиля поставила шкатулку на магнитную руду.

– Я на одну минутку, – просительно объяснила она, желая еще раз все рассмотреть.

Шкатулка распахнулась, и девочка несколько секунд любовалась ее содержимым, затем собралась снять шкатулку с камня, но вдруг что-то внутри привлекло ее внимание.

– Интересно… – с любопытством сказала Лиля. – А это что?

Денис невольно остановился на пороге комнаты, затем заинтригованно подошел к подруге и поставил фонарь на стол. В свете фонаря в центре шкатулки был хорошо виден красивый красный камень с необработанными краями.

– Офигенский камушек, – завороженно признал Денис. – Это типа рубин?

– Нет, круче. Это обломок метеорита, – объяснила Лиля, не отрывая глаз от камня. – Того самого, который граф нашел в Китае и подарил жене. Покажем камень Вике с Лешей?

– Они реально офигеют, – довольно улыбнулся мальчик.

Лиля взяла шкатулку, Денис – фонарь и магнитную руду, затем они вышли, унося с собой находки. Этот день превзошел все их ожидания. Мало того, что они нашли вакцину, теперь в их руках был еще и метеорит, из-за которого и заварилась вся эта каша!

* * *

В это время взволнованный Леша стоял в палатке перед сидящей на стуле Раубер, та вертела в руках флакон, пристально его разглядывая. Чуть поодаль в ожидании указаний стоял Бессонов.

– Я думаю, это сухая вакцина, – объяснил Леша. – Граф Щербатов синтезировал препарат, спасая свою жену.

– Да, – медленно промолвила Раубер. – Щербатов завез сюда вирус из Китая еще в девятнадцатом веке. Перед самой войной мы ездили в экспедицию по его следам. – Жестом подозвав Бессонова, она отдала ему флакон и приказала: – Отправьте на экспертизу, лейтенант. Результат пусть доставят немедленно!

Бессонов взял флакон и торопливо вышел. Раубер, довольно улыбаясь, смотрела на Лешу, затем жестом подозвала его к себе. Парень опустился перед ней на одно колено, глядя на Раубер с обожанием.

– Я в тебе никогда не сомневалась, – тепло призналась женщина. – Кровь не подводит.

– Какая? – с улыбкой спросил в ответ Леша, чуть подкалывая ее. – Родная или чистая?

– В нашем случае это одно и то же, – заносчиво ответила Раубер.

– Я подвел тебя – не смог остановить Морозова, – расстроенно признал Леша. – Теперь клона нет, и чип исчез…

– Не волнуйся. Морозова здесь встретят, – недобро прищурилась женщина и уверенно заявила: – Он так просто от нас не уйдет.

Леша с Раубер понимающе посмотрели друг другу в глаза с одинаково безжалостным выражением на лицах. Теперь в лице парня не осталось ни капли обаяния, которым он с такой легкостью завоевал доверие ребят.

* * *

Морозов выбрался из люка. Его волосы были растрепаны, костюм покрыт пылью. На ходу отряхиваясь и приглаживая волосы, он быстро пошел по лесу в сторону заграждения. Внезапно из-за кустов вышел Рома, преграждая ему путь. Одежда Ромы и его руки были испачканы кровью Войтевича.

– Отдайте мне чип Вульфа, – твердо потребовал парень.

– А больше тебе ничего не надо? – возмутился Морозов, слегка обалдев от наглости Ромы. – Проваливай, идиот.

– Отдайте чип по-хорошему, – напряженно сказал парень, нервно сглатывая.

– Страшно-то как! – изображая испуг, воскликнул Морозов, затем цинично усмехнулся и, обходя Рому, с презрением бросил: – Видел бы ты себя со стороны. Жалкое зрелище.

Рома неожиданно набросился на Морозова сзади и, схватив за шею, повалил. Они покатились по земле, и в какой-то момент Морозову удалось расцепить руки парня. Он придавил Рому своим телом, ударил по лицу и начал его душить.

– Ну, гаденыш, тебе конец! – с яростью произнес Морозов.

Рома, уже совсем задыхаясь, нащупал в кармане электрошокер, достал его и ударил током Морозова в бок. Тот, задергавшись, ослабил хватку и со стеклянным взглядом, парализованный упал на спину. Рома, тяжело дыша, встал с земли, склонился над Морозовым и достал из кармана его пиджака чип.

Оглядевшись, парень решительно поднял с земли большой камень и занес его над головой Морозова, чтобы убить его, но затем опустил руку, отбросил камень в сторону и убежал. Потерявший сознание Морозов остался лежать с закрытыми глазами.

* * *

В это время на верхней галерее библиотеки лежащая без сознания Вика открыла глаза. Она с трудом села, пытаясь вспомнить, что произошло, и осторожно потрогала висок – на пальцах осталась кровь. Глядя на нее, девушка вспомнила, как растерянно стояла перед совершенно изменившимся Лешей, наставившим на нее пистолет.

– Ты что… тоже работаешь на Морозова? – напряженно спросила Вика. – Когда тебя завербовали?

– В тот день, когда я родился, – цинично усмехнувшись, ответил парень. – Теодора Раубер – моя бабушка.

– Значит, ты все это время притворялся нашим другом, а сам шпионил за нами? – потрясенно спросила девушка.

– Вика, не нужно на меня злиться, – серьезно произнес Леша. – Я ведь хочу как лучше – для нас обоих. Мы строим новый мир – для избранных. Пойдем со мной. С твоим интеллектом тебе нечего делать среди этих недоумков.

– Никуда я с тобой не пойду! И вакцину тебе не отдам! – твердо заявила девушка, пряча флакон с красным порошком за спину. – Я не такая, как вы. Я не предаю друзей.

– Что ж, это твой выбор, – с легким сожалением сказал Леша и резко ударил Вику по голове рукояткой пистолета.

Поняв, что произошло, девушка быстро поднялась. Пошатнувшись, она оперлась на перила и глубоко вздохнула, стараясь унять головокружение. Спустившись с галереи, Вика пошла к выходу из библиотеки.

Морщась от боли, она направилась в сторону кабинета директора, чтобы рассказать все Виктору. Со стороны учебного коридора к ней с горящими глазами подбежали Денис и Лиля. Они были в полном восторге от своих открытий.

– Мы обнаружили метеорит! – взбудораженно заявила Лиля. – Тот самый, который граф в Китае нашел и жене подарил! Только тут не все сердечко, а половинка.

– Ребят, давайте потом, – тяжело произнесла Вика. – Мне надо поговорить с Виктором Николаичем. – Сделав несколько шагов, она застыла на месте, осознав слова детей, и, медленно к ним обернувшись, спросила: – Что вы сказали? Половинка метеорита? – Она с тревогой посмотрела на ребят и решительно скомандовала: – Берите шкатулку и быстро за мной.

Вика пошла к лестнице. Денис с Лилей переглянулись и устремились следом за ней. Они, конечно, ожидали, что их находка потрясет Вику с Лешей, но чтобы Вика среагировала так странно – это они предположить не могли и теперь бежали следом за ней, не понимая, что она задумала.

* * *

Знахарка, вернувшись домой через полтора часа после ухода в деревню, чтобы оказать помощь больному человеку, обнаружила, что дом пуст. Суп на столе стоял нетронутым, медальона на месте не оказалось. Знахарка расстроенно огляделась и озабоченно вышла из дома.

* * *

Галина в это время медленно обходила пустую кухню, внимательно осматриваясь и пытаясь понять, что произошло в школе за время ее отсутствия. Вошедший Виктор на ходу отдал распоряжение Марии, не зная, что она в этот момент находится с Максимом в медкабинете:

– Маша, нужно срочно собирать детей. Начинаем эвакуацию… – Тут он осекся, увидев Галину, и потрясенно замер на месте.

– Ну вот, – спокойно произнесла Галина, чуть улыбнувшись. – Значит, я вовремя.

– Галина Васильевна… – со слезами на глазах промолвил Виктор.

Он бросился к ней и крепко, по-сыновьи, обнял ее. На глазах Галины заблестели слезы. Виктор уже и не ожидал когда-либо увидеть ее в живых. Он обнимал ее бережно, словно родную мать, и Галина, чувствуя его отношение, нежно обнимала его в ответ.

* * *

Ирина Исаева с Надей все еще шли по лесу. Ирина держала на руках Игорька, крепко прижав его к себе и с тревогой глядя по сторонам, поскольку она понятия не имела, в какой стороне школа.

Надя чуть убежала вперед. Обходя густые невысокие елки, она вздрогнула и остановилась: внезапно из-за елок прямо перед ней появилась знахарка. Ирина, прижимая к себе Игорька, быстро подошла к ним и взяла Надю за руку.

– Кто вы такая? – настороженно спросила Ирина.

Знахарка окинула взглядом Ирину, Надю и Игорька, и в ее глазах мелькнуло узнавание. Заметно волнуясь, она пристально посмотрела на Ирину и со слезами на глазах, потрясенно произнесла:

– Ира? Ириша! Господи, это ты?

– Откуда вы меня знаете? – напряженно спросила Ирина, недоверчиво глядя на знахарку.

Да и что она могла подумать, впервые в жизни увидев эту пожилую женщину, которая так неожиданно назвала ее по имени. Ирина, нахмурившись, смотрела на нее, ожидая объяснений.

* * *

Леша с Раубер в палатке военных все еще ожидали результаты теста порошка из флакона, принесенного из школы Лешей. Вошедший в палатку Бессонов протянул Раубер бумагу с результатами экспертизы.

– Ну, посмотрим, как Щербатов справился с тем, на что у нас ушло полвека… – довольно произнесла Раубер и нетерпеливо пробежалась глазами по строчкам.

Закончив читать, она поменялась в лице и с размаху влепила Леше пощечину. В ярости скомкав лист, женщина отбросила его в сторону. Леша, держась за щеку, испуганно спросил:

– Вакцина не работает?

– Это вообще не вакцина! – сквозь зубы сказала Раубер. – Ты рассекретил себя ради флакона сухих духов!

– Бабушка, позволь мне вернуться в школу, – горячо попросил Леша. – Я найду Морозова и принесу тебе чип.

– Хорошо, – согласилась Раубер. – Но времени у тебя в обрез – мы готовим зачистку школы. Когда закончишь с Морозовым, забирай Тасю, и сразу уходите оттуда.

Леша кивнул и быстро вышел. Раубер разломила напополам карандаш, который все это время вертела в руке, и отшвырнула его от себя. Все ее планы рушились. И даже внук, на которого она возлагала самые большие надежды, не сумел справиться с заданием.

* * *

В это время Вика торопливо поднялась на чердак, Денис и Лиля шли за ней следом. В руках у Лили была шкатулка, у Дениса камень – магнитная руда. Денис с Лилей пораженно огляделись по сторонам, они и не знали о существовании чердака.

– Я хочу кое-что проверить, – объяснила им Вика. – Думаю, в том флаконе была не вакцина. В легенде, которую граф с женой услышали в Китае, сказано, что спастись от проклятия небесных камней и излечиться можно, только принеся половину камня в жертву богам.

– Так вот почему от сердца остался только этот осколок… – догадалась Лиля.

Вика нашла старый алюминиевый поднос. Поставив его на ящик под вентиляционной решеткой, она повернулась к детям.

– Давайте сюда шкатулку, – решительно сказала она.

– Мы тут что сейчас, жертвоприношение будем устраивать? – недоуменно спросил Денис, отрывая шкатулку.

– Именно, – подтвердила девушка.

Она достала спички, чиркнула и, поднеся зажженную спичку к метеориту в раскрытой шкатулке, подожгла его. Из шкатулки повалил густой белый дым. Вика торопливо поставила шкатулку на поднос, чтобы дым утягивало в вентиляционную решетку.

Холл в школе начало быстро заволакивать дымом. Дети, вдыхая его и испуганно озираясь, стали кашлять и задыхаться, сгибаясь пополам. Вскоре дымом заволокло всю школу. Денис, Лиля и Вика на чердаке тоже сильно кашляли.

– Мы задохнемся! – через кашель сказал Денис.

– Если граф смог вылечить жену, может, и у нас получится? – с надеждой произнесла Вика, схватившись за саднящее горло.

Дым заволок чердак целиком, Вика с трудом различала сквозь него скрюченные фигуры Дениса с Лилей. Кашляя, она потерла глаза, понимая, что вот-вот задохнется, и искренне переживая за жизнь детей, но не решаясь потушить дымящий метеорит – это была их последняя надежда на выздоровление.

Глава 30

Эвакуация

Когда через некоторое время метеорит догорел и дым в школе стал рассеиваться, дети перестали кашлять и выпрямились, вытирая глаза от слез.

Максим, лежа на кушетке в медкабинете, открыл глаза, пытаясь сфокусироваться, и увидел перед собой склонившуюся над ним Лизу. Она покашливала, разгоняя остатки дыма рукой и с надеждой глядя на Максима.

– Макс! Ты меня слышишь? – дрожащим голосом, счастливо улыбаясь сквозь слезы, спросила Лиза.

Максим с трудом пришел в себя, пытаясь понять, что произошло, он ничего не помнил после того, как побывал в комнате с клоном. Мария, стоя рядом с кушеткой, тоже заметила, что ее сын пришел в себя.

– Максим! Родной мой! – со слезами счастья произнесла она.

Дым в кабинете почти рассеялся. Лариса, стоящая до этого в стороне, быстро подошла к Максиму и, непонимающе глядя на него, проверила пульс на запястье. Вытащив из кармана небольшой фонарик, она посветила парню в глаза для проверки чувствительности. Максим прищурился от яркого света.

– Как ты себя чувствуешь? – с тревогой спросила Лариса.

В этот момент дверь резко открылась, и в кабинет забежала взволнованная Вика. Увидев сидящего на кушетке Максима, она улыбнулась и, оглянувшись на стол, схватила лежащий на нем тестер.

– Вика, что случилось? – недоуменно спросила Лариса.

Девушка, ничего не отвечая, подошла к Максиму, взяла его руку и сделала ему тест. На тестере загорелась зеленая лампочка. Вика с облегчением улыбнулась. Максим, Лиза, Мария и Лариса удивленно переглянулись.

– Не может быть… – растерянно сказала Лариса.

Лиза радостно обняла Максима и поцеловала его. Мария не могла сдержать слезы счастья. Лариса растерянно смотрела на Вику, не понимая, как такое могло произойти. Вика загадочно улыбалась – ее догадка насчет метеорита оказалась верна.

* * *

В это время со стороны учебного коридора в холл вошли взволнованные Виктор и Галина. Они искали источник дыма, переживая, что в школе где-то возник пожар, но им не удавалось найти причину задымления.

– Дым идет откуда-то сверху, – уверенно сказала Галина.

– Надо проверить все помещения, – с беспокойством произнес Виктор.

В этот момент сверху быстро сбежал Денис, подлетел к Галине и с чувством обнял ее. Лиля спустилась следом за ним.

– Ба! Ты вернулась! – воскликнул счастливый Денис. – Я знал, что ты найдешься. Я получил твою записку.

– Как же я по тебе соскучилась, – ответила тронутая его признанием Галина, нежно потрепав внука по голове.

В этот момент из медкабинета выбежала Лариса с тестером в руках. Увидев Галину, она застыла на месте. Та, предвосхищая вопрос Ларисы, пошутила:

– Да, это я. Материализовалась из дыма.

– Похоже, этот дым всех нас спас, – взволнованно сообщила Лариса.

Взяв руку Виктора, она быстро сделала тест на вирус. На тестере загорелась зеленая лампочка. Виктор и Галина потрясенно посмотрели на Ларису. Денис и Лиля радостно переглянулись.

– Это все метеорит! – торопливо заявил Денис. – Он был в шкатулке графа Щербатова. Мы его сожгли!

– Графиня тоже заразилась нашим вирусом, – подхватила Лиля. – И он придумал, как ее вылечить.

– Виктор, мне самой с трудом в это верится, – ответила на его недоуменный взгляд Лариса. – Но я уже сделала несколько тестов – все здоровы.

Виктор с Галиной с нетерпением разошлись по школе, чтобы собрать всех детей и проверить их на наличие вируса в крови, Лариса направилась в свой медкабинет. Денис надулся, оттого что никто не сказал ему с Лилей спасибо за спасение всех от смертоносного вируса.

После того как школьников отвели в медкабинет на попечение Ларисы, в кабинете директора взрослые внимательно выслушивали ребят. Лиза рассказала всем про клона, чип и Морозова.

– С этим чипом Морозов таких дел может наворотить, – произнес Павел, нахмурившись, – что все, что они тут творили, покажется детской игрой.

– Это еще не все, – мрачно подхватила Вика, – Леша Барышников тоже с ними. Он – внук Теодоры Раубер.

– Я проверила всех, – раздался с порога счастливый голос Ларисы. – Дети здоровы. И взрослые тоже. Думаю, минерал, из которого состоял метеорит, при горении вступил в реакцию с культурой вируса, способствуя образованию антител. Но наверняка мы уже не узнаем – шкатулка полностью сгорела.

– Сейчас это уже неважно, – напомнил Виктор. – Мы победили вирус. Теперь самое главное – вывести детей. Военные начнут зачистку в любой момент.

– Мы с Пашей можем отвлечь их на себя, – напряженно предложил Володя.

– Хорошо, – нехотя согласился Виктор. – Но будьте осторожны. – В возникшей тишине он сообщил всем о своем решении, которое далось ему нелегко: – Есть еще одно дело. Мы должны сжечь здание школы. Это место притягивает зло. Мы должны уничтожить его, чтобы никто и никогда не смог сюда вернуться.

– Пока чип у Морозова, – с сомнением напомнил Володя, – они могут начать все сначала в любом другом месте.

В этот момент распахнулась дверь, и в кабинет зашел Рома. Не в силах говорить от волнения, он подошел к Виктору и, молча протянув руку, разжал кулак. На его ладони лежал чип Вульфа.

– Это же чип Вульфа! – изумленно воскликнула Лиза. – Где ты его взял?

– У Морозова, – нервно сообщил Рома. – Долбанул его электрошокером.

– Он придет в себя и вернется вместе с военными, – обведя всех взглядом и убрав чип в карман, сказал Виктор. – Начинаем эвакуацию немедленно.

В это время ни о чем не подозревающий Морозов с хмурым лицом шел по лесу в сторону школы. За его спиной Леша поднял пистолет и прицелился в него.

– Не так быстро, Петр Алексеевич! – насмешливо сказал парень.

Морозов замер и медленно обернулся. Увидев Лешу, стоявшего в нескольких метрах от него, он усмехнулся, собираясь идти дальше. Леша резко опустил пистолет ниже и выстрелил под ноги Морозову. Пуля взрыхлила землю совсем рядом с ним.

– Отдайте чип Вульфа, – жестко потребовал парень.

– Тебе-то он зачем? – презрительно фыркнув, спросил Морозов. – Вакцину вы все равно не успеете сделать.

– У моей бабушки на этот чип свои планы, – насмешливо объяснил Леша.

– Бабушки? – переспросил Морозов, но тут же догадался: – Так вот кто тайный агент Раубер. Мне надо было сразу догадаться.

– Мне нужен чип, – жестко заявил парень.

– Чип у Павленко, – спокойно заявил Морозов и вкрадчиво предложил: – Можем объединить усилия. Вместе будет проще достать этот чип…

– Четвертый рейх предателей не прощает, – твердо заявил Леша. – И переговоров с крысами не ведет.

Он собрался выстрелить, но Морозов, сделав резкий выпад, ударил его по руке. Пистолет отлетел в сторону и упал в кучу листьев, Леша тотчас бросился за ним, и Морозов, не желая рисковать, убежал. Леша, найдя пистолет, бросился за ним.

* * *

В это время в спальне мальчиков посреди комнаты уже лежала куча вещей: книги, постеры, сорванные со стены, подушки и одеяла. Рома и Максим, содрав с кроватей простыни, тоже бросили их на кучу. Открыв шкаф с одеждой, Рома выкинул оттуда вещи, Максим одним махом сгреб все со стола.

Лиза и Вика в своей комнате тоже собрали на полу кучу вещей. Лиза принесла одежду из шкафа и бросила ее к остальным вещам. Вика, сорвав с кроватей постельное белье, кинула его на середину комнаты.

– Неужели все кончено? – возбужденно произнесла Лиза. – Даже не верится.

– На этот раз действительно – конец, – ответила Вика, бросив на пол свой школьный джемпер.

Ученики и персонал школы уже собрались в холле, все с вещами и в верхней одежде. Виктор, стоя на ступеньке лестницы, для того чтобы его было хорошо видно и слышно всем, обратился к собравшимся:

– Ребята, Лариса Андреевна сделала вам тест. Вы все здоровы. Теперь мы можем вернуться домой. – Услышав радостные возгласы, он продолжил: – Но военные не хотят нас выпускать. Поэтому мы уйдем отсюда сами – через подземный ход. У меня большая просьба – отнеситесь к происходящему со всей ответственностью. От вас потребуется организованность и дисциплина.

У всех после его слов был оживленный вид, разве что только Слава Харитонов был мрачен и подавлен. В этот момент Тася, сунув Алисе в руки свои вещи, на цыпочках отбежала от группы школьников в сторону своей комнаты.

– Старшеклассников я прошу приглядывать за малышами, – серьезно попросил Виктор. – По подземелью не разбредаться, слушать указания взрослых. Всем все ясно?

В ответ ему раздался одобрительный гул. Все с энтузиазмом и восторгом приняли его слова, чувствуя себя победителями. Мало того, что они все вдруг выздоровели, излечившись от смертельного вируса, свобода была так близка, что школьники от нетерпения едва ли не приплясывали на месте.

* * *

За небольшим пригорком, поросшим кустами, по ту сторону ограждения спрятались Володя и Павел. Володя в бинокль наблюдал за солдатом. Павел, посмотрев на часы, тихо сообщил:

– Пора.

Володя отложил бинокль, достал пистолет и взвел курок. По лесу пронесся выстрел и вслед за ним оглушительный взрыв. Стоявшего рядом с ограждением солдата взрывной волной отбросило на землю. В этот момент раздался еще один выстрел, и сработала еще одна мина. Раздался еще один взрыв. Поднявшийся с земли солдат взволнованно проговорил в рацию:

– Тревога в квадрате Б-два. Срочно нужно подкрепление.

Напряженная Раубер, сидя за столом в палатке, нервно барабанила пальцами по столу. Услышав звук взрывающихся мин, она недоуменно вскинула голову. В этот момент в палатку быстро вошел Бессонов.

– Они начали взрывать мины, – доложил он. – Вероятно, собираются прорваться через заграждение.

– Нет, – самоуверенно ответила Раубер. – Они пойдут через люк. А взрывами просто пытаются отвлечь наше внимание. Приступайте к зачистке.

Бессонов кивнул и быстро вышел из палатки. Раубер напряженно посмотрела ему вслед, помня о своих находящихся в школе внуках.

* * *

В это время в лежащий посреди библиотеки перевернутый стол ребята горой сваливали с книжных полок книги, тетради и развернутые географические карты. Сверху лежали перевернутые стулья. Ребята в эйфории продолжали собирать книги с полок, сбрасывая их в общую кучу. Вошедший в библиотеку Виктор с грустью оглядел погром.

Он достал из кармана зажигалку и, открыв ее, мгновение помедлил, окинув прощальным взглядом библиотеку. Решившись, он бросил зажигалку на кучу книг. Все вспыхнуло. Ребята, как завороженные, со смесью радости и грусти смотрели на огонь.

Как только они все вышли, дверь в камине открылась, и из него вышел Морозов. Он в первый момент невольно отшатнулся от огня. Затем удивленно огляделся, не понимая, что происходит. Нахмурившись, Морозов быстро вышел в холл.

* * *

В этот момент в лесу рядом с грузовым люком уже стояли в боевой готовности солдаты во главе с Бессоновым. Держа в руках автоматы, направленные в сторону люка, они ждали приказа. Вышедший из леса Бессонов немедленно сказал не требующим возражения тоном:

– Готовность номер один. У нас чрезвычайная ситуация. Зараженные пытаются покинуть зону карантина, будут уходить через люк. Приготовить газовые гранаты.

– Товарищ лейтенант, школа горит – детям некуда будет отступать, – встревоженно возразил ему один из солдат. – Они же погибнут.

– Эти дети заражены смертельным вирусом, – жестко объяснил Бессонов. – Если их не уничтожить, погибнет гораздо больше людей.

Люк открыли. Бессонов достал гранату и, выдернув чеку, бросил гранату в подземелье. Следом за ним еще несколько солдат бросили гранаты. Комнату с грузовым люком окутал неплотный дым, солдаты спустили в нее канат.

Один из солдат в противогазе спрыгнул на землю, снял с плеча автомат и взял его на изготовку, внимательно осматривая комнату. Даже сквозь легкую дымку он увидел, что в комнате никого нет. Солдат посмотрел наверх и дернул за веревку, давая сигнал остальным, что можно спускаться.

* * *

В это время Тася в своей комнате судорожно искала пропавший свисток, подаренный ей братом. Она быстро проверила ящик комода, затем тумбочку, лихорадочно перебрала свои вещи, но свисток словно сквозь землю провалился.

Заглянув под кровать, девочка неожиданно расплылась в радостной улыбке. Потянувшись рукой, она достала из-под кровати свою потерю. Крепко зажав свисток в ладошке, Тася собралась уже выбежать из комнаты, но испуганно замерла – из-под закрытой двери струился густой дым.

Решившись, девочка вышла в сильно задымленный коридор и в панике огляделась по сторонам. Она нерешительно двинулась вперед, как вдруг кто-то положил руку ей на плечо. Тася вздрогнула, вскрикнув, и резко обернулась. Перед ней стоял Леша.

– Уходим отсюда, – напряженно сказал он, взяв сестру за руку и чуть ли не силой потащив ее за собой по коридору. – И как можно скорее.

– Пусти… Мне больно… – чуть не плача, попросила Тася. – Никуда я с тобой не пойду!

Неожиданно ей удалось вырвать руку, и она быстро убежала по коридору. Опешивший на миг Леша бросился следом за ней. Пробежав по учебному коридору, Тася выскочила к дальней лестнице, по которой как раз спускались Вика, Лиза и Максим. Тася подбежала к Вике и спряталась за нее. Леша, увидев ребят, затормозил, с досадой скривившись.

– Тебе конец, ублюдок! – угрожающе крикнул Максим и понесся к Леше, а тот, кинув напряженный взгляд на Тасю, бросился прочь.

Забежав на кухню, Леша направился к задней двери, но на кухню влетел Максим. Леша резко обернулся и направил на Максима пистолет. Прицелившись, он без раздумий нажал на курок. Максим замер, но выстрела не последовало – пистолет дал осечку.

Леша удивленно посмотрел на оружие и хотел выстрелить еще раз, но не успел – Максим, воспользовавшись заминкой, бросился на него и выбил пистолет из рук, после чего нанес четкий удар Леше в челюсть. Тот, не удержав равновесия, упал и, заметив лежащий на полу недалеко от него большой нож, схватил его, но Максим успел перехватить его руку и, вырвав нож, приставил его к горлу Леши.

– Ну, и чем ты лучше меня? – с презрением спросил Леша и усмехнулся. – Такой же убийца, как и твой папаша!

– Нет, – напряженно ответил Максим, опустив нож. – У меня другие методы.

Он с силой ударил Лешу по лицу. Тот от удара потерял сознание. Оглядевшись по сторонам, Максим заметил кусок веревки, валяющийся на полу, и, торопливо подняв его, подошел к Леше.

* * *

Бессонов в противогазе, с автоматом на изготовку, вышел из-за угла коридора в подземелье. Настороженно глядя в слегка задымленный коридор, он никого в нем не увидел. Следом за Бессоновым появились солдаты. Лейтенант махнул солдатам рукой в сторону бокового коридора.

– Проверьте тот коридор.

Через несколько мгновений один из них вернулся и отчитался:

– Чисто, товарищ лейтенант.

– Черт! Куда они все подевались? – сквозь зубы произнес Бессонов и, приложив руку к уху, в которое было вставлено переговорное устройство, доложил Раубер: – Прием! Это Бессонов. Тут никого нет.

– Что значит – никого? – в ярости ответила ему Раубер. – Они должны быть там!

– Мы осмотрели все, – возразил Бессонов. – Нет ни одного человека, пусто.

Раубер ничего не ответила, сосредоточенно размышляя. Возможно, то, что обитатели школы должны прорваться через люк, – было дезинформацией. Значит, они нашли другие пути к отступлению. Раубер вскинула голову, найдя просчет.

* * *

В это время Галина с фонариком в руке вела всех детей и взрослых по коридору подземелья. У некоторых школьников тоже были в руках фонарики, все несли за спиной небольшие рюкзаки или сумки. Лариса вела за руку Матвея, Мария – Ульяну. Дети тихо перешептывались, зачарованные всем происходящим. Мрачный Харитонов шел чуть позади Галины, вспоминая, как из-за него чуть все не попали в засаду.

Когда Мария с Ларисой уже стояли у открытых дверей в библиотеку, куда парами заходили дети с вещами, направляясь к камину, Галина с Виктором дежурили у лестницы, наблюдая за ходом эвакуации. К Виктору подошел мрачный Слава и наконец сознался:

– Виктор Николаевич, – запинаясь, произнес он, – нельзя выходить через люк. Там могут быть военные.

– Откуда ты знаешь? – удивленно спросил Виктор.

– Пал Петрович сказал мне про этот выход, – упавшим голосом объяснил Харитонов, пряча глаза. – По секрету. Но Светка умирала… Ей нужно было лекарство… В общем, я рассказал все Морозову.

– Нам некуда идти, – убитым голосом сказал Виктор Галине. – Путей отступления нет…

– Вот тут ты ошибаешься, – спокойно ответила Галина, с презрением посмотрев на Харитонова. – Есть еще один ход.

Теперь, следуя за Галиной по коридору подземелья, Слава изумленно осматривал стены из необработанного камня, но вдруг вся процессия остановилась перед тупиком. Галина достала из кармана медальон в виде лилии и поднесла его к замку, расположенному чуть выше ее головы.

– Так вот как бабушка выбралась отсюда, – прошептал Денис Лиле. – Мы с тобой этот замок ваще не заметили.

Дверь открылась, и все прищурились от яркого солнечного света. Дети потрясенно один за другим выходили на волю. Теперь они совсем иначе воспринимали пение птиц и свежий теплый ветер. Это был воздух свободы, и каждый выходящий вдыхал его полной грудью, словно первый раз в своей жизни.

* * *

Стоящие у заграждения солдаты стреляли из автоматов по кустам, за которыми спрятались Володя и Павел, пытающиеся отвлечь на себя их внимание. Когда очередная автоматная очередь затихла, Володя выглянул из своего укрытия и сделал несколько ответных выстрелов. Солдаты дали по ним новую очередь.

– Сначала я тебя прикрою, потом ты меня, – кивнув назад, сказал Володя.

Павел выбежал из укрытия, и Володя прикрыл его отход в сторону школы стрельбой. Павлу удалось отбежать назад и спрятаться за небольшим пригорком, после чего он открыл стрельбу, прикрывая Володю. Тот выбежал из укрытия и уже почти добежал до пригорка, но в этот момент сзади раздалась ответная автоматная очередь, и одна из пуль попала мужчине в плечо.

Павел, отстреливаясь, быстро подхватил Володю и затащил его за пригорок. Володя корчился от боли, держась рукой за плечо. Павел быстро снял с себя шарф и перевязал рану. Пули взрывали землю рядом с ними. Спрятавшись за пригорком, Павел сосредоточенно искал пути к отступлению.

* * *

В это время в пустой задымленный класс старших спешно вошел Рома, думая, что в нем находится Виктор. Чуть покашливая, он разгонял дым рукой.

– Виктор Николаич, я закончил, – сообщил Рома. – Уходим?

– Сначала отдай мне чип, – жестко потребовал появившийся в дверях класса Морозов.

Сделав резкий выпад, он схватил Рому за руку и, выкрутив ее, прижал парня лицом к парте. В этот момент кто-то схватил Морозова сзади и с силой оттолкнул его. Морозов отлетел в сторону и в изумлении увидел перед собой Виктора.

– Рома, уходи отсюда, – тоном, не терпящим возражений, сказал Виктор и, убедившись, что парень ушел, обернулся к Морозову: – Чип у меня.

Морозов встал и бросился на Виктора. Между ними завязалась драка. В какой-то момент у Виктора из кармана выпал чип, и они оба одновременно бросились за ним. Морозов успел первым схватить чип, после чего стремительно выбежал из класса. Виктор бросился следом.

Он догнал Морозова на верхней галерее холла и сбил его с ног. В драке Морозов навалился на Виктора, прижав его к полу, но Виктор вывернулся и с силой ударил Морозова ногами в живот. Тот, отлетев к перилам, пробил их и упал с галереи на пол холла.

Виктор поднял чип, оброненный Морозовым в драке, встал, вытирая кровь с разбитого лица, и, подойдя к краю галереи, посмотрел вниз, в полностью задымленный холл. На полу холла лежала неподвижная фигура Морозова. Из разбитой от падения головы текла кровь. Морозов мертвыми глазами смотрел в потолок.

В этот момент со стороны кухни в холл вышел Максим, ведя перед собой Лешу, у которого были связаны за спиной руки. Максим замер, увидев Морозова, лежащего на полу в неестественной позе. Виктор торопливо спустился в холл. Лестницу охватил огонь, раздался яростный треск горящего дерева, с потолка посыпалась огненная пыль.

Максим подтолкнул в спину связанного Лешу, и они все вместе, пригибаясь, ушли в сторону учебного коридора. Холл все сильнее охватывал огонь. На тело лежащего Морозова упала горящая балка.

Когда они, пройдя по коридору подземелья, вышли наружу, все встревоженно посмотрели в их сторону. Лиза первая бросилась Максиму на шею. Парень через ее плечо подмигнул Марии. Леша исподлобья посмотрел на Вику, и та отвела взгляд. Виктор прошел вперед колонны и, оглядев учеников, взволнованно сказал:

– Ребята, идемте! Нужно как можно скорее добраться до шоссе.

Он первым направился в сторону леса, все остальные пошли за ним. Вдруг из чащи появились военные во главе с Бессоновым и, преградив путь, наставили автоматы на детей. Виктор остановился, за ним и все остальные, в шоке переглядываясь. Из-за спины Бессонова появилась торжествующая Раубер.

Она сделала короткий знак лейтенанту, и тот, подойдя к Виктору, прикладом автомата с размаху ударил его по голове. Виктор упал, как подкошенный. Харитонов и Марченко подхватили его. Лицо Виктора было залито кровью. По толпе детей пронеслись испуганные возгласы, малыши заплакали.

– Развяжите его, – кивнула Раубер Бессонову на связанного Лешу.

Бессонов ножом перерезал веревку на руках парня, и тот растер затекшие запястья.

– Бабушка, скажи солдатам, чтобы они не стреляли! – растерянно попросила Тася. – Это мои друзья!

– Тася, иди ко мне! – жестко позвала Раубер.

– Нет! Ты злая! – испуганно отказалась девочка и спряталась за спину Виктора.

Леша взял Тасю за руку и потащил за собой, но она упиралась. Тогда парень остановился и дал Тасе пощечину. Девочка в шоке замерла, со слезами на глазах глядя на брата. Леша молча взял ее за руку и подвел к Раубер, та удовлетворенно кивнула.

– Чип у них? – спросила Раубер у Леши, и, когда тот кивнул в ответ, она протянула руку к Виктору. – Я жду.

– Нет, – твердо отказал тот. – Сначала дайте детям уйти.

– Вы, наверное, не поняли, – усмехнулась Раубер. – Я не торгуюсь с вами. Я приказываю.

– Вы ничего не получите, – решительно заявил Виктор.

– Лейтенант! – обратилась Раубер к Бессонову. – Стрелять на поражение.

Бессонов дал знак солдатам, и те передернули затворы. Галина, Лариса, завхоз, дворник и Виктор попытались загородить собою детей. Солдаты подняли автоматы, дети в ужасе зажмурились, и взрослые замерли, прикрывая их своими телами. В это мгновение из-за деревьев разнесся усиленный громкоговорителем голос:

– Опустите оружие! Вы окружены!

Тут же послышался вой сирены и звук подъезжающих на большой скорости автомобилей. На дороге появились машины ОМОНа, несколько полицейских машин и «Скорая», они резко затормозили невдалеке. Из автомобилей ОМОНа быстро выскочила группа захвата в камуфляже, наставив автоматы на опешивших солдат.

– Оружие на землю, руки за голову! – потребовал командир группы.

Солдаты выполнили приказ. Из полицейской машины вышел следователь, за ним появился Андрей. Следователь подошел к Раубер, смотрящей на него ненавидящим взглядом.

– Клавдия Софронова, вы арестованы, – объявил следователь.

Андрей подбежал к друзьям и крепко обнялся с Максимом.

– Дружище! Ты все-таки выбрался! – радостно воскликнул тот.

– Да тебя ж фиг дождешься, – отшутился Андрей и объяснил: – Я в этих катакомбах сутки бродил, пока выход не нашел. Ну а потом сразу рванул в ФСБ.

Ребята счастливо улыбались. Андрей оглядел их сияющие лица. Рома, стоящий чуть в стороне, расстроенно наблюдал за этой радостной встречей, понимая, что они уже никогда не будут друзьями. Андрей заметил Рому и помрачнел. Лиза, проследив его взгляд, мягко сказала:

– Андрей, Дашу убила Женя. Она и меня пыталась убить.

Андрей пораженно посмотрел на Лизу, а затем, поймав напряженный взгляд Ромы, слегка кивнул ему. Рома растерянно кивнул в ответ, на его губах появилась несмелая улыбка. В этот момент из леса осторожно вышли Ирина Исаева с Игорьком на руках, Надя и знахарка. Надя, заметив Андрея, радостно закричала:

– Андрюша!

Она подлетела к брату, и тот, обняв ее, с трудом сдержал слезы радости. Он поднял голову и увидел подоспевшую к ним Ирину. Отпустив Надю, Андрей бросился в объятия матери, не в силах говорить от избытка чувств. Ласково гладя его по голове, Ирина успокаивающе повторяла:

– Все хорошо… теперь все будет хорошо…

Андрей, спохватившись, отстранился от матери и, найдя взглядом Виктора, подвел Ирину к нему.

– Мама… Я хочу тебя познакомить кое с кем… – сдержанно произнес он. – Ты помнишь… своего брата?

Ирина вгляделась в лицо Виктора, с замиранием сердца узнавая родные черты, и сквозь слезы проговорила:

– Игорь… это ты!

Они крепко обнялись, и Виктор взволнованно произнес:

– Не могу поверить… Ира… Я нашел тебя… после стольких лет…

Ирина, разжав объятия, махнула рукой знахарке, стоящей в стороне с Игорьком на руках, подзывая ее:

– Мама, иди сюда!

Виктор пораженно переводил взгляд с одной женщины на другую. Знахарка, подойдя к своим детям, со слезами на глазах смотрела на Виктора, а тот, подойдя к матери, горячо обнял ее.

В этот момент из подземелья вышел Павел, поддерживающий раненого Володю. Едва Павел опустил его на землю, как к ним подлетела Мария и упала рядом с Володей на колени.

– Володя! – встревоженно воскликнула она.

Подбежавшая Лариса сняла шарф с его раны и, бегло ее осмотрев, крикнула врачу:

– Огнестрельное ранение. Большая потеря крови.

Санитары уложили стонущего мужчину на носилки. Мария, держа его за руку, заплакала, но тут Володя открыл глаза и слабо произнес:

– Маша…

– Тише. Не говори ничего, – с тревогой попросила Мария.

– Придется потерпеть мою болтовню, – с трудом произнес Володя, слабо улыбнувшись. – Еще лет пятьдесят как минимум.

Мария улыбнулась в ответ сквозь слезы, и Володю унесли к машине «Скорой помощи». Лариса обняла Марию за плечи, и они пошли к остальным.

Виктор направился по дороге в противоположную от школы сторону. Рядом с ним шла знахарка, за ними Ирина с Игорьком на руках и Надя, держащая за руки Алису и Тасю, затем Максим с Лизой и идущие рядом с ними ребята, а также все остальные обитатели школы «Логос».

За их спинами поднимались густые клубы дыма, уходящие вверх и рассеивающиеся, словно их и не было. Из-под завалов рухнувшей школы вырвались на свободу призраки загубленных сирот и погибших преподавателей и вместе с дымом легко поднялись в чистое, голубое небо.

Content

Ольга Заровнятных
Выпускной

Глава 1 Смертельная зона

Глава 2 Посторонний

Глава 3 В заложниках

Глава 4 Новый обвал

Глава 5 Шестиугольная комната

Глава 6 Тайны древних символов

Глава 7 Провалы в памяти

Глава 8 Лабиринт

Глава 9 Новая кража

Глава 10 Без вины виноватый

Глава 11 Саркофаг

Глава 12 Предатель

Глава 13 Факты и артефакты

Глава 14 Западня

Глава 15 Приговор

Глава 16 Недочеловек

Глава 17 Возвращение

Глава 18 Коллеги

Глава 19 Слабые должны умереть

Глава 20 Доминус

Глава 21 Создание вакцины

Глава 22 Плата за ошибку

Глава 23 Марионетки

Глава 24 Остановившееся время

Глава 25 Проникновение за периметр

Глава 26 Тепловизор

Глава 27 Попытка убийства

Глава 28 Материал для эксперимента

Глава 29 Родная кровь

Глава 30 Эвакуация