Кофф Натализа

Веришь в сказки?

Натализа Кофф

Веришь в сказки?

Марта

— Марта Артуровна, если Вы закончили шокировать сотрудников своим внешним видом, пройдите ко мне в кабинет! — услышала я громкий голос шефа. От неожиданности я вздрогнула, и немного пролила кофе на стол. Шеф! Вечно недовольный хмурый тип, постоянно придирается ко мне. То я 'шокирую сотрудников', то я 'медленно работаю', то 'статья не в срок сдана'… Иногда серьезно подумываю об увольнении. Но это пока только мечты, уходить мне некуда, а работа нужна, да и место в нашей фирме очень трудно получить. Еще если учесть, что в моем сердце шеф поселился с первого рабочего дня…. То уйти я пока не могла. Мой шеф — Вениамин Маратович Дитрих-Размовский, хоть и со странностями, но очень хороший профессионал. Еще будучи студенткой юридического получила место стажера, после окончания университета мне предложили остаться, но не на должности юриста, а в отделе по связям с общественностью.

— Наверно не выспался, — подбодрил улыбкой меня мой сосед по столу, по совместительству мой друг и приятный парень Арсений Дитрих. С ним мы познакомились в первый же день моей стажировки, с тех пор он мне иногда помогал, за что я ему была благодарна. Сеня был программистом в нашей фирме, а больше о нем никто ничего не знал, несмотря на то, что парень очень общительный.

— Если что — кричи, — крикнул он мне в спину, когда я шла к кабинету шефа. Вздохнув, оглядела себя в зеркале. Поправила юбку, и пиджак. Заправила непокорную кудряшку, выбившуюся из прически. Постаралась, чтобы лицо оставалось спокойным. Ну, в бой! Коротко постучавшись, услышала холодное:

— Войдите!

Открыв дверь, вошла в кабинет.

— Вениамин Маратович, вызывали? — спросила я, останавливаясь в центре кабинета. Шеф стоял у окна ко мне спиной. Я невольно залюбовалась его фигурой. Высокий, стройный, в меру мускулистый. Не качок с бугристыми мышцами. Волосы почти черные, но уже видна седина. Блин, это же мой грозный шеф! О чем я только думаю? А, вообще, сколько ему лет? То, что он не женат, знают все сотрудницы, а вот по поводу возраста как-то никто не говорил. В который раз заставила себя не смотреть на него. Вот дура! Угораздило же меня втрескаться в шефа.

— Вызывал, — ответил он, не оборачиваясь, — Я читал вашу статью, которую вы собрались направить в газету к утреннему выпуску.

Ну и что? Я вообще-то тоже ее читала! Хорошая статья, содержательная, и Сеня похвалил, сказал, что у меня талант, хоть я и юрист по образованию, но вполне могла бы быть и журналистом.

Шеф, обернувшись, сел в свое кресло.

— Марта Артуровна, это просто кошмар! Я не могу дать согласие на ее размещение, так что предупредите своего кавалера, сегодня вернетесь домой поздно, — сказал шеф, бросая на стол мою напечатанную на бумаге статью.

— Но я не могу, у меня сегодня срочные дела, — попыталась возразить я.

— Придется отложить, — гневно сказал он, и, встав, спрятал руки в карман, — И еще, впредь одевайтесь более пристойно, Вы находитесь в офисе, а не в ночном клубе.

— А что не так с моей одеждой? — начала закипать я.

— Юбка слишком короткая, а вырез слишком откровенный, — прошипел он, делая шаг ко мне. Я удивленно посмотрела в его глаза. Да у меня юбка длиннее, чем у других сотрудниц! Я специально такую выбрала, потому что не люблю короткие юбки и платья. А при чем тут декольте? Ну да, есть немного, но можно ведь и пуговку застегнуть. Протянув руки к пуговицам, застегнула одну.

— Так лучше? — с сарказмом поинтересовалась я. Шеф, злобно сверкнув глазами, резко приблизившись ко мне, протянул руки к моей блузке, застегнув еще две пуговицы, отошел назад, спрятав руки в карманы.

— Так лучше, — сказал он, и пока я находилась в шоковом состоянии, он отвернулся к окну, — Свободны, Марта Артуровна!

Я на автопилоте вышла из кабинета шефа. Прикрывая дверь, немного замешкалась.

— Марта, Марточка, — услышала я тихий шепот шефа. Или показалось? Точно, галлюцинации. Подойдя к своему столу, непроизвольно начала бубнить вполголоса.

— Злобный тролль! А подарки к Новому Году мне когда покупать? 'Так лучше!', - передразнила я его манеру говорить, — Вениамин Маратович Дитрих-Размовский! Веник Маразмовский, вот ты кто!

— И даже так? — услышала я насмешливый голос шефа за спиной. Я испуганно вжала голову в плечи, боясь посмотреть ему в лицо, — Забыл предупредить, статья должна быть у меня на столе не позднее десяти вечера.

Сказав это, шеф исчез в своем кабинете.

— Веник Маразмовский? — услышала я смех Сени. Этот гад еще полчаса ржал, а я, спрятав лицо в ладони, очень желала провалиться под землю. Или исчезнуть. Или и то, и другое!

Вениамин

Тихо постучав, Сеня вошел ко мне в кабинет, плотно прикрыв за собой дверь. Я посмотрел на младшего брата. У нас разные матери, поэтому и фамилии разные. Когда я предложил ему место системного администратора на фирме, он настоял на том, чтобы скрыть наше родство. Я согласился. Сенька был хорошим спецом, еще и любимым младшим братом.

— Веня, ты еще долго будешь над девушкой глумиться? — улыбаясь, спросил он.

— Тебе какое дело? — спросил я, наливая себе немного коньяка в кофе.

— Вообще-то, никакого, но мне ее уже жалко. Она скоро от твоего одного имени трястись будет, или уволится. Что тогда будешь делать?

— Как это уволиться? — испуганно спросил я.

— Просто, — сказал Сеня, садясь в мое кресло. Немного помолчав, брат, посмотрел на меня, — Веник, я тебя не пойму. Если тебе нравится девушка, ты ей так и скажи об этом.

— Не все так просто, — устало сказал я. То, что Марта мне давно глубоко симпатична мой брат уже подозревает, но я старательно избегаю разговоров на эту тему. Глубоко симпатична… сочетание-то какое? — хмыкнул я про себя. Люблю я ее, давно и безответно. Помню, как в первый раз увидел ее. Маленькая студентка, со смешными кудряшками, огромными глазами. Она меня тогда даже не заметила, пробежала мимо. В тот день я пришел к ним в университет проведать декана и моего старинного знакомого. А тут это чудо! Почувствовал, что глупо улыбаюсь. Отпил кофе, стараясь скрыть улыбку от брата.

— Веник Маразмовский, — ржал брат, и потом уже серьезнее добавил, — Пригласи ее куда-нибудь. В ресторан, или в кино.

— Да нужен я ей, как зайцу стоп-сигнал, — проворчал я, — У нее парней куча, наверно.

Сеня начал ржать еще громче.

— Да какие парни! Она все время на работе проводит, живет с родителями.

— И что, ни жениха, ни парня? — с надеждой спросил я.

— Эх, Веня, Веня, ну ты же взрослый мужик, а ведешь себя как пацан, — вздохнул брат, поднимаясь с кресла, — Нет у нее никого. Она мне сама говорила.

— Говорила? И давно у вас такие доверительные отношения? — поинтересовался я, чувствуя волну ревности.

— Ревнуешь? — засмеялся Сеня. Я только промолчал. Сеня ушел, подозрительно широко улыбаясь. А я остался в кабинете. А что, может быть, пригласить ее? Ну не съест же она меня?

Подошел к столу. Посмотрел на статью, написанную Мартой. А статья ведь просто замечательная. У девочки талант.

До вечера углубился в работу. Время пролетело быстро. В семь пришел брат.

— Домой идешь? — спросил он, поигрывая ключами от машины.

— Нет, задержусь, — сказал я, устало потирая глаза.

— Марту пожалей, устала она совсем, — просто сказал брат и вышел из кабинета.

Посидев еще час за столом, встал, надел пиджак и вышел из кабинета. В офисе было тихо и почти темно. Свет горел только над столом Марты. Подойдя ближе, увидел, как она, сняв туфли, поставила их рядом со стулом. Сама положила голову на вытянутую на столе руку. Другой что-то рисовала на бумаге. Я постарался бесшумно подойти к ней. Марта, сидя ко мне спиной, моего приближения не заметила. Вытянув шею, посмотрел, что она там рисует. Несколько долгих секунд ошарашено моргал глазами. На меня из-за плеча Марты смотрел мой портрет. Она быстро рисовала простым карандашом. Посмотрел на кудрявую макушку. Можно было и не красться, в ушах Марты я заметил наушники.

Дальше у моей девочки появилось явно игривое настроение, потому как, взяв ручку с красной пастой, нарисовала в моих глазах сердечки, потом подумав, начала вырисовывать рожки.

— Вот так в самый раз, Веник! Быть тебе рогатым! — проворчала она, осматривая свои труды. Я постарался подавить смех. Взглянув на часы, ужаснулся. Почти девять. А ведь Марте еще домой добираться. Да и проголодалась она, наверное.

Громко прокашлявшись, выпрямился. Никакой реакции. Вернулся в кабинет, взял пальто, ключи от машины, выключил свет, закрыл дверь на замок. Подойдя к Марте, вынул наушник из уха.

— Рабочий день окончен, — строго сказал я, — Собирайтесь!

Марта испуганно подскочила, на ходу поправляя юбку и блузку. Без туфлей она была еще ниже ростом, ее головка едва доходила до моего подбородка.

— Кккуда? — спросила Марта, испуганно распахнув глаза.

— Какая разница? — уже мягче сказал я.

— Но статья еще… - начала говорить Марта.

— Марта, — прервал я ее, наплевав на все свои предрассудки, прикоснулся к ее щеке, убирая непослушный локон, — Собирайся.

Она только кивнула, под моим пристальным взглядом подошла к шкафу, вытащила сапожки и пальто. Не обращая внимания на ее удивленное лицо, отобрав пальто, помог его надеть.

Мы вышли из офиса на улицу. Снег кружился, медленно ложась на землю. До машины нужно было идти метров двести. Посмотрел на Марту. Зябко кутается в воротник.

— Шапка где? — строго спросил я. Она кивнула на сумку. Да, одевать ее она не торопилась, — Эх ты ж, подруга менингита! — сказал я, отбирая у нее сумку и роясь в ней в поисках ее шапки. Отыскав предмет одежды, натянул на ее кудрявую головку.

— Так-то лучше, — удовлетворенно сказал я, подталкивая ее к своей машине.

— Вениамин Маратович, — сказала Марта, останавливаясь около машины, — я это… я на метро.

— Веник, — сказал я, открывая машину и игнорируя ее фразу о метро.

— Что Веник? — спросила она.

— Можешь звать меня Веником, — ласково сказал я, подталкивая ее к открытой дверце машины.

Марта

Я села в машину. Во все глаза таращилась на шефа. Он, следя за дорогой, улыбался. Отвернувшись от него, посмотрела в окно. Что-то я ничего уже не понимаю….

Машина остановилась у ресторана. Вениамин, выйдя из авто, обошел и открыл дверцу для меня.

— Выходи, — просто сказал он.

— Зачем? Мне и тут тепло, — попыталась возразить я, вспоминая, где в этом районе остановка, откуда я могу уехать домой.

— Тепло, но тут не кормят, — сказал он, протягивая руку и вытаскивая меня на улицу. Закрыв машину, он взял меня за руку, чем в очередной раз поверг меня в шок, и повел ко входу в ресторан.

В гардеробе помог мне раздеться и повел к свободному столику. Я впервые была в этом ресторане. Моих сбережений не хватило бы даже на одно блюдо, не говоря уже о целом ужине.

— Веня! Какие люди! — услышала я приятный мужской голос. К нашему столику подошел молодой человек, дружелюбно улыбаясь нам, — Не уже ли ты выбрался в люди с девушкой.

— Уже ли, Саш, — сказал Веня, вставая и пожимая руку подошедшему к нам парню, — Познакомься, это Марта. Марта, это мой друг Александр.

— Марта? Марта Артуровна, надо полагать? — галантно сказал Александр, поцеловав мою руку. Я немного опешила, отчество мое ему откуда известно?

— Присоединишься к нам? — быстро спросил шеф, не дав мне сказать ни слова.

— Пока не могу, занят, — грустно сказал он. К нашему столику подошел официант, что-то сказал Саше на ухо и удалился, — Я еще позже подойду, — извинился Александр и ушел, пожелав нам приятного аппетита.

— Он тут работает? — спросила я, посмотрев на шефа.

— Это его ресторан и он же тут шеф-повар, — улыбнулся шеф. Я на миг зависла, любуясь его улыбкой. Что-то часто грозный шеф улыбается последнее время.

В ресторане мы просидели около часа, официант нам принес блюда от шеф-повара. Еще раз подходил Александр, узнать, все ли нам понравилось. Пять минут хвалила его кулинарное искусство и выражала свое восхищение. Веник только улыбался.

— Можно я украду в Вас Вениамина на пару минут? — спросил меня Александр. Я, мило улыбнувшись, кивнула. Веник, проходя мимо меня, заправил мой кудрявый локон за ухо.

— Я быстро, — сказал он. Я смотрела ему в след. Ведь могу и привыкнуть к ТАКОМУ Вениамину Маратовичу.

Только от столика отошел мой шеф с другом, как услышала над головой противный голос.

— Ой, да это никак наша фригидная снежная королева.

Юрий Шаталенко, он же Шакал, мой самый страшный кошмар студенческих лет. Гнусный тип. Еще на первом курсе он решил, что осчастливит меня своим присутствием в моей жизни. Но я была категорически против, и мой отказ задел его самолюбие. С тех пор он распускал грязные слухи обо мне по универу. Последней каплей для Юрика послужила моя стажировка на фирме Вениамина. Он так и плевался ядом все время до окончания университета.

— Слышь, Снежинская, у тебя слух отказал что ли? — продолжал вещать Юрик, но теперь он обнаглел и сел на стул рядом со мной, — Я вот все думаю… Это как нужно лечь под шефа, чтобы тебя после стажировки на фирме оставили.

Юрик схватил меня за запястье, пытаясь привлечь к себе.

— Пусти, — сказала я, стараясь вырвать руку.

— Да ладно, тебе какая разница, с кем спать, Или я не достоин, а, Снежинская?

— Вон пошел! — услышала я гневный голос Вениамина.

— Мужик, отвали! Не видишь, мы общаемся? — сказал Юрик, не выпуская моей руки.

— Солнышко, ты хочешь общаться с этим человеком? — спросил Веня, смотря на меня. Я испуганно закачала головой. На черта мне такое счастье, как общение с Юриком?

— Так что пошел вон! — уже жестче сказал Вениамин, переводя взгляд на Шаталенко. Шеф устал ждать и, схватив парня за пиджак, поволок на улицу. Я побежала следом. Забыла сумочку, вернулась к столику, забежала в гардероб, забрала наши с Вениамином пальто. Когда выбежала на улицу, увидела, что злющий шеф методично избивал Юрика, которого мне, кстати, совершенно не было жаль. Юрик что-то сказал Вениамину, тот рассвирепев еще больше, двинулся на него. Недолго думая, подбежала к шефу.

— Веня, Вень, не нужно, — громко повторяла я, — Ну не стоит он того.

— Я его сейчас прям тут укокошу, — злобно выплюнул шеф. Таким злым я его еще в жизни не видела, за все те два года, что знаю его.

— Вениамин Маратович, — уже громче крикнула я, но он меня не слышал, настырно пытаясь добраться до кряхтящего и сплевывающего кровь парня. Я поняла, что просто так Веник не успокоится. Ну что ж, пусть меня уволят, зато шефа не посадят в тюрьму за убийство этого гада. Вдохнув всеми легкими как можно больше воздуха, притянула шефа за ворот пиджака ближе к себе. Да что же он такой высокий-то?! И закрыв глаза, поцеловала мужчину моей мечты. Ну, зато будет что вспомнить, когда уволят.

Через секунду почувствовала, как нежные, но твердые губы, раскрылись мне навстречу. Теперь уже шеф сам целовал меня.

— Успокоился? — хрипло спросила я, когда Веник оторвался от моих губ.

— Почти, — прошептал он, потом, наклонившись, вновь начал целовать меня.

— Все, теперь совершенно спокоен, — улыбаясь, сказал шеф. Я оглянулась. Охрана ресторана уже уносила Юрика.

— Хорошо посидели, — проговорил шеф, беря свое пальто из моих рук.

— Очень, — совершенно серьезно сказала я.

Вениамин отвез меня домой, мы еще несколько минут посидели в машине в полной тишине.

— Ну что ж, мне пора. Я, кстати, статью так и не дописала, — сказала я, собираясь открыть дверцу машины, — Можно я утром сдам?

— Нет, — улыбаясь, сказал Веник, — не нужно. Первый вариант был просто потрясающим.

— А зачем тогда я оставалась сегодня после работы? — искренне удивилась я.

Вениамин, выйдя из машины, открыл и придержал для меня дверь.

— Я не готов пока об этом говорить, — деловым тоном сказал он. Проводил меня до подъезда. Несколько секунд стоял, смотря на меня. Я уже хотела прощаться и идти в темный подъезд, как сильные руки схватили меня в объятия, а такие уже родные губы начали целовать меня.

— Не опаздывай на работу, — попросил он, поворачивая меня в сторону дома и подталкивая к подъезду.

Ночью мне снился мой высокий брюнет. Так что я проспала, и подскочила, когда будильник уже в пятый раз включился на повтор. Не позавтракав, быстро одевшись, помчалась на работу. Все, теперь меня точно уволят!

Вошла в офис на час позже, чем обычно. Стоило мне подойти к моему столу, как голоса сотрудников смолкли. Все смотрели на меня, как будто я голая пришла. Скосила глаза на зеркало, нет, кажется, прилично оделась. Перевела взгляд на Сеню. Друг сидел, подпирая подбородок кулаком, и рассматривая меня.

— Иди на ковер к шефу, и успокаивай его сама, — насмешливо сказал он, — Кричи, если что, но спасать не прибегу.

Быстро сняв верхнюю одежду, поправила волосы, юбку, застегнула пуговицы на блузке, чтобы не провоцировать шефа на конфликт, как в прошлый раз, и, вздохнув, пошла в кабинет начальства. Уже поднеся руку к двери, собираясь постучать, услышала звон бьющейся посуды и мат. Ух, ты, он мало что морды бьет гадам, еще и ругается. Постучала.

— Я сказал меня не беспокоить, — заорал он.

— Не беспокоить, так не беспокоить, — сказала я, и повернулась, собираясь идти на свое рабочее место. Но дверь резко распахнулась, и сильные руки шефа втащили меня в кабинет. Опять поцелуй. Все, теперь точно привыкну.

— Ты почему опоздала? — строго спросил меня Веник, целуя меня в шею.

— Проспала, — тихо ответила я.

— Эх ты ж, совсем не жалеешь своего шефа, — пожурил он меня, — Кофе будешь?

— Буду, — сказала я, вспоминая, что еще не завтракала. Веня меня отпустил, подталкивая к дивану.

— Садись, я сейчас, — скомандовал он. Я послушно села, и только сейчас заметила беспорядок, царивший в кабинете шефа. Бумаги разбросаны, на полу осколки чашек.

— Что случилось? Вас ограбили, Вениамин Маратович? — улыбаясь, спросила я.

— Угу, — проворчал он, — Сахар, молоко?

— Молоко, — сказала я, и уже обнаглев, спросила, — К кофе ничего не найдется? — и, оправдываясь, добавила, — Не успела позавтракать.

Шеф только улыбнулся. Через пятнадцать минут на столе стали конфеты, печенюшки, и бутерброды. Я с удовольствием начала поглощать бутерброды, запивая все это горячим кофе. Доедая второй бутерброд, обратила внимание, что шеф сидит, молча, ничего не есть, и внимательно созерцает процесс поедания мною его бутербродов.

— Что? — спросила я, проглотив последний кусочек.

— Ничего, — прошептал он. Я только пожала плечами.

После кофе и очередной дозы поцелуев, меня нехотя отпустили работать. Закрыв дверь кабинета, прислонилась к ней спиной. Все, кажись, точно влюбилась!

К обеду решила сбегать в кафетерий за углом.

— Сень, я в кафетерий, тебе что-нибудь прихватить? — спросила я друга.

— А? Да, капучино принеси, буду благодарен, — сказал друг, не отрываясь от работы. Я, натянув пальто, побежала на улицу. Шапку решила не надевать, тут бегом три минуты, не замерзну. Купив кофе для себя и Сеньки, побежала обратно. Уже у самого крыльца, подняв голову, увидела картину, от которой захотелось разрыдаться. Мой Веник вышел из машины в компании высокой брюнетки, лицо которой было скрыто за большими очками с темными стеклами. Веник ласково улыбался, обнимал девушку. Та в ответ поцеловала его в щеку, и, махнув ручкой, села в машину и уехала. Я быстро забежала в офис. Горло сдавил ком, слезы мешали смотреть. На автопилоте подошла к своему месту. Поставила перед Сеней его капучино.

От жалости к самой себе стало совсем плохо. И кто сказал, что сказки есть? Врут люди, нагло врут!

— Мне нужно по делам, — сказала я, и, схватив свою сумочку, побежала из офиса. Решила отключить телефон, пусть меня ни для кого не будет. Несколько часов бродила по городу. Люди спешили куда-то, покупали подарки, готовились к празднику. Даа, сегодня тридцатое декабря, а праздничное настроение отсутствует. Поймав такси, поехала домой. В дверях меня встретила мама.

— Ты куда пропала, тебе с работы уже раз десять звонили! — начала ругать меня она. Я только устало отмахнулась.

— Кто звонил? — спросила я.

— Пять раз Вениамин Маратович, три раза Веник, но если честно, подозреваю, что это одно и то же лицо, и два раза Арсений, — отрапортовала мама.

Венику звонить не буду, а Сене позвоню. Включила телефон и набрала его номер. На втором гудке сняли трубку.

— Ты куда пропала? — начал обеспокоенно говорить Сеня, потом послышался какой-то шум, и приглушенный голос Сени: — Блин, брат, верни телефон, я сам с ней поговорю!

Брат? И уже через секунду я услышала взволнованный голос Веника.

— Солнышко, ну ты где пропадаешь? Я ведь беспокоюсь, — сказал он. Ух, ты, а голос такой…. Можно и поверить.

— Буду говорить только с Сеней, — упрямо проговорила я.

— Милая, ну ты чего? — взволнованно спросил он.

— Я же тебе сказал, давай я сам, — проворчал Сеня, отбирая телефон у Веника.

— Сень, ты мне скажи, и давно ты шефа братом называешь? — устало спросила я.

Сеня, помолчав, ответил:

— Двадцать пять лет уже. Марта, ты где? Дома? Мы сейчас приедем, будь там, ладно? Не знаю, что там случилось, но все можно объяснить, — серьезно сказал он.

— Я сегодня ничего не хочу слушать. Устала. Давай потом, — сказала я, и отключила вызов. Нужно подумать обо всем.

Утром меня разбудил звонок в дверь. Посмотрела на часы, на работу еще рано, да и не пойду. Полночи проревела, теперь лицо все опухло, куда мне с таким фейсом в люди?

— Кто? — спросила я через дверь, завязывая пояс халата.

— Арсениййй, — пьяным голосом сказал друг. Я открыла дверь. Точно, пьяный. Стоя в дверях и держась о косяк, Сеня деловито застегивал молнию на куртке.

— Ночь не задалась? — спросила я, приглашая его войти в квартиру. Сеня только отрицательно мотнул головой.

— Марта Артуровна, ты послушай и не перебивай, — сказал он, заплетающимся языком.

— Послушаю, ты только скажи, где так знатно набрался, мне конечно, пофиг, но, просто интересно, — смеясь, сказала я.

Сеня, наклонившись ко мне, икнул и проговорил:

— Я, еще хотя бы стою на ногах, а он вообще в ауте, — заговорщически подмигнул, но вышло очень смешно, — Ты, это, может, поговоришь с ним? Он так долго не протянет, стареет ведь.

— И сколько ему уже? — решила под шумок уточнить возраст шефа.

— Завтра будет тридцать два, — проикал Сеня, — Марточка, так может поговоришь с ним? Пожалуйста, а?

— Я подумаю, — снисходительно сказала я, прикидывая, какой толк мне с ним сейчас говорить, если он совершенно пьян.

— Ты только сильно его не ругай, ладно? Он ведь тебя любит, — сказал Сеня, потом хлопнул себя по лбу, — Блин, это же тайна, вот я болтун. Пьяным скидка, ты ничего не слышала, я ничего не говорил.

Последние слова Сени я едва смогла разобрать.

— У тебя родители дома? — спросил Сеня, наконец, застегнув куртку.

— Нет, я одна, — сказала я, — Чего спрашиваешь-то?

Вместо ответа Сеня, отошел от косяка и протянул руку. Прислонившись к соседской двери, стоял Веник. Судя по закрытым глазам, спит. Конь, что ли, стоя спать?

— Вот, специально для тебя притащил, ты не бойся, он, когда пьяный, не буйный, — проворчал Сеня. Я открыла рот от удивления.

Сеня развернувшись, начал спускаться по лестнице.

— Ты одна его не вытолкаешь, а сам он не уйдет, все, детки, миритесь, а я пошел, — прокричал Сеня, посылая воздушные поцелуи.

— А, совсем забыл, вот держи, — сказал Сеня, возвращаясь и показывая мне фотографию. Я удивленно смотрела на фото. Сеня, Веник, та женщина, с которой Веник обнимался на улице и мужчина, очень сильно похожий на Веника.

— В этом все дело? Да? Это моя мама, мачеха Веника. Они с отцом очень счастливы в браке, а Веник помог ей выбрать подарок, так как мне было некогда. Все, меня нет, — сказал Сеня и удалился.

— И за что мне такое счастье тяжелое? Килограмм сто не меньше! — ворчала я, помогая Венику дойти до моей спальни.

— Девяносто один, — обиженно проворчал он. С горем пополам добрались до кровати.

— Мне нужно было давно тебе все рассказать, — разобрала я его тихий голос. Улыбнувшись, помогла лечь в кровать.

— Потом расскажешь, — сказала я, снимая с него ботинки, — Поспи.

— Ага, я засну, а ты опять исчезнешь, — обиженно прошептал он, — И потом, вдруг у меня опять смелости не хватит.

— Ага, а то и правда, — постаралась я скрыть улыбку. В пьяном состоянии шеф выглядел очень смешно, по-детски наивно.

— Марточка… с чего начать-то? — прошептал он, кутаясь в одеяло, — А, вот, два с половиной года назад я встретил девушку.

Я закатила глаза, какого черта ты мне тут про своих любовниц решил поведать?

— Пошел проведать декана, а там на меня наткнулось кудрявое чудо, такое милое, в белой жилетке, со смешным желтым рюкзаком. Чудо пролетело мимо, на меня даже не посмотрело. Обидно, — проворчал он. Я, затаив дыхание, слушала его пьяные бредни.

— Так вот, — продолжал он, устраиваясь удобнее, его длинные ноги никак не помещались на моей кровати, — Ваш декан помог мне найти стажера. Тебя.

— Зачем я тебе? — прошептала я.

— За всем, — ответил он, — Я, как только тебя увидел, понял, вот она моя кудрявая Мартышка. Каждый день смотрел на тебя, любовался, и тупил. Никак не мог решиться. А ты тоже хороша! То юбки короткие носишь, то флиртуешь со всеми, а меня игнорируешь. Даже с братишкой моим подружилась. А на меня ноль внимания. Обидно, Марта Артуровна.

Я счастливо улыбалась, чувствуя, как слезы стекают по щекам.

— Ну и дурак же ты, Веня, — прошептала я.

— Есть немного, — ответил он, уже почти засыпая, — Но это потому, что я тебя люблю.

И комнату заполнили звуки храпа. Еще немного посидев рядом с любимым Веником, пошла на кухню. Выпила кофе, помчалась в магазин, купила продукты. Родители встречают новый год у бабушки, приедут только второго января. Так что пусть Веня поспит, никто его будить не будет.

Дома меня не было три часа. С полными сумками я вернулась в квартиру. Открывая дверь, наткнулась на помятого шефа с суровым взглядом.

— Ты обещала не исчезать! — обиженно сказал он, притягивая меня к себе.

— Я только в магазин, — оправдалась я.

— Мне кажется, я много чего наговорил, да?

— Нет, — соврала я.

— Кажется, я рассказал, как встретил одну девушку, — прошептал он, начиная целовать мою шею.

— Не было такого.

— Значит, я не говорил, что не мог никак решиться поговорить с ней?

— Нет, не говорил, — прошептала я, прикрывая глаза от удовольствия.

— Значит, не говорил, что люблю эту девушку?

— Не было такого, — уже не так уверенно говорила я.

Вениамин, отодвинувшись от меня, обхватил мое лицо ладонями.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— И я тебя, — прошептала я в ответ.

Этот Новый Год я встретила в объятиях любимого человека. Так что, все-таки, правду говорят, главное верить в сказку, и она обязательно станет явью.

Сеня

Едва смог выйти из подъезда Марты. Надеюсь, у брата все получится. Посмотрел на небо, снег падал крупными снежинками. Сегодня тридцать первое, раннее утро, а я уже в зюзю пьяный. Куда мир катится?

Голова раскалывалась, перед глазами все кружилось. Домой, срочно домой и спать.

Едва смог сфокусировать взгляд, увидел на парковке заведенный автомобиль. Переставляя ноги, кое-как добрался до машины, открыв заднюю дверцу, с трудом влез в машину, усевшись, почувствовал, что отключаюсь.

— Крылова 48, шеф, в два счетчика, — выдавил я, прикрывая глаза.

— Вы чего? Вы куда сели, гражданин? Я — сержант Мари! Покиньте автотранспорт! — услышал я приятный женский голос.

— Сержант? Маришка, rакая у Вас интересная фамилия, — не открывая глаз, проговорил, я и отключился.

Дарья

Я ошарашено смотрела на пассажира на заднем сиденье. Это как понимать? Пьяный парень, довольно красивый и одет прилично, забрался в служебную машину к сержанту ДПС, еще и командует куда везти! Вот тебе и Новый Год.

После ночной смены я чувствовала жуткую усталость. Домой и спать — единственное, что мне хотелось сделать незамедлительно. А тут этот! И что мне теперь делать? Можно было отвезти пассажира в участок, но возвращаться на службу не очень хотелось. Домой, в одинокую однокомнатную квартирку? Встречать Новый Год в одиночестве? Не очень привлекательная перспектива. Хотела как обычно, переодеться после смены, сесть за руль автомобиля и колесить по ночному городу в новогоднюю ночь. Опять посмотрела на парня. Спит и в ус не дует. Его наверно ждут дома. Новый Год, как-никак, семейный праздник.

Ну, что ж, какой он там адрес промычал? Кажется, Крылова.

Через полчаса, отыскав нужный дом, заглушила двигатель. Особняк внушительных размеров, два этажа, высокий забор. Свет горел только на крыльце. Может адрес неправильно назвал? Я вышла из машины, открыла его дверь. Даа, чем ты двигатель смазывал, выхлоп такой, что глаза режет!

— Молодой человек, приехали! — скомандовала я. Он только что-то промычал. Очень конструктивный вышел диалог, — Так, если что, ты согласился, — сказала я, начиная рыться в его карманах. Отыскала ключи, паспорт и бумажник. В паспорте значилось: Дитрих Арсений Маратович, 26 лет, прописка городская. Не удержалась, заглянула на страничку 'Семейное положение'. Пусто. Из любопытства решила заглянуть в бумажник. Визитки на имя системного администратора Дитрих Арсения Маратовича, кредитки, немного наличных. Положила бумажник обратно. Взяла ключи. Ну что ж, если подойдут, значит, адрес верный. Третий ключ открыл входную дверь. Теперь бы еще этого коня перетащить из машины, и можно уезжать. Конь оказался довольно тяжелым, по дороге что-то невнятно мычал, несколько раз смеялся, хрюкал, улыбался, даже лез целоваться. Интересно, он многое вспомнит, когда проспится.

С трудом затащила парня в дом. Ну, все, миссия выполнена, водички попью и домой. Ну, ладно, еще ботинки его сниму, и, если получится, куртку. Впервые в жизни раздеваю парня, да еще такого симпатичного. Аккуратно сложив одежду пассажира, пошла на поиски кухни. Налив стакан воды, выпила и уже собралась идти к двери. Как она резко распахнулась, впуская высокого мужчину и женщину.

— Милая, я же говорил, Веника еще нет дома, куда было торопиться? — проворчал мужчина.

— Дорогой, мы же договорились устроить сыну сюрприз, у него ведь день рождения, а вечером поедем домой и Новый Год встретим у нас, — ласково ответила женщина. Я скромно стояла, ожидая пока на меня обратят внимания.

— Здравствуйте, милая барышня, — обратился мужчина ко мне, — А Вы кто?

— Дарья, я привезла Арсения, — ответила я, похвалив себя за то, что додумалась заглянуть парню в паспорт.

— Вот и у Сеньки появилась девушка, а то все одними компьютерами интересуется, — обрадовалась женщина, — Дашенька, можно на 'ты'. Ты раздевайся, будешь мне помогать. Ах, да, мы родители Арсения, и где он, кстати?

Я указала рукой на комнату, где мирно похрапывал мой пассажир. Женщина начала болтать, не давая вставить ни слова. Через полчаса на меня натянули фартук, и заставили нарезать салаты. На мои попытки опровергнуть тот факт, что мы с Арсением встречаемся, женщина только снисходительно улыбалась, предлагая звать ее Терезой. Хорошо, что не мамой.

Через три часа мы уже накрыли на стол, Марат Маркович приводил в чувства сына на втором этаже. Интересно, а что скажет совершенно незнакомый парень, когда узнает, что его мама нас уже поженила, провела обряд крещения наших троих детей и сыграла их свадьбу? Убегать я уже не торопилась, теперь мне было просто любопытно.

— Милая, что у нас вкусненького? — услышала я голос пассажира за своей спиной. Обернулась, парень с мокрыми после душа волосами, стоял, прислонившись плечом к стене. Голубые глаза смотрел на меня со смехом, губы едва заметно улыбались.

— Ладно, молодежь, оставлю вас, мне нужно Веничке позвонить, — сообщила Тереза, поспешно убегая из кухни.

— Спасибо, сержант Мари, — сказал Арсений, подходя ближе ко мне, — И я хочу извиниться.

— За что? За то, что сел в мою машину? — насмешливо спросила я.

— Нет, — сказал Сеня, придвигаясь еще ближе, — за свое поведение.

Сеня, наклонившись к моему лицу, прошептал:

— Спасибо, что не отвезла в ментуру, — улыбнулся и поцеловал.

— Ты не замужем? — уточнил он, переводя дыхание.

— Нет, — прошептала я, находясь в шоке от поцелуя и от своей реакции на него.

— Будешь, — просто сказал он.

Через час приехал именинник со своей невестой. Для меня было непривычно отмечать праздники в кругу семьи. Я выросла в детском доме, и о большой семье приходилось только мечтать.

— Я наверно уже пойду, — осторожно сказала я, когда на часах был уже восьмой час вечера.

— Торопишься? — спросил Сеня, ласково поглаживая мою ладонь, — Тебя ждут?

Я посчитала, что и так уже задержалась в чужом доме и соврала.

— Да, — коротко сказала я. Сеня, огорченно вздохнув, встал, решив проводить меня.

— Может быть, останешься, встретим Новый Год вместе, — нерешительно начал он, помогая мне надеть куртку. С языка так и хотел сорваться положительный ответ.

— Я уже обещала быть в другом месте, — сказала я, отводя взгляд.

Арсений только кивнул. Вышел со мной на улицу. Я села в машину, он придержал дверь, не позволяя мне ее захлопнуть. Просунув голову в салон, крепко поцеловал меня, прошептав:

— Я не жалею, что сел в твою машину.

Я только с силой сжала руль. Последние несколько часов были похожи на сказку, в которую я не верю еще с детства. Детдом разрушил все мои мечты и грезы.

Арсений осторожно захлопнул дверь, я резко нажала на газ. В зеркале заднего вида я четко видела его фигуру. Он стоял в одном тонком свитере, спрятав руки в карманы джинс. Снег хлопьями ложился на его волосы и плечи.

Арсений

Стоял и смотрел, как Даша уезжала от меня. Отпускать ее не хотелось. Хотелось прижать ее к себе, и никогда не отпускать. Впервые я чувствовал, что эта девочка та, которая мне нужна.

— Ты будешь моей, — прошептал я. Подождал, пока ее машина скроется за поворотом, и резко помчался в дом. Не хочу я тебя отпускать! Только не сегодня, не в Новый Год. Хочу встретить его с тобой.

Забежав в дом, поднялся в свой кабинет. Мы с братом жили в одном доме, отдельно от родителей. И мама была спокойна, что мы присматриваем друг за другом, и нам хорошо.

Включив компьютеры, лихорадочно запускал программы. Не исключено, что завтра за мной приедет наряд полиции, арестовать за вскрытие базы данных о сотрудниках внутренних органов. И почему я не спросил ни ее адрес, ни номер телефона?

Через тридцать минут я уже записывал адрес Дарьи Ивановны Мари, сержанта ДПС. Схватил ключи от машины, на ходу надевая куртку и шапку, помчался к выходу.

— Привози ее к нам, все вместе встретим Новый Год, — вдогонку мне крикнула мама.

— Заметано, — прокричал я в ответ.

До дома Дарьи я добрался за рекордно-короткие сроки. Ее машина была припаркована у подъезда. Значит, дома. Поднявшись на нужный этаж, позвонил в звонок.

— Привет, я за тобой, — сказал я, переводя дыхание. Даша все еще была в униформе, глаза красные, как будто она плакала.

— Ты как тут оказался? — хриплым голосом спросила Даша.

— Хакнул вашу базу, — сказал я, протискиваясь в ее квартиру, — Давай я тебя отпрошу, и поедем, мои уже нас ждут, велели без тебя не появляться.

Окинул взглядом скромную однокомнатную квартиру. Никаких следов присутствия еще кого-то кроме нас.

— Ты одна, — сказал я, не спрашивая, а утверждая.

— Я всегда одна, — прошептала она, подходя к окну и смотря на вечерний город.

— Уже нет, — сказал я, подходя к ней и обнимая ее за плечи.

Год спустя

— Марат, я же предупреждала, что мы опаздываем, зачем было ехать по объездной дороге? — сказала Тереза, возбужденно взмахнув рукой.

— Милая, в городе пробки, а так их меньше, — ласково сказал Марат, успокаивающе поглаживая Терезу по колену, — И хватит махать руками, взлетишь.

— Очень смешно, — проворчала женщина.

Они подъехали к большому двухэтажному особняку, окна которого сияли разноцветными огоньками. Марат, открыв дверь машины, посмотрел на часы.

— Я же говорил, успеем, — проворчал он, помогая жене выйти из машины. Вынув из багажника пакеты с подарками, супруги пошли в дом. Дверь им открыла молодая беременная девушка, держась за спину и радостно улыбаясь.

— Дашенька, ты чего на сквозняке стоишь? — послышался взволнованный голос за ее спиной. Арсений, подойдя ближе, обнял жену, поцеловав в висок.

— Она просто хочет самые лучшие подарки себе заграбастать, — раздался веселый голос Марты с лестницы.

— Стоять! Ты куда бежишь, — заорал Вениамин со второго этажа, на ходу застегивая рубашку, — Осторожнее нужно.

— Я осторожно, — проворчала Марта, и, посмотрев на улыбающуюся Дарью, тише прошептала, — Скорее бы уже родить.

— Всему свое время, — засмеялась Тереза, обнимая девушек.

Видя, с какой любовью ее сыновья относятся к своим женам, она в очередной раз чувствовал себя счастливой матерью семейства. Еще год назад она бы и не подумала, что все так удачно сложится. Вениамин и Арсений встретили своих половинок, теперь со дня на день станут отцами.

— Ты все еще не веришь в сказки? — услышала Тереза тихий шепот Арсения, обращенный к жене. Та лишь счастливо улыбнулась, обнимая любимого.

Content

Кофф Натализа Веришь в сказки?

Натализа Кофф Веришь в сказки?

Марта

Вениамин

Марта

Сеня

Арсений

Год спустя