Николай Ковалевский

Всемирная военная история в поучительных и занимательных примерах

Предисловие

Хотелось бы обратить внимание читателя, взявшего в руки эту книгу, на следующее: она необычна и единственна в своем роде — по сочетанию жанра и подбору материалов, охватывающих чрезвычайно интересную и емкую тему — мир всеобщей военной истории. В ней используется большое число оригинальных военно-исторических источников, в большинстве своем неизвестных широкому кругу читателей. Среди них — труды древних и средневековых авторов, трактаты по военному искусству, описания войн, военных кампаний и битв, документальные, мемуарные и биографические источники. Хронологически книга охватывает все основные исторические периоды от древнейших времен до первой мировой войны, исключая лишь новейшую часть всеобщей истории. Во-вторых, данная книга логически продолжает «Русскую военную историю в занимательных и поучительных примерах», поэтому отечественная тематика в ней затрагивается только в случаях, когда это необходимо в связи с конкретными событиями всеобщей военной истории.

Занимательная поучительность всеобщей военной истории состоит уже в загадке самого феномена войны как «постоянного и неразлучного» спутника человечества. Вечна ли война и как она связана с природой человеческого общества? Что в войне первично — политика, экономика, идеология государств либо биологические корни — борьба за существование, законы естественного отбора, свойственные всему органическому миру? На эти вопросы не существует, да и, наверное, не может существовать однозначного ответа. Гуманисты всегда ужасались кровавой сути войны и осуждали ее как «собрание всех возможных человеческих преступлений». С другой стороны, многие выдающиеся умы, не отрицая антигуманности войн, видели в них двигатель прогресса и «воспитателя народов». «Я охотно выразил бы омерзение против войны, — писал Байрон, — если бы не был убежден, что только она одна спасает мир от плесени и гнили». По мнению Гегеля, благодаря войне «сохраняется нравственное здоровье народов», она «предохраняет народы от гниения, которое непременно явилось бы следствием продолжительного, а тем паче вечного мира».

Герои книги — активные участники всемирной военной истории — в абсолютном большинстве придерживаются взгляда на войну как на суровую необходимость, диктуемую соперничеством государств, народов, наций и их «естественными» интересами. «Кто хочет жить в мире, тот должен быть готовым к войне», — подчеркивал Н. Макиавелли. «Вечный мир возможен только на кладбище», — иронизировал над гуманистами Фридрих II. «Неизбежные войны — всегда справедливые войны», — заявлял Наполеон. Но чаще всего за «суровой неизбежностью» войны стоят честолюбивые устремления правителей, алчность, соблазн материальных (земельных, денежных и др.) приобретений, искушающие государства и народы. По мере падения популярности милитаризма в глазах народов политические и психологические механизмы вползания в войны становятся все сложнее, но тем не менее они продолжают действовать. В XX в. помимо двух мировых войн разразилось около 300 локальных войн и вооруженных конфликтов. Возможно, что войну остановит сама война, точнее «абсолютное оружие» вооруженной борьбы, о котором писал изобретатель Т. Эдисон: «Наступит день, когда наука породит машину или силу столь страшную, столь беспредельно ужасающую, что даже человек — воинственное существо, обрушивающее мучения и смерть на других с риском принять мучения и смерть самому, содрогнется от страха и навсегда откажется от войны».

Тайны происхождения войны тесно связаны с иллюзиями достижения с помощью войн лучших условий мира. Одна из неумирающих иллюзий подобного рода — обеспечение всеобщего мира путем создания мировых империй. Как убедится читатель, она нашла свое отражение в деятельности Александра Македонского, императоров Рима, Карла I Великого, Карла V, Наполеона и других претендентов на роль «умиротворителей» человеческого общества. Но народы рано или поздно разрушали эти империи, унижающие их достоинство, хотя затем обычно следовали всплески новых междоусобных войн.

Проблема смысла войн и завоеваний — лишь одна из многих тем, освещаемых в книге в жанре афористических миниатюр, поучительных сюжетов, коротких занимательных рассказав. В них запечатлены интересные подробности военной политики и военной организации государств в различные эпохи, неординарные факты из истории военного искусства, битв и сражений. Это жанр «малой истории», сюжеты которой вплетены в ткань «большой» истории, в крупные события различных эпох и народов, как бы дополняя, конкретизируя и расцвечивая их. Вольтер считал одной из важнейших обязанностей историка — «не наводить скуки». Занимательно-поучительный жанр книги призван в чем-то компенсировать скучноватую монотонность классических исторических трудов.

В книге представлен внушительный ряд монархов и полководцев (более 200 имен), оставивших заметный след во всемирной истории войн. Если не вдаваться в дискуссию о роли личности в истории, можно отметить, что все события всеобщей военной истории свершались не помимо сознания и воли государей и полководцев, а при их личном участии. Наполеон сказал об этом более категорично: «Не римские легионеры покорили галлов, но Цезарь. Не карфагенское войско, но Ганнибал нагнал страх на римлян. Македонская фаланга не дошла бы до Индии, если бы не Александр. Только Тюренн мог дойти до Везера и Инна. Прусское войско не смогло бы семь лет оборонять Пруссию от трех самых могущественных держав Европы, если бы не Фридрих Великий». В книге приведены запоминающиеся эпизоды из жизни и деятельности государей и полководцев, характеризующие их достоинства и недостатки, взлеты и падения. При этом читатель сможет убедиться в правоте Плутарха, который как-то заметил: «Не всегда в самых главных деяниях бывает видна добродетель или порочность, но часто какой-нибудь ничтожный поступок, слово или шутка лучше и яснее обнаруживают характер человека, чем битвы, в которых гибнут десятки тысяч, чем командование огромными армиями и осадой городов».

Сказанное можно отнести не только к людям, но и к событиям. Неожиданные ракурсы, взгляд на привычное с новой точки зрения, детали, оттеняющие великое и смешное, героическое и прозаическое, подчеркивающие большое в малом и ничтожное в крупном — все это позволяет разглядеть во всеобщей военной истории «живую жизнь» и глубже понять ее.

Каждая из глав книги снабжена кратким очерком войн и военного искусства в описываемый период, что позволяет читателю свободнее ориентироваться в событиях и сюжетах, прослеживать их историческую канву и взаимосвязь.

ИЗ ВОЕННОЙ ИСТОРИИ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА

Первые в мировой истории крупные цивилизации образовались на Востоке. Древнейшие зачатки государственности возникли несколько тысяч лет назад в долинах Нила, Тигра и Евфрата, Инда и Ганга, Хуанхэ, в бассейнах Черного и Каспийского морей. Государства по преимуществу в форме восточных деспотических режимов создавались благодаря междоусобной вооруженной борьбе правителей, централизации власти, закреплению разделения общественного труда в пользу правящих классов.

Так, Древний Египет представлял собой централизованную восточную деспотию во главе с царем-фараоном, с общей для всего государства системой ирригационных сооружений, контролировавшейся наместниками фараона (номархами). Историю древнеегипетского государства принято делить на несколько основных периодов — Раннее, Древнее, Среднее и Новое царства, охватывающие времена от примерно 3000 г. до н. э. до III в. н. э. Помимо периодически вспыхивавших внутренних конфликтов, древнеегипетское государство вело оборонительные и завоевательные войны, для которых использовалась централизованная армия фараона. Со времен Среднего царства особое внимание уделялось обеспечению границ, строительству оборонительных сооружений, крепостей. Египетское войско составляло привилегированную замкнутую касту, члены которой обязаны были нести военную службу из поколения в поколение. Боевой порядок египетского войска представлял собой размещение на поле боя боевых колесниц и отрядов пехоты. Основным оружием служили лук и боевой топор, в качестве защитного вооружения воины имели деревянный щит, обтянутый мехом или кожей. Египтяне имели сильный флот, защищавший берега и обеспечивавший морские перевозки во время походов в Переднюю Азию.

Начало истории древнекитайской государственности относят приблизительно к XVIII в. до н. э., когда сложилось государство Инь, позже завоеванное племенем чжоу, основавшим свою государственность. После распада Чжоу возникла первая централизованная империя Цинь (221–207 гг. до н. э.), ее сменила империя Хань. Главную силу китайского войска составляли боевые колесницы и конница. «Колесницы и конница, — говорится в одном из древнекитайских трактатов, — это воинская мощь армии. Десять колесниц разбивают тысячу человек, сто колесниц разбивают десять тысяч человек; сто всадников обращают в бегство тысячу человек». С VI–V вв. до н. э. китайское войско имело четкую организационную структуру. Мелким подразделение было «У» (пятерка), пять «У» составляли «лян» (двадцать пять воинов), четыре «лян» — «цзу» (100 воинов), пять «цзу» — «люй» (500 воинов), пять «люй» — «си» (2500 воинов), пять «си» — «цзюнь» (12 500 воинов). Высшим соединением было три «цзюнь» (37 500 воинов). Армия, которую возглавлял ван (военачальник), могла иметь до шести «цзюнь». У древних китайцев была разработана и система управления войсками. Подразделениями управляли голосом, соединениями — с помощью барабанов, гонгов, знамен и значков. В III в. до н. э. была построена Великая Китайская стена протяженностью до 2500 километров для защиты от набегов хунну (гуннов). Основой военной науки Китая считалось «Семикнижие» — семь трактатов по военному искусству, написанных в различное время китайскими военными теоретиками и полководцами. Самые известные из них — Сунь Цзы и У Цзы.

На территории Индии во 2-й половине I тысячелетия образовались крупные рабовладельческие государства. Среди них выделялось государство Магадха, охватывавшее в V в. до н. э. почти всю долину реки Ганг. Кастовое деление общества в Индии зафиксировано в древней религиозной книге «Ригведа» и в «Законах Ману» — сборнике общего и жреческого права. Кшатрии (воины) относились к числу привилегированных каст вслед за брахманами (жрецами). В состав войска входили пехота, боевые колесницы, всадники и боевые слоны. Главную ударную силу войска составляли боевые слоны, но армия Александра Македонскогозавоевавшая Северную Индию в IV до н. э., быстро нашла средство борьбы с ними (обстрел горящими стрелами). Военное искусство «законы Ману» рассматривали лишь как деятельность полководца, от которого зависит исход войны.

Древнеперсидское государство Ахеменидов, созданное царем Киром II (VI в. до н. э.), представляло собой классическую форму государства восточной деспотии с четко выраженной завоевательной политикой. Наивысшего могущества государство достигло при Дарии I (правил в 522–486 гг. до н. э.), когда оно занимало огромную территорию — нагорье Ирана, часть Средней и Южной Азии, всю Переднюю и Малую Азию, Северную Африку. Главную силу персидского войска составляла конница, пехота формировалось по преимуществу из представителей покоренных племен и народов. Поражение персов в войнах с Грецией 500–449 гг. до н. э. значительно ослабило могущество державы Ахеменидов, павшей в царствование Дария III (336–330 гг. до н. э.) под ударами Александра Македонского.

Война и мир в истории Древнего Египта

Менес — объединитель Египта

Один из первых оазисов человеческой цивилизации — Древний Египет — пережил в своей военной истории многое, что впоследствии повторялось в судьбах других государств и народов.

В самом своем рождении государство фараонов прошло через горнило вооруженной борьбы: царь Юга Менее силой оружия объединил Юг и Север страны в начале III тысячелетия до н. э. В истории многих народов государства возникают в итоге междоусобных и гражданских войн.

На сохранившихся изображениях первый фараон единого Египта Менее предстает в двух лицах: как воин, мечом поражающий своих врагов, и как земледелец, с мотыгой в руках роющий канал для орошения полей водой Нила. Выдающихся правителей — воинов и строителей одновременно — знает история почти всех народов.

Поход Пеопи I

Со времен Древнего царства (III тысячелетие до н. э.) египтянам приходилось защищаться от набегов соседних кочевых народов на дельту Нила. Собрав войско, Пеопи I двинулся проучить тех, «кто топчет песок». Один из папирусов донес описание похода: «Мирно подвигалась армия: она пробила брешь во всех их укреплениях. Мирно подвигалась армия: она истребила мириады их воинов. Мирно подвигалась армия: она увела в плен большое число мужчин, чему очень радовался Его Святость Пеопи».

Радость мира

Египетские фараоны эпохи Среднего царства очень ценили мир. Аменемхет I радовался тому, что при нем «перестали видеть постоянные сражения, тогда как раньше дрались, как быки, которые не помнят и не знают прошедшего». В папирусе говорится, что фараон дал «возможность всем жить спокойно, как ученым (жрецам), так и бедным».

Сенусерт III о наследовании власти

Фараон Сенусерт III (правил в 1884–1849 гг. до н. э.), укрепив пределы Египта, объявил: «Я приумножил то, что получил. Я царь, что произносит слово и совершает поступки. Я признаю своим сыном того, кто защитит границы, и отрекусь от того, кого не тревожит их безопасность».

Отречение от слабых и недостойных наследников будет свойственно многим королям, царям и другим верховным правителям. В России Петр I даже казнит сына, обвиненного в измене.

Яхмос I — «спаситель отечества»

В 1700–1550 гг. до н. э. египетский народ пережил длительное чужеземное иго — господство азиатского племени гиксосов (племенного союза обитателей Южной Сирии и Северной Аравии). Яхмос I, сумевший изгнать чужеземных захватчиков из Египта, первым в изложенной письменно истории человечества был назван «спасителем отечества».

Тутмос III — «египетский Наполеон»

После тяжелой борьбы с нашествием гиксосов Египет закалился, стал более воинственным. Тутмос III взял себе девиз: «Не только надо быть сильным, чтобы наступать, но надо наступать, чтобы быть сильным».

Тутмоса III считают «египетским Наполеоном». Он совершил 17 военных походов, покорил Сирию и Палестину, вторгся в Переднюю Азию. При нем Египет стал первой в истории человечества мировой державой, простиравшейся от берегов Евфрата до Судана.

Тутмос-полководец впервые в истории военного искусства стал планировать военные действия в каждой кампании.

В древнем Египте, где традиционно обожествляли животных и растения, первым из известных в истории военным орденом за боевые отличия стал учрежденный Тутмосом золотой орден Мухи.

Летоисчисление по-египетски

В Древнем Египте не знали непрерывного летоисчисления. С воцарением очередного фараона, «сына бога Амона», оно велось заново (по формуле: «В таком-то году царствования Тутмоса произошло следующее»). Традиция исчисления времен и событий по правителю, высшей особе государства, как свидетельствует история, продолжает жить даже в XX в.

Метод военной пропаганды

Со времен Древнего Египта в описаниях войны прославляются государство и его военные вожди и всячески принижаются и высмеиваются враги. В традиционных египетских сценах-изображениях военного триумфа, запечатленных на стенах пирамид, храмов, стенках ларцов и колесниц, украшениях, фараон-полководец осенен божественными атрибутами и в торжественной позе заносит булаву (боевой топор, меч) над головой коленопреклоненного противника. Враги часто изображаются ползающими, молящими прощения, корчащимися, свисающими, комично поднимающими ноги и руки.

В сцене военного триумфа Аменхотепа III на современников и потомков смотрит в анфас лицо поверженного врага, лежащего на полу или земле, попираемого ногами победителей.

Особы, следующие за царем

Уже у первых египетских фараонов появляются отборные воинские отряды для охраны личной безопасности. «Царская гвардия», имевшая особые привилегии, носила название «следующие за господином». Высшим чинам этой охраны доверялись посты возничих царских колесниц. Традиция «охраны тела» и личных возничих сохраняется тысячелетиями.

Боевые колесницы и их будущее

Боевые колесницы на конном ходу с экипажами из вооруженных воинов-пехотинцев, врывавшиеся в боевые порядки врага, были грозной силой древнеегипетского войска. Тысячелетняя эволюция подвижной техники приведет к превращению этих колесниц в современные боевые машины пехоты с дизельными «лошадиными силами» вместо коней, с броней вместо деревянных щитов, с экипажами из мотострелков вместо лучников.

Рамсес II — вождь войны и мира

Наибольшее число исторических памятников Древнего Египта оставил после себя Рамсес II. Первой в мировой истории битвой, описанной достаточно подробно, стало сражение Рамсеса с хеттами у Кадеша (1286 г. до н. э.). Кульминацией битвы стало счастливое спасение Рамсеса, окруженного врагами, от гибели. За это он воздает должное богу Амону: «Я нашел, что Амон более полезен, чем миллионы пехоты… Амон пришел, когда я его звал, он дал мне свою руку». После сражения Рамсес поклялся самолично кормить лошадей царской колесницы, пронесших его через огонь битвы.

После длительной войны Египта с хеттами был заключен первый в мировой истории договор между двумя государствами, высеченный на стенах их столиц. Это был договор о «вечном мире», продержавшийся около 40 лет — до смерти Рамсеса II.

Рамсес II в битве при Кадете (1286 г. до н. э.)

Древний Египет и евреи

Во времена Рамсеса II в Египте развернулись гонения на евреев, приведшие затем к известному библейскому событию, — «исход евреев из Египта» (во главе с пророком Моисеем). Согласно легенде, только море, поглотившее преследователей — войско египтян, спасло иудеев. Впоследствии, создав на части завоеванной территории Палестины свое государство, евреи навечно остались врагами палестинцев, а их отношения — очагом ближневосточных распрей.

* * *

После Рамсеса II начинается период постепенного заката и упадка Египта, завершившийся при Птолемеях и царице Клеопатре, чье обаяние не спасет Египет от римского владычества.

Военное искусство Древнего Китая

* * *

История Древнего Китая помимо длительных внутренних распрей небогата крупными военными событиями. Защищаясь от внешних врагов, Древний Китай воздвиг Великую Китайскую стену — уникальное инженерное оборонительное сооружение. В Древнем Китае был изобретен порох, первоначально использовавшийся для фейерверков, но затем ставший грозным оружием войны.

Первый известный в истории военный писатель — китаец Сунь Цзы. Его труд «Искусство войны», появившийся в начале V в. до н. э., стал на многие века ценным источником теории военного искусства как на Востоке, так и на Западе. Этот труд изучал и Мао Цзэдун.

Военное искусство по Сунь Цзы

2500 лет назад Сунь Цзы сформулировал принципы военных действий, именуемые ныне «непрямой стратегией»:

Не смей наступать первым — выжидай.

Не смей наступать и на вершок, лучше отступи на аршин.

Непобедимость есть оборона, возможность победы есть наступление.

Надо уметь действовать, бездействуя, поражать без усилий. В битве побеждает тот, кто перед битвой осторожничал.

«Тот, кто умеет вести такую войну, — подчеркивал Сунь Цзы, — покоряет чужую армию, не сражаясь, берет чужие города, не осаждая их, сокрушает чужое государство, не держа свое войско долго».

Китайский всадник

Сунь Цзы о формуле победы

На вопрос, как одержать победу в войне, Сунь Цзы сумел ответить лаконичной формулой: «Знай своего врага, знай самого себя, и победа станет неизбежной».

Поясняя эту формулу, он советовал: «Если знаешь противника и знаешь себя — сражайся хоть сто раз, опасности не будет. Если знаешь себя, а его не знаешь — один раз победишь, другой раз проиграешь. Если не знаешь ни себя, ни противника, — каждый раз будешь терпеть поражение».

Совет Сунь Цзы окруженному войску

Один из военачальников спросил у Сунь Цзы: что делать, если войско на чужой территории окружено несколькими рядами противника? Ответ был таков:

— Отдай по войску приказ, что никакого выхода нет. Перережь всех волов, накорми воинов; сожги обоз, забросай колодцы, остриги волосы… Тогда воины наточат свои мечи, сделаются единой силой и бросятся на врага в надежде на спасение.

Сунь Цзы о военной хитрости

Сунь Цзы одним из первых возвел в принцип военного искусства военную хитрость: «Война — это путь обмана. Поэтому, если ты близко от противника, показывай ему, что ты далеко; если ты можешь что-нибудь, показывай, будто не можешь».

У Цзы — теоретик генерального сражения

Осторожную военную стратегию Сунь Цзы пытался оспорить китайский полководец и военный теоретик У Цзы (IV в. до н. э.). Он считал высшей задачей полководца победу над врагом в генеральном сражении. «У тех, кто победит пять раз, — писал он, — случается несчастье. Кто победит три раза, тот ослабевает. Кто победит один раз — становится верховным властителем. Мало таких, кто побеждал в войне мелкими победами, но много таких, кто от этих побед погибал».

О том, когда не следует воевать

У Цзы принадлежит точная оценка способности государства и армии воевать: «Когда в государстве нет согласия, нельзя выставлять войско. Когда в войске нет согласия, нельзя выступать в лагерь. Когда в лагере нет согласия, нельзя двинуться в сражение. Когда в сражении нет согласия, нельзя добиться победы».

Нужен ли полководцу меч?

Когда подчиненные преподнесли полководцу У Цзы меч, он сказал:

— Полководец распоряжается приказами и сигналами, больше — ничем. Он указывает, куда направлять мечи. Вот дело полководца.

Из древнекитайских воинских уставов

По древнекитайским воинским уставам низкорослые воины вооружаются копьями и рогатинами, высокорослые — луками и арбалетами, сильные несут знамена, храбрым поручаются барабаны. Слабые служат при конях и на кухне, сообразительные берутся в штабы.

Управление войсками в бою ведется следующим образом: «Барабанами, гонгами и колокольчиками воздействуют на слух, знаменами, флагами и значками воздействуют на зрение, запрещениями и приказаниями, поощрениями и карами воздействуют на сердца».

Из законов «Сыма»

В соответствии с «Законами Сыма» воинам древнекитайской Поднебесной империи Цинь запрещалось на территории чужого государства оскорблять его богов, устраивать охоту на людей, сжигать леса и постройки, отнимать у населения зерно и утварь. «Если встретишь стариков и детей, с почтением отведи их домой». Победитель «возвышает мудрых, ставит в покоренной стране просвещенного правителя».

«Пять искусств» в борьбе с хунну

Великая Китайская стена служила для защиты империи Цинь от набегов северных кочевников — хунну (гуннов). Но те часто преодолевали ее. Тогда против хунну правители Китая стали использовать стратегию «пяти искусств» (подарков):

— дать кочевникам дорогие ткани и колесницы, чтобы испортить их глаза;

— дать им вкусную пищу, чтобы закрыть их рты;

— усладить вождей хунну музыкой, чтобы закрыть их уши;

— построить им здания, хранилища для зерна и подарить рабов-земледельцев, чтобы успокоить желудки кочевников;

— особо одарить те племена, которые примут китайское покровительство.

Использовалось и шестое искушение — алкоголь: так в середине II в. до н. э. китайцы ежегодно поставляли хунну около 1 млн л вина.

Но в конце концов в I в. до н. э. с набегами северных кочевников правителям Китая удалось покончить решительными военными действиями.

Из военных преданий Древней Индии

Благородство «Законов Ману»

В Древней Индии неукоснительно соблюдались «Законы Ману», которые ограничивали ведение войн гуманными принципами. Этими законами запрещалось в войне действовать с помощью обмана, убивать спящего и сражающегося с другим. Запрещалось убивать ни того, у кого нет кольчуги, ни безоружного, ни тяжело раненного, ни того, кто бежит, ни евнуха.

Царь — цапля, лев, волк, заяц

В обязанности царя в Древней Индии вменялось: «Подобно цапле, он должен обдумывать свои дела. Подобно льву, он должен обнаруживать свою силу. Подобно волку, он должен брать свою добычу. Подобно зайцу, он должен находить безопасное место».

Индийский боевой слон

«Махабхарата» — сказание о великой битве

Выдающийся литературный памятник Индии — «Махабхарата», 18-томное повествование о древнеиндийской цивилизации, представляет собой один из величайших в мире образцов героического эпоса. Об этом говорит его второе название — «Сказание о великой битве потомков Бхараты». Основу сюжета «Махабхараты» составляет борьба двух ветвей потомков царя Бхараты — Пандавов и Кауравов. Сражаясь за правду и справедливость, Пандавы в многодневной битве на поле Куру (ок. 850 г. до н. э.) побеждают войско злых Кауравов. Три тысячелетия «Махабхарата» напоминает народу Индии:

Тех прославляют в легендах и песнях,

Кто благороден, бесстрашен и честен.

«Абсолютное оружие» бога Шивы

В «Махабхарате» впервые прозвучало упоминание об оружии, которым можно уничтожить все живое на земле (по терминологии XX в. — «абсолютное оружие»). Всесильный бог Шива перед битвой вручил его одному из братьев Пандавов — Арджуне и предупредил: «Помни, что люди о нем ничего не знают. Если воспользоваться им неосторожно, оно может сжечь весь мир… Его можно привести в действие не только руками, но даже взглядом или мыслью». Как ни трудно пришлось в сражении Пандавам, они этим оружием не воспользовались.

Война очищает дух царя

Один из могущественнейших царей древнеиндийской династии Маурьев — Ашока (правил в III в. до н. э.) 8 лет деспотической рукой приводил под свою власть соседние территории. Но после военного похода в Калингу, унесшего жизни многих тысяч соплеменников, Ашока раскаялся, духовно переродился и обратился в буддистскую веру (подобно тому, как в 325 г. до н. э. византийский император Константин I обратился в христианскую веру). «Что бы я ни делал, что бы я ни предпринимал, — говорил просветленный Ашока, — я лишь стараюсь выполнить свой долг по отношению ко всем живым существам». Он ввел в законы государства принцип справедливости — «Дхамму», учредил должность «министра морали», всячески прививал вегетарианство.

Малая Азия и Древняя Персия

Войну прекращает природа

До возникновения будущего восточного гиганта — персидской державы Ахеменидов в Малой Азии соперничали между собой Мидия (царь Увакастра) и Лидия (царь Агиат). Ожесточенная борьба между ними закончилась совершенно неожиданно: во время очередного сражения небо вдруг померкло, «день внезапно сменился ночью» (Геродот). В суеверном страхе войска прекратили сражение, а цари поспешили заключить мир. Это было полное солнечное затмение, дату которого впоследствии уточнили астрономы, — 28 мая 585 г. до н. э.

Кир II призывает персов к восстанию

Восстанию персов во главе с Киром II против поработившей их Мидии предшествовали два памятных дня. В первый день Кир заставил персидских юношей прийти к нему с серпами и до ночи расчищать большое, поросшее жесткой травой и колючками поле. Во второй день он пригласил персов для угощений и увеселений. В конце пира Кир спросил:

— Какой день вам понравился больше — первый или второй?

— Конечно же, второй.

— Если мы хотим жить так, как сегодня, — надо освободиться от ига Мидии.

Персидский всадник (V в. до н. э.)

Война Креза с персами

Царь Лидии Крез, чье богатство было нарицательным («богат, как Крез»), решил начать войну против набиравшего силу персидского царя Кира II. Но прежде он преподнес обильные дары дельфийскому оракулу с надеждой на благоприятное пророчество. Предсказание дельфийских жрецов гласило: «Напав на персов, Крез уничтожит великое царство».

Не заметив двусмысленности пророчества, Крез начал войну. Она закончилась полным поражением Лидии и пленением Креза, потерявшего свои несметные богатства.

Солон спасает Креза

Осужденный к сожжению на костре Крез у места казни вспомнил предсказание мудрого грека Солона: «До последнего дня жизни человек не может быть уверен в своем счастье». Причитания Креза «О, Солон, как ты был прав!» заинтересовали царя Кира, и он, узнав причину таких причитаний, даровал Крезу жизнь.

Кир II об опасности рабства

После первых побед Кира II его военачальники просили царя продолжить завоевания. Кир был готов к походам, но предостерег подчиненных опасностью впасть в… рабство. «Зависимость от завоеванных богатств и изнеженность от них, — предупредил он персов, — худшее из рабств для любой армии».

Кир II мстит реке

В походе к Вавилону в реке Гинде утонул один из священных белых коней персидского царя Кира. В отместку он велел уничтожить реку. Целое лето персы занимались этим «чудачеством», иссушая реку с помощью отводных каналов. Как потом выяснилось, на самом деле «месть реке» и молва о ней были военной хитростью: Кир обеспечивал войскам свободный путь в глубь Месопотамии.

Способ усмирения покоренных

Когда Лидия, покоренная персами, восстала, Кир послал туда своего военачальника Мазара. Для окончательного усмирения лидийцев ему было поручено: запретить мужчинам-лидийцам заниматься конными состязаниями и метанием стрел, приучить их к рукоделию и пению, более того — носить женское платье.

Эти меры оказали свое воздействие: Лидия окончательно ослабела, а лидийцы в составе многоплеменного войска Кира были худшими воинами.

Поход Кира против массагетов

Кир II Великий, «царь Вавилонии, Шумера, Аккада и всех четырех сторон света», вывел Персию на всемирную историческую арену. Его держава простиралась от Индии вдоль Арала, Каспия и Черного моря до побережья Средиземного моря. Но затем Кир, по некоторым персидским хроникам, исчез из истории «таинственным образом».

На самом деле он совершил роковую ошибку, решив преследовать скифское племя массагетов. Царица массагетов Томирес применила тактику отступления в глубь песков Средней Азии. Истощив силы персов, она расправилась с войском Кира.

«Ты причинил нам много горя, ты убил моего сына, — сказала она убитому Киру, — и я насыщу тебя кровью». Своими руками она погрузила голову персидского царя в мешок, наполненный кровью.

Надпись на могиле Кира Великого

У могилы Кира Великого впоследствии побывал Александр Македонский. Надпись на могиле гласила: «Человек! Я Кир, создавший державу персов, и я был царем. Не завидуй мне и не лишай той горсти земли, которая покрывает мое тело».

У современной гробницы Кира в городе Пасаргады надпись более скромная: «Я Кир, царь, Ахеменид».

Дарий I преследует скифов

Персидский царь Дарий I, как и Кир Великий, пытался покорить скифов. Но те, отступая, были неуловимы в степях. Одна из легенд гласит, что скифы прислали Дарию подарок — птицу, мышь, лягушку и пять стрел. Один из персидских магов, присутствовавших при войске, так разъяснил смысл подарка: если вы, персы, не улетите как птицы или подобно мышам не скроетесь в землю, или подобно лягушкам не ускачите в озеро, то вас настигнут наши стрелы.

Дарий отступает

Дарий преследовал скифов почти до Волги, но однажды обнаружил их позади себя. Когда на виду у персидских воинов скифские конники стали для забавы ловить зайца, персидский царь сказал: «Видимо, о нас они уже вовсе не думают», и срочно повел свое войско домой.

Дарий I — «благодетель»

Решив обложить подвластные персам народы новой, повышенной податью, Дарий I не без умысла поручил сделать это наместникам-сатрапам. Те проявили рвение и ввели огромные налоги, вызвавшие всеобщее недовольство. Тогда Дарий повелел представить ему смету налогов и урезал их наполовину со словами: «Половину дарю подданным». Так он прослыл «благодетелем».

«Помни об афинянах»

Когда Дарий I получил известие о взятии и сожжении Сард афинянами, он удивился: «Кто такие афиняне?» Но приказал одному из слуг каждый раз перед обедом трижды повторять ему: «Владыка, помни об афинянах».

В 500 г. до н. э. Дарий начал войну против Греции, затянувшуюся на 50 лет.

Ксеркс наказывает море

Преемник Дария I Ксеркс, отправляясь в поход против Греции, велел построить для переправы войск мост через Геллеспонт (Дарданеллы). Но морская буря разметала мост. Тогда Ксеркс приказал сурово наказать Геллеспонт — заковать его в оковы, заклеймить позорным клеймом и, сверх того, дать 300 ударов бичом.

Подчиненные исполнили приказ: бросили в пролив железные оковы, наложили на воду клеймо и бичами долго хлестали водную поверхность.

Уверенность завоевателя

Двинувшись к берегам Греции, персы у Авида захватили несколько греческих судов со съестными припасами и хотели их потопить. Ксеркс, спросив у греков, куда они плывут, сказал: «И мы плывем туда же. Следовательно, съестные припасы будут наши, а потому ступайте».

Ксеркс казнит награжденного

Поход Ксеркса против Греции (480–479 гг. до н. э.) стал неудачным. С возвращением персидского царя домой связана еще одна легенда. Его корабль был переполнен, и когда разразился шторм, кормчий обратился к Ксерксу: «Владыка! Надо облегчить корабль!» По приказу царя персы один за другим стали бросаться в воду, и облегченный корабль благополучно достиг персидского берега.

Сойдя с корабля, Ксеркс пожаловал кормчему золотой перстень за спасение царской жизни и тут же велел отрубить голову за то, что он погубил так много персов.

ВОЙНЫ И ПОЛКОВОДЦЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ

Греки издавна жили в южной части Балканского полуострова. Затем они обосновались также на островах Эгейского моря и на западном побережье Малой Азии. В VIII–VI вв. до н. э. в результате так называемой «великой колонизации» появились многочисленные греческие колонии в Средиземноморье и Причерноморье. Среди рабовладельческих государств-городов (полисов) ведущее место занимали Афины — республика с демократическим управлением, опиравшаяся на развитые ремесла и торговлю, и Спарта — олигархическая республика, где основой хозяйствования служило земледелие. Могущество Афин, как и Спарты, покоилось на безжалостной эксплуатации рабов, составлявших большинство населения, но не имевших никаких прав.

Период расцвета Древней Греции приходится на V–IV вв. до н. э. и связан с возвышением Афин, сыгравших ведущую роль в отражении военной экспансии Персии в 500–449 гг. до н. э. В греко-персидских войнах ярко проявили себя афинские полководцы Мильтиад и Фемистокл. Время наивысшего могущества Афин приходится на годы правления Перикла (443–429 гг. до н. э.). Соперничество Афин и Спарты привело к их столкновению в Пелопоннесской войне 431–404 гг. до н. э., ставшей крупнейшей междоусобной войной в истории Древней Греции. С поражением в ней Афин начался период спартанской гегемонии. Она усилилась после Коринфской войны, в которой спартанский царь Агесилай опирался на помощь Персии. Конец гегемонии Спарты положила Беотийская война 378–362 гг. до н. э., в которой Фивы, возглавляемые Эпаминондом, нанесли спартанцам тяжелое поражение. Возвышение Фив было кратковременным и быстро сошло на нет после гибели Эпаминонда. Попытки Афин вернуть себе утраченные позиции обернулись Союзнической войной 357–355 гг. до н. э. внутри Афинского морского союза. Греция, по словам Ксенофонта, погрузилась в «еще большее смятение и неопределенность».

В результате внутренних противоречий и почти беспрерывной вооруженной борьбы важнейшие государства Греции — Афины, Спарта, Фивы — оказались истощенными. Этим воспользовался Филипп II Македонский (отец Александра Македонского), который в битве при Херонее (338 г. до н. э.) разгромил афинские и фиванские войска и подчинил Грецию своему влиянию. Власть Македонии над Грецией усилилась при Александре Македонском. Окончательный закат древнегреческих государств произошел в результате военной экспансии Рима.

Для обеспечения внутренней стабильности рабовладельческого общества и ведения войн Древняя Греция имела развитую военную организацию. Армии государств-полисов формировались по типу ополчения, в мирное время они могли иметь до 10–15 тысяч человек, в военное — до 30–50 тысяч. К концу Пелопоннесской войны широко использовались наемные вооруженные формирования. Кроме сухопутных войск, имелся флот (наиболее сильный — у Афин). В Афинах все свободные граждане, мужчины от 18 до 60 лет считались военнообязанными. Молодежь от 18 до 20 лет проходила службу в особых учебных отрядах («ефебах»). В Спарте военная служба была пожизненным занятием мужчин она начиналась с 7 лет и продолжалась до глубокой старости.

Поскольку вооружение и снаряжение воины приобретали за свой счет, то богатые и знатные служили в коннице, из людей среднего достатка комплектовалась тяжелая пехота (гоплиты), бедняки служили в легкой пехоте. Основу боевого порядка древнегреческого войска составляла фаланга — глубокое линейное построение гоплитов в 8–12 и более шеренг. Действуя как одно целое, она была грозной силой в обороне и в наступлении. При приближении к противнику фаланга переходила с обычного шага на бег, чтобы усилить начальный натиск. Воин, сражавшийся в первой шеренге, пользовался общим уважением. При численности в 8 тысяч человек протяжение фаланги по фронту достигало 1 километра, поэтому она не могла передвигаться на большие расстояния, не расстраивая своего порядка, не могла действовать на пересеченной местности и преследовать противника. Гоплиты вооружались длинными копьями и короткими мечами, имели защитное вооружение, легкая пехота использовала метательное оружие (лук, легкое копье, праща). В ходе войн появилась средневооруженная пехота — пелтасты, способные сражаться и в фаланге, и в рассыпном строю. Искусство полководца проявлялось в том, что он определял замысел предстоящих военных действий, выбирал удобную позицию для сражения и с учетом этого развертывал войска в боевой порядок. Важное значение имело определение момента перехода в атаку и контратаку. Крупный шаг в развитии полководческого искусства совершил Эпаминонд, который в сражении при Левкитрах впервые применил неравномерное распределение войск по фронту в целях сосредоточения сил для главного удара в решающем пункте и добился убедительной победы.

Опыт войн и военного искусства Древней Греции был обобщен в трудах Геродота, Фукидида, Ксенофонта, Плутарха, Полиена, Энея, Элиана, Асклепиодота.

От мифов к реальной истории

Мифологические герои

Военную предысторию Древней Греции составили мифологические персонажи. Во-первых, это были олимпийские боги во главе с Зевсом, постоянно враждовавшие между собой. Среди них — могущественный Арес, свирепый бог войны (в римской мифологии — Марс), сын Зевса, нелюбимый им. Сыновья Ареса — Деймос и Фобос (Ужас и Страх), их именами позже названы спутники планеты Марс. Сопровождают Ареса богиня раздора Эрида и сеющая убийства богиня Энюо. Постоянная противница Ареса — Афина Паллада, побеждающая его мудростью.

Во втором ряду — мифологические герои: Геракл (кто не знает его подвигов?), Ахилл, Гектор, Аякс, прославившиеся на полях сражений. Последние трое сложили свои головы в легендарной Троянской войне (XIII в. до н. э.).

Троянская война и «троянский конь»

Троянская война, описанная Гомером в «Илиаде» и «Одиссее», как и знаменитый «троянский конь», — сочетание реальных исторических событий и мифов.

Поводом для войны стало похищение Парисом, сыном троянского царя Приама, прекрасной Елены, жены спартанского царя Менелая.

10 лет союзные ахейские города-государства во главе с царем Микен Агамемноном осаждали Трою и не могли ее взять, несмотря на помощь Ахилла и Аякса. За это время погиб защитник Трои мифический Гектор (пал от руки Ахилла), погиб сам Ахилл, смертельно раненный Парисом в уязвимое место — пяту, покончил с собой впавший в безумие Аякс.

И однажды троянцы увидели радостную картину: ахейцы сняли осаду и удалились, оставив на память о себе необычный дар — огромного деревянного коня. Наивные троянцы закатили его в черту города, не ведая, что в чреве коня затаились отборные ахейские воины во главе с хитроумным Одиссеем…

Как известно, Троя была разрушена ахейским войском до основания.

Город, считавшийся мифом, обнаружен лишь в конце XIX в. благодаря раскопкам Г. Шлимана.

Амазонки

В Троянской войне на стороне троянцев, по преданию, сражались амазонки — племя женщин-воительниц, происходившее от Гармонии, дочери Афродиты, и бога войны Ареса. Под стенами Трои непобедимая до того царица амазонок Пенфесилея была убита в поединке Ахиллом. Пораженный ее красотой Ахилл сожалел о содеянном, а когда услышал насмешку по этому поводу из уст Терсита, тотчас убил его.

Греческое слово «amazones» (амазонки) означает искаженное «безгрудые» — от обычая амазонок выжигать у девочек правую грудь для более удобной стрельбы из лука.

Амазонки — участницы Троянской войны

О «Стратегемах» Полиена

Еще со времен «троянского коня» греки были весьма искушены в военных хитростях. Описанию этих хитростей посвящена книга древнегреческого автора Полиена «Стратегемы», где собрано более 700 фактов и рассказов. Среди них — примеры ложных демонстраций (запугиваний), имитаций, обходных маневров, заманивания, дезинформации. От «стратегем» со временем произошла «стратегия», наука полководцев.

Военная хитрость жен

В использовании хитростей грекам-воинам в меру своих способностей помогали и их жены. Полиен приводит такой пример. Жители Хиоса воевали с Эритреей и, потерпев поражение, заключили мир при унизительном условии оставаться в одной епанче и нижней одежде. Хиосские женщины, однако, нашли способ оставить мужей при оружии: «Скажите эритрейцам, что у нас обыкновенно епанчею называется копье, а нижней одеждой — щит».

Узнав о том, кто изобрел такую хитрость, эритрейцы рассмеялись и не стали возобновлять войны.

Начало греко-персидских войн. Мильтиад

Мильтиад — герой Марафонского сражения

В 490 г. до н. э. на побережье Греции высадилось грозное войско персидской державы Ахеменидов. Решающую роль в отражении нападения сыграли Афины.

На заре европейской военной истории ярко вспыхнула звезда афинского полководца Мильтиада. В сражении при Марафоне он сокрушил персидскую армию, значительно превосходившую греков своей численностью. Греческая фаланга стойко выдержала мощную атаку персидской конницы и по знаку Мильтиада (позже военные специалисты назовут этот сигнал «изумительно точным по месту и времени») перешла в, сокрушительное контрнаступление.

В память об этом сражении появилась марафонская дистанция в беге длиной 42 км 195 м. Именно столько, торопясь изо всех сил, пробежал от Марафона до Афин греческий воин Федипед — вестник победы. Сообщив благую весть, он умер, полностью обессиленный.

Полководец Древней Греции Мильтиад

Афины отказывают в почестях Мильтиаду

Афинское демократическое государство не посчитало нужным возвеличить победителя персов Мильтиада. Когда полководец попросил удостоить его масличным венком, в Народном собрании ответили: «Когда ты, Мильтиад, победишь варваров в одиночку, тогда и требуй почестей для себя одного»[1].

Художник, написавший картину о Марафонской битве, среди десяти полководцев все же изобразил Мильтиада на первом плане.

Участь Мильтиада

Последующая судьба благородного Мильтиада оказалась печальной. Осадив с флотом греческий остров Парос, помогавший персам, он не смог довести дело до конца и вернулся в Афины. Там разнесся слух о его подкупе противником; знаменитый полководец был заключен в тюрьму, где и умер.

Римский историк К. Непот увидел в этом умысел афинской демократии, которая страшилась, что Мильтиад ом овладеет жажда личной власти. «Народ решил, что лучше Мильтиаду понести незаслуженную кару, чем афинянам жить в страхе».

Ликург и спартанцы

Свобода по-спартански

Наряду с Афинами другим ведущим государством Древней Греции была Спарта (или Лакония, Лакедемон). С нею в мировой истории связаны образцы мужественного, «спартанского» воспитания и военных доблестей.

По законодательству Ликурга всем мужчинам-спартанцам было запрещено заниматься чем-либо, кроме военной подготовки. Когда афиняне изгнали из своего города одного из граждан за тунеядство, то в Спарте говорили: «Покажите нам этого человека, наказанного за любовь к свободе!»

Впрочем, свобода лакедемонян была нелегкой: большую часть жизни они проводили в военных лагерях.

Из законов Ликурга

Один из законов Ликурга гласил: «Лакедемоняне, ведите войны редко, чтобы не научить военному искусству самих врагов наших».

Другой закон предписывал спартанцам не преследовать бегущего неприятеля, который в противном случае будет побужден остановиться и проявить мужество.

Богатство — причина войн

Как-то спартанцы спросили Ликурга:

— Как сделать, чтобы соседние страны не нападали на нас?

— Оставайтесь мужественными, но бедными, не будьте ни в чем богаче соседей, чтобы не возбудить у них зависти.

Ликург ввел законы, фактически упразднившие в Лаконии богатство.

Люди-стены

Однажды Ликург выразился об укреплениях города так: «Если город укреплен людьми, а не кирпичами, то у него есть стены».

О детях-спартанцах

Хилых от рождения мальчиков-спартанцев лишали жизни, сбрасывая их со скалы. Легендарным стал случай с юношей, который украл лисенка и, не сознаваясь в этом, прятал его за пазухой, пока зверек не разорвал ему грудь.

Спартанцы в сражении

Победивший на Олимпийских играх спартанец получал право в битве идти рядом с полководцем и первым вступать в бой.

В сражение спартанцы шли под звуки флейт в такт музыки, сомкнутым строем, с песнями и боевыми кличами. Считалось зазорным убивать отступающего врага.

«Со щитом или на щите»

Матери в Спарте, провожая сыновей на войну, напутствовали их словами: «Со щитом или на щите». Мужественно погибнуть в бою и быть принесенным домой «на щите» было столь же почетно, как и возвратиться «со щитом» в качестве победителя.

Спартанец, проявивший трусость в сражении, лишался тем самым чести. Каждый, с кем он встречался, мог ударить его.

Привычка к краткости

Речь спартанцев была чрезвычайно краткой (слово «лаконизм» произошло от Лаконии).

Односложными были и песни спартанцев. Вот, например, хор стариков начинал:

— Когда-то мы были молоды и храбры.

Мужчины продолжали:

— Теперь храбры и сильны мы. Проверь, если хочешь!

Детские голоса подхватывали:

— А мы со временем будем храбрее всех вас!

Спартанские воины

Историческое наследство Спарты и Афин

Мужественная и суровая Спарта не оставила после себя миру ни одного великого философа, ученого, скульптора, поэта. Не удивительно, если учесть образ жизни лакедемонян, близкий к казарменному.

В отличие от этого демократические Афины и другие города Греции прославились огромным числом выдающихся личностей, среди которых — Сократ, Платон, Аристотель, Пифагор, Архимед, Демосфен, Софокл, Эсхил…

Продолжение греко-персидских войн

Леонид, Фемистокл, Аристид, Павсаний

Подвиг у Фермопил

Во время очередного нашествия на Грецию персов Спарта и Афины, несмотря на извечное взаимное соперничество, встретили врага вместе.

Первый бой произошел у Фермопильского ущелья, которое защищал отряд во главе со спартанцем Леонидом. Защита Фермопил овеяна легендами.

Когда греки сообщили Леониду, что огромная армия Ксеркса приближается, тот спокойно заметил: «Отлично. Значит, и мы приближаемся к врагу».

Видя малый отряд греков, Ксеркс послал к Леониду своих парламентеров с предложением сдать оружие. Персы услышали такой ответ: «Приди и возьми».

Персидские парламентеры удивились и пригрозили: «Наши войска столь многочисленны, что, пустив стрелы, могут затмить солнце!» — «Тем лучше, — крикнул кто-то из спартанцев. — Мы будем сражаться в тени».

Память Фермопил

300 спартанцев до конца защищали Фермопилы и все до одного погибли. Их предводитель Леонид был обезглавлен персами и распят на кресте. На камне у Фермопил впоследствии была сделана надпись: «Путник, весть отнеси гражданам Лакедемона: честно исполнив закон, здесь мы в могиле лежим».

Фемистокл и лавры Мильтиада

В годы войны Греции против нашествия армии персидского царя Ксеркса выдвинулся афинянин Фемистокл. Слава его предшественника полководца Мильтиада возбудила в нем желание стать столь же великим. Он принялся изучать военное дело, отказался от всех развлечений, не спал ночами, а на расспросы по этому поводу с улыбкой отвечал: «Лавры Мильтиада не дают мне покоя».

Именно Фемистокл убедил афинян построить большой флот, который бы мог успешно противостоять огромному персидскому флоту (так и случится позже). Плутарх писал: «Фемистокл совершил невиданное дело: превратил афинян из стойких пехотинцев, как их называл философ Платон, в корабельщиков и мореходов».

Фемистокл о своем призвании

Однажды афинские юноши стали смеяться, что всем известный гражданин Фемистокл не умеет играть на лире — любимом музыкальном инструменте греков.

— Да, — отвечал он, — ни петь, ни играть я не умею, но маленький город сделать великим в истории, прославить его — это я могу.

Флот и демократия

При Фемистокле, создателе афинского флота, ораторская кафедра на Пниксе, где происходили народные собрания в Афинах, была повернута в сторону моря. Как-то Фемистокл заметил, что вид на безбрежные волны, теряющиеся на горизонте, и тяга к морским походам более всего соответствуют демократии, земледельцы же тяготеют к олигархии.

Фемистокл настаивает на сражении

В те дни, когда отряд спартанцев защищал Фермопилы, у мыса Артемисий сблизились греческий и персидский флоты. Главнокомандующий объединенным греческим флотом спартанский царь Эврибад, никогда не бывший моряком, боялся битвы. Когда к нему пришел Фемистокл — главный сторонник такого сражения, Эврибад замахнулся на него палкой. «Ударь, но выслушай», — спокойно изрек афинянин фразу, ставшую знаменитой.

Морской бой состоялся, он принес греческому флоту первый значительный успех.

Создатель афинского флота Фемистокл

Честный Аристид

Репутацией самого честного и бескорыстного политического деятеля Афин пользовался Аристид («честный, как Аристид» станет поговоркой). По разным соображениям он постоянно досаждал полководцу Фемистоклу своей критикой, переходившей во вражду.

В грозное время войны с персами он решил присоединиться к афинскому войску и остался поистине «честным Аристидом», предложив: «Давай, Фемистокл, оставим нашу вражду на границе, а когда будем возвращаться, тогда, если хочешь, подберем ее опять».

Аристид порицает Фемистокла

В один из трудных моментов войны с персами Фемистокл предложил сжечь верфи некоторых греческих городов, которым могла угрожать опасность. При этом, рассчитывал он, флот Афин останется самым сильным в Греции. Аристид по этому поводу высказался так: «Не существует ничего полезнее для афинян, чем это предложение, но не существует и ничего безнравственнее».

Как построиться перед сражением

Окончательное поражение персидской армии греками произошло в битве при Платеях (479 г. до н. э.). Перед сражением афиняне и спартанцы ожесточенно заспорили, кому занять левый фланг, по традиции предназначавшийся для лучших войск. Главнокомандующий объединенной греческой армией спартанец Павсаний был, конечно, на стороне своих соотечественников, но афиняне считали иначе. Спор разрешил афинский военачальник Фемистокл:

— Не место в строю делает воинов храбрее. Мы пришли сюда не для того, чтобы ссориться, а чтобы сражаться с врагами Греции.

Афиняне перешли на правый фланг. Расстановку сил на поле боя, однако, спутал персидский главнокомандующий Мардоний: опасаясь более всего афинян, он переместил свои главные силы на противоположный фланг.

Сражение греков с персами (V в. до н.э.)

Спор о награде

После разгрома персов при Платеях афиняне и спартанцы вновь стали спорить: кто из них больше заслуживает награды? На этот раз проблему разрешил афинянин Аристид, по предложению которого решено было присудить награду платейцам — ибо на их земле происходила битва.

За что воевали персы

После битвы при Платеях персы бежали из лагеря. Спартанский военачальник Павсаний зашел в шатер убитого в сражении персидского главнокомандующего Мардония и был поражен восточной роскошью. Он позвал спартанцев и сказал: «Вы можете видеть, сколь безрассудны персы, которые живут в такой роскоши и все-таки пришли к нам отнять наши жалкие крохи».

Фемистокл об источнике славы

Один серифянин сказал как-то Фемистоклу, что свою славу тот стяжал благодаря не себе, а своему городу — Афинам. «Ты прав, но лишь отчасти, — ответил полководец, — я бы не прославился, будь я серифянин, но прославился ли бы ты, будучи афинянином?»

Кто сильнее всех в Греции

У Фемистокла был сын, которому мать всячески потакала. Фемистокл в шутку говорил, что нет эллина сильнее этого мальчика, ибо эллинами командуют афиняне, афинянами командует Фемистокл, Фемистоклом — его жена, а женой — сын.

Участь Фемистокла

Фемистокл, как и Мильтиад, не избежал ненависти сограждан и был изгнан из Афин. Скрываясь от преследования соотечественников, он в конце концов перебрался жить к бывшим врагам — персам, видевшим в нем великого человека.

— Как ты тут живешь? — спросил его один гость из эллинов.

— Я погиб бы, если бы не погиб, — отвечал Фемистокл, предвидевший свою участь.

Когда персидский царь Артаксеркс попытался использовать Фемистокла в направленных против Греции делах, афинянин принял яд.

Кимон за союз со Спартой

Ведущей фигурой в Афинах после смерти Аристида и изгнания Фемистокла стал Кимон (504–449 гг. до н. э.). Шла война с Персией, и Кимон был решительным сторонником укрепления союза Афин со Спартой, несмотря на их традиционное взаимное соперничество. Когда на Спарту обрушились несчастья — сильное землетрясение и восстание мессенян, он высказался за помощь своему союзнику-сопернику, объясняя это так: «Не надо делать Грецию хромой и заставлять Афины в одиночку везти двуконную повозку».

Военная дипломатия Перикла

В середине V в. до н. э. на первые роли в Афинах выдвинулся Перикл — мудрый законодатель и военный руководитель. Отдавая Народному собранию финансовый отчет о своей деятельности, он ежегодно в графу расходов включал такую запись: «Столько-то талантов истрачено на нужное дело». Доверявший Периклу народ не требовал от него объяснений. Между тем за этой статьей расходов стояли суммы, которые Перикл направлял в Спарту для должностных лиц города-соперника. Этими деньгами он гасил их стремление к войне с Афинами.

Перикл бережет воинов

Провоцируя Афины на войну, спартанское войско, которым командовал Архидам, вторглось в пределы Аттики. Но Перикл успокаивал афинян и даже запер их в стенах города, говоря: «Вместо спиленных и срубленных деревьев можно быстро вырастить новые, а вместо погибших мужей достать других нелегко».

Борьба Афин и Спарты

Перикл, Алкивиад, Ификрат и другие

Перикл об обороне Афин

Тем временем Перикл начал готовить Афины к ставшей неизбежной войне.

Когда война Спарты и Афин все же началась (Пелопоннесская война 431–404 гг. до н. э.), Перикл убеждал афинян не бояться врага: «На нашей стороне наряду с материальной силой — умственное превосходство».

Между тем, наблюдая за бесконечными спорами в Народном собрании по поводу войны, он заметил: «Меня больше всего страшат наши собственные ошибки, нежели замыслы врагов».

Перикл успокаивает войска

Во время военного похода афинян случилась гроза, и в их лагерь попала молния, очень напугавшая суеверных греков, увидевших в этом дурное предзнаменование. Перикл собрал сходку, взял два камня, ударом одного о другой высек искру и разъяснил: таким же образом от столкновения облаков рождается молния.

Изворотливость Перикла

Мудрость и изворотливость Перикла помогали ему в войне со Спартой. Однажды спартанский царь Архидам шутя спросил Фукидида: он или Перикл борется лучше? Фукидид отвечал: «Конечно, он; когда я его повергаю на землю, он начинает утверждать, что вовсе не упал, а кончает тем, что убеждает в этом даже тех, кто своими глазами видел его лежащим на земле».

Афины проиграли войну Спарте уже после смерти Перикла.

Афинский полководец Алкивиад (мрамор)

Противоречивый Алкивиад

Яркой и противоречивой фигурой в истории Древней Греции был Алкивиад, ученик Сократа, хитроумный политик и отважный полководец. «Никто не мог сравниться с ним ни в пороках, ни в добродетелях» (Корнелий Непот).

Алкивиад смеется над демократией

Однажды Алкивиад пришел к Периклу, но ему сказали: «Он обдумывает, как дать отчет афинянам». Алкивиад засмеялся: «Лучше бы он подумал, как не давать им никакого отчета».

Проблема выбора военного союзника

В период войны Афин со Спартой (Лакедемоном) Алкивиад прибыл в Аргос и стал склонять аргинян к союзу с афинянами. «Афины нас проглотят», — сказал кто-то. «Может быть, — ответил, улыбаясь, Алкивиад, — но постепенно и начиная с ног, лакедемоняне же — с головы и сразу».

Чему аплодирует народ

Однажды, когда афинское Народное собрание бурно аплодировало полководцу Алкивиаду, тот спросил у своего помощника, не сказал ли он какой-либо особенно большой глупости.

Можно ли доверять родине

Несмотря на ряд побед Алкивиада в качестве полководца, он попал в немилость к афинянам из-за очередной проделки (богохульства). Ему пришлось скрыться в Фурии. Там его спросили: «Ты не доверяешь родине, Алкивиад?»

— Верю ей во всем, но когда дело идет о моей жизни, я не поверю и матери, чтобы она каким-либо образом, по ошибке, не положила вместо белого камня черный.

Драма Алкивиада

Когда Алкивиада в Афинах приговорили к смерти, он сказал: «Я докажу, что я жив!» Полководец перешел на сторону Спарты и стал помогать ей в войне с Афинами.

Его последующая судьба была не менее драматичной: он бежал из Спарты к персам, которым советовал для их интересов разжигать войну между Афинами и Спартой; затем по просьбе афинян вернулся на родину, вновь стал военачальником, но вскоре опять оказался в опале, вновь бежал в Персию, где был убит.

Ификрат о войске

В Коринфской войне 395–387 гг. до н. э. Афины вновь столкнулись со Спартой. В это время выдвинулся афинский полководец Ификрат. Он прослыл мастером военного дела: ввел среднюю пехоту — пелтастов и на этой основе преобразовал тактику войска.

Ификрат уподоблял состав войска человеческому телу. Фалангу он называл грудью, легковооруженных воинов — руками, конницу — ногами, полководца — головой. Когда недоставало какой-либо из первых частей, Ификрат называл такое войско хилым, безруким или хромым, и совершенно бесполезным, если не было у него полководца.

Не следует ожесточать противника

Когда афиняне вынудили войско противника отступить в теснину, Ификрат не стал его атаковать, сказав: «Не надо принуждать врагов становиться от отчаяния очень храбрыми». Он дал противнику возможность выйти на равнину и разбил его.

Способ пресечь отступление

Перед одной из решающих битв Ификрат велел вырыть позади своих войск глубокий и длинный ров, чтобы пресечь всякую мысль о возможном отступлении.

Противники страшат друг друга

Когда войско противника, бряцая оружием, приблизилось, кто-то из окружения Ификрата сказал: «Неприятель довольно страшен». Полководец засмеялся: «А мы для него еще страшнее».

Расплата за беспечность

Ификрат придавал большое значение ночной охране войск. Однажды, обходя караульные посты, он увидел спящего часового и пронзил его копьем. На испуганные взгляды сопровождающих он твердо заметил: «Каким я его застал, таким и оставил».

Метод борьбы с дезертирством

Ификрат имел обыкновение при раздаче жалованья своему войску, в котором было немало наемников, удерживать из него четвертую часть — в качестве залога для предотвращения дезертирства.

Ификрат оценивает себя

Один оратор в афинском Народном собрании вопрошал Ификрата: «Чем ты хвалишься? Кто ты — конник, латник, лучник, пелтаст?»

— Отнюдь, — отвечал он, — но я умею ими всеми распоряжаться.

Спор о знатности рода

Некто Гармодий из знатного рода упрекал Ификрата низким происхождением (из семьи сапожника). Военачальник с ироничным достоинством ответил:

— Мой род на мне начинается, твой на тебе кончается.

Риск и расчет

Во времена Ификрата успехами на военном поприще с ним пытался спорить полководец Тимофей. Ему принадлежит любопытное признание. В своих «Воспоминаниях» он писал, что дела, которые он совершал, рискуя без отчета, кончались для него удачнее, чем те, «где я долго искал разумное решение».

Враги тоже уязвимы

Афинский полководец времен Беотийской войны Хабрий для ободрения своих воинов использовал психологическое внушение: «Вступая с неприятелем в битву, мы должны помнить, что сражаемся с людьми, имеющими с нами одинаковую плоть и кровь и ту же общую природу».

Агесилай и Эпаминонд

Беотийская война

Агесилай, сын Архидама

Сын спартанского царя-военачальника Архидама Агесилай был небольшого роста, как и его мать. Спартанские эфоры даже наложили на Архидама штраф: «Ибо, — сказали они, — будет рожать нам не царей, а царьков». Между тем, низкорослый, хромоногий и неказистый собой Агесилай, избранный, как и отец, царем, достойно послужил родине.

Обман на войне — не грех

Агесилай слыл большим хитрецом. «Обмануть врагов, — говорил он, — всегда справедливо, да вдобавок еще и приятно».

Из захваченных пленников он отбирал знатных и влиятельных лиц и отпускал их беспрепятственно домой, дабы возбудить к ним на родине подозрения и посеять раздоры.

Справедливость выше храбрости

— Что лучше — храбрость или справедливость? — спросили как-то Агесилая.

— Будь в нас справедливость, — отвечал он, — зачем была бы нам нужна храбрость?

Против кого и за что воюют спартанцы

В 396 г. до н. э. Агесилай во главе спартанского флота двинулся к берегам Малой Азии. Он решил упредить персов, говоря, что лучше сражаться в Азии, чем в Европе. Столкнувшись впервые с «варварами», спартанцы побаивались их. Агесилай велел раздеть захваченных в плен персидских всадников и показал своим воинам их слабые и изнеженные тела: «Вот с чем мы воюем!» Затем указал на драгоценности, захваченные у пленников, и добавил: «И вот за что мы воюем!»

Монеты в роли стрелков

Персидский царь Артаксеркс нашел способ противодействия вторжению спартанского царя Агесилая: подкупом в 30 тыс. золотых монет он поощрил Афины и Фивы начать войну против Спарты в самой Греции. Возвращаясь с войском домой, Агесилай шутил, что персидский царь изгоняет его из Азии с помощью 30 тыс. стрелков: он имел в виду персидские монеты, чеканившиеся тогда с изображением всадника с луком.

Кто был кто в войске Агесилая

В Коринфской войне (395–387 гг. до н. э.) против Афинского союза Спарта также имела союзников из числа других греческих городов. Они составляли большинство в войске Агесилая. Однажды военачальники союзников возгордились этим. Тогда Агесилай вывел войско в поле и устроил перекличку. «Встаньте, плотники!» — и те поднялись. «Встаньте, горшечники!» — и те тоже встали. «Встаньте, кузнецы!». Так продолжалось до тех пор, пока на месте не остались одни соотечественники Агесилая, лакедемоняне. Только они были профессиональными воинами, которым по законам Спарты запрещалось заниматься любым другим делом, кроме войны.

Амнистия после поражения

В очередной междоусобной войне — Беотийской — главным военным соперником Спарты стали Фивы. При Левктрах спартанская армия Клеомброта потерпела сокрушительное поражение от войск фиванского полководца Эпаминонда. Лакедемоняне, дрогнувшие при Левктрах и бежавшие с поля боя, по законам Спарты должны были подвергнуться лишению всех прав. Понимая, что тогда город останется без защиты, спартанский царь Агесилай принял такое решение: «Блюсти закон, начиная с завтрашнего дня». Позорный день был забыт.

Не следует учить противника

Престарелого Агесилая спартанцы уговорили вновь стать главнокомандующим. Но очередное сражение с фиванцами было неудачным, сам Агесилай получил ранение. Один из спартанских эфоров сказал ему: «Это рана тебе и Спарте — в благодарность за то, что мы научили фиванцев драться. Ведь еще Ликург запрещал много раз воевать с одним и тем же противником».

Спарта устояла

Спарта гордилась тем, что ее жители никогда не видели вблизи города дыма вражеского огня. И вот фиванское войско Эпаминонда вплотную приблизилось к городу. Царь Агесилай с городской стены долго смотрел на грозного фиванского полководца, провожая его взглядом, а потом произнес: «Какой беспокойный человек!»

Агесилаю удалось отстоять город, а затем с помощью Афин благополучно завершить войну.

Мудрость Эпаминонда

Выдающийся древнегреческий полководец Эпаминонд происходил из фамилии фиванских царей и благодаря образованию, учебе у философов школы Платона быстро выдвинулся среди сограждан. Некий Спинтор из Тарента говорил: «Я никогда не видел человека, который бы знал столь много, но говорил так мало».

Неподкупность Эпаминонда

Эпаминонд жил скромно, почти бедно, имея только одну пару платья. Персидский царь Артаксеркс, сеявший денежными подкупами раздоры в Греции, пытался подкупить и его. Фиванец отверг деньги и подарки, сказав: «Все богатства мира не могут меня склонить к измене своему отечеству».

Древнегреческий полководец Эпаминонд

Эпаминонд — военный руководитель Фив

Предвидя, что междоусобная борьба в Греции захватит и Фивы, Эпаминонд все силы употребил для обучения фиванцев военному делу. Древнегреческие историки свидетельствовали, что фиванцы жили «в безделии и веселиях, и из этих-то людей произвел он воинов и офицеров».

Однажды, когда в Фивах кипела подготовка к войне со Спартой, смертельно уставший за день Эпаминонд вернулся домой, чтоб отдохнуть, и тут ему доложили, что один гражданин неожиданно умер. «О, боги, — воскликнул полководец, — как он умудрился умереть посреди таких больших дел!»

Дума Эпаминонда

В праздничный день, когда все веселились, Эпаминонд прогуливался по Фивам хмурый и задумчивый. «Почему ты не веселишься?» — спросил его один из друзей. — «Думаю, чтобы вы могли пить и ни о чем не думать», — ответил он.

Как обезглавить противника

Однажды во время обучения войск Эпаминонд поймал большую змею и, отрубив ей голову, сказал своим подчиненным: «Вы видите, что по отделении головы оставшаяся часть тела безопасна. Точно так же, если мы сокрушим главу неприятелей, то есть лакедемонян, их союзники будут беспомощны».

Необыкновенная победа Эпаминонда

Во главе хорошо обученного войска Эпаминонд смело выступил навстречу вторгшейся в Беотию армии спартанцев во главе с Клеомбротом. В сражении при Левктрах (371 г. до н. э.) Спарта и ее господство в Греции подверглись сокрушительному удару. Впервые в истории военного искусства отойдя от равномерного линейного построения войск, Эпаминонд сосредоточил большую часть войск на одном из флангов и нанес массированный удар по противнику, разрушив его боевые порядки. Это было новым словом в военном искусстве. Так были открыты принципы массирования сил и средств и сосредоточения войск на главном направлении.

Фиванское войско и сам Эпаминонд бурно радовались победе при Левктрах. На следующий день празднество продолжалось, но Эпаминонд стал пасмурным и молчаливым. Он объяснил это так: «Я наказываю теперь себя для того, чтобы быть самим собой».

Можно ли судить победителя

В Фивах граждане тоже радовались победе Эпаминонда над спартанцами при Левктрах. Но фиванцы не были бы греками и демократическим городом-государством, если бы вскоре не сменили радость на гнев. Эпаминонд был обвинен в чрезмерной осторожности действий после Левктр и самовольном продлении своих полномочий полководца на четыре месяца. Ему грозила смерть.

Речь полководца на суде была твердой: «Что ж, я умираю за то, что благополучно предводительствовал вами в Лаконии! Я умираю за ваши победы и за возвышение вашего могущества! Сии-то преступления осуждают меня на смерть. Прошу сообщить о них потомству: напишите их на моем гробу. Я умру без сожаления, если вы пообещаете это сделать».

Эти слова заставили фиванцев одуматься, и Эпаминонд был прощен.

Смерть Эпаминонда

Во время нового похода фиванского войска против Спарты в сражении при Мантинее (362 г. до н. э.) жизнь Эпаминонда оборвалась. Он проявил неосторожность, сам вступив в бой, и один лакедемонянин нанес ему удар копьем. От сильного удара оно сломалось, и железный наконечник остался в груди полководца, извлечь его означало бы мгновенную смерть. Эпаминонд спросил у соратников, окруживших его, кто побеждает в сражении? Ему сообщили, что противник оставил поле боя. «Что ж, я умираю с той честью, что никогда не был побежден», — сказал Эпаминонд и велел выдернуть остаток копья из его тела.

С его смертью Фивы поспешили завершить войну подписанием мира. Сразивший Эпаминонда спартанский воин Антикрат был удостоен на родине особых почестей: он и его потомки были навсегда освобождены от уплаты налогов.

Упадок Греции: стихотворцы вместо воинов

Длительные междоусобные войны ослабили Грецию, одновременно шел процесс разложения греческой рабовладельческой демократии. «Афинская республика, — писал историк, — упражнялась тогда в одних театральных представлениях… Место великих полководцев заняли великие стихотворцы, распевавшие приятности».

Известный оратор Демосфен говорил: «Слабость нашего правительства состоит во всенародности… В Афинах нет государственной тайны, но есть две кассы. Одна — театральная, которая очень обильно снабжена, другая — военная, которая наполняется с огромным трудом».

Демосфен особенно предостерегал афинян от опасности со стороны грозного соседнего царя Филиппа II Македонского. «Я боюсь не только Филиппа, — говорил он, — но и тех, кто его не боится». Обличительные речи Демосфена в адрес Филиппа получили нарицательное наименование «филиппик».

Демосфен и Фокион

Греция против Македонии

Демосфен при Херонее

Оратор Демосфен принял участие в битве греков с Филиппом Македонским при Херонее (338 г. до н. э.). Он всячески ободрял своих соотечественников, но при первой же атаке противника побежал. Зацепившись платьем за куст терновника, он решил, что уже попал в руки неприятелей, и, упав, стал просить о пощаде…

Греки проиграли битву, хотя и не по вине Демосфена.

Басня Демосфена

После смерти Филиппа Македонского Демосфен пытался поднять Афины на борьбу против его сына Александра. Но силы были неравны. Александр Македонский потребовал от афинян выдачи ему Демосфена и еще семерых его единомышленников. В ответ Демосфен написал басню об овцах, которые выдали волкам собак, уподобив себя и своих сторонников собакам, а Александра Македонского назвав матерым волком.

Услыхав эту басню, Александр засмеялся и отменил требование о выдаче.

Когда можно воевать?

Одним из последних видных политиков и полководцев независимых Афин был Фокион. Однажды в Народном собрании у него спросили:

— Когда ты посоветуешь нам начать войну с Македонией?

— Когда я увижу, что молодые люди готовы нести службу, богатые — платить налоги, а риторы — отказаться от утайки общественных денег.

Чем больше стратегов, тем меньше бойцов

Когда Филипп II Македонский (отец Александра Македонского) вторгся в Аттику, в армии афинян обнаружился большой беспорядок. Фокион, поставленный во главе войск, поражался, сколько много у него оказалось советчиков, одолевавших его наставлениями. «Великий Геракл! — воскликнул он. — Как много у меня стратегов и как мало бойцов!»

Совет Фокиона

Филипп VII Македонский привел Грецию в зависимость, его сын Александр упрочил власть Македонии над эллинами. Однажды Александр потребовал у афинян кораблей, и те обратились к Фокиону, спрашивая у него, как быть. «Советую вам, — ответил тот, — или быть сильными, или дружить с сильными».

Цена слуха

Однажды в Афинах кто-то пустил слух о смерти Александра Македонского. Ораторы в Народном собрании призывали немедленно взяться за оружие, чтобы свергнуть власть македонян. Только Фокион, сохраняя спокойствие и опасаясь тяжелых последствий ошибки, предложил не торопиться. «Если Александр мертв сегодня, — сказал он, — то будет мертв и завтра, и послезавтра». Двух дней оказалось достаточно, чтобы опасный слух не подтвердился.

Честь дороже денег

Фокион пользовался уважением со стороны Александра Македонского, и однажды последний прислал афинянину в подарок 100 талантов. Фокион спросил доставившего эти деньги македонянина: «Почему из всех жителей Афин Александр выбрал именно меня?» — «Только тебя одного он считает достойным и честным», — ответил тот. Фокион вернул подарок со словами: «Пусть же он позволит мне не только считаться, но и быть таковым».

Несправедливая казнь Фокиона

Фокион окончил свою жизнь в преклонных годах, уже после смерти Александра Македонского. По печальной традиции афинян он попал в опалу к Народному собранию и был осужден на казнь за одну из военных неудач.

Один из соратников Фокиона, осужденный вместе с ним, по дороге на казнь роптал и возмущался. «И ты недоволен, что умираешь вместе со мной?» — пошутил Фокион.

«О, Фокион, как ты несправедливо страдаешь!» — воскликнул кто-то из пришедших к месту казни. «Несправедливо, но вовсе не странно, — усмехнулся полководец, — ведь такой конец имели многие славные афиняне».

Победы и поражения Пирра

«Пиррова победа»

Пирр, царь Эпира (область на западе Греции) увековечил себя в истории «пирровой победой», ставшей синонимом слишком большой цены победы. В сражении с римлянами при Аускулуме (279 г. до н. э.) он добился успеха, но, увидев, сколь много его воинов погибло, произнес: «Еще одна такая победа, и я останусь без войска».

Впрочем, сам великий Ганнибал, оценивая свои потери в знаменитом сражении при Каннах, воскликнул: «Другой такой победы мне не надо!»

О смысле завоеваний

Пирр был племянником Александра Македонского и мечтал повторить его завоевания. Перед походом против римлян в Южную Италию он горел нетерпением. В числе его приближенных был ученик Демосфена Киней, который спросил царя:

— Каковы твои планы, Пирр?

— Если добьюсь победы в Южной Италии, отправлюсь покорять Сицилию.

— А потом?

— Если завоюю Сицилию, двинусь против…

И Пирр перечислил еще несколько объектов для нападения. «Что же за тем, царь?» — допытывался Киней.

— Затем будем жить в мире и спокойствии, проводить время весело и в дружеских беседах.

— В таком случае, — сказал Киней, — к чему эти войны, опасности, кровопролития, когда ты уже сейчас располагаешь всеми условиями, чтобы жить мирно и в спокойствии, проводить время в пирах?

Царь не стал отвечать на этот вопрос. Плутарх же дал такой ответ: «Пирр скучал, когда сам не чинил никому зла или когда ему никто не доставлял хлопот».

Сицилия — объект раздора

Не добившись победы над римлянами в Южной Италии, царь Пирр оправился покорять Сицилию. Но и там ему не сопутствовала удача.

Отплывая от острова, он оглянулся на него и с улыбкой сказал: «Какое поле для состязаний оставляем мы, друзья, римлянам и карфагенянам!»

Рим и Карфаген действительно скоро столкнутся в ожесточенной борьбе за Сицилию в 1-й Пунической войне.

Гибель Пирра

Пирр погиб, воюя за Аргос. Мать воина, которого царь с мечом в руках преследовал по улице города, вмешалась в схватку: с крыши своего дома она обрушила на голову завоевателя тяжелую черепицу, от удара которой он через несколько минут умер.

АЛЕКСАНДР МАКЕДОНСКИЙ И ЕГО ЗАВОЕВАНИЯ

Македония, населенная фракийцами, иллирийцами и другими родственными грекам племенами, возвысилась при Филиппе II — отце Александра Македонского. После победы при Херонее (338 г. до н. э.) Филиппу удалось добиться гегемонии в Греции, которую укрепил его сын Александр, открывший новую главу в истории войн и военного искусства.

Александр Македонский (356–323 гг. до н. э.) получил разностороннее образование, его наставником был знаменитый философ Аристотель. Отец учил его военному искусству, и Александр впервые командовал отрядом воинов в 16 лет. В 338 г. он возглавлял часть македонского войска в битве при Херонее. От отца он унаследовал достаточно сильное государство, хорошо организованную и обученную армию, устроенную по греческому образцу. Многим грекам казалось, что вступление на престол 20-летнего юноши позволит им освободиться от македонского господства. Но Александр во главе армии быстро прошел в Грецию и без труда подавил там очаги восстания. Основав греко-македонский союз, он организовал и возглавил поход против Персии, что собирался, но не успел сделать его отец. Обстановка для вторжения в Персию была благоприятной: в Малой Азии имелись греческие колонии в качестве промежуточных баз, персидская армия в основном состояла из представителей покоренных Персией народов и была внутренне непрочна, к тому же в ней служило и много греческих наемников. В первом же сражении на реке Граник Александр Македонский разгромил армию Дария III. Эта победа показала слабость государства Ахеменидов и открыла перед Александром возможность достижения более крупных целей: завоевание всего полуострова Малая Азия и низвержение Ахеменидов. Эти цели были достигнуты через 4 года. Одновременно были подчинены находившиеся в зависимости от Персии Финикия, Египет и Ливия. В 329 г. македонская армия вторглась в Среднюю Азию, дошла до верховьев рек Оке (Амударья) и Яксарт (Сырдарья), покорила Бактрию и Согдиану (современный Таджикистан и часть Узбекистана). В 327 г. Александр Македонский отправился в поход для завоевания Индии. На реке Гидасп (приток Инда) он сумел добиться победы над индийской армией царя Пора, у которого было 200 боевых слонов. Дальнейшие попытки Александра развивать наступление в Индии натолкнулись на противодействие собственных войск, измотанных многими годами сражений и походов. «Копыта лошадей стерлись от далеких переходов, многочисленные сражения притупили оружие воинов; — писал один из летописцев. — Никто не имел греческого платья; лохмотья варварской и индийской добычи, кое-как скрепленные друг с другом, прикрывали покрытые шрамами тела завоевателей… Уже 70 дней с неба лили страшные дожди, сопровождаемые вихрями и бурями». В 326 г. Александр Македонский отдал приказ о возвращении, при этом часть сил двинулась назад морем, чтобы исследовать путь через Индийский океан и Персидский залив. Трудный переход армии и флота завершился весной 324 г. От голода, жары и болезней войска потеряли до 3/4 своего состава. В разгар подготовки нового похода Александр Македонский умер (в Вавилоне). Созданная им в результате завоеваний и не имевшая прочных внутренних связей империя после его смерти распалась на ряд эллинистических государств. Планировавшееся Александром Великим объединение Запада и Востока не состоялось. «Насколько он смог бы дальше изменить курс истории, можно лишь предполагать», — пишут авторы «Харперской энциклопедии военной истории».

До Александра Македонского военной стратегии как науки фактически не существовало. Он осуществил целый ряд кампаний, подчиненных определенному плану и замыслу, охватывающих большие пространства и массы людей. Много внимания уделялось созданию промежуточных баз и обеспечению тыла. Стратегия македонян имела решительный, наступательный характер: главным объектом действий всегда считалась армия противника, а основным средством ее разгрома — полевое сражение. Александр разработал тактику обходных маневров, окружения противника и взаимодействия родов войск. Он увеличил плотность фаланги и разнообразил способы ее действий, превратил кавалерию в мощную ударную и маневренную силу армии. Излюбленным тактическим приемом Александра Македонского было создание на одном из флангов перевеса сил и использование его для прорыва боевого порядка противника. Достигнутый успех подкреплялся ударами во фланг и тыл неприятеля, неотступным преследованием.

Личность македонского завоевателя, его масштабные походы, потрясшие древний мир, и многочисленные победы, ставшие образцами военного искусства, производили огромное впечатление на современников и продолжают вызывать интерес сегодня. «Созданная им империя послужила прообразом Римской державы, а позднее — образцом для Наполеона» (М. Лэннинг).

Молодость и первые походы

Честолюбие Александра

С юных лет Александр Македонский мечтал о военной славе. Услышав, что его отец, царь Филипп II, одержал очередную победу, он досадовал: «Отец мне ничего не оставит завоевать».

Его честолюбие с годами лишь росло. Уже завоевав несколько стран, Александр Македонский прочитал у Демокрита о существовании множества миров. «А я не повелеваю даже этим», — вздохнул он.

Любимая книга полководца

Один из воспитателей Александра философ Аристотель заставлял его в детстве читать «Илиаду» Гомера, повествующую о подвигах Ахилла и других античных героев, о событиях легендарной Троянской войны. Македонский не будет расставаться с этой книгой даже в дальних походах, называя ее «лучшим материалом для военного искусства». По свидетельству Онесикрита, он клал «Илиаду» на ночь вместе с мечом под подушку.

Александр Македонский

Отец предвидит будущее сына

Александр в юношеском возрасте сумел укротить коня Буцефала, с которым не могли справиться взрослые. Царь Филипп был восхищен этим и сказал сыну: «Дитя мое, ищи себе подходящее царство, Македонии тебе не хватит».

Александр осуждает отца

«Самая трудная война, которую я вел, — говорил Филипп II Македонский, отец Александра, — была война с моей супругой Олимпиадой». Когда 46-летний Филипп II развелся с женой и вступил в брак с 16-летней македонянкой, сын был разгневан. На свадебном пиру между отцом и сыном вспыхнула ссора, при этом опьяневший Филипп, не удержавшись на ногах, упал. Александр, усмехнувшись, заявил, намекая на новое супружество отца: «Вот человек, который собирался идти походом в Азию, а не в состоянии даже перейти от ложа к ложу».

Вскоре после смерти Филиппа он уничтожит молодую мачеху и ее родственников, а заодно и других возможных претендентов на македонский престол.

Союз с галлами

В своем первом самостоятельном походе Александр Македонский покорил иллирийцев, требаллов и геттов на севере Балканского полуострова. Впереди на его пути были воинственные галлы, которым он задал такой вопрос: «Кого вы, галлы, больше всего боитесь?» Те ответили, что боятся одного: как бы на них не упало небо. Александр, хоть и назвал галлов хвастунами, решил вступить с ними в союзнические отношения.

Александр Великий. Барельеф

Греция под властью Македонского

Когда в Греции вспыхнуло антимакедонское восстание, Александр быстро расправился с ним. Упорно сопротивлявшиеся Фивы он жестоко разгромил, пощадив только жрецов, а также потомков великого греческого поэта Пиндара. Испугавшийся общеэллинский съезд в Афинах постановил срыть Фивы. В дальнейшем греки (кроме лакедемонян) примкнули к завоевательным походам Александра Македонского.

Александр Македонский и Диоген

Многие знаменитые мужи Греции торопились посетить Александра Македонского, чтобы выразить ему свое почтение и уважение. Но не Диоген-философ, живший тогда у Коринфа. Прибыв в Коринф, Александр решил посетить его сам. Диоген лежал и грелся на солнце. Он лишь слегка приподнялся при виде всесильного македонского царя, а на вопрос, нет ли у него какой-нибудь просьбы, ответил: «Не заслоняй мне солнце».

Александр был поражен и, покидая философа, сказал: «Если бы я не был Александром, то хотел бы быть Диогеном».

Походы на Восток

В Азию с надеждой

Когда началась подготовка к походу в Азию против персидской державы, молодой македонский царь раздарил все свое наследственное имущество соратникам. Один из них, Пердикка, спросил: «А себе, царь, что же ты оставляешь?» — «Надежду», — улыбнулся Александр.

В изложении Юстиана ответ Александра гласил: «Мне будет достаточно Азии».

Начало великого похода

При переправе через Геллеспонт (Дарданеллы) Александр Македонский сам вел корабль, направляя его к месту на берегу, на которое, по преданию, высаживались ахейцы — герои «Илиады» Гомера. Когда суда приблизились к берегу, Александр бросил копье, и оно воткнулось в землю Азии.

Спрыгнув на землю первым, царь Македонии начал поход за всемирным величием.

Александр у Граника

Переход через реку Граник был опасен: на противоположном крутом берегу армию Александра Македонского поджидала персидская армия Дария III. На уговоры военачальников повременить с переправой Александр ответил: «Мне было бы стыдно, что я без труда преодолел Геллеспонт, а этот крохотный ручеек помешает мне переправиться сейчас же».

Подарок Афинам

Вслед за переправой через Граник состоялось первое сражение с персами, принесшее победу греко-македонскому войску Александра Македонского. Победителям достались богатые трофеи. 300 комплектов персидского вооружения полководец отправил в Афины в качестве приношения богине Афине Палладе. Он велел сопроводить приношение лентой с надписью: «Александр, сын Филиппа, и эллины, кроме лакедемонян». (Как уже говорилось, Спарта отказалась участвовать в походе македонян.)

«Гордиев узел»

С персидским походом Александра Македонского связано рождение фразеологизма «разрубить Гордиев узел». Прибыв в город Гордий, македонский царь посетил дворец древних фригийских царей (Гордия и его сына Мидаса). В нем находилась знаменитая колесница, удерживаемая хитроумным узлом из лыка дикой вишни. Существовало предание, что развязавший этот узел овладеет Азией. Александр выхватил меч и разрубил его.

Необычные пленники Александра

В сражении при Иссе греко-македонское войско вновь одержало победу над армией Дария III. В плен к победителям попали мать Дария, одна из его жен и две дочери.

В лагере персидского царя были взяты в плен: 329 певиц, 46 венкоплетов, 277 поваров, 40 парфюмеров, 17 служителей для приготовления питья, 70 — для горячих ванн и т. д.

Не следует подражать побежденным

Завоевывая богатую Персию, македонские военачальники стали впадать в роскошь и изнеженность. Александр Македонский, заметив это, обратился к ним с такой речью:

— Разве вы не видите на примере персов, что нет ничего более рабского, чем роскошь и нега, и нет ничего более царственного, чем труд? Сможет ли кто из вас теперь сам ухаживать за своим конем, чистить копье и шлем?.. Разве вы не знаете, что главное условие победы заключается в том, чтобы не делать того, что делают побежденные?

Битва греко-македонского войска с персами при Иссе. 333 г. до н. э.

Отличие Александра от Пармениона

После сокрушительных поражений при Гранике и Иссе Дарий III хотел любой ценой заключить с Александром Македонским мир. Он сообщил ему, что готов отдать всю Малую Азию, Сирию, Финикию, Палестину и Египет, а также одну из дочерей в жены.

Александр объявил об этих предложениях персидского царя на совещании военачальников. Старейший из них, Парменион, заявил: «Если бы я был Александром Македонским, то на этих условиях прекратил бы войну». Усмехнувшись, предводитель македонян ответил: «Если бы я был Парменионом, то так бы и поступил, но я — Александр». Война была продолжена.

Македонский — «сын Зевса-Амона»

В 333–332 гг. до н. э. Александр Македонский освободил от персидского господства Финикию, Египет и Ливию. Дельфийские жрецы-оракулы признали его сыном египетского бога Амона. Александр требовал, чтобы его признали сыном бога и в Греции. Этому дольше других противилась Спарта. Наконец, спартанское собрание постановило: «Так как Александр хочет быть сыном бога Зевса, пусть будет им».

Так царь македонян стал сыном Зевса-Амона.

Кровь человека

В одной из стычек с противником Александр, «сын богов» Зевса и Амона, был ранен стрелой. Преодолевая боль, он сказал подбежавшим к нему воинам: «Это, друзья, течет кровь, а не божественная влага, струящаяся из бессмертных богов».

Сражение у Гавгамел

Настигнув персидскую армию у Гавгамел, македоняне опасались, что Дарий, как это уже бывало, уклонится от сражения. Военачальник Парменион предложил напасть на персов немедленно, ночью, застав их врасплох. «Я не краду побед», — был ответ Александра.

Утром Парменион еле разбудил крепко спавшего Македонского и упрекнул его: «Ты спишь, будто победа уже одержана». Тот, засмеявшись, ответил: «Поскольку Дарий не отступил и согласился принять сражение, теперь нам опасаться нечего».

Александру доложили о разговорах среди солдат, что добычу они хотели бы оставить себе, а не отдавать в царскую казну. «Это хорошие вести, — улыбнулся полководец, — я слышу разговоры мужей, приготовившихся победить, а не бежать».

Монета с изображением Александра Македонского в виде бога Амона

Нефть — богатство востока

После разгрома персов у Гавгамел армией Александра Македонского были заняты Вавилония, Сузы, Персеполь. В Вавилонии местные жители познакомили Александра с неизвестной ему черной жидкостью и продемонстрировали ее необычные свойства. Они пролили струю жидкости вдоль улицы, которая вела к дому, где остановился македонский царь, и, когда стемнело, произвели воспламенение жидкости на дальнем конце улицы. Изумленный полководец наблюдал, как огненная дорога мгновенно пробежала длинный путь по направлению к его дому, озарив все вокруг. То была нефть, об огромном будущем которой Александр и его современники не подозревали.

Размышления у статуи Ксеркса

Персеполь («город персов») был отдан на разграбление македонским солдатам. Увидев сброшенную на землю статую персидского царя Ксеркса, Александр Македонский остановился и произнес: «Что же, нам бросить тебя лежащим за твой поход на Элладу или за твою доблесть и благородство поднять?»

Долго простоял он у статуи некогда великого царя, а потом молча ушел.

Новый Ахеменид

Александр Македонский неотступно преследовал бежавшего Дария III. Одновременно он вынашивал идею ликвидировать вечное противостояние Запада и Востока, стать отцом-государем для всех покоренных народов.

Дарий был смертельно ранен своими же приближенными и брошен умирающим. Подъехав к нему, Александр бережно накрыл его своим плащом, преклонил колени… Когда он поднялся, то это был уже не македонский царь, а новый Ахеменид, правитель западных и восточных народов, Великий царь.

Триумфальный въезд Александра Македонского в Вавилон

Александр правит по-персидски

Александр Великий стал перенимать персидские обычаи, ритуалы и даже одежду. В этом с ним соглашались далеко не все близкие соратники. Например, Гефестион ему подражал, а Кратер, хотя и оставался верным помощником царя в военных делах, продолжал строго придерживаться македонских обычаев. Александр говорил, что Гефестион — друг Александра, а Кратер — друг царя.

Клит, открыто выступивший против Александра-«перса», был убит им, жертвой новой политики царя позже пал и старейший македонский военачальник Парменион.

Женой царя стала персиянка Роксана, родившая ему сына, названного Александром.

Лошади денег не едят

Некоторые сатрапы, которых Александр назначал для управления покоренными землями, своевольничали и использовали свои полномочия в корыстных целях. В Сузах сатрап Абулит не заготовил своевременно продовольствие и фураж, как ему было велено, а по прибытии войск попытался откупиться огромной суммой в 3 тыс. талантов. Александр приказал засыпать эти деньги лошадям в кормушки. Те, естественно, не притронулись к такому «корму». «Что пользы нам от твоих припасов?» — сказал Македонский Абулиту. Он велел арестовать его, а затем казнил.

Предсказание йога

Индийский йог Калан продемонстрировал Александру самосожжение на костре, объявив, что встретится с ним в Вавилоне (предсказание о месте смерти Македонского сбудется). После демонстрации своего опыта сам йог остался, естественно, невредим.

Триумф Александра Македонского в Индии

Имя обязывает

Как-то Александру доложили, что один молодой воин переменил свое имя и называет себя, по примеру своего полководца, Александром. Македонский позвал к себе этого воина и с улыбкой сказал:

— Я не против того, чтобы ты назывался Александром, но учти: теперь тебе и в сражениях следует помнить, чье имя ты носишь.

Из жизни Александра

Александр о царских милостях

Александр Македонский не любил, когда кто-либо отказывался от царских милостей, потому что видел в этом проявление независимости.

Когда афинский политический деятель Фокион отказался принять от него подарок, Александр написал ему, что не считает своими друзьями тех, кто у него ничего не просит.

Некто Перилл попросил у царя денег для приданого своим дочерям. Македонский велел дать ему 50 талантов. Удивленный такой большой суммой, Перилл сказал, что и 10 талантов хватило бы.

— Тебе довольно взять, но мне не довольно дать, — ответил царь.

Полководцу больше нравится Ахилл

У Александра, большого ценителя «Илиады», спросили, кого он больше любит: Ахилла или Гомера? «Это то же самое, — отвечал он, — если бы меня спросили, чем я хочу быть: барабаном, возвещающим победу, или самим победителем?»

Мысли о смертности

Александр Великий говорил, что сон и близость с женщиной более всего другого заставляют его ощущать себя смертным.

* * *

Александр Македонский умер от тропической лихорадки в Вавилоне в возрасте 32 лет (по одной из версий, он был отравлен). Огромное государство почти сразу же распалось. Его мать Олимпиада, жена Роксана и сын Александр будут убиты.

ДРЕВНИЙ РИМ И ЕГО ВОЙНЫ

История Древнего Рима традиционно делится на три основных периода: так называемый Царский (754–510 гг. до н. э.), рабовладельческой республики (510–27 гг. до н. э.) и Римской империи (27 г. до н. э. — 476 г. н. э.). В преданиях упоминаются семь правивших в VIII–VI вв. до н. э. царей. После изгнания последнего царя Тарквиния Гордого в Риме была установлена республика. Городу, первоначально имевшему в подчинении незначительную прилегающую территорию, пришлось более 200 лет вести борьбу за свое существование и утверждение на Апеннинском полуострове. Упорными противниками Рима в этот период были этруски, латины, вольски, самниты. В результате побед в Самнитских войнах 343–290 гг. до н. э. и в войне против Эпирского государства римская экспансия вышла в Средиземное море. Соперничество Рима с Карфагеном (городом-государством в Северной Африке) привело к 1-й Пунической войне (264–241 гг. до н. э.), которая велась из-за обладания Сицилией и господства в западной части Средиземноморья. Проиграв эту войну, Карфаген жаждал вернуть себе утраченные позиции, что привело к новой Пунической войне 218–201 гг. до н. э. Ее главным героем долгое время был карфагенский полководец Ганнибал, нанесший противнику ряд сокрушительных поражений. Самым крупным его успехом была победа при Каннах. Но военные возможности и стратегия Рима взяли верх и в этой войне. Сципиону удалось перенести военные действия на территорию Карфагена и сражением у Замы завершить войну в пользу Рима. В 3-й Пунической войне (149–146 гг. до н. э.) римская армия окончательно разрушила карфагенское государство. Рим распространил свою власть почти на все Средиземноморье.

Образовавшийся в 60 г. до н. э. триумвират Красса, Помпея и Юлия Цезаря был шагом на пути упразднения республиканской демократии и перехода к единоличному, абсолютистскому правлению. Этому способствовали такие обстоятельства, как обострение внутренних противоречий рабовладельческого общества, участившиеся восстания рабов, интересы внешней экспансии. Юлий Цезарь, проявив выдающиеся полководческие способности, осуществил новые крупные завоевания, добравшись даже до Британии. В результате под властью Рима к середине I в. до н. э. оказалась большая часть Западной Европы. Опираясь на свою победоносную армию, Цезарь развязал гражданскую войну и вышел из нее победителем, нанеся поражение войскам Гнея Помпея. Преемник Юлия Цезаря Август Октавиан, став императором в 27 г. до н. э., окончательно утвердил Рим в качестве крупнейшей мировой державы — Римской империи. В I–II вв. до н. э. она достигла максимальных границ.

«Pax Romana» — «Римский мир», мир под властью Рима был внутренне непрочен. Кризис рабовладельческого способа производства, деградация римских господствующих классов и наступление энергичных «варваров» с севера и востока подтачивали его могущество. Он не выдержал натиска «великого переселения народов», всплеск которого был связан с появлением в Европе гуннов. Наступление объединившихся племен с Рейна и Вислы против общего врага находило поддержку среди рабов, колонов, ремесленников. В итоге многолетней борьбы Рим в V в. пал. Его наследие отчасти переняла выделившаяся из него в 359 г. Восточная Римская империя, Византия.

В истории Римского государства огромную роль играла армия. В ходе своей эволюции она прошла путь от едва обученной милиции (ополчения) до профессионального, постоянного войска, имевшего четкую организацию, офицерский состав, штаб, арсенал оружия, снабжение, военно-инженерные подразделения. Для несения военной службы отбирались мужчины в возрасте от 17 до 45 лет, граждане 45–60 лет во время войны несли гарнизонную службу. Много внимания уделялось обучению войск. Римская армия имела лучшее по тому времени оружие, строгую воинскую дисциплину, богатый боевой опыт. Основным родом войск была пехота, которой помогала кавалерия, игравшая вспомогательную роль, а основной организационной и тактической единицей армии был легион. Первоначально он состоял из центурий, с II в. до н. э. — из манипул, получивших относительную тактическую самостоятельность и повысивших маневренные возможности легиона. С конца II в. до н. э. в связи с переходом от ополчения к постоянной армии легион стал состоять из 10 когорт по 3 манипулы в каждой. Боевой порядок строился в две линии по 5 когорт. При Юлии Цезаре легион имел численность в 3–4,5 тыс. человек, в том числе 200–300 всадников, стенобитную и метательную технику, обоз. Август Октавиан унифицировал численность легиона, установив его равной 6 тыс. человек; в его распоряжении было 25 таких легионов. В отличие от древнегреческой фаланги римский легион обладал высокой подвижностью, мог сражаться на пересеченной местности, эшелонировать силы для сражения. На флангах боевого порядка располагались легкая пехота и кавалерия. Военная стратегия римлян использовала и флот, но отводила ему вспомогательное значение. Римские полководцы с большим искусством применяли маневр войсками, положили начало созданию и использованию в бою резерва.

Римляне со знанием дела сооружали полевые укрепления, лагеря, широко применяли технические устройства при осаде крепостей, умели быстро навести мосты. Ставшую снижаться в период кризиса рабовладельческого общества боеспособность войск императоры стремились компенсировать оборонительными сооружениями на границах государства: такими были Адрианов вал на территории Британии, Траянов вал в низовьях Дуная, Триполитанский вал в Северной Африке и др. С закатом Рима армия все больше комплектовалась наемниками из «варваров», ухудшался ее состав и боевые качества, на смену манипулярному строю легиона снова пришла малоподвижная фаланга.

События военной истории и военное искусство Рима нашли свое отражение в трудах Вегеция, Полибия, Тита Ливия, Плутарха, Аппиана, Фронтина, Онисандра, в мемуарах Юлия Цезаря.

Рим VI–IV вв. до н. э.

Подвиг Сцеволы

В конце VI в. до н. э. римский царь Тарквиний Гордый был свергнут и наступил период Римской республики. Одним из первых ее героев стал Гай Муций Сцевола.

Когда Рим осадили этруски, юный Сцевола пробрался в их лагерь с намерением убить царя этрусков Порсену. Но он был схвачен. Царь приказал его допросить с применением пыток. «Это излишне», — сказал Сцевола. Он подошел к горевшему жертвенному огню, сунул туда правую руку и, не изменившись в лице, страстно заговорил о своей родине и непреклонном желании римлян ее отстоять. Потрясенный Порсена отпустил юношу и утром предложил Риму мир.

Муций Сцевола, навсегда изувечивший себе руку, стал «Сцеволой-левшой». Сенат наградил его земельным участком за Тибром («Муциевы луга»).

Тит Манлий жертвует сыном

Беспокойными соседями римлян были латины. Для военных действий против них было собрано войско, возглавить которое римский сенат поручил консулу Титу Манлию. Но в войске не было дисциплины. Когда Манлий послал на разведку конную группу, он строжайше запретил ей ввязываться в бой, чтобы не обнаружить себя, однако запрет был нарушен. Главным ослушником оказался сын консула — Манлий-младший. Отец проявил беспощадность: он велел казнить сына. Такой поступок потряс римское войско и резко подтянул в нем дисциплину. После одержанной победы Манлий со слезами на глазах произнес: «Я отомстил за тебя, сын! И показал, что такое дисциплина. Я спас Рим, значит, я был прав».

Римские пехотинцы

Судьба Кориолана

Сложной судьбе римского полководца Кориолана (V в. до н. э.) посвящены одноименная драма Шекспира и увертюра Бетховена.

Гай Марций — таково его подлинное имя — вначале прославил Рим взятием города вольсков Кориолы. За это солдаты объявили его Кориоланом. Но вскоре за высокомерное отношение к простому народу (плебеям) патриций Кориолан был изгнан из Рима. В городе остались его мать, жена, дети. Он решился на измену: перешел на сторону вольсков и повел их на Рим.

У стен города мать со слезами на глазах пала к его ногам, заклиная одуматься. «Ты победила, — вздохнул Кориолан, поднимая ее. — Это спасет Рим, но меня погубит!»

После отступления вольсков в Риме был выстроен храм, посвященный Женскому счастью. Кориолан же действительно погубил себя: он пал от рук разочаровавшихся в нем вольсков.

Нашествие галлов на Рим

В начале IV в. до н. э. состоялось первое нашествие галлов на Рим. В июле 390 г. они вошли в город, тогда не огражденный, и осадили Капитолий. Эта осада продолжалась семь месяцев, и однажды, по легенде, гуси спасли Рим. Но силы осажденных были на исходе и они решили откупиться от врагов золотом. Пригласили галлов, принесли золото и стали взвешивать. Галлы, желая получить больше золота, пытались наклонять чашу весов, римляне же не позволяли этого делать. Тогда командир галлов Бриенн снял с себя тяжелый меч и бросил его на весы. «Что это значит?» — спросили римляне. — «Это значит — горе побежденным!» — заявил галл.

В этот момент раздался голос: «Римляне спасают честь не золотом, а железом!» Этот возглас принадлежал полководцу Камиллу, которому удалось пробиться в Капитолий. Он с войском изгнал галлов из Рима. «Камилл возвратил Риму Рим» — так говорили об этом полководце несколько столетий.

Гуси выручают Рим

Во время осады римского Капитолия галлами защитники цитадели после напряженного дня крепко уснули. Галлы уже подбирались к стенам, но тут из храма Юноны вышли гуси с громким гоготом, который разбудил римлян. Так «гуси спасли Рим».

Существовали разные мнения о том, что же побудило гусей к такому поведению. По религиозной версии, эти птицы, считавшиеся в Риме священными, почувствовали приближение врага и оповестили о нем. По другой версии, более прозаической, гуси были очень голодны и вышли на улицу, чтобы напомнить людям о себе.

Римский всадник

Драма в Кавдинском ущелье

«Пройти под ярмом» — один из исторических фразеологизмов, появившийся в годы войны римлян с самнитами. Он связан с одним из неудачных для римского войска дней в 319 г. до н. э. С помощью хитрости самнитам удалось заманить противника в Кавдинское ущелье и окружить его там. Предводитель самнитов Понтий обещал римлянам отпустить их при условии сдачи оружия и унизительной процедуры прохождения под ярмом — сооружением из двух копий, воткнутых в землю, и положенного на них третьего копья.

Римское войско возмутилось, но консул Луций Лентул произнес такую речь: «Если армия спасется, то она будет иметь время, чтобы смыть свой позор. Но если не спасти ее, то, несмотря на славную смерть, Рим и свобода погибнут навсегда». Унизительная процедура состоялась.

В конечном итоге победа в Самнитских войнах осталась за Римом.

Борьба Рима с Ганнибалом

Рим выбирает войну

Противоборство Рима с Ганнибалом, карфагенским полководцем, составило яркую страницу античной истории.

После того, как Ганнибал захватил в Испании союзный римлянам город Сагунт, Рим взволновался. В Карфаген срочно прибыло римское посольство во главе с сенатором Квинтом Фабием. На заседании карфагенского государственного совета Фабий, подобрав полу своей тоги так, что образовалось углубление, заявил: «Здесь мы приносим вам войну или мир — выбирайте!» Один из карфагенских суфетов, председательствовавший на заседании, ответил: «Дай из них то, что пожелаешь сам». Наступила тишина. Фабий приподнялся и, распустив тогу, воскликнул: «Я даю вам войну!»

Так началась 2-я Пуническая война, затянувшаяся на 17 лет (218–201 гг. до н. э.).

Ганнибал видит сон

В юности Ганнибал дал клятву отцу, полководцу Гамилькару Барке[2], в вечной ненависти к римлянам. И вот, находясь со своим войском в Испании, он задумал неслыханное: перейти через Альпы и вести боевые действия на территории самой Италии.

Перед альпийским переходом Ганнибал увидел сон: юноша божественной наружности предлагает провести его в Италию при условии не оглядываться назад. Юноша ведет его по узкой дороге, в конце которой Ганнибал все же оглядывается. Он видит огромного змея и грозовую тучу, ударяющую змея молнией. «Что это означает?» — спросил Ганнибал. — «Беду и разорение для Италии, — ответил юноша. — Но ты оглянулся, гляди: туча расходится…»

Победа у Тразименского озера

В переходе через Альпы Ганнибал потерял почти половину своего войска, но горные кручи были пройдены за 15 дней. Римские легионы, находившиеся в Северной Италии, оказались не готовы к сражению и были рассеяны. Тогда навстречу Ганнибалу двинулся с новыми легионами консул Фламиний. С собой он захватил обоз с цепями и кандалами для будущих пленников.

Противники, встретившись у Тразименского озера, сражались с таким пылом, что не обратили внимания на происходившее в это время землетрясение. Фламиний был наголову разбит, сам он погиб, тело консула не найдено.

Карфагенский полководец Ганнибал

«Бояться за Родину не постыдно»

Рим был встревожен первыми победами Ганнибала и направил сражаться против него многоопытного Квинта Фабия. От него ждали решительных действий, но мудрый консул не торопился, он начал отступать и маневрировать, избегая сражений. В Риме у недовольных его тактикой он получил прозвище «Кунктатор» («Медлитель»). Впоследствии в разных странах так будут называть многих осторожных полководцев, включая русского фельдмаршала Кутузова.

В ответ на насмешки и обвинения в робости, звучавшие отовсюду, Фабий спокойно отвечал: «Бояться за Родину — не постыдно».

Триумф Ганнибала под Каннами

Вместо Фабия-«Кунктатора» римский сенат направил против Ганнибала двух новых консулов — Эмилия Павла и Теренция Варрона. Приближались Канны — едва ли не самое знаменитое сражение в мировой истории.

Что же произошло под Каннами 2 августа 216 г. до н. э.? Каким образом 50-тысячной армии Ганнибала удалось окружить и уничтожить 80-тысячную римскую армию? Схема сражения, тысячекратно изученная, кажется простой: полумесяц боевых порядков Ганнибала, вначале выгнутый вперед, в ходе сражения, по замыслу полководца превращался в полумесяц, выгнутый назад, пока его «рога» не сомкнулись.

Большую роль сыграла неопытность Теренция Варрона, командовавшего в этот день римской армией. Когда он, желая помочь своей пехоте, спешил конницу, Ганнибал с удовольствием заметил: «Это все равно, что отдать их мне связанными по рукам и ногам».

Ганнибал и Варрон: сравнение двух полководцев

В битве под Каннами тщательный расчет опытного Ганнибала, с одной стороны, и неопытность Варрона, с другой, были очевидны во всех действиях полководцев. Верх тщательности Ганнибала: он учёл даже смену ветра в течение дня, так что к началу сражения сильный ветер дул в лицо противнику. Верх неопытности Варрона: перед самым началом сражения он не препятствовал переходу на его сторону около 600 нумидийцев-перебежчиков и отправил их в тыл своей армии. В решающий момент они достали спрятанные короткие мечи и ударили в спину римлянам.

Печальная слава Варрона

Трудно установить, кто из военных историков первым сделал вывод «Всякие Канны имеют своего Варрона».

Немецкий военный деятель и теоретик А. Шлиффен в своем труде «Канны» писал, что для такого удивительного сражения «необходимы были с одной стороны — Ганнибал, а с другой — Варрон».

Рим в опасности

После жестокого поражения под Каннами Рим осознал степень опасности, исходившей от Ганнибала. Римский сенат запретил женщинам проливать слезы, отказался от обмена военнопленных и под лозунгом «Отечество в опасности!» поднял на борьбу все население. Главный виновник позора Канн полководец Варрон не только не был осужден, но и получил почести за мужественное поведение.

Почему Ганнибал ушел от Рима

После победы под Каннами Ганнибал подошел к Риму, но, поколебавшись, отказался от возможности атаковать и захватить столичный город противника. Его сподвижник Махарбал заметил по этому поводу: «Не все, конечно, дают боги одному человеку. Ты, Ганнибал, умеешь побеждать, но пользоваться победой ты не умеешь».

Вопрос о том, почему Ганнибал, приблизившись к Риму, ушел от него, обсуждается в исторической литературе до сих пор. Большинство отдает должное стратегическому чутью Ганнибала. Он жил задолго до Наполеона, который поторопился двинуться на Москву и взять ее, чем приблизил свое поражение. Ганнибал не стал ускорять победу римлян. Его расчет был на отход от Римского государства союзников и помощь родного Карфагена.

О личности Ганнибала

Сохранилось немало отзывов о личных качествах Ганнибала. Римский историк Тит Ливий писал о нем: «Не было такого труда, от которого бы он уставал телом или падал духом. Первым устремлялся он в бой, последним оставлял поле сражения… Его жестокость доходила до бесчеловечности, его вероломство превосходило даже общеизвестное пуническое вероломство».

Древнегреческий историк Полибий подчеркивал: «Единственным виновником и душой всего, что претерпели и испытали обе стороны, римляне и карфагеняне, я считаю Ганнибала. Столь велика и изумительна была сила одного человека, одного ума».

Немецкий историк Т. Моммзен отмечал, что, возглавляя разноплеменное войско, Ганнибал «умел заменить солдатам Отечество своей личностью. Во время продолжительной военной жизни солдат находил в лагере полководца свое отечество, а патриотизм заменяла привязанность к нему».

Стратегия Квинта Фабия

После поражения у Канн Рим, довольно быстро восстанавливавший свои силы, вновь поставил во главе войск осторожного Квинта Фабия. Теперь он получил полную возможность осуществлять свою стратегию, которая определялась так: «Надо уметь выиграть войну без сражений».

Фабий-«Медлитель» повел выжидательно-оборонительную войну, не отдалясь от противника, но и не вступая с ним в сражения. Это был прообраз позиционных войн будущего, включая современную «стратегию непрямых действий».

Минуций кается перед Фабием

Прикрываясь горами и ущельями, Квинт Фабий неотступно следовал за Ганнибалом, как бы вызывая того на бой, но избегая крупных столкновений. Такая тактика не нравилась начальнику римской конницы Минуцию. Отделившись от Фабия, он решил атаковать Ганнибала и был тут же разбит. Карфагенский полководец пошутил: «Наконец-то гроза, долго ходившая по горам, разразилась дождем».

Вернувшись к Фабию, удрученный Минуций покаялся перед ним: «Не раз случалось мне слышать, что выше всех стоит мудрый советник, на втором месте — тот, кто прилежно исполняет умные советы, а на самом последнем месте — тот, кто и сам ничего не соображает, и другому повиноваться не хочет. Я был не прав, Фабий».

Фабий, не желающий сражаться

Пытаясь вызвать Квинта Фабия на сражение, Ганнибал писал ему: «Если Фабий такой великий полководец, как он себя считает, то должен вступить в долину и дать сражение». Римский полководец без смущения отвечал: «Если Ганнибал такой великий полководец, как о себе думает, то пусть принудит меня дать это сражение».

Неудавшаяся хитрость

Двигаясь по Италии, Ганнибал дошел до земельных владений своего противника — римского полководца Фабия. Применяя очередную хитрость, он не стал трогать этих владений, чтобы посеять в Риме подозрения насчет своих отношений с Фабием. Но последний был начеку и на всякий случай объявил, что передает эти земли соотечественникам в общественное достояние.

Рим не боится Ганнибала

Решившись, наконец, двинуться к Риму, разбив вблизи него лагерь, Ганнибал был неспокоен. К тому же римляне, доказывая, что не боятся его, в это время отправили из города подкрепление в Испанию. Поле, на котором располагался лагерь Ганнибала, по стечению обстоятельств утратило хозяина, и власти Рима продали его по обычной цене новому владельцу. Ганнибал был взбешен. В качестве ответной меры он велел объявить, что назначает к продаже все торговые лавки на римском Форуме.

Почему не состоялась битва за Рим

Спустя пять лет после первого наступления на Рим у стен «вечного города» карфагенские войска вызвали на сражение противника. В то время, когда обе стороны выстраивались для решительной битвы, небо будто взъярилось: начался сильнейший ливень с градом, сделавший и войска, и местность непригодными для сражения. Когда же враги разошлись, небо сразу очистилось, наступили тишина и покой. Было удивительным, что на следующий день повторилось то же самое. Подчиненные Ганнибала сочли это наихудшим предзнаменованием. «Пять лет назад брать Рим не решился я сам, теперь же за меня решила природа», — сказал Ганнибал и увел войска на юг Апеннин.

В Риме все случившееся было воспринято, как чудо. На том месте, откуда грозный карфагенский полководец начал свое движение от города, был воздвигнут алтарь в честь бога «Возвратителя» (Rediculus) или «Охранителя-Возвратителя» (Titunus-Rediculus).

Падение Сиракуз и гибель Архимеда

В ходе войны Рима и Карфагена Сицилия перешла на сторону Ганнибала, но посланный на Сицилию Марк Клавдий Марцелл силой оружия вновь заставил ее покориться Риму. Наибольшее сопротивление римлянам оказал город Сиракузы, где одним из организаторов обороны был великий ученый Архимед. Он создал ряд машин, поражавших противника со стен города, изобрел новые фортификационные сооружения.

Ворвавшиеся в Сиракузы римляне учинили разгром и убили Архимеда, когда тот среди мечущихся людей спокойно чертил что-то на песке.

Опасный Марцелл

Вышеупомянутый Марцелл был первым римским полководцем, сумевшим нанести Ганнибалу ощутимое поражение (под Нелой). Он действовал умело как нападая, так и обороняясь. Ганнибал говорил: «Даже проигрывая, Марцелл старается схватить победителя за горло».

Ганнибал предвидит участь Карфагена

Ганнибал в Италии фактически не получал никакой помощи из Карфагена. Его временные союзники были ненадежны. Главная надежда — брат Гасдрубал, шедший к нему на помощь из Испании, был разгромлен римскими консулами Клавдием Нероном и Марком Ливием. Когда голову убитого Гасдрубал а римляне перебросили через ограждение лагеря Ганнибала, он горестно произнес: «Теперь я вижу злосчастную судьбу Карфагена!»

Самодовольный Марк Ливий

Когда войско Гасдрубала было разбито у реки Метавр, римские командиры предлагали Марку Ливию преследовать карфагенян до полного уничтожения. Консул самодовольно заявил: «Пусть останется кто-нибудь, чтобы известить о нашей победе».

Ливий и Фабий спорят о славе

Город Тарент, потерянный Марком Ливием, через некоторое время был освобожден войсками Квинта Фабия. Желая преуменьшить славу последнего, Ливий утверждал, что Тарент был взят с его помощью. Фабий по этому поводу пошутил: «Конечно, если бы Ливий его не потерял, то мне нечего было бы возвращать».

Сципион и поражение Ганнибала

* * *

Полководцем, в конце концов превзошедшим Ганнибала, станет Публий Корнелий Сципион. В 216 г. 19-летний трибун Сципион был одним из немногих римских офицеров, которым посчастливилось уцелеть при разгроме у Канн. В ходе войны он потерял отца, брата, дядю и тестя. Жажда возмездия, ум и честолюбие способствовали его энергичной и удачной боевой деятельности, росту полководческого таланта.

Как надо готовиться к войне

Прибыв к римским войскам под Нуманцию в Испании, Сципион изгнал из военного лагеря торговцев, запретил офицерам иметь слуг и париться в банях. По его приказу из лагеря были удалены кровати, столы и бокалы (последние заменены на глиняные стаканы). Отныне римские воины обедали стоя, обходились простой пищей, спали на жестких лежанках, усиленно занимались боевой подготовкой.

Сципион увольняет Меммия

Признав военную непригодность трибуна Меммия, Сципион отправил его из войск, сказав ему с усмешкой: «Считай, что для меня ты негоден временно, но знай, что для себя и государства ты негоден всегда».

Победа — в правой руке

Заметив, что один воин хвалится своим красивым щитом, Сципион с улыбкой напомнил ему: «Римлянину стыдно полагаться более на левую руку, чем на правую».

Роль военачальника в войне

Отряд нуманцийцев, воевавший на стороне карфагенян, был обращен солдатами Сципиона в бегство. Старики напомнили бежавшим, что нуманцийцы всегда были храбрым народом и упрекнули их:

— Разве вы бились не с теми же римлянами, которых мы много раз прогоняли?

— Это правда, — отвечал один из воинов, — овцы — те же, но пастух у них другой.

Римский полководец Сципион Африканский

Дерзкий план Сципиона

Заслужив в сражениях авторитет освободителя Испании от карфагенян, Сципион вернулся в Рим, затем возглавил войска на Сицилии. Размышляя о ходе войны, он выдвинул необычный план: наступать не против Ганнибала в Италии, а против самого Карфагена в Северной Африке. Квинт Фабий-«Медлитель» назвал этот план сумасбродством, но удачливый Сципион верил в свой звездный час. В притихшем зале римского сената прозвучали его слова: «Долг истинного мужа и полководца — пользоваться счастьем, когда оно дается нам в руки». Зачарованный словами и личностью Сципиона сенат не решился запретить ему действовать по своему усмотрению.

«Это не пожар, а Сципион»

На Сицилии Сципион подготовил вторжение в Африку. И вот он уже на берегу африканского континента. В своем первом сражении он действовал жестоко и коварно: напал ночью на спящий лагерь карфагенян, начав с его поджога. Когда в лагере раздались крики «Пожар!», пробудившийся ото сна военачальник карфагенян сказал: «Это вовсе не пожар. Это — Сципион. Незачем тушить огонь, надо спасаться».

Ганнибал устал воевать

Торгашески своекорыстный Карфаген, фактически не оказывавший Ганнибалу в Италии никакой помощи, срочно отозвал его с Апеннинского полуострова для защиты от войск Сципиона и спасения государства. Получив под свое начало наспех собранные войска из молодежи, Ганнибал на этот раз не торопился сражаться: свою войну он уже проиграл. Встретившись на переговорах под Замой со Сципионом, он предложил: «Лучше мир, чем надежда на победу, потому что мир, Сципион, — в твоих руках, победа же — в руках богов».

Но условия мира, предложенные великим Ганнибалом, 33-летний Сципион отверг со словами: «Нет, такой мир непереносим. Я буду сражаться за другой мир».

Карфаген получил по заслугам

В сражении при Заме (202 г. до н. э.) Сципион взял верх над Ганнибалом. Власти Карфагена были в отчаянии, тогда как Ганнибал… улыбался. На злобные нападки по этому поводу он ответил: «Мой смех — от горя, и он уместнее и пристойнее, чем ваши гнусные слезы». Во время споров в государственном совете полководец в ярости стащил с трибуны оратора, призывавшего к новому сопротивлению римлянам.

Кто из полководцев самый великий

Карфаген сдался на милость Риму. Ганнибал был объявлен врагом отечества, его имущество конфисковали, дом срыли до основания. Так отблагодарила его Родина за военную славу. Он нашел временное прибежище в Сирии, у царя Антиоха. Однажды во дворце Антиоха состоялась встреча Ганнибала со Сципионом. Последний спросил:

— Кого ты считаешь самым лучшим полководцем, Ганнибал?

— Александра Македонского, — ответил тот, — ибо он покорил огромное царство.

— А кому ты отдаешь второе место?

— Пирру, царю Эпира. А на третье место ставлю себя, я в Италии завоевал двести городов.

— А на какое бы место ты себя поставил, если бы я не победил тебя?

— Выше всех, — не задумываясь, ответил Ганнибал, улыбнувшись.

Так он, то ли в шутку, то ли всерьез, признал Сципиона уже не вполне человеком, а полубогом, которого нельзя ставить в один ряд с земными полководцами.

К чему жадны римляне

Сирийский царь Антиох, продолжая дело Ганнибала, объявил войну Риму. У Магнесии против 30-тысячной армии Сципиона и его младшего брата Люция Антиох выставил 80-тысячную армию. «Как ты полагаешь, — спросил царь у Ганнибала, — не достаточно ли всего этого для римлян?» — «О, вполне достаточно, — со скрытой иронией ответил карфагенянин, — хотя римляне и очень ненасытны». Многочисленное войско Антиоха было полностью разгромлено.

Сципион не претендует на славу

Победы Сципиона и его армии при Заме и Магнесии, как отмечают многие историки, изменили лицо мира. Отныне скромный Рим резко возвысился, став мировой державой.

За свои военные подвиги Сципион получил почетную приставку к своей фамилии — «Африканский». Человек выдающихся военных и государственных талантов, он получил в Риме скромную должность цензора, заседал в сенате со скучающим видом, зато много читал и размышлял наедине с собой. «Я никогда не бываю так занят, когда ничем не занят, — говорил он, — и никогда не бываю менее один, чем когда я один».

Народ не дает в обиду полководца

Загадочный и полулегендарный Сципион был одним из объектов нападок со стороны «римского Демосфена» — Марка Катона. Тот обвинял прославленного полководца в коррупции, стремлении к власти в государстве и добился привлечения его к суду. Народный суд на римском Форуме вылился в триумф Сципиона. Победителю Ганнибала было достаточно напомнить, кто он, и народ по его призыву пошел обходить храмы города, славя военное величие Рима.

Прощание Сципиона

Не зная счастья в беспокойном Риме, Сципион уехал жить в Кампанию, на берег моря, где и умер. Сенека вложил в уста Сципиона такие слова: «Пользуйся без меня моим благодеянием, Родина! Я был причиной твоей свободы, буду и доказательством. Я уйду, если я вырос больше, чем тебе это удобно!»

«Карфаген должен быть разрушен»

Во время войны с Ганнибалом население Рима уменьшилось почти вдвое. Такова была цена победы во 2-й Пунической войне. Карфаген, проиграв войну, был уже не опасен. Тем не менее, многие римляне ненавидели его по-прежнему. Марк Катон каждое свое выступление в сенате заканчивал фразой, ставшей знаменитой: «Кроме того, я думаю, что Карфаген должен быть разрушен».

Так и случилось в результате 3-й Пунической войны (149–146 гг. до н. э.). Карфагенское государство перестало существовать, а сам Карфаген был разрушен до основания и срыт. Ныне на его месте располагается несколько тунисских деревень. Разрушителем Карфагена стал приемный сын Сципиона — Публий Корнелий Сципион Африканский-младший.

Марк Катон. Эмилий Павел. Сулла. Красс и Помпей

Надо ли платить союзникам

Марк Катон (234–149 гг. до н. э.) был не только видным политиком Римской республики, оратором и писателем, но и военным деятелем. В частности, в качестве консула он сражался с карфагенянами на юге Италии. Попав там в опасную ситуацию, Катон за деньги решил привлечь на свою сторону некоторые местные племена. Когда римский сенат не поддержал союза с варварами за плату, Катон заявил: «Вы не правы: если мы победим, то платить будем не мы, а враги, если же нас победят, то некому будет ни получать, ни платить».

Каких воинов не любил Катон

Катон говорил, что терпеть не может воинов, которые в походе дают волю рукам (мародерствуют), а в бою ногам, и у которых ночной храп звучит громче, чем боевой клич.

Катон о памятниках

Как-то проезжая по Риму и глядя на множество памятников и статуй, Марк Катон сказал: «А обо мне пусть лучше люди спрашивают, почему Катону нет памятников, чем почему ему стоит памятник».

Побежденный не должен унижать победителя

Победу Риму над Македонией, некогда великой державой Александра Македонского, принес полководец Эмилий Павел. Царь Македонии Персей, корыстолюбивый, мстительный и малодушный правитель, был разгромлен Эмилием Павлом при Пидне (168 г. до н. э.). Римский полководец с сожалением наблюдал, как Персей, забыв о царской гордости и традициях Македонии, распростерся перед ним ниц и начал жалобно причитать.

— Встань, царь! — сказал Эмилий Павел. — Ты принижаешь мою победу и чернишь мой успех. Зачем ты открываешь низкую душу труса? Доблесть побежденных римляне всегда уважают, но в их глазах нет ничего презреннее трусости!

«Помни, что ты только человек!»

За долгожданную победу Римской республики над Македонией полководец Эмилий Павел получил право на церемонию триумфа в Риме. Она отличалась необыкновенной торжественностью и пышностью. Армия в парадной одежде и сверкающих шлемах шествовала с богатой военной добычей, воины несли четыреста золотых венцов — дары греческих городов освободителям от македонского ига, над головами зрителей проплывал священный золотой ковш, украшенный драгоценными камнями. Сам триумфатор, Эмилий Павел, ехал в роскошной колеснице, на нем были пурпурные одежды, расшитые золотыми пальмовыми ветвями. Позади стоял раб, державший над головой полководца золотой венец. Время от времени он повторял: — Помни, что ты только человек!

Царь Югурта боится Суллы

Луций Корнелий Сулла во главе армии успешно выступил с войсками против нумидийского царя Югурты в Северной Африке. Тот, убедившись в римской доблести, вынужден был прибегать к различным ухищрениям. В частности, он всегда завязывал сражения к исходу дня с тем, чтобы в случае неудачи его воины могли ускользнуть под покровом ночи.

Сулла громит Афины

Сулла, будущий диктатор, первым из римских полководцев проявил беспощадность к Греции. Когда в 86 г. до н. э. он прибыл усмирять восставшие Афины, его встретила делегация горожан, ставшая напоминать ему о древнегреческих богах и славной истории Эллады. «Ступайте, друзья мои, — сказал им Сулла, — и заберите с собой эти басни». Город был взят штурмом и разграблен.

Римский император Сулла

Бесчестье отступления

В сражении против войск понтийского царя Митридата под Орхоменом Сулла был на грани поражения. Соскочив с коня, он схватил знамя и закричал бегущим солдатам: «Я здесь умру прекрасной смертью, римляне. А вы, когда спросят, где вы предали своего полководца, не забудьте сказать: под Орхоменом!».

Отступление удалось остановить.

Сулла организует террор

Римская партия демократов во главе с Гаем Марием сместила аристократа Суллу с поста главнокомандующего на Востоке. В ответ Сулла первым из римских полководцев развязал в стране гражданскую войну. В 82 г. до н. э. он овладел Римом и на Марсовом поле казнил 6 тысяч соотечественников — сторонников Мария.

Свирепый победитель, ставший диктатором, продолжил казни, расправе не было видно конца. В сенате Гай Метелл обратился к Сулле: «Мы не просим тебя освободить от кары тех, кого ты решил казнить, мы просим лишь избавить от неизвестности остальных». Диктатор, смеясь, ответил, что еще не знает, кого ему предстоит пощадить, но объявит, кого он хочет наказать. Так появились проскрипции — списки людей, объявленных вне закона и подлежащих казни.

Последствия гражданской войны

Один из современников Суллы свидетельствовал: «Волна убийств, конфискаций, грабежей, предательства, гнусности, причем отцы предавали детей, дети отцов, жены мужей, братья братьев, прокатилась по всей Италии».

Сулла о Юлии Цезаре

Однажды в очередной проскрипционный список жертв Суллы попал Гай Юлий Цезарь, племенник Гая Мария. Знатные друзья упросили Суллу пощадить его. Вычеркнув Цезаря из списка, Сулла откинулся на спинку кресла и заметил: «Вы еще пожалеете о сделанном. В этом молодом человеке сидит сотня Мариев».

Эпитафия Суллы

Храбрый воин, свирепый диктатор, страстный поклонник вина и женщин Сулла умер на 60-м году жизни. Его прах был погребен на Марсовом поле. Надпись на мавзолее, составленная самим Суллой, гласила: «Здесь лежит человек, который более, чем кто-либо из других смертных, сделал добра своим друзьям и зла врагам».

Красс расправляется со Спартаком

Марк Красс выдвинулся при свирепом Сулле, встав на его сторону в гражданской войне и разбогатев на конфискациях имущества врагов Суллы. В 72–71 гг. до н. э. он приобрел широкую известность как военачальник, которому было поручено подавить крупнейшее восстание рабов под предводительством Спартака. Не очень искушенный в военных делах, Красс вытеснил Спартака на юг Италии, Регийский полуостров, где оградил войско восставших рабов высокой стеной длиной 55 километров. Когда противник прорвал эту стену, он преследовал его и сумел-таки разгромить войско Спартака в Апулии. 6 тысяч плененных спартаковцев были распяты Крассом на крестах вдоль дороги из Капуи в Рим. Тело погибшего Спартака не было найдено.

Поход Красса на Восток

В 60 г. до н. э. Красс вступил в союз (триумвират) с Юлием Цезарем и Гнеем Помпеем. Это помогло ему стать консулом с властью над восточными провинциями Рима и еще больше разбогатеть. По примеру Александра Македонского Красс решил осуществить большой поход на Восток, что многие считали авантюрой. Весной 53 г. войско Красса подошло к Евфрату. «Не бойтесь, воины! — призывал солдат к переправе старый Красс. — Мост вам больше не понадобится, ни один из вас не вернется этой дорогой назад». Призыв оказался дурным пророчеством.

Преследуя парфян, войско Красса углубилось на их территорию и было разгромлено. Отрубив римскому полководцу голову, парфяне влили ему в рот расплавленное золото со словами: «Его жажда золота была ненасытна. Пусть теперь, наконец, утолит ее!»

Полководец — беспокойное призвание

Гней Помпей, обладавший несомненными военными талантами, еще в молодые годы прославился победами в Африке и Испании. Когда римский сенат направил удачливого полководца, не давая ему передышки, в Сирию, Помпей воскликнул: «Что за бесконечная борьба! Насколько лучше бы было оставаться одним из незаметных людей, вот теперь я никогда не избавлюсь от войн, никогда не спасусь от зависти, не смогу мирно жить в деревне с семьей!» Но честолюбие двигало его к новым победам.

Триумфы Помпея

К триумфам за победы в Африке и Испании Помпей прибавил третий триумф — за победу над понтийским царем Митридатом VI и его союзником армянским царем Тиграном. Он был на вершине славы, ибо, по собственным словам, «покорил некоторым образом весь обитаемый мир».

Сон перед сражением

Помпей встал во главе политических и военных сил, выступивших против Юлия Цезаря в гражданской войне. Накануне решающего сражения с Цезарем при Фарсале Помпей увидел сон: народ встречает его рукоплесканиями, а сам он украшает храм Венеры пышными венками. Это видение обеспокоило полководца, так как роду Цезаря приписывалось происхождение от Венеры.

Гибель Помпея

После разгрома при Фарсале Помпей на корабле бежал к берегам Египта, надеясь найти пристанище у египетского царя Птолемея или у его сестры Клеопатры. Не пустив корабль в Александрию, Птолемей прислал за римским полководцем обычную лодку, в которую помрачневший Помпей пересел со словами: «Всякий переступивший порог царского жилища может стать рабом». В лодке он был убит ударом меча в спину своим бывшим центурионом. По указанию египетского царя голова его была отрублена, а тело брошено напоказ. Позже Юлий Цезарь жестоко накажет убийц соотечественника-соперника.

Римский полководец Гней Помпей

Царь Митридат о предательстве

Многие цари и правители стран, боровшихся с могущественным Римом, нашли безвременную кончину. Среди них был и Митридат VI Евпатор, «восточный Ганнибал», владевший державой, простиравшейся по всему периметру Черного моря. В его владениях были Крым, Колхида, Пантикапей (в Керчи до настоящего времени существует гора Митридата). Понтийский царь не устоял в борьбе с Помпеем и был предан своим близким окружением, вместе с сыном Фарнаком. Бесславному плену царь предпочел смерть от руки верного ему телохранителя. «Я не могу умереть от яда, вследствие глупых моих предохранительных мер при помощи других ядов, — говорил Митридат. — Самого же страшного и столь обычного в жизни царей яда — неверности войск, детей и друзей — я не предвидел».

Рим опасен всегда

Пока римские полководцы сражались между собой в гражданской войне, племя даков, воспользовавшись этим, хотело вторгнуться в Северную Италию. Вождь даков Скорилон сумел остудить их пыл, продемонстрировав следующее. Он выпустил друг против друга двух злых собак, и в то время, когда они дрались, выпустил волка. Собаки, забыв про спор между собой, немедленно бросились на волка. Этим примером Скорилон удержал своих соплеменников от нападения на Рим.

Юлий Цезарь

Юлий Цезарь завидует Александру Македонскому

Гай Юлий Цезарь медленно начинал свое восхождение к вершинам военной славы. В 33 года он стал квестором одной из римских провинций в Испании. Объезжая по делам службы испанские города и общины, он увидел в одном из храмов Гадеса статую Александра Македонского и, вздохнув, сказал: «Я до сих пор не совершил ничего замечательного, тогда как Александр в этом возрасте уже покорил весь мир».

Честолюбие Цезаря

Проявив упорство в борьбе за влияние на римский сенат, Цезарь с огромным трудом добился назначения наместником и командующим войсками в Испанию. Рим он покидал, критикуемый недоброжелателями и преследуемый кредиторами. Перевалив Альпы, его отряд проезжал мимо маленького, бедного городка, и кто-то из свиты сказал: «Неужели и здесь есть соревнование из-за должностей, споры о первенстве, раздоры среди знати?» — «Конечно», — улыбнулся Цезарь и добавил: «Но я предпочел бы быть первым здесь, чем вторым в Риме».

Опасный триумвират

В 60 г. до н. э. дальновидный Цезарь вступил в союз с двумя другими влиятельными людьми Рима — богачом Крассом и полководцем Помпеем. Этот триумвират называли, по составу его участников, союзом ума, золота и силы, а также «трехголовым чудовищем», подмявшим под себя республику. Плутарх писал: «Вражда Цезаря, Помпея и Красса была опасна для государства, а их согласие — большим несчастьем для республики». Триумвират распался в 53 г. до н. э. со смертью Красса.

«Консульство Юлия и Цезаря»

При поддержке Красса и Помпея Юлий Цезарь добился избрания его консулом и стал проводить законы, угодные им троим. Второй консул — Марк Бибул, ощущая себя беспомощным, не покидал своего дома. Шутники говорили, что при указании дат надо писать не «год консульства Цезаря и Бибула», а «год консульства Юлия и Цезаря».

Великий человек или злодей?

В 58–51 гг. до н. э. состоялось завоевание Цезарем Галлии, где он, по оценке Плутарха, взял штурмом более 800 городов, покорил 300 народностей, сражался против 3-х миллионов людей, из которых 1 миллион уничтожил и столько же захватил в плен. Наполеон, оценивая деяния своего дальнего предшественника, как-то сказал: «Если бы успех не сопутствовал Цезарю, потомки поместили бы его имя рядом с именами великих злодеев».

Юлий Цезарь. Мрамор. Ватиканский музей

Меч как орудие власти

Возвысившись как завоеватель, Цезарь стал опасен Риму. Сенат сделал свой выбор в пользу Помпея, передав ему власть обоих консулов, а Цезарю отказал в продлении его полномочий в Галлии. Узнав об этом, один из командиров Цезаря (в версии Аппиана — сам Цезарь) хлопнул по рукоятке своего меча со словами: «Вот кто продлит!»

Рубикон перейден

Из Предальпийской Галлии Юлий Цезарь с войсками двинулся в Италию. Достигнув реки Рубикон, считавшейся границей между Галлией и Италией, полководец долго стоял на берегу. Наконец, со словами «Жребий брошен!» он перешел Рубикон, что означало начало гражданской войны в Риме.

Говорят, что в предшествующую ночь Цезарь увидел зловещий сон: ему приснилось, что он совершает ужасное кровосмешение, сойдясь с матерью.

Дилемма римлян

Начав открытую борьбу за власть, Юлий Цезарь, по оценке Цицерона, стал «падшим разбойником». Когда во главе своих легионов он двинулся к Риму, в столице началась невероятная паника. Цицерон по этому поводу съязвил: «Ясно, от кого надо бежать, но неясно, к кому бежать».

Оружие сильнее законов

Развязав гражданскую войну, Цезарь захватил Рим, почти не встретив сопротивления. Помпей, осуществлявший государственную и военную власть в Риме, бежал в Грецию, даже не успев вывезти государственную казну.

Цезарь приказал взломать двери казнохранилища, чтобы изъять деньги; когда же народный трибун Цецилий Метелл попытался ему помешать, он пригрозил Метеллу смертью, заметив: «Мне это гораздо труднее сказать, чем сделать».

В ответ на напоминания народного трибуна о законах Цезарь воскликнул: «Разве ты не знаешь, что оружие и законы плохо уживаются друг с другом? Война не терпит возражений, когда же я после заключения мира отложу оружие в сторону, ты, Метелл, можешь появиться снова и ораторствовать перед народом».

Счастье Цезаря

Провозглашенный в Риме диктатором, Юлий Цезарь решил двинуться в Грецию против Помпея, собравшего там большую армию. Когда корабли Цезаря отплывали в Грецию, разразился шторм, и кормчий хотел повернуть назад. Схватив кормчего за руку, Цезарь воскликнул: «Не трусь! Ты везешь Цезаря и его счастье».

«Враги отечества» — союзники Цезаря

С началом гражданской войны в Риме Помпей издал повеление считать врагами отечества не только сторонников Цезаря, но и тех, кто не примкнул ни к какой стороне (по принципу «кто не с нами, тот против нас»). Цезарь же объявил их своими приверженцами наравне с теми, кто сражался в его рядах.

Надо уметь побеждать

В одном из сражений с Помпеем в Греции (у Диррахии) Юлий Цезарь потерял около 2-х тысяч воинов и вынужден был отступить в свой лагерь. Помпей не решился атаковать лагерь, а Цезарь заметил: «Противник сегодня мог закончить войну, если бы имел во главе человека, умеющего побеждать».

Цезарь побеждает при Фарсале

В 48 г. до н. э. при Фарсале Юлий Цезарь нанес сокрушительное поражение Помпею — своему главному противнику в гражданской войне.

По легенде, ранним утром в день сражения при Фарсале над лагерем Цезаря заблестел яркий свет, от него загорелся факел и, поднявшись в воздух, упал в лагере Помпея, вызвав там смятение.

В сражении солдаты Цезаря против обыкновения не метали копий и не поражали неприятеля в ноги, а по приказу своего военачальника целили врагам в лицо. Молодые воины Помпея стали прикрывать лица и дрогнули перед поднятыми вверх копьями.

Милосердие Цезаря

После поражения при Фарсале Цезарем Гней Помпей бежал в Египет, где был предательски убит. Многим помпеянцам, захваченным в плен, Цезарь даровал свободу, в их числе был и Брут, будущий убийца диктатора (Плутарх упоминает версию о том, что Брут был внебрачным сыном Цезаря).

Цезарь о жестокости

Цезарь не был бессмысленно жестоким, своих врагов он охотнее прощал, чем казнил. По свидетельству Аммиана Марцеллина, он не раз говорил, что «воспоминания о жестокости — плохая подпора в старости».

Африка в руках Цезаря

В конце 47 г. до н. э. Цезарь повел свой флот в Северную Африку. Высаживаясь с корабля, он оступился и упал, что солдаты могли счесть дурным предзнаменованием. Но полководец, не растерявшись, охватил землю руками и воскликнул: «Ты в моих руках, Африка!»

В Африке он расправился с воинственными сторонниками Помпея, привел к покорности нумидийцев и египтян, женился на Клеопатре.

Лицом — к врагу

В одном из сражений с нумидийским царем Юбой знаменосец, стоявший рядом с Цезарем, растерялся и решил бежать. Полководец в ярости ухватил его за шею и, развернув вместе со знаменем лицом к противнику, воскликнул: «Вот где враги!»

Цезарь мстит убийцам своего врага

Когда египетский царь Птолемей, желая снискать расположение Юлия Цезаря, предъявил ему голову коварно убитого Помпея — бывшего соперника Цезаря, тот отвернулся, а когда ему преподнесли кольцо с руки Помпея, заплакал. Вскоре последовала расправа над убийцами Гнея Помпея. Не избежал гибели и царь Птолемей. Останки Помпея Цезарь отправил для погребения жене полководца Корнелии, а многих друзей и близких своего соотечественника-соперника, скитавшихся в Египте, он простил и облагодетельствовал.

«Пришел, увидел, победил»

Когда сын понтийского царя Митридата Фарнак начал войну против Рима, Цезарь действовал стремительно. Взяв с собой несколько легионов, он двинулся в Малую Азию и разбил Фарнака. Сообщение в Рим полководец ограничил тремя словами: «Пришел, увидел, победил».

Юлий Цезарь перед походом

Армии и вожди

После похода в Малую Азию против Фарнака Цезарь отправился в Испанию, где подняли восстание бывшие сторонники Помпея. Когда-то, сражаясь с великим Помпеем в Греции, он говорил: «Иду против вождя без войск», в Испании же, имея перед собой легатов Афрания и Петрея, Цезарь пошутил: «Иду против армии без вождей».

Афраний и Петрей, не решившись на сражение, предпочли капитулировать без пролития крови.

Цезарь сражается за жизнь

У испанского города Мунда состоялось сражение Цезаря с сыновьями Помпея Гнеем и Секстом. В один из моментов сражения Цезарю с огромным трудом удалось удержать от бегства свои утомленные войска. Противник был разбит, но Цезарь признавался: «Обычно я сражался за победу, сегодня же впервые сражался за жизнь».

Смерть достойнее плена

Воины Цезаря, прошедшие с ним через десятки сражений, не привыкли сдаваться и при угрозе пленения обычно кончали жизнь самоубийством, говоря, что они привыкли давать пощаду, но не получать ее от других.

Бунт ветеранов

Однажды недовольные малой наградой воины-ветераны Цезаря зароптали и взбунтовались. Цезарь собрал их и объявил, что увольняет всех и будет справлять следующий военный триумф с другими войсками. Кроме того, он впервые назвал своих ветеранов не «солдатами», как обычно, а «гражданами». Этого оказалось достаточным, чтобы те одумались и покаялись.

Афоризмы Цезаря

По свидетельству Диона, Юлий Цезарь говорил: «Две вещи добывают, охраняют и расширяют власть: войска и деньги. И то, и другое взаимосвязано, ибо войско держится на деньгах, а они добываются оружием. Если не хватает одного, то вместе с ним исчезает и другое».

Один из любимых афоризмов Юлия Цезаря был: «Ум преобладает над мечом».

Необходимое — слабейшему

Однажды в походе Цезарь был застигнут непогодой и попал в хижину бедняка, в которой мог разместиться лишь один человек. Полководец сказал: «Почести предоставляют сильнейшему, а необходимое слабейшему» и лег спать под навесом у двери хижины.

Выносливость и неутомимость Цезаря

С детства слабый и изнеженный Юлий Цезарь благодаря тренировкам и военным походам сумел стать сильным и выносливым. Единственным его физическим изъяном были периодически повторявшиеся эпилептические припадки.

Любимым развлечением полководца была верховая езда; отведя руки назад и сложив их за спиной, он мог подолгу скакать по близлежащим дорогам и лугам. Сидя на коне, Цезарь диктовал письма сразу двум секретарям, так что те едва успевали записывать.

Сложилось мнение, что он мог одновременно заниматься тремя делами.

Память на века

Получив в Риме неограниченную власть и звание пожизненного диктатора, Цезарь провел ряд гражданских и военных реформ, усиливших могущество Римского государства. Неутомимый правитель увековечил себя новым солнечным календарем из 12 месяцев и названным в его честь «юлианским». Слово «цезарь» отныне превратилось в титул римских императоров, а позже и некоторых монархов других стран; от слова «цезарь» (греч. kaizar, слав. кесарь) произойдут немецкое «кайзер» и русское «царь».

Между богом и человеком

Сосредоточив в своих руках огромную власть, ставшую тяжелейшей ношей, Цезарь разрывался между двумя обязанностями-девизами: «Помни, что ты — бог» и «Помни, что ты — человек».

Роковой день Юлия Цезаря

Юлий Цезарь не решился увенчаться золотой короной императора, как ему предлагал консул Марк Антоний, верный сподвижник. Цезарь предчувствовал гибель от непомерного возвышения.

Накануне рокового дня он обедал у Марка Эмилия, и когда речь случайно зашла о том, какой род смерти самый лучший, Цезарь сказал: «Самая лучшая смерть — та, которая приходит неожиданно». «Лучше один раз умереть, — говорил он, — чем жить в постоянном страхе».

15 марта 44 г. до н. э. Гай Юлий Цезарь был убит заговорщиками в сенате. Ему нанесли 23 раны, но только две из них были смертельны. Ни один человек, сколько-нибудь причастный к убийству Цезаря, впоследствии не уцелел.

Август Октавиан. Антоний и Клеопатра

Октавиан ссорится с Марком Антонием

Мудрый Цезарь неожиданно для многих завещал свое наследство внучатому племяннику Октавиану, весьма достойному молодому человеку. Последний установил союз со сподвижником Цезаря Марком Антонием и совместно с ним расправился с убийцами Цезаря. Союз Октавиана и Антония был разрушен, когда Антоний увлекся египетской царицей Клеопатрой и развелся со своей женой — сестрой Октавиана. Последний был разгневан. Как писали римские историки, два бывших союзника «ввергли римлян в бедствия междоусобной войны, один — из любви к женщине, другой — из-за оскорбленного самолюбия».

Беспечность Антония

В 37 г. до н. э. Антоний и Клеопатра в Египте объявили о создании Восточной империи, независимой от Рима. В то время, как Октавиан готовился к походу против Антония, последний с Клеопатрой проводил время в пиршествах. «Какие же будут у нас победные торжества, — говорили соратники Антония, — если они с таким великолепием празднуют приготовления к войне?»

Трагедия Антония и Клеопатры

В морском сражении Октавиана и Антония у мыса Акций Клеопатра с египетским флотом неожиданно покинула место сражения. Растерявшийся Антоний проиграл сражение и устремился вслед за своей возлюбленной в Александрию.

В трагедии Шекспира «Антоний и Клеопатра» вернувшийся в Александрию Антоний восклицает: «О, коварная чародейка, грудь которой была моей короной и моей высшей целью! Она продала меня римскому мальчику, и я гибну от этой измены. За это она умрет!»

В драме Шекспира Клеопатра, боясь гнева Антония, распространила слух о своем самоубийстве, и римский герой, поверив в ее смерть, в раскаянии убил себя, бросившись на меч. На самом деле Клеопатра не прибегала к такой хитрости, а Антоний покончил с собой, полностью разуверившись в себе и египетской царице. Она тоже умерла (дав укусить себя змее), но это случилось позже — когда надменный Октавиан отвергнет ее как женщину и царицу. После неудавшейся борьбы с Римом относительная независимость Египта погибла безвозвратно.

Золотое правило Августа Октавиана

Октавиан, провозглашенный «Августом» («подателем благ»), стал первым римским монархом-императором. Утвердив свой порядок в Римской империи, он во всех делах проявлял осмотрительность и рассудительность. Таким же он был и в военных походах.

Светоний отмечал: «Он никогда не начинал сражение или войну, если не был уверен, что при победе выиграет больше, чем потеряет при поражении», Август Октавиан сравнивал это с ловлей рыбы на золотой крючок: оторвись крючок — и никакой улов не возместит потери.

Правило «золотого крючка» вошло в арсенал всех дальновидных политиков последующих веков.

Октавиан Август

Мир по-римски

Юлий Цезарь и Август Октавиан значительно расширили границы Римского государства. Императорский Рим стремился стать всемирной монархией, мотивируя это необходимостью гарантирования всеобщего мира. Римская империя называла себя «миром» — Pax Romana.

Императорский Рим I–III вв.

Низвержение Нерона

Могущество Римской империи редко подкреплялось личными качествами императоров.

Нерон, жестокий, самовлюбленный и развратный тиран, был первым римским императором, лишенным при жизни власти. Против него восстали римские войска, находившиеся в Испании, Галлии и Африке, и даже преторианцы (гвардия императора). Обреченный Нерон незадолго до самоубийства воскликнул: «Какой великий актер погибает!»

Истина Сенеки

Сенека как-то имел мужество сказать Нерону: «Сколько бы людей ты не убил, все равно своего преемника ты не устранишь». Эта горькая для тирана истина не могла не сбыться.

Гальба не оправдывает надежд

Войска, а вслед за ними римский сенат вместо Нерона провозгласил императором 73-летнего Гальбу, предводителя войск в Испании. Тацит писал о его правлении так: «Все считали, что он способен быть императором, пока он им не стал».

Гальба процарствовал менее года и был убит гвардейцами-преторианцами.

Исход борьбы Отона и Вителлия

После Гальбы гвардия провозгласила римским императором Отона, а германские легионы Рима — Вителлия. Спор двух военачальников-соперников должен был решиться на поле сражения. Об Отоне и Вителлин, ленивых и распутных, ходила шутка, что оба все равно погибнут: один оттого, что проиграет войну, другой — оттого, что ее выиграет.

Сражение между ними при Бедриаке (69 г. до н. э.) выиграл Вителлий. Отон покончил жизнь самоубийством. Император Вителлий процарствует несколько месяцев.

Один за всех

О смерти Отона осталась легенда, несколько облагораживающая его. Разбитые в сражении с Вителлием войска Отона намеревались продолжить войну, но Отон сказал: «Справедливее умереть одному за всех, чем всем за одного», и покончил с собой.

Мудрый Веспасиан

Сменивший Вителлин на императорском троне Рима Веспасиан усмирил смуты в государстве, основал династию Флавиев. Тацит писал, что Веспасиан был единственным императором, которого власть изменила в лучшую сторону.

Афоризмы Веспасиана

Веспасиан избегал военных походов против народов, занятых внутренними распрями, говоря: «Разумнее всего предоставить самим себе людей, пожирающих друг друга».

Для обеспечения военных и других нужд государства Веспасиан ввел ряд новых налогов, в том числе и на общественные туалеты, сопроводив это решение знаменитыми впоследствии словами: «Деньги не пахнут».

По римским обычаям умерший император причислялся к богам. Когда 70-летний Веспасиан почувствовал приближение смерти, он нашел в себе силы пошутить: «Кажется, я становлюсь богом».

Кризис Римской империи

С конца II в. начался закат Римской империи, гражданских и военных доблестей общества.

Римский историк Марцеллин дал такие характеристики кризиса: «Все предаются забавам пустой праздности», «людей образованных и серьезных избегают как людей скучных и бесполезных», вместо орудий труда и войны «сооружают огромные лиры и органы размером с телегу».

О военном кризисе Римской империи А. Жомини писал следующее: «Как только римляне перестали считать военную службу за честь и долг, а предоставили нести ее готам и галлам, погибель государства сделалась неизбежной».

Не родившись, нельзя умереть

Септимий Север, командующий римскими легионами на Рейне и Дунае, в 193 г. силой оружия захватил императорский трон, которым он владел до своей смерти в 211 г. Это был образованный и умелый правитель, отличавшийся злым характером. Современники говорили, что ему надо было или вообще не родиться на свет, ибо был он очень жесток, или, если уж родился, то не надо было умирать, ибо для государства он был очень полезен.

Любезность Каракаллы

После смерти Септимия Севера троном завладел Каракалла, ставший первым римским императором из варваров. В период борьбы за власть он убил своего брата-соперника Гету. Каракалла опасался мести за это убийство и поэтому, когда ему предложили объявить брата божественным, сказал: «Пусть будет божественным, лишь бы не был жив».

Увековечение гражданской войны

Константин I в 306 г. заслужил императорский престол, разбив войска Максенция, пытавшегося узурпировать власть в Риме. В честь этой победы в столице, недалеко от Колизея, была воздвигнута триумфальная арка с надписью: «Сенат и народ римский тому, кто освободил государство одновременно и от тирании, и от всей клики». Это единственная триумфальная арка в Риме, сооруженная за победу не над внешним врагом, а в междоусобной войне.

Константин I принял христианство; при нем распятие стало отличительным знаком римских легионов. С его именем связано основание второго столичного города Римской империи («второго Рима») — Константинополя.

Наступление варваров на Рим. Аттила

Рим погибший и живой

Вестготы во главе с Аларихом дважды осаждали Рим, но сумели взять его лишь с третьей попытки (410 г.). Император Гонорий, бросивший столицу на произвол судьбы и беспечно живший в Равенне, был удивлен вестью, которую ему сообщил придворный: «Рим погиб!» — «Не может быть, — ответил взволнованный император, — я только что кормил его своими руками!» Оказалось, что он имеет в виду своего любимого петуха по кличке «Рим». Когда выяснилось, что петух жив, император успокоился.

Эти ужасные гунны

В середине V в. Восточная Римская империя[3] и Европа сотряслись от походов гуннов. Стремительные и свирепые гунны внушали ужас и своим внешним видом. Их лица, писал Иордан, изборожденные с детства железом, «пугали своей чернотой и походили на безобразный комок с дырами вместо глаз. Детям, мужского пола они рассекают щеки железом, чтобы раньше молока матери они испытали раны». У гуннов даже лошади были агрессивными: в бою они кусали вражеских пехотинцев и топтали упавших.

Аттила гордится гуннами

Вождь гуннов Аттила (406–453 гг.) получил прозвище «бича народов». «Что же иное привычно нам, кроме войны? — взывал он к своим воинам. — Насыщать дух мщением — это великий дар, который природа дала нам, гуннам».

Гунны остановлены

В июне 451 г. гунны были, наконец, остановлены в Галлии. На Каталуанских полях войско римлян, франков, бургундов и других народов нанесло поражение Аттиле и его войску (гунны, вестготы, гепиды и другие). В сражении, получившем название «битвы народов», погибло, по оценке Иордана, доселе неслыханное число людей — около 200 тысяч.

Эта битва, писал Иордан, была упреком роду человеческому, следующему за воинственными правителями, из-за чего «в одно мгновение уничтожается то, что природа производила в течение стольких веков».

Гунны у Рима

Отступив и отдохнув после «битвы народов», гунны вернулись в Италию и двинулись на Рим. Жители Северной Италии в страхе перебирались на острова и лагуны Адриатики (это в дальнейшем способствовало появлению Венеции). У стен Рима Аттилу встретила необычайно торжественная процессия во главе с папой Львом I, который сумел уговорить вождя гуннов покинуть Италию (по другой версии, Аттила не захотел иметь дела с римскими войсками, двигавшимися на помощь столице).

* * *

Вскоре после неожиданной смерти Аттилы (умер в ночь хвоей свадьбы с дочерью одного из германских князей) гунны утратили свое боевое величие.

Теодорих о воспитании воинов

В 476 г. Италия была завоевана остготами, и Западная Римская империя перестала существовать.

Вождь германцев Теодорих, основавший на территории Италии королевство остготов (493 г.), воспитывал свое племя в воинственном духе. При этом он говорил: «Читать и писать вовсе не есть храбрость, а нечто другое. Кто научился бояться палки учителя, тот никогда не станет воином».

ИЗ ВОЕННОЙ ИСТОРИИ РАННЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И «ТЕМНЫХ ВЕКОВ»

Падение Рима, завоеванного остготами, означало крушение античного мира, не выдержавшего натиска молодых варварских племен. Это был крутой поворот истории, который, правда, так и не смог уничтожить всего созданного многовековой и яркой античной цивилизацией. Культурное наследие вновь расцветало в веках, подхватываемое новыми народами и государствами.

Непосредственным преемником Рима выступил Константинополь, «второй Рим». Восточная Римская империя, Византия, первая осенившая себя христианством, просуществовала с IV по XV в. Первоначально она занимала Балканский полуостров, Малую Азию, острова Эгейского моря, территории Сирии, Палестины, Египта и имела опорные пункты в Северном Причерноморье. Ведущую роль играло греческое население. Сами византийцы называли свое государство «ромейским», т.е. римским. Византия была монархией: вся власть сосредотачивалась в руках императора (басилевска), при котором, по римской традиции, имелся совещательный орган — сенат. В экономическом отношении Византия была обществом зарождения и господства феодализма. В годы правления Юстиниана (527–565 гг.) она достигла вершины своего политического и военного могущества. Была создана сильная армия, давшая возможность отразить натиск персов на востоке и славян на севере, осуществить завоевания на западе: в 533–534 гг. — государства вандалов в Северной Африке, в 535–555 — государства остготов в Италии, в 554 — южных областей Испании. Большинство военных побед Византии в этот период было связано с именем полководца Велисария. Славянин по происхождению, уроженец Фракии, он успешно провел кампанию в Северной Африке, где дошел до Карфагена и овладел им, разгромил остготов в Италии и взял Рим, успешно сражался с персами. Правление Юстиниана и походы Велисария подробно описаны византийским историком Прокопием Кесарийским. После Юстиниана Византия в основном вела оборонительную политику. С императором Маврикием (правил в 582–602 гг.) связано появление военно-теоретического труда «Стратегикон», автор которого получил условное имя «псевдо-Маврикий». Труд стал нитью, которая связала древнегреческое и древнеримское военное искусство с военной теорией развитого феодализма и последующих веков. Византия постепенно утрачивала свои территории под натиском турок, арабов и разрушительных «крестовых походов» из Европы. В 1453 г. турки захватили Константинополь (теперь Стамбул). Таким образом византийское государство прекратило свое существование.

С VII в. активную завоевательную политику повели арабы, первоначально населявшие только Аравийский полуостров. Вдохновляемые возникшей здесь религией ислама, они развернули военные походы против Византии, Ирана, Ирака, Закавказья, среднеазиатских государств. На завоеванных землях образовалось крупное мусульманское государство — Арабский халифат. В 712 г. арабы высадились на Пиренейском полуострове. Сопротивление франков и других западноевропейских народов вынудило их приостановить продвижение в Европу. Арабы привнесли в завоеванные страны свою религию ислам и свой язык. В конце IX в. началось ослабление Арабского халифата: из его состава стали выделяться самостоятельные мусульманские государства. В XIII в. Арабский халифат как централизованное государство окончательно распался под воздействием монголо-татарского нашествия во главе с Чингисханом.

Франки, разгромившие арабов в 732 г. при Пуатье, занимали территорию современной Франции, но быстро расширили свои земли за счет присоединения других вплоть до Рейна. В 768 г. королем франков стал Карл I Великий (правил до 814 г.). В результате его завоеваний Франкское государство охватило почти всю Западную Европу, принявшую под его воздействием христианскую религию. Признанный «Карлом Августом, римским императором», франкский король дал мощный толчок формированию европейской цивилизации. Франки имели прочную военную организацию. В основе устройства армии лежал территориальный принцип — деление на округа, закрепленные за крупными землевладельцами-вассалами. Последние по указам короля создавали дружины для походов. Вассальные дружины включали тяжелую конницу, составленную из зажиточных мужчин, и пехоту из свободных крестьян. После смерти Карла Великого тенденции к политической самостоятельности и междоусобная борьба привели к разделу империи.

Тяжелая конница франков положила начало образованию феодального рыцарского войска. Термин «рыцарство» (в лат. терминологии — milites) впервые появился в конце X в., когда под рыцарями понимали категорию военных слуг (в основном конных). В XI−XII вв. к рыцарству относились все светские феодалы-воины, а затем и духовные феодалы, состоявшие в духовно-рыцарских орденах, образованных в XII в. Рыцарь имел земельный надел (феод) и был свободен от участия в труде, таким образом, по своему социальному положению рыцари-феодалы были привилегированным классом-кастой. Развитие и усовершенствование обработки железа позволяли рыцарю-феодалу иметь доспехи, надежно защищавшие его от холодного оружия, и ударные металлические средства поражения противника — меч и копье. В бою рыцарь выступал в окружении нескольких всадников из приближенных лиц и пехоты из его вооруженных слуг. В «темные века» феодальной раздробленности рыцарская конница безраздельно господствовала на полях сражений.

Велисарий и Византия

Рассудительный полководец Велисарий

Лучшим полководцем Византии (Восточной Римской империи) времен императора Юстиниана был Велисарий (504–565). Его отличали тщательная подготовка военных походов, неторопливость и вдумчивость: «рассудителен, как Велисарий» стало поговоркой.

В 530 г. полководцу удалось отразить вторжение в Византию персов. Когда те подошли к городу Даре, рассудительный Велисарий начал с переговоров с ними. «Что первым благом является мир, — писал он персидскому главнокомандующему Перозу, — с этим согласны все люди, даже те, которые недалеки умом. И поистине тот самый лучший полководец, кто сумел войну сменить миром…». Но на предложение увести войска Пероз ответил отказом и написал Велисарию: «Пусть в городе будут для меня готовы баня и обед». Сражение под стенами города выиграл Велисарий.

Велисарий против Хосрова

В другом случае в Восточную Римскую империю вторгся персидский царь Хосров. Он двигался в глубь Византии, пока дорогу ему не преградили подошедшие войска Велисария. Остановившись, Хосров направил к грозному полководцу посла для мирных переговоров, через которого получил такой ответ: «Не так, как теперь действует Хосров, принято у людей вести дела. Другие при разногласиях с соседями сначала отправляют к ним послов и только тогда идут на них войной, когда не добьются удовлетворительного ответа. А он сначала оказался в центре римских земель, а затем начинает вести переговоры о мире».

Персидский царь после некоторых раздумий двинулся обратно.

Как сосчитать погибших воинов

У персов был обычай: когда войско отправлялось в поход, воины проходили по одному перед царем и бросали в плетеные корзины стрелы, а возвращаясь из похода, так же забирали их, и по оставшимся в корзинах стрелах можно было судить о потерях.

Однажды персидский военачальник Азарет победил самого Велисария, но вышеописанная процедура едва не сгубила его: за большие потери он был снят с должности и едва избежал казни.

Велисарий против готов

В 535–540 гг. по поручению императора Юстиниана полководец Велисарий действовал в Италии, пытаясь изгнать оттуда «варваров» — готов. После первых поражений готы изъявили готовность кончить войну и взамен предложили Велисарию Сицилию. Тот ответил, что он не против мира и взамен разрешит готам владеть Британией (никогда им не принадлежавшей). Готам пришлось продолжить войну.

После того, как Велисарий взял Рим и овладел большей частью Италии, готы вновь предложили ему мир и взамен — титул императора их страны. Но полководец предпочел остаться верным Византии и своему императору Юстиниану.

Верный путь к смерти

Строго предупреждая своих воинов от бегства в сражениях, Велисарий подкреплял это следующим разъяснением: «Люди бегут, думая, что сохраняют себе жизнь. Но следствием бегства обычно является именно смерть, тогда как бьющиеся смело и отважно гораздо вернее сохраняют себе жизнь».

Пример для воинского воспитания

Велисарий был сторонником строгого образа жизни солдат и недопущения в войсках какой бы то ни было роскоши. «Я некогда спросил одного пастуха, — говорил он, — отчего его собаки ему так верны и послушны; оттого, отвечал он мне, что я кормлю их одним хлебом и костями, а ежели бы я кормил их мясом, то они стали бы волками».

Легенда об ослеплении Велисария

Император Юстиниан, опасаясь политического возвышения полководца Велисария, несколько раз подвергал своего лучшего военачальника опале. В более позднее время даже появилась легенда, что император жестоко расправился с ним, ослепив его. В театральном репертуаре известна французская пьеса в жанре героической драмы «Велисарий, римский полководец, или Великий и несчастный человек»[4], основанная на этой легенде.

В трудах византийских историков, в том числе биографа и личного секретаря Велисария Прокопия Кесарийского, версия об ослеплении Велисария не находит подтверждения.

Мысли из «Стратегикона»

Общественная мысль Византии оставила после себя крупное военно-научное достижение — трактат «Стратегикон», приписываемый императору Маврикию (правил в 582–602 гг.). Некоторые из его поучительных положений таковы:

— «Сражения выигрываются не опрометчивой смелостью и не многочисленностью, а после помощи Божьей порядком и военным искусством».

— «Когда главнокомандующий ведет войско в бой, то должен казаться веселым, потому что простые воины судят о предстоящем исходе боя по настроению вождя».

— «На войне чаще всего пригодна хитрость. Хитрого противника надо опасаться более, чем злого».

— «Грабеж убитых или нападение на неприятельские обозы и лагерь прежде, чем окончится сражение, — преступление постыдное и опасное».

— «Людей, одноплеменных с неприятелем, следует задолго до сражения удалять от войска, посылая их куда-либо в другое место».

о военных качествах народов

Любопытны характеристики, даваемые автором «Стратегикона» различным народам:

О персах: «Народ персидский трудолюбив, скрытен и склонен к рабству. Начальству повинуется со страхом. Склонен к войне, но не храбрее других воинственных народов».

О турках: «Турецкие племена многочисленны, независимы, чуждаются всяких занятий и не заботятся ни о чем, кроме того, как бы крепче биться с неприятелем».

Об аварцах: «Аварское племя трудолюбиво и очень опытно в военном деле. Одержимо беспримерной алчностью к деньгам. Клятв не держит, договоров не исполняет».

О франках: «Очень любят свободу, смелы и неустрашимы в боях. Более всего заботятся о конном строе. Их легко подкупить, так как они корыстолюбивы. Подвержены болезням, изнежены».

О славянах: «Племена славян любят свободу и не склонны ни к рабству, ни к повиновению; храбры, выносливы. К чужестранцам благосклонны, не берут пленных в рабство, а держат в неволе до срока. Вечно в ссоре между собой».

Арабские завоевания

Коран лучше всех книг

Арабы, устремившиеся в VII в. с Аравийского полуострова на северо-запад, вели свои завоевания под лозунгом ислама. Одной из первых жертв арабов стал город Александрия, где ими было захвачено много ценностей. Мусульманский военачальник Амру столкнулся с проблемой: он не знал, что делать с попавшим в его руки богатейшим собранием книг знаменитой Александрийской библиотеки. Его сомнения разрешил халиф из Медины, заявивший: «Если в этих книгах написано то же самое, что и в Коране, то они лишние, а если противное Корану, то они вредны. Прикажи их уничтожить».

Книги, собранные за 10 веков, были сожжены своеобразным образом: они в течение 6 месяцев использовались в качестве топлива для бань.

Тактика арабского войска

В сражениях арабы использовали тактическую систему, к которой их противники долго не могли приспособиться. Обычно они растягивали бои на весь день, а вечером, когда уставший противник готовился завершить сражение, неожиданно вводили в бой свежие силы и наносили решающий удар. «Пророк любил вечером одерживать победы» — таков был религиозный девиз этой тактики.

Боевой порядок арабов

Своеобразным был и боевой порядок арабов в сражении. 1-я линия, именуемая «Утро псового лая», состояла из рассыпного строя всадников, которые, налетая на противника, завязывали сражение. 2-я линия именовалась «День помощи», здесь сосредотачивалась главная ударная сила арабского войска — конница. 3-ю линию — «Вечер потрясения» — составляла пехота, которой надлежало довершить дело, начатое первыми двумя линиями. В составе резервов, чаще всего укрываемых, находились отборные отряды, один из которых — «Знамя пророка» — находился непосредственно при командующем.

Арабы у Гибралтара

Завоевав Северную Африку, арабы двинулись в Испанию. Летом 711 г. их первые корабли под начальством Тарика переправились на испанский берег. После высадки арабы собрались у скалы, названной ими в честь командира «Гебаль-Тарик». Это арабское название, произносимое европейцами, как «Гибралтар», дошло до наших дней.

Религиозные запреты в войне

В исторических хрониках периода господства арабов в Испании сохранился любопытный факт, связанный с влиянием религиозного фактора на вооруженную борьбу. У Салаки арабы встретились для сражения с кастильским войском, в составе которого были не только христиане, но и евреи. В пятницу ислам не разрешает сражаться мусульманам, в субботу Шаббат запрещает то же евреям, а в воскресенье не положено сражаться христианам. По общему согласию сражение состоялось в понедельник. Арабам удалось и на этот раз победить.

Карл Марцелл спасает европу

Покорив Северную Африку и Испанию, арабы были остановлены лишь на территории современной Франции. В битве при Пуатье 17 октября 732 г. тяжеловооруженная кавалерия франкского короля Карла Марцелла («Молота») опрокинула массы легкой арабской конницы. Этот день некоторые историки считают едва ли не решающим для судеб христианской Европы, спасшим ее от мусульманства.

Карл Великий и его империя

Междоусобицы франков

Франки (у римлян именовались галлами) были одним из воинственных и беспокойных народов Европы. Историю этого народа первым изложил франкский епископ Григорий Турский в конце VI в. Шаг за шагом описывая драматические, кровавые столкновения своих соотечественников между собой, епископ-историк, не выдержав, восклицает: «Мне опостылело рассказывать о раздорах и междоусобных войнах, которые весьма ослабляют франкский народ! Что вы (короли) делаете? Чего вы ищете? Чего вам недостает? Дома ваши изобилуют роскошью, подвалы полны вина, хлеба и масла, в кладовых груды золота и серебра. Одного вам недостает — вы лишены милости Божьей, ибо не блюдете мира между собой».

Вторжение франков в Испанию. Ронсевальская битва 778 г.

Государственная печать Карла Великого

Объединив франков с помощью оружия, Карл Великий (742–814 гг.) затем принялся покорять соседние народы — вестфалов, фризов, саксов, лангобардов, испанцев. К своим указам в качестве печати он прикладывал удар рукояткой меча с его знаком, говоря: «Вот мои указы, здесь же и то, что заставит выполнять их».

Оружие Карла Великого

Франкский король Карл провел более 50 военных походов, покорив и объединив почти всю Западную Европу (кроме Британии и Южной Испании). Как писали современники, он действовал оружием двоякого рода: мечом военным покорял соседние языческие народы и мечом духовным обращал их в христианство.

Карл — Великий

Из всех полководцев средневековья Карл Великий оказал наибольшее влияние на будущее Европы. Примечателен факт, что кроме него лишь четыре монарха в мировой истории получили титул «великих», признаваемой не только их подданными, но и другими государствами, — персидский царь Кир II Великий, Александр Великий (Македонский), прусский король Фридрих II Великий и русский царь Петр I Великий.

В 800 г. в соборе Святого Петра в Риме папа Лев III увенчал Карла императорской короной и он был объявлен «Карлом Августом, богом венчанным великим и миротворящим римским императором». В Европе вновь появилась империя.

Свои законы (капитулярии) Карл издавал во имя «святой правды», «единства и вечного мира». Себя он любил именовать «великим миротворцем». Франкский король и римский император научил всю Западную Европу петь «Господи помилуй», знать все молитвы и символ веры. По латинской форме имени «Карл» — «Karolus» — правители многих государств Европы впоследствии также стали называться королями.

Спустя многие столетия Карла Великого иногда именуют «светом Темных веков», т. е. мрачной эпохи средневековья.

Карл Великий, франкский король

Железная поступь Карла

Карл Великий сумел создать войско, подавлявшее противников своей мощью. Это отражено, в частности, в средневековом итальянском фольклоре, повествующем об участи Павии — города лангобардов: «Померк дневной свет и воцарилась жуткая тишина: Карл приближался. Сверкание клинков ослепляло осажденных, и они узрели императора. На голове его — железный шлем, руки его в железных наручах, грудь и широкие плечи покрыты железными латами, в левой руке высоко поднято железное копье, в правой — сверкающий меч, даже щит его был весь целиком из железа. И конь его тоже поблескивал железным блеском. И войско во всем походило на императора. Железом наполнились поля и равнины. И народ Павии, похолодев от ужаса, преклонил колени перед хладным клинком. «О, тяжело, ты, железо!»

* * *

Вскоре после смерти Карла Великого его империя, положившая начало формированию общеевропейской цивилизации, распалась. Его преемники в 843 г. разделили государство на три части: Францию (вся западная часть Франкской империи), Германию (восточная часть) и Италию (южная часть). Карла считают «своим» императором как французы, так и немцы.

Карл Великий. Бронзовая статуэтка из музея в Париже

Карл и Петр I

Любопытна историческая параллель между Карлом Великим и Петром I Великим, проведенная в одном военно-историческом сочинении германского происхождения[5]. Скрупулезно сличая их биографии, военную и государственную деятельность, автор нашел огромное число аналогий. «Оба провели почти всю жизнь в войнах, сражениях, во всех сторонах и на всех границах». У двух монархов-полководцев совпадают многие шаги в политике, черты характера и даже бытовые привычки; они даже умерли в один день — 28 января. Основной вывод из сравнения: «Если бы мы верили в переселение душ, то верно можно было бы подумать, что великая душа Карлова находилась в Петре Великом».

Но все же автор нашел несколько различий между ними:

— Петр больше занимался геометрией, а Карл находил удовольствие в астрономии;

— Карл никогда лично не находился на корабле, тогда как Петр был искусным моряком и корабелом;

— Карл находил себе отдых в охоте, а Петр в застольях;

— Петр записывал свои мысли в записных книжках, а Карл (т. к. тогда не было бумаги) на дощечках, покрытых воском, или пергаменте.

Франкские воины

Викинги. Вильгельм Завоеватель

Экспансия викингов

Ныне овеянные романтикой викинги, выходцы из Скандинавии, в VIII–XI вв. принесли немало бед европейским странам, вторгаясь на их побережье. Норманны, как называли викингов в Западной Европе, «населяли море и на нем искали себе пищу». Их первые набеги отражал еще Карл Великий.

Многие из знатных норманнов осели в тех странах, которые они прежде грабили, — в Англии, Ирландии, Франции. Захватчик Парижа знаменитый викинг Гастинг принял христианскую религию и получил от французского короля во владение графство Шартр. Французская Нормандия обязана своим названием норманну Ральфу, также принявшему христианство и получившему эту область в управление. К удовольствию короля грозный герцог Ральф (Роберт Нормандский) наладил там идеальный порядок. По одной из легенд, неподалеку от Руана, в лесу, на дубе, он приказал повесить золотой браслет, и в течение нескольких лет никто не смел его тронуть из страха перед старым герцогом.

Вильгельм Завоеватель

Потомок викинга Роберта Нормандского — герцог Вильгельм — вошел в историю как Вильгельм Завоеватель: в 1066 г. он завоевал Англию. Случилось так, что умерший бездетным английский король Эдуард завещал Вильгельму свою корону из-за желания отблагодарить Вильгельма, своего дальнего родственника, за помощь Англии в войне против датчан. Но тому пришлось отбивать ее силой у Гарольда I, которого англосаксы поторопились избрать своим королем. В ночь, когда Вильгельм с 60-тысячным войском готовился отплыть из Нормандии в Англию, на небе явилась яркая комета. Воины Вильгельма увидели в этом благоприятный знак свыше. «Сам Господь за нас! — кричали они. — Веди же нас на Гарольда!» В Англии та же комета была воспринята как предвестница беды.

При высадке нормандского войска на берег Англии случилось еще одно непредвиденное событие: Вильгельм сходил последним и, едва ступив на землю, споткнулся и упал. Нормандцы растерялись. «Чему вы удивляетесь? — сказал герцог. — Я обнял эту землю моими руками и клянусь Божьим величием, что она будет наша!»

Завоевание Англии нормандским герцогом Вильгельмом. 1066 г.

Победа при Гастингсе

В решающей битве при Гастингсе герцог Вильгельм Нормандский призвал своих воинов: «Сражайтесь храбро, бейте всех! С Божьей помощью мы победим, и тогда все вы будете богаты». Англосаксы, часть которых была вооружена каменными топорами, были разбиты. Победа при Гастингсе решила судьбу английского трона в пользу потомка викинга, французского герцога.

Король Англии и герцог Нормандии Вильгельм Завоеватель попеременно жил в Лондоне и Руане. В последний год своей жизни он поссорился с французским королем, и англо-французский король-герцог Вильгельм начал войну. Столкновения на почве запутанности англо-французских династических и территориальных отношений в конечном счете приведут к Столетней войне (1337–1453), одной из самых длительных в истории.

Рыцари и рыцарское войско

Три занятия при феодализме

В X–XI вв. окончательно сформировался феодализм, при котором основные общественные обязанности, по оценке большинства историков, распределялись так: народ должен был работать, духовенство — молиться, а феодалы-рыцари — воевать.

Как стать рыцарем

Дворяне проходили специальный обряд посвящения в рыцари, которому предшествовали пост, исповедь и ночь, проведенная в часовне в «бодрствовании на страже». Главное в содержании самого обряда составляла следующая процедура. Старший дворянин-рыцарь троекратно ударял плашмя обнаженным мечом по плечу посвящаемого в честь Бога, Святого Михаила и Святого Георгия. Кроме того, рыцаря перепоясывали мечом, ему выдавались перчатки, накладывались шпоры, вручались щит и копье. Перчатки (особенно с правой руки) и шпоры были символами рыцарской чести. По смерти рыцаря шпоры клали с ним в гроб.

Рыцарский кодекс

Посвящаемые в рыцари приносили клятву всегда быть готовыми для защиты короля, церкви и дам. У французских рыцарей существовал девиз: «Душа моя — Богу, жизнь — королю, сердце — дамам, честь — для меня».

Кроме умения фехтовать обеими руками, высоко ценились семь рыцарских искусств: верховая езда, плавание, стрельба из лука, кулачный бой, соколиная охота, игра в шахматы и сложение стихов.

Рыцарская мораль и литература

Эпоха феодально-рыцарского войска выработала в военном сословии определенные нравственные нормы личного поведения и вооруженной борьбы, которые, впрочем, не распространялись на отношение дворян-рыцарей к простому народу и захвату добычи в войне.

Рыцарская поэзия — «Песнь о Роланде», «Песнь о Нибелунгах», «Поэма о Сиде» и другие произведения — запечатлела сильно идеализированный образ «рыцарей без страха и упрека». В ряду литературных памятников о рыцарстве иного рода — «Дон-Кихот» Сервантеса с его благородным, но беспомощным «рыцарем печального образа».

Рыцари в доспехах

Недостатки и достоинства металлических доспехов

В бою рыцарь обыкновенно с головы до ног был закован в металлические доспехи, что делало его неуклюжим и тяжелым. Когда его сбивали с коня, то сам он без посторонней помощи зачастую не мог встать на ноги.

Но броня обеспечивала надежную защиту от ударов холодным оружием. Когда в одном из сражений французский король Филипп II Август был сбит с коня, враги не могли найти в его доспехах ни одной щели, чтобы нанести разящий удар. Пока они тщетно пытались это сделать, подоспели французы, отбившие своего короля.

Сражение по-рыцарски

При столкновении рыцарских войск кровопролития редко бывали большими. Так, в сражении при Бремюле (1119 г.), в котором сошлись войска английского короля Генриха I и французского короля Людовика VI (общим числом 900 рыцарей), потери, не считая пленных, составили лишь 3 человека. По свидетельству Орделиха, потери были столь малы, «потому что они (рыцари) с ног до головы были одеты в железо и потому, что из страха Божьего и по товариществу друг друга щадили».

Боевой порядок герцога Булонского

Сражение двух феодально-рыцарских войск обычно разбивалось на массу единоборств отдельных рыцарей, которым помогали их слуги-пехотинцы, простолюдины-кнехты. Некоторые из феодалов вносили в такую схему боя свои новшества, порой причудливые. Так, в сражении французских и германских войск при Бувине (1214 г.) герцог Булонский образовал из своей пехоты треугольник и находился внутри него с шестью другими рыцарями. Оттуда они предпринимали боевые вылазки против французов, затем возвращались внутрь своего убежища для отдыха и смены лошадей.

Сражение рыцарских войск

Оружие священника

В сражениях феодально-рыцарских войск часто принимали участие и священники. Так как церковь запрещала им проливать кровь человека, то они вооружались не мечами и копьями, а булавами. В сражении при Бувине один французский епископ, добравшись до знатного германского рыцаря, так ударил его булавой по доспехам, защищавшим голову, что тот свалился с коня замертво.

Крестовые походы

Идея крестовых походов

Довольно мрачный след в истории оставили духовно-рыцарские Ордена, особенно Тевтонский и Ливонский, а также крестовые походы XI–XIII вв., основной ударной силой которых были феодалы-рыцари. Вдохновителем первого крестового похода стал в 1095 г. Клермонский церковный собор. На нем папа Урбан II призвал помочь Романии (Византии) в борьбе с «персидским племенем турок» и освободить из-под власти мусульман «гроб Господен» в Иерусалиме. Папа не забыл добавить: «Те, кто здесь горестен и беден, там будут радостны и богаты».

Крестоносцы не щадят евреев

Двигаясь к Иерусалиму, чтобы отбить у мусульман «гроб Господен», крестоносное войско не щадило по пути и евреев. В русском альманахе начала XX в. «Всеобщая история, обработанная «Сатириконом» это описывается так: «Когда вдали показывался какой-нибудь город, крестоносцы спрашивали у начальства:

— Послушайте, это Иерусалим?

— Нет.

— Нет? А евреи в нем есть?

— Есть.

— А можно их перебить?

— Да, сделайте одолжение».

Погромы евреев состоялись в Кельне, Праге, Меце и других городах, через которые двигались «воины Христовы».

Крестоносцы взывают к папе

В первом крестовом походе феодально-рыцарское войско попало в осаду в Антиохии. Пришлось взывать к папе римскому письмом: «Ваше святейшество, завершите то, к чему сами призвали нас, прибудьте к нам». Но папа Урбан был довольно стар и болен.

Жажда золота

15 июля 1099 г. крестоносцы взяли штурмом Иерусалим. Молитвы перед «гробом Господним» сочетались с погромами турок и евреев. «Вспарывали животы умерших, чтобы извлечь из них проглоченные золотые монеты. Через несколько дней сложили трупы в большую кучу и сожгли в пепел, чтобы легче было находить упомянутое золото.» (Фульшер Шартский).

Бог не выручил

Новое нашествие на Восток — второй крестовый поход (1147–1149 гг.) — был неудачен. Турки вернули себе Иерусалим и разрушили Иерусалимское королевство крестоносцев. Папа Урбан III, не пережив этих потрясений, умер.

Крестоносец

Сражение крестоносцев с турками-сельджуками

Фридрих Барбаросса и Ричард Львиное Сердце

В третьем крестовом походе (1189–1192) наиболее активно действовали германский император Фридрих Барбаросса (Рыжеволосый) и английский король Ричард Львиное сердце.

Барбаросса утонул при переправе через одну из рек в Малой Азии. Его имя воскреснет в гитлеровской Германии: «Барбароссой» будет назван план войны («крестового похода») против СССР.

Ричард Львиное сердце, «коронованный трубадур», потомок норманнских завоевателей, был не только рыцарем, но и жестоким карателем. Его именем турки и евреи пугали детей: «Не плачь, не плачь, вот король Ричард идет!» Потерпев неудачу в крестовом походе, он умер на долгом обратном пути домой, смертельно раненный стрелой французского арбалетчика, так и не вернувшись в Англию.

Путь крестоносцев

Четвертый крестовый поход (1202–1204) был признан церковью «недоразумением»: не дойдя до Иерусалима, «воины Христа» захватили и разграбили столицу христианской Византии — Константинополь.

По легенде, среди разрушенных чудес Константинополя были две женские скульптурные фигуры. Одна из них показывала на Запад, и на ней были начертаны письмена: «Оттуда придут те, которые завоюют Константинополь». Другая указывала в сторону городской свалки, и надпись гласила: «Там они окончат свой путь». Дальнейшие события подтвердят последнее пророчество.

Трагедия Детского крестового похода

Экзальтация христиан «в связи с походами крестоносных войск охватывала все слои населения. В 1212 г. в крестовый поход собрались дети, что закончилось драмой. Два экзальтированных мальчика — Стефан во Франции и Николай в Германии — увлекли за собой десятки тысяч детей, обещая, что море перед ними расступится. Предприимчивые дельцы-торговцы доставили около 10 тысяч детей из Марселя в Египет, где продали их в рабство.

Крестоносцы врываются в Константинополь. 1204 г.

Что дали крестовые походы

Последующие крестовые походы на Восток (последний, 8-й, состоялся в 1270 г.) были также неудачны. Эпопея крестовых походов лишь усугубила отношения христианского Запада и мусульманского Востока.

Некоторые историки не без сарказма отмечали такую пользу походов на Восток: европейцами были заимствованы горячие бани, частое обновление платья и белья, выращивание абрикосов, арбузов и лимонов, а в военном отношении — употребление литавр, тарелок и барабанов. Сарказм объяснялся тем, что перенимать все это можно было и без войны.

ВОСТОЧНЫЕ ЗАВОЕВАТЕЛИ

Создание единого монгольского государства, а затем и монгольской феодальной империи было связано с именем Темучина, вошедшего в историю под именем Чингисхана (1161–1227). Он происходил из знатного, но обедневшего ханского рода и наследовал распавшийся улус. Ему удалось вернуть родовое владение, а затем привлечь на свою сторону большинство соседних племен. В 1206 г. Чингисхан встал во главе единого монгольского государства и повел завоевания. Первым в 1207 г. подверглось нашествию монгольских войск тибетское тунгутское царство, затем Чингисхан покорил племена уйгуров, бурят и киргизов. В 1211 г. он во главе основных сил своей армии вторгся в пределы государства Цзинь на территории Северного Китая, через четыре года был захвачен Дасин (Пекин) и свыше 90 других городов. В 1218 г. были завоеваны Восточный Туркестан и Семиречье. С 1219 г. Чингисхан повел в Средней Азии борьбу против правителя могущественного Хорезма Мухаммеда, позволившего разбить свои многочисленные войска по частям. Преследуя войска продолжавшего борьбу сына хорезмшаха Джелал-эд-Дина, монголы достигли реки Инд. Затем были опустошены Северный Иран, Грузия и Азербайджан. Через Северный Кавказ отряды Субедея и Джебе двинулись в южнорусские степи. В 1223 г. на реке Калке они добились трудной победы над русско-половецким войском и вскоре вернулись в Монголию.

К началу XIII в. относится составление Чингисханом свода установлений, получивших название «Яса» («Ясак», «Джасак»). Они определяли основы государственного управления и организации монгольского войска, подчиненные идее жесткой централизации. Благодаря созданной Чингисханом системе государственного и военного управления после его смерти монгольская империя не только не распалась, но и продолжила свои завоевания. Его сын Угедей в 1231–1234 гг. завершил завоевание китайского государства Цзинь. Внук Чингисхана Батый, разгромив Русь, двинулся на запад, дойдя до границ Северной Италии. Завоевательные походы монголов продолжались до конца XIII в., когда монгольская империя распалась из-за внутренней экономической слабости и борьбы между наследниками Чингисхана.

Основным родом монгольских войск служила конница, умевшая действовать как густыми массами, так и рассыпным строем. Она отличалась стремительностью, способностью совершать длительные переходы, чему способствовало отсутствие колесного обоза. Оружие монгольского всадника составляли лук, кривая сабля и длинные пики, тяжелая конница имела и защитное вооружение. Войско делилось на десятки, сотни, тысячи и десятки тысяч (тумены или тьмы). Монголы располагали метательными и осадными машинами, для борьбы против крепостей использовались также подкопы, фашины, огневые стрелы (с порохом, заимствованным у китайцев). Для стратегии и тактики монголов были характерны тщательная разведка, внезапность нападения, стремление расчленить силы противника и бить его по частям, применение засад, маневрирование крупными массами конницы, преследование противника до полного его уничтожения.

Одним из улусов, доставшихся многочисленным наследникам Чингисхана и его сыновей, владел бек Тараган из тюркизированного (отуреченного) монгольского племени барлас. Его сын Тимур, получивший прозвище Тамерлан (Тимур-хромой), много усилий потратил, чтобы стать эмиром Мавараннахра (области между Амударьей и Сырдарьей). Опираясь на поддержку кочевой знати и мусульманского духовенства, он в 1370–1380 гг. осуществил завоевания в Туркестане, добившись объединения земель вокруг Самарканда. В 1388 г. Тамерлан овладел Хорезмом, затем в результате трех походов (1389, 1391, 1394–1395 гг.) разгромил монгольскую Золотую орду, объединив Среднюю Азию. Нашествию Тамерлана подверглись территории Ирана, Ирака, Афганистана, Закавказья. В 1398 г. он вторгся в Индию и захватил Дели. Война Тамерлана с турецким султанам Баязидом (Баязетом) I завершилась поражением султана и его пленением в битве при Ангоре (1402 г.). В это время Тамерлан имел под своими знаменами армию до 800 тысяч человек. Он готовился к походу против Китая, но в самый разгар приготовлений в 1405 г. умер.

Многие историки считают завоевания Тамерлана продолжением «эры монголов», но фактически это были мусульманские завоевания, осуществлявшиеся под лозунгами ислама. Удары Тамерлана по монгольской Золотой орде способствовали дальнейшему ослаблению и крушению монгольского господства на Руси (предзнаменованием этого была Куликовская битва 1380 г.), в Поволжье и Западной Сибири. Но завоевания «железного хромого» фактически нанесли вред и мусульманскому миру, дезорганизованному вследствие отсутствия в политике Тамерлана продуманного государственного начала. Его огромные территориальные приобретения в значительной мере осуществлялись за счет мусульманских государств, на долгие годы впадавших в разруху.

Заимствовав во многом военную организацию и военное искусство монголов, Тамерлан дополнил их более широким применением мер принуждения и поощрения, выплатой жалованья командирам и рядовым воинам, усиленной маскировкой замыслов военных действий, тщательной подготовкой походов, террором против побежденных войск и населения противника.

Чингисхан — основатель монгольской империи

Рождение завоевателя

Чингисхан, по преданию, родился, сжимая в правой руке запекшийся сгусток крови, что было истолковано окружающими как признак будущего воина-завоевателя.

Выходец из бедного улуса, в юности занимавшийся охотой на сурков и сусликов, впоследствии станет «монгольским Александром Македонским».

Командиры должны учиться

Объединив монгольские племена военной организацией, Чингисхан регулярно вызывал к себе командиров для обучения. Он установил: «Беки (начальники) тьмы, тысячи и сотни, приходящие слушать наши мысли в начале и конце года, могут начальствовать над войском. Состояние же тех, которые сидят в своей юрте и не слышат мысли, походит на камень, попавший в большую воду, или на стрелу, пущенную в тростниковые заросли: они исчезают. Таким людям не подобает командовать».

Высшее наслаждение Чингисхана

Чингисхан как-то спросил у своего окружения, в чем состоит высшее наслаждение для них. Выслушав разные ответы, он осмеял их и сказал: «Нет, высшая радость для человека заключается в том, чтобы победить своих врагов, гнать их перед собой, отняв у них то, чем они владели, видеть лица, которые им были дороги, в слезах, ездить на их конях, сжимать в своих объятьях их дочерей и жен».

Возвеличивание кочевых народов

Чингисхан делил людей на два типа. Люди первого типа выше всего ставят материальное благополучие и личную безопасность, они способны на трусость и измену и потому недостойны жизни. Люди второго типа не стремятся к материальным благам и ставят выше всего честь и достоинство своего имени и своего народа. Люди первого типа живут в городах; вторые же представляют кочевые народы, которые ведут подвижный образ жизни, несовместимый с накоплением материальных благ.

Из законов Яса

В Законах Яса (Ясак, Джасак), принятых Чингисханом в 1206 г., в числе прочих содержались такие строгие военные предписания:

— «Долг монголов немедленно являться на мой вызов, повиноваться моим приказаниям, убивать, кого велю».

— «Воин, не по праву присваивающий добычу, подлежит смерти».

— «Невнимательный часовой подлежит смерти».

— «Гонец-стрела, который напьется, подлежит смерти».

— «Неспособный полководец подлежит смерти».

Основатель монгольской империи Чингисхан

Льготный вид казни

Если подлежащий казни монгол был достоин уважения за предыдущую деятельность, его, по законам Яса, убивали бескровно: обычно ломали позвоночник или заворачивали в ковер и душили.

Чингисхан о борьбе с пьянством

Борясь с пьянством среди монголов, Чингисхан постановил: «Если уж нет средств против питья, то человеку нужно напиться три раза в месяц». За превышение этой нормы следовало суровое наказание. При этом вождь монголов признавал: «Где же найти такого человека, который совсем бы не пил?»

Какими должны быть монголы

Чингисхан наставлял своих подданных: «В обычной жизни ведите себя подобно теленку двухгодовалому, во время пиров и забав будьте, как молодые жеребята. Но во время войны будьте подобны голодному соколу, который ведет охоту; в ясный день будьте бдительны, как матерый волк, в темную ночь осторожны, как черный ворон».

Слово к войску

Среди записанных высказываний (поучений) Чингисхана, именуемых «Билик», есть такое: «Мои полководцы! Вы подобны драгоценным украшениям моей головы, вы — собрание славы, вы несокрушимы, как камень! И ты, мое войско, окружающее меня словно стеной и выровненное, как борозды поля! Слушайте мои слова: во время мирной забавы живите одной мыслью, как пальцы одной руки; во время войны будьте, как сокол, который бросается на жертву, будьте, как орел на добыче!»

Чингисхан прощает девять раз

Назначая того или иного военачальника управляющим очередной завоеванной территорией, Чингисхан ввел правило: прощать им девять преступлений против установленных законов. Провинившегося сверх этого ждала жестокая расправа.

Отчаяние мусульман

Среди многочисленных жертв завоеваний Чингисхана были мусульманские народы Ирана и Ирака. Арабский историк Ибн-аль-Асир свидетельствовал: «Нелегко писать о том, что смерть обрушилась на ислам и мусульман. Ах! Если вам скажут, что земля никогда не знала подобного бедствия с тех пор, как бог создал Адама, верьте этому, так как это истинная правда. Пока не наступит конец света, мир никогда не увидит подобной катастрофы».

Чингисхан покоряет Китай

В 1217 г. Чингисхан сумел подчинить себе могучего южного соседа — Китай, но один из предводителей китайского войска сумел бежать. На предложение его преследовать Чингисхан ответил: «Эту войну можно сравнить с охотой. Мы взяли всех ланей и других животных. Остался только один заяц. Оставим его».

Увод монголо-татарами пленных

Упорный Джелал-эд-Дин

В Средней Азии сопротивление войскам Чингисхана попытался оказать султан Мухаммед, возглавлявший Хорезм, а после смерти султана — его сын Джелал-эд-Дин. Последний был упорным и отважным военачальником, но и он не устоял: в решающем сражении был разгромлен и спасся, бросившись в реку и переплыв ее. Это происходило на глазах монголов, которым Чингисхан запретил преследовать и убивать Джелал-эд-Дина, сказав: «Только такой сын должен быть у отца». Вождь монголов говорил о своем молодом сопернике: «Раз он сумел выйти невредимым из такой пучины на берег спасения, от него следует ждать много беспокойств». Это предсказание сбудется, но Джелал-эд-Дин все же погибнет в неравной борьбе.

«Бич Аллаха»

Взяв штурмом и разорив Бухару, Чингисхан сказал местной знати: «Я — бич Аллаха, и если бы вы не были великими грешниками, Аллах не послал бы меня на ваши головы». В главную мечеть Бухары он въехал на коне.

Чингисхан о законах ислама

В Бухаре Чингисхан имел беседу с мусульманскими проповедниками, которых он расспрашивал о законах ислама. Услышав о правиле ислама молиться каждый день пять раз и делать столько же омовений тела, он заметил: «Молиться должно по своей воле, а не по назначению, потому что молитва заключается в чувствах сердца; а в частом омовении вижу излишество».

О правиле ислама ездить хотя бы однажды в Мекку для молений Чингисхан высказался так: «Нужно ли искать особого места для моления, когда Бог есть вездесущий и присутствующий? Для моления удобно всякое место».

У монголов всюду враг

Завоевания монголов простирались от устья Дуная и Великого Новгорода до Тихого океана и гор Индии. Один из приближенных Чингисхана однажды сказал: «А ведь у нас всюду враг — от заката солнца до его восхода».

Слава умирает с народом

Чингисхан как-то самодовольно сказал, что, уничтожив огромное число людей, он заслужил вечную славу. На это хорезмиец Вахид-эд-Дин возразил ему: «Если хан и его слуги перебьют всех людей, среди кого же будет жить его слава?»

Миром нельзя управлять с коня

С годами Чингисхан научился проявлять себя не только как завоеватель-разрушитель, но и как дальновидный политик. Исторические хроники отмечают большое влияние на него со стороны советника Элюй Чуцая (из знатного рода киданей), долго жившего в Китае. Именно этот советник вооружил монгольского правителя бесценным правилом: «На коне можно завоевать мир, но управлять им, сидя на коне, нельзя».

Элюй Чуцай посоветовал Чингисхану: «Вместо того, чтобы разрушать завоеванные города, нужно разрушать только их укрепления и дать возможность развиваться, так как они являются источником богатства. Выгоднее собирать налог с населения, чем пускать в ход саблю».

Совет Элюя Чингисхану

Мудрый Элюй как-то сказал своему всемогущему правителю: «День — службе, а ночь — для размышлений, принадлежит тебе».

Чингисхан назначает преемника

Перед очередным военным походом одна из жен Чингисхана Есуй посоветовала ему назначить себе преемника. Правитель монголов признал ее правоту со словами: «Ты всего лишь женщина, а сказала мне то, что ни мои братья, ни мои сыновья, ни советники не осмеливались при мне произнести. Да, я не подумал об этом, как будто мне никогда не придется умереть».

Чингисхан назначил своим преемником Угедея, самого спокойного и уравновешенного среди сыновей.

После своей кончины «властитель 500 миллионов душ» Чингисхан был похоронен в Уджен-Хоро (ныне на территории района Ордос, северо-западнее Пекина), где долго стоял шатер с его телом, позже разрушенный. Сейчас на этом месте — небольшой дворец-памятник.

Неистовый завоеватель Тамерлан

Отуреченный «Железный хромой»

Тамерлан (Тимур) происходил из рода Чингисхана (по женской линии), но его племя принадлежало к отуреченным монголам. Будучи воинственным мусульманином, он относился к монголам так же враждебно, как и ко всем другим «неверным».

«Тамерлан» — производное от «Тимур-Ленга», где приставка «ленг» означает «хромой». Еще в молодости из-за ранения в правую ногу Тимур стал хромым. Со временем за ним закрепится прозвище «Железный хромой».

От миролюбия к идее всемирной власти

Редкий документ — «Автобиография Тимура» — содержит самовосхваление, подчеркивание собственного миролюбия и мудрости. Молодой и еще слабый Тамерлан так увещевал своих врагов: «Все люди, населяющие землю, составляют как бы одно тело, одно целое; если кто нападает на других и причиняет беду, это равносильно тому, если бы человек стал рубить собственное тело. Значит, любые враждебные действия друг против друга лишены всякого смысла, война не нужна».

Оценивая свое возвышение и первые военные победы, Тамерлан в «Автобиографии» подчеркивает: «Меч, карающий неправду, который аллах посылает людям, — это правители». В последующем он будет говорить о своих правах более масштабно: «Если на небе один Бог, то на земле должен быть один правитель».

Свирепость Тамерлана

Начав с завоевания Средней Азии, Тамерлан затем вторгся в Афганистан, Персию, на Кавказ. Воюя под знаменем ислама, он был лют по отношению к немусульманским народам. Взяв штурмом один из грузинских городов, завоеватель велел бросить в колодцы и засыпать около 4-х тыс. человек. В другом случае 2 тыс. пленных христиан были уложены в ряды и замурованы кирпичами на известковом растворе, составив стены нескольких зданий.

Поход Тамерлана против Тохтамыша и Руси

В 1391 г. Тамерлан с огромным войском выступил в поход против хана Золотой Орды Тохтамыша. По легенде, его войска (до 400 тыс. человек), расставленные в боевом порядке, растянулись от подножия Эльбруса до Каспийского моря.

Разгромив Тохтамыша, Тамерлан, сея смерть, двинулся на Москву. На границе Рязанского княжества он вдруг остановился и повернул назад; в Рязани весь народ молился на икону святой Богородицы, считая ее спасительницей. По одной из версий, Тамерлан, взяв и разрушив Елец, решил, что уничтожил столицу Руси и потому не пошел дальше. По другой версии, он просто не захотел углубляться в просторы незнакомых ему русских равнин.

Среднеазиатский завоеватель Тамерлан (Тимур)

Зловещие памятники

В целях устрашения своих противников Тамерлан имел обыкновение устраивать башни из голов убитых врагов. Разъяренный упорной защитой Багдада, он, взяв его, казнил защитников и жителей города в огромных количествах, построив более 100 башен из отрубленных голов.

Войска Тамерлана у границ Руси

Тамерлан в Индии

В 1398–1399 гг. Тамерлан покорил Северную Индию. Индийцев, как людей чужой веры, он также не щадил. Готовясь к штурму Дели, завоеватель повелел уничтожить 100 тысяч пленных, посчитав их обременительными и опасными.

Чем Баязид развеселил Тамерлана

После Индии Тамерлан двинулся в Малую Азию против турецкого султана Баязида I. В сражении 1402 г. у Ангоры (Анкары) он разгромил турецкое войско и взял в плен Баязида. Когда плененного турецкого султана привели к Тамерлану, последний рассмеялся. «Не смейся над моим несчастьем, — сказал Баязид. — Бог раздает государства, но он может завтра отнять у тебя то, что дал сегодня». — «Я это знаю, — ответил Тамерлан, — но увидев твое лицо, я подумал вот о чем. Как видно, Бог ни во что не ставит государства, если он их отдает таким уродливым существам, как мы с тобой: ты — кривой, а я хромой».

Тамерлан опасается Страшного суда

В «Автобиографии Тимура» есть такое высказывание: «Всякая власть подобна палатке, которая опирается на столбы, эти столбы — справедливость правителя, на ней зиждется крыша власти». Редкие проявления такой справедливости со стороны Тамерлана выражались в его щедрости по отношению к своим сподвижникам; не забывал он и нищих, бедных, говоря: «Я не хочу, чтобы в день Страшного суда бедные тянули меня за края одежды, прося мщения против меня».

Бесцельность завоеваний

По примеру Александра Македонского, о котором Тамерлан слышал, он уважительно относился к ученым и мудрецам. Восточный деспот и сам хотел прослыть мудрым правителем. Но вот мнение историка: «В большей части завоеваний Тимура трудно заметить какую-нибудь политическую цель. Можно думать, что им руководила безотчетная страсть к разрушению. Разорив богатую страну, срыв до основания ее города, потоптав копытами своих коней ее жатвы, настроив пирамид из отрубленных голов, он шел дальше, не заботясь о прочном утверждении своей власти в оставленной им безобразной пустыне» (Т. Н. Грановский).

Отдых Тамерлана

Из всех видов отдыха Тамерлан предпочитал только охоту и игру в шахматы. Для этой игры он сделал усовершенствование в соответствии со своим величием: использовал большую доску с крупными фигурами. Есть сведения, что он пытался изменить и саму шахматную игру с помощью введения круглой доски.

Тамерлан в походе

Столица Тамерлана

Столицей своего государства Тамерлан сделал Самарканд, богато им украшенный. До сих пор там сохраняются поражающие своей красотой «Ворота Тамерлана». В Самарканде находится и его гробница.

Воины Тамерлана

Тамерлан и Насреддин Афанди

В турецком фольклоре сохранился сюжет «Тамерлан и Насреддин Афанди».

Тимур назначил Афанди казначеем, но вскоре узнал, что тот раздает деньги направо и налево. На требование повелителя дать объяснения Афанди отвечал: «Ваше всемогущество, я раздаю деньги беднякам, вдовам и сиротам, славя ваше имя». — «Но так ты разоришь мою казну!» — возмутился Тамерлан. — «Ваше всемогущество, кому я даю деньги, то предупреждаю, что он обязан вернуть их после смерти великого Тамерлана. Вот поэтому все в своих молитвах просят аллаха даровать вам долгих лет здоровья. Иначе кто же станет за вас молиться?»

Тамерлан и Ходжа Насреддин

Фольклорный сюжет «Тамерлан и Ходжа Насреддин турецкий» связан с боевыми слонами Тамерлана. Он каждый год распределял их для содержания по различным селеньям, что было бедствием для крестьян, посевы которых слоны вытаптывали. Ходжа Насреддин с группой односельчан отправился к Тамерлану попросить его забрать из их деревни слона. Но спутники Ходжи в последний момент струсили и скрылись, так что он остался один на один с грозным владыкой. Ходжа заявил ему: «О, повелитель, мы признательны тебе за честь ухаживать за твоим слоном, но ему в нашей деревне одному скучно, вели прислать нам еще и слониху». Когда Ходжа Насреддин оказался на улице, его окружили односельчане, спрашивая: «Ну что, тебе удалось что-нибудь сделать?» — «Ради таких друзей, как вы, — сказал Ходжа, — я все сделал. Поздравляю вас: завтра нам пришлют еще и «слониху!»

ВОЕННЫЕ РАСПРИ ФЕОДАЛЬНОЙ ЕВРОПЫ

XIV–XVI вв. в истории Западной Европы относят к периоду расцвета феодализма и одновременно постепенного формирования в его недрах раннекапиталистических отношений. Быстро росли города — центры ремесел и торговли, способствовавшие преобразованию феодальных отношений, изжитию личной кабальной зависимости трудовых классов от сеньоров — крупных собственников. Города стали активно влиять на комплектование вооруженных сил: ремесленники-горожане были основным контингентом для формирования пехоты, долгое время находившейся в упадке. Первым свидетельством появления пехоты, способной противостоять рыцарской коннице, стало сражение при Куртрэ (1302 г.), в котором фламандское пешее ополчение смогло разгромить французских конных рыцарей. Другой пример возвращения на поля Европы боеспособной пехоты дала Швейцария в сражениях за свою независимость от австрийского господства. Пехота швейцарских кантонов доказала превосходство над имперской рыцарской армией.

В Англии, одной из первых отменившей крепостное право, короли получили возможность формировать армию преимущественно путем найма. Большое внимание уделялось пехоте из лучников, комплектовавшейся крестьянами горных областей. Это стало одной из причин длительного военного превосходства Англии в ее Столетней войне (1337–1453 гг.) против Франции. В этой войне Англии благоприятствовали и другие факторы — помощь германских княжеств и Фландрии, распри между французскими феодалами. В ходе Столетней войны англичане много раз добивались побед над французским рыцарским войском (при Кресси, Пуатье, Азенкуре и др.), но они не имели во Франции необходимой социальной базы для закрепления военных успехов. В борьбе, принявшей для французов национально-освободительный характер, решающую роль в конечном счете сыграло движение народа. В критический момент по призыву и личному примеру Жанны д'Арк в стране начался массовый патриотический подъем, развернулось партизанское движение крестьян. Этот стратегический фактор обусловил коренной поворот в ходе Столетней войны в пользу французской армии. Огнестрельное оружие в этой войне еще не выявило своих качеств. Арбалет и длинный английский лук превосходили ручное огнестрельное оружие.

С конца XV в. наемничество становится самым распространенным способом комплектования вооруженных сил, а наемные армии — основной военной силой государств. В армию вербовались горожане и свободные (незакрепощенные) крестьяне, разорившиеся рыцари, выходцы из других слоев населения вплоть до деклассированных лиц. Для них военная служба становилась ремеслом. Для службы в наемных армиях широко привлекались иностранцы — швейцарцы, немецкие ландскнехты, испанцы. Пестрый состав наемников и отсутствие объединяющей их идеи (кроме материальной заинтересованности) затрудняли поддержание воинской дисциплины. Поскольку регулярная выплата жалованья была редкостью, дисциплина зачастую внедрялась палочными методами. Наемный солдат не интересовался вопросом, за что он сражается, он служил тому, кто больше и исправнее платил. Французский король Карл VII в целях избавления от иноземных солдат, нанятых во время Столетней войны, пытался создать постоянное войско из уроженцев Франции. Созданные им ордонансовые конные роты были прообразом постоянного национального войска, но они были немногочисленны.

В XV–XVI вв. сложный период своей истории переживала Италия. С одной стороны, здесь быстрее, чем в других европейских странах, развивались города и мануфактурное производство, ярко проявлял себя Ренессанс (Возрождение). С другой, остро сказывалась политическая раздробленность, вражда между разобщенными городами-государствами. В 1494—1550 гг. велись так называемые Итальянские войны, в которых земли ослабленной Италии стали объектом притязаний со стороны соседних абсолютистских, централизованных государств — Франции и Испании. Относительно богатые итальянские города-государства в борьбе между собой и с иностранными завоевателями сделали ставку на наемные войска — кондотьеров (от итал. condotta — договор о найме на военную службу). Они формировались из итальянцев и иностранцев и не имели качеств боеспособного войска. Обстановка кризиса выдвинула политического и военного мыслителя из Флоренции — Никколо Макиавелли, твердого сторонника объединения Италии, сильной государственной власти, национальных вооруженных формирований в виде ополчения (милиции). Свои идеи он изложил в трудах «Государь», «История Флоренции», «О военном искусстве». Они получили широкую известность и послужили мощным толчком к развитию теории государства, армий и военного искусства в новое время. Однако в самой Италии большинство идей Макиавелли не вызвали должного отклика. В результате Итальянских войн большая часть территории Апеннин оказалась под властью Испании.

В Итальянских войнах выявилось острое соперничество Франции и Испании, ставших к началу XVI в. самыми сильными государствами Европы. В 1519 г. Карлос I Испанский как представитель династии Габсбургов был избран императором «Священной Римской империи» под именем Карла V. Его главной политической идеей провозглашалось создание всемирной католической монархии, что в период укрепления национальных государств Западной Европы было несомненной утопией. Захватнические устремления своей внешней политики Карл V прикрывал религиозными лозунгами. Главной движущей силой в осуществлении этой политики было дворянство, жаждавшее наживы и рыцарских «подвигов». Воинствующий католицизм рассорил Карла с германскими князьями из числа протестантов. Не сумев даже с помощью оружия справиться с ними, Карл V отрекся от престола испанского короля и императора «Священной Римской империи».

В ходе Итальянских войн впервые широко применялось огнестрельное оружие. Испанцы усовершенствовали аркебузу, превратив ее в мушкет. Испанская пехота, вооруженная мушкетами, после сражения с французами при Павии (1525 г.) господствовала на полях Европы около ста лет. Появление стрелков-мушкетеров послужило толчком к развитию боевых порядков пехоты, которые стали постепенно приспосабливаться к ведению огня. Артиллерия, сменившая каменные ядра на чугунные и ставшая более подвижной, начала применяться в различных видах боя, особенно ценна была ее помощь при осаде крепостей.

Во второй половине XVI в. Испания, уже игравшая ведущую роль в «Священной Римской империи», господствовала и на морях. Используя сильный флот, она добралась до американского континента, где были завоеваны Мексика, Перу, Боливия и другие земли. В конце XVI в. в борьбу с испанской гегемонией вступила Англия. В англо-испанской войне 1586–1604 гг. флот Елизаветы нанес сокрушительное поражение «Непобедимой армаде» Филиппа II, подорвав монополию Испании на морях.

С 1572 г. упорную борьбу за свою независимость от испанских Габсбургов повели Нидерланды. Национально-освободительная вооруженная борьба с перерывами здесь продолжалась до 1648 г., когда голландская Республика Соединенных провинций окончательно обрела государственную самостоятельность. В ходе Нидерландской буржуазной революции 1566–1609 гг., слившейся с борьбой за независимость, образовалась первая в Европе буржуазная республика, организовавшая новую армию. Это была первая регулярная армия, имевшая четкую организационную структуру, единообразные вооружение и обмундирование, централизованные снабжение и денежное довольствие, единую систему обучения, определяемую уставами. В этих отношениях маленькая, но боеспособная голландская армия станет примером для подражания крупным государствам в грядущую буржуазную эпоху.

Фламандцы и швейцарцы

«Битва шпор»

Пехота, вышедшая из фламандских промышленных городов и из швейцарских горных районов, положила конец безраздельному господству на полях сражений феодально-рыцарской конницы. Первыми отличились фламандцы: защищая город Куртрэ (1302 г.), они разгромили французских рыцарей, собрав в качестве трофеев около 700 золотых шпор. В историю это сражение вошло под названием «битвы шпор».

Вильгельм Телль — герой Швейцарии

В центре Европы в XIV–XV вв. упорную борьбу за независимость вели швейцарцы. Одним из первых героев этой борьбы был Вильгельм Телль.

Как и его соплеменники, Вильгельм Телль мечтал об освобождении Швейцарии от австрийской зависимости. Когда на площади города Альтдорфа была выставлена на шесте шляпа с австрийским гербом, которой все местные жители должны были кланяться, Телль демонстративно отказался это делать. В наказание австрийский наместник Геслер придумал изощренное испытание: Телль должен был с расстояния в 80 шагов поразить стрелой яблоко, установленное на голове его сына. Вильгельм в ярости хотел отказаться это делать, но сын, чтобы спасти отца, уговорил его произвести выстрел, который, к счастью, оказался удачным.

Вскоре Вильгельм Телль отомстил Геслеру, убив его, а затем вступил в отряд, начавший вооруженную борьбу против австрийцев в кантоне Ури.

В ущелье, на месте, где стрела Телля поразила австрийского наместника, ныне стоит часовня. Надпись над входом в нее гласит: «Здесь Телль поразил гордыню Геслера и положил начало освобождению Швейцарии».

Подвиг Винкельрида

В 1386 г. пехотное войско маленькой Швейцарии в сражении при Земпахе нанесла поражение войскам австрийских Габсбургов. В этом сражении национальным героем Швейцарии стал Арнольд Винкельрид. Чтобы при атаке сделать брешь в сплошной линии австрийцев, он бросился на лес вражеских копий и захватил их обеими руками с криком «Вперед, друзья!». До того момента, когда Винкельрид упал, исколотый пиками, швейцарцы успели прорваться вперед буквально по трупу героя. Победа была за ними.

С женщинами не воюют

Решительность швейцарцев в борьбе за независимость страны часто сопровождалась чрезмерной жестокостью, порой они не щадили даже женщин. В своем первом общем воинском уставе (1393 г.) Союз швейцарских кантонов был вынужден впервые в Европе предписать: «Поскольку благодаря женщине обновляется и размножается благополучие всех людей, никто не смеет убивать, закалывать и насиловать жен и дочерей».

По Ганнибалу

Герцог Бургундии Карл Смелый почитал Ганнибала и упоминал это имя на каждом шагу. В сражении при Муртене он потерпел поражение от швейцарцев и вынужден был бежать с поля боя. Придворный шут, скакавший рядом с ним, посмеивался и то и дело повторял: «Эк, как нас отганнибалили!»

Жанна д'Арк и Столетняя война

Ультиматум Жанны д'Арк

Столетняя война между Англией и Францией (1337–1453) складывалась бедственно для французов. К 1429 г. на незанятой англичанами территории оставалась лишь одна сильная крепость — Орлеан. Но тут появилась «Орлеанская дева» — Жанна д'Арк.

Крестьянская девушка-патриотка, осененная верой и поддержанная дофином Карлом, была полна решимости спасти Родину. «Если не я, то кто же?» — говорила она. В начале 1429 г. Жанна обратилась с письмом-предупреждением: «Король Англии и Вы, герцог Бедфордский, отдайте Деве, посланной царем небесным, все захваченное вами во Франции… Если же вы этого не сделаете, то я, ставшая военным вождем, заставлю удалиться ваших людей, а если не захотят слушаться, то я повелю их умертвить».

Жанна боится предательства

Став духовным знаменем французских войск и сражаясь в их рядах, Жанна д'Арк спасла осажденный Орлеан. Началось освобождение Франции. Но для придворной и церковной знати девушка-пастушка была чужой. Когда у нее спросили: «Вы не боитесь воевать?», она ответила: «Ничуть, я боюсь только предательства». Фактически из-за предательства она попала в плен к бургундцам — союзникам англичан.

Столетняя война. Осада англичанами города Кале. 1347 г.

Смерть «Орлеанской девы»

Жанну д'Арк судили в Руане. Из 300 человек, принявших участие в судилище, большинство были французами. Бургундский епископ Кошон обвинил ее в ереси (за отказ от помощи церкви в спасении души и за ношение мужского костюма). Парижский университет утвердил обвинение. 19-летняя Жанна была сожжена в Руане на костре. Когда палач поджег костер, ее последними словами была просьба к священнику у помоста: «Подымите крест, чтобы я могла его видеть».

Жанна д'Арк — полководец

В известной книге М. Лэннинга «100 великих полководцев» Жанна д'Арк, единственная женщина из героев книги, поставлена в иерархии полководцев на почетное 43-е место.

Война Алой и Белой роз

Одна из войн с романтическим названием — война Алой и Белой роз (1455–1485) — разразилась в Англии из-за ее поражения в Столетней войне с Францией. Это была война за королевский престол между двумя ветвями королевской династии — Ланкастерами (герб — алая роза) и Йорками (герб — белая роза). Война оказалась чрезвычайно ожесточенной: в сражениях и на эшафотах погибло 60 принцев королевского дома, около половины дворянства и до 55 тысяч человек других сословий. Все же она имела почти романтический конец: последний оставшийся в живых представитель Ланкастеров Генрих Ричмонд (по матери — Тюдор) женился на дочери Эдуарда IV (Йорка), умершего в тюрьме. Тем самым он как бы объединил права обеих династий. Новый король под именем Генриха VII положил начало династии Тюдоров.

«Орлеанская дева» Жанна д'Арк

Италия — родина кондотьеров

Средневековая Италия была раздробленной страной, где богатые города предпочитали защищать себя с помощью наемников — кондотьеров. Последние вошли в историю как «охотники за удачей». Движимые корыстолюбием, кондотьеры вели войну, как игру, затягивая ее ради большей платы. Само слово «солдат» произошло от итальянского «сольдо» — монета, жалованье. При нежелании рисковать дело доходило до сговора между сторонами, кому отступать на этот раз.

В бою для кондотьеров главным было не убить противника, а взять его в плен для получения выкупа. В большинстве сражений число убитых и раненых исчислялось единицами. Так, в сражении при Ангиари (1440 г.), длившемся три часа, погиб, и то случайно, один человек, задавленный своей упавшей лошадью.

Итальянский кондотьер. Конная статуя

Италия и Н. Макиавелли

Эразм Роттердамский

Огнестрельное оружие — зло или добро?

В XIV в. в Италии и некоторых других странах Европы появилось огнестрельное оружие. Как и во все времена просвещенные современники спорили тогда: новинка — это зло или добро? Некий Фуггер утверждал, что огнестрельное оружие подобно воде и огню, которые могут быть и полезны, и вредны.

Итальянский поэт Петрарка категорично назвал огнестрельное оружие «адским инструментом». Он писал: «Недостаточно оказалось гнева бессмертного бога, гремящего с неба, и вот ничтожный человек (о, жестокость, соединенная с гордыней) даже с земли загремел себе на погибель».

Лютер, глава религиозной Реформации, назвал самопал и пушку «творением дьявола и ада». Но государей и их подданных это не останавливало.

Основоположник макиавеллизма

Итальянский мыслитель Никколо Макиавелли (1469–1527) высказал ряд чрезвычайно полезных для раздробленной Италии политических и военных идей. Но более всего этот флорентиец прославился как основоположник «макиавеллизма» — принципа моральной вседозволенности в политике и войне.

В своем знаменитом труде «Государь» он писал: «Существуют два способа действий для достижения целей: путь закона и путь насилия. Первый способ — способ человеческий, второй — способ зверей, но так как первый способ не всегда удается, то государи должны уметь пользоваться обоими способами».

«Государь, — наставлял Макиавелли, — должен соединять в себе качества льва и лисицы». Моральные нормы «вредны для личного блага государей, притворство же и личина чрезвычайно полезны». Что касается войны, писал он, то в ней искусство обмана «становится особо похвальным и достословным».

«Кто хочет жить в мире, — наставлял государей Макиавелли, — тот должен быть готовым к войне». Одновременно он предупреждал их: «Войны начинают, когда хотят, но кончают их, когда могут».

Макиавелли о наемниках

Макиавелли критиковал организацию и состояние итальянских войск, комплектуемых корыстолюбивыми наемниками-кондотьерами. «Люди, занимающиеся войной как ремеслом, — писал он, — вынуждены или стремиться к тому, чтобы мира не было или чтобы они могли быть сыты, когда наступит мир».

Из-под пера Макиавелли родился такой афоризм: «Война родит воров, а мир их вешает».

Войска ценнее золота

Макиавелли оспорил идущее от римского историка Квинта Курция определение денег как «нерва войны». Он считал: «В войне главное не золото, как думают, а хорошие войска, потому что золото не дает хороших войск, а хорошие войска доставляют золото».

Слово может все

Среди множества мыслей Макиавелли о военном деле — его похвала полководцам, умеющим владеть не только оружием, но и словом. Искусству слова он посвятил такой дифирамб: «Слово рассеивает страх, зажигает души, укрепляет стойкость, раскрывает обман, обещает награду, рассеивает опасность и указывает пути к спасению, дает надежду, восхваляет или клеймит, вообще вызывает на свет все силы, способные воспламенить или уничтожить человеческую страсть».

Леонардо да Винчи — военный специалист

Гениальный художник эпохи Возрождения Леонардо да Винчи совсем не был чужд военному делу. В 1482 г. он предложил городу Милану свои услуги в качестве военного инженера и создателя «катапульт, метательных и баллистных машин, и других еще не применявшихся устройств поразительной силы». В Милане, а затем в Венеции и Флоренции автор «Моны Лизы» занимался проектами усовершенствования огнестрельного оружия и крепостных сооружений. Он конструировал военные мосты, проводил опыты по получению высококачественной стали для холодного оружия, одним из первых разработал таблицы для стрельбы артиллерии. Далеко опережая свое время, Леонардо да Винчи изложил идеи создания парашюта, винтового летательного аппарата, подводного снаряжения для боевых пловцов, бронежилета, а также отравляющих веществ (сернисто-мышьячных газов и «опиумного дыма»).

Жалоба Эразма Роттердамского

Современник Макиавелли и Леонардо да Винчи голландский философ-гуманист Эразм Роттердамский в «Похвале глупости» и «Жалобе мира» выступил с резким осуждением войны. «Согласие существует и среди самых свирепых и диких зверей, — писал он. — Лев никогда не проявит кровожадности к себе подобным. Среди рысей царит мир. Согласие среди волков даже вошло в поговорку… И вот человек, наделенный разумом и языком, воюет».

Церковь и война

Особое негодование у Эразма Роттердамского вызывало участие в войнах церкви. «Что общего у епископского или пастырского посоха с мечом? Как можно, чтобы одни и те же уста громко восхваляли миролюбие Христа и одновременно восхваляли войну?».

Голландский гуманист удивлялся: «Папа призывает к войне — люди повинуются. Папа призывает к миру — почему же люди не повинуются таким же образом?»

Кто желает войны

В заключение «Жалобы мира» Эразм Роттердамский произносит знаменитую фразу: «Большая часть народа ненавидит войну и молит о мире, лишь немногие, чье подлое благополучие зависит от народного горя, желают войны».

От рыцарей к наемным армиям

Баярд — последний рыцарь

Во времена, когда место феодально-рыцарской конницы стала занимать пехота, по преимуществу наемная, прославился Пьер Баярд (1476–1524), которого считают последним «рыцарем без страха и упрека».

Сражаясь в рядах французской армии, он много лет не сходил с коня и был образцом отваги и чести. Сам король Франциск I после одной из битв попросил Баярда посвятить его в рыцари. Трижды ударив своим мечом плашмя по плечу монарха, Баярд произнес: «Желаю, чтобы Вы, рыцарь и король, никогда не знали бегства».

Спасение чести ценой жизни

При отступлении французской армии из Милана к Альпам раненный командующий, главный виновник отступления, передал начальство над войсками Баярду. Он просил прославленного воина спасти армию. «Теперь поздно ее спасать, — ответил Баярд, — но свою честь мы спасти можем».

Баярд сражался до последнего, пока не был смертельно ранен пулей, выпущенной из мушкета наемным испанским пехотинцем. Учитывая, что пехота и ее огнестрельное оружие в то время вытесняли с полей сражений феодально-рыцарскую конницу, — эпизод символичен.

Когда смертельно раненного Баярда сняли с коня и положили на землю, он попросил повернуть его лицом к врагу, сказав: «Я никогда не показывал испанцам спину». Затем поцеловал крест на рукоятке своего меча и умер.

Распущенные и жадные

С конца XV в. в составе европейских армий стали преобладать наемники, «распущенные, жадные и свирепые в своей жадности» (Х. Дельбрюк).

«Когда иссякают деньги, тут же иссякают и солдаты», — говорили о них.

Вслед за итальянскими кондотьерами на сцену военной истории вышли немецкие ландскнехты. Пословица гласила: «Для работы у ландскнехта кривые пальцы и бессильные руки, но для грабежа и захвата все бессильные члены сразу становятся здоровыми».

Девиз наемников

Наемники были родом кочующих воинских братств. Считавшиеся лучшими в Европе наемными воинами немцы, швейцарцы и испанцы служили то у одного государя, то у другого, то императору, то королю, то папе.

Их объединял общий девиз: «Пошли нам Бог сто лет войны и ни одного сражения».

Немецкие ландскнехты

Нравы наемного братства

Для справедливого распределения захваченной наемным войском добычи в каждой роте имелся специальный «грабежных дел мастер».

Кражи у населения были обычным делом, но кража у товарища каралась виселицей.

За ротой следовал обоз, где находилась добыча, а также женщины — жены и особы легкого поведения. Женщины были и поварами, и медицинским персоналом, при необходимости они тащили на себе поклажу, заготавливали дрова и т. д.

В период похода испанских войск герцога Альбы во Фландрию за его войском конной кавалькадой следовали 400 куртизанок «красивых и нарядных, как принцессы».

Наемники в сражении

В одном из исторических источников описывается церемониал, входивший в обычаи многих наемных армий: «Сойдясь с противником, обе стороны останавливались, становились на колени, молились и целовали землю и даже проглатывали горсть земли в качестве причащения. Затем, взяв пики наперевес, сходились фронт на фронт». Иногда для завязки боя вперед выдвигалась особая часть под названием «пропащих ребят», набиравшаяся из бродяг и преступников.

Недостача или невыплата жалованья часто служили причиной поражений в сражениях. В таких случаях проигравшие сражение нередко переходили служить к победителю.

От вербовки до охоты за людьми

Вербовка добровольцев в солдаты со временем превратилась в откровенную охоту за рекрутами. XV–XVIII вв. называли веками торговли людьми для военной службы. Частные вербовщики прибегали к обману, спаиванию, насилию. Иногда рекрута доставляли в роту связанным по рукам и ногам. В Париже имелись особые здания («ямы»), в которые запирались завербованные солдаты до отсылки их в полки.

В имперской австрийской армии практиковался следующий способ действий вербовщиков: «Они входили к частным людям, клали на стол деньги и веревку, оставалось только выбрать между военной службой и повешением».

«Священная Римская империя» и Карл V

Бескровный метод завоеваний

«Священная Римская империя», первоначально (IX в.) основанная германцами с включением в нее земель Северной Италии, к концу XV в. охватывала также земли Австрии и Нидерландов. К этому времени императорский трон утвердился за династией Габсбургов, среди которых доминирующее положение заняли австрийские эрцгерцоги — представители династии. Расширять империю им удавалось не военным путем, а благодаря удачным брачным союзам. Девизом австрийских Габсбургов было: «Пусть воюют другие, ты же, счастливая Австрия, заключай браки».

«Император мира» Карл V

Из представителей династии Габсбургов наиболее заметный след в истории Европы оставил Карл V — император «Священной Римской империи» в 1519–1556 гг. Пожиная плоды политики брачных союзов Габсбургов, он расширил пределы «Священной Римской империи», которая к середине XVI в. охватывала Германию, Австрию, Чехию, Венгрию, Нидерланды, Бургундию, часть Италии и Испанию с ее американскими колониями. Претендуя на титул «императора мира», Карл V гордился тем, что в его владениях никогда не заходит солнце.

Император «Священной Римской империи» Карл V

Почему Карл V простил французского короля

Во время Итальянской войны между «Священной Римской империей» и Францией был взят в плен под Павией (1525 г.) сам французский король Франциск I. Но Карл V вскоре отпустил его домой под обязательство не вести больше войны. Генералы упрекали своего императора в излишнем благородстве, но он сказал: «Франциск I будет теперь менее воинственным. К тому же, удерживай мы его дальше, во Франции могут произойти перемены, весьма опасные для нас».

«Пришел, увидел…»

В 1546–1547 гг. Карл V, правоверный католический монарх «Священной Римской империи», был вынужден силой оружия подавлять протестантское движение в подвластной ему Германии. Свою победу над противником под Мюльбергом он, перефразируя Юлия Цезаря, оценил так: «Пришел, увидел, Бог победил».

Вера зависит от власти

В 1555 г. Карл V, не сумев справиться с восстанием протестантских князей Германии, скрепя сердце, пошел на заключение Аугсбургского мира. Отныне каждый германский князь получил право выбирать веру для себя и своих подданных. Принцип «Чья власть, того и вера» стал в истории символом эгоизма правителей.

Два эпизода из жизни Карла V

Об императоре «Священной Римской империи» Карле V сохранились такие бытовые исторические сюжеты. Однажды он согласился дать епископство одному молодому дворянину. Тот, довольный и обрадованный, выйдя от императора, лихо вскочил на коня, чтоб отъехать. Карл, видя эту ловкость, велел вернуть новоиспеченного епископа и сказал ему: «Мне очень нужна хорошая конница. Оставляю вас при своей свите, где вы будете гораздо лучшим солдатом, чем епископом».

Карлу V хвалили жену одного офицера, красавицу. «Боже меня сохрани, — сказал он, — чтобы я захотел оскорбить честь того, кто защищает мою честь».

Испания против Англии

«Непобедимая армада»

Филипп II и Елизавета Английская

В 1556 г. на испанский престол вступил Филипп II, сын императора «Священной Римской империи» Карла V. Почти одновременно в Англии взошла на трон молодая королева Елизавета. 30-летний Филипп стал одним из соискателей ее руки и сердца, но та ответила ему отказом. Спустя 28 лет Филипп начал войну против Англии и двинул против нее огромный флот — «Непобедимую армаду». Один из современников писал: «Так нежные чувства молодого Филиппа сменила грозная «Великая Армада» стареющего испанского короля».

Далекие от романтизма историки склонны констатировать, что и предполагавшийся брак Филиппа с Елизаветой, и война против нее имели одну и ту же причину. Она состояла в желании Филиппа сохранить испанские владения, в том числе в Америке, от притязаний набиравшей силу Англии.

Филипп II Испанский — противник Елизаветы I

Испанцы на море

Начиная с XV в. и почти до конца XVI в. испанский флот считался лучшим в мире. Не случайно именно испанская морская экспедиция Христофора Колумба первой достигла Америки, а экспедиция Эрнана Кортеса положила начало обширным испанским завоеваниям на американском континенте. Абордажный бой кораблей достиг наивысшего искусства именно у испанских моряков. В сражении у Лепанто (1571 г.) флот Дон-Жуана Австрийского так массированно провел абордажную атаку на турецкие суда, что образовался как бы единый большой помост, на котором в рукопашной схватке испанцы решили исход боя в свою пользу.

Морской бой у Лепанто памятен и тем, что в нем участвовал будущий творец «Дон Кихота» Сервантес: тогда он был солдатом на испанской галере «Маркиза», в бою получил два ранения.

Но к началу англо-испанской войны 1586–1604 гг. английские экипажи и адмиралы превзойдут испанские. «Непобедимая армада» Филиппа II окажется победимой вполне.

Кто и почему возглавил Армаду

Свой флот — Армаду, предназначенную сокрушить Англию, испанский король Филипп II поручил возглавить герцогу Медине-Сидонии. Но вот что писал этот богатый вельможа королю: «Я не чувствую достаточно здоровья для пересечения морей. В редких случаях, когда я поднимался на палубу, меня охватывала морская болезнь, и, кроме того, я легко простужаюсь». Король, однако, оставил герцога во главе флота.

Среди объяснений этого нелогичного решения называли неожиданную смерть лучшего испанского адмирала Санта-Круза, стремление Филиппа II использовать для подготовки похода богатства Медины-Сидонии, а по мнению некоторых, — желание удалить его от супруги, с которой, как говорили, испанский король имел любовную связь.

Поход «Непобедимой армады». 1588 г.

Английская королева Елизавета I

Без денег, но с верой

Испанская «Непобедимая армада» готовилась к походу против Англии при недостатке материальных средств, особенно денежных; перед отплытием экипажи получили лишь часть денежного довольствия. Но проводы были торжественными. Епископ вручил командующему флотом священную хоругвь «крестового похода» против протестантской Англии. Рекальде, один из командиров эскадр, на это заметил: «Мы отправляемся воевать с англичанами, вооруженные лишь верой». С Армадой следовало 180 священников и монахов.

о борьбе с азартными увлечениями

Командующий «Непобедимой армадой» Медина-Сидония издал приказ: «Запрещаются все игры, особенно в ночное время. Поскольку известные прегрешения происходят от присутствия публичных и частных женщин, запрещаю пускать их на борт». Но жрицы любви зафрахтовали на собственные средства отдельный корабль, на котором и последовали за Армадой.

Англия утверждается на морях

В Гравелинском морском сражении испанская Армада потерпела поражение от английского флота, оснащенного лучшими кораблями и экипажами. Из 128 испанских кораблей после похода вокруг Англии домой с трудом вернулись менее половины.

Неудачливый командующий Медина-Сидония избежал наказания от Филиппа II. Вскоре английский флот напал на Кадис, главную военно-морскую базу Испании, и разгромил ее. «Генерал-капитан Моря и Андалузского побережья» Медина-Сидония докладывал испанскому королю: «Ни флота, ни Армады, ни Кадиса».

Английский флот стал сильнейшим в мире. Имя Елизаветы навсегда сроднилось с девизом: «Властвуй над морями, Англия!»

Нидерландская война за независимость и Мориц Оранский

Альба свирепствует в Голландии

Нидерландская буржуазная революция 1566–1609 гг. сопровождалась национально-освободительной войной голландцев против испанского владычества в стране. Душителем свободы Нидерландов выступил испанский герцог генералиссимус Альба. Это был человек, фанатично преданный католической вере и своему королю, суровый и безжалостный. Говорили, что протестантскую Голландию, отпавшую от католичества, он присудил к смерти. За 1567–1573 гг. из-за репрессий Альбы сотни тысяч голландцев покинули страну (только в Англию перебралось около 300 тысяч человек).

Альба докладывал испанскому королю Филиппу II: «Теперь, благодаря Богу, в Нидерландах все спокойно».

Герцог Альба

Мориц Оранский о голландской армии

В борьбе с испанцами рождалась новая голландская армия, детище первой в мире буржуазно-демократической революции. Это была небольшая, но дисциплинированная армия с преобладанием в ней стрелков, вооруженных огнестрельным оружием, с линейным боевым порядком, воинскими уставами, упорядоченным денежным довольствием. Ее организатором был принц Мориц Оранский.

Оценивая старую армию, он говорил: «Нельзя сказать, что у нее слабая дисциплина, а приходится сказать, что у нее вовсе нет дисциплины».

Морицу Оранскому приписывают слова: «Если две тысячи человек могут построиться в боевой порядок за четверть часа, то это — армия, если за час, то это не армия».

Голландский полководец Мориц Оранский

Военные реформы Оранского

Со своим двоюродным братом Вильгельмом Нассауским Мориц Оранский передвигал по столу оловянных солдатиков, разрабатывая боевой порядок голландской армии, в наибольшей мере соответствующий применению огнестрельного оружия.

Принца Оранского называют также «отцом офицерского корпуса», установившим основные офицерские звания и должности и определившим основной круг их обязанностей. Даже численность роты, определенная им в сто с небольшим человек, дожила до наших дней. Оранский воссоздал в армии правильную систему команд, подаваемых в строю офицерами, забытую со времен армии Юлия Цезаря.

Немецкий историк Х. Дельбрюк назвал всех последующие полководцев лишь «завершителями военного искусства Морица».

Испанские солдаты. 16-й век

Отступление испанцев из Нидерландов

Гез Тиль Уленшпигель

Активно боролись против испанского владычества голландские и фламандские гезы (от фр. gueux — нищие) — народные повстанцы. Фламандский гез Тиль Уленшпигель стал национальным героем Бельгии. После того как испанская инквизиция казнила его отца Клааса, Тиль жил и боролся, всегда помня: «Пепел Клааса стучит в мое сердце». Шарль де Костер вложил в его уста героическую песнь:

Да здравствует Гез! Полно плакать, братья.

Среди разрухи и крови

Расцветает роза свободы.

Если с нами Бог, кто же нам страшен?

После смерти Тиль Уленшпигель воскрес в бельгийских легендах как «дух Фландрии» и ее мечта о независимости. В отличие от Голландии, Бельгия станет независимой лишь спустя 250 лет.

ОТ ТРИДЦАТИЛЕТНЕЙ ВОЙНЫ 1618–1648 гг. ДО ВОЙН ФРАНЦИИ ЗА СОХРАНЕНИЕ СВОЕЙ ГЕГЕМОНИИ В ЕВРОПЕ

Тридцатилетняя война была первой общеевропейской войной. Она стала отражением противоречия между укреплением национальных государств и стремлением Габсбургов, «Священной Римской империи» к созданию в Европе единой феодальной монархии. После Карла V идея «наднациональной» католической империи была еще достаточно живуча, но она столкнулась с интересами других европейских государств и протестантского движения. Габсбургский лагерь в Тридцатилетней войне был представлен Испанией, Австрией, папством, католическими князьями Германии и Речью Посполитой, антигабсбургскую коалицию в разное время составляли Франция, Швеция, Дания, Республика Соединенных провинций (Голландия), а также Англия и Россия.

Первый период Тридцатилетней войны (1618–1624) был связан с Чешским восстанием против австрийских Габсбургов, которым не без труда удалось его подавить. Во втором периоде (1625–1629) войска Габсбургов под командованием И. Тилли и А. Валленштейна нанесли поражение Дании, но в войне с Францией на территории Северной Италии (так называемая война за Мантуанское наследство) австрийские и испанские Габсбурги вынуждены были уступить. Третий период Тридцатилетней войны (1630–1635) получил название «шведского» по роли, которую сыграла в этот период шведская армия Густава II Адольфа. Шведский король нанес австрийским имперским войскам поражение при Брейтенфельде, затем на реке Лех и под Лютценом. Россия в 1632–1634 гг. провела неудачную войну против Речи Посполитой, уступив ей Смоленск и Чернигов. Смерть Густава Адольфа и поражение шведов под Нердлингеном (1634 г.) несколько ухудшили положение антигабсбургской коалиции, от нее отошли курфюрсты некоторых германских протестантских княжеств. Четвертый, франко-шведский период (1635–1648) проходил под эгидой Франции, возглавившей коалицию. Военные действия велись в Германии, Италии, испанских Нидерландах и на Пиренеях и носили затяжной характер. После гибели Тилли и Валленштейна имперские полководцы не смогли оказать достойного сопротивления противнику. Войска Габсбургов стали терпеть одно поражение за другим. После того, как войска антигабсбургской коалиции создали непосредственную угрозу Вене, Габсбурги запросили мира.

Поражение Габсбургской коалиции в Тридцатилетней войне положило конец претензиям «Священной Римской империи», которая потеряла около 100 тыс. км^2. По Вестфальскому миру 1648 г. Франция получила Эльзас, закрепила свои права на Лотарингию и усилила влияние в Северной Италии. Швеция приобрела часть северогерманских земель (устья Одера, Эльбы и Везера) и взяла под контроль важнейшие гавани Балтийского и Северного морей. Немецкие княжества остались раздробленными, но князья получили фактическую независимость от императора. Из состава империи вышла первая буржуазная республика — Голландия.

Высшие достижения военного искусства в Тридцатилетней войне были связаны, в первую очередь, с именем шведского короля Густава II Адольфа, проявившего себя в качестве военного реформатора. Он создал сильную постоянную армию за счет умелого сочетания вербовки добровольцев с принудительным набором рекрутов из крестьян и бюргеров. Использовались также иностранные наемники, дополнявшие ядро войск — шведскую национальную армию. Громоздкие и малоподвижные полки в 2–3 тысячи человек Густав Адольф заменил 3-батальонными полками по 1300–1400 человек, в которых впервые 2/3 составляли мушкетеры (вооруженные огнестрельным оружием — мушкетами) и лишь 1/3 — пикинеры. Шведская армия отличалась хорошей дисциплиной и высокой тактической выучкой. Густав Адольф ввел в постоянную практику линейный боевой порядок и линейную тактику, позволявшие использовать большое количество мушкетов и пушек, повысив таким образом роль огня в бою. Он сделал линейный строй более гибким и оперативно реагирующим на приказы командира, превратил в ключевую фигуру боя командира малого подразделения. Шведского короля называют создателем подвижной полевой артиллерии, которая была разделена им на легкую и тяжелую. Кавалерия была освобождена от доспехов, что позволило ей стать более подвижной. Густав Адольф успешно разрешил проблему слаженного взаимодействия в бою различных родов войск — пехоты, артиллерии и кавалерии.

Важным политическим итогом Тридцатилетней войны стало завоевание Францией гегемонии в Европе. Это было подготовлено экономическим подъемом в стране на рубеже XVI–XVII вв., резким упрочением королевской власти и совершенствованием французской военной системы. Этим сдвигам всячески способствовал кардинал Ришелье, глава королевского совета (при Людовике XIII) и фактический правитель Франции. В дальнейшем, при Людовике XIV, укрепился абсолютистский режим, резко возросла численность армии, улучшились ее техническое оснащение и дисциплина, построен достаточно сильный флот. Страна покрылась густой сетью крепостей, полностью оборудованных и снабженных всеми припасами, какие только могли понадобиться армии. Была налажена система комплектования постоянной наемной армии, централизовано военное управление. С самого начала Тридцатилетней войны Франция всячески поддерживала врагов «Священной Римской империи» — Голландию, Данию, немецкие протестантские княжества и Швецию, вовлеченную в войну во многом благодаря крупным французским субсидиям. Возглавив в 1735 г. антигабсбургскую коалицию, Франция довела дело до победы над своими давними противниками.

Участие в Тридцатилетней войне Англии носило ограниченный характер: в продолжение борьбы с Испанией за морское владычество она в 1625–1630 гг. пыталась атаковать испанский флот в Кадисе, но экспедиция оказалась малоуспешной. Англия вышла из войны из-за внутренних событий: с 1640 г. в стране развернулась буржуазная революция, вождем которой был Оливер Кромвель. В ходе двух гражданских войн, сопровождавших революцию, сложилась новая английская армия с особенностями, во многом схожими с первой буржуазной армией — голландской, но при более значимой роли кавалерии. Армия овладела линейной тактикой, на ее вооружение стали поступать кремневые ружья, вытеснявшие мушкеты.

Во второй половине XVII в. Англия, руководствуясь морскими торговыми и колониальными интересами, вела затяжную серию войн за господство на море — против Голландии (1652–1674) и Испании (1655–1659). Но на континенте в это время наиболее влиятельной страной оставалась Франция. В 1659 г. она успешно завершила войну с Испанией, получив ряд территорий. По условиям Пиренейского мира Людовик XIV женился на испанской инфанте, что не помешало ему и в дальнейшем бороться с ее венценосными родственниками. В так называемой Деволюционной войне 1667–1668 гг. Франция вновь вела борьбу против Испании, главным образом за оставшуюся часть Испанских Нидерландов (Фландрию), затем была инициатором Голландской войны (1672–1678), добившись в обоих случаях территориальных приобретений. Но развязав войну за Пфальц (1688–1697), она столкнулась с возросшим сопротивлением коалиции европейских стран (Австрия, Испания, Голландия, Швеция, Бавария, Саксония, с 1698 г. и Англия), и ее завоевательные устремления были временно пресечены. Армия Франции достигала 400 тысяч человек, ее по-прежнему уважали и боялись.

Могущество и влияние Франции в Европе были окончательно ограничены в войне за Испанское наследство 1701–1714 гг. В этой войне Людовик XIV, пытавшийся посадить на испанский престол своего внука Филиппа (вместо умершего Карла II), столкнулся с упорным противодействием Англии и Австрии, поддержанных Пруссией и Голландией. Сама Испания заняла сторону Людовика. Война велась постоянными наемными армиями и флотами, оснащенными огнестрельным оружием. По итогам войны (Утрехтский и Раштаттский мирный договоры 1714 г.) наиболее значительные выгоды получила Англия (включая отошедшие к ней французские владения в Северной Америке), которая по степени своей влиятельности отныне превзошла Францию.

В войнах Франции 2-й половины XVII — начала XVIII вв. за сохранение своей гегемонии ее интересы на полях сражений защищали полководцы Тюренн, принц Конде, герцог Люксембургский, Виллар, военный инженер Вобан (строитель крепостей). Особо выделялся маршал Тюренн, мастер широких маневров на театрах военных действий с нанесением выверенных ударов.

Из военачальников, противостоявших французской армии и ее союзникам, наиболее широкую известность имели австрийские полководцы Р. Монтекукколи (одновременно военный теоретик) и принц Евгений Савойский, английский герцог Джон Черчилл Мальборо.

Густав II Адольф, Тилли, Валленштейн и другие полководцы Тридцатилетней войны

Густав II Адольф заявляет о себе

Одним из ярких полководцев мировой истории был шведский король Густав II Адольф (1594–1632).

В 16 лет вступив на шведский трон, он сразу же изъявил желание занять престол и в России (где тогда продолжалось Смутное время, «семибоярщина»), а когда это не удалось, именно он с помощью войск отрезал Россию от Балтийского моря. Густав Адольф закрыл России «окно в Европу», прорубать которое через 80 лет заново придется Петру I.

Швеция вступает в Тридцатилетнюю войну

В 1630 г., после успешной войны в Польше, Густав Адольф решил включиться в общеевропейскую Тридцатилетнюю войну на стороне протестантов. Противником лютеранского шведского короля стал католический император «Священной Римской империи» Габсбургов Фердинанд II. Это была борьба и за владение Балтийским морем: Густав Адольф хотел превратить его в «шведское озеро».

«Продолжать переговоры с Фердинандом, — сказал он на заседании шведского парламента, — это значит проявлять слабость ума там, где надо действовать оружием».

Закрывая заседание парламента, одобрившего идею военного похода, король сказал: «Вам всем со всей нежностью я говорю: прости, быть может, навеки». Так и вышло: ему не доведется больше вернуться на Родину.

Густав II Адольф — шведский король

Молитва и принуждение

Отправившись через Балтийское море на помощь германским протестантам, армия Густава Адольфа высадилась на побережье европейского материка. Король сошел на землю первым и, тотчас преклонив колени, стал читать молитву. Заметив, что окружающие от умиления прослезились, он сказал: «Не плачьте, а молитесь, чтоб победить. Благочестивый солдат — лучший солдат».

В каждом полку шведской армии вторжения имелось по 2 священника. Но убеждение сочеталось с принуждением: священников и офицеров в полку дополняли 2 военных следователя и 1 штатный палач.

«Снежное величество» идет вперед

Граф Валленштейн, полководец «Священной Римской империи», узнав о высадке Густава Адольфа в Германии, заявил: «Я розгами выгоню его обратно в Швецию». В Вене Густава Адольфа называли «снежным величеством, которое держится благодаря холодам, но, несомненно, растает, как только двинется к югу».

Но шведский король, двинувшись в глубь Германии, неизменно побеждал имперские войска католиков.

Фельдмаршал А. Валленштейн

Густав II Адольф и военное искусство

Густав II Адольф первым в Европе широко применил линейную тактику; усовершенствовав огнестрельное оружие, другое вооружение и снаряжение, он дал мощный толчок развитию пехоты и артиллерии. Позже военные специалисты отмечали, что если бы время остановилось на эпохе Тридцатилетней войны, то Густав Адольф был бы «завершителем военного искусства».

Канны Густава Адольфа

Своего главного противника — австрийского фельдмаршала Тилли — Густав II Адольф оценивал критически, называл его «старым капралом» и обещал преследовать «до конца света».

В решительном сражении под Брейтенфельдом (1631 г.) один из полководцев должен был расстаться со своей военной славой. Им стал Тилли, проигравший битву. Слава же шведского короля сразу резко возросла. «Чем были Канны для Ганнибала, тем было сражение при Брейтенфельде для Густава Адольфа: победой искусства над неуклюжей беспомощностью» (X. Дельбрюк).

Неудачливый Герцог Лотарингский

Вскоре после победы под Брейтенфельдом Густав II Адольф столкнулся с войском Карла Лотарингского, который «замахнулся своей ручонкой на шведского короля» (Фридрих Шиллер). Герцог Лотарингский был разбит и бежал. Какой-то мужик ударил плеткой лошадь проезжавшего мимо герцога со словами: «Живей, барин; если бежишь от шведского короля, надо удирать поскорее».

От Граника до Леха

Фельдмаршал Тилли, преследуемый Густавом II Адольфом, отступил за реку Лех, где собрал все оставшиеся силы. Помощники шведского короля советовали ему не торопиться с переправой. Густав Адольф, подражая словам Александра Македонского у Граника, ответил: «Мы переплыли Балтийское море и теперь остановимся перед этим ручьем Лехом?»

Тилли проиграл сражение у Леха, сам он был тяжело ранен. Шведский король, узнав об этом, послал к нему своих медиков, но рана оказалась смертельной.

Неумеренные радости ведут к беде

В освобожденных протестантских городах Германии жители сбегались толпами, чтобы взглянуть на шведского короля-освободителя, коснуться его одежды или лошади. В Наумбурге народ встречал Густава II Адольфа с особым восторгом, с коленопреклонениями и громкими приветствиями. «Я боюсь, — сказал король своей свите, — чтобы Бог не покарал меня за дурачества народа». Вскоре он будет убит под Лютценом.

Смерть Густава Адольфа

«Этот полководец, — писал о Густаве II Адольфе Х. Дельбрюк, — истинный образец не только высокопроницательного главнокомандующего, но и храброго бесстрашного солдата». Так, он никогда не выказывал страха, находясь под обстрелом вражеских пушек, а когда его предостерегали, с улыбкой отвечал: «До сих пор еще ни один король не был убит пушечным ядром».

Бесстрашие погубило его в Лютценском сражении, когда, увлекшись в кавалерийской атаке, он оторвался от своей охраны и погиб. Убитого короля нашли залитым кровью, изувеченным, истоптанным лошадьми и ограбленным. Весть о его смерти не помешала шведской армии одержать победу в сражении.

Честь — обязанность короля

В книге Н. С. Голицына «Великие полководцы истории» приведен такой бытовой исторический сюжет о Густаве II Адольфе. Шотландский офицер Ситон, переехавший в Швецию и служивший в армии Густава Адольфа, однажды заспорил с королем, и тот, разгорячившись, отвесил ему пощечину. Ситон не мог ждать какого-либо удовлетворения своей чести и решил тотчас уехать на родину. Едва он пересек границу Швеции, его нагнал король, который сказал: «Господин полковник, я был не прав и потому приехал, чтобы дать вам удовлетворение: здесь, вне границ моего государства, Густав Адольф и Ситон равны. Вот два пистолета или две шпаги». Шотландец был потрясен благородством шведского короля и, отказавшись от дуэли, с радостью согласился вернуться к нему на службу.

Разруха войны

Тридцатилетняя война 1618–1648 гг., в которой участвовали почти все европейские государства, несла огромные разрушения городам и селам. Автор «Истории Тридцатилетней войны» Фридрих Шиллер так писал о Германии 1634 года:

Ремесла и торговля в запустеньи, над бюргером глумится солдатня, и дикие, разнузданные орды бесчинствуют в стране опустошенной.

Палач Магдебурга

Свой вклад в разрушение Германии внес и австрийский фельдмаршал Тилли. Фанатичный «монах в штанах», как его называли, чтобы запугать протестантскую часть Германии, в мае 1631 г. после осады захватил, разрушил и сжег Магдебург, один из цветущих саксонских городов. Две трети населения города погибли от меча и огня. Тилли самодовольно докладывал императору Фердинанду: «Со времен взятия Трои и Иерусалима еще не было столь полного разрушения».

В истории за Тилли навсегда закрепилось прозвище «палач Магдебурга».

Этот грозный Валленштейн

Колоритной фигурой Тридцатилетней войны был граф А. Валленштейн, полководец «Священной римской империи», чешский дворянин. «Ты всем на диво из Чехии поднялся метеором, блестящий путь на небе прочертил» — так говорит о нем один из персонажей драматической поэмы Ф. Шиллера «Валленштейн».

«Как барабанный бой, как бог войны, я прошумел над миром» — словами Шиллера сказал о себе сам Валленштейн.

Фельдмаршал И. Тилли

«Война кормит войну»

Служа австро-испанским Габсбургам, Валленштейн в самом начале Тридцатилетней войны разгромил чешское восстание и нажил себе состояние на бедствиях соотечественников. В дальнейшем он приумножил его в военных походах путем взимания контрибуций. С помощью денег он набирал большие армии, а они доставляли ему большие деньги. «Война кормит войну» — таков был девиз Валленштейна.

О богатом и удачливом графе-полководце в народе говорили, что «ему по найму служит сам черт».

Аргумент для неправедной казни

Не скупясь в выплате своим солдатам-наемникам жалованья, фельдмаршал Валленштейн в ответ требовал от них безоговорочного послушания и дисциплины. Однажды он приказал повесить солдата за какой-то проступок, и, хотя тут же выяснилось, что тот не виновен, фельдмаршал не пожелал отменить отданного им приказа, сказав: «Повесьте его без вины, тем больше будут трепетать виновные».

Штральзунд устоял

Валленштейн иногда грешил самоуверенностью. Решив штурмовать Штральзунд, один из сильно укрепленных германских городов, он заявил: «Я возьму его, хотя бы он был прикован цепями к небу!» Но город устоял без помощи неба.

Валленштейн и Густав II Адольф

После гибели фельдмаршала Тилли Валленштейн был призван Фердинандом II спасти империю Габсбургов от нашествия шведского короля Густава II Адольфа. В Лютценском сражении против шведов Валленштейн отступил, но ему улыбнулась удача: Густав Адольф, «гроза империи», был убит в сражении. Получив об этом весть, Валленштейн самодовольно заметил: «Счастье для него и для меня, что он умер: Европе не нужны две такие головы».

Падение Валленштейна

Сила и независимость фельдмаршала Валленштейна тревожили императора Фердинанда. Когда до него дошли слухи, что «необузданный чех» собирается стать императором Чехии или даже всей империи, участь Валленштейна была решена. Обвиненный в подготовке мятежа и переговорах со шведами, он был убит в своем замке.

Один из современников писал: «Валленштейн пал не потому, что был мятежником, но стал мятежником, потому что пал».

Маршальский жезл и цена побед

Из французских полководцев заметную роль в Тридцатилетней войне сыграл принц Конде (из королевского семейства Бурбонов). Просвещенный аристократ, он не расставался с книгами даже во время походов.

Однажды Конде бросил свой маршальский жезл в неприятельские укрепления, чтобы увлечь за собой в атаку подчиненных.

Отважный Конде мало обращал внимания на цену своих побед, считая гибель людей на войне обычным явлениям. В сражении с испанцами при Фрейбурге (1644) он добился успеха ценой больших потерь, о которых в Париже все сожалели. Конде же, смеясь, заметил: «Одна ночь в Париже дает жизнь большему количеству людей, чем убито в этом сражении».

Тюренн о себе, Наполеон о Тюренне

В Тридцатилетней войне впервые выдвинулся французский полководец Тюренн, ставший маршалом в 32 года. Он считал правилом: «Не ослеплять себя счастьем и не оглушать себя несчастьем, не обвинять и не извинять себя, но исправлять ошибки или неудачи».

Маршала Тюренна называли родоначальником маневренной стратегии в военном искусстве нового времени. «Тюренн, — писал Наполеон, — в 1646 и 1648 гг. проходил через Германию во всех направлениях с такой быстротой и смелостью, которые совершенно противоположны образу ведения войны того времени».

На церемонии подписания Вестфальского мира (1648 г.), завершившего Тридцатилетнюю войну, испанский король Фердинанд III, указывая на Тюренна, сказал: «Вот человек, который заставил меня провести много бессонных ночей».

Выигравшие и проигравшие в войне

Вестфальский мир 1648 г. был заключен в пользу Франции и Швеции, немецкие же князья, земли которых были опустошены войной, почти ничего не получили взамен. Во время переговоров о мире, понимая, к чему клонится дело, один немецкий курфюрст воскликнул: «Да! Теперь, когда я кончил войну, я вижу, что я старый дурак». — «А когда вы ее начинали, — засмеялся один из французов, — вы были молодым дураком».

Ришелье на службе Франции

Чего хотел и добился Ришелье

Про кардинала Франции Ришелье говорили, что под красной мантией у него скрывается стальная кираса. Франция вступила в общеевропейскую Тридцатилетнюю войну одной из последних, но фактически в лице Ришелье она готовила ее с самого начала, Главным итогом войны и политики Ришелье станет гегемония Франции в Европе.

Кардинал Ришелье — генералиссимус

«Красный герцог», как называли кардинала Ришелье (по цвету его мантии), при безвольном Людовике XIII руководил и внешней, и внутренней политикой Франции, Со вступлением Франции в Тридцатилетнюю войну (1628 г,) он взял на себя и функции военного вождя: в звании генералиссимуса направился с французской армией в Северную Италию, Граф д'Эсперн по этому поводу заметил в шутку, что Людовик XIII оставил за собой лишь одну обязанность — исцелять от золотухи.

Кардинал Ришелье

Людовик XIII и Ришелье

Однажды Людовик XIII и Ришелье вместе выходили из кабинета. Король внезапно остановился и сказал кардиналу: «Проходите первым, все и так говорят, что именно вы — подлинный король». Ришелье взял подсвечник, оказавшийся поблизости, и уверенно пошел впереди Людовика XIII со словами: «Да, сир, я иду впереди, но только потому, чтобы освещать вам дорогу».

Виктор Гюго в драме «Марион Делорм» вложил в уста Людовика XIII такие слова:

Я в этом Ришелье, как в гробе заключен,

И мантия его — мой саван погребальный.

Меня он душит…

Ришелье разоблачает королеву

Ришелье впервые в мире поднял на высоту государственной политики дело политического и военного шпионажа. В современной терминологии, он создал агентурную контрразведку внутри страны и сеть внешней разведки за рубежом. В эту сеть попала сама супруга Людовика XIII — Анна Австрийская. С начала Тридцатилетней войны она вела тайную переписку со своими близкими родственниками — испанским королем Фердинандом II (австрийским эрцгерцогом) и Дон Жуаном Австрийским. В условиях войны Франции с Испанией это был страшный удар для Людовика XIII.

Сцену разоблачения королевы в присутствии короля Ришелье завершил решениями, учитывающими высшие национальные интересы. Анне Австрийской пришлось покаяться, а Людовик XIII дал Ришелье следующее письменное обязательство: «Мы заявляем, что готовы полностью забыть все то, что произошло, никогда не вспоминая; также мы желаем жить со своей женой».

В «Трех мушкетерах» сказано не все

Известна, в том числе по роману Александра Дюма «Три мушкетера», история о том, как английский герцог Букингем ухаживал за французской королевой Анной, а кардинал Ришелье стремился разорвать их связь. Менее известна причина, побуждавшая кардинала это делать. Романтические иллюзии англичанина затрагивали не только личную честь Людовика XIII: первый министр английского короля Якова I Букингем снабжал оружием французских гугенотов, а этого Ришелье никак не мог ему простить. Кардинал запретил ему въезд во Францию.

Неоднократные проявления жесткости кардинала по отношению к французской королеве Анне Австрийской, как свидетельствовали некоторые современники, имели и субъективную причину. В свое время ставший кардиналом Арман Жан дю Плесси Ришелье увлекся супругой короля, но был ею отвергнут. Однажды она в насмешку даже приказала ему явиться к ней в шутовской одежде. Такое не забывается.

Как Ришелье запретил дуэли

Ришелье первым в Европе сумел запретить дуэли между офицерами-дворянами, видя в этом ущерб армии и государству.

Указ, запрещавший под страхом смерти дуэли во Франции, был только что подписан Людовиком XIII, когда ему на подпись принесли смертный приговор офицеру-дуэлянту, за которого ходатайствовал весь двор. Заметив колебания короля, Ришелье сказал: «Вашему величеству предстоит теперь отрубить голову поединкам или своему собственному указу». Приговор был подписан.

Франция и ее кардиналы

Влиятельными вершителями судеб Франции при Людовике XIII, Людовике XIV и Людовике XV были соответственно кардиналы Ришелье, Мазарини и Флери. Позже появилась такая эпиграмма: «Франция больна целых сто лет; три медика, одетые в красное платье, пользовали ее один за другим: Ришелье пускал ей кровь, Мазарини давал слабительное, Флери держал ее на диете».

Оливер Кромвель и гражданская война в Англии

Время Кромвеля

В то время, когда на европейском континенте полыхала Тридцатилетняя война, в Англии разразилась гражданская война, связанная с буржуазной революцией. Выборный орган — парламент — впервые в истории нового времени бросил решительный вызов главе государства — королю. Карл I не успел расстрелять парламент из пушек, и тут наступило время Кромвеля — вождя революции и новой английской армии. Это был «Робеспьер и Наполеон в одном лице» (К. Клаузевиц).

Новое время — новая армия

Наспех собранные парламентом войска Кромвель раскритиковал, назвав их «сбродом, состоящим из негодяев, пьяниц и всякого рода подонков». Он сформировал армию преимущественно из представителей трудовых классов — свободных крестьян и городских ремесленников. Кромвель не обращал внимания на родовитость, говоря: «Я предпочитаю просто одетого офицера, который знает, за что он сражается». В его армии полковниками стали котельщик Фокс, шкипер Рейнсборо, извозчик Прайд и т. д.

Религия, подкрепленная боевой подготовкой

Армия Карла I, вставшая на его защиту, состояла из знати и была сильна духом дворянской чести. Противник короля Кромвель провозгласил: «Людей чести должны победить люди религии». Его армия, как и он сам, была воинственно религиозной — пуританской, сурово-благочестивой. Он говорил, что Божественная сила так относится к физической, как бесконечность к одному.

Пуританский дух новой армии подкреплялся интенсивной боевой подготовкой, ибо полководец парламента исповедовал реалистический принцип: «На Бога надейся, а порох держи сухим».

Мундир и революция

В парламентской армии Кромвеля было введено единообразное обмундирование — красный мундир (символ революционных событий), который впоследствии почти три столетия будет традиционным для вооруженных сил Великобритании (ныне он сохраняется в качестве парадной формы одежды и у гвардейцев).

Лучшая кавалерия Европы

Кромвель стал создателем новой английской кавалерии — дисциплинированной, стойкой и стремительной. Главная сила королевской армии — конница «лихого драгуна» принца Руперта — неизменно опрокидывалась «железнобокой кавалерией» Кромвеля. Его «железнобокие» станут легендой на столетия.

Армия — вне политики

Оливер Кромвель создал прецедент отделения армии от прямой связи с политикой. Согласно «Биллю о самоотречении» (1644 г.) члены парламента (среди них оставались явные и скрытые сторонники Карла I) не имели права занимать военные должности. На первом месте стояло единоначалие. «Когда я приказываю, — говорил Кромвель, — каждый повинуется или увольняется».

Главное преимущество короля

Карл I, воюя с парламентом, рассчитывал на веру англичан в незыблемость королевской власти. После победы парламентской армии у Марстон-Мура Кромвель требовал довершить разгром противника, на что главнокомандующий граф Э. Манчестер ответил: «Разбить короля, говорите вы? Пусть так. Но если мы разобьем короля девяносто девять раз, он все равно останется королем, как и его потомки, а мы — его подданными, вот в чем драма. А если он нас разобьет хотя бы один раз, нас всех повесят!»

Для Кромвеля оставался один путь — физическое устранение Карла I.

Арест Карла I

В феврале 1647 г. по приказу Кромвеля в Шотландии Карл I был захвачен и взят под охрану. Король спросил у корнета Джойса, бывшего портняжного подмастерья, есть ли у того письменные полномочия на такие действия. Тот ответил, указав на строй вооруженных солдат: «Вот мои полномочия». — «Признаться, — сказал король, — мне никогда не приходилось видеть полномочия, написанные более четким почерком».

Оливер Кромвель — лорд-протектор Англии

Смерть Карла I

С арестом короля гражданская война в Англии достигла кульминации. Решение руководителей парламентской армии относительно Карла I гласило: «Привлечь к ответу Карла Стюарта, этого кровавого человека, за всю пролитую кровь и за тот вред, который он по мере своих сил причинил делу Божьему и этой бедной нации».

«Верховный суд справедливости», собранный Кромвелем, много дней оттягивал окончательное решение вопроса об участи Карла I, опасаясь волнений. Кромвель отверг все опасения членов Суда: «Никто не пошевелится! Говорю вам: мы снесем ему голову и вместе с короной!» Приговор Верховного суда состоялся 30 января 1649 г. Карл Стюарт как «тиран, изменник, убийца и враг государства» был казнен.

Русский царь осуждает английскую республику

В мае 1649 г. Англия, казнившая своего короля, стала республикой, которую возглавил лорд-протектор Кромвель. Европейские страны одна за другой признавали ее новый государственный статус. Один только русский царь Алексей Михайлович не пожелал признать «республику цареубийц», прервал с ней отношения и изгнал из России английских купцов.

Кромвель о любви народа

В 1649 г. Кромвель жестоко расправился с Восточной Ирландией. По возвращении из ирландского похода он встретил в Лондоне восторженный прием. Крики толпы «виват!» сопровождали его на всем пути в Сент-Джеймский дворец. «Ваше превосходительство, — сказал ему кто-то из офицеров, — смотрите, сколько народу вас приветствует!» — «Когда меня будут вешать, — ответил, Кромвель с усмешкой, — народу соберется еще больше».

Бездействие себе дороже

Кромвель не забывал о морских интересах Англии. Обратив внимание на бездействие британского флота, он направил несколько эскадр к берегам Америки, сказав: «Снарядить корабли для экспедиции не многим дороже, чем содержать их годами в бездействии».

Униженный и возвеличенный Кромвель

Через два года после смерти Кромвеля в Англии была восстановлена монархия. По инициативе Карла И, сына казненного Карла I, в годовщину смерти его отца тело Кромвеля было извлечено из могилы, обезглавлено и предано поруганию.

Английское общество со временем простит Кромвеля. Ныне в лондонском Вестминстере стоит величественный памятник вождю английской буржуазной революции и полководцу. В его руках — шпага, у подножия — лев, символ Британской империи.

Тюренн и другие полководцы Людовика XIV

«Государство — это я»

Вскоре после окончания Тридцатилетней войны Франция была охвачена Фрондой («мятежом принцев» во главе с принцем Конде). Людовик XIV с помощью маршала Тюренна разгромил Фронду. Укрепив свою власть, он посетил французский парламент, взял книгу протоколов, вырвал из нее листы периода Фронды и заявил: «Вы думали, господа, что государство — это вы? Государство — это я».

Торжество абсолютизма

После подавления мятежной Фронды Людовик XIV установил во Франции режим своей абсолютной власти. На одном из военных парадов войска, угождая монарху, построились так, что образовали слова: «Vive le roi!» («Да здравствует король!»).

Французский маршал Тюренн

О военной системе Людовика XIV

Наполеон I с военной точки зрения положительно оценивал эпоху Людовика XIV, при котором на всю Европу звучали имена французских маршалов Тюренна, Конде, Люксембурга, Вобана, Вандома. Это была эпоха роста военного могущества Франции, расширения структуры ее вооруженных сил. Современники же оценивали военную систему Людовика XIV более критично. Ру-Фузильяк отмечал, что продолжением ее стали «большие армии, многочисленные штабы, большие обозы, большие склады, одним словом — большие затруднения, большие злоупотребления, маленькие способности и большие поражения».

Голландия остается в Европе

С 1672 г. Людовик XIV с большой армией во главе с маршалами Тюренном и Конде двинулся на Нидерланды. Но голландской армии Вильгельма Оранского с помощью испанцев и других европейских союзников удалось отбить этот натиск. Вольтер в «Истории царствования Людовика XIV и Людовика XV» с некоторой долей досады писал: «Если бы взят был Амстердам, то не было бы голландского народа и сама земля сей области скоро бы исчезла. 50 тыс. семейств готовились укрыться в Индонезии. Голландия существовала бы на краю востока». К счастью, голландцы отстояли свое место в Европе.

Участь королей и генералов

В ходе войны Франции против Нидерландов действия армии Людовика XIV, как и голландской армии Вильгельма Оранского, подвергались безжалостной критике соотечественников. По этому поводу Вольтер философски заметил: «Такова участь королей и генералов: их обыкновенно осуждают как за то, что они делают, так и за то, чего они не делают».

Соблазнение Египтом

В начале 1660 гг. назревала война Людовика XIV против германских княжеств. Известный немецкий ученый и философ Лейбниц, чтобы помочь своим соотечественникам, решил отговорить французского короля от этого похода. Он направил ему письмо, в котором отмечал трудности войны с европейскими государствами и предложил взамен захватить Египет, «что будет бесконечно легче». При этом Лейбниц увлекал Людовика перспективой: «Обладание Египтом открывает путь к завоеваниям, достойным Александра Македонского».

Людовика XIV Египет не заинтересовал, и он двинул войска маршала Тюренна на Рейн. Лишь 100 лет спустя Наполеон предпримет египетскую экспедицию, окончившуюся провалом.

Правило Тюренна и Августа Октавиана

В затянувшихся войнах Людовика XIV против испано-австрийских Габсбургов лучшим полководцем французского короля был маршал Тюренн. Со времен Тридцатилетней войны он владел искусством изматывания противника и вступал в сражения на основе правила «золотого крючка» Августа Октавиана только в том случае, если рассчитывал на успех. По свидетельству помощников Тюренна, французский полководец мало заботился о том, что будет делать в случае победы, но думал всегда о том, что ему придется делать в случае неудачи.

Маршала украшает скромность

В своих успехах маршал Тюренн отдавал должное своим подчиненным, а неудачи обычно брал на себя. Было замечено, что после одержанной победы он говорил: «Мы победили», а после поражения — «Я разбит».

Особый вид награды

Тюренн не любил действовать вместе с другим французским маршалом — Ла-Ферте, грубые ошибки которого ему приходилось исправлять. Однажды вместо положенной ему награды Тюренн попросил Людовика XIV об «особой милости» — разрешить ему «не служить вместе с Ла-Ферте». Король, смеясь, пошел ему навстречу.

Строгость не нуждается в брани

Когда Людовик XIV послал армию Тюренна в дальний поход к Рейну, среди офицеров нашлись недовольные этим. «Господа, — спокойно сказал им маршал, — вы, естественно, знаете, что я никогда не бранюсь, но в тот момент, когда вы меня ослушаетесь, я прикажу отрубить вам головы».

Бескорыстие Тюренна

Биограф Тюренна Ф. Рагене в «Истории о виконте Тюренне» отмечал честность французского полководца. Он приводит такой пример. Жители одного из германских городов прислали ему 100 тысяч франков, чтобы он с войсками не трогал их город и обошел его. «Господа, — сказал Тюренн прибывшим депутатам, — так как ваш город не по дороге, которую я наметил, так мне и денег ваших не надо».

Наполеон говорил, что «у Тюренна сердце было в голове».

С кого брал пример Суворов

Тюренна отмечал и Суворов, ценивший методизм и основательность в действиях французского полководца. В своей характеристике Суворов писал: «Наука просветила меня в добродетель, я лгу, как Эпаминонд, бегаю, как Цезарь, постоянен, как Тюренн, и праводушен, как Аристид».

Маршал крепостных дел

Если Тюренн был мастером полевой войны, то маршал Вобан — крепостной. Выдающийся военный инженер Вобан построил 33 крепости и более 300 модернизировал, возглавлял осаду 53 крепостей. В шутку, но не без гордости он говорил, что ему труднее всего брать крепости, построенные по его методу.

Иногда Вобан был излишне самоуверен. Показывая Людовику XIV план созданных им укреплений города Ландау, он заявил: «Ваше величество, вот крепость, для взятия которой будет недостаточно всего моего искусства». Это не предохранило Ландау от троекратного падения при жизни Вобана.

Пот дешевле крови

Вместо кровопролитных штурмов городов и крепостей Вобан предпочитал овладевать ими путем организации круговой осады, фортификационного блокирования, использования подземных ходов. О нем сложилась поговорка: «Вобан щедр на пот и скуп на кровь».

Память о Вобане

Вобан известен также как изобретатель штыка. Мушкетеры лишались своей красы — шпаги, получив вместо нее штык, прикреплявшийся к стволу мушкета.

Основное теоретическое сочинение маршала Вобана было переведено на русский язык при Петре I под названием: «Истинный способ укрепления городов, изданный от славного Вобана».

Свои и чужие неприятели

Среди полководцев Людовика XIV выделялся и К. Виллар. Это был не только храбрый военачальник, но и крупный вельможа, имевший при дворе немало противников и завистников. Однажды это послужило ему поводом для шутки. При отъезде в армию Виллар в присутствии двора сказал королю: «Я оставляю ваше величество среди моих неприятелей и еду сражаться с вашими».

Протестант, не ставший маршалом

Одним из лучших флотоводцев Людовика XIV был генерал-лейтенант французского флота А. Дюкен. Особенно впечатляющей была его победа над голландской эскадрой под Агостой (1672 г.). На приеме по случаю этой победы в Версале Людовик намекнул, что принадлежность Дюкена к протестантам мешает тому стать вице-адмиралом и маршалом Франции. «Ваше величество, — ответил Дюкен, — хотя я и протестант, но заслуги мои перед Францией истинно католические».

Когда в 1685 г. Людовик XIV изгонял из страны всех протестантов, Дюкену единственному было сделано исключение. Но тоска по родным, вынужденным уехать из Франции, вскоре свела флотоводца в могилу.

Монтекукколи — полководец и военный теоретик

Монтекукколи и Тюренн

Достойным противником полководцев Людовика XIV был австрийский фельдмаршал Монтекукколи. Целых два года он успешно противостоял на Рейне армии самого Тюренна. Узнав о смерти своего главного соперника (Тюренн был убит случайным пушечным ядром), Монтекукколи отдал ему должное: «Сошел со сцены мира человек, делавший честь человечеству». Вскоре Раймунд Монтекукколи оставил свой пост командующего, по легенде, сказав: «Теперь у меня нет достойного соперника».

Какие три вещи нужны на войне

Австрийскому фельдмаршалу графу Монтекукколи приписывают следующие слова: «На войне нужны три вещи: деньги, деньги и деньги».

Вот что писал в своем труде «Главные правила военной науки» о деньгах сам Монтекуколи: «Деньги суть тот общий дух, который везде распространяется, все оживляет и приводит в действие. Они суть инструмент инструментов. Они могут обольстить разум премудрого и укротить ярость самого жестокого человека.

Поскольку деньги производят столь странное действие, то должно ли удивляться, когда некоторый человек, будучи вопрошен, сколько вещей надобно для войны, сказал в ответ, что нужны три вещи: деньги, деньги и деньги».

Австрийский фельдмаршал Р. Монтекукколи

О способностях человека к войне

Рассуждая о «человеческих способностях к войне», Монтекукколи разделил их на природные и приобретенные. К природным он отнес следующие: «склонность к войне; здоровье и крепкое сложение, пригожесть лица и стройность тела; здравый ум и ясное рассуждение». В числе приобретенных свойств он назвал «мудрость, правду, силу и воздержание; военную науку, по теории и по практике; искусство красно говорить и разумно командовать».

Какие солдаты нужны армии

О наборе солдат в армию фельдмаршал Монтекукколи писал: «Рекрут надобно не из самой подлости и не наудачу хватать, а лучших, здоровых, смелых, плотных, сильных, видных, в самом цвете, то есть в середине лет, из таких людей, которые бы ко всякой тяжкой работе привыкли».

Суровая природа войны

Любопытен общий взгляд Монтекукколи на природу войны и мира. «Не думай, — писал он, — что в безоружном состоянии ты долго в покое останешься. Хотя ты никого не затронешь, но тебе соседи и свои люди в покое жить не дадут. Если внешнего противника не окажется, то начнутся внутренние мятежи. Это уже всеобщий закон на свете, что никакая вещь и ни единое дело под солнцем в одном состоянии не бывают, но всему время и необходимая перемена: одному вверх, другому вниз идти, сему расти, а тому уменьшаться должно».

В войне же, считал Монтекукколи, «или ты его дави, или он тебя задавит. Ни милости, ни прощения в бою ему не давай, подлинно ведая, что от него сам ни того, ни другого не получишь».

Принц Евгений Савойский и герцог Мальборо

Принц-полководец

В войне за Испанское наследство наиболее чувствительные поражения французской армии нанес австрийский полководец принц Евгений Савойский.

Свое детство и юность принц Евгений провел в Париже, где при дворе его называли «маленьким аббатом» — за тщедушную фигуру и родство с кардиналом Мазарини. Позже, покинув Францию из-за притеснений со стороны Людовика XIV и сделав в Австрии блестящую военную карьеру, он подписывался так: Eugenio von Savoye (первое из этих слов — на итальянском языке, второе — на немецком, третье — на французском).

Свою подпись на трех языках Евгений Савойский объяснял следующим образом: «Я умею отмщать за оскорбления, как итальянец; я откровенен, как немец; и я люблю своего государя (австрийского императора), как француз».

Стоило ли сердить принца?

Французский военный министр Лувуа ненавидел всю фамилию Савойских. Когда он услышал, что уехавший из Франции принц Евгений Савойский начал службу в австрийской армии, то в гневе сказал: «Никогда он не вернется во Францию!» Узнав об этом, Евгений засмеялся со словами: «Ворочусь непременно, назло Лувуа, но с оружием в руках». Через несколько лет он сдержит свое слово.

Австрийский фельдмаршал Евгений Савойский

Наполеон о Евгении Савойском

Евгений Савойский провел 13 кампаний, участвовал в 50 боях, 8 раз был ранен, дал 18 крупных сражений, из которых проиграл только одно (при Денене). Военные победы «маленького савойца», основанные на искусстве управления и обучения войск, высоко оценивал впоследствии Наполеон. Он включил его в число семи лучших полководцев мировой истории — в одном ряду с Александром Македонским, Ганнибалом, Юлием Цезарем, Густавом II Адольфом, Тюренном и Фридрихом II.

Отмечая самобытность и неподражаемость полководческого таланта принца Евгения, Наполеон напомнил кем-то сказанную шутку: «Мул, проделавший с Евгением Савойским сорок походов, не стал оттого полководцем».

Для чего созываются военные советы

В «Воинском наставлении короля прусского его генералитету» Фридрих II, говоря о взаимоотношениях главнокомандующего и военного совета, привел пример Евгения Савойского: «Принц Евгений Савойский обыкновенно говорил, что генерал, который не хочет ничего предпринимать, ничем лучше этого не достигнет, как собрав военный совет. Сие потому справедливо, что обыкновенно голоса в совете к осторожности клонятся, а к тому же и тайна предприятия через совет уходит».

Города не берутся по карте

Однажды в кабинете императора Леопольда I Евгений Савойский докладывал о плане очередной военной кампании по карте. Присутствовавший при этом помощник императора вмешался и даже указал пальцем на карте место, которое следовало бы взять в первом сражении. Савойский оттолкнул его руку со словами: «Хорошо бы, граф, если б город можно было брать пальцем».

Евгений Савойский у французской границы

Тесня французские войска, австро-германская армия Евгения Савойского приблизилась к границам Франции. Один из его офицеров сказал, что нельзя сомневаться в том, что теперь армия достигнет города Байонны. «Конечно, — с улыбкой ответил Савойский, — если французский король даст нам один паспорт, чтобы нас туда пропустили, а другой — чтобы оттуда выпустили».

Прощенный победитель

В австро-турецкой войне 1716–1718 гг. решающее сражение против турецких войск Евгений Савойский провел у Зента. Незадолго до начала сражения ему доставили депешу от императора Леопольда, но Савойский не стал ее вскрывать из опасения получить неуместное приказание. Сославшись на ожидавшие его войска, он тотчас отправился к ним. После победы при Зенте он вскрыл конверт, где обнаружил запрет на сражение ввиду большого численного превосходства турок.

Стремительно завершив войну взятием Белграда, командующий вернулся в Вену, где был… заключен под стражу. Преподав своему подданному урок за неуважение к императорской особе, Леопольд все же скоро сменил гнев на милость.

Походы герцога Мальборо

Во время войны за Испанское наследство союзником Евгения Савойского во многих сражениях был английский генерал Джон Черчилл, герцог Мальборо. Его потомком в XX в. станет Уинстон Черчилль. В дореволюционной России герцогский титул Джона Черчилла — «Мальборо» долго произносился, как «Мальбрук», и связывался с веселым антианглийским маршем-песенкой «Мальбрук в поход собрался». Герцогиня Мальборо станет одним из центральных персонажей увлекательной пьесы «Стакан воды» Эжена Скриба.

Имея в качестве противников французские и баварские войска, Мальборо не проиграл ни одного сражения. Как-то один французский генерал поздравил своего соперника с победой, на что Мальборо ответил с улыбкой: «Вы знаете, что такое успех на войне? Я сделал сто ошибок, а вы сто одну».

Два правила полководца

«Капрал Джон», как называли солдаты герцога Мальборо за отвагу и любовь к порядку, говорил, что у него два принципа: «Наступать» — чтобы заставить противника бояться, и «Планировать» — чтобы самому не бояться случая.

Разноликий Мальборо

В пьесе «Стакан воды» английская королева Анна, охваченная любовной интригой, борется против своей соперницы — герцогини Мальборо. Заодно она по наущению лидера оппозиции (тори) лорда Болингброка высказывает ей критику в адрес герцога Мальборо, сражавшегося на континенте: «Взятие Бушена стоило Англии 7 миллионов фунтов, в битве при Гохштедте или… Мальплаке, не имеет значения, мы потеряли 30 тысяч человек. Это ужасно».

На самом деле Мальборо как полководец действовал весьма умело. Это отмечается во многих военно-исторических трудах. «Вместе с тем ему были свойственны беспринципность и корыстолюбие, ради денег и титулов он легко менял свои политические позиции» («Военная энциклопедия»).

Один из современников писал, что лучший полководец королевы Анны «брал 100 тыс. фунтов от иностранного короля и по одному пенсу из жалованья солдат», считая это справедливым вознаграждением за свои военные труды.

Превратности судьбы

В пьесе опрокинутый стакан воды привел к отставке герцогини Мальборо, а заодно ее мужа-маршала и к прекращению войны с Францией. Конечно, подобный эпизод, по слухам реальный, сам по себе ничего не решал. Все решила победа партии тори над вигами в борьбе за власть. Именно тори добились прекращения войны и привлечения к ответственности Мальборо по обвинениям в мздоимствах, за что он был лишен достоинства и чинов. Впрочем, через четыре года вступивший на престол Георг I восстановил герцога во всех правах.

Померанцам не устоять против говядины

К периоду войны за Испанское наследство относится следующий полузабавный эпизод. Английский отряд подошел к городу Кадиксу и осадил его. Командовавший отрядом генерал, вдохновляя своих солдат, обратился к ним со следующими словами: «Англичане! Вы едите каждый день хорошую говядину и жирный суп. Эти же презренные испанцы питаются только померанцами и лимонами. Вообразите же, какой будет позор, если они восторжествуют над нами!»

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОЙН В ЕВРОПЕ И РОЖДЕНИЕ США (XVIII В.)

В начале XVIII в. расстановка военно-политических сил в Европе определялась наличием четырех ведущих держав — Англии, Франции, Австрии и Испании. Соперничая между собой, составляя различные комбинации союзов и антисоюзов, они не давали друг другу возможности резко возвыситься и единолично решать судьбы континента. К этому времени набрали силу еще два государства, потенциально способные войти в число ведущих держав Европы, — Швеция и Россия. Ввиду близкого территориального соседства их соперничество становилось все более острым.

Начало усилению Швеции положил еще Густав II Адольф (правил в 1611–1632 гг.), военный реформатор и выдающийся полководец. Став одной из стран-победительниц в общеевропейской Тридцатилетней войне 1618–1648 гг., Швеция продолжала проводить активную военную политику. В серии войн против России и Речи Посполитой она к концу XVII в. заняла доминирующее положение в Северной Европе, господствуя по всему периметру Балтийского моря. Карл XII (правил в 1697–1718 гг.) решил использовать возросшие экономические и политические возможности страны и первоклассную армию для продолжения великодержавного курса. Он стал инициатором Северной войны 1700–1721 гг. и на ее начальном этапе одержал ряд громких побед над датской, русской и польско-саксонской армиями. Дания предпочла выйти из войны, Польша была на грани полного поражения, но русский царь Петр I продолжал энергично действовать, реформируя страну и армию, повышая боеспособность войск. Поход Карла XII в Россию 1708–1709 гг. окончился для него и Швеции катастрофой. Под Полтавой шведская армия потерпела сокрушительное поражение. Карл бежал в Турцию, где находился до 1715 г., подстрекая ее к возобновлению войны с Россией. С трудом вернувшись в Швецию (турки в конце концов озлобились на него), он принялся укреплять армию для продолжения войны, но был убит выстрелом из мушкета в бою на территории Норвегии. Наследовавшая ему сестра Ульрика Элеонора сразу же начала с Россией переговоры о мире, завершившиеся подписанием Ништадтского мирного договора 1721 г. Швеция признала свое поражение, она утратила большинство своих завоеваний на Балтийском море. Россия стала главной балтийской державой.

В середине XVIII в. произошла очередная вспышка борьбы между ведущими европейскими странами, но теперь с участием России и набиравшей силу Пруссии. Это была война за Австрийское наследство (1740–1748). Поводом к ней послужил спор о праве австрийской императрицы Марии Терезии наследовать (после смерти ее отца Карла VI) все владения «Священной Римской империи». Сторону Марии Терезии приняли Англия, Россия и Голландия, антиавстрийскую коалицию возглавили Франция, Испания и Пруссия. Война велась не только в Европе, но и в Северной Америке и Индии, где Англия вела спор с Францией и Испанией. В качестве полководцев наиболее успешно в этой войне действовали Мориц Саксонский и Фридрих II: первый возглавлял французскую армию, разгромившую англо-австро-голландские войска в Австрийских Нидерландах, второй во главе прусской армии захватил у Австрии большую часть Силезии. Выдвижение к Рейну русской армии, посланной Елизаветой для поддержки Марии Терезии, охладило пыл врагов Австрии. По Ахенскому миру австрийские Габсбурги сохранили почти все свои владения. С точки зрения военного искусства типичным для этой войны было использование линейной тактики и опоры на крепости (кордонной стратегии).

Произведя перегруппировку сил в обновленных составах коалиций, ведущие европейские страны через несколько лет повели новую общеевропейскую войну, получившую название Семилетней (1756–1763). Она была вызвана обострением соперничества Великобритании и Франции из-за колоний в Северной Америке и Ост-Индии и столкновением набравшей силу Пруссии с интересами Австрии, Франции и России. Труднее всех в этой войне пришлось прусскому королю Фридриху II, сражавшемуся на два фронта — против французских и русско-австрийских войск. После тяжелого поражения Фридриха от русской армии при Кунерсдорфе Пруссия была близка к катастрофе, но воцарение Петра III в России (1759 г.) спасло ее: русский царь заключил с Фридрихом мир. Война завершилась победой Великобритании над Францией (последняя потеряла канадские территории) и Пруссии над Австрией, которая окончательно отказалась от прав на Силезию и, кроме того, потеряла Глац.

Семилетняя война подтвердила возвышение среди германских государств Пруссии. Фридрих II наряду с мерами по стимулированию экономического развития страны резко усилил армию, численность которой достигала 200 тыс. человек. На ее содержание расходовалось до 2/3 государственного бюджета. Войска комплектовались путем вербовки в сочетании с принудительными рекрутскими наборами среди крестьян. Свыше 1/3 армии составляли иностранные наемники. Основой военной стратегии Фридриха II было маневрирование на театре военных действий с целью лишить противника баз снабжения. Войны и сражения он, как правило, начинал внезапным наступлением на противника. В тактике Фридрих ввел так называемый косой боевой порядок, принесший ему немало убедительных побед, решающую роль отводил ружейному огню и стремительным атакам конницы. Начальник его кавалерии генерал Зейдлиц считался лучшим кавалерийским командиром своего времени.

Положение крупнейшей колониальной державы после Семилетней войны закрепила за собой Великобритания. Особенно обширны были ее владения в Северной Америке. Свои крупные расходы в Семилетней войне британское правительство стремилось компенсировать за счет эксплуатации колоний, что вызывало недовольство последних. В 1775 г. европейцы-колонисты в Северной Америке, среди которых преобладали выходцы из Британии, восстали против своего подневольного положения: началась война за независимость (1775–1783 гг.). 4 июля 1776 г. Континентальным конгрессом была принята Декларация независимости 13-ти штатов. Это означало образование республики — Соединенных Штатов Америки. Наспех организованная американская армия, возглавляемая Джорджем Вашингтоном, первоначально терпела поражения, но затем стала вполне боеспособной силой. В ее действиях широко использовалась тактика колонн и рассыпного строя, доказывавшая свое преимущество над линейной тактикой. Военный союз США с Францией (1778 г.) обеспечил прибытие в Америку французских войск, и уже к лету 1781 г. большая часть страны была освобождена. Справедливая, освободительная война в США, одновременно носившая характер буржуазной революции, всколыхнула весь мир. Она дала толчок борьбе европейских народов против феодальных порядков и национально-освободительному движению в Латинской Америке. Одним из первых этот толчок испытал на себе феодально-монархический режим Людовика XVI, который был сметен Великой французской буржуазной революцией.

Шведский король Карл XII

Король, удивлявший всю Европу

В начале 18-го века в Европе громко зазвучало имя шведского короля Карла XII. С молодых лет он хотел превзойти военную славу своего предшественника на троне Густава II Адольфа и даже мечтал о славе Александра Македонского. Отправившись в 18 лет в свой первый военный поход, он стал одним из главных действующих лиц Северной войны 1700–1721 гг., воевал против Дании, Польши, России, Норвегии и погиб в 36 лет, так и не расширив шведских владений.

«Король сей, — писал позже Фридрих II Великий, — есть тем не менее одно из тех особливых явлений, которые страх и удивление Европы возбуждали».

Музыка войны

Первым военным походом Карла XII была война против Дании, союзницы России в Северной войне. Высадка шведских войск на датский берег состоялась близ Копенгагена. Когда молодой король, покинув шлюпку, брел по воде к берегу, то спросил у шедшего рядом офицера: «Что это жужжит?» — «Ваше величество, это свистят пули, в Вас стреляют». — «Ну что же, — засмеялся Карл XII, — это будет впредь моей всегдашней музыкой».

Шведский король Карл XII

Почти сбывшаяся шутка

В 1700 г. под Нарвой, где Карл XII разбил неопытные русские войска, к шведам в плен попал один из грузинских царевичей (Арчил). Неволю от отбывал далеко от родной Грузии — в Стокгольме. Карл XII по этому поводу пошутил: «Это то же самое, как если бы я был пленником у татар в Крыму».

Через 11 лет шведский король фактически окажется на положении пленника в Бендерах у своих недавних союзников — турок.

Разница между курицей и королевством

Карл XII несколько лет провел в походах против польского короля Августа II. К этому периоду относится следующий случай. Однажды саксонский крестьянин бросился к ногам Карла XII, жалуясь на шведского гренадера, который отобрал у него провиант». Доставленный к королю гренадер не оробел и весело сказал ему: «Ваше величество, я ведь не сделал своим поступком столько зла, сколько вы причинили Августу: вы отняли у него королевство, а я взял у крестьянина только одну курицу».

— Друг мой, — ответил Карл, — помни, что хотя я и отнял королевство у Августа, но я ничего не взял для себя самого.

Гренадер за находчивый ответ все же был прощен.

Шведы терпят поражение под Лесной. 1708 г.

Мир по-шведски

В 1706 г. Карл XII после очередного похода в Саксонию вынудил польского короля Августа II отречься от престола. Теперь он решил двинуться в Россию, говоря: «Я заключу с Петром мир по-саксонски».

Впереди была Полтава, а за ней бегство короля к туркам, бесславное возвращение домой и смерть от шальной пули в походе против Норвегии. По одной из версий, Карл XII был убит кем-то из соотечественников, уставших от войн короля.

След в истории

Вольтер писал о Карле XII: «Он имел честолюбие быть завоевателем, но без желания распространять шведскую власть на области, им пройденные».

Клаузевиц уподобил походы Карла XII плаванию корабля, не оставляющего за собой прочного следа.

Карл XII — математик

Шведский король Карл XII хотел быть оригинальным во всем. Так, он считал метод арифметического счисления десятками не самым лучшим и предлагал на место десяти число 64, потому что оно содержит в себе и квадрат, и куб, и, кроме того, деля его на 2, можно прийти к единице.

Левенгаупт, потерявший голову

После неудачной для Швеции Северной войны 1700–1721 гг. шведский генерал Левенгаупт долго агитировал соотечественников начать новую войну с Россией. В 1741 г. он добился своего и возглавил в начавшейся войне шведские войска. Левенгаупт опубликовал манифест, в котором уговаривал «достохвальную российскую нацию» не сопротивляться шведам, якобы идущим освобождать Россию от ига иноземных временщиков.

Шведскому парламенту генерал обещал, что «не пощадит своей головы», напророчив себе беду. За один год он проиграл войну, бежал в Германию, откуда шведы силой вернули его в Стокгольм и после суда казнили.

Мориц Саксонский

Профессор войны, любивший жизнь

Граф Мориц Саксонский (1696–1750) был внебрачным сыном польского короля Августа И, но как полководец он проявил себя во Франции. В молодости он служил в войсках Евгения Савойского и Джона Черчилла Мальборо, а позже сам стал блестящим военачальником. Фридрих II Великий вспоминал о нем: «Я видел героя Франции, этого Тюренна века Людовика XV. Я научался в его руках, конечно, не французскому языку, но военному искусству. Этот маршал мог быть профессором всех генералов Европы».

При этом маршал-«профессор» не был педантом и аскетом. Став после своих побед в войне за Австрийское наследство (1740–1748) самым уважаемым военачальником в Европе, он «продолжал вести разгульную жизнь и устраивать оргии» (М. Лэннинг).

В 54 года Мориц Саксонский, по одним слухам, погиб на дуэли, по другим, — умер, принимая у себя актрис.

Антракт между победами

Мориц Саксонский держал при своей главной квартире труппу актеров. Накануне сражения при Лауфельде в антракте между пьесами появился главнокомандующий и объявил: «Господа! Завтра театр будет закрыт по случаю сражения, а послезавтра для торжества нашей победы я вас приглашаю прийти сюда вновь».

Способ опровержения лести

Когда при французском дворе один льстец в присутствии Морица Саксонского стал превозносить его подвиги на полях сражений, прибавляя много лишнего и неправдоподобного, полководец с улыбкой спросил: «Где же я-то был в это время?»

Наследие Морица Саксонского

Не меньше, чем своими военными победами, Мориц Саксонский удивил мир оригинальным сочинением под названием «Мои мечтания». Оно было опубликовано уже после его смерти и изучалось многими военными умами, включая Наполеона и Клаузевица. В нем содержалась безжалостная критика общества и армий, создаваемых из «презренных людей» (наемников), предвиделась всеобщая воинская повинность, описывались новые формы тактики пехоты и кавалерии в связи с развитием огнестрельного оружия и многое другое.

В «Моих мечтаниях» проявилась также яркая писательская манера Морица Саксонского, которую, возможно, унаследовала его правнучка Жорж Санд.

Фридрих II Великий и его противники в Семилетней войне

Цель оправдывает средства

Прусский король Фридрих II как полководец выдвинулся в войне за Австрийское наследство. В 1740 г. он вторгся в Австрию, захватил у нее почти всю Силезию, а затем сумел закрепить ее за собой следующим образом. В это время по австрийским владениям начали свой поход французские войска Морица Саксонского, и Фридрих, «забыв» о своем союзе с Францией, предложил Австрии мир, который она поспешила принять, распростившись с Силезией.

Прусский король нашел себе оправдание, говоря: «Где между необходимостью обмануть или быть обманутым нет середины, там монарху есть только один выбор».

Право на службе у оружия

Как в случае с Силезией, так и в последующем Фридрих II исповедовал принцип: «Если вам нравится чужая провинция и вы имеете достаточно сил, занимайте ее немедленно. А сделав это, вы всегда найдете достаточное количество юристов, которые докажут, что вы имеете все права на занятую территорию».

Прусский король Фридрих II Великий

Соотношение государства и армии

К началу Семилетней войны 1756–1763 гг. прусский король Фридрих II превратил страну в подобие военного лагеря. О Пруссии говорили: «Это не страна, имеющая армию, а армия, имеющая страну».

Тыловое обеспечение как характеристика армии

В самом начале Семилетней войны французская армия потеснила прусские войска, так как в это время Фридрих II с главными силами сражался против австрийцев. Но в октябре 1757 г. Фридрих разбил французскую армию под Росбахом. Прусский король шутил, что к нему в плен попало мало неприятельских солдат, но зато много лакеев, поваров, парикмахеров, любовниц и артистов, находившихся при французском войске.

В числе трофеев оказалось множество ящиков с туалетной водой, пудрой, помадами, париками, зонтиками. Фридрих, посмеявшись над «туалетной добычей», велел вернуть ее французам, сказав: «Пусть развлекаются дальше».

Армия из трех частей

Не очень умело руководил французскими войсками в Семилетней войне 62-летний маршал Л. Ришелье. Сменивший его граф Клермон-Конде докладывал в Париж Людовику XV: «Я нашел армию, состоящую из трех, весьма несходных между собой, частей: одна часть — на земле, это мародеры и грабители, другая — в земле, а третья — в госпиталях. Жду повелений Вашего величества: отступать ли мне с первой частью к пределам Франции или оставаться в Германии и ждать, когда она соединится с двумя другими?»

Университеты — вне войны

В Семилетней войне французские военачальники умели проявлять себя цивилизованно. Когда французы захватили Ганноверскую область и Гессен, Геттингенский университет обратился к маршалу д'Эспре с просьбой пощадить университет от разрушения. Маршал отвечал: «Милостивые государи! Университет может быть спокоен от всех неприятностей, в войне неизбежных. Я удалю оные, ибо знаю, сколь они вредят наукам, и озабочусь, чтобы войска, проходя, не обеспокоили университет, столь знаменитый».

Прусский король не боится французов

Фридрих II был доволен, что в рядах французской армии уже не было Морица Саксонского, а к остальным полководцам Людовика XV он относился скептически. Однажды прусский король смотрел балет, и занавес был поднят так, что были видны только ноги танцовщиков. Они развеселили Фридриха II, сказавшего: «Вот сущее изображение французов: ноги без головы!»

Выбор Дауна

Австрийский фельдмаршал Даун в борьбе с армией Фридриха II избрал тактику осторожного маневрирования. За это его, по примеру римского полководца Квинта Фабия, называли «Кунктатором» (Медлителем). Однажды прусская армия оказалась в долине, в очень неудобной для себя позиции. «Если Даун нас здесь не атакует, — сказал фельдмаршал Кейт Фридриху, — то его стоит повесить». — «Он скорее пойдет на виселицу, чем на нас», — засмеявшись, ответил король.

Семилетняя война. Сражение при Цорндорфе. 1758 г.

Обида Фридриха II

Когда прусские войска подходили к Торгау, австрийский фельдмаршал Даун встретил их мощным артиллерийским огнем. Один из снарядов разорвался вблизи Фридриха II, и его лошадь с испуга понесла вскачь. «Передайте австрийцам, — сказал, запыхавшись, король, — что, если они не перестанут палить, я отберу у них пушки».

Хитрость помогает храбрости

При Гогенфридберге Фридриху II удалось победить австрийцев с помощью тактической ловушки. Прусский король самодовольно заметил: «Хитрость подготовила это дело, а храбрость его осуществила».

Слабое утешение

Однажды фельдмаршал Даун неожиданно атаковал пруссаков ночью и заставил их отступить. Фридрих II ободрил солдат: «Вы и сегодня славно дрались, дети мои, но что делать, когда неприятель похитил победу воровским образом, ночью».

Суть палочной дисциплины

Внешне дружелюбное отношение Фридриха II к своим «детям» — солдатам было обманчивым. В его армии господствовала суровая дисциплина. «Солдат должен бояться палки капрала больше, чем неприятеля», — говорил он. Главным его требованием к подчиненным был принцип: «Не рассуждать!»

Фридрих II о борьбе с дезертирством

В армии прусского короля кроме его подданных служило за деньги немало иностранцев. «Последние, — писал Фридрих II, — не имея никакого особенного прилепления к службе, единственно о том думают, чтобы первым случаем к побегу воспользоваться». В «Воинском наставлении короля прусского его генералитету» излагались 14 рекомендаций, как удержать наемников от дезертирства. В их числе: проводить почаще перекличку, не становиться лагерем близ леса, избегать ночных переходов и т. д.

Своих солдат-наемников Фридрих в бою строил в плотные сомкнутые шеренги, по бокам ставил взводных, а позади — замыкающих офицеров, которые могли и убить побежавших.

Среди солдат был популярен шутливый наказ Фридриха II: «Король ручается, что, если вы неприятелей заколете, то они уже вас колоть не будут».

Война и талеры

Большие издержки Семилетней войны требовали от прусской казны значительных расходов. Чтобы решить эту проблему, Фридрих II поручил свой монетный двор еврею Эфрему (Эфроиму), и тот изготовил 10 миллионов талеров монетой, которая на одну треть была ниже своей стоимости. По этому поводу народ придумал поговорку:

Снаружи красив, а внутри не совсем:

Снаружи — Фридрих, внутри же — Эфрем.

Эфрема недолюбливала вся Пруссия.

Фридрих о русском упорстве

В сражении под Цорндорфом Фридрих II впервые лицом к лицу встретился с русскими войсками. Он твердо рассчитывал на победу в этом сражении, но не смог ее добиться. Наблюдая за ходом битвы, он произнес фразы, ставшие знаменитыми:

— «Я вижу только мертвых русских, но я не вижу побежденных русских».

— «Русского недостаточно убить, его надо еще и повалить».

Голова Зейдлица

Прусскую армию в сражении под Цорндорфом выручил генерал Зейдлиц, начальник кавалерии. Для этого ему пришлось проявить особую выдержку. Фридрих II дважды присылал к нему адъютанта с требованием начинать атаку противника, но лучший кавалерист Пруссии выжидал. Разгневанный король послал к нему адъютанта в третий раз с предупреждением, что начальник кавалерии рискует своей головой. «Доложите королю, — ответил Зейдлиц, попыхивая трубкой, — что после сражения моя голова принадлежит ему, а пока она думает о его же, короля, пользе».

Своей точной по времени и месту атакой Зейдлиц расстроил обозначившуюся победу русских.

Два разных дня генерала Зейдлица

В отличие от сражения под Цорндорфом в битве с русскими под Кунерсдорфом Фридрих II заставил-таки генерала Зейдлица ринуться в кавалерийскую атаку в не совсем подходящий момент. Он жестоко поплатился за эту и другие ошибки. Позже Фридрих II, оправдываясь, говорил, что под Кунерсдорфом Зейдлицу «не хватило быть Зейдлицем Цорндорфского дня».

Прусский генерал от кавалерии Ф. Зейдлиц

Худший день в жизни Фридриха II

«Русский народ — несчастный, суеверный, пьяный и тупой», — как-то заметил Фридрих II. Но именно русская армия, разгромив войска Фридриха под Кунерсдорфом, поставила Пруссию на грань поражения в Семилетней войне.

«Неужели для меня здесь нет ни одного ядра!» — кричал прусский король, когда его войска побежали от русских под Кунерсдорфом. «Это чудовищный поворот судьбы, и я не переживу его. Полагаю, что все потеряно», — говорил Фридрих II. Он был близок к самоубийству.

«У моего брата, — как-то сказал о прусском короле принц Генрих, — в сущности, нет мужества».

Петр III выручает Фридриха II

Фридрих II признавал, что в начале 1762 г. Пруссия была близка к краху, но «она смогла подняться благодаря смерти женщины». Кончина императрицы Елизаветы Петровны привела к власти в России Петра III (Карла Петра Ульриха), ставшего союзником прусского короля. «Произошло нечто, похожее на сновидение, — писал немецкий историк Архенгольц. — Австрийцы в не меньшем изумлении увидели своих бывших союзников на другой стороне».

Благодаря такой перемене обстоятельств Пруссия благополучно завершила Семилетнюю войну.

Раскаяние прусского короля

Намаявшись в Семилетней войне, Фридрих II по-философски признавался: «Мы кочуем по свету и разыгрываем наши кровавые трагедии только там, где неприятель дозволяет нам устроить театр… Развалины и нищета — вот презренные памятники наших громких подвигов».

Три взгляда на войну

У Фридриха II однажды спросили, каково соотношение в войне искусства и науки? Он ответил так: «Война есть наука для людей выдающихся, искусство для посредственных и ремесло для невежд».

О невозможности вечного мира

Фридрих II написал статью против французского энциклопедиста П. Гольбаха, в которой высмеял его призывы и увещевания к миру. «Если вы хотите достигнуть вечного мира, — писал он, — то отправляйтесь в идеальный мир, где неизвестно «твое» и «мое», где у князей, министров и подданных нет страстей и все следуют предписаниям разума».

«Идеальный полководец» Феникс

На вопрос о том, кого можно считать идеальным полководцем, Фридрих II ответил с легкой иронией: «Дабы составить совершенного полководца, надлежало бы храбрость Карла XII, проницательность Мальборо, познания Евгения Савойского, хитрость Люксембурга, предусмотрительность Монтекукколи соединить с искусством Тюренна, чтоб таковой Феникс явился».

Чья жизнь дороже

Когда Вольтер гостил у Фридриха II, тот любил подшучивать над знаменитым философом и писателем. Но и Вольтер не оставался в долгу. Однажды они решили отправиться в прогулку по озеру, но, увидев, что лодка протекает, Вольтер резво выскочил на берег. «Вы уж очень боитесь за свою жизнь, — засмеялся король, — а я вот не боюсь». — «Королей на свете много, — отвечал философ, — а Вольтер один».

Разница между врачом и полководцем

Однажды Фридрих II сказал, посмеиваясь, своему лечащему врачу: «Доктор, признайтесь, много ли вы в своей жизни уморили людей?» — «Не столько, как Ваше величество, — нашелся тот, — и с гораздо меньшей славой».

Бисмарк о Фридрихе II Великом

Фридрих II до конца жизни гордился тем, что приобрел, пусть и неправедным путем, для Пруссии Силезию. Бисмарк позже отмечал, что это было единственное территориальное приобретение Фридриха Великого, и, полушутя, оценил это так: «Он украл Силезию, и все же был признан великим человеком».

Признак будущего монарха

Фридрих II любил маленького племянника, будущего императора Фридриха Вильгельма III. Однажды король, играя, отобрал у племянника мяч, но тот боролся с дядей до тех пор, пока не вырвал свою игрушку. «О, это будет молодец! У него Силезию не отнимут», — сказал довольный король.

Наполеон хвалит и развенчивает Фридриха II

Наполеон назвал «чудом» то, что в Семилетней войне Фридрих II выстоял под ударами Франции, Австрии и России. «Государь, имевший только 4 миллиона подданных, — писал он, — семь лет вел борьбу против трех самых значительных государств Европы с населением в 80 миллионов».

Но сам же Наполеон это «чудо» и развенчал, указав, что союзники действовали против Пруссии вяло и врозь. «Все доказывает, — резюмировал он, — что Фридрих II не выдержал бы и одной кампании против Франции, Австрии и России вместе взятых, начни они действовать искренне».

Наполеон не согласился с распространенным мнением о том, что Фридрих II ввел в военное искусство «косой» боевой порядок войск для атаки. Отдавая должное прусскому королю как умелому полководцу, Наполеон был убежден, что тот «не ввел в обиход какого-либо нового маневра». Большинство военных специалистов все же считает иначе.

Война за независимость в Северной Америке и Джордж Вашингтон

Чай, приведший к войне

Война за независимость в Северной Америке (1775–1783) имела своей предысторией бойкот американскими городами товаров из материнской метрополии — Англии. В разгар этого бойкота в Бостоне появилась такая листовка: «Друзья, братья, соотечественники! Худшая чума — презренный чай Ост-Индской компании — прибыл в гавань. Перед вами выбор — либо полная гибель, либо мужественное сопротивление злодейской тирании!»

Разъяренные жители Бостона уничтожили английский чай, «растворив его в соленой воде океана». «Жребий брошен. Народ перешел Рубикон и сжег мосты», — сказал по этому поводу Дж. Адамс, один из идеологов американской независимости.

Цена войны и победы

С апреля 1775 г. американцы и англичане стали втягиваться в вооруженную борьбу. Континентальный конгресс в «Декларации причин необходимости взяться за оружие» объявил: «Мы подсчитали стоимость этого конфликта и подбили итог — лучше умереть, чем жить рабами!»

Действительный подсчитанный итог по окончании войны за независимость будет таков: около 4 тысяч убитыми (примерно столько же потеряют и англичане) и 2,5 миллиарда долларов финансовых издержек.

Реклама по-американски

С началом войны за независимость американский Континентальный конгресс принял решение о создании регулярной армии путем набора добровольцев. Американские города запестрели объявлениями о наборе. Среди них были и такие: «Веселые ребята, любящие свою страну и желающие сделать состояние, немедленно приглашаются на полковую базу, где их сердечно встретят смелые парни и угостят великолепным напитком, именуемым ромом».

Деньги любят счет

Главнокомандующим американской армии был назначен генерал Джордж Вашингтон, которому было назначено жалованье 500 долларов в месяц. Богатый плантатор Вашингтон отказался от него. Все свои издержки в ходе войны главнокомандующий будет тщательно записывать и после войны подведет им точный итог: 8422 фунта 16 шиллингов и 4 пенса. Свой финансовый отчет он представит Конгрессу, который вернет ему эти деньги.

Джордж Вашингтон — главнокомандующий

Главнокомандующий-моралист

Прибыв к армии, составленной из добровольцев, Вашингтон был очень разочарован ее состоянием и нравами. «Несмотря на всевозможные общественные добродетели, приписываемые этим людям, — писал он, — нет другой нации под солнцем, которая так бы поклонялась деньгам, как эта». Вашингтон, например, был шокирован, узнав, что один из офицеров за деньги брил своих солдат.

Из лагеря армии под Бостоном главнокомандующий изгнал женщин легкого поведения, запретил азартные карточные игры, сквернословие и пьянство. «В это время тягот для всех, — заявил он, — можно найти достаточно дела на службе Богу и стране, не впадая в грех».

Вашингтон приказал «пресечь мерзкую практику потребления дневного рациона рома в один присест» и строго наказывать уличенных в пьянстве, «ибо никакой солдат в таком состоянии не пригоден ни к атаке, ни к обороне».

Ставка — целый континент

Дисциплинировав войска, Вашингтон добился первых ощутимых успехов в войне с англичанами. В марте 1776 г. армия английского генерала Хоу была вынуждена оставить Бостон и отплыть к берегам Канады. В Англии это отозвалось резкой критикой в адрес правительства Норта. Лорд Фокс заявил: «Ни Фридрих II, ни Александр Македонский никогда не завоевывали в ходе одной кампании больше, чем потерял благородный Норт. Он потерял целый континент».

Джордж Вашингтон в сражении

Рождение новой тактики

Война американцев за независимость внесла нечто новое в военное искусство XVIII в. Английская пехота, строившаяся шеренгами в линейный боевой порядок, привыкла к таким же построениям противника. Но американцы «не имели любезности выстраиваться в линии, подставляя себя под огонь противника» (Ф. Энгельс). Они вели бой, рассыпаясь на подвижные отряды стрелков. Линейной тактике пехоты с ее девизом «победа в огне» противостояла тактика рассыпного строя американцев с девизом «победа в ногах». Так, сами того не ведая, американские стрелки-повстанцы предвосхитили маневренную тактику пехоты будущего века.

Выводы из малодушного бегства

Девиз маневренной тактики «победа в ногах» иногда получал отрицательный смысл. В сентябре 1776 г. англичане неожиданно высадились у Нью-Йорка и так решительно двинулись вперед при поддержке пушек, что американцы побежали. Причем безостановочно от Нью-Йорка до Гарлема. Вашингтон с револьвером в руке пытался остановить бегущих мимо солдат, но затем прекратил попытки и в отчаянии воскликнул: «И с этими людьми я должен защищать Америку!»

Вскоре главнокомандующий добился у конгресса введения смертной казни за бегство с поля боя и за другие серьезные воинские преступления.

Моральный фактор в войне

С точки зрения военных возможностей Англия имела несомненный перевес над своей мятежной американской колонией. Но, как выяснилось, она была морально не готова к войне со своими «американскими детьми». «Что они сделали? — задавал вопрос известный английский священник Р. Прайс. — Они пересекли океан и с оружием в руках вторглись к нам? Нет, это делаем мы и еще кричим, что нас там плохо встречают».

Война за независимость США. Лексингтон. 1775 г.

Наемники в Америке

Английский король Георг III для ведения войны в Америке пытался купить солдат-наемников у русской императрицы Екатерины II и прусского короля Фридриха И, но те вежливо отказали ему. Все же Георгу удалось приобрести у немецких князей в общей сложности до 30 тысяч наемников, в основном из Гессена.

Попав в Америку, немцы-наемники ничем особенным себя не проявили, кроме постоянной охоты за добычей. Немало их и гибло. После поражения гессенцев в бою за Трентон широкий резонанс получил памфлет Бенджамина Франклина, написанный в виде письма некоего немецкого ландграфа командиру гессенцев: «С невыразимой радостью я узнал о мужестве наших войск в Трентоне и о том, что там убито 1065 гессенцев, за которых я теперь получу 643 000 флоринов. Я посылаю вам новых рекрутов. Не жалейте их. Помните: слава превыше всего!»

Лафайет — друг Америки

Американцам в их войне за независимость против англичан помогали иностранцы-добровольцы. Самым известным из них был французский маркиз Лафайет. Прибыв в США и увидев вблизи американскую армию, плохо вооруженную и слабо обученную, Лафайет заметил: «Добродетели замещают здесь военную науку». Однако увлеченный идеей справедливой войны, он часто повторял: «Я приехал не учить, а учиться». Молодой маркиз стал генерал-майором американской армии, командиром дивизии, любимцем Джорджа Вашингтона.

«Лафайет, мы здесь!» — кричали американские солдаты в июле 1917 г. у его могилы в Париже, когда первый батальон американских войск прибыл во Францию для помощи ей в первой мировой войне. Название «Лафайет» получил один из типов американских ракетно-ядерных подводных лодок.

Бомарше — поставщик оружия

Среди друзей Америки был и известный французский драматург Пьер Бомарше. Автор «Севильского цирюльника» с разрешения Людовика XVI сумел организовать отправку в Америку крупных партий оружия. В целях маскировки от англичан эта операция была столь хитроумно организована через подставных лиц в различных странах, что, оплачивая ее, скрупулезный американский конгресс будет распутывать ее 50 лет, передавая деньги наследникам Бомарше и французскому двору.

Демократическая армия вблизи и на расстоянии

Среди иностранцев, заслуживших признательность Джорджа Вашингтона, был прусский офицер-отставник фон Штойбен. Назначенный инспектором американской армии, «неистовый немец» не давал никому покоя, налаживая дисциплину и воинский порядок. Главной трудностью для Штойбена был нрав американцев. Он говорил: «Эту нацию нельзя сравнить с французами, пруссаками или австрийцами. Здесь солдат выполняет команду лишь тогда, когда ему объяснишь, зачем это нужно».

Штойбен признавался, что устал учить армию, «где Ганнибал и Цезарь загубили бы свою репутацию, потому что каждый фермер здесь генерал, но никто не хочет быть солдатом».

Иное на расстоянии разглядел в американской армии русский писатель Александр Радищев. В знаменитой оде «Вольность» он писал о ней:

Не скот здесь согнан поневоле…

Вождем тут воин каждый зрится,

Кончины славной ищет он.

О, воин непоколебимый,

Ты был и есть непобедимый,

Твой вождь — свобода, Вашингтон.

Контрасты фронта и тыла

В течение всей войны за независимость армия Вашингтона остро нуждалась в материальном обеспечении. «Солдаты едят все виды лошадиного корма, кроме сена», — писал главнокомандующий конгрессу. А в это же время богачи в городах купались в роскоши, в стране процветали спекуляция и казнокрадство. Вашингтон говорил: «Молюсь богу, чтобы каждый штат вздернул самого зловредного спекулянта на виселицу, которая, по крайней мере, в пять раз выше, чем библейская. Для человека, составляющего состояние на гибели страны, по моему мнению, нет достаточного наказания».

Музыка побежденных и победителей

В 1778 г. Франция открыто пришла на помощь Америке, вступив в войну с Англией (своим давним соперником). В октябре 1781 г. наступил финальный момент войны за независимость США: 17-тысячная франко-американская армия заставила капитулировать блокированную в Йорктауне 8-тысячную английскую армию генерала Корнуоллиса.

Когда войска Корнуоллиса после сдачи оружия победителям возвращались в лагерь, английский военный оркестр играл марш под названием «Мир перевернулся». Именно так, видимо, англичанам представлялось то, что произошло. Перебивая английский марш, американский оркестр оглушительно заиграл варварскую мелодию «Янки дудл».

Французский памятник американской свободе

В память о союзе Франции и Америки в войне за независимость США французы в 1876 г. (год столетия образования Соединенных Штатов) подарили американцам статую Свободы. С тех пор она возвышается у входа в гавань Нью-Йорка.

Критерий полководца №1

Американский историк и писатель М. Лэннинг в книге «100 великих полководцев» поставил Джорджа Вашингтона в иерархии полководцев мировой истории на 1-е место. «Хотя другие полководцы, — пишет этот автор, — такие, как Наполеон (№ 2), Александр Македонский (№ 3) или Чингисхан (№ 4), добились больших успехов непосредственно на поле брани, никто из них не оказал на ход истории влияния, равного Джорджу Вашингтону. Без Вашингтона не было бы Континентальной армии, а без Континентальной армии не было бы Соединенных Штатов».

ОТ НЕЛЬСОНА ДО НАПОЛЕОНА. ОТ НАПОЛЕОНА ДО ВЕЛЛИНГТОНА. НАПОЛЕОНОВСКИЕ И АНТИНАПОЛЕОНОВСКИЕ ВОЙНЫ

14 июля 1789 г. в Париже восставший народ штурмом взял Бастилию: началась Великая французская буржуазная революция (1789–1799). Она вызвала глубокое беспокойство у правителей других ведущих стран Европы. Все европейские монархи и правительства были напуганы радикальными демократическими лозунгами, звучавшими в Париже («свобода, равенство, братство»), вспышками народного революционного насилия, расправой над Людовиком XVI, якобинским террором. Революционному правительству Франции пришлось вести не только длительную гражданскую войну, но и защищаться от внешней угрозы — антифранцузских коалиций, создаваемых феодально-монархическими государствами при активном участии капиталистической Англии. Лондон всячески поощрял (особенно финансово) деятельность 1-й антифранцузской коалиции (1791–1797), вылившуюся в австро-прусскую военную интервенцию против Франции. В конце 1798 — начале 1799 гг. возникла новая коалиция с прямым участием Великобритании, имевшей своими военными союзниками Австрию, Россию, Турцию и Неаполитанское королевство. Англичане повели морскую войну, в ходе которой эскадра Г. Нельсона у Абукира нанесла поражение французскому флоту. Тем самым фактически была сорвана Египетская экспедиция генерала Наполеона Бонапарта, а английский и русский флоты получили свободу действий в Средиземном море. Именно к этому времени относятся союзные морские кампании эскадр Г. Нельсона и Ф. Ушакова, Итальянский и Швейцарский походы А. Суворова. Австрийская армия на Верхнем Рейне грозила вторжением во Францию. 18 брюмера VIII г. по французскому революционному календарю (9 ноября 1799 г.) в результате государственного переворота Бонапарт стал первым консулом Французской республики, обладая всей полнотой власти. В июне 1800 г. у Маренго Наполеон разгромил австрийскую армию. Вторая антифранцузская коалиция вскоре развалилась. Однако в мае 1803 г. Англия возобновила войну против Франции. 2 декабря 1804 г. Наполеон Бонапарт короновался в Париже в качестве французского императора. Его внутренняя и внешняя политика окончательно приняла характер, отвечавший интересам французской буржуазии и направленный на достижение политической, экономической и военной гегемонии в Европе. Французский император повел почти беспрерывные войны, которые завершились лишь через 11 лет.

Осознавая, что его главный противник — Англия, Наполеон сконцентрировал в районе Булони экспедиционную армию (около 130 тыс. человек), готовившуюся к переправе через Ла-Манш. Однако прежде ему пришлось ликвидировать опасность, грозившую с другой стороны: летом 1805 г. союзниками Англии стали Россия и Австрия. Упреждая соединение австрийских и русских войск, Наполеон в Ульмском сражении разбил австрийскую армию и получил большой перевес над русской армией М. Кутузова, вынужденной отступать у Дуная. 21 октября 1805 г. произошло событие, изменившее первоначальный стратегический план Наполеона сокрушить Англию. В этот день адмирал Нельсон разгромил французский флот у Трафальгара, обеспечив неуязвимость Англии с моря, со стороны Ла-Манша. Все последующие войны Наполеона на континенте мало приближали его к победе над главным противником.

В 1805 г. Наполеон разбил австро-русскую армию в Аустерлицком сражении, вынудив Австрию выйти из войны. В сентябре 1806 г. Англия, Россия, Пруссия и Швеция образовали новую антифранцузскую коалицию. В Йена-Ауэрштедтском сражении была разгромлена прусская армия, во Фридландском — русская. Тильзитский мир 1807 г. вынудил Россию к участию в континентальной блокаде Англии, к которой Франция привлекла почти все европейские страны.

Весной 1808 г. французские войска захватили Испанию, где сразу же началось народно-освободительное движение, с которым наполеоновские маршалы не могли справиться. К тому же в августе 1808 г. в Португалии высадился британский экспедиционный корпус генерала А. Уэлсли (Веллингтона), начавший проведение операций против французских войск на Пиренеях. Пробыв в Испании два месяца, Наполеон вернулся во Францию, так как в Центральной Европе назревала новая война с Австрией. Победив австрийскую армию при Ваграме, он принудил Франца I к полной зависимости.

К 1811 г. численность населения наполеоновской империи вместе с вассальными государствами составляла 71 млн человек. Логика завоеваний толкнула Наполеона к походу против России, ставшей объектом французской агрессии в 1812 г. В России Наполеон и его маршалы — Мюрат, Ней, Бертье, Даву, блиставшие ранее в Западной Европе, были вынуждены уступить стратегическому искусству Кутузова и народному сопротивлению. Изгнанная из России наполеоновская армия в 1813–1814 гг. упорно сопротивлялась натиску войск разраставшейся антифранцузской коалиции. Теперь уже на всю Европу звучали имена военачальников союзных армий — Г. Блюхера (Пруссия), А. Веллингтона (Великобритания), М. Барклая-де-Толли (Россия), К. Шварценберга (Австрия), Ж. Бернадота (Швеция). 31 марта 1814 г. союзные войска вошли в Париж. Наполеон отрекся от престола и был сослан на остров Эльбу; его место на французском престоле занял Людовик XVIII. В марте 1815 г., в период работы Венского конгресса союзных стран, Бонапарт бежал с Эльбы и восстановил свою власть во Франции. 18 июня 1815 г. английская армия Веллингтона и прусская армия Блюхера нанесли ему сокрушительное поражение под Ватерлоо. Наполеон вторично отрекся от престола и был сослан на остров Святой Елены.

Наполеоновские войны как своеобразное продолжение Великой французской буржуазной революции в итоге подорвали устои феодально-монархических режимов Европы. Но насильственная политика Франции не могла не встретить сопротивления других народов. Они, как и сама Франция, понесли в период 1799–1815 гг. огромные человеческие и материальные потери. Одним из последствий борьбы с наполеоновской Францией стал «Священный союз» Австрии, России и Пруссии, образованный в 1815 г. и долгие годы сковывавший своим консерватизмом всю Европу.

Наполеоновские и антинаполеоновские войны вывели на поля сражений массовые регулярные армии. В крупнейших сражениях участвовало до 500 тыс. человек. Возникновение массовых армий, вооруженных огнестрельным оружием, повлекло за собой большие изменения в организации войск, стратегии и тактике. Основным способом стратегических действий стало решительное наступление с целью нанести противнику мощный удар крупной группировкой войск в заранее намеченном районе или месте. Для стратегии Наполеона было характерно стремление решить судьбу кампании или войны, как правило, в генеральном сражении. В целях создания превосходства над противником на главном направлении Наполеон широко применял маневр крупными группировками войск. Наполеоновские войны определили дальнейшее развитие тактики. В ходе их окончательно утвердился глубокий боевой порядок — сочетание колонн с рассыпным строем. Обязательным элементом боевого порядка стал резерв. Огромное значение приобрели материальная подготовка войны и кампаний, всестороннее обеспечение вооруженных сил, стратегическая разведка, организация взаимодействия родов войск.

Адмирал Нельсон — герой морских сражений

Борьба моря и суши

В конце XVIII — начале XIX вв. наполеоновская Франция начала угрожать всему европейскому континенту, но на море по-прежнему господствовала Великобритания, о которой Шиллер писал:

Как полип тысячерукий,

бритты цепкий флот раскинули кругом

и владенья вольной Амфитриты[6]

запереть мечтают, как свой дом.

Наполеон видел в Англии главного врага, но французы не могли уничтожить английский флот, так же, как англичане — французскую сухопутную армию. Поэтому историки назовут противоборство этих двух держав «борьбой льва с акулой».

Олицетворением морской силы Великобритании стал адмирал Горацио Нельсон.

Адмирал Г. Нельсон

«Смерть есть только долг»

С 1793 г. Нельсон, тогда капитан «Агамемнона», начал участвовать в военно-морских экспедициях против французов. В 1794 г. при осаде корсиканского острова Кальви он потерял правый глаз. Соприкоснувшись с угрозой смерти, 36-летний Нельсон высказался так: «Наша жизнь находится в руках Бога, но мое имя, моя честь находятся в моих руках. Смерть есть только долг, который рано или поздно все мы должны уплатить».

Не только без глаза, но и без руки

В результате тяжелого ранения при захвате г. Санта-Крус на острове Тенерифе Нельсон лишился правой руки. Но, выздоровев, он добился возвращения на флот, говоря: «Потерю руки своей не считаю я препятствием, и пока у меня останется хотя одна нога, на которой стоять могу, не перестану сражаться за моего короля и мое отечество».

Победа при Абукире и ее трофей

31 июля 1798 г. эскадра Нельсона приблизилась к египетскому мысу Абукир, готовясь к атаке французского флота, доставившего ранее на берега Египта войска Наполеона. Поднимаясь из-за обеденного стола, Нельсон пошутил: «Завтра к этому времени я заслужу или титул лорда, или Вестминстерское аббатство» (в котором хоронят выдающихся людей).

Французский флот при Абукире был разгромлен, потеряв из 14 линейных кораблей 11. Погиб и флагманский корабль адмирала Брюэса «Орьян» (фр. восток). Английский капитан Галлоуэлл, участник Абукирского сражения, вскоре преподнес Нельсону необычный подарок — гроб, изготовленный из куска мачты «Орьяна». «Когда Вы устанете от жизни, — сказал он с улыбкой адмиралу, — Вас смогут похоронить в одном из Ваших трофеев». Нельсон будет хранить этот гроб в своей каюте, в нем он и будет погребен.

Так сражаются моряки

Абукирское сражение французский адмирал Брюэс проиграл прежде всего тактически, не сумев противопоставить искусству Нельсона ничего, кроме мужества. В ходе сражения он был дважды ранен, но не покидал палубы. Затем английское ядро почти разорвало его надвое, но Брюэс и последние минуты своей жизни провел на палубе «Орьяна», говоря: «Французский адмирал должен умирать на шканцах».

Гибель взорвавшегося «Орьяна», последовавшая после 3-х часов сражения, повлекла за собой смерть всего экипажа. «Орьян» взорвался со столь оглушительным грохотом, что обе стороны, ошеломленные, на несколько минут остановили бой.

Исключительно мужественно вели себя в сражении и английские моряки. Капитан Туар, получивший смертельные ранения и истекавший кровью, велел положить себя в чан с опилками и продолжал отдавать распоряжения вплоть до полной потери сознания.

Нельсон в Неаполе

После победы при Абукире Нельсон с флотом посетил дружественный Неаполь. Ко дню его рождения 29 сентября во дворце Сесса была возведена ростральная колонна в честь адмирала со словами: «Пришел, увидел, победил» на латинском языке. Эта надпись имела двойное значение: она была адресована Нельсону как победителю при Абукире и как человеку, покорившему сердца неаполитанцев. Среди покоренных была и 33-летняя Эмма Гамильтон, жена 68-летнего английского консула в Неаполе.

Бой у Копенгагена

В апреле 1801 г. английская эскадра Паркера, в которой Нельсон командовал авангардом, появилась вблизи Копенгагена. Смело войдя в гавань, Нельсон начал сражение против датского флота, но поотставший Паркер поднял запрещающий сигнал «Выйти из боя». Герой Абукира, не желая прекращать сражения, сказал капитану Фоли: «Вы знаете, что у меня только один глаз, и я имею право не все видеть». Приставив трубу к отсутствующему глазу, он прибавил: «Клянусь честью, я не вижу сигнала Паркера. Оставьте висеть мой сигнал «Усилить огонь», а еще лучше — велите прибить его к брам-стеньгам гвоздями!»

Вскоре дрогнувшие датчане запросили у Нельсона перемирия.

Нападение на Россию пришлось отменить

После Копенгагена Нельсон двинулся к Ревелю (Таллин), надеясь «проучить» русский флот. Но к этому времени Александр I, сменивший Павла I, успел возобновить дружественные отношения с Англией. По прибытии к Ревелю Нельсон к своей досаде узнал о случившейся перемене и ему пришлось послать на берег графу Палену (русскому министру иностранных дел) свои уверения в глубоком уважении к Александру I. Пален ответил: «Единственным знаком уважения, который император от Вас примет, будет срочное удаление флота, которым Вы командуете, из наших вод».

Расплата за торопливость

Наполеон мечтал разгромить британский флот, препятствовавший броску французских войск из Булони в Англию через Ла-Манш. Видя, что командующий французским флотом Вильнев уклоняется от столкновения с Нельсоном, Наполеон послал ему на замену адмирала Розили. Узнав об этом, обиженный и взволнованный Вильнев с флотом ринулся навстречу разыскивавшему его Нельсону. Говорят, что он сказал: «Теперь моя очередь нанести обиду Наполеону или своей победой, или своим поражением».

Трафальгарское морское сражение станет жестокой обидой для всей Франции.

Нельсон перед Трафальгаром

Нельсон, долгие месяцы искавший в море французский флот, облегченно вздохнул, когда узнал, что тот вместе с испанским вышел ему навстречу. Английский адмирал был готов победить или умереть. За два часа до сражения при Трафальгаре он составил завещание, начинавшееся такими словами: «Октября, двадцать первого числа тысяча восемьсот пятого года. Совершено в виду объединенных флотов Франции и Испании на расстоянии примерно десяти миль…».

В завещании прославленного, но неудачливого в семейной жизни Нельсона были и такие слова: «Я поручаю Эмму, леди Гамильтон, заботам моего короля и страны… Я также поручаю заботам моей страны дочь и я желаю, чтобы в будущем она носила только фамилию Нельсон».

Вызов противнику и судьбе

Перед началом Трафальгарского сражения Нельсон появился на палубе линкора «Виктори» в полной адмиральской форме, расшитой золотом, и со всеми наградами. Его парадная форма говорила подчиненным об ответственности момента и о вере в победу. Она же, с учетом внимания к ней вражеских стрелков, подчеркивала презрение Нельсона к смерти и, как писали позже, даже желание умереть — уйти из жизни, тяготившей его своими неурядицами. В любом случае на палубе «Виктори» в решающий для Англии день стоял человек, подготовивший флот к победе.

Девиз Нельсона и английского флота

За несколько минут до сближения с противником в Трафальгарском сражении английский командующий отдал распоряжение поднять для всей эскадры сигнал: «Нельсон верит, что каждый исполнит свой долг». Но сигнальщик сказал, что в коде сигналов нет некоторых слов для этой фразы. Нельсон немного изменил текст, и над флагманским кораблем взвился сигнал: «Англия ожидает, что каждый исполнит свой долг». Он был встречен экипажами со всеобщим энтузиазмом. Впоследствии британский флот сделал его своим девизом.

Смерть адмирала

Английские корабли под Трафальгаром уже разорвали строй противника и начали его громить, когда настала роковая для Нельсона минута. На мачте французского корабля «Редутабль» пристроился стрелок, для которого адмирал в сверкающем орденами мундире был особо привлекательной мишенью. Пуля прострелила Нельсону левое плечо и застряла в позвоночнике. Адмирал упал на колени, вытянув вперед руки, чтобы не разбить лицо. «Наконец-то они меня доконали, Харди, — сказал он капитану «Виктори», — мне прострелили позвоночник».

В 16 часов смертельно раненному Нельсону доложили о победе и о том, что уничтожено и взято 15 французских и испанских кораблей. Он нашел в себе силы пошутить: «Жаль, я рассчитывал на 20».

Трафальгарское сражение. 1805 г.

Жизнь после смерти

Тело адмирала Нельсона было доставлено в Лондон, погруженное в бочку с бренди. Есть версия, что английские моряки выпили его за упокой души славного Неля. Торжественное погребение состоялось в соборе святого Павла. Флагманский корабль «Виктори» станет музеем-кораблем. Лондон украсит 40-метровая Трафальгарская башня, увенчанная фигурой Нельсона.

Его завещание правительству — позаботиться об Эмме Гамильтон и их дочери — английские власти проигнорируют. Леди Гамильтон попадет в долговую тюрьму и умрет в бедности в Париже. Дочь Горация после смерти матери вернется к английским родственникам и доживет до 80 лет.

Участь адмирала Вильнева

Печальной оказалась участь главного неудачника Трафальгарского сражения — французского адмирала Вильнева. Плененный, он был доставлен в Лондон, где его принудили участвовать в торжественном погребении своего победителя Нельсона. Когда вскоре Вильнев получил разрешение вернуться во Францию, он писал жене: «Я достиг черты, когда жизнь уже становится бесчестьем… Как я счастлив, что у меня нет детей, которые получили бы бремя моего имени!» Для Наполеона неудачник-адмирал был «позором отечества».

Тело Вильнева с колотой раной было обнаружено в гостинице французского города Рени, через который он проезжал по пути домой. Подозревали убийство, связывая его с местью Наполеона. Но официальная версия настояла на самоубийстве адмирала вследствие его боязни военного суда и «психической неуравновешенности». «Признаки сумасшествия, — с иронией говорил Наполеон, — наблюдались у него еще во время морской кампании».

Мысли и суждения Наполеона

Духовное выше материального

«Ахилл, сын богини и смертного, — вот прообраз военного гения, — считал Наполеон. — Божественная часть этого гения проявляется в проникновении в характер и побуждения противника, а равно в помыслы и дух своего солдата. Часть земная — это вооружение, укрепления, позиции, боевые порядки, словом, все, что входит в соображение своей вещественной стороной».

В другом случае о соотношении духовного и вещественного Наполеон говорил так: «Во всяком военном предприятии успех на три четверти зависит от данных морального порядка и только на одну треть от материальных сил».

Полководцы, которых ценил Наполеон

Среди полководцев мировой истории Наполеон выделял семерых лучших, советуя учиться на их опыте: «Наступательные войны должны вестись так, как вели их Александр Македонский, Ганнибал, Цезарь, Густав Адольф, Тюренн, принц Евгений и Фридрих. Читайте и изучайте их 83 похода и образуйтесь по ним — вот единственное средство сделаться великим полководцем».

У Александра Македонского Наполеон насчитал 8 походов, у Ганнибала — 17, у Цезаря — 13, у Густава II Адольфа — 3, у Тюренна — 18, у принца Евгения Савойского — 13, у Фридриха II — 11. О себе он писал так: «Наполеон сделал 14 походов: два в Италии, пять в Германии, два в Африке и Азии, два в Польше и России, один в Испании и два во Франции».

Наполеон Бонапарт

О закономерном и случайном

«Военную кампанию, — отмечал Наполеон, — можно считать хорошо подготовленной, если две трети отнесены на долю расчета и одна треть на долю случайностей».

Размышляя о роли счастливого случая в войне, он говорил, что ни одному полководцу не удалось навсегда «приковать к себе эту жестокосердную ветреницу».

О вдохновении гения

«Гений» — одно из излюбленных слов Наполеона в его рассуждениях об искусстве полководца. По его мнению, военный гений в отличие от обыкновенного полководца сродни вдохновенному художнику. «Грамматику знает всякий, — писал он для сравнения, — но можно ли при помощи одной грамматики сочинить Илиаду или Корнелеву драму?»

Из других мыслей и афоризмов Наполеона

— «Первое качество, возвышающее военачальника над посредственностью, есть равновесие ума и характера или мужества. Касательно основания (характера) и высоты (ума), он должен представлять собой квадрат».

— «Многие вопросы, стоящие перед полководцем, являются математической задачей, достойной усилий Ньютона и Эйлера».

— «Для того чтобы иметь хороших солдат, нация должна постоянно сражаться».

— «Ничто так численно не умножает батальоны, как успех».

— «Если бы я занимался только внутренними делами Франции, я бы привык отдыхать и заплесневел».

— «Я знал лишь три вещи: ежедневно проходить по десять миль, сражаться и иметь передышку».

— «Моя истинная слава — не 40 выигранных битв: неудача при Ватерлоо изглаживает память о стольких победах. Но что никогда не изгладится из памяти, что будет вечно — это мой Кодекс»[7].

— «Монополия Англии, которой она пользуется за счет других государств, вынудила меня сражаться за интересы Франции. История вынесет свой приговор об этом споре между Римом и Карфагеном. Приговор будет в пользу Франции».

— «Неизбежные войны — всегда справедливые войны».

— «Мир невозможен, если он не является всеобщим. Не надо строить себе иллюзий».

— «Меня можно упрекнуть лишь в том, что я провожу политику так, как потоки воды прокладывают себе русло».

— «Наступит день, и история скажет, чем была Франция, когда я взошел на престол, и чем она стала, когда я предписал законы Европе».

Первые походы Бонапарта

Предводитель Итальянского похода

В 1796 г. члены французской Директории решили отправить молодого и опасного для них генерала Наполеона Бонапарта из Парижа в Северную Италию. Там он получил в командование разутые, раздетые и полуголодные войска — «армию в лохмотьях», еле сдерживавшую австрийцев. Но Бонапарт сумел привести ее в порядок и воодушевить, изгнать с нею австрийцев из Северной Италии и заслужить первую громкую славу.

«Солдаты! — обращался к своему войску герой Итальянского похода. — С вершин скал Апеннинских, как бурный поток, низверглись вы в эти долины, опрокидывая и разрушая все, что противилось вашему стремлению. Вы возвратитесь на родину, и граждане, с восторгом встречая вас, будут говорить: «Он служил в итальянской армии!»

У подножия величия

В 1798 г. Бонапарт возглавил французскую военную экспедицию в Египет. Наиболее крупное сражение с египетскими мамлюками состоялось близ Каира, у пирамид. Речь Бонапарта перед войсками была патетичной: «Солдаты, вы пришли в эти страны, чтобы исторгнуть их из варварства, внести просвещение на восток и избавить этот прекрасный край от ига англичан. Сорок веков величия смотрят на вас с высоты этих пирамид!»

Кроме пирамид за сражением наблюдали тысячи жителей Каира, собравшихся на другом берегу Нила. Победа французов над мамлюками была безоговорочной.

Взаимосвязь количества и качества

Боевая выучка французских драгун противостояла в Египте напору иррегулярной конницы мамлюков. Наполеон говорил, что 2 мамлюка решительно превосходят 3-х французов, 100 французов равны 100 мамлюкам, 300 французов обыкновенно разбивают 300 мамлюков, а 1000 французов во всех случаях разбивают 1500 мамлюков.

Бонапарт в Палестине

Генерала Бонапарта в Палестине евреи встретили как Мессию, который пришел избавить их от рабства и основать давно ожидаемое ими царство. Один бедный еврей, добравшись до лагеря французов, спросил знаменитого французского генерала, правда ли, что он и в самом деле Мессия. «Нет, — скрывая улыбку, ответил Бонапарт, — но предтеча его». Еврей удалился довольным.

Генерал, не вязнувший в песках

Бригадный генерал Кафарелли, принимавший участие в Египетской экспедиции Наполеона Бонапарта, потерял ногу в давнем походе за Рейн. Тем не менее генерал, прозванный «деревянной ногой», был весьма деятелен и неутомим в жарких песках Египта. Кто-то спросил ветерана, в чем причина его неутомимости. «Все дело в том, — отвечал он, — что я вязну в Египте только одной ногой, тогда как другая все еще остается в Европе».

Академик Бонапарт

Наполеон Бонапарт не был чужд наукам. Еще до похода в Египет за военные заслуги он был принят в члены французской Академии наук по классификации естественных наук. В своей речи по этому случаю на собрании Академии он говорил: «Истинные завоевания, не влекущие за собой раскаяния, приносит только наука. Развитие человеческих понятий есть почетнейшее и полезнейшее занятие. Истинное могущество Французской республики отныне состоит в том, чтобы быть родиной всякой новой идеи».

Военная экспедиция Наполеона в Египет сочеталась с научной. В походе с ним приняли участие 21 математик во главе с Монжем, 3 химика во главе с Бертолле, 3 астронома, 13 натуралистов и столько же географов, 10 механиков, 17 инженеров-строителей и т. д. А также пианист Рижель и поэт Парсеваль-Гранмезон, музу которого Египет почему-то не вдохновил.

По возвращении из Египта вплоть до военного переворота 9 ноября 1799 г. Бонапарт любил носить скромную одежду члена Академии наук и подписываться «Гражданин Бонапарт, академик».

Египетские разочарования

О Египетской экспедиции, завершившейся после отъезда Наполеона в Париж неудачно, сам он не очень любил вспоминать впоследствии. Одно из воспоминаний было таким: «При высадке в Египте меня удивило, что от былого величия у египтян я нашел только пирамиды и печи для приготовления жареных цыплят».

Наполеон, преодолевающий Альпы

В своих походах в Италию против австрийцев Наполеон несколько раз преодолевал Альпы. Горы, многим казавшиеся непреодолимыми, не были ему преградой, о чем он сам говорил так: «Где может пройти козел, там может пройти человек, где пройдет человек, пройдет батальон, а где пройдет батальон, там и армия».

О походе через Альпы в 1800 г. он говорил: «Если бы Ганнибал узнал о переходе моей армии через Большой Сен-Бернар, он посчитал бы свое альпийское путешествие сущей безделицей».

Генерал Дезе выручает Бонапарта

В сражении с австрийцами при Маренго (1800 г.) Наполеона Бонапарта выручил командир дивизии генерал Дезе. Он замыкал движение французских войск через Альпы и, услышав впереди звуки битвы, форсированным маршем прибыл к Маренго. Там Бонапарт уже отступал и встретил Дезе словами: «Увы, сражение проиграно». — «Может быть, — хладнокровно ответил командир дивизии. — Но сейчас еще 3 часа дня, и у нас есть время выиграть другое сражение!» Дезе возглавил новую атаку французских войск, завершившуюся успехом.

Погибшего в сражении Дезе Бонапарт похоронил на перевале Сен-Бернар, сказав: «Пусть Альпы служат ему пьедесталом».

Кулинарный отзвук победы

В сражении при Маренго 28-тысячная армия Наполеона разгромила 40-тысячную австрийскую армию Меласа. Эта победа получила большой резонанс в Париже. В те дни в парижских ресторанах жареных цыплят (любимое блюдо Наполеона) подавали под названием «цыплята а-ля-Маренго».

Наполеон о борьбе со страстями

В 1802 г. в одной из частей французской гвардии произошел неприятный случай: из-за несчастной любви покончил с собой гренадер Гобен. Через несколько дней в том же полку подобное происшествие повторилось. Наполеон Бонапарт приказал объявить гвардии: «Воин должен одолевать боль и грусть, причиняемые страстями. Предаваться горести без сопротивления, лишать себя жизни, чтобы избавиться от нее, значит оставлять поле сражения без победы».

За что воюет солдат

После свержения монархии Людовиков в республиканской Франции были упразднены все награды, включая ордена. Генерал Бонапарт был инициатором возрождения знаков отличия. «Назовите мне республику из древних или новых времен, — говорил он в Государственном совете, — где бы не существовало отличий. Неужели вы думаете, что философическими рассуждениями убедите людей сражаться? Никогда! Солдат дерется из-за славы, отличий и наград».

19 мая 1802 г. 14 голосами против 10 Государственный совет принял решение об учреждении ордена Почетного легиона, остающегося высшей наградой Франции до сих пор.

Триумф и крушение великого завоевателя

Побеждать — значит предвидеть

Наполеон назвал тремя самыми прекрасными днями своей жизни Маренго, Аустерлиц и Йену. Битва при Аустерлице (1805 г.) получившая название «сражение трех императоров» (Наполеона против Александра I и Франца I), велась по сценарию французского императора. Александр I и Франц I руководили русскими и австрийскими войсками (при номинальном главнокомандующем Кутузове) по плану, разработанному австрийским генералом Вейротером. Но Наполеон полностью предугадал этот план. Накануне дня сражения, убедившись с помощью подзорной трубы, что дивизии противника разворачиваются так, как он предвидел, Бонапарт засмеялся: «Они сдаются! Завтра они будут в моих руках».

На следующий день он одержал убедительную победу, о которой А. Жомини писал: «Будто он сам командовал обеими противными армиями, которые, казалось, производили заранее условленные маневры».

Наполеон о военно-морском искусстве

Победой в Трафальгарском морском сражении 1805 г. Англия доказала превосходство своего флота над французским. Уязвленному Наполеону, господствовавшему на суше, оставалось лишь рассуждать о «второсортности» военно-морского искусства в сравнении с искусством сухопутного военачальника. «Адмиралу нужна только одна наука — мореплавание, — писал он, — а главнокомандующему нужны все науки. Для адмирала все равно — Индийское или Американское море — все та же водяная равнина. Искуснейший адмирал не имеет другого превосходства над менее искусным, кроме знания ветров… Адмирал в продолжении кампании сражается только раз, а генерал почти ежедневно, и опасности, которым подвергается флот, ничто в сравнении с опасностями на сухопутном пути».

Аустерлицкое сражение. 1805 г.

Победа без разведки

После разгрома Австрии Наполеон в 1806 г. двинулся против Пруссии. Уверенный в себе, он применил довольно простой способ обнаружить противника и вызвать его на сражение. «Я не знаю, где находится неприятель, — говорил он, — но из Бамберга, пользуясь имеющимися дорогами, я иду прямо на Берлин, столицу Пруссии. Тем самым я заставлю пруссаков появиться передо мной».

Так и вышло. Прусские войска, двинувшиеся на защиту Берлина наперерез Наполеону, были разбиты под Йеной и Ауэрштедтом. Через 12 дней Наполеон вступил в Берлин.

О борьбе старого и нового в военном искусстве

К. Клаузевиц писал, что в Йена-Ауэрштедтском сражении прусские генералы «бросились в косом боевом порядке Фридриха Великого в открытую пасть гибели». Столкнувшись с гибкой маневренной тактикой колонн и рассыпного строя, они проявили «полнейшее скудоумие, до которого когда-либо доходил методизм».

О прусском командующем под Йеной герцоге Брауншвейгском говорили, что он не знал не только того, что он делает или что хочет делать, но и того, где стоит и куда идет.

Сражение французских и прусских войск при Йене. 1806 г.

Результаты сражения, завершившегося вничью

Русские войска, прибывшие спасать Пруссию, оказали Наполеону ожесточенное сопротивление в сражении под Прейсиш-Эйлау. В кровопролитнейшем сражении с обеих сторон было убито и ранено до 60 тыс. человек. «Если бы все короли могли созерцать это зрелище, — воскликнул в разгар битвы Наполеон, — они были бы менее жадны к завоеваниям». «Что за бойня, — сказал после битвы маршал Ней, — и без всякой пользы!»

Когда Наполеон вечером объезжал войска, то от одной из самых лучших своих дивизий — дивизии Сент-Илера — вместо привычного «Да здравствует император!» он услышал «Да здравствует мир!».

Память Тильзита

После поражения русской армии Беннигсена под Фридландом Россия и Пруссия летом 1807 г. были вынуждены заключить с Францией Тильзитский мир. Наполеон потом не раз вспоминал те счастливые для него дни, но с примесью досады. «Моя ошибка, — говорил он в 1813 г., — состояла в том, что я не стер Пруссию с лица земли из уважения к его величеству императору всероссийскому Александру I».

В 1814 г. Наполеон сокрушался: «Кто осмелился бы мне сказать во времена Тильзита, что русские будут расхаживать по Парижу, как господа, и что пруссаки расположатся лагерем на Монмартре?»

Неуверенность — источник поражения

Оценивая победы Наполеона в 1805–1807 гг., английский генерал А. Уэлсли (Веллингтон), будущий победитель при Ватерлоо, говорил: «У меня есть сильное подозрение, что все континентальные армии были наполовину разбиты французами еще до начала сражений».

Наполеон и поляки

Польский патриот Т. Костюшко, вождь неудавшегося антирусского восстания 1794 г., жил в Париже. В 1807 г. он предложил Наполеону свои услуги в борьбе с Россией на условиях, что Польша станет независимой, а ее границы будут простираться от Риги до Одессы. Узнав об этом, Наполеон сказал: «Поведение этого человека мне не нравится. Он имеет преувеличенное представление о себе и Польше». Впрочем, поляки охотно принимались в наполеоновскую армию.

Общественное мнение по заказу

Наполеон одним из первых осознал значение прессы в формировании общественного мнения и взял ее под строгий контроль. Десятки «нежелательных» газет были закрыты, а тон уцелевшим задавало «Бюро общественного мнения», подведомственное министру полиции Фуше. Главным печатным органом стал «Бюллетень Великой армии». По всей Европе гуляла поговорка: «Врет, как Бюллетень».

Во время утреннего бритья императора секретарь читал ему свежие сообщения прессы, по преимуществу английской и немецкой. Когда же он начинал читать что-либо из французских изданий, Наполеон всегда говорил: «Не читайте, не читайте. Я знаю, что в них пишут то, что я им приказываю».

Жомини и Россия

Полковник А. Жомини, блестящий аналитик, служил в штабе маршала Нея, но, не ужившись с ним, в 1808 г. обратился к военному министру с просьбой отпустить его для службы в Россию. Наполеон, узнав об этом, предложил полковнику выбор: или Венсенская тюрьма, или чин генерала. Жомини был вынужден согласиться на второе. В 1812 г. он принял участие в походе против России, но в 1813 г. все-таки перешел служить к Александру I и стал впоследствии светилом русской и европейской военной науки.

Семейственное занятие

В 1808 г. Наполеон пересадил старшего брата Жозефа с престола неаполитанского короля на испанский трон, а маршала Мюрата, мужа сестры, отозвал из Испании и назначил королем в Неаполь. Шатобриан писал: «Император одним ударом кулака надвинул драгоценные венцы на чело двум новым королям, и они разошлись в разные стороны, как два рекрута, поменявшись киверами».

К этому следует добавить, что по воле Наполеона королем Голландии был его брат Луи, а королем Вестфалии — брат Жером. Позже Наполеон признавался: «У моих братьев безумное честолюбие, расточительные вкусы и никакие талантов».

Прощание с другом

Маршал Ланн был верным сподвижником Наполеона со времен Египетской экспедиции. Во время австро-французской войны 1809 г. он получил смертельное ранение под Эслингом: ядром ему оторвало обе ноги. Наполеон стоял рядом с умирающим, когда тот очнулся и попрощался с ним. По одной из версий, Ланн сказал императору, как своему другу, что его честолюбие погубит и его, и Францию.

Маршал, потерявший имя

Одним из лучших полководцев Наполеона был маршал Массена, действовавший в сражениях с необычайным хладнокровием. За отличия в австро-французской войне 1809 г. император присвоил ему титул князя Эслингского. Но в 1811 г. Массена проиграл в Португалии сражение англичанам, за что был смещен с должности. Когда он вернулся в Париж, Наполеон встретил его словами: «Итак, князь Эслингский, вы больше не Массена».

К тому же маршал был нечист на руку. Наполеон говорил, что предлагал ему миллион с тем, чтобы Массена прекратил незаконные поборы и грабежи, но тот «по привычке не в состоянии был отвратить глаз и рук своих от денег».

Если бы не Луиза…

Наполеон много месяцев колебался, прежде чем решился «покончить с колоссом северных варваров» — Россией. Еще в апреле 1811 г. он писал: «Война с Россией разыграется вопреки мне, вопреки Александру I, вопреки интересам Франции и России».

На самом деле, Наполеоном двигала жажда новых завоеваний, которую он маскировал какими угодно рассуждениями. В их числе был и такой довод: «Меня и Александра I поссорил мой австрийский брак с Луизой. Он рассердился на меня за то, что я не женился на его сестре».

Перед вторжением в Россию

Перед переправой на русский берег Немана Наполеон, делая рекогносцировку, упал с лошади, отпрянувшей при виде зайца. Император, поднимаясь, смеялся, но, когда генерал Коленкур вспомнил о вере Юлия Цезаря в дурные приметы, Наполеон сразу помрачнел.

Битва, которой жаждал Наполеон

Отступление русских в 1812 г. Наполеон, жаждавший решительного сражения и не получавший его, в раздражении называл «верхом бездарности».

Приказ императора накануне Бородинского сражения гласил: «Солдаты! Вот сражение, которого вы так желали. Победа в руках ваших… Действуйте так же, как вы действовали под Аустерлицем, при Фридланде, Витебске и под Смоленском, и позднее потомство вспомнит с гордостью о ваших сегодняшних подвигах и скажет о каждом: и он был в великой битве под стенами Москвы!»

«Это солнце Аустерлица!» — воскликнул Наполеон утром перед Бородинским сражением, указывая окружающим на поднимавшийся из-за горизонта кроваво-красный шар.

По воспоминанию Коленкура, повелитель «Великой армии», наблюдая за ходом Бородинской битвы, заметил: «Эти русские… взять их нельзя. Это цитадели, которые надо разрушать пушками».

Битва, которую не выиграл Наполеон

В критический момент Бородинского сражения Наполеону советовали бросить в бой гвардию. «Я не дам расстроить ее, — сказал он. — В трех тысячах верст от Франции не следует рисковать последним резервом».

Утром следующего дня после Бородино Наполеон встретил небольшую группу солдат во главе с офицером. «Зачем вы здесь? — спросил он. — Присоединяйтесь к вашему полку». — «Он здесь», — ответил офицер, не двигаясь. Император, разражаясь, повторил свое распоряжение. «Он здесь», — указал офицер рукой на валы и редуты, усеянные лежащими телами.

Позже Наполеон признавался: «Самым ужасным из моих сражений было сражение под Москвой. Французы показали себя там достойными победы, русские — непобедимыми».

Мятеж генерала Мале

В октябре 1812 г., когда Наполеон отступал в России, в Париже генерал Мале объявил о смерти императора и попытался организовать республиканский переворот. Мятеж был подавлен парижскими властями через несколько часов замешательства. Узнав о случившемся в столице, Наполеон заметил: «Когда имеешь дело с французами или с женщинами, то нельзя отлучаться на слишком долгое время: твое место могут занять другие».

О пользе воздушного транспорта

В одну из беспокойных ночей отступления в России Наполеон пробудился ото сна, услыхав, что его приближенные о чем-то шепчутся.

— Что вы обсуждаете? — поинтересовался он.

— Мы мечтаем о воздушном шаре, — ответил граф Дарю.

— Для чего он вам? — удивился император.

— Чтобы увезти Ваше величество домой. Наполеон слегка улыбнулся и, ничего не сказав, отправился спать.

На следующий день он трясся в повозке с Коленкуром мрачный и задумчивый, а потом вдруг произнес: «Однако их воздушный шар отнюдь не был бы лишним».

Русские о Наполеоне

Наполеон, скептически отзывавшийся о Кутузове, фактически капитулировал перед его стратегией и был изгнан из пределов России. Лев Толстой, работая спустя 50 лет над «Войной и миром» и изучая труды русских историков о 1812 г., сердился по поводу их восхвалений в адрес французского императора — «этого ничтожного орудия истории». «Кутузов же, — отмечал Толстой, — представляется им чем-то неопределенным и жалким, и, говоря о нем, им всегда как будто немножко стыдно».

В «Военной Энциклопедии» Сытина, изданной уже после смерти Толстого, Наполеон характеризовался как «гигант века», «какой-то колдун», обладавший «демонической способностью заглянуть в душу противника», «величием ума», «ничем не сокрушимой волей», благодаря которым он осуществлял «свои великие и смелые предначертания».

Отступление французов из России. Река Березина. 1812 г.

Трон, нуждающийся в войнах

В 1813 г. Наполеон яростно сражался в Европе, отражая удары с разных сторон и не желая терять своих завоеваний. «Я скорее умру, чем уступлю хоть пядь земли», — говорил он. В одной из бесед с австрийским министром иностранных дел Меттернихом он так объяснял свою воинственную неуступчивость: «Ваши рожденные на тронах государи могут быть двадцать раз побиты, и они все-таки возвратятся в свои столицы. Я же — сын счастья, мое царствование прекратится в тот день, когда я перестану быть сильнейшим».

«Если я перестану воевать, — говорил он не раз, — я погиб!»

Удовольствие поворачивать мир

В октябре 1813 г. под Лейпцигом против французской армии двинулись объединенные силы русских, прусских, австрийских и шведских войск. «Битва народов» ничуть не страшила Наполеона, она ему даже льстила, кроме того, он был уверен в успехе. «Мир еще поворачивается вокруг нас», — сказал с усмешкой предводитель французов в разгар сражения.

Затухающий костер надежды

К вечеру третьего дня Лейпцигской битвы сражение все еще полыхало. По-прежнему горел и костер на пригорке у Табачной мельницы, где сидел Наполеон. Одно ядро, затем другое взорвались вблизи, разметав костер, но ни один мускул не дрогнул на лице императора. Он был занят своими думами, склоняясь к нелегкому решению об отступлении. Увидев, что солдаты хотят поправить костер, он со вздохом произнес: «Не кладите больше дров», и поднялся. Решение об отступлении было принято.

Развязка войны и продолжение жизни

Весной 1814 г. война докатилась до стен Парижа. Наполеон был готов его защищать, но Мармон, а за ним и другие маршалы отказались продолжать войну. Собрав оставшихся военачальников в Фонтебло, император объявил: «Успокойтесь, господа, не будет больше кровопролития. Живите мирно. Вы желали иметь отдых и — отдыхайте. Только пуховики вас скорее погубят, чем биваки». Он передал бывшим соратникам бумагу о своем отречении от престола. В эти дни Наполеон принял яд, но рвота спасла его. «Судьба решила, что нужно жить, — сказал он, — и ожидать, что она пошлет».

Новый Фемистокл, наказанный ссылкой

После бегства с острова Эльбы, трех месяцев новых военных кампаний и краха под Ватерлоо Наполеон мечтал где-нибудь укрыться. Долгие колебания привели его к решению искать убежища у англичан — своих бывших злейших врагов. Он покаялся перед ними письменно: «Я, как Фемистокл[8], сяду у очага британского народа; я отдаю себя под защиту его законов». 15 июля 1815 г. бывший повелитель Европы взошел на борт английского корабля «Беллерофон».

Недолго пробыв в Великобритании, Наполеон оказался в пожизненном изгнании на острове Святой Елены. «После окончательного падения, — говорил он, — судьба повелевала мне умереть, но честь приказала жить».

Возвращение на родину

Наполеон умер на острове Святой Елены в 1821 г., а в 1840 г. его прах был перевезен в Париж и торжественно захоронен во Дворце инвалидов. На полу склепа внутри изображения лаврового венка написаны названия мест, где он давал сражения: Риволи, Пирамиды, Маренго, Аустерлиц, Йена, Фридланд, Ваграм, Москва. 12 статуй изображают 12 военных кампаний.

Мюрат и другие французские маршалы

Как происходят перевороты

Лучший кавалерийский военачальник эпохи наполеоновских войн маршал Мюрат был выходцем из семьи кабатчика. Своей блестящей военной карьерой он обязан революции, личным качествам и дружбе с Наполеоном Бонапартом. Именно Мюрат и его гренадеры в 1799 г., чтобы обеспечить приход к власти генерала Бонапарта, разогнали Совет Пятисот. Взойдя под неодобрительные выкрики на трибуну, Мюрат объявил: «Граждане, вы распущены», а когда зал возмутился, приказал солдатам: «Ну-ка выметите их отсюда!»

Мюрат и военное искусство

Кавалерийский командир Иоахим Мюрат начинал как лихой рубака, безоглядно мчавшийся вперед. «Вы несетесь, как какой-нибудь вертопрах, — писал ему Наполеон, — не вникая в отданные вам приказы». Но со временем Мюрат стал мастером кавалерийской тактики, не утратив стремительности. После победы над пруссаками у Йены (1806 г.) его конница, действуя самостоятельно, быстро захватила несколько прусских городов. «Если ваша легкая кавалерия, — писал Мюрату довольный Наполеон, — так берет укрепленные города, мне придется распустить инженерные войска и отослать на переплавку наши пушки».

Маршал Франции И. Мюрат

Очень разные 10 минут

Готовя однажды атаку своей конницы на близлежащий город, Мюрат сказал артиллеристам: «Мне кажется, что пушки, установленные на стенах, нас могут встретить очень сильным огнем». — «Не беспокойтесь, — ответил командир батареи, — если они откроют огонь, мы через 10 минут заставим их замолчать». Мюрат рассердился: «А нельзя ли за 10 минут до того?!»

Доблестный рыцарь Мюрат

Маршал Мюрат мог проскакать между вертящимися крыльями ветряной мельницы, не слезать с седла и не спать по несколько суток, броситься в самую гущу врага, в часы затишья пригласить для дружеской беседы неприятельского генерала, выехать на переговоры с противником куда угодно, не боясь подвоха, отпустить из плена воина-героя.

Первым подойдя к Москве и пообещав генералу Милорадовичу не мешать выходу русских войск из города, Мюрат сдержал свое слово. В разгар сражений он иногда садился пообедать на передовой линии под огнем для ободрения подчиненных.

Мюрат как государственный деятель

Женившись на сестре Наполеона Каролине, маршал Мюрат вошел в число родственников императора и в 1808 г. получил трон неаполитанского короля. Но государственно-административная деятельность мало подходила для героя «бранной славы». Это роднило Мюрата с маршалом Неем, что отмечал Наполеон: «Нет более отважных людей на поле сражения, чем Мюрат и Ней, и нет менее решительных людей, чем они, когда нужно принять какое-нибудь решение в кабинете. Вообще существует очень мало государственных людей».

Наполеон отзывался о Мюрате и так: «В поле он был настоящим рыцарем и Дон-Кихотом, в кабинете — хвастуном без ума и решительности».

Одежды неаполитанского короля

Представления об облике Мюрата дополнил его подчиненный граф Кастелли: «Стоит где-нибудь раздаться выстрелу, как он уже там, притом вот в каком облачении: внушительная шляпа с белым плюмажем и отворотами, расшитыми золотыми галунами; длинные завитые волосы; зеленая бархатная расшитая золотом накидка, под нею небесно-голубой мундир, тоже украшенный золотым шитьем; кроваво-красные панталоны на польский манер с золотыми лампасами, желтые сапоги».

Как вспоминают свидетели, в 1812 г., в России, с наступлением холодов Мюрат отчаянно мерз в этой одежде, но продолжал сохранять щегольской вид. Лишь шляпу он заменил на шапку из черного бархата.

Лицо маршала-солдата

С октября 1813 г. маршал Мюрат отошел от Наполеона и укрылся в своем Неаполитанском королевстве. Через два года подданные приговорили его к расстрелу. Отказавшись перед казнью повернуться к стене, Мюрат обнажил грудь и сказал итальянским карабинерам: «Солдаты, исполните свой долг, стреляйте в сердце, но пощадите лицо».

Роль геометрии в штабной работе

Особое место в армии Наполеона занимал его многолетний начальник штаба маршал Бертье. За неразлучность с Наполеоном его называли «женой императора». Бертье был безупречен в организации планирования и координации действий войск. «Его ум, — писал один из адъютантов Бертье, — благодаря геометрическим работам, которым он посвятил молодые годы, приобрел такую правильность, что его распоряжения были редактированы с математической точностью и доведены до простейших выражений, изображающих самые сложные передвижения армии».

Наполеон о Бертье

Еще при жизни Наполеона его завистники выдвинули версию о том, что всеми победами император обязан своему начальнику штаба Бертье. В подтверждение этого они приводили 1815 г., когда Наполеон, оставшись без Бертье (тот в 1814 г. перешел на сторону Людовика XVIII), был разгромлен под Ватерлоо. Сам Наполеон у Ватерлоо якобы воскликнул: «Будь у меня Бертье, я бы не проиграл!»

Зная об этих разговорах, Наполеон в своих мемуарах не пощадил маршала. Он писал, что все его таланты были «технического свойства и вне их ума не было». Переход Бертье на службу к Людовику бывший император охарактеризовал так: «Он вел себя соответственно своему недостатку ума и ничтожеству».

Загадочная смерть

Загадкой осталась смерть маршала Бертье. В августе 1815 г. он скончался, выпав из окна своего дома в баварском городе Бамберге. По одним слухам, это был несчастный случай, по другим — убийство, по третьим — самоубийство, вызванное раскаянием перед Наполеоном.

Слава и трагедия Нея

Долгие годы верным сподвижником Наполеона был маршал Ней, «князь Московский», удостоенный им этого титула за отличие при Бородино. Но как Бертье и многие другие маршалы Наполеона, Ней в 1814 г. перешел на сторону Людовика XVIII. Когда Наполеон бежал с Эльбы и двинулся к Парижу, Людовик направил Нея с войсками остановить «преступника». Маршал обещал привезти Бонапарта в Париж в железной клетке. Однако, встретившись со своим бывшим повелителем и кумиром, Ней бросился в его объятия.

«Храбрейший из храбрых», как называли Нея в армии, уцелел в сражении под Ватерлоо, но Людовик XVIII осудил его на казнь. Перед расстрелом Мишель Ней отказался завязать глаза и сказал: «Солдаты! Мне не нужно ни жалости, ни сочувствия. Я сотню раз сражался за Францию и никогда — против нее. Когда я дам приказ, — стреляйте прямо в сердце».

Ж. Ланн

Л. Бертье

М. Ней

Две родины в жизни Бернадота

Маршал Бернадот, участник наполеоновских войн, был популярен не только во Франции, но и за ее пределами. В 1810 г. король Швеции Карл XIII усыновил его, и Бернадот стал наследником шведского престола. Перед отъездом в Швецию Наполеон предлагал ему подписать обещание никогда не поднимать оружие против Франции. Бернадот ответил, что в сердце он навсегда останется французом, но давать обещание отказался.

Принимая в Стокгольме присягу в качестве наследного принца-регента, Бернадот сказал: «Выросший среди лагеря, сроднившийся с войной, я видел много бедствий. Никакая победа не может вознаградить страну за потерю ею детей, погибших в иностранной войне. У Швеции осталось достаточно земель для своего существования и достаточно железа для ее защиты».

Бернадот против Наполеона

Бывший французский маршал Бернадот, став в Швеции принцем-регентом, не желал вступать в союз с наполеоновской Францией. Более того, к великой досаде Наполеона, готовившего проход против России, Бернадот гарантировал русскому царю Александру I нейтралитет Швеции в случае войны. Он сказал ему: «Если Россия будет побеждена, все государи подвергнутся произволу Наполеона, и тогда лучше быть пахарем, чем государем».

Наполеон в негодовании говорил, что Бернадот стал «всецело шведом». В 1813 г. принц-регент во главе шведской армии примкнул к антинаполеоновской коалиции и участвовал в битвах против своего бывшего императора.

Бескровная победа Бернадота

Одним из драматических моментов Лейпцигской «битвы народов» 1813 г. стал переход саксонской армии, сражавшейся на стороне французов, в ряды противника. К этому событию был лично причастен командовавший шведской армией Бернадот.

Саксония познакомилась с Бернадотом в 1807 г., когда он в качестве французского маршала помогал Наполеону завоевывать германские и польские земли. В памяти саксонцев он остался полководцем-рыцарем, исключительно гуманно относившимся к мирному населению и военнопленным. В самый разгар Лейпцигской битвы 1813 г., когда Бернадот выдвинулся против саксонской армии, та предпочла перейти на его сторону. «Страшная пустота зазияла в центре французской армии, точно вырвали из нее сердце» (А. Мережковский).

Заблуждения молодости

Было замечено, что Бернадот, король Швеции с 1818 г., упорно избегает всякого осмотра его врачами. Причина этого со временем была разгадана и стала широко известна: на груди шведского монарха красовалась татуировка «Смерть королям и тиранам!». Эту надпись он сделал в годы молодости, когда был участником французской революции, низвергнувшей Людовика XVI.

Прусские полководцы Йорк и Блюхер

Йорк был прав

После изгнания Наполеона из России генерал Йорк был первым прусским генералом, перешедшим со своим корпусом на сторону русской армии. Прусский король Фридрих Вильгельм III, по-прежнему боявшийся Наполеона, узнав о поступке Йорка, был рассержен. Через газеты он объявил об отрешении генерала от должности. Но тот отказался повиноваться, заявив также через прессу: «В прусском государстве газета не является официальным государственным органом и ни один генерал еще не получал отставки через газету».

Ввиду победоносного наступления русской армии Фридрих Вильгельм вскоре сам перешел на сторону России, и опальный генерал Йорк стал одним из героев Пруссии. Король удостоил его графского титула, а впоследствии и звания генерал-фельдмаршала.

Полководец старой закваски

Прусскую армию, повернувшую в 1813 г. свое оружие против Наполеона, возглавлял генерал-фельдмаршал Блюхер. Это был старый, но энергичный генерал-кавалерист, лихой гусар-рубака, начинавший еще при Фридрихе II. Он не имел никакого образования, но отличался здравым смыслом, храбростью и честностью, за что был любим солдатами. Говорили, что Блюхер управляет войсками единственным словом — «Вперед!». «Он ничего не понимает в войне», — полушутя, заметил как-то его начальник штаба Шарнхорст. «Без Шарнхорста я бы не сделал ровно ничего», — посмеиваясь по-стариковски, признавался Блюхер.

Генерал «Вперед»

Перед Лейпцигским сражением речь Блюхера перед прусскими солдатами была короткой, но выразительной: «Кто из вас уцелеет до вечера и не будет праздновать победу, тот дрался как мерзавец!»

В сражении с французами при Линьи, выехав на передовую линию и глядя на выстроенных в колонны солдат, фельдмаршал Блюхер призвал их: «Ну, ребята, покажите себя! Не допустите, чтобы эта «великая нация» вновь правила вами! Во имя Господа — вперед!»

Слово Блюхера

После сражения у Линьи Наполеон двинулся навстречу англо-голландской армии Веллингтона, а маршалу Груши поручил преследовать прусские войска Блюхера. Но последний искусным маневром ушел от Груши и полным ходом двинулся к Ватерлоо, где Наполеон и Веллингтон сошлись. «Я дал слово Веллингтону, — много раз в пути повторял Блюхер, — и, дьявол меня раздери, я сдержу его!» Прусский генерал «Вперед» успел к Ватерлоо вовремя.

Блюхер не прощает Францию

С 1807 г., когда наполеоновская армия поставила Пруссию на колени, генерал Блюхер не скрывал своей нелюбви к французам и Наполеону. После занятия союзниками Парижа прусский фельдмаршал хотел учинить разгром французской столице и расчленить Францию, но Александр I решительно отверг эти устремления. После того, как Наполеон сдался в плен англичанам, неистовый Блюхер настойчиво предлагал расстрелять его, но и это предложение не нашло поддержки.

Блюхер о Наполеоне

Находясь в занятом союзниками Париже и прогуливаясь с австрийским канцлером Меттернихом по галерее, Блюхер обратил внимание на красоту города. «Нужно было быть сумасшедшим, — сказал он, — чтобы бросить всю эту прелесть и отправиться сражаться в Москву».

Как фельдмаршал расцеловал свою голову

После Шарнхорста начальником штаба у генерал-фельдмаршала Блюхера был Гнейзенау. Как и его предшественник генерал Шарнхорст, он оказывал старому полководцу большую помощь и слыл «мозгом армии». Блюхер признавал это без обиды. На одном из званых обедов в Берлине он вдруг сказал присутствующим: «Сейчас я сделаю то, что никто из вас не сможет сделать: я поцелую мою собственную голову». Фельдмаршал встал и со словами «Вот так» расцеловал Гнейзенау.

Заслуженные привилегии

За победы в 1813–1815 гг. прусский король Фридрих Вильгельм III удостоил генерал-фельдмаршала Блюхера специально изготовленным для него одного знаком отличия — железным крестом с золотым сиянием. Александр I наградил его орденами святого Георгия 1-й и 2-й степеней.

Выйдя в отставку, «Старик Вперед», несмотря на преклонные годы, по-прежнему любил джин, чеснок и азартные игры. Скончался он в 1819 г. в возрасте 76 лет.

Веллингтон — победитель Ватерлоо

Полководческий метод «железного герцога»

Триумфатор Ватерлоо герцог Веллингтон, сэр Артур Уэлсли, начинал свой путь к славе со скромных успехов. В 1808 г. он с британским корпусом высадился в Португалии, откуда проводил операции против французских войск, обосновавшихся на Пиренейском полуострове. Действовал он очень осмотрительно и осторожно, нанося удары по противнику после тщательной подготовки, в удобных случаях и при необходимости отступая в укрепления. На упреки в чрезмерной осторожности британский генерал с улыбкой отвечал: «Если я потеряю хотя бы пять сотен человек без очевидной необходимости, то меня заставят на коленях отчитываться вперед палатой общин».

Но дело было не только в палате общин, но и в стратегическом методе полководца. Спустя многие годы на вопрос, какое качество делает военачальника великим, «железный герцог» ответил: «Знать, когда необходимо отступить, и не бояться сделать это».

М. Драгомиров так характеризовал Веллингтона: «Великий характер упорства: отсидеться, укрепиться, заготовить впрок». А. Манфред писал о британском полководце: «Веллингтон не был военным гением, как его позднее изображали. Но у него была бульдожья хватка. Он вгрызался в землю, и его было трудно вышибить с занятых им позиций».

Веллингтон о своих солдатах

Любопытны высказывания Веллингтона о британских войсках в Португалии. Вначале он оценил своих солдат как «настоящих подонков нации», собранных из безработных и неудачников. Но дисциплинировав и закалив их в боях, он не без гордости говорил: «Просто удивительно, что мы сделали из них тех молодцов, которыми они теперь являются».

Веллингтон так оценивал национальные особенности своих подчиненных: «Англичане всегда в отличном состоянии, если их вовремя и хорошо накормить мясом; ирландцы — когда мы находились в районе, где было вдоволь вина, а шотландцы — когда получали жалованье».

Самый удачный из трофеев

В 1812 — первой половине 1813 г. Веллингтон освободил от французов большую часть Испании, включая Мадрид, и в июне 1813 г. нанес противнику решительное поражение при Витториа. Среди захваченных и отправленных в Англию трофеев был и маршальский жезл французского командующего Журдана. Через две недели Веллингтон получил депешу из Лондона от принца-регента Георга (будущего короля): «Генерал, Вы послали мне, помимо прочих трофеев, маршальский жезл. В обмен я посылаю Вам английский». Так освободитель Испании стал фельдмаршалом.

Британский фельдмаршал А. Веллингтон

Самый титулованный английский полководец

После побед в Испании Веллингтон двинулся во Францию, где занял Бордо и Тулузу. По окончании кампании 1814 г. и отречении Наполеона он был удостоен титула английского герцога, который увенчал его предыдущие награды — титулы графа и маркиза. К этому времени он также имел многочисленные титулы, полученные им от португальских и испанских властей — барона Дуро, виконта Делавера, маркиза Вимейра, герцога Родригского и Витториа и т. д. Через год с небольшим, после Ватерлоо, список наград Веллингтона значительно удлинится. Он станет фельдмаршалом русских, прусских, австрийских, нидерландских, португальских и испанских войск.

Так было под Ватерлоо

В сражении с Наполеоном при Ватерлоо 18 июня 1815 г. Веллингтон остался верен своей полководческой манере: англо-голландские войска заняли прочно укрепленные позиции на высотах и с 11 утра непоколебимо отбивали все атаки французов, изредка контратакуя. Но знаменитая «бульдожья хватка» Веллингтона постепенно ослабевала, кавалерия Нея уже дважды подходила к самой вершине горы Мон-Сен-Жан.

У Веллингтона со всех сторон просили подкреплений и докладывали о невозможности сдерживать противника. «Пусть в таком случае они все умрут на месте! У меня нет подкреплений», — отвечал главнокомандующий.

С нетерпением ожидая подхода союзника — прусских войск Блюхера, Веллингтон не раз восклицал: «Блюхер или ночь!»

С неменьшим нетерпением Наполеон ожидал прибытия корпуса Груши. И вот со стороны Сен-Ламбертского леса появились неясные очертания приближавшихся войск. Блюхер или Груши? К радости англичан, то была прусская армия. Это решило исход сражения. Груши к Ватерлоо так и не прибыл.

Веллингтон (в центре) в сражении при Ватерлоо. 1815 г.

Крылатый девиз гвардии

Наполеон безуспешно пытался переломить ход сражения при Ватерлоо, бросив в бой последний и лучший резерв — гвардию. С генералами впереди и криками «Виват император!» шесть батальонов гвардейцев двинулись на взлобье Мон-Сен-Жана. Залпы английской пехоты косили один батальон за другим. Разгром французских гвардейцев был неминуем, и английский полковник предложил им сдаться. В ответ из уст генерала Карбонна прозвучали слова, ставшие позднее крылатыми: «Гвардия умирает, но не сдается!»

Тяжесть победы

Ночью после победы при Ватерлоо Веллингтону принесли списки погибших в битве. Когда врач стал их зачитывать, масса знакомых имен потрясла главнокомандующего, и из глаз «железного герцога» закапали слезы. Справившись с собой, Веллингтон произнес: «Слава Богу, я не знаю, что такое проигрывать битву, но как тяжела победа, когда теряешь стольких друзей!»

О названии битвы при Ватерлоо

Сражение при Ватерлоо могло иметь название, не связанное с этой бельгийской деревушкой, поскольку к эпицентру битвы ближе находились другие населенные пункты. Например, в некоторых французских отчетах эта битва именовалась сражением у Мон-Сен-Жана. Веллингтон, посетивший вечером того дня Блюхера в Ля-Бель-Альянсе, услышал от прусского фельдмаршала предложение назвать сражение по месту их встречи, имевшему символичное звучание (Ля-Бель-Альянс в переводе с французского — прекрасный союз). Но британский главнокомандующий покачал головой. Он предпочел дать историческому сражению название, связанное с местонахождением его главной квартиры.

Отличие очевидца от сочинителей

После войны фельдмаршал Веллингтон наотрез отказывался дать описание битвы при Ватерлоо, а знакомясь с многочисленными сочинениями на эту тему, как-то заметил: «Я начинаю сомневаться, а был ли я там на самом деле?»

Наследование пьедестала

Когда в 1821 г. пришло известие о смерти Наполеона на острове Святой Елены, 52-летний Веллингтон не удержался от констатации: «Теперь я стал самым известным полководцем из ныне живущих».

Кто подменил поле Ватерлоо

Поля битв обычно быстро изменяются со временем из-за погоды и других причин. Победитель Ватерлоо Веллингтон, посетив спустя 15 лет место этой знаменитой битвы, с улыбкой сказал: «Мне подменили мое поле!»

Страшнее, чем на войне

Во время пребывания в Вене фельдмаршал Веллингтон получил приглашение на премьеру оперы «Битва при Витториа», в которой для большей достоверности использовались сильные шумовые эффекты. Один из сопровождающих спросил его, так ли все происходило на самом деле. «Господи, конечно же нет, — ответил, смеясь, Веллингтон, — иначе бы я первым убежал оттуда».

Что повредило бессмертию Веллингтона

В 1828–1830 гг. Веллингтон занимал пост премьер-министра Великобритании. Больше всего фельдмаршала возмущали дебаты в правительстве. Он говорил: «Я не привык к подобным вещам. Я собирал офицеров, предлагал им мой план, и его беспрекословно выполняли».

Из-за резко консервативных политических наклонностей премьер-министр Веллингтон приобрел немало противников и вынужден был подать в отставку. Один из современников писал: «Если бы сразу после Ватерлоо он удалился от дел, то был бы бессмертен, а так — просто знаменит».

ОТ КРЫМСКОЙ (ВОСТОЧНОЙ) ДО ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

В середине XIX в. Российская империя стремилась окончательно утвердиться в Черноморских проливах и на Ближнем Востоке. Это встретило резкое противодействие со стороны не только Турции, но и Франции с Англией, имевших здесь собственные интересы, что привело к Восточной (Крымской) войне 1853–1856 гг. Поводом к ней послужил разразившийся между Россией и Францией спор о праве покровительствования над «святыми местами» в Палестине. Турецкий султан передал контроль над ними католическому епископу и под влиянием французских и английских дипломатов отказался восстановить привилегии православного духовенства в Палестине. С целью оказания давления на султана Николай I в июне 1853 г. ввел русские войска в Молдавию и Валахию, находившиеся в вассальной зависимости от Турции. 4(16) октября Турция объявила войну России. 9(21) февраля в ответ на ввод в Черное море англо-французской эскадры Россия объявила войну Великобритании и Франции. В Крымской войне Николай I выставил армию в 700 тыс. человек, союзники — до 1 миллиона. На Кавказе Турция терпела поражения от русских войск, но в Крыму вооруженные силы феодально-крепостнической России оказались слабее объединенной армии двух ведущих капиталистических стран мира. Падение Севастополя и дипломатическая изоляция вынудили Россию признать свою неудачу и подписать Парижский мирный договор 1856 г. По оценке русского военного историка А. Керсновского, это была «жестокая расплата за сорок лет застоя». В войне отчетливо выявилось преимущество нарезного огнестрельного оружия и парового флота, которые имелись у англо-французской армии. В Крымской войне зародились позиционные формы ведения военных действий, появился новый боевой порядок — стрелковая цепь.

Вслед за Англией, Францией и Россией, переживших события Крымской войны, огонь войны коснулся и четвертой ведущей державы мира — США. Здесь в 1861 г. началась гражданская война между северными и южными штатами. В 1860 г. президентом США стал кандидат от республиканской партии А. Линкольн, начавший проводить курс на отмену рабства. В ответ плантаторы-рабовладельцы Юга создали Конфедерацию южных штатов со столицей в Ричмонде. В апреле 1861 г. начались вооруженные столкновения сторон. С началом войны и северные, и южные штаты вынуждены были фактически заново создавать свои вооруженные силы (до войны США содержали 15-тысячную армию лишь для охраны границ от индейцев). Рабочие и фермеры Севера, составлявшие абсолютное большинство армии Севера, сыграли решающую роль в войне. В армию Севера вступило немало эмигрантов — противников рабства. В 1864 г. в ней служило 186 тыс. негров, из них 134 тыс. были уроженцами южных штатов. Яркими фигурами войны стали генералы Грант и Шерман (Север), Ли (Юг). В 1864–1865 гг. основные силы южан были разгромлены. 3 апреля 1865 г. пал Ричмонд, 9 апреля армия Ли капитулировала у города Аппоматтокса. Безвозвратные потери сторон составили 618 тыс. человек (Север — 360 тыс., Юг — 258 тыс.), до 1 миллиона человек были ранены. В ходе гражданской войны в США применялись усовершенствованное огнестрельное оружие, бронепоезда, паровые речные и морские суда, броненосный флот, использовался телеграф. Большое развитие получили позиционные формы вооруженной борьбы, стихийно возникла стрелковая цепь.

С середины XIX в. крупные события происходили в Италии, где наряду с революционными выступлениями против феодально-монархических порядков шла борьба за объединение страны и проходили национально-освободительные войны против австрийского господства. К 1848 г. Италия состояла из 8 государств с монархическим правлением, которые, за исключением Пьемонта (Сардинского королевства), находились в зависимости от Австрийской империи. Наибольшую активность проявляли революционеры-карбонарии и движение «Молодая Италия», лидерами которого были Дж. Мадзини и Дж. Гарибальди. В австро-итальянской войне 1848–1849 гг. Австрия смогла удержать в своем повиновении Ломбардо-Венецианское королевство, которому помогал Пьемонт. В 1849 г. папе с помощью французских войск удалось ликвидировать Римскую республику, которую защищали гарибальдийцы. По итогам войны Сардинского королевства и Франции с Австрией в 1859 г. сардинский король Виктор Эммануил получил в свое владение Ломбардию, а Франция — Савойю и Ниццу. Успешный поход отряда («Тысячи») Гарибальди на Сицилию и к Неаполю (1860 г.) увенчался созданием Итальянского королевства во главе с Виктором Эммануилом. К 1866 г. под властью Австрии оставалось лишь Венецианское королевство, под властью папы — Рим. В результате австро-итальянской войны 1866 г.

Австрия потеряла Венецию, а в 1870 г. папа отказался от светской власти в Риме. Объединение Италии было завершено.

В раздробленной Германии дело объединения страны взяла в свои руки Пруссия. Со времен Фридриха II прусское государство имело сильную армию, авторитетность в международных делах, вело скрытую и открытую борьбу с Австрийской империей, державшей в зависимости большинство немецких княжеств. В 1862 г. прусское правительство возглавил О. Бисмарк. При поддержке Вильгельма I он повел активную военную политику и усилил армию. Войска получили на вооружение нарезные игольчатые ружья и нарезные пушки. В 1863–1864 гг. Пруссия оказала помощь России в подавлении польского восстания, чем добилась ее благожелательности на будущее. В 1864 г. Пруссия в союзе с Австрией провела недолгую войну против Дании, заставив ее отказаться от притязаний на Шлезвиг и Гольштейн, которые перешли в совместное владение стран-победительниц. 10 июня 1866 г. Пруссия разослала германским государствам проект Германского союза, в котором предусматривалось исключение из него Австрии. В начавшейся 17 июня австро-прусской войне выявилось явное превосходство прусской армии, к тому же Австрия была вынуждена действовать и против Италии, объявившей ей войну 20 июня. Потерпев поражение, Австрия согласилась на создание нового союза германских государств к северу от Рейна во главе с Пруссией. Усиление враждебности между Пруссией и Францией в 1870 г. привело к войне между ними, в которой прусская армия действовало совместно с войсками других государств Северогерманского союза и Южной Германии. Французская армия потерпела ряд крупных поражений, сдала Париж и капитулировала. 18 января 1871 г. в Версале было провозглашено создание Германской империи (Der Deutsche Reich), прусский король одновременно стал германским императором.

Быстрое возрастание германской экономической и военной мощи (в период 1871–1914 гг. военные расходы Германии увеличились в 5 раз), стремление промышленно-юнкерских кругов страны к переделу колоний и сфер влияния привели Германию к конфликту с Францией, Великобританией и Россией. В 1907 г. в противовес Тройственному блоку Германии, Австро-Венгрии и Италии был создан блок Великобритании, Франции и России (Антанта). Толчком к развязыванию войны послужило убийство в Сараево сербским националистом Принципом австрийского эрцгерцога Фердинанда. 1 августа 1914 г. Германия объявила войну России, а 3 августа — Франции и Бельгии. 4 августа войну Германии объявила Великобритания. Италия 2 августа объявила о своем нейтралитете, а в 1915 г. примкнула к Антанте. Первая мировая война 1914–1918 гг., начавшись между 8 европейскими государствами (Германия, Австро-Венгрия и противостоявшие ей Великобритания, Франция, Россия, Бельгия, Сербия и Черногория), постепенно вовлекла в свою орбиту 38 государств.

После проведения мобилизации вооруженные силы Великобритании, Франции и России имели в совокупности 15,3 миллиона человек, а Германии и Австро-Венгрии — 12. Понимая невыгодность ведения войны на два фронта, Германия в 1914 г. нанесла главный удар по Франции. Но после неудачи в кровопролитном Марнском сражении германский план последовательного быстрого разгрома Франции и России рухнул. В дальнейшем Германии и Австро-Венгрии пришлось вести упорную борьбу на истощение, для них стратегически невыгодную и проигрышную.

Стороны попеременно пытались выйти из тупика позиционной вооруженной борьбы переходом в наступление. На Восточном фронте германским войскам в 1915 г. удалось осуществить Горлицкий прорыв, а в 1916 г. русскому Юго-Западному фронту Брусилова — прорвать оборону австро-венгерских войск, но эти наступательные кампании в конечном счете были блокированы противником. На Западном фронте все наступательные операции сторон фактически быстро захлебывались, но упорно и бесплодно затягивались, принося огромные потери (например, операция германских войск под Верденом в 1916 г превратившаяся в «верденскую мясорубку», англофранцузское наступление весной 1917 г, названное по имени французского главнокомандующего «бойней Нивеля»). На море было проведено лишь несколько сражений (самое крупное из них — Ютландское в 1916 г.). Германские подводные лодки активно вели охоту за военными и торговыми судами противника («подводную войну»), но когда от нее стали страдать американские морские перевозки, это подтолкнуло США к объявлению войны Германии (апрель 1917 г.). Вступление в войну США компенсировало выход из нее революционной России. С этого момента для Германии и Австро-Венгрии, также подверженных влиянию революционных настроений, поражение стало неизбежным. Общие потери в первой мировой войне составили 9,5 миллиона человек убитыми и умершими от ран и 20 миллионов человек ранеными.

В первой мировой войне получили развитие новые боевые средства — самолеты, танки, подводные лодки, минное оружие, зенитные и противотанковые орудия, резко возросла огневая мощь войск. Произошли большие изменения в организации вооруженных сил, соотношении родов войск. Возникли новые фронтовые объединения (фронты, группы армий). Резко возросла зависимость вооруженной борьбы от тыла страны. В военном искусстве оформились понятия «операция» и «общевойсковой бой», зародилась теория прорыва глубокоэшелонированной позиционной обороны.

Крымская (Восточная) война 1853–1856 гг. и ее полководцы

Актуальный вопрос

Накануне Крымской (Восточной) войны русский царь Николай I откровенно выразил свои намерения: «Турция — умирающий человек… Она должна умереть». Мысль о приобретении новых владений на Востоке была не чужда и Англии с Францией, но прежде всего они выступили с осуждением непомерных амбиций России. В своей знаменитой речи в британском парламенте министр иностранных дел Г. Пальмерстон поставил проблему, актуальную до настоящего времени: «Вопрос, который мы рассматриваем, заключается в том, может ли одна держава вызывать на бой весь земной шар, распоряжаться Европой, как ей заблагорассудится, или же эта держава будет научена, что есть предел для честолюбия, что есть граница для завоеваний».

Синопское сражение. 1853 г.

Что произошло после Синопского сражения

Турция в 1853 г. первой вступила в войну против России, но начала ее неудачно: русская эскадра Нахимова сожгла турецкий флот в Синопском морском сражении. По свидетельству русского посла в Лондоне, событие получило там такую реакцию: «Где же была Англия, которая недавно утверждала, что ее знамя развевается на морях? Это значит дойти до пределов позора. Жребий брошен».

Французский император Наполеон III писал Николаю I об оскорбительности синопского побоища, происшедшего при близком присутствии в Босфоре французской и английской эскадр: «Тут уже не наша внешняя политика получила удар, но наша военная честь». Николай I, не дрогнув, отвечал Наполеону III: «Что бы Вы ни решили, Ваше величество, меня не увидят отступающим… И я ручаюсь, что Россия в 1854 г. та же, какой была в 1812». Оба императора в конце своих писем не забыли заверить друг друга в дружбе, а английские газеты писали: «Земной шар замер в ожидании после переписки двух добрых друзей».

Через несколько дней война России с Францией и Англией началась.

Пруссия осталась нейтральной

Англия в 1854 г. долго оказывала давление на Пруссию, стремясь вовлечь ее в Крымскую войну. Но Фридрих Вильгельм IV не желал воевать с Россией. Его переписка с англичанами, по словам Е. Тарле, привела к следующему положению: «Они просят у короля помощи против Николая, и Фридрих Вильгельм готов оказать эту помощь, но с небольшим условием: чтобы англичане начали войну не против Николая, а против Наполеона III, с которым они только что заключили союз для нападения на Николая!».

Англичане констатировали: «Несчастный монарх начал сходить с ума». В этом была немалая доля истины, поскольку психическое нездоровье Фридриха Вильгельма действительно прогрессировало.

Неожиданная Австрия

После того, как в Крымской войне Великобритания и Франция совместно выступили против России, осмелела и Австрия. Император Франц Иосиф стал выражать недовольство наступлением русских войск против турок на Дунае. На тревожных депешах, поступавших к Николаю I от русского посла из Вены, царь долго писал: «Не верю!» Потом появилась такая запись в адрес австрийского министра иностранных дел Боуля «Мерзавец! Каналья! Негодяй!»

Под давлением Австрии Николай I вынужден был отвести русские войска от Дуная. «Кто из русских царей, по твоему мнению, самый глупый?» — как-то спросил Николай I одного из своих генерал-адъютантов и сам ответил: «Я. Потому что пять лет назад помог австрийцам подавить венгерский мятеж».

Эпизод Крымской (Восточной) войны. 1854 г.

«Крестовый поход» XIX в.

Чтобы объяснить французам, из-за чего ведется война Франции, Англии и Турции против России, Наполеон III прибег к помощи католических духовников. Парижский архиепископ Сибур объявил, что в Крымской войне христианская (католическая) Франция должна покончить с православной ересью русских. Иными словами, объяснял он французам, «это не политическая, а священная война, исключительно религиозная». «Причина святая, угодная Богу, состоит в том, чтобы изгнать, обуздать, подавить ересь Фотия. Это — цель нынешнего Крестового похода».

Так с опозданием в тысячу лет христианская Франция, не смущаясь союза с магометанской Турцией, решила отомстить византийскому патриарху Фотию. Впрочем, римский папа Пий IX был в недоумении от идеи такой «священной войны» и потому на «крестовый поход» Франции не откликнулся.

Оружие русской сатиры

На войну Франции и Англии против России русская графиня Растопчина отозвалась предупреждением в адрес Наполеона III (племянника Наполеона I):

А ты, Луи Наполеон,

тебе пример — покойный дядя!

Поберегись и будь умен,

на тот пример великий глядя!

В другом стихотворении неизвестного автора, переложенном на музыку, досталось и Луи Наполеону, и английскому министру иностранных дел Пальмерстону:

Вот в воинственном азарте

воевода Пальмерстон

поражает Русь на карте

указательным перстом.

Вдохновлен его отвагой,

и француз за ним туда ж,

машет дядюшкиной шпагой

и кричит «Allons, courage!».

Но мрачная реальность и печальные итоги обороны Крыма развеют первоначальный оптимизм русского общества.

Иллюзии и правда войны

На войну к берегам Крыма отправился цвет английской аристократии. Французы были поражены количеством привезенного союзниками багажа. Так, личный обоз командира дивизии герцога Кембриджского состоял из 17 повозок. Начальник легкоконной дивизии Кардиган обедал и почивал на собственной яхте. Многие офицеры привезли с собой гунтеров — тяжелых верховых лошадей, предназначенных для охоты.

Ожесточенное сопротивление защитников Севастополя, болезни и холод станут для сынов Альбиона неожиданными и суровыми испытаниями, с которыми они справятся с огромным трудом. Англия потеряет в Крыму около 20 тыс. человек, три четверти из них умрут от холеры и других болезней. Большая по численности французская экспедиционная армия потеряет в Крыму 95 тыс. человек.

Главнокомандующие Крымской войны

Русские историки не очень лестно оценивали английских и французских военачальников в Крымской войне. Наиболее распространенные характеристики французского главнокомандующего Сент-Арно: «маршал из мелких буржуа», «типичный колонизатор», «авантюрист, жаждавший кровавых потех», «кондотьер, в нормальной жизни чувствовавший себя ненормально».

Английский главнокомандующий Раглан характеризовался так: «медлительный лорд», «фельдмаршал-тугодум», «аристократ, не слышавший выстрела с тех пор, как потерял руку при Ватерлоо».

Но еще более критически был оценен в России бесталанный русский главнокомандующий адмирал Меншиков, получивший у солдат прозвище «Изменщиков». Сменившего его генерала Горчакова называли «человеком, меньше всего похожим на главнокомандующего».

Герои, рожденные войной

У каждой из сторон в Крымской войне были и свои герои: у русских — Нахимов, Корнилов, Истомин, Тотлебен, у англо-французских союзников — Воске, Барагэ, Пэйджет, Гиффорд. У англичан был даже «маленький герой» — 10-летний барабанщик гвардейского гренадерского батальона Томас Кип; он уцелел в этой войне и до самой старости был для британцев «маленьким героем».

Начало битвы за Севастополь

Французский главнокомандующий Канробер (сменил умершего маршала Сент-Арно) и главнокомандующий английской армией Раглан неумело организовали первые штурмы Севастополя. По этому поводу адмирал Нахимов шутил: «Я попрошусь у государя после окончания войны в отпуск за границу, а там публично назову Раглана и Канробера ослами». Но противник отомстил русскому адмиралу: Нахимов погиб, защищая Севастополь.

Трудности англо-французского союза

Вооруженные силы крупнейших европейских держав — Великобритании и Франции — в Крымской войне впервые за долгие годы действовали совместно как союзники на полях сражений. И это давалось им с большим трудом. Не имея единого главнокомандующего, английские и французские военачальники часто вступали в бой вместе, но дрались врозь или «вежливо» уступали право сражаться друг другу. Англичане сетовали на азартную суетливость французов, а те — на медлительность англичан. Французский генерал Тума свои обиды на союзника выразил так: «Мы, имеющие здесь 130 тыс. человек, находимся в зависимости от 25 тыс. англичан, которые ничего не делают».

Английский главнокомандующий в Крыму Раглан нечаянно обижал своих союзников-французов при разговорах о неприятеле, он упорно именовал противника не словом «русские», а… «французы». В оправдание себе старый фельдмаршал говорил, что вся его молодость прошла в годы борьбы англичан с Наполеоном, и он привык к тому, что слова «француз» и «неприятель» означают одно и то же.

Второе Ватерлоо не состоялось

Одна из самых решительных попыток англо-французских войск взять Севастополь была предпринята ими 6(18) июня 1855 г. — в день годовщины битвы при Ватерлоо. Вначале они провели бомбардировку города, а затем его штурм. По воспоминаниям защитников Севастополя, бомбардировка была столь массированной, что «уже нечему было гореть», а последовавший за этим штурм «в сравнении с бомбардировкой был легким делом».

Главный инициатор массированного наступления на Севастополь французский главнокомандующий Пелисье предполагал «разыграть сражение при Ватерлоо в исправленном издании и с другим исходом. Вместо этого происходит первое серьезное поражение французско-английской армии» (Е. Тарле).

Оправдание общей вины

В сражении союзников за Севастополь 6(18) июня 1855 г. наибольший урон понесли яростно атаковавшие французы. Дивизии генералов Мэйрана и Брюне были отброшены с огромными потерями, а они сами погибли. Французский главнокомандующий Пелисье возмущался и оправдывался одновременно: «Если бы Мэйран и Брюне не были бы убиты, я бы их предал суду!»

Облегчение смертью

67-летний фельдмаршал Раглан после неудачного четвертого штурма Севастополя слег и через десять дней скончался. «Лорд Раглан, — писал генерал Вуд, — умер от огорчения и подавившей его тревоги, умер, как жертва неподготовленности Англии к войне».

Воевать на море сложнее

Наибольшую критику в Англии заслужили «сонливые экспедиции» англо-французских эскадр к русским берегам в Балтийском море и на Дальнем Востоке. Адмирал Нэпир, не решившийся в 1854 г. атаковать Кронштадт, после возвращения в Англию был снят с должности и до конца жизни яростно доказывал, что с ним поступили несправедливо. У Петропавловска-на-Камчатке англо-французская эскадра не смогла справиться с русским отрядом кораблей, имея вчетверо больше судов, и английский адмирал Прайс, впав из-за неудачи в депрессию, застрелился. «Всех вод Тихого океана недостаточно, чтобы смыть позор британского флота», — писала одна из английских газет.

В 1855 г. критике в Англии не раз подвергались адмирал Лайонс, курсировавший в Черном и Азовском морях, и адмирал Дундас, действовавший на Балтике. Оба увлекались обстрелом прибрежных русских крепостей, редко отваживаясь на другие действия. Лорд Мэмсбери язвил: «Один постоянно молится, а другой постоянно ругается, и только в одном оба сходятся: ни тот, ни другой не сражаются».

Поучительные итоги войны

Потерю Севастополя и другие неудачи в Крыму Россия частично компенсировала успешным ведением войны на Кавказе против турок. Поэтому условия Парижского мирного договора 1856 г. были не очень тяжелы для России, не считая запрета иметь военный флот на Черном море (запрет был преодолен в 1870 г.).

Лорд Р. Солсбери, впоследствии премьер-министр Великобритании, в 1877 г. подвел такой итог схватке Англии и Франции с Россией: «С каждым днем я убеждаюсь, что Крымская война была достойной сожаления большой глупостью».

Английский политический деятель и историк А. Кинглейк, участник Крымской войны, писал: «Я не могу поверить, что какое бы то ни было большое бедствие может сломить Россию. Это — великий народ, несомненно, он не в нашем вкусе, но таков факт». Не стал «сыпать соль на раны» России и Наполеон III, сказавший об итогах Крымской войны: «Я не знаю, кто тут побежденный, а кто победитель».

Влияние войны на моду

Крымская война оставила свой след не только в виде исторических повествований и памятников, но и в одежде. В России регланом стал именоваться фасон рукава пальто, введенный в обиход английским фельдмаршалом Рагланом. Кардиганом именуется вязаный жилет, который носил английский генерал Кардиган, командовавший в Крыму легкоконной бригадой. А в Великобритании долгое время в моде был «балаклавский шлем» — головной убор в виде вязаного капюшона, названный так британскими солдатами, сражавшимися под Балаклавой.

Гражданская война в США. Линкольн, Грант и другие

«Развод» штатов запрещен

В начале 1861 г. борьба южных штатов США против северных во имя сохранения на Юге рабовладения поставила страну перед угрозой распада на два отдельных государства. Президент Линкольн не мог допустить отделения южных штатов и в день приведения его к присяге говорил: «Муж и жена могут развестись и избавиться от взаимного присутствия и контакта друг с другом, но разные части нашей страны не могут сделать этого. Они не могут не остаться лицом к лицу».

Печальная слава канонира

В апреле 1861 г. южане развязали гражданскую войну в США, напав на форт Самтер. Не выдержав двухдневного артобстрела, гарнизон форта сдался, получив взамен разрешение беспрепятственно покинуть укрепления. Перед своим уходом защитники форта решили дать артиллерийский салют, при этом одно из орудий разорвалось, в результате чего погиб канонир Д. Хоу. Так по воле несчастного случая он вошел в историю как первая жертва гражданской войны в США.

Итоги сражения у Манассаса

Армия северян под командованием Мак-Доуэлла, двинувшись на юг, в июле 1861 г. была разбита южанами у города Манассаса в Виргинии. Одной из причин своего поражения Мак-Доуэлл назвал «болтливость прессы», которая бойко освещала весь поход его армии и даже опубликовала маршрут движения. С этого времени военная цензура у северян была резко усилена.

Общие потери сторон убитыми в сражении у Манассаса составили около 4600 человек, в т. ч. 800 убитыми, что потрясло страну, до этого не верившую в реальность гражданской войны.

Американские историки писали, что победа южан-мятежников при Манассасе привела к тому, что: «Мятежники были почти так же дезорганизованы победой, как их противник — поражением».

Приказ нашел свой адресат

Командующий войсками Западного округа генерал Фремонт не справлялся со своими обязанностями, и президент Линкольн решил снять его с ответственного поста. Но генерал предусмотрительно приказал никого к нему в дом не впускать, так что передать ему приказ об отставке было затруднительно. В один из дней к дому Фремонта подошел молодой человек с овощами в корзине, которые он принес для генеральской кухни. Пропущенный в дом, он отправился не на кухню, а прямо в кабинет Фремонта, где и вручил ему приказ о смещении.

Пыль как фактор устрашения противника

Виргинской армией северян некоторое время командовал генерал Джон Поп. Он отличался склонностью к демагогии и позерству. Свои приказы командующий подписывал так: «Генерал Поп, такого-то числа, штаб-квартира — в седле».

В августе 1862 г. Поп публично оконфузился, не решившись атаковать войска генерала южан Лонгстрита. Это произошло так. Увидев, что северяне начали неторопливую подготовку к атаке, Лонгстрит велел немедленно доставить два десятка самых буйных лошадей, привязать к их хвостам огромные веники и скакать на рысях вдоль дороги взад-вперед. Поднялась невероятная пыль, и Поп, испугавшись «огромного войска» противника, приказал отменить наступление.

Суть проблемы главнокомандующего

Главнокомандующий армиями северян Джордж Мак-Клеллан относился к числу генералов-политиков, не обладавших полководческими способностями. В сентябре 1862 г. после неудачного второго сражения у Манассаса он был снят с высокого поста. Главнокомандующий южан генерал Роберт Ли по этому поводу пошутил: «Очень жаль! Мы так хорошо понимали друг друга. Боюсь, они будут менять их до тех пор, пока не найдут такого генерала, которого я не смогу понимать».

Таким генералом, в конечном счете, окажется Улисс Грант.

Гражданская война в США. Морской бой. 1862 г.

Неудачливый Мак-Клеллан

После снятия с поста главнокомандующего Мак-Клеллану была вверена под начальство Потомакская армия северян, оборонявшая Вашингтон. Министр Чейз говорил: «Вверение командования Мак-Клеллану равносильно сдаче Вашингтона мятежникам».

Мак-Клеллан был сторонником сугубо выжидательной тактики и вел себя пассивно. Однажды Линкольн направил ему такое письмо: «Мой дорогой Мак-Клеллан! Если Вам сейчас не нужна Ваша армия, я хотел бы одолжить ее на некоторое время. С уважением Линкольн». Мак-Клеллан отвечал: «Господин президент, Вы принимаете меня за дурака?» На письме генерала Линкольн написал: «Конечно, нет. Но я могу и ошибаться».

75-тысячная Потомакская армия все же сумела защитить Вашингтон.

Позже, в 1864 г., Авраам Линкольн соперничал с Мак-Клелланом на новых президентских выборах и одержал победу. Генерал Грант писал Линкольну: «Эта победа для страны стоит больше, чем выигранное сражение».

Главные козыри севера

Гражданская война в США между Севером и Югом затягивалась, но промышленный Север (23 штата) все же изначально был сильнее сельскохозяйственного Юга (11 штатов). Генерал северян Криттенден говорил: «Победят тугой кошелек и полновесные батальоны, а того и другого у нас найдется вволю».

Другим козырем президента Линкольна было провозглашенное им освобождение рабов, из-за чего они бежали с плантаций Юга и вливались в армию северян. Оценивая гражданскую войну, Линкольн говорил, что, если ей суждено продлиться «пока каждая капля крови, пролитая бичом, не будет искуплена кровью, пролитой мечом, мы можем только преклонить головы и сказать: «Истинны и праведны пути твои, Господи».

Фэррагут прорывается в Мобильскую бухту

Одна из легендарных страниц гражданской войны в США — прорыв флота северян в Мобильскую бухту Мексиканского залива в августе 1864 г. Вход в бухту южане заградили сваями и морскими минами, он охранялся также фортами и кораблями. В 7 час. утра эскадра северян двинулась вперед под перекрестный огонь фортов. На флагманском корабле «Гартферт» стоял контр-адмирал Фэррагут, велевший привязать его веревкой к такелажу, чтобы не упасть при взрывах, толчках или ранении. Посреди адского грохота артиллерийского огня и треска пылающего дерева он через рупор спокойно подавал команды. Северянам удалось прорваться в бухту, форты сдались.

Гражданская война в США. Сражение при Геттисберге. 1863 г.

Тыл губит армию

Армия южан постоянно испытывала нехватку снабжения и обмундирования. Приходилось мародерствовать, добывая пищу и одежду, корм для лошадей, снимать снаряжение и обмундирование с убитых. Острой была проблема нехватки обуви для солдат и подков для лошадей. Генерал южан Лонгстрит с горечью шутил: «С нашими бойцами дело обстояло так же плохо, как с животными, а может быть, и хуже, так как солдаты не имели подков. Я сам видел на замерзшей земле кровавые пятна, оставленные проходившей по дороге босой пехотой».

У южан жалко одетыми и обутыми были не только солдаты из простых фермеров и горожан, но и из состоятельных людей. При проведении строевых смотров, чтобы хоть как-то подчеркнуть, что они джентльмены, большинство из них продевали зубную щетку в петлицы своих мундиров.

В сражении у реки Седар-Крик (октябрь 1864 г.) измученные войска генерала Эрли смогли опрокинуть северян и тут же принялись собирать добычу, чтобы поесть и приодеться. Пока они занимались этим, северяне нанесли контрудар, и победа армии Эрли обернулась ее полным поражением.

Сущность всеобщей мобилизации

Испытывая нехватку личного состава в армии, Конфедерация южных штатов объявила призыв на военную службу лиц мужского пола от 14 до 60 лет. Генерал Грант говорил, что южане «ограбили могилы и колыбели для пополнения армии».

Превратности гражданской войны

Несмотря на кровопролитные схватки, американцы, сражавшиеся друг с другом в армиях Севера и Юга, не утрачивали чувства общности и родства. В затишье, лежа в окопах, «янки» (северяне) и «джонни» (южане) часто переговаривались и перебрасывались шутками. Время от времени они встречались на нейтральной полосе, меняя кофе на табак или обменивались газетами. Когда какая-либо батарея собиралась открыть огонь, кто-нибудь из стрелков-приятелей кричал: «Ложись, янки!» или «Ложись, Реб!» (от «rebel» — мятежник). Если на одном берегу реки солдаты начинали веселиться и распевать уличные песенки, на другом берегу войска противника с удовольствием их подхватывали.

«Порочная» дружба генералов

Из военачальников северян в годы гражданской войны в США выделялись генералы Грант (в марте 1864 г. он станет главнокомандующим) и Шерман, герой похода к Атлантическому океану. У обоих генералов были «уязвимые места»: недоброжелатели периодически подозревали Гранта в пьянстве (до войны за ним водился такой грех), а Шермана, иногда страдавшего головными болями, — в «ненормальности психики». Подружившись, оба генерала поддерживали друг друга. «Генерал Грант, — говорил Шерман, — это великий генерал. Я его хорошо знаю. Он защищал меня, когда я был сумасшедшим, а я защищал его, когда он был пьян».

Как ускорить строительство переправы

Южане, отступая перед армией генерала Шермана на восток, стали разрушать дороги и мосты, затрудняя противнику движение. Подойдя к реке Устанаулу и увидев разрушенную переправу, Шерман спросил у своего помощника по инженерной части Райта, сколько времени потребуется для восстановления моста. — «Четыре дня», — ответил тот. — «Даю вам 48 часов, — твердо сказал Шерман — В противном случае — в переднюю шеренгу при первом же столкновении».

Генерал У. Грант — главнокомандующий северян в гражданской войне в США

Предприимчивый Шерман

В походе к Атлантическому океану войска Шермана по возможности использовали все виды транспорта, при необходимости быстро прокладывая и восстанавливая пути сообщений. Однажды подчиненные генерала южан Форреста разрушили железнодорожный тоннель и радовались этому, но один из старых солдат заметил: «Не радуйтесь, господа, у Шермана есть с собой запасной тоннель».

Привилегии командующего

Однажды под Резакой, где несколько дней шли бои, генерал Шерман присел отдохнуть и, прислонившись спиной к дереву, заснул. Кто-то из солдат, шагавших мимо, развеселил своих товарищей, сказав: «Глядите-ка, как хорошо нами командуют!» Шерман проснулся и, догадавшись, в чем дело, подозвал солдат и приструнил их: «Милейшие, пока вы ночью спали, я думал за вас».

Бремя армии освобождения

Во время похода армии Шермана к Атлантическому побережью за его войсками двигались тысячи освобожденных негров с семьями, видевших в армии свою защиту. Желая освободиться от такого «хвоста», командир 14-го корпуса генерал Дэвис сразу же после переправы корпуса через одну из рек приказал разобрать понтонный мост. Но толпа негритянского люда стала перебираться через воду вплавь. Река огласилась криками утопающих. Солдаты, посмеиваясь насчет «жертв свободы», принялись их спасать.

Зло порождает худшее зло

При защите фортов у Саванны южане использовали заряды взрывчатых веществ (фугасы), заложенные в землю перед укреплениями. Когда генералу Шерману доложили, что несколько солдат при атаке фортов были разорваны фугасами, он предупредил противника, что впереди штурмовых колонн он будет пускать пленных южан в сомкнутом строю. Защитники Саванны предпочли ликвидировать фугасы.

Дружба вопреки и благодаря войне

В период борьбы за Атланту и Саванну в числе военачальников-южан, противостоявших наступлению генерала Шермана, был генерал Джонстон. Генералы были достойными соперниками и уважительно относились к друг другу. После окончания войны два бывших противника подружились. Когда в 1891 г. Шерман в возрасте 84 лет скончался, Джонстон сопровождал его в последний путь. На похоронах он простудился и через несколько дней умер.

Находчивость генерала Гранта

В 1862 г. генерал Грант подчинялся по службе командующему войсками Миссурийского округа генералу Хэллеку. Решив атаковать противника, Грант послал командующему следующее донесение: «Я возьму и уничтожу форт Донелсон 8-го февраля, а затем вернусь в форт Генри». После отправки этой телеграммы он, зная неприязнь к себе осторожного Хэллека, который мог запретить ему действовать, велел повредить телеграфную связь. Эта хитрость удалась, и атака форта, вполне успешная, состоялась.

Грант — US

Оборонявший форт Донелсон генерал южан Букнер, продержавшись несколько дней, направил к генералу Гранту парламентера с сообщением, что он сдаст форт при определенных условиях. Ответ генерала северян был прост и суров: «Никаких условий, кроме безоговорочной капитуляции!» Форт сдался. С этого дня слова «безоговорочная капитуляция» закрепились за Грантом в качестве прозвища, при этом со временем вошло в привычку произносить только первые буквы этих слов — US, соответствовавшие имени Гранта (Улисс Симпсон) и совпадавшие с кратким названием США.

Нечто большее, чем воинская вежливость

Однажды Грант, командуя войсками Миссисипского округа, прибыл к Чаттануге и в одиночку отправился к берегу реки. Командир пикета закричал: «Охрану командующему!» С западного берега реки кто-то из пикета противника в шутку тоже выкрикнул: «Охрану командующему!» И тут произошло неожиданное: услыхав имя Гранта, солдаты-южане без всякой команды встали по стойке «смирно», отдавая известному генералу традиционный в армии США салют. Почти не удивившись, Грант ответил им тем же.

Линкольн предпочитает Гранта

У генерала Гранта, ставшего популярным, были завистники и недоброжелатели. Они нашептывали Линкольну, что этот генерал, при всех его заслугах, много пьет, на что президент с улыбкой сказал: «Если Грант выпивает, то скажите, какой сорт вина он предпочитает. Я прикажу, чтобы такого вина по бочке послали всем моим другими генералам».

Линкольн говорил об Улиссе Гранте: «Этот генерал мне нужен, он умеет драться!» Невзирая на наличие более старших по чину и возрасту военачальников, Линкольн в марте 1864 г. выдвинул его на пост главнокомандующего армиями Севера.

Возвышение главнокомандующего

После назначения на пост главнокомандующего генерал Грант был вызван в Вашингтон и по прибытии, несмотря на поздний час, явился в Белый дом к Линкольну. Президент, ранее лично его не видевший, опознал его по фото в газетах: «Да это же генерал Грант!» Тотчас собралось множество людей, заполнивших кабинет и проталкивавшихся вперед, чтобы увидеть героя. Новоиспеченный главнокомандующий не смутился, а опершись на плечо президента, забрался в запыленных сапогах на диван со словами: «Что, господа, не всем видно? Вот он я».

Не знать — значит прощать

После взятия Ричмонда — главного оплота южан — генерал Шерман обратился к президенту Линкольну с вопросом: надо ли заниматься поимкой правителей южан? Линкольн начал ответ с такой шутки: «Когда одному трезвеннику в жаркий день предложили охлажденного лимонада с каплей водки, тот разъяснил: «Я не пью ни водки, ни вина. Но если вы сделаете так, чтобы я не знал, как в лимонад попадет капля водки, это не огорчит меня». Мой ответ, — продолжал Линкольн, — будет в том же роде: если они убегут без нашего ведома, это не огорчит меня».

Вследствие такого совета многие из видных членов Конфедерации южных штатов благополучно скрылись. Не повезло только президенту Конфедерации Дэвису. Его, переодетого в женское платье, нечаянно обнаружил в кустарнике кавалерийский патруль. Неудачливый президент был затем подвергнут суду и на два года лишен свободы.

Почти счастливый конец

Бессменным и весьма умелым главнокомандующим южан в гражданской войне в США был генерал Роберт Ли. Но в апреле 1865 г. силы его войск иссякли. Вскоре после сдачи Ричмонда Ли в Аппоматтоксе дал согласие главнокомандующему северян Гранту капитулировать. Артиллерия северян, узнав весть о победе, начала салют, но Грант велел прекратить его из уважения к противнику.

Ли, вернувшись к своим войскам, был встречен приветственными возгласами, затем по загорелым лицам тысяч ветеранов потекли слезы. Ли также плакал.

Победители милостиво отпустили побежденных по домам. Генерал Ли после войны возглавил военный колледж имени Вашингтона (ныне университет Вашингтона-Ли). В силу особенностей американской демократии конгресс США лишь в 1975 г. проголосовал за восстановление Ли американского гражданства.

Почему Грант написал мемуары

Главный герой гражданской войны генерал Грант в 1869–1877 гг. был президентом США. Затем он в качестве совладельца возглавлял фирму «Грант и Уорд» и… разорился. Чтобы рассчитаться с долгами, Грант занял 150 тыс. долларов, обещав вернуть их после написания и публикации мемуаров. Он завершил работу над мемуарами в очень короткий срок — 5 месяцев, но умер, не успев отдать их в печать. Это сделала за него жена, которая получила невиданный гонорар в 450 тыс. долларов.

История воздает должное

«Не будь этого полководца, — пишет о Гранте американский историк М. Лэннинг, — США вполне могли бы остаться разделенными на два государства, так никогда и не достигнув уровня сверхдержавы».

Т. Рузвельт ставил генерала Гранта в один ряд с Дж. Вашингтоном и А. Линкольном, назвав их «тремя великими людьми Америки».

Гарибальди и освобождение Италии

Италия и Древний Рим

Героем национально-освободительных войн итальянцев против Австрии в 1840–1860 гг. был Джузеппе Гарибальди. Все эти годы он призывал угнетенную и раздробленную Италию возродить былое величие страны, некогда существовавшей в виде могущественного Древнего Рима. Видя же пассивность многих соотечественников, особенно итальянской знати, Гарибальди нередко сетовал на «проклятие падшего Древнего Рима», завоеванного варварами и оставившего Италии «развратную землю, всегда готовую выносить иго победителей».

Призыв для настоящих патриотов

В начале 1849 г. австрийцы были изгнаны из римского папского государства, где была создана Римская республика. Но она была ненавистна папе Пию IX, и прибывшие по его призыву французские войска выбили гарибальдийцев из «вечного города». Уходя на юг, Гарибальди обратился к своим волонтерам: «Солдаты! Тем из вас, кто хочет следовать за мной, я предлагаю голод, холод и зной; никаких вознаграждений, отсутствие казарм и запасов, но форсированные марши и штыковые атаки. Словом, кто любит Родину и славу, пусть идет за мной!»

Джузеппе Гарибальди

Чем возмущался Гарибальди

В 1859 г. Гарибальди сражался против австрийцев в рядах армии Пьемонта (Сардинского королевства). Надежды пьемонтского короля Виктора Эммануила на помощь других итальянских королевств и герцогств не оправдывались, и Гарибальди возмущался их равнодушием и двурушничеством. Он говорил об итальянских аристократах: «Они либо высокомерны, либо унижены, но всегда подлы».

«Для того, чтобы добиться согласия между итальянцами, — писал Гарибальди, — необходима хорошая палка».

Напутствие французского императора

В войне 1859 г. против Австрии союзником Сардинского королевства был французский император Наполеон III. Его главной целью было забрать у австрийцев в пользу Франции Савойю и Ниццу. Добившись этого, он враждебно отнесся к стремлению Гарибальди продолжить войну. Узнав, что тот вновь начал вооруженную борьбу, Наполеон III в сердцах воскликнул: «Хоть бы он холерой заболел!»

Отряд Гарибальди в сражении под Калатафими. 1860 г.

Калатафими — гордость Гарибальди

Сардинский король Виктор Эммануил мечтал объединить под своей властью все итальянские государства, однако он постоянно осторожничал. «Я хочу угрожать, но не действовать», — признавался король, опасаясь Австрии и гражданской войны.

Не дождавшись помощи короля, Гарибальди в 1860 г. сам перешел к действиям. Во главе отряда альпийских стрелков («Тысячи») он высадился на острове Сицилия и у Калатафими разбил неаполитанские войска, втрое превосходившие его. В своих «Мемуарах» Гарибальди позже писал: «Калатафими! Когда я, переживший сотню сражений, буду при последнем вздохе и мои друзья увидят на моем лице гордую улыбку, то знайте, что, умирая, я вспомнил тебя, ибо не было битвы славнее».

Неповиновение во благо Италии

После освобождения Сицилии Гарибальди решил двинуться на Неаполь против Франциска II. Виктор Эммануил просил его не делать этого, но кумир народа отвечал: «Когда я освобожу население от гнета, я сложу свой меч к Вашим ногам и с той минуты буду повиноваться Вам до конца моих дней».

В сентябре 1860 г. Гарибальди ликвидировал Неаполитанское королевство обеих Сицилий. В марте 1861 г. Виктор Эммануил возглавил объединенное Итальянское королевство.

«Чужестранец» в родной стране

Таким же осторожным, как и король Виктор Эммануил, был его военный министр и глава правительства К. Кавур. Подобно многим в окружении короля он подозревал в Гарибальди социалиста и не раз проявлял недовольство действиями вождя «краснорубашечников». В 1861 г. генерал Гарибальди в итальянском парламенте в присутствии военного министра взял обязательство не подавать ему руки, заявив: «Кавур сделал меня иностранцем в Италии!»

Монархи защищают папу

Папу Пия IX, возглавлявшего римское папское государство, генерал Гарибальди издавна считал пособником австрийцев. Папское духовенство он называл «черной гадиной», растлевавшей итальянцев, «дабы мы, усмиренные и впавшие в идиотизм, привыкли не замечать свиста лозы».

В 1862 г. Гарибальди без разрешения короля Виктора Эммануила двинулся на Рим. Король, опасаясь Наполеона III — союзника папы, выслал наперерез «краснорубашечникам» Гарибальди регулярные войска. Гарибальди запретил своим подчиненным стрелять в соотечественников, но в Калабрии вооруженная стычка все же произошла. Главный объединитель Италии был ранен (изуродованную пулей правую руку ему спас от ампутации русский хирург Н. Пирогов) и добровольно перешел на положение пленника короля. Через несколько месяцев он был прощен Виктором Эммануилом.

Папа с Наполеоном и без него

Во время австро-итальянской войны 1866 г. Гарибальди предпринял еще одну попытку наступления на папское римское государство. Как и в 1849 г., на помощь папе прибыли французские войска, отбросившие от Рима гарибальдийцев жестоким огнем новых нарезных ружей Шасспо. «Шасспо творили чудеса», — докладывал французский генерал де Файи Наполеону III. «Шасспо пронзили мое сердце отца и короля», — горевал итальянский король Виктор Эммануил.

Лишь когда Наполеон III лишился трона в результате неудачной для него франко-прусской войны (1870 г.), Виктор Эммануил решился занять территорию римского папского государства. Объединение Италии было завершено.

Гарибальди и Франция

С осени 1870 г. Гарибальди сражался на стороне Франции, свергнувшей Наполеона III, против Пруссии. Виктор Гюго говорил во французском парламенте: «Ни один король, ни одно государство не поднялись, чтобы защитить Францию, столько раз защищавшую интересы Европы, только один человек стал исключением — Гарибальди!»

Францию, проигравшую войну Пруссии, Гарибальди покинул в феврале 1871 г. Предложение вождей Парижской коммуны возглавить военные силы восставшего Парижа он отклонил: с итальянцами против итальянцев он уже воевал, с французами против французов — не захотел.

Белая зависть короля

Слава Гарибальди в Италии и за рубежом была огромна. Его поездка с острова Капрера, где он жил, в Рим в 1874 г. вылилась в огромное торжество для римлян, встречавших освободителя Италии с восторгом. «Все Гарибальди и Гарибальди, — шутил король Виктор Эммануил. — Чем я провинился против римлян?»

На могиле Гарибальди на острове Капрера выбита только его фамилия. Могилу венчает кусок скалы с выгравированной на ней звездой — символом отряда его «краснорубашечников» — знаменитой «Тысячи».

Бисмарк и объединение Германии

Франко-прусская война 1870–1871 гг.

Путь «железа и крови»

В то время, как итальянцы завершали борьбу за объединение страны, в раздробленной Германии, состоявшей более чем из 30 государств и княжеств, пришло время Пруссии и Отто фон Бисмарка. Впервые в список кандидатов в прусские министры Бисмарк попал еще в 1848 г., но король Фридрих Вильгельм IV написал против его фамилии: «Может быть использован лишь при неограниченном господстве штыка».

«Армия, — говорил Бисмарк в 1850-е гг., — жизненный нерв Пруссии». В 1862 г., при Вильгельме I, борец за военную мощь Пруссии Бисмарк стал министром-президентом и министром иностранных дел. Выступая в палате депутатов, он произнес знаменитое: «Не речами и постановлениями большинства решаются великие вопросы времени, а железом и кровью».

Несбывшиеся страхи короля

Оценивая воинственный курс Пруссии, приданный ей Бисмарком, Вильгельм I как-то сказал ему: «Я предвижу, чем все это кончится. На Оперной площади, под моими окнами, отрубят голову сперва Вам, а несколько позже и мне». Но Бисмарк не подведет своего короля.

Отто фон Бисмарк

О разнице между большими и малыми государствами

Первой пробой военных сил Пруссии, возросших при Бисмарке, стала война против Дании.

В 1863 г. датчане имели неосторожность присоединить к себе Шлезвиг, ранее входивший в Германский союз. Через год прусско-австрийские войска силой оружия заставили Данию отказаться от этой территории, а заодно от Голтштейна и Лауэнбурга. Великобритания, Франция и Россия предпочли не вмешиваться в войну, что британский премьер-министр Пальмерстон объяснил так: «Великие державы могут настаивать на ошибке. Но такое маленькое и слабое государство, как Дания, не может так же безнаказанно совершать ошибки».

Сумерки Австрийской империи

Заключив для надежности военный союз с Итальянским королевством, Пруссия в июне 1866 г. повела войну против казавшейся весьма могущественной Австрийской империи. Главный инициатор и вдохновитель кампании Бисмарк, следовавший за армией, позже признавался, что в те тревожные дни он носил в кармане яд.

Опасения Бисмарка оказались напрасными. Австрийский главнокомандующий Бенедек, имевший репутацию «нового Валленштейна», переоценил свои возможности. Выезжая из Ольмюца к войскам, он произносил самоуверенные речи и шутил с дамами: «Молитесь за нас. Если нас поколотят, значит, вы мало молились». Но уже через неделю боевых действий Бенедек писал Францу Иосифу I: «Убедительно прошу Ваше величество во что бы то ни стало заключить мир. Катастрофа для армии неизбежна».

Кениггрец как рубеж германской истории

3 июля 1866 г. под Кениггрецем (Садове) прусская армия разбила австрийцев, и исход австро-прусской войны был предрешен. Сражение под Кениггрецем, говорил Бисмарк, на целое столетие поставило верно немецкие часы. «На одно лишь столетие, но не навсегда», — уточнил позже немецкий историк Дельбрюк.

Германия в седле

После победоносной войны 1866 г. против Австрии Пруссия объединила вокруг себя ряд северогерманских государств. Это был крупный шаг на пути создания единой Германии. «Господа, — говорил Бисмарк депутатам рейхстага, представляя им на утверждение проект конституции Северогерманского союза, — давайте, так сказать, посадим Германию в седло, скакать она уж сумеет».

Отдаленное будущее и близкая перспектива

Наблюдая за постепенным превращением раздробленных Германии и Италии в крупные централизованные государства, французский император Наполеон III в 1866 г. выразил прозорливую оценку будущего: «Народы Европы объединяются в крупные государства, которые только и смогут поддерживать равновесие сил против двух гигантов будущего — России и Соединенных Штатов». В то же время он был сильно встревожен воинственностью растущей на его глазах Германии, придвигавшейся к французским границам.

Иллюзии военного министра

Во Франции предчувствовали войну с набирающей силу Пруссией. Когда в июне 1870 г. во французском парламенте встал вопрос о степени готовности армии к войне, военный министр маршал Лебеф заявил: «Мы готовы до такой степени, что, если бы война продлилась два года, то нам не потребовалось бы ничего покупать, даже пуговиц к гетрам».

Война выявит глубочайшее заблуждение военного министра.

Начало франко-прусской войны

С началом этой войны обнаружилась большая неразбериха в развертывании французской армии, в то время как прусская армия, немедленно двинувшись в наступление, демонстрировала «мерную поступь».

После перехода прусской армией границ Франции Вильгельм I издал манифест, в котором заявил, что ведет войну не против французского народа, а против французской армии.

Сопровождавший прусскую армию Бисмарк «на этот раз не взял с собой яда, как это было в походе на Австрию; он был уверен в успехе», — писал один из немецких историков.

Наполеон III — не I-й

Лично возглавивший французскую армию Наполеон III явно переоценивал ее возможности. В день сражения с пруссаками при Марс-ля-Туре он телеграфировал в Париж: «Все готово к генеральному сражению, надо надеяться, что победа будет за нами. Могу поручиться, что эта победа будет решительной». Через несколько часов французская Рейнская армия в беспорядке отступила. Император поспешил вернуться в Париж, передав командование маршалу Базену.

Монарх, капитулировавший первым

Попытки французской Шалонской армии Мак-Магона вырваться из блокированного Седана решительно пресекались прусскими войсками. 1 сентября 1870 г. император Наполеон III, находившийся в ратуше Седана, велел вывесить на здании белый флаг и послал прусскому королю Вильгельму I следующую записку: «Дорогой брат! Так как я не могу пасть среди моих войск, мне остается лишь вручить свою шпагу Вашему величеству».

Шпага императора, срубившая его трон

По поручению отчаявшегося в Седане Наполеона III в ночь с 1-го на 2-е сентября французский генерал Вимпфен доставил шпагу своего императора Бисмарку и начальнику прусского генштаба Мольтке. — «Это чья шпага? — спросил Бисмарк. — Шпага императора или шпага Франции?» — «Это шпага императора», — ответил генерал. — «Если так, — быстро сказал Мольтке, — то ничего не меняется, в 9 утра я снова велю открыть огонь по Седану».

Растерянный Вимпфен уехал, но до утра он успел вернуться и подписать капитуляцию французской Шалонской армии. Еще через два дня экстренно созданное в Париже «правительство национальной обороны» обвинило Наполеона III в национальной измене, сместило его с престола и провозгласило Францию республикой. «С уничтожением Шалонской армии, — с удовлетворением писал Мольтке, — рухнула империя во Франции».

Преданная республика

После катастрофы под Седаном армии Мак-Магона наступила очередь Рейнской армии маршала Базена, которую прусские войска заперли в Меце. Это была лучшая французская армия. После двух месяцев бездействия Базен объявил о капитуляции своей 170-тысячной армии перед примерно такими же по численности прусскими войсками, блокировавшими город. «Что такая сила, величиною с армию Наполеона под Лейпцигом, могла быть вообще принуждена к сдаче, — это факт неслыханный в истории войн» (Х. Дельбрюк). За капитуляцией Базена скрывалась политическая подоплека, о чем знали немногие: маршал после свержения Наполеона III оставался убежденным монархистом и ненавидел новоявленную французскую республику больше, чем пруссаков.

После войны Базен будет осужден судом на 20 лет тюремного заключения, но ему организуют побег из тюрьмы, и он умрет в нищете на чужбине, в Испании.

Самопоражение Франции

Разлад между республиканским правительством и консервативным генералитетом ощущался и в осажденном прусской армией Париже, где многие военачальники и командиры не желали по-настоящему сражаться. «Попытка отстоять Париж от пруссаков — чистое безумие», — заявлял комендант столицы генерал Трошю. «Французские генералы служили Мольтке лучше, чем его собственные немецкие», — иронизировал один из депутатов французского парламента. К тому же Париж сотрясали восстания рабочих, называвших буржуазное республиканское правительство национальной обороны «правительством национальной измены». Растерявшееся и деморализованное правительство в конце января 1871 г. подписало договор о капитуляции Парижа.

Итоги войны

В феврале 1871 г. начальник прусского генштаба Мольтке с особой тщательностью и удовольствием подсчитал общее число плененных во франко-прусской войне солдат и офицеров противника: 723 355 человек. Таких цифр в военной истории еще не бывало.

При предъявлении Пруссией условий мира побежденным многие европейские монархи просили Вильгельма I и Бисмарка не унижать Францию и ограничиться денежной контрибуцией. Но Пруссия все жб отторгла у нее в пользу Северогерманского союза Эльзас и Лотарингию. Это не имеет другой цели, оправдывался Вильгельм I, кроме «как отодвинуть точку отправления французской армии, которая в будущем захотела бы на нас напасть»[9].

Начальник германского генерального штаба Х. Мольтке-старший

Гордость победителей

Широко известным в Германии и других странах было мнение, что в войнах 1866 и 1870–1871 гг. победил немецкий школьный учитель. В этом была доля истины, ибо благодаря прусской системе школьного обучения 90 процентов прусских солдат умели читать и писать, что сказывалось на их воинском обучении.

Творцом этих побед называли также Клаузевица, чей труд «О войне» штудировали прусские офицеры. Высочайших похвал удостоился генерал Мольтке, руководитель и «стратегический гений» прусского генштаба. И все же на первом месте был Бисмарк, «отец прусского милитаризма» и непосредственный организатор победоносных войн, приведших к событию большого исторического значения — объединению Германии в единое государство. Возникла «Велико-Пруссия» — Германская империя.

Роль титулования в политике

Любопытным был спор между Бисмарком и Вильгельмом I о том, как именовать главу новой великой державы — Германской империи. Вильгельм хотел называться императором Германии или императором германцев, Бисмарк же настаивал на титуле «германский император». В отличие от Вильгельма, не видевшего никакой разницы в этих понятиях, рейхсканцлер учитывал, что наименование «император Германии» противоречило бы тому, что в империю объединялись 22 королевства и княжества со своими монархами, а «император германцев» претендовал бы на несколько миллионов немцев, живших в Австрии.

18 января 1871 г. великий герцог Баденский, произносивший поздравительную речь на церемонии объединения, был вынужден пойти на хитрость: он использовал выражение «император Вильгельм». Последний был так рассержен этим, что, прощаясь с присутствующими, прошел мимо Бисмарка, даже не кивнув ему. Но в конечном счете утвердилось титулование императора, предложенное Бисмарком: «германский император».

Эпизод франко-прусской войны 1870–1871 гг.

О высшем искусстве политики

Германский кронпринц Вильгельм, видя, что его деду, Вильгельму I, приходится почти во всем слушаться Бисмарка, как-то посоветовал ему дать рейхс-канцлеру отставку. Потрепав внука по щеке, тот возразил ему с улыбкой: «И я, и государство нуждаемся в Бисмарке, потому что он — единственный человек, который умеет жонглировать пятью-шестью шарами, из которых, по крайней мере, два постоянно находятся в воздухе, а я этого не умею».

Бисмарк, превзошедший Клаузевица

Прусскому военному теоретику 1-й половины XIX в. Клаузевицу принадлежит следующее знаменитое положение-афоризм: «Война есть продолжение политики другими средствами». Бисмарк вел дипломатические дела Пруссии так, что его называли «Клаузевицем в расширенном варианте», исповедующим девиз: «Политика является той же войной, только другими средствами».

Бисмарк о двух тенденциях в германском вопросе

«Военные имеют центробежную карту действий, а я — центростремительную», — говорил Бисмарк, имея в виду приращение германских территорий с помощью армии и свою роль как организатора общегерманской государственной власти.

Война как «критерий истины»

Войну Бисмарк считал естественным явлением в жизни народов и объяснял ее следующим образом: «Война есть нравственное лекарство, которым пользуется природа, когда не хватает остальных средств, чтобы вернуть людей на истинный их путь».

Бисмарк и насилие

Князь Гогенлоэ, друг «железного канцлера» Бисмарка, говорил о нем после первой мировой войны: «Он был тем, кто создал умонастроение немцев в 1914 г. В течение десятилетий после военных успехов 1866–1870 гг. они (немцы) приучились верить в могущество насилия».

Иной Бисмарк

Активно используя военную мощь Пруссии в Западной Европе, Бисмарк оставался твердым сторонником мирных отношений с Россией. Уважение к великому восточному соседу он приобрел еще в 1859–1862 гг., когда служил прусским посланником в Петербурге (по окончании этой миссии Александр I удостоил его орденом святого Александра Невского). «Хорошие отношения с Россией, — не раз подчеркивал Бисмарк, — составляют для нас величайшую ценность».

Бисмарк поддерживает Россию

В 1870 г. Бисмарк не возражал против того, что Россия, воспользовавшись поражением французов в войне с Пруссией, аннулировала «антирусские» черноморские статьи Парижского договора 1856 г. (после неудачной Крымской войны). Однажды он сказал Шувалову, русскому послу в Берлине: «Германия не станет возражать, увидев вас владельцами не только черноморских проливов, но и самого Константинополя».

Правило баланса сил

В 1877 г. Бисмарк не поддержал Австрию, сделавшую резкие дипломатические заявления по поводу войны России на Балканах против Турции. На вопрос русского посланника о позиции Германии в случае русско-австрийской войны, он ответил, посмеиваясь, что австрийцы без немцев никогда такую войну не начнут. А если такое вдруг случится, продолжал он, то «Германия, конечно, может перенести, чтобы ее друзья (Россия и Австрия) выигрывали друг у друга или проигрывали сражения, но чего она никогда не допустит, так это потери любой из них независимости и права голоса в Европе». Русско-австрийская война не состоялась.

Этого не предвидел Бисмарк

После Берлинского международного конгресса 1878 г., на котором председательствовал германский рейхсканцлер Бисмарк, отношения России и Пруссии стали портиться. Принятые на этом конгрессе решения во многом перечеркнули результаты, достигнутые Россией в русско-турецкой войне 1877–1878 гг. Все последующие контакты Бисмарка с русским канцлером Горчаковым (в кулуарах дипломатии их сношения именовались «битвой железных канцлеров») приводили лишь к ухудшению русско-германских отношений.

Последнюю волю Вильгельма I, завещавшего своему внуку (будущему императору Вильгельму II) «относиться к России с нежной предупредительностью», Бисмарк не мог исполнить. Александр III все отчетливее вел Россию к союзу с Францией и Великобританией (будущей Антанте).

«Русские указали на дверь своему старому могучему и надежному другу, — говорил Бисмарк. — Ну что же, мы себя не навязываем. Мы никому не набиваемся в друзья».

Географическая карта бисмарка

К концу 1880-х гг. некогда воинственный Бисмарк прекратил игру с войной. Его, в частности, совсем не манили колониальные завоевания, чего жаждали германские промышленники и юнкера. Одному из них, расстелившему перед ним карту африканского континента, он сказал: «Ваша карта Африки, конечно, очень хороша, но моя карта Африки лежит в Европе: здесь — Россия, а здесь — Франция, а мы — посередине, вот моя карта Африки».

Отставка Бисмарка

29-летний Вильгельм II, вступив на германский престол в 1888 г., стал упрекать Бисмарка за нежелание заниматься колониальными делами и за испорченные отношения с Россией. Через два года последовала отставка 74-летнего рейхсканцлера «по состоянию здоровья». У поезда, уносившего Бисмарка из Берлина к семье в Фридрихсруэ, состоялось его прощание с 30-летней государственной деятельностью. «На вокзале, — писал он, — мне по распоряжению императора были оказаны воинские почести, которые я с полным правом мог назвать погребением по первому разряду».

В 1918 г. Вильгельм II приведет Германию к катастрофе в первой мировой войне.

Слуга государства и императора

В последние часы перед смертью Бисмарк в забытьи несколько раз произнес фразу, любимую им в прошлом: «Исходя из государственных интересов — это невозможно!»

Надпись, составленная им для своей могилы, носит след «самоуничижения паче гордости»: «Князь Отто фон Бисмарк, верный немецкий слуга императора Вильгельма I».

Первая мировая война в лицах и событиях

Квадратура замкнутого круга

В 1909–1913 гг. Германия неоднократно предпринимала дипломатические усилия по ослаблению Антанты — союза Великобритании, Франции и России, направленного против нее. Она пыталась заключить договор о мире и союзе с Россией, а когда это не удалось — с Великобританией. Но все было тщетно. «То была квадратура круга», — с возмущением констатировал ситуацию германский рейхсканцлер Бетман-Гольвег. По его мнению, именно «либеральные империалисты» Англии довели дело до мировой войны.

Германский экспорт как причина войны

Германский император Вильгельм II в своих мемуарах привел целых 12 пунктов доказательства того, что не Германия, а страны Антанты повинны в первой мировой войне. По его мнению, они боялись подъема промышленности и торговли Германии и поэтому вели против нее «политику окружения». Личные заверения Вильгельма II о миролюбии в адрес его родственников — английского короля Эдуарда VII и русского императора Николая II — не имели эффекта. «Это было тщетно, — писал Вильгельм И, — ибо цифры германского экспорта росли».

Мировая война как непредумышленное убийство

В Великобритании большинство считало виновником первой мировой войны германский милитаризм, который «заставлял другие державы видеть повсюду, куда бы они не смотрели, только одно — бронированный кулак Германии» (Б. Лиддел Гарт).

Ллойд-Джордж (британский премьер-министр в 1916–1922 гг.), не оспаривая такой точки зрения, все же взглянул на проблему шире: «Если бы я находился в числе присяжных суда, которому было бы поручено судить людей, которые руководили судьбами мира в тот момент, я вынес бы им скорее приговор в непредумышленном убийстве, чем осудил бы их за убийство по расчету».

Чувства, выраженные в мыслях

Толчком к началу первой мировой войны послужил австро-сербский конфликт. Убийство в Сараево сербским националистом австрийского эрцгерцога Фердинанда вызвало гнев Австрии. Многое в этой ситуации зависело от реакции Берлина. Германский посол в Вене фон Чиршки в конце июля 1914 г. сообщал императору Вильгельму II о своих усилиях предостеречь Австрию от резких шагов. На донесении посла Вильгельм пометил: «Кто его уполномочивал на это? Идиотство!… С Сербией должно быть покончено, причем как можно скорее!»

На сообщении германского посла в Белграде с описанием различных действий сербского правительства германский император отреагировал следующей записью: «Какой ничтожной представляется эта так называемая Сербская великая держава!… Покрепче наступать на ноги этой сволочи!»

Четыре дня перед объявлением войны

В ответ на австрийский ультиматум Сербии Россия заявила о своей готовности помочь братскому славянскому народу. Николай II 15 (28) июля 1914 г. телеграммой энергично просил Вильгельма II повлиять на австрийский двор. «В память нашей сердечной дружбы, которая давно нас связывает, — отвечал германский император, — я употреблю все мое влияние, чтобы заставить Австро-Венгрию прийти к лояльному и удовлетворительному соглашению с Россией… Твой друг и кузен, искренний и преданный, Вильгельм».

Обмен телеграммами между двумя императорами-кузенами продолжался четыре дня. На последнюю телеграмму Николая II от 18(31) июля Вильгельм не ответил. В 7 часов вечера следующего дня Германия объявила войну России.

Старые истины

Через две недели после начала первой мировой войны Вильгельм II, выступая на заседании рейхстага, заявил: «Я не знаю больше партий, я знаю теперь только немцев!»

Патриотический подъем, охвативший страны, вступившие в мировую войну, подтвердил известную истину: «Все войны популярны в день их объявления».

Подготовка к Каннам

Германский генштаб не сомневался в победном исходе войны. План сокрушения противника был заблаговременно разработан Шлиффеном (начальником генштаба в 1891–1905 гг.). «Армия была воодушевлена одной мыслью: Канны», — писал адмирал Тирпиц. Оставалось только повторить успех Александра Македонского при Каннах в войне XX века.

Откровения войны

Отмечая выявившуюся недостаточную готовность военных сил Англии к войне, язвительный Ллойд Джордж писал: «Политика военного ведомства, казалось, сводилась не к подготовке будущей войны, а к подготовке предыдущей или предпредыдущей войны».

Считая, что Великобритания слишком медленно втягивается в войну, военный министр Китченер на вопрос, долго ли, по его мнению, продлится война, ответил: «Этого я не знаю, я знаю лишь, что для Англии она начнется в 1915 году».

Французская армия также столкнулась со многими неожиданностями. Генерал Фош признавался: «Столкновение между двумя большими армиями после сорока лет мирного времени привело к поразительным откровениям в военном искусстве».

Первая мировая война. Гибель английского лайнера «Лузитания». 1915 г.

Рассерженный Клемансо

Со вторжением германских армий во Францию военный министр Клемансо, по свидетельству окружающих, являл собой «тигра», «ужасный вулкан клокочущей ненависти к немцам». Он говорил: «Я сражаюсь впереди Парижа, я буду сражаться в Париже, я буду сражаться позади Парижа».

Ввиду наступления противника начался переезд правительства из Парижа в Бордо. Когда у Клемансо спросили, не следует ли и ему покинуть столицу, он воспринял этот вопрос по-своему: «Да, вы правы, мы здесь находимся слишком далеко от фронта».

Месть через 500 лет

По просьбе Франции, на которую обрушился главный удар германских войск, русское верховное командование ускорило наступление 2-й русской армии генерала Самсонова в Восточной Пруссии. Попав в западню, устроенную ей 8-й немецкой армией, русские войска были наполовину окружены и фактически разгромлены. Генерал-квартирмейстер 8-й немецкой армии Людендорф торжествовал: «Было выиграно одно из самых блестящих сражений во всей мировой истории».

Немцы назвали свою операцию в Восточной Пруссии «битвой при Танненберге» — в отместку за поражение Тевтонского ордена от польско-литовско-русских войск в Танненбергском (Грюнвальдском) сражении 1410-го года.

Непредсказуемый Фош

В сражении на Марне 1914-го года положение французских войск несколько дней было критическим. 8 сентября командующий 9-й армией генерал Фош направил главнокомандующему Жоффру следующее сообщение: «Мое правое крыло отступает. Мой центр не выдерживает. Ситуация превосходная. Я иду в атаку».

Жоффр был в полном недоумении, а Фош тем временем действительно атаковал и потеснил противника.

Французский маршал Ж. Жоффр

Спор победителей

Успех франко-английских войск в Марнском сражении 1914 г. многие связывали с искусством французского главнокомандующего Жоффра. Но, как это часто бывает среди генералов, они заспорили, чей вклад в победу был больше. Военный губернатор Парижа генерал Галлиенни писал с сарказмом: «Вовсе не было сражения на Марне. Инструкции Жоффра приказывали отойти. Саррейль не послушался: он спас Верден, Кастельно спас Нанси, я организовал наступление. А теперь утверждают, что главнокомандующий, отошедший назад, когда я наступал, руководил, предвидел и устроил все это».

Французский маршал Ф. Фош

Правда главнокомандующего

Споры о том, кого из французских генералов — Жоффра, Фоша или Галлиенни — следует считать главным победителем Марнского сражения, продолжались долго. Когда с этим вопросом обратились к главнокомандующему Жоффру, тот ответил: «Я не знаю, кто выиграл сражение на Марне, но я знаю одно: если бы оно было проиграно, то виноват в этом был бы я».

Первая мировая война. Атака французских войск с применением гранат

Тайна Марны

В дискуссию о Марнском сражении 1914 г. подключился и Уинстон Черчилль. Он писал: «Эта битва навсегда останется самой таинственной битвой всех веков. Сквозь туман времен легче понять, как победил Ганнибал при Каннах, чем понять, почему Жоффр одержал победу при Марне».

К числу версий, объясняющих «тайну Марны», Черчилль добавил свою собственную, лишь усилившую «туман». По его мнению, у немцев «никакой надобности в отступлении не было» и их отход был просто ошибкой.

Извечный вопрос: кто виноват?

Поражение немецкой армии в Марнском сражении 1914 г. означало крушение плана «молниеносной войны» Шлиффена. В Германии это оценивали так: «Мысль гения не нашла достойного исполнителя» (Х. Риттер). «Немецкий стратегический лук, перетянутый эпигонами, а с ним и чары немецкого превосходства были разрушены» (О. Мозер).

Германский военный министр Фалькенгайн писал о немецком генштабе и его начальнике Мольтке-младшем: «Наш генеральный штаб совсем потерял голову, заметки Шлиффена больше не помогают; в итоге — сообразительности Мольтке пришел конец».

Одни обвиняли Мольтке в слепом выполнении плана Шлиффена, другие, наоборот, — в том, что он не следовал ему пунктуально. Растерявшийся начальник генштаба вынужден был уступить свой пост Фалькенгайну.

Позже некоторые критики развенчали и самого Шлиффена, увидев в его плане «молниеносной войны» на два фронта явный авантюризм.

Как Людендорф не стал Наполеоном

Генерал-квартирмейстер войск немецкого Восточного фронта генерал Людендорф неоднократно призывал генштаб к организации решительного удара по России. Начальник генерального штаба Фалькенгайн был вынужден охлаждать пыл честолюбивого генерала, мечтавшего о «грандиозных Каннах» для русской армии. Он писал Людендорфу: «Движение на Москву ведет нас в область безбрежного… Опыт Наполеона не вызывает на подражание его примеру, а он предпринимал свой поход на восток при несравненно более благоприятной обстановке, чем та, которую имеем мы».

Ллойд Джордж предостерегает

В апреле 1915 г. австро-германским войскам удался прорыв на Восточном фронте, западнее Львова, и они повели наступление, стремясь развить этот успех. В Англии Ллойд Джордж сделал по этому поводу неожиданное заявление: «Неприятель в своем победоносном шествии не ведает, что творит. Пусть он остережется, потому что он снимает оковы с русского народа… Австрия и Германия куют меч, который сокрушит их самих».

Через два с половиной года, когда вслед за русской революцией разразится революция в Германии, немецкие военные вожди вспомнят об этом предостережении.

О решающей силе в любой войне

Инстинкт политика побуждал Ллойда Джорджа все время оглядываться на отношение народных масс к войне. «Я не боюсь фон Гинденбурга, фон Макензена и прочих фонов, — говорил британский премьер-министр, — я боюсь только немецкого рабочего».

Парадоксы Ютландского сражения

Наиболее крупным столкновением между британским и немецким флотами в годы первой мировой войны было Ютландское морское сражение в 1916 г. Английский адмирал Битти имел над противником превосходство в силах, но не смог добиться победы до исхода дня 31 мая. Ночью же, немцы, зная о подходе эскадры английских дредноутов, сумели быстро уйти в свои воды. В 5 часов утра 1 июня смертельно уставший Битти прислонился к стене рубки, сполз на корточки и, закрыв глаза, мрачно произнес: «Что-то не так с нашими кораблями и что-то не так с нашей системой».

Англичане потеряли в сражении больше кораблей, но с учетом уклонения противника от продолжения боя они могли считать себя победителями. Лиддел Гарт описал Ютландское сражение с легкой иронией: «Ранним вечером оба эти величайшие в мире флоты построились друг против друга, сошлись, разошлись, снова сошлись и вновь разошлись. И, когда забрезжил рассвет «славного первого июня», в пустом море парадировал совершенно сбитый с толку «Большой флот Британии».

Два победителя одного сражения

В Германии Ютландское сражение 1916 г. было оценено как выдающийся боевой успех немецкого флота, который именовался «победой при Скагерраке». Вильгельм II говорил: «Рок Трафальгара, довлевший над нами, теперь разрушен».

В Великобритании с учетом статистических данных потерь в этом сражении его итоги первоначально вызвали уныние. Флаг-офицер Сеймур возмущался: «Мы одержали верх, а нам говорят, что это было поражение, что наши потери напрасны, а наши адмиралы — дураки!» После более тщательного анализа потерь и итогов Ютландского сражения общественное мнение в Англии переменилось. Газета «Таймс» писала: «Наша победа была полной, и единственной причиной, по которой германский флот не был полностью уничтожен, явилась темнота, позволившая ему ускользнуть». «Вторым Трафальгаром» назвала это сражение лига Военно-морского флота.

Ярость против бетона

«Победа, — говорил французский генерал Фош, — это монета, которую нужно чеканить ударом кулака». Командуя группой англо-французских войск «Север», он решил во что бы то ни стало прорвать оборону немцев на реке Сомма. Этот «всегда мужественный и возбужденный гасконец», сторонник энергичных действий, на этот раз превзошел самого себя, поведя «бешеное наступление» в духе «furie francaise» (французское неистовство). Результаты боев, длившихся 4,5 месяца, были неутешительными: оборона противника устояла, союзники потеряли около 800 тыс. убитыми и ранеными. Это был бетон многоэшелонированной позиционной обороны.

Яростный Фош, готовый продолжить наступление, был переведен на «спокойную должность» во французский генштаб.

В сражение вступают «чудовища»

В операции на реке Сомма англичане впервые применили новый вид оружия — танки. Их называли «сухопутными крейсерами» и «боевыми слонами новейшего времени». В одной из германских газет так описывался психологический эффект их появления на поле боя: «Все стояли пораженные, как будто потеряв возможность двигаться. Огромные чудовища медленно приближались к нам, гремя, прихрамывая и качаясь, но все время продвигаясь вперед. Кто-то в первой линии окопов сказал, что явился дьявол, и это слово разнеслось по окопам с огромной быстротой».

Из-за технического несовершенства и ограниченного количества танков реальный боевой эффект их применения в 1916 г. был еще невысок.

Французский бетон не слабее немецкого

В то время, как французский генерал Фош без особого успеха наступал у реки Сомма, немецкие войска, в свою очередь, пытались прорвать бетон позиционной обороны противника в районе Вердена. За 6,5 месяцев упорных боев они продвинулись вперед лишь на 7–10 километров, понеся огромные потери. Организатор этого наступления начальник генштаба Фалькенгайн был снят со своего поста. Еще через 4 месяца линия фронта вернулась в свое первоначальное положение. Общие потери сторон в «верденской мясорубке» составили невиданную в истории цифру — около 1 млн человек убитыми и ранеными.

Английский генерал Дж. Френч

Военное варварство XX века

Битва на реке Сомма и «верденская мясорубка» 1916 г. выявили глубокий кризис военного искусства. «Мы снова вернулись во времена, когда две варварские орды, схватившись врукопашную, избивали друг друга до полного истребления слабейшего из противников», — писал один из французских журналистов.

Верден вернул обе стороны к сидению в окопах, растянувшихся на всю длину фронта. «После этого, — возмущалась французская пресса, — остается закрыть военные училища и доверить землекопам оборону страны».

Бесплодность войны и плодовитость критики

В бесплодности двух лет войны политики и общественность, как обычно, винили военных. Главнокомандующий французской армией маршал Жоффр, которого в начале войны считали чуть ли не Наполеоном, к концу 1916 г. превратился в «Фабия Кунктатора» (Медлителя) и был отправлен в отставку.

Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж назвал Жоффра и его британского коллегу генерала Хейга «примитивными танками», которым для решения стратегических задач «не хватало пороха, не хватало какого-то винтика в голове».

Итог по осени считают

В период тяжелейших боев союзников под Верденом на две недели ранее намеченного срока перешел в наступление русский Юго-Западный фронт генерала Брусилова. Это наступление, начатое в мае 1916 г. со знаменитого «брусиловского прорыва» и продолженное до осени, дало положительные стратегические результаты. Но вот какой оказалась его настоящая цена: «Победы мая-июня были утоплены в крови июля-октября. Были перебиты 750 000 офицеров и солдат — как раз самых лучших. Превосходный личный состав юго-западных армий был выбит целиком. Болота Стохода поглотили восстановленные с таким трудом полки гвардии, с которыми лег и остальной цвет императорской пехоты — богатыри 8-го корпуса, железные полки 15-го, заамурцы, туркестанские стрелки… Заменить их было некем» (А. А. Керсновский).

Румынская проблема

В первой мировой войне Румыния долго не решалась примкнуть ни к одной из воюющих коалиций. Оценивая возможные варианты участия боярской Румынии в войне, в штабе русского верховного главнокомандования гадали:

— Если Румыния выступит на стороне Германии против нас, России потребуется около 30 дивизий, чтобы ее разгромить. Если же Румыния выступит против Германии, нам понадобится опять же 30 дивизий, чтобы спасать ее от поражения. Из чего же тут выбирать?

В 1916 г. Румыния выступила против Германии. Вскоре она оказалась перед угрозой разгрома, и для ее спасения понадобятся три русские армии.

Веселый ужас войны

В число военачальников немецкой армии входил кронпринц Вильгельм (сын Вильгельма II). В длительных кровопролитных боях под Верденом он проявлял хладнокровие, суровость и даже жестокость по отношению к солдатам, сочетая это с проявлениями веселого нрава. За глаза его называли «веселым палачом», «смеющимся под Верденом убийцей». В мемуарах, выпущенных после войны, он, однако, признавался в своих тяжелых переживаниях в те дни. «Моя напускная веселость, — писал кронпринц, — производила должное впечатление, а внутри меня в это время все дрожало от волнения и ужаса».

Морская держава, не полюбившая море

Строитель немецкого флота адмирал Тирпиц возмущался нежеланием германского руководства вести активную войну на море. «Флот, насчитывающий 40 броненосных кораблей, половину которых составляют дредноуты, и свыше 100 миноносцев, — писал германский морской министр, — ржавеет в гаванях, в то время, как Германия ведет борьбу за существование».

Не добившись развертывания «морской войны», адмирал в марте 1916 г. был вынужден оставить свой пост. «Германский народ не понял значения моря», — подвел итог своей деятельности Тирпиц.

Когда в союзниках согласья нет…

Союзниками Германии в первой мировой войне были Австро-Венгрия, Турция и Болгария, но этот союз доставлял ей немало хлопот. Начальник немецкого генштаба Гинденбург признавался: «Самой трудной задачей для высшего командования было не проведение больших операций, а примирение различных интересов отдельных союзников».

Генерал Людендорф говорил еще резче: «Для нас было роковым, что мы были связаны с такими умирающими государствами, как Австро-Венгрия и Турция».

Конрад фон Хетцендорф как военный художник

Наиболее крупной фигурой из военачальников-союзников германской армии был фельдмаршал Конрад фон Хетцендорф, начальник австрийского генштаба. Периодически он выступал со оригинальными смелыми инициативами, которые, однако, редко подкреплялись строгими расчетами имеющихся сил и средств. «Конрад был крупный художник, — писал А. Снесарев, русский генерал и ученый, — но рисовать ему приходилось на скверном полотне и дурными красками».

Проблемы союзной стратегии

В военном союзе стран Антанты — Великобритании, Франции и России — также имелись серьезные проблемы. «Действительная слабость стратегии союзников, — писал Ллойд Джордж, — заключалась в том, что ее никогда не существовало».

«Единственной основой межсоюзной стратегии был календарь», — иронизировал он над тем, что долгое время союзники согласовывали свои действия лишь по примерным срокам и датам.

«Германский союз, — писал Лиддел Гарт, — в численном отношении был слабее, но возглавлялся одной головой (немецким генштабом), тогда как Антанта была численно сильнее, но в руководстве ею участвовало слишком много голов».

Война обнажает характеры

Начиная с Фалькенгайна и Людендорфа, немецкие генералы ревностно относились друг к другу, споря своим честолюбием, хотя и в рамках воинского этикета. «Если присмотреться к влиятельным личностям, к их соревнующимся честолюбиям, — писал в своем дневнике один из штабных офицеров, — то надо все время помнить, что на другой стороне — у французов, англичан и русских — это еще хуже, иначе легко выйти из равновесия».

У англичан столкновение честолюбий и характеров проявлялось, начиная с высших руководителей государства и армии. Премьер-министр Ллойд Джордж имел постоянные трения с начальником генштаба Робертсоном и командующим британскими войсками во Франции Хейгом. «Оба — люди с ненормально упрямым характером», — сетовал премьер-министр. Добившись смещения Робертсона, он продолжал ссориться с генералом Хейгом. О столкновении характеров Ллойд Джорджа и Хейга Лиддел Гарт писал так: «Один — легкомысленный уэльсец, другой — упрямый и молчаливый шотландец».

Роковая весна 1917-го

Германия могла не выдержать общего наступления с запада и востока, которое Антанта решила провести весной 1917 г. Но Февральская революция в России сорвала наступление русских войск. «Только русская революция спасла нас от гибели», — говорил генерал Людендорф. Наступление же с запада обернулось для союзников «бойней Нивеля» (по имени французского главнокомандующего): англо-французские войска за месяц наступления потеряли около 0,5 млн человек. И все же в апреле 1917 г. Антанта одержала крупную победу на другом фронте — политическом: США заявили о вступлении в войну против Германии.

Не уследили за Лениным

О содействии германских властей Ленину, направлявшемуся в апреле 1917 г. в Россию, генерал Людендорф писал следующее: «Отправлением Ленина, наше правительство возложило на себя особую ответственность. С военной точки зрения его проезд через Германию имел свое оправдание: Россия должна была пасть. Но наше правительство должно было следить, чтобы мы не погибли вместе с ней».

Как покажет время, германское правительство за этим не уследило.

Еще одно чудовищное оружие

В боях под французским городом Ипр в июле 1917 г. немцами для поражения противника было использовано химическое отравляющее вещество (получившее название «иприт»). Вот как описывал результаты газовой атаки один из английских офицеров: «Пелена газа была ясно видима и имела запах хрена. Не замечалось никакого немедленного действия на глаза или горло… Я приказал людям надеть только загубники и носовые зажимы респиратора, чтобы избежать вдыхания газа, и мы продолжили свою работу. На следующее утро я совершенно ослеп, так же как и те 80 человек, которые меня сопровождали. Один или двое из нашего отряда умерли».

Призрак России, удививший Антанту

Надежды союзников на Россию окончательно рухнули в ноябре 1917 г.: большевики демобилизовали русский фронт и развернули в стране классовую борьбу за социализм. Черчилль писал: «Россия упала на полдороге и во время этого падения совершенно изменила свой облик. Вместо старого союзника перед нами стоял призрак, не похожий ни на что существовавшее до сих пор на земле. Мы увидели государство без нации, армию без отечества, религию без Бога».

Техника против человека

Военно-техническая мощь англо-французских армий непрерывно возрастала. Осенью 1917 г. для действий по ликвидации Мальмезонского выступа на 10 километрах фронта они сосредоточили 1900 орудий (в т. ч. около 1 тыс. тяжелых), 300 самолетов и 63 танка. Всегда спокойный генерал Людендорф вспоминал об обороне Мальмезона как об «акте ужасной драмы»: «Против человеческих тел, которые влачили жалобное существование в глубоко затянувшихся илом воронках от снарядов, было брошено такое количество снарядов, о котором до войны человеческий ум не имел представления. Ужас Верденского поля сражения был превзойден».

Немецким войскам пришлось отступить.

60 солдатских километров

3 марта 1918 г. Германия поставила Советскую Россию на колени Брестским миром, а 21 марта начала решительное наступление на французском фронте, в Пикардии. Единственное, что удалось сделать немецкой армии, — это продвинуть линию фронта вперед на 60 километров. Организатор наступления генерал Людендорф говорил: «Это был блестящий военный подвиг, который навсегда будет запечатлен в мировой истории». С учетом стратегически безнадежных перспектив германской армии такая оценка была лишь данью угасающему геройству немецкого солдата.

Фош, знавший себе цену

Генерал Фош, назначенный координировать совместные действия французских, английских и американских войск, остро чувствовал нехватку полномочий для такой роли. Он сердился, говоря, что должности «координатора» в армии просто не существует. «Что я такое? — с сарказмом шутил он. — Я лишь господин Фош, достаточно известный господин Фош, но все еще только господин Фош и не более того».

В апреле 1918 г. он наконец получил официальную должность верховного главнокомандующего союзными армиями. Поздравляя французского генерала с этой должностью, британский премьер-министр Ллойд Джордж с улыбкой спросил его: «За кого же мне держать пари? За Людендорфа или за Фоша?» Новоиспеченный верховный главнокомандующий со всей серьезностью ответил: «Пока что можно держать за меня: Людендорфу не удастся прорвать наш фронт. А до конца вопрос о том, кто лучше, выяснится, когда нам придется прорывать его фронт».

Першинг — «Черный Джек»

Генерал Першинг, возглавлявший американские экспедиционные силы в Европе, отличался замкнутым характером, самолюбием и независимостью. Верховный главнокомандующий союзными армиями Фош, однако, был к нему терпелив. Однажды премьер-министр Франции Клемансо спросил у Фоша, не попросить ли американского президента Вильсона заменить Першинга ввиду его строптивости. Фош ответил: «Вы знаете, что я тоже не ангел. Першинг умеет и любит воевать, а это главное».

Доблестно воевавший «Черный Джек», как звали Першинга солдаты, стал национальным героем США. По окончании войны он был удостоен чина генерала армии, который до этого имел лишь Джордж Вашингтон. Имя «Першинг» будет носить одна из американских ядерных ракет.

«Генерал Танк» проламывает оборону

Ранним утром 8 августа 1918 г. союзники нанесли внезапный мощный удар по германским войскам в районе Амьена. После массированных ударов артиллерии на 20-километровом участке прорыва вперед двинулась бронированная армада — 415 танков, сопровождаемых пехотой. На этот раз новое «дьявольское оружие» — танки, оснащенные пулеметами, показали свою грозную силу. Немцы в беспорядке отступили. «Их броневики, — писал Х. Риттер, — издевались над доведенной до отчаяния германской пехотой». «Не гений маршала Фоша побил нас, — заявил немецкий генерал Цвель, — а генерал Танк».

Людендорф назвал 8 августа «черным днем германской армии».

Нужен ли XX веку Наполеон?

Мучаясь над проблемой организации наступательных действий, союзники все большую ставку делали на подавление германских войск военно-технической мощью. Иронизируя над генералами, французский военный писатель Ж. Пьерфэ отмечал: «Настоящими господами в современной войне являются инженер, химик, промышленник. Есть ли еще при этом смысл в существовании стратегов, потомков Конде, Фридриха и Наполеона?»

«Никогда уже больше, — писал Черчилль, — Александр, Цезарь или Наполеон не поведут своих солдат в бой… В будущем они будут сидеть, окруженные чиновниками, в безопасности, тогда как всевозможные орудия будут по телефону убивать, давить и душить десятки тысяч людей на полях сражений».

Соотношение войны и революции

Исходными стратегическими ошибками Германии в первой мировой войне были переоценка своих сил и ведение войны на два фронта. Германские военные вожди не хотели этого признавать. Генерал Людендорф видел источник поражения Германии в развитии революционных настроений, перекинувшихся в страну из России. «Наше поражение началось с русской революции», — писал он. «Англия преподнесла Китаю опиум, враги внесли к нам революцию», — считал лучший военный стратег Германии.

Германский император Вильгельм II винил во всем английскую пропаганду, разлагавшую немецкие войска. Он называл ее таким же «ужасным орудием войны в их (англичан) руках, как и танки». Ноябрьскую (1918 г.) революцию в Германии Вильгельм объявил «ударом в спину в том момент, когда мир был уже совсем близок».

Просьба о мире — обязанность побежденных

В начале ноября 1918 г. Германия была готова признать свое поражение в первой мировой войне. 8 ноября официальная германская делегация прибыла на станцию Ретонд в Компьенском лесу для встречи с маршалом Фошем, верховным главнокомандующим войск Антанты. Ход встречи был запротоколирован французской стороной. «Рассаживаются за столом. Маршал Фош спрашивает германскую делегацию о цели их приезда-. Германский имперский статс-секретарь Эрцербергер отвечает, что германская делегация прибыла выслушать предложения союзных держав относительно заключения перемирия. Маршал Фош отвечает, что он не имеет никаких предложений. Эрцербергер зачитывает текст последней ноты американского президента Вильсона, в которой говорится, что маршал Фош уполномочен сообщить условия перемирия. Маршал Фош отвечает, что он уполномочен их сообщить, если германские делегаты попросят перемирия. «Просите ли вы перемирия?» Эрцербергер и Обердорф заявляют, что они просят перемирия. Тогда маршал Фош объявляет, что сейчас будут зачитаны условия перемирия».

Германской стороне был зачитан проект договора, фактически означавший ее безоговорочную капитуляцию.

События на рейде Инкейт

21 ноября 1918 г. британский адмирал Битти во главе Флота метрополии встречал на рейде Инкейт прибывший для капитуляции германский флот. На мачте флагманского корабля Битти был поднят сигнал, полностью повторявший сигнал адмирала Нельсона своей эскадре после Абукирского сражения 1798 г.: «Сегодня в 18.00 я намереваюсь отслужить молебен и возблагодарить Бога за победу, ниспосланную им оружию Его Величества. Каждому кораблю рекомендую сделать то же самое».

Через семь месяцев, за два дня до подписания Версальского договора, германские экипажи, воспользовавшись отсутствием охраны, затопили на британском рейде свои корабли. На глубокое дно ушло 400 тыс. тонн металла, образовавших могильник германского флота.

Руководители немецкого генерального штаба П. Гинденбург и Э. Людендорф со своими подчиненными

Чем знаменит Компьенский лес

Американский президент Вильсон считал, что не следует по примеру Пруссии времен Бисмарка унижать побежденного противника, как это было после франко-прусской войны 1870–1871 гг. Но по настоянию Франции, поддержанной Великобританией, в Компьенском лесу, а затем в Версале Германия была вынуждена подписать унизительные для нее условия мира.

В 1940 г. Гитлер, победив Францию, заставит французов на том же месте в Компьенском лесу принять сверхжесткие условия капитуляции.

О роли США в мире

По окончании первой мировой войны президент США Вильсон говорил: «В настоящее время весь мир обращается к Америке, надеясь, что она исправит несправедливости, осуществит его надежды и загладит причиненные ему обиды… По моему мнению — я всем сердцем хочу, чтобы я оказался неправым, — нас ждет трагедия разочарования».

Мечтания писателя-фантаста

Первая мировая война принесла огромные бедствия народам. Она унесла 9,5 млн жизней, обострила социальные вопросы, вызвала волну революций. Английский писатель Герберт Уэллс в книге «Международная катастрофа 1914 года» сделал вывод о необходимости создания мирового государства — «Федерации всего человечества», которое бы имело единое правительство и создало «чистую и незапятнанную» мировую религию. Тогда, считал Уэллс, милитаризму придет конец, «не будет ни армий, ни флотов, ни безработных, ни богатых, ни бедных классов населения».

Примечания

1

Впоследствии, утратив демократию, афинский народ будет поступать иначе. Так, философу Деметрию Фалерскому (начало IV в. до н. э.) будет воздвигнуто 365 статуй — по числу дней в году.

2

Он возглавлял карфагенские войска в 1-й Пунической войне, завершившейся победой Рима.

3

В 359 г. Римская империя разделилась на две части — Западную Римскую империю, столицей которой остался Рим, и Восточную Римскую империю (Византию) со столицей в Константинополе.

4

В начале XIX в. пьеса ставилась и на русской сцене.

5

Карл I, император римский, 742–814 гг. Сравнение Петра Великого с Карлом Великим. Пер. с нем. СПб., 1809.

6

Амфитрита — древнегреческая богиня морей.

7

В Кодексе (1804 г.), составившем основу французского гражданского права, введены свобода личности и равенство всех перед законами, веротерпимость и т. д.

8

Выдающийся древнегреческий полководец, изгнанный из Афин и попросивший убежища у своих недавних врагов — персов.

9

В первой мировой войне нападающей стороной в 1914 г. будет Германия, которой после поражения в 1918 г. придется вернуть французам Эльзас и Лотарингию.

Content

Николай Ковалевский
Всемирная военная история в поучительных и занимательных примерах

Предисловие

ИЗ ВОЕННОЙ ИСТОРИИ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА

Война и мир в истории Древнего Египта

Военное искусство Древнего Китая

Из военных преданий Древней Индии

Малая Азия и Древняя Персия

ВОЙНЫ И ПОЛКОВОДЦЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ

От мифов к реальной истории

Начало греко-персидских войн. Мильтиад

Ликург и спартанцы

Продолжение греко-персидских войн Леонид, Фемистокл, Аристид, Павсаний

Борьба Афин и Спарты Перикл, Алкивиад, Ификрат и другие

Агесилай и Эпаминонд Беотийская война

Демосфен и Фокион Греция против Македонии

Победы и поражения Пирра

АЛЕКСАНДР МАКЕДОНСКИЙ И ЕГО ЗАВОЕВАНИЯ

Молодость и первые походы

Походы на Восток

Из жизни Александра

ДРЕВНИЙ РИМ И ЕГО ВОЙНЫ

Рим VI–IV вв. до н. э.

Борьба Рима с Ганнибалом

Сципион и поражение Ганнибала

Марк Катон. Эмилий Павел. Сулла. Красс и Помпей

Юлий Цезарь

Август Октавиан. Антоний и Клеопатра

Императорский Рим I–III вв.

Наступление варваров на Рим. Аттила

ИЗ ВОЕННОЙ ИСТОРИИ РАННЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И «ТЕМНЫХ ВЕКОВ»

Велисарий и Византия

Арабские завоевания

Карл Великий и его империя

Викинги. Вильгельм Завоеватель

Рыцари и рыцарское войско

Крестовые походы

ВОСТОЧНЫЕ ЗАВОЕВАТЕЛИ

Чингисхан — основатель монгольской империи

Неистовый завоеватель Тамерлан

ВОЕННЫЕ РАСПРИ ФЕОДАЛЬНОЙ ЕВРОПЫ

Фламандцы и швейцарцы

Жанна д'Арк и Столетняя война

Италия и Н. Макиавелли Эразм Роттердамский

От рыцарей к наемным армиям

«Священная Римская империя» и Карл V

Испания против Англии «Непобедимая армада»

Нидерландская война за независимость и Мориц Оранский

ОТ ТРИДЦАТИЛЕТНЕЙ ВОЙНЫ 1618–1648 гг. ДО ВОЙН ФРАНЦИИ ЗА СОХРАНЕНИЕ СВОЕЙ ГЕГЕМОНИИ В ЕВРОПЕ

Густав II Адольф, Тилли, Валленштейн и другие полководцы Тридцатилетней войны

Ришелье на службе Франции

Оливер Кромвель и гражданская война в Англии

Тюренн и другие полководцы Людовика XIV

Монтекукколи — полководец и военный теоретик

Принц Евгений Савойский и герцог Мальборо

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОЙН В ЕВРОПЕ И РОЖДЕНИЕ США (XVIII В.)

Шведский король Карл XII

Мориц Саксонский

Фридрих II Великий и его противники в Семилетней войне

Война за независимость в Северной Америке и Джордж Вашингтон

ОТ НЕЛЬСОНА ДО НАПОЛЕОНА. ОТ НАПОЛЕОНА ДО ВЕЛЛИНГТОНА. НАПОЛЕОНОВСКИЕ И АНТИНАПОЛЕОНОВСКИЕ ВОЙНЫ

Адмирал Нельсон — герой морских сражений

Мысли и суждения Наполеона

Первые походы Бонапарта

Триумф и крушение великого завоевателя

Мюрат и другие французские маршалы

Прусские полководцы Йорк и Блюхер

Веллингтон — победитель Ватерлоо

ОТ КРЫМСКОЙ (ВОСТОЧНОЙ) ДО ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Крымская (Восточная) война 1853–1856 гг. и ее полководцы

Гражданская война в США. Линкольн, Грант и другие

Гарибальди и освобождение Италии

Бисмарк и объединение Германии Франко-прусская война 1870–1871 гг.

Первая мировая война в лицах и событиях

Примечания