Ольга Александровна Егер

Даешь молодежь или Не ищи неприятности

Глава 1

Франция казалась привычной и тихой. Слабое солнце пускало блики на каменные мостовые. Согревало слабым теплом туристов на Эйфелевой башне. Они фотографировались и улыбались, восклицая: "Вау!", "Итс инкредбл", "Дастиш фантастишь", и, конечно же, "Едрена вошь, какая ляпотень!". Все эти многочисленные люди жили, погруженные в свои проблемы. Никто из них даже не догадывался, что помимо архитектуры, музеев, хранилищ шедевров искусства, и великолепного шансона, в романтичной стране есть вампиры… и одна украинская ведьма. Отправимся в их логово.

Итак, перенесите свою фантазию в пригород Парижа, где раскинулись владения клана Куран. Там, в личных покоях главы разгорался скромный семейный скандал. Что, в принципе, было явлением привычным и заурядным для отношений ведьмы и носферату.

— Да я по делам еду, а не по бабам шляться! — кричал молодой мужчина, которому на вид и тридцати лет не дашь. Хотя на самом деле ему в этом году стукнуло уже девяносто. Его супруга — девушка, с такой же обманчивой внешностью — стояла у шкафа, наблюдая, как ножницы-самолеты вырезают крестики на любимом пиджаке ее мужа.

— Проваливай! Проваливай! — говаривала она, устав от криков и погрома.

Вампир, выждав секунду, метнулся к ней, обхватил за плечи и прижал к себе.

— Дина, — поцеловал в след старого укуса на ее шее он. — Прошло столько лет, а ты так и не перестала портить мои вещи!

— Даниэль, отстань от меня! — зарычала жена.

— Любимая, мне, правда, нужно быть там. Мортье настроены очень серьезно. Они хотят войны. — Тихо говорил он, словно пытался донести до маленького ребенка суть строения карусели. — Если я не разберусь с этим, то поставлю под удар свой авторитет. И как следствие из этого: тебя и нашу дочь!

— Хорошо, Даниэль, — сдалась она. — Едь!

В благодарность за понимание он поцеловал ее.

— Но скажи своим драгоценным врагам, что если они, — не унималась женщина, — не сдадутся по-хорошему, то тогда придет твоя жена-ведьма и спалит их дома к чертовой матери! О! И чертей тоже приведет!

При упоминании о рогатой братии мужчина едва заметно содрогнулся. Дурацкая привычка супруги чуть что вызывать всякую нечисть приводила в ужас всю общину вампиров.

Мсье Куран переодел пиджак. Остановился у порога и обернулся к жене, задумчиво разглядывающей ножницы.

— Дина, когда я вернусь, дом будет цел? — поинтересовался он.

— Дом? — подозрительно задумалась она, намеренно помедлив с ответом. — Да!

Даниэль только тяжело вздохнул и вышел за дверь, чтобы похвастаться перед своими охранниками модным пиджаком с вырезанным на спине символом Супермена. Дочь, увидев это, сдержала смешок и, чмокнув отца в щеку, проскользнула в комнату родителей, застав маму в весьма ехидном настроении.

— Может, пойдешь на курсы швеи? — хлопнувшись в кресло, выдала восемнадцатилетняя дочурка, унаследовавшая от отца черты лица, и яркие зеленые глаза от матери.

— Дина! — раздался крик с первого этажа.

Через минуту дверями комнаты хлопнул разъяренный вампир, быстро прошагал к шкафу и, пересмотрев все вещи, извлек чудом уцелевший коричневый пиджак.

— И ты хороша, — бурчал он на дочь. — Могла бы и сказать!

— Но ты же, все равно, увидел, — пожала плечами девушка.

Куран быстро переоделся и, поцеловав своих женщин в щеки, умчался.

— Он не помнит о вашем юбилее, так ведь? — мигом сообразила, откуда растут ноги у скандала, дочь.

— Дунь, не береди рану! — огрызнулась мама, упав на кровать. Поклацала ножницами, подумывая, а не сделать ли аппликацию из галстуков.

— И что будешь делать? — прилегла рядом дочка. — Позовешь тетю Римму?

— Дядя Саша запретил ей пить! — вздохнула расстроенная женщина. — А еще и мне лекцию прочитал о том, что телепортироваться в не трезвом состоянии опасно!

— Хи-хи, — рассмеялась Дуня. — Ай-ай-ай! И какой вы только пример подаете детям!

— Вам разве нужен пример? — недоверчиво поинтересовалась мама. — Кто упер в прошлом месяце очень вульгарную скульптуру из Лувра?

— Мама, это был Роден! Ты ничего не понимаешь в искусстве! — обиделась дочь, подумала, подумала и пришла к выводу. — Может, пойдешь с нами в клуб?

— С вами? — задумалась Дина.

— Рене, я и Жени, — пояснила девушка, перечислив имена подруг-наследниц других, дружеских кланов. — Потанцуем.

В одном из самых модных клубов Парижа кутила молодежь. Современные Золушки отрывались по полной, поглядывая на принцев. И расстраиваясь, когда эти принцы посматривали на других кавалеров. Для ведьм семейства Куран здесь было просто раздолье.

— Всегда поражалась твоей маме, — с легкой примесью зависти призналась Дуне Рене. — На дискотеку — запросто. Выпить — без проблем. Почудить…

— Да! Моя маман — крут! — ухмыльнулась немного захмелевшая Дуня, глядя, как ее родительница лихо отплясывает с двумя горячими парнями.

— А как на это реагирует ваш папа? — задумалась более глубокомысленная Жени.

И тут, почувствовав пронизывающий до самых костей сквозняк, Даниэла Куран оглянулась на вход в заведение. У лестницы, в компании своего верного телохранителя (в данный момент, явно молившего бога о спасении души), стоял отец. Его карие, сверкающие в полумраке, глаза отливали красными бликами, выдавая дурное настроение.

— Ой! — проронила Дуня. — Сейчас мы узнаем его мнение… Причем, даже если не захотим.

Как бы она не сигнализировала маме о надвигающейся опасности, старшая ведьма продолжала наслаждаться танцем. Угроза шагала уверенной поступью, и гудящая на все лады толпа, при виде решительного красавца, в миг теряла настрой, грустила и отступала. Даже двое парней, обступивших маму Дуни, исхитрились потеряться где-то в общей суматохе. Сама же Дина увидела супруга только врезавшись ему в грудь в лихом танцевальном па.

— Все! Финита! — заключила девушка, наблюдая за родителями. — Сейчас от клуба останется только пара камней!

— Я без ума от твоего отца! — выдала Жени, глядя на шикарного мужчину.

— Я тоже, — поддержала ее Рене. — Но от мамы!

Дуня уставилась на подругу.

— А что? — не понимала та. — Твоим родителям приемная дочь не нужна?

— Сейчас им нужен психиатр! — заключила Даниэла и подбежала к пестрой парочке.

— Привет, пап! Как день прошел? — хотела отвлечь его внимание она, но отец усиленно сверлил взглядом супругу.

— Домой! — сцедил приказ он, и Дуня, зная мамин характер, взмолилась, чтобы та не сообразила состроить какой-нибудь неприличный жест из пяти пальцев. О том же самом, просил всевышнего телохранитель отца — Кай.

— Как думаешь, обойдется? — шепотом поинтересовалась у него девушка.

— Надеюсь, — устало промычал дядя Кай, и взял управление ситуацией в свои руки. Втиснулся между парой. — Давайте не будем устраивать здесь цирк. Вы можете сломать что-нибудь дома. Я лично попрошу принести вам в спальню набор тарелок. Будете бить их хоть до утра…

— Три набора! — поправила его Дина, и семейка благополучно перебралась в поместье.

В спальне мсье Куран метался из стороны в сторону и орал. Две его дамы сидели на диване, изображая смирение и покорность, что, впрочем, не мешало им уминать поп-корн.

— Как думаешь, он еще долго будет психовать? — посмотрела на часы Дуня. — Я хотела фильм посмотреть.

— Минуты три. Потом поймет, что орал бестолку в звукоизоляции и придется затыкать уши, — навскидку оценила мама. Мужчина замер и обернулся. Поп-корн и купол тишины (которым был временно накрыт глава рода) исчезли, а супруга и дочь, понурив головы, смотрели в пол.

— Вы ничего не слышали, так ведь? — понял вампир, посчитал до трех и выдохнул. — Даниэла, выйди, нам с мамой нужно поговорить!

— Но, пап, это была моя идея, пойти в клуб! — вступилась дочь. Стоило отцу один раз рыкнуть, и она все же покинула родительские покои. Но пристроилась у двери, подставив ухо к замочной скважине. Трижды выругалась, перед тем как проколупать дырочку в маминой магии.

— Я думал, после рождения ребенка, ты изменишься! — кричал отец. — А ты ведешь себя, как подросток. Иногда, я даже не могу понять, кто с кого берет пример! Она становится точно такой же, как ты! Взбалмошная, вспыльчивая, непокорная!

— И что ты хочешь сказать? — злилась мама. — Если чем-то не доволен, значит вини себя в этом. Не надо было спасать меня, влюблять в себя. И вообще, стоило отдать меня Вове!

— Дура! — зарычал отец, схватил ее, сжал в объятиях, пряча лицо в ее волосах. — Я ни за что и никому тебя не отдам! Я смертельно люблю тебя….

Он процитировал стихотворение поэта Жака Превера. Отец так делал всегда, когда хотел признаться жене в своих чувствах, задобрить ее или успокоить. Дуня слышала это стихотворение много-много раз, вместо колыбельной.

— Тогда к чему эта ссора? — спросила мама, поддавшись на уловку.

— Прости меня, — попросил он и поцеловал ее. — Я помню о юбилее. Просто из-за проблем… Еще и Патриция сказала, что…

Он прошептал новость на ушко супруге и Дуня, как бы не напрягала слух, услышала только мамино высказывание:

— Если она так сказала, то надо!

После чего подслушивать родителей не имело никакого смысла: они переместились в другую комнату, к кровати. А следующим утром Дуня, она же Даниэла Куран, получила ответственное задание найти некий загадочный вампирий камень.

— Кошечка, — обратилась мама, целуя ее в лоб. Дуня тут же воспротивилась. Возмутилась, мол, можно обойтись и без всех этих соплей при посторонних. Отец только посмеивался, обнимая жену за талию. Девушка смотрела на них и думала о том, что когда-нибудь хотела бы вот такого счастья — быть для кого-то настолько ценной и важной, любимой, как мама для отца.

— Все будет хорошо! — буркнула Дуня, сдерживая слезу от накатившей тоски.

— Ладно, — кивнула Дина. — И пе…

— Тетям и дядям передать привет! Я помню. — Перебила дочь. — Все, мы пошли!

Под "мы" подразумевались Даниэла Куран — наследница самого сильного французского клана, — и Жан — отпрыск бывшей личной наложницы главы Курана, а так же его личного телохранителя. Дети отсалютовали родителям и развернулись к выходу в терминал. Парень предложил свою помощь, перехватив у девушки сумку.

— Я смотрю, яблонька от яблоньки… — подметила Дина, отпустив ехидный взгляд блондинке, спрятавшейся за плечо Кая. Та сразу покраснела. Муж обнял ее и укоризненно посмотрел на ведьму. Отношения бывшей любовницы и обожаемой жены так и не сложились.

— Дин, ты не волнуешься? — Заговорил Даниэль Куран, обнимая свою вторую половину и следя за передвижением дочери.

— Она уже взрослая! — возразила жена. — К тому же, за ними присмотрят. Димка с Дашкой сейчас стражи. А Сашка шалить не позволит.

— Я не об этом. Ты не волнуешься за целостность родного города? Все-таки компания подберется та еще. Вспомни, что вытворяли вы, то есть мы. И представь масштабы катастрофы, которую могут устроить наши дети…

Слова мужа растревожили ведьму.

— Зато Франция немного отдохнет! — брякнула Элен, жена Кая.

— Ну… — многообещающе протянула Дина, помахав рукой двум близняшкам с чемоданами.

— Кошмар! — вздохнул телохранитель. — Слет ведьм.

— Это что, обмен? — нахмурился Куран. — Двое туда, двое оттуда? Ты меня предупредить не хотела, когда приглашала к нам гостей?

— Ой! А я думаю, что забыла-то?! — стукнула себя по лбу ведьма, лукаво усмехнувшись. — Ты все равно постоянно в делах, тебя дома нет, вот я и попросила Жанну с Люсей прилететь.

— Хорошо, хоть Риммы здесь нет… — проронил Даниэль и вовремя поймал подло отвисшую челюсть, когда увидел лучшую подругу жены.

— Кай, — обратился глава клана к своему верному помощнику. — Спиртное из погреба…

— А так же из маркетов двух ближайших округов, — вздохнул хранитель. — Уничтожить. Я понял!

Глава 2

Частный домик на окраине Донецка в Украине, не шел ни в какое сравнение с родительской резиденцией во Франции. Тем не менее, был очень дорог властному вампиру и его ведьме. Теперь эта недвижимость перешла во временное пользование молодому поколению. Дуня открыла дверь в небольшую спальню и остановилась у широкой кровати.

— Это здесь твои родители тебя заделали? — ляпнул компаньон девушки и получил подзатыльник.

— Не смей! А то я сейчас припомню, в каких дебрях сделали тебя твои! — рявкнула на него Дуня. — Если ты меня на два года старше, это еще не значит, что ты можешь разговаривать со мной в таком тоне.

Жан обиделся. А девушка бросила сумку и задумалась, стоит ли селиться в обители родительских интимных воспоминаний. Скривилась. Однако ютиться на диване не отважилась. Так что она оставила чемоданы в уютной синей спальне.

В двери постучали, и Дуня рванула открывать, догадываясь о персоне гостя. На пороге стоял парень с такими же зелеными глазами, как у нее. Улыбался и ждал, когда его обнимут.

— Пельмень! — вопила радостная Дуня, болтая ногами на весу, когда старший брат, он же кузен, поднял ее над полом.

— Привет! Вема звонила, сказала, что отдала вам ключи от этого дома. — Пояснил свое появление он.

— И, естественно, просила присмотреть! — отодвинулась девушка, рассмотрела брата со всех сторон. — А ты ого-го! Сколько покалеченных сердец?

— Ни сколько! — смущенно опустил глаза парень, и поздоровался с выглянувшим из глубины дома Жаном. — Так чем займемся?

В другом доме, на противоположном конце города, в книжном зале сидел светловолосый молодой полукровка. Он читал уже третий исторический трактат. Читал вдумчиво, сосредоточенно, стараясь по возможности прогнать мысли, полные желания отлупить одну несносную девицу. А она развлекалась, как могла: сначала дергала его за рукав рубашки, потом орала в самое ухо, затем подумала минуты три (за четыре часа это краткое мгновение идеальной тишины!), и прибила края его штанов к полу, после чего имела наглость поинтересоваться: "Может, прогуляемся в центр?".

— Аля неужели тебе больше не кого доставать? — отвлекся от чтения парень.

— Макс, ты один остался! Дедушка занят, мамы уехали, отец опять слинял… — ныла она, пока парень выдергивал гвозди из пола.

— Почему ты с ним не отправилась? — это был риторический вопрос, но ответ удалось услышать моментально.

— Кладбище — это о-ооочень весело! — пропела девушка, закатывая глаза.

Макс вспомнил единственный пикник, устроенный отцом Алины, старейшим некромантом: танцующие трупы, запах гнили, скрип костей… В общем, такое врезается в память на долго. И он пожалел оставленную всеми девушку.

— Хорошо, куда ты хочешь сходить? — отложил книгу он.

— В кино! — воспряла духом Аля.

Макс воздел глаза к потолку, услышав:

— Там сейчас показывают новый ужастик "Части тела"!

"Чего и стоило ожидать от дочери некроманта!" — подумал парень.

— Маньяки, море крови?.. — выдохнул он, направляясь к себе в комнату. Аля следовала за ним. — Не слишком хороший выбор партии. Подобные картины вызывают в вампирах голод! А если я захочу есть?

Девушка захихикала.

— Я с удовольствием позволю тебе себя укусить! — приостановилась и, ухватив парня за локоть, заглянула ему в глаза. — Обещай быть нежным!

— Извращенка! — резюмировал Макс, разжал ее пальцы и захлопнул дверь собственной комнаты перед носом девчонки.

Фильм, где кому-то постоянно что-то отрывают, Макс пережил вполне достойно. Есть впрочем, захотел. Ведь было около десяти вечера, и ужин ребята пропустили. Але удалось уболтать кузена заглянуть в одно заведение… Как? — Она сканудила всю дорогу до бара и трижды, уподоблялась лешему, путая парня. В итоге, они оказались в самом центре пьяного веселья в местечке, именуемом "Веселый байкер".

— Пиццу. Большую! — потребовала Аля. — И виски!

— А вы уже совершеннолетняя? — поинтересовалась официантка.

Алина состроила глазки — в смысле, просто загипнотизировала девушку. Та, кивнула, и исчезла за барной стойкой. Макс со скучающим видом таращился в экран монитора. Показывали какой-то научный канал.

— О! И я так хочу! — воскликнула рядом с ним Аля, глядя на девушку, отплясывающую на стойке около музыкантов. Она раскачивалась в такт роковой мелодии, соблазнительно виляя бедрами.

Что о ней можно было сказать? Красивая! Длинные, стройные ноги, узкая талия, аккуратная грудь, длинные темные волосы, цвета шоколада, строгие черты лица, манящие к себе губы (верхняя капризно выступала над нижней). Но в зале присутствовали и более привлекательные особы, поэтому Макс не стал зацикливать внимание на слишком раскованной барышне.

— Боюсь, дедушка не одобрит твой выбор профессии! — проговорил он, отворачиваясь от танцующей нимфы.

— Чего? — не поняла Аля.

— Я говорю, Карлу не понравится, если его любимая драгоценная внучка станет стриптизершей.

— Придурок! Я танцевать так хочу! — и, не дожидаясь дальнейших комментариев, она залезла на стойку, присоединившись к легкомысленной незнакомке.

Обычно Алине сложно было найти общий язык с другими нормальными представителями общества. Однако, танцующая на стойке девушка, оказалась явно из иной категории, потому что с дочерью некроманта она на удивление быстро спелась и сплясалась.

— Аля! — через полчаса, съев пиццу, решил вмешаться Макс и потянул двоюродную сестру за ногу, уговаривая слезть со стойки. — Пошли домой.

— Макс, не будь занудой! Дай мне повеселиться! — отпихнула его от себя несносная девица.

— Он к тебе пристает? — поинтересовалась напарница по веселью у Али и стрельнула в парня хищным взглядом из примеси надменности и брезгливости. Макса это задело.

— Нет, он… — махнула рукой Аля, и что-то зашептала на ушко незнакомке.

Девушки рассмеялись.

— Алина! Пора бы научиться выбирать себе подруг! — разозлился в край парень. — Стриптизерша из байкерского бара — плохая компания!

— Что? — возмутилась вышеуказанная, игнорируя дикий смешок новообретенной подружки. — Это ты о ком, засранец?

Чтобы поставить его на место, эта девица еще и ногой пнула его в плечо. Макс хотел было вступить в продолжительный спор, переходящий в оскорбление личности, как его оппонентка сверкнула глазами. Сначала зелеными бликами, а потом покраснели, словно у вампира. Макс опешил, не понимая, кто перед ним. Вампирша? Ведьма? Кто?

— Данька, слезай! Пошли на воздух, а то твоему телохранителю дурно! — протиснулся к ним молодой человек, в котором Макс признал старого друга, Митю.

— Опа! — выдал темноволосый, пожал руку блондину. — Макс! Что ты здесь делаешь? Ты же терпеть не можешь подобные заведения.

— Аля притащила, — пожаловался парень и бросил взгляд на смолкшую незнакомку. — Ты ее знаешь?

— Еще бы! — усмехнулся Митя. — Это моя сестра! Дуня. Из Франции сегодня прилетела.

— Дуня? — покосился на нее парень.

— Для тебя мадемуазель Даниэла! — фыркнула девица и потребовала от старшего брата, переместить ее со стойки на пол. Митя протянул руки, но тут перед ним влез еще один парень. Хмурый и весьма не трезвый.

— Сам! — брякнуло с акцентом новое лицо и полезло к девушке. Та смешно дернула курносым носом.

— Руки прочь от моего тела! — выдала Дуня и самостоятельно спрыгнула на пол, как кошка. Осмотрела не состоявшегося помощника. — У-у-у, миленький, да тебе действительно на воздух пора!

— А я о чем! — хмыкнул Митя и вся компания выбралась на улицу.

Макс более внимательно приглядывался к сестре товарища. Алина же прилипла к этой Дуне, как к родной. Брат начал опасаться, как бы кузина не решила избрать ненормальную иностранку своим идолом поклонения.

Девчонки, обнявшись, брели впереди и горланили услышанную в баре песню. Чем привлекли внимание здоровенных парней в кожаных куртках.

— Она действительно твоя сестра? — уточнил Макс.

— Даже не сомневайся! — гордо вскинул голову Митя. — Копия моей Вемы. Чокнутая, взбалмошная. Короче, магнит для неприятностей.

Только он договорил это, как девушек окружили парни на мотоциклах. Дуня надменно глядела на байкеров, а потом заверещала "Владик!" и, сиганула на заднее сидение черного мотоцикла, обхватив крепкого длинноволосого брюнета за торс.

— И я хочу! — повторила ее подвиг Аля, прыгнув к другому байкеру на мотоцикл, не обратив внимания на приказ ответственной троицы: "Стоять!".

Дамы укатили, а их братцы остались на месте, не веря собственным глазам.

— Если с Алей что-то случится, я с твоей сестры шкуру спущу! — пообещал Макс.

— Держи карман шире! — фыркнул Митя.

— … - выругался на французском Жан, и помчался вдогонку.

— Не знаю о чем он, но абсолютно с ним согласен! — поддержал Макс, срываясь с места.

— Данька, какими судьбами? — перекрикивал ветер Владик, мча по дороге на полной скорости.

— Родители отправили, — пояснила девушка.

— Ничего, твоей скучно не будет. Моя к ней поехала! — обрадовал парень.

— О! — вздохнула Даниэла. — Папа будет счастлив. Могу поспорить, что его парни уничтожат все спиртное в округе!

— Думаешь, им поможет?

— Неа! Ты же знаешь наших мам! — хихикнула девчонка.

— Влад, — объявился рядом Митя, скользя в воздухе. — Тормози!

Байкер ухмыльнулся, что означало "А не прибавить ли нам газу?!". Крепко сжавшая его талию девушка, была не против, и, как истинная ведьма, заливисто расхохоталась.

— Дуня не смей! — рявкнул брат, но мотоциклы уже оторвались от земли, взмывая в ночное небо клином стальных птиц. Они летели в лучах луны, и громовое урчание моторов перекрывал только смех сумасшедшей молодой ведьмы.

Вампиры летать не умели, поэтому остались на земле, свирепо клацая зубами. Макс бесился и из солидарности выучил целых три ругательства на французском. Жан оказался прекрасным учителем.

— Я знаю, где они приземлятся! — успокоил их Митя и повел к полю за чертой города. Там уже во всю гудело веселье. Горел костер. Играла музыка. Дурными мужскими голосами орали песню о беспечном ангеле. И две ведьмы предавались ночному безумию в самом центре хаоса. Причем весьма сладкому безумию, ведь девушки наслаждались поцелуями байкеров.

— Аля, твою мать! — выругался Макс, за косу оттягивая девушку от едва знакомого парня. Тот разозлился, вскочил со своего мотоцикла и за какую-то долю секунды перекинулся в здоровенного волка.

— Оборотни! — оскалился Макс, и его рычание поддержал Жан.

Намечалась серьезная потасовка. Но между враждующими сторонам встала ведьма.

— Эй! Мальчики, не сходите с ума! — примирительно улыбалась, шатающаяся и икающая зеленоглазая. — Аленькая, ну отправь ты своего занудного брата домой!

— Ах ты… — вышел из себя "занудный брат" и высказал все, что думает о конкретно взятой иностранке, и методах ее воспитания. Слушая эту тираду, Митя стоял в стороне и терзался над дилеммой: вроде бы за оскорбление родственницы стоило бы накостылять зарвавшемуся другу по шее, и плевать на товарищеские отношения, а с другой стороны, вампир, как бы прав — Данька иногда просто невыносима!

Ведьма тем временем совершенно спокойно выслушала о себе далеко не новую информацию и воспользовалась маминым безотказным заклинанием:

— Чьерт побьери! — растянув на наглой физиономии гаденькую ухмылку, проронила она.

— Что? — переспросил Макс.

— Что слышал, милок! — ответил вместо девушки кто-то другой, положив тяжелую руку на плечо парня. — Ну, че? Пойдешь с нами?

Рогатый здоровенный бес устало подмигнул Максу.

— Зачем? — поинтересовался он.

Черт почесал бороденку и сам задумался.

— Действительно, Дуняш, ну, вы с маманькой нас откровенно замотали уже. Этого то за что? Нормальный пацан же. — Бурчал старый бес. — Дайте передохнуть, что ли!

— Передохнуть? — деловито скрестила руки на груди Даня. — Запросто! Присоединяйся, дядька Фока. Парни, наливай!

— Знаешь что, милок? — обратился к шокированному парню черт. — Проще слиться с толпой и не противиться. Уж поверь, их дурной характер не переделаешь. Хотя, мамку ее удалось только одному вампиру приручить. Ты тоже могешь попробовать!

Макс фыркнул. Отвлекся и не заметил, как его сестрица удрала в общую компанию. Парню пришлось прислушаться к первой части совета, отпущенного бесом — поддаться веселью.

Глава 3

На второй день прибывания в родной Украине юная Даниэла Куран проснулась в объятиях двух красивых парней, отличающихся и внешностью и характерами, как день и ночь. Один грел ладошкой ее левую грудь, второй — правую. Дуня уже три минуты пыталась припомнить, чем закончился вечер встреч с друзьями детства. Она еще раз осмотрела сначала светловолосого вампира, потом темненького оборотня, и четко восстановила в памяти, как эти двое клятвенно грозились пришибить друг друга, ну и ее за компанию.

"Выходит, таки помирились!" — подумалось ей.

Дуня аккуратно выползла из-под загребущих лап мужчин на пол. Открыла дверь и, оставив парней наслаждаться сном в исключительно мужской компании, выскользнула в другую комнату. А там, в обнимку, дремали на диване Жан с Алей. На кухне гремел посудой Митя.

— Эм, че вчера было то? — допытывалась сестра, взгромоздившись на стол около плиты.

— Позволь на правах твоего старшего брата сказать, что я твое поведение не одобряю. — Начал воспитательный процесс Митя, одновременно готовя завтрак для честной компании. — Думаю, Даниэль был бы просто взбешен!

— Ну, ты же ему не скажешь? — похлопала ресничками Дуня.

— Я - нет. Но твой охранник… — сделал многозначительную паузу Митя, чтобы девушка прочувствовала всю важность момента. — На Жана тебе надо как-то повлиять.

— Ой! — драматично всплеснула руками она. — Охранник. Да его самого защищать надо! Ничего он не расскажет! У меня на него столько компромата имеется! Я его клыки из таких передряг вытаскивала, что подумать страшно. Вот в прошлом году, к примеру. Еще и всю вину на себя взяла. Как полная дура оправдывалась.

Она слезла со стола и изобразила святую невинность.

— Почему я оказалась в спальне госпожи Сюзон? Так она мне обещала дать почитать свою электронную книгу! Что? Почему в три часа утра? Не терпелось почитать. Тяга к знаниям, что поделать?! Почему у меня в руках ее нижнее белье? Ну, так, — шаркнула ножкой Дуня, — возвращаю. Поносить брала… Тебе смешно, а этот дебил сидел под кроватью все это время. И когда папочка госпожи Сюзон унюхал его, выполз с таким видом, будто искал врагов в пыли. Благо, все были настолько ошарашены моим одалживанием трусов госпожи Сюзон, что расстегнутые штаны Жана никто не заметил.

Митя от души расхохотался.

— А ты по-прежнему паинька-мальчик! — выдала утреннюю порцию колкости сестра. — Был бы ты их сыном, такого, как с Жаном и со мной, не случалось бы. Ты б, наверное, повсюду ходил с папенькой…

Парень нахмурился и замолчал.

— Ну, прости, — извинилась Данька, и полезла обниматься. — Почему ты не переехал к нам? Они бы обрадовались. Ты же знаешь, как они тебя любят.

— Дань, у меня вроде тоже есть мать, — неуверенно пробормотал парень. — Хотя иногда мне кажется, что я мешаю их нормальной жизни. В Ваньке, моем брате, магии ни капли и он так счастлив! Витя, отчим, с ним и на рыбалку, и на футбол. А я чувствую себя рядом с ними белой вороной.

— Так слинял бы к нам! Папа тебя итак любит. Знаешь, сколько я наслушалась о тебе от него! А мама…

— Да-да! Она и моя мама тоже, в какой-то степени. Ведь отдала мне часть себя, когда я умирал. Если б не ее колдовство, меня бы не было на свете. — Вздохнул Митя, оставив омлет и обняв крепче сестрицу. — Даниэль с Диной так и ссорятся?

— Ага. Но так же быстро мирятся. Ты же их знаешь. У нас всегда дом на ушах стоит. Магия кипит. Вампиры от нас бегают. Переезжай к нам! Будет весело! Мы с тобой этих клыкастых погоняем! — уговаривала она.

— Ты все никак не забудешь тот инцидент? — догадался Митя, и Данька тут же вернулась на стол.

— Хватит о грустном! Давай лучше западлянку сделаем!

Вооружившись фотоаппаратом, двое заглянули в спальню и запечатлели таинство единения враждующих рас — оборотня и вампира. Вспышка камеры мигом пробудила обнимающихся парней. Зашипев друг на друга, они резко отодвинулись и сели на кровати.

— Ну-с, господа, рассказывайте, как вы очутились в моей постели! — потребовала ответа девушка.

— Он грозился тебя загрызть, — припомнил Влад, ткнув пальцем в Макса. — А я тебя охранял.

— Ага, — согласился Митя. — Влад принес тебя, сгрузил на кровать, а потом они играли в гляделки — кто первый уснет. Учитывая, насколько оба были пьяны, то тебя они могли только слюной покрыть. Короче оба и уснули. Вставайте, завтракать!

После легкого перекуса Макс схватил Алю и утащил домой. Сестра упиралась и ревела, цеплялась за порог дома ногтями. Данька что-то шепнула ей и девушка успокоилась. Подмигнула и ушла.

— Что дальше делать будем? — задумался Митя. — Я, зная, что ты приедешь, взял отпуск. Так что свободен, как ветер.

— Отлично, — потерла ладошки девушка. — Тогда идем к твоим в гости, потом к дяде Саше, а потом в библиотеку!

— Зачем? — в один голос спросили Влад и Митя.

— Надо добыть кое-какую информацию!

В доме было непривычно шумно. Аля ломилась в двери брата, требовала открыть, а Макс пытался проигнорировать ее и поспать нормально, в собственно постели. При этом, желательно, выбросив из головы мысли о французской сестре друга. Парень примостил голову на подушку, но тут же сморщил нос. Понюхал руку. Скривился.

— Нет, придется хорошенько помыться, чтобы стереть с себя ее запах! — пришел к выводу он, и задался вопросом, как его угораздило отключиться рядом с ней.

— Макс открой! Мне нужно тебе кое-что сказать! — требовала кузина, тарабаня в двери чем-то тяжелым. Как выяснилось, стулом. Аля поставила его на пол, когда брат распахнул двери и зашипел, чуть не схлопотав по лбу деревянной ножкой.

— Сила есть, ум отсутствует! — оценил Макс, впустил девушку в комнату. — Что ты хотела сказать?

— Ты кретин! — выдала Аля.

— Польщен, — кивнул Макс, и указал на двери. — Если это все, то иди к себе, а мне дай отдохнуть.

— Нет. Не все, — не унималась она. — Дебил, слепандя, придурок!

— Ого! — вошел в комнату отец парня, красивый блондин, вампир и просто один из наследников единственного в здешних окрестностях клана носферату, которым в данный момент управлял некий Карл. — Какой повод для ссоры на этот раз?

— Дядя Юл, — взвыла Аля и бросилась к мужчине ябедничать, в то время, как Макс успел только рот раскрыть. — Он меня обидел!

— Не правда, — открестился парень.

— И чем? — на всякий случай, старший решил узнать суть проблемы.

— Он не дает мне с подругой общаться! — завопила с новой силой Алина.

— С подругой? — глаза дяди Юла расширились. Подруга для дочери некроманта — явление редкое. Удивленный мужчина повернулся к сыну, молча интересуясь, зачем и почему его отпрыск портит такую замечательную возможность сбагрить шумное создание на чужие плечи.

— Пап, — выдохнул Макс. — Ведьма, которая пьет наравне с бесами, и не понимает, когда нужно остановится, творит неизвестно что и, вообще, понятия не имеет, что такое "нельзя" и "достаточно!" — не лучшая кандидатура для Алины! Представляешь, чему она ее научит?

Юл задумался. Сын был прав. Но все плохое, что только можно было почерпнуть от общения с колдунами и прочими, Алина уже получила от собственного отца — любителя кладбищ и общения с трупами.

— А что у нас в городе объявилась новая ведьма? — не принимая ни одну сторону противоборствующих детских сил, спросил вампир.

— Приехала сестра Мити из Франции, — поделился новостью парень.

— А! Так это с Даниэлой ты подружилась? — понял отец.

— Она такая классная! — восторженно нахваливала новую знакомую Алина и приплясывала от счастья вокруг мужчины.

— Так пригласили бы ее к нам. Думаю, дедушка Карл и бабушка Ирина хотели бы тоже с ней познакомиться, — предложил он.

— Пап! — не поверил собственным ушам Макс. — Ее не будет в нашем доме! Я сказал!

— Но… — успел проронить родитель.

Сын уже не слушал. Он развернулся ко всем спиной, и зашагал в ванную.

В самой большой библиотеке города можно было найти книги и информацию на любой вкус. Люди разных поколений приходили сюда. Молодые садились за компьютеры и читали с экрана. Старшие отдавали предпочтение шуршащим источникам знаний, и часами просиживали за столами, согнувшись над томиком какого-нибудь интересного издания. Однако лишь трое посетителей отважились заглянуть в глубь хранилища прошлого и настоящего.

— Ну и где эта мерзость? — оглядев помещение, уставленное стеллажами с древними книгами, спросила Даня.

— Я попросил бы!.. — грозно прозвучал голос заведующего знаниями в библиотеке — книжного червя.

— Ну, простите, — склонилась в реверансе Даниэла перед магическим созданием, разлегшимся на обложке здоровенного обветшалого словаря. — Эй, наживка, будь так любезна, поделись с нами кое-какой информацией.

— "Правила поведения в обществе". Третья полка. Оранжевый корешок. — Выдал книжный червь, чем сбил гостью с толка. Она на мгновение задумалась, зачем ей предложили отыскать вышеуказанный учебник. Митя рассмеялся и ступил на шаг ближе к древнему существу.

— Прости, — заговорил он. — Нам очень нужна любая информация о вампирьем камне.

— А мне отпуск не помешал бы! — огрызнулся червь, косясь на наглую ведьму. — Пусть попросит, как подобает!

Влад и Митя посмотрели на Даню. Понимая, что кроме, как у подозрительного вида создания помощи больше ни у кого не выпросишь, девушка опустила голову и проронила:

— Помогите нам, пожалуйста!

— Ну как-то по-детски! — съязвил червь.

Даня топнула ногой, стрельнула молнией из пальца в стол рядом с червем и, попросила по-взрослому:

— А не соблаговолит ли любезный, червячок-мужичок, выложить нам все, что знает о вампирьем камне?

Хранитель молчал. Думал.

— А вам зачем? — спросил он. Даня взбесилась. Митя вовремя поймал ее за локоть, чтобы не дать девушке поиграть в кулинаров. Ведь сестра явно собиралась сделать из червя кашу.

— Нам очень нужно его найти, — ограничился коротким объяснением ведьмак.

— Очень-очень, — уточнил хранитель. — Ничего не знаю!

И Дуня разбушевалась. От ее дурного настроения книги и бумаги в маленьком помещении подлетели с полок, закружили в маленьком ураган.

— Угомони ее! — требовал червь.

— Если ты ничего не знаешь, чего тогда нам нервы трепал? — вступился за Дуню Влад.

— Ну, надо же мне хоть как-то развлекаться… — заявил хранитель. — Сходите к моему старшему брату.

— Влад, выведи ее отсюда, — передал сестру оборотню Митя, и как только, девушку обезвредили, поймал вихрь за хвост. Ловко им потрусил, и все вещи вернулись на свои места.

— Не приводи ее больше сюда! — потребовал червь.

— А что мне за это будет? — тут же отыскал выгоду для себя парень.

Книги, журналы, связки газет. И тишина! Последнее радовало молодого вампира куда больше прочего. Макс настолько примелькался в цитадели знаний, что ему дали право блуждать в старом хранилище, куда он обычно сбегал, когда дома его совсем уж доставали. Брал первую попавшуюся книгу, садился в кресло и читал.

Сегодня он стоял у полок, вел пальцем по корешкам, бегло просматривая названия, и вспоминал, что уже держал в руках и изучил, а что ему не попадалось. После долгих минут выбора, остановил выбор на поэзии. Нельзя сказать, нравились ли парню стихи. Он не особо запоминал слова, не испытывал прилива эмоций, читая. Просто так убивал время.

Раскрыв книгу Макс, сосредоточился на первых строчках и хотел присесть в истрепанное кресло. Но в попытке сделать шаг, хлопнулся на пол, запутавшись ногами в собственных штанах. Одежда непонятно каким образом сорвалась с бедер, словно пуговица отлетела и ремень порвался. Упав, парень произвел не только громоподобный шум, но и фурор среди скромных работниц библиотеки. Заглянув в комнатку, девушки радостно и смущенно улыбались. Конечно! Ведь у их ног лежал, хвастая синими борцовками, начитанный, умный, принц… Начитанность проявилась сразу же в двух метких, но не печатных словах.

— Максим, вам помочь? — подбежала к нему молоденькая библиотекарша.

— Спасибо, не надо! — сцедил парень сквозь зубы.

— Хорошо, хоть трусы чистые!!! — расхохотался кто-то поблизости и вампир мигом определил, где прячется источник его несчастий. Источник тоже понял, что его обнаружили, хихикнул ведьминым ехидным голоском, и помчал по коридору в общий зал, чтобы там затесаться среди посетителей. Макс вскочил на ноги, подтянул штаны, затянул ремень, и дал самому себе обещание, поймать иностранную заразу, придушить, запихнуть в маленькую коробку и отправить обратно, как посылку. Та, с кем он хотел все перечисленное сделать, была категорически против, хоть и не знала о намерениях парня.

Девушка пробежала через общий зал, не попав в руки даже матерым бабушкам, сторожам покоя и тишины. Выскочила на улицу. А на пути Макса возник оборотень.

— С дороги! — потребовал вампир, не контролируя эмоций и выпустив клыки.

— Только тронь ее! — пригрозил Влад, замахнулся, и… в следующую секунду прокатился на заднице по мраморному полу, заехав таким чудным образом в магазинчик. — Добрый день!

Подмигнул продавщице парень, "припарковавшись" у самой витрины.

— Красивые ножки, — ухмыльнулся оборотень, и поднялся, чтобы продолжить беседу с вампиром. Но на выходе, его остановил Митя.

— Не сходи с ума! — сердился ведьмак. — Помни! Мы среди людей, которые ничего не знают и не должны знать.

— Поздно, — огляделся по сторонам Влад.

Вокруг собиралась толпа. Посетители библиотеки перешептывались, делясь впечатлениями об увиденном чуде и, обсуждали, что придало блондину такую силу: адреналин, мутация или спорт.

— Блин! — выругался Митя, прикрыл глаза, потер ладоши и прошептал заученное наизусть латинские заклинание, давным-давно буквально вдолбленное магом по имени Александр, который, по совместительству, являлся отцом оборотня.

Макс шел по улице, как ищейка, ориентируясь исключительно на нюх и слух, потому что глаза его уже давно обманывали. Точнее его глаза были обмануты ведьмой, напустившей на парня дурман. Каждый третий прохожий представлялся ему Даниэлой Куран. Сама же коварная девица стояла за поворотом дома и посмеивалась, наблюдая за вампиром. А потом он ее нашел, и погоня с препятствиями продолжилась. Не на долго. На этот раз Макса задержали проблемы с обувью — подошва кед прилипла к асфальту. Но парень настолько сердился, что и это его не остановило! Дальнейшую стометровку он преодолевал босиком.

— Дуня, привет! — выпрыгнула из троллейбуса Аля, и обрадовавшись встрече с подругой, побежала следом за ней, подстраиваясь под ее шаг. — Что ты здесь делаешь?

— А бегаю, Аленькая, — посмеивалась, но не сбавляла скорость ведьма, только усиливая бег магией.

— Форму поддерживаешь?

— Да. Форму лица твоего брата. Смотри, как скалится! — смеялась француженка, остановившись лишь за забором кафе.

Алина выглянула и чуть не подавилась от смеха, обнаружив разъяренного, свирепого, рычащего от усталости братца. Истрепанного, босоногого, грязного и постоянно подтягивающего штаны.

— Ого! — присвистнула Аля, предпочтя спрятаться, чтобы не попадаться Максу на глаза.

— Да! — радовалась запыхавшаяся Дуня. — У него такая физиономия уже минут двадцать. Поморочим его еще немножко?

Она подмигнула подружке и это стало началом кошмара для вампира, потому что девушки затеяли игру "Два леших на одного дурака": путали дорожки, исчезали, примеряли образ Даниэлы к столбам, об которые Макс дважды едва не обломал клыки, норовя вцепиться в невидимое горло. И вот, ему повезло. Он зафиксировал цель, прыгнул на нее и клацнул зубами в миллиметре от артерии, когда услышал:

— Охренел? Очнись, кретин! — совсем по-мужски пробасила ведьма.

Вампир проморгался. А жертва, желая облегчить ловцу работу, съездила ему по лицу. Помогло. Макс, наконец, смог отличить морок от реальности и увидел сквозь развеивающуюся дымку зеленоглазой девицы курносого товарища.

— Митя? — пришел в себя он, и сделал вполне ожидаемое признание. — Я ненавижу твою сестру!

— Макс, послушай меня! — еще раз грубо встряхнул его ведьмак и очень громко, на всю улицу прокричал. — Бросай пить! Совсем уже одичал. На людей бросаешься. Вот, что с людьми водка делает. Тебя скоро кодировать придется.

Потом придавил его, положив, казалось бы, непомерно тяжелую руку на плечо и повел, приговаривая гипнотическим голосом.

— Ну, девчонка балуется, играет с тобой. Не понимаешь, что ли? Ты же старше, и мужчина. Ты должен быть умнее, прозорливее и спокойнее. Не ведись на ее шутки…

Макс понимал, что над ним колдуют, что Митя занимается внушением. Он считал это нечестным, но уже ничего не мог поделать. Его клонило в сон.

Глава 4

Место встречи: кованая беседка в парке позади здания суда. Молодые люди, фотографирующиеся в ней и рассказывающие друг другу анекдоты, ничем не отличались от остальных нормальных членов социума. Это если не прислушиваться к их словам.

— И тут папа приложил его по лбу так, что у него череп рассыпался, — делилась впечатлениями о пикнике с родителями на кладбище Алина. — Пришлось его заново хоронить. Но папа успел к бутербродам!

— Какая прелесть! — ужаснулась Дуня, радуясь тому, что ее родители самые обыкновенные ведьма и вампир, и пикники (если они случаются, а были они всего три раза) проводились по старинке, на природе среди деревьев, а не гробов и памятников.

— Бедная, — покачала головой девушка. — Такое тяжелое детство…

— И брат козел! — поддержал ее Влад.

Алина раскрыла рот. Она вовсе не считала свою жизнь сложной, да и брата любила. Она вообще впервые увидела его взбешенным. Обычно он спокойный, как сытый удав. И тут ее заинтересовало кое-что.

— Дань? — начала она, шаркнув ножкой, и заранее зная, что ответят. — А тебе мой брат нравится?

Даниэла и Влад синхронно подавились протестом. Оборотень даже похлопал девушку по спине, чтобы она откашлялась.

— Скажешь тоже! — бурчала девушка, а потом выровнялась и подмигнула. — Нравится! Еще и как. А если он будет подальше от меня, может даже влюблюсь.

— Привет, детишки! — к маленькой компании подошли двое взрослых. Мужчина и женщина. Они держались за руки, и выглядели безумно счастливыми.

— Тетя Даша! — повисла на шее колдуньи Данька. — Мама просила передать вам привет!

— И где он? — осмотрел девушку мужчина, даже по карманам ладонью ударил, убедившись, что те пусты.

— Очень смешно, дядя Дима, — съязвила ведьма.

— Ничего подобного, — отмахнулся тот. — Ты разве не знаешь, что к Судье с пустыми руками ходить нельзя?

— Ой! — опомнилась иностранка.

— Ничего, я взял кое-что интересное для него! — вовремя подоспел Митя, похваставшись флешкой.

— Где ты был? Мы тебя уже час здесь ждем! — напустилась на него сестра.

— Дунь, если в следующий раз увидишь Макса, притворись, что его нет, что ты слепая. Короче не трогай его! Он из-за тебя какой-то слишком нервный стал. Ты моему другу нервы серьезно портишь. — Решил воспитать младшую Митя.

— А по-моему у него и до Даньки нервы ни к черту были, — влез в их разговор Влад.

Митя непроизвольно зашипел. Сестра и оборотень растянули на наглых физиономиях ухмылки. Вид у обоих был: "Мы ничего не брали, ничего не видели, ничего не слышали и никого не трогали, и вообще только разминаемся перед серьезным изуверством!".

— Ух, пошли! — махнул рукой Митя, поздоровался с дядей и тетей, после чего все вместе направились к потайному ходу в пещеры под зданием. Дунька, сообразив, куда ведет дорога, ухватила брата за руку.

— Не бойся, — шепнул, понимающий Митя.

— Дунь, а твой телохранитель где? — как бы ненавязчиво поинтересовалась Аля, шагая позади, вместе с Владом.

— А что? Он тебе понравился? — отомстила ведьма. — Дом сторожит. Он вчера так набрался, что сегодня вел себя, как истинный средневековый упырь из легенд: на свет ни-ни! Еще и грозился соседям глотки перегрызть за то, что стены долбят.

— Так соседи от вас далеко. Их же практически не слышно. — Припомнила девушка.

— У вампиров чуткий слух, — ответила ей Даниэла.

— Ага, — поддержал Влад. — Особенно с бодуна.

— Я понимаю, приезд вы славно отметили, — рассмеялся дядя Дима, слушая подростков.

— Дядь Дим, — отважилась поинтересоваться Даня. — А вы с моим папой связь держите?

— Да, нет, — пожал плечами колдун, и девушка вздохнула. — Так, общаемся иногда по телефону.

Даниэла покраснела. Понимала, что если отец узнает о ночных гуляниях, попойках с оборотнями и беспределе, устроенном по причине ссор с представителем дружественного клана, — прибьет. И ее, и маму (за воспитание).

В подвальном помещении здания суда находилась новая дверь, которой нынче пользовались стражи города, в лице Дмитрия, Дарьи и дяди Саши. Присутствующие в компании колдуны остановились перед стеной в самом углу комнаты. Мужчина шепнул что-то камню, ласково провел по нему рукой, и большая плита вместе с линолеумом сдвинулась, открывая лестницу вниз.

— А что старым ходом уже не пользуетесь? — спросил Митя.

— Ха-ха-ха, три раза! — скривилась тетя Даша. — А кто нам еще в шестилетнем возрасте ту дверь наглухо приклеил заклятием, которое даже Александр распечатать не может?

Ведьмак, довольный собой, ухмыльнулся. У него поинтересовались о том неизвестном заклятье, получили недвусмысленный ответ, мол, ни за что не признаюсь, даже под дулом пистолета. Нет пистолета? Тем более ни слова не скажу! Даниэла подозревала, что чудо-заклинание у брата получилось чисто случайно. Она еще раз осмотрела парня. "А может и не случайно!" — подумала ведьма.

Нелюди по очереди, как в детском саду, став парами, спустились по лестнице. Уже когда позади хлопнула увесистая плита бетона, прикрывая ход, Даниэла вздрогнула и задумалась, на кой вообще поперлась сюда, зачем мамочка отправила ее, послушав какую-то там Патрицию!

— Уж лучше бы этому булыжнику оказаться очень ценным и, как минимум, куском цельного золота! — рычала девушка, сильнее сжимая ладошку брата.

— Золото? — обрадовалась Алина. — Я в игре!

— Стойте! — выставил руку дядя Дима, выждал паузу и очень громко проговорил: — О великий Судья, мы просим аудиенции.

В ответ тишина. Ни звука. Тетя Даша спрятала смех в кулачок. Колдун выдохнул.

— Тебе "привет" из Франции! Привет лично прилетел! — выдал он.

— Фрррррранция цела? — насмешливо уточнил голос из темноты, и земля содрогнулась.

Перепуганная Аля чуть не свалилась с ног. Ее подхватил Влад, сам с трудом устоявший. Магом было не привыкать — они спокойно ждали, пока гостеприимный хозяин покажется. И вот из тьмы в слабый свет, зажженного колдунами магического шара, выдвинулся громадный змей. Митя ухмыльнулся — вид Судьи (грозного содрогателя тверди, созданного Творцом ради наказания и уничтожения) ни капельки не удивлял. Он еще будучи очень маленьким, ползал в его пещере на внеочередных собраниях стражей, и слюнявил хвост великана… ну, и пару чешуй как-то выдернул.

Исполинский змей сосредоточил хитрый взгляд в прищуре на иностранке. Дуня тоже очень внимательно и детально рассматривала его.

— Похожа! — заключил Судья. — От обоих сссссс взяла черрррррты. Сссссс… Так чего хотите?

— Нам нужно добыть вампирий камень, — с ходу призналась Дуня.

— У меня его нет. Ссссс… — Выдал змей.

— Мы хотели бы узнать, где его достать и, чем может быть полезен. — Исправил ситуацию Митя.

Судья призадумался.

— По одному вопроссссу, — протянул он.

— Сдает старик, — утвердился дядя Дима и хвост с трещеткой щелкнул вблизи его ноги.

— Чем он полезен? Конкретно вот нам, — снова заговорил Митя.

— Он вссссем полеззззен. Он меняет непоправимое. — Ответил змей.

Дуня ощутила мерзкий холод внутри. Списала это на то, что находится в темном, влажном месте и успокоилась. О подлой интуиции она старалась не размышлять.

— Где нам его найти? — спросил Влад.

— Под землей, — пророкотал Судья.

Друзья переглянулись.

— Нам что брать лопаты? Будем перекапывать весь город? — Аля вроде и очень тихо говорила, по крайней мере считала, что ее никто не услышит.

— Славно. Заодно снесем одну статую. Она меня давно раздражает. Знаешь, стоит такой серый мужик посреди центральной площади, — поддержал Влад.

— В шахте! — выдал более конкретный адрес змей, понимая, что еще пара секунд, и если маленьким варварам не дашь точные координаты, то они разрушат не только статую, но и пару зданий.

— В какой? — тут же поинтересовалась Даниэла.

— Ссссссами ищите! Я вам не джи-пи-есссссссссс. — Рассердился Судья. — И не рыть тут. Проссссссто ищите!

— Благодарим, — поклонился Митя. — Прими от нас дар.

Парень достал флешку. Змей толкнул хвостом проигрыватель и, тот вылетел прямо к ногам парня. Он наклонился, поколдовал немного и через мгновение в пещере зазвучал голос рассказчика.

"Безжалостны истории страницы,

Писать на них — удел не слабаков.

За каждой строчкой — чьи-то судьбы, лица,

Рев пламени, лязг стали, стук подков…" (цитата из О. Громыко "Верные враги")

Шаги эхом отражались от стен. Гости змея поднимались на поверхность, вслушиваясь в бархатный тембр неизвестного человека, голос которого озвучил книгу. Впрочем, не все. Даниэла пыталась прикинуть сколько в городе всего шахт.

— Тебе все еще не по себе? — спросил у нее Митя.

Девушка передернула плечами.

— Да. Не могу я находиться в замкнутом и темном пространстве. — Шепотом проронила сестра, обгоняя шедших впереди колдунов. — Хочу скорее на свежий воздух.

И она так стремилась в своем желании выбраться, что, выскочив из ямы в полу, первой столкнулась с пробравшимся в подвал непрошеным персонажем. Он же поджидал именно ее. Увидел девушку, набросился. Дуня, сосредоточенная на мерзком ощущении страха, не успела защититься напрочь забыв, что она ведьма. Упала, вереща, как ненормальная. Острые клыки полоснули шею. Потекла кровь, затуманивая рассудок своим запахом…

— Стоять! — вскрикнули хором дядя Дима и Митька, но было поздно.

Дуня вызвала мощный поток магии и припечатала атаковавшего к стене, чуть не размазав его по дешевым обоям. Теперь и его кровь пролилась.

— Даня, не надо! — отчаянно верещала Аля, выскочив в защиту шипящего и скалящегося, фактически распятого, вампира. Он с ума сходил от злости и боли, а Даниэла от страха и запаха крови не могла унять порыв безумства. Она сжала кулак — парень покраснел. Макс задыхался.

— Даниэла Куран! Прекрати немедленно! — приказала тетя Даша, однако ведьма не слышала ее.

Митя метнулся к сестре, заглянул ей в глаза. Зрачки девушки были расширены.

— Дуня остановись, — прошептал он. Хватка ведьмы ослабла. Вампир грохнулся на пол, подвернув руку. Аля подбежала к нему, беспокоясь о состоянии брата. Но Макс не мог стерпеть обиды. Миновав сестру, он оттолкнул Митю и вцепился в горло Дуни пальцами, сдавливая. Ее глаза налились кровью. Мебель взбесилась. Летала по комнате. Железный офисный стул полетел прямо в спину вампира, перебив ему пару костей. Пока маги и колдуны решали какое заклинание применить так, чтобы не усугубить положение, змей лично поднялся из пещер разнимать бойцов. Все здание задрожало. Пол осыпался в яму, заваливая тайный ход. Аля, Влад и остальные успели отпрыгнуть в сторонку.

Побитые, раненные, грязные, и продолжающие переругиваться парень и девушка стояли перед Судьей, стражами и старшим магом. Александр слушал их, устало прикрыв глаза. Снял очки, протер их. Подумал. Сказал: "Ша!" — и спорщики смолки против собственной воли.

— Мы больше не хотим слышать ничего о ваших склоках, — говорил маг. — Еще одна подобная выходка и вы будете изгнаны из города. И мне с сожалением придется рассказать об этом вашим родителям.

— Я не допущу побоищ. Ссссс… — сердился Судья.

— Но Дуня не виновата, — оправдывал подругу детства Влад, державшийся с Алей и Митей позади виновников собрания. — Пап, это он на нее набросился.

— Молчать! — потребовал тишины змей.

— Сын, — маг с проседями на висках, прервал парня. — Не важно кто начал. В городе не дозволено использовать такую разрушительную силу!

Бойцы что-то замычали.

— Достаточно! — прекратил возрождающуюся шумиху Судья, посмотрел на Александра. Маг кивнул

— Насколько мне известно, — заговорил он. — Тебя, Даниэла, родители сюда отправили с определенным заданием. Ты должна найти вампирий камень. Так вот, тебе, наверное, понадобится помощь!

Дуня почувствовала, как вокруг ее запястья обвилась невидимая плеть.

— Эт, что это? — возмутилась она, все же избавившись от магического кляпа. Она пошевелилась рукой, и проследила, как внезапно сверкнувшая в мрачном отблеске светильника появилась веревка, тянущаяся к руке вампира.

— Достали вы нас! — устало опустил голову отец Влада, и Судья был с ним солидарен. — Мы уже не так молоды, чтобы терпеть ваши склоки и каждый раз восстанавливать стены, дома, или внушать огромным толпам, что они не видели, как по улице бегает парень с клыками и охотится на девчонку с неестественно светящимися глазами. Мите может и под силу, но думаю, настроение ему такие мероприятия не поднимают. А это поможет ускорить примирение. Вы теперь в одной упряжке. Далеко друг от друга не уйдете. Хотите того или нет, но придется строить отношения на взаимопонимании и поддержке.

Митька захихикал из своего угла. Колдун протер очки и хищно сощурил близорукие глаза на смешливом ведьмаке.

— А чтобы вам было не так обидно, — продолжил маг. — Остальные тоже разделятся на пары.

Алине в напарники достался Жан. А вот Влад тут же начал причитать.

— Па, — опечалился сын кандидатурой своего партнера. — Почему я должен бегать с Митей, а не с Данькой?

— Потому что с Дуней вы таких дел натворите!.. Вы еще в детстве находили неприятности там, где их и быть не должно! Все! Жалобы и просьбы не принимаются.

Глава 5

Их было шестеро. Три пары. Все связаны крепкими, видимыми только участникам дуэтов, веревками. Так как разойтись по домам они не могли, то собрались на окраине, в гнездышке семейства Куран. Даниэла и Макс, недовольные коротким поводком, соединяющим их, сидели за столом в кухне друг против друга. Он — весь в синяках и ранах, она — примерно такая же.

— Ладно вам уже, — заговорил Митя, сидевший за тем же столом. — Миритесь!

— Хе, — синхронно фыркнули противоборствующие, и отвернулись.

— Макс, если ты поможешь Дуне найти камень, она скорее вернется домой… — намекнул ведьмак.

— Эй, но тогда мы ее еще долго не увидим! — возмутился Влад, не понимая, к чему ведет друг.

А вампир, услышав заветную фразу "долго не увидим", тут же протянул девушке руку для заключения временного мира. Даниэла осмотрела протянутую конечность, пару раз дернула веревку, скрепляющую их с парнем союз, убедилась, что прочную магию дяди Саши не так легко разорвать, и согласилась принять предложение.

— Вот и молодцы! — похвалил их Митя, оставил одну парочку и заглянул в зал, чтобы проверить, как там вторая. Алина и Жан чувствовали себя великолепно. Девушка сидела на диване подобрав ноги под себя. Рядом умастился вампир. Они заворожено пялились в экран. При этом таскали с небольшой тарелки картошку-фри, приготовленную Жаном. Алина поднялась, сходила на кухню, вернулась с блюдцем и соусом. Протянула его парню. Он кивнул, макнул брусочек картошки и съел. И ни одного звука, ни слова друг другу. Вот Макс и Дуня, к примеру, только заткнулись — наорались по дороге, выяснили кто из них педаль газа, а кто тормоз, и сердито помалкивают. Эти же наоборот — общаются без слов и скандалов.

— Эм, ребят? — позвал их ведьмак. — Может над вами поколдовать?

— Зачем? — не поняла Алина, и Жан тоже удивленно посмотрел на Митю.

— Ну, чтобы не было языкового барьера, — пожал плечами он. Митя уже давно пользовался лингвистическим маячком, полученным от дяди Саши, чтобы свободно понимать французский и общаться с дальними родственниками. Алина же кроме русского, украинского и английского другими языками не владела. Над Жаном никто магических манипуляций не проводил, соответственно русского он не знал. Тем не менее, с Алиной у них было идеальное взаимопонимание.

— Спасибо, не надо! — отказалась девушка и вампир поддержал ее. Оба продолжили смотреть фильм.

— Как хотите, — Митя вернулся на кухню.

Там полным ходом шел мозговой штурм. Штурмовали мозг Макса. Дуня и Влад что-то втолковывали парню. Прислушавшись, Митя выловил такую фразу: "Ты дурак!"

— Эй! — влез в их увлекательный диалог он. — Опять ссора? Лучше давайте делом займемся.

Троица вздохнула. Даниэла подперла рукой голову и… тут же едва не пощупала челюстью твердую поверхность стола — уловив момент Макс дернул за веревку, и столкнул локоть девушки.

— Ах ты… — приготовилась затеять новую склоку она. Макс ехидно усмехнулся. Но из-за Митиного авторитета в кухне никто так и не подрался.

— Думайте, что делать.

— Сколько шахт в городе? — спросила сестра.

— Шесть, — уверенно выдал вампир. — Две в области. Заброшенные. Четыре рабочие здесь.

— Откуда ты знаешь? — решил поддеть Влад.

— А мы не в одном городе живем? — едко ответил ему Макс.

— Итак, шесть шахт. На каждого по две. — Резюмировал Митя. — Остается распределить, закрепить за каждой группой и отправляться на поиски.

Максу предоставили лист и ручку. Он записал названия и адреса объектов. Потом флегматичная пара дочь некроманта и вампир присоединились к друзьям. Снова проявили покладистость и смирение, быстро согласившись с выданными им местами поисков. А вот Влад и Дуня все равно устроили бучу из ничего. В итоге Митя потерял самообладание и пообещал отлупить сестру. Макс не смог промолчать: "С удовольствием помогу! Ее подержать или одолжить тебе свой ремень?"

Прежде чем Дуня протянула к лицу парня ногти, Митя успел выкрикнуть: "Стоять!"

А потом просто щелкнул пальцами и оба склочника не смогли пошевелиться.

— Как-то сразу тихо стало! — оценила Алина, зевая. — Почему ты раньше так не сделал?

Жану тоже было интересно, и он вопросительно уставился на ведьмака. Митя махнул на них рукой. Полез в холодильник, достал пакет крови и положил на стол, перед Максом.

— Ладно, вы общайтесь, а мы пойдем спать! — поднялась Аля.

Следом за ней встал и Жан. Они вернулись на диван в зале и благополучно поделили лежак, подушку и одеяло.

Брови Макса вздернулись. Дуня тоже удивленно проследила за передвижением парочки. Влад хихикнул в кулак.

— Брали бы с них пример, — вздохнул Митя.

Оборотень выглянул в зал. Парень и девушка спали в обнимку.

— Плохой пример. Продолжайте ссориться! — заключил он.

Ведьмак снял чары, и ведьма с вампиром пошевелились. Макс открыл пакетик, потянул кровь, как сок. Раны на парне затягивались, не оставляя шрамов. Его глаза против воли засияли красным. Дуне, как полукровке, тоже накапали живительной жидкости, чтобы залечить и ее боевые царапины. Ее глаза во время питания меняли цвет, мигая то красным, то синим, то зеленым. Макс с удивлением рассматривал этот феномен. Он и сам полукровка. Но в нем было больше от вампира.

— У нас был тяжелый день, предлагаю всем отправиться спать, — намекнул Митя.

Влад растянул на физиономии довольную улыбку. Он надеялся, что проведет эту ночь так же, как и прошлую. За подлые мыслишки получил подзатыльник от старшего брата Даниэлы.

— За матрасом иди, — наставил товарища на путь истинный ведьмак. — Мы с тобой спим в зале.

— А он? — ткнул пальцем в вампира оборотень.

— Я лично собираюсь спать у себя дома! — заявил Макс.

— Очень интересно, — тут же рассердилась девушка. — Как ты себе это представляешь? Я дальше тебя на пять метров не могу отойти. Предлагаешь мне ждать тебя на половичке под дверью?

Парень улыбнулся.

— Ах ты, сво… — замахнулась Дуня.

Митя поймал ее.

— Все! Хватит. Отдыхать!

Утро обещало перейти в замечательный день для всех, кто не жил в маленьком доме частного сектора на окраине Донецка. Даниэла Куран чистила зубы и прислушивалась к монологу, ведущемуся между Жаном и кем-то еще. Телохранитель говорил по-французски, отвечал коротко и односложно. Девушка молилась, чтобы его собеседником оказался дядя Кай или тетя Элен, а не папа.

Выглянув из-за двери, надеялась проскользнуть мимо парня, но он остановил ее. Подсунул телефон, развеивая слабую веру в лучшее. Макс, Аля и остальные ожидали реакции.

— Алло? — неуверенно пролепетала Дуня, и оттянула трубку подальше от уха. На том конце провода орали так, что можно было обойтись и без аппаратов связи: так из Франции до Украины донеслось бы.

— Даниэла Куран! — сердился отец. — Что ты вытворяешь? Это твоя мать виновата! Она тебя слишком баловала. Хотя нет. Наверное, мне стоило чаще тебя наказывать!

— Но па… — хотела оправдаться она.

Макс злорадствовал, мол, папина дочка получает по заслугам. И тут зазвонил телефон у Алины. Она подняла трубку, перекинулась парой слов со звонившим и передала трубку брату.

— Да, — успел сказать он, а потом полилась нравоучительная речь матери, интересующейся по каким-таким причинам молодой воспитанный парень позволил себе поднять руку на беззащитную девушку. — Мама, она не такая и слабая!

Хихикали все. Особенно упивался чувством мести оборотень. А Даниэла в пол уха слушая отца издевательски подмигнула парню.

— Дочь, — услышала в собственном телефоне ведьма уже спокойный голос отца. — Ты хоть показала ему из какого клана?

— Да папа, — усмехнулась девушка, встретила недовольный взгляд Мити и покаялась. — Я совсем не горжусь тем, что повозила его спиной по стене.

— Даниэла, веди себя прилично, — устало попросил отец. — И мы скучаем по тебе.

— А я по вам, — призналась она. — Вы мне там еще младшего братика не сделали?

Отец подавился. Рявкнул "Нет!", и попрощавшись, чуть слышно пробурчал себе под нос: "Какой супружеский долг, если моя жена сутками летает над городом на метле с подругами? На вертолете, что ли, за ней гоняться?".

— Если с утренней дозой пилюлей от родителей покончено, может отправимся на поиски? — не терял времени Митя.

Товарищи согласились с ним, и час спустя в доме никого не осталось.

Первая шахта. Одна смена меняется со второй. Охранник на объекте серьезный и не один. Пропустить посторонних на территорию угледобытчиков никто и не подумает. Поэтому Митя крепко задумался, наблюдая за копошащимися людьми у ворот. Влад нетерпеливо пританцовывал рядом, и все сыпал ревнивыми предположениями о том, что оп его мнению сейчас делают Макс с Дуней.

— Помолчи пару минут. Ты мешаешь мне сосредоточиться! — остановил его ведьмак.

Закрыл глаза и только придумал подходящий образ, который поможет им проникнуть на охраняемую шахту, как Влад опять забубнил.

— И как мы туда попадем? Пойдем искать дыру в заборе?

— Если ты не заткнешься, то проникнешь на шахту мышью! — рявкнул на него Митя, и посчитал это очень хорошей идеей. Правда, сам оборотень примерять на себя личину такой мелкой твари отказывался.

— Ну-ка, — выдохнул Митя, потер ладоши, чувствуя на них теплое покалывание магии и провел одной рукой перед своим лицом, а второй — перед физиономией напарника. Через секунду, ухмыльнулся своему колдовству. Парень напротив него повзрослел лет на двадцать с лишним.

— Е-моё! — выругался Влад оценив свою новую внешность. — Почему, ты у нас такой весь аккуратный и презентабельный, а я — лысый? И старый?

— Кто-то же должен, — пожал плечами Митька, поправляя тонкие очки и дорогой пиджак. — К тому же тебе, уже давно стоило повзрослеть.

Пригрозив парню лишением дара речи, ведьмак подтолкнул напарника к центральному входу. Представившись проверяющими из высших структур, ребята и не ожидали такого теплого приема. Их не просто пропустили, а встретили, накормили, напоили, каски на них надели и даже провели экскурсию под землю.

Домой Митя и Влад приползли ближе к ночи. Пьяные, обцелованные бухгалтерами шахты, сытые, но все еще в образе. Аля и Жан, раскрыв перед ними двери даже не сразу сообразили, что нужно двум представительным алкашам, приплясывающим на пороге.

— А вот и мы! — выдал чечетку Митя.

— Мы? "Мы" бывают разные! — резонно подметила девушка. Ее партнер-вампир отпустил комментарий: "…Пьяные и красные. Но почему именно к нам пришли?". Потом принюхался и за стеной спиртного душка учуял друзей. Жан воздел глаза к потолку, пробурчал что-то и оттянул Алину в сторону, чтобы гости смогли пройти.

— Мерси! — раскланялся Влад.

— И мы шепнем, мерси боку… — пропел старую песню из кинофильма, который ему показывала мать Дуни, Митя, после чего споткнулся об порог и хлопнулся лицом вниз. Так и остался лежать. И уснул бы прямо на полу, если бы не заботливый француз. Жан сходил к рукомойнику, набрал стакан воды и вылил на голову друга. Ведьмак очнулся.

— Приходи в себя уже! Не хочу еще и с вами нянчиться! — раздался над ним голос оскорбленной таким поведением Али.

Митя скосил глаза на ее ноги, подумал. Точнее перерыл в памяти все действенные способы излечить себя от дурмана алкоголя. Мысль, "А зачем, ведь итак вполне весело!", прогнал прочь. Щелкнул пальцами и схватился за виски.

— Таблеточку! — взмолился он. Действенного заклинания от похмелья, к сожалению, даже дядя Саша не придумал. Хотя тетя Римма очень его просила…

Жан быстро нашел аспирин и сунул его другу. Влад в это время уже мирно сопел в ванной. Благо, хоть в пустой. Хотя у Али чесались руки сделать шкоду и включить воду.

— Что узнали? Нашли где этот артефакт? — вместо этого спросила она, уняв чесотку в ладошках.

— Ничего. Отчеты и балансы у них нормальные. Налоги платят, встречать налоговую хлебом-солью умеют. — Отмахнулся Митя и Жан с Алей переглянулись. Ведьмак усмехнулся. — Никаких признаков вампирьего камня там нет. А у вас как дела?

— Тоже ничего интересного. Пришли на два часа раньше вас. Только отмылись от угольной пыли. — Вздохнула девушка.

— А остальные?

Жан скорчил рожицу и кивнул в сторону зала. Макс сидел на диване и читал книгу. Фингал под правым глазом вполне заменял ему лампу. Дуня нервно кусая губы, таращилась на разбитый на мелкие кусочки пульт от телевизора, лежащий на полу посреди комнаты. Стены вокруг них были обласканы пламенем и куски паленых обоев свисали не эстетичными ошметками.

— Знаешь, что тебе Вема за этот погром скажет? — обратился к сестре Митя.

— Иди ты! — огрызнулась Даниэла.

— Что произошло?

— Они телевизор пытались посмотреть, — ответила вместо скандалистов Алина. — И не сошлись в выборе программы.

— А пожар?

— Сама не понимаю, как такое получилось. Но рядом с ним моя магия дает сбой. Мить, я уже сама себя боюсь! — пожаловалась Дуня.

Макс хмыкнул. Получил пинок от сидящей на другом конце дивана девушки. Оскалился и указал пальцем на стены, намекая, мол, помни, что сотворила! Ведьма вздохнула.

— Ну, а на поиски ходили? — спросил Митя.

— Почти, — ответил вампир. — Дошли до шахты, а там твоя сестра закатила истерику.

Митя вздохнул, коснувшись жалостливым взглядом Даниэлы. Он понимал, с чем связано ее не желание спускаться под землю.

— Мало нам одной проблемы, так теперь еще и ремонт придется делать, — оценил погром он и следующий день товарищи потратили на приведение дома семьи Куран в порядок.

Глава 6

Нормальные нелюди, вроде Жана и Алины, преспокойно прошлись по вверенной для проверки шахте, затесавшись с какой-то экскурсией. Ничего не обнаружили и отправились на вторую. Туда проникнуть оказалось еще проще. Жан выяснил, что бутылка водки — самый лучший пропуск, и открывает перед тобой не только новые галлюциногенные горизонты, но и любые двери, ворота, а потом начинается: "Ребятки, а хотите прокатиться с ветерком?" Ускоренный пробег по месту добычи угля не понравился парню, и он был рад тому, что может спокойно сидеть с Алей дома. У остальных дела обстояли не лучшим образом.

— Дуня, план действий! — в очередной раз требовал от сестры повтора пройденного материала Митя.

— Перекинуться во что-нибудь неприметное, проникнуть на шахту, проскользнуть по центральным местам… — говорила она, а потом вдруг передумала. — А почему бы просто не расспросить местных?

— Кого? Шахтеров? Охранников? И что спросишь? Извините вы тут артефакт не видели? — хмурился брат. — У них единственные артефакты — старая кирка и доисторический подъёмник, в котором они спускаются и поднимаются!

— Если там все такое хлипкое и древнее, зачем нам вообще туда ползти? — выдала девушка.

— Ей пора давать таблетки от склероза! — не удержался от издевки Макс. Ему показали язык, и стрельнули молнией в правую пятку. А пока парень дымился и сражался с очагом возгорания, ведьма взялась за собственного брата.

— Отойдем! — схватила Митю за локоть Дуня. Вытащила его в спальню и там, хлопнувшись на кровать, пожаловалась. — Я боюсь идти с ним! Я вообще боюсь, а с ним — тем более.

— Хорошо, пойдем все вместе. — Сдался Митя. — Только план проникновения продумай сама. Я больше проверок от налоговой не выдержу.

Доверять Даниэле составление коварных планов — идея крайне плохая. Митя понял это, когда перевоплощался в заслуженного работника, фотография которого висела на стене почета. Владу очень приглянулась роль проверяющего, и он потребовал себе маскировку сотрудника налоговой. Аля и Жан остались у входа с удовольствием уминая купленное мороженное. Они свое дело сделали, и ползать под землей не собирались. Сие казалось им совершенно не романтичным проведением времени. Что касается Макса и Дуни, то…

— Хватит ржать! — бесился вампир став раз в двадцать, а то и шестьдесят меньше собственного роста. Другими словами, его превратили в мышь.

— Можешь не стараться! Они тебя не слышат! — раздался противный голос ведьмы у самого уха.

— И где ты? — оглянулся парень, помышляя накостылять ей, но видел только ноги, камни и руку Мити, поднявшего беззащитное, красноглазое создание с земли.

— Тут я, тут, — подозрительно близко прозвучало.

В следующую секунду компания друзей задавалась вопросом: может ли мышь лопнуть от смеха. Макс, будучи крошечным белым комком, хохотал и катался по ладони Мити, задрав лапы к верху.

— Блоха! Блоха! — захлебывался от гогота он. — Нет. Ты молодец. Я бы так поиздеваться над тобой не смог. Но ты и сама справилась. Унизить себя настолько…

— Заткнись! — зарычала ведьма-блоха и в качестве мести, больно грызнула мышь. — Все! Пошли. Вперед, мой ездовой хвостатый.

Как бы Макс не старался струсить с себя кусачее воплощение ведьмы — ничего не получилось. Она слишком крепко угнездилась на его голове.

Обскакав несколько уровней, мышь утвердился в двух вещах: 1. вампирьим камнем здесь и не пахло, 2. в одной блохе все-таки преобладают гены отца-упыря (слишком много она крови попортила парню пока воображала себя наездницей!). А еще он просто дико устал.

— Валерка, а чего это ты сегодня в смену вышел? — толкал локтем Митю крупный дядя, весь укрытый грязью.

— Так денег надо, вот и попросился, — ответил ему нежданный работник, утирая пот и размазывая по физиономии четыре слоя угольной пыли.

— Слышь, Валера, — прозвучал в голове ведьмака злобный поток мыслей сестры. — Мне здесь тошно уже! Как они вообще тут пашут? Дышать не возможно. Да мы б с Максом уже задохнулись, если бы я щит не поставила. Кстати, на нижних уровнях ничего не видно, никакого пульса магии. Если бы артефакт был здесь, я бы почувствовала. Пошли отсюда домой, а?

— Вы с Максом? — ехидно уточнил Митя. — Так сдружились? Родная, ты по-моему слишком много его крови выпила!

— Помни, моя месть скора и безжалостна! И не щадит даже родных! — огрызнулась Дуня.

— Уходим, так уходим, — вздохнул брат, уже давно определившись с тем, что быть шахтером — совершенно не его призвание.

Названный Валерой зажмурился. Его сознание понеслось куда-то наверх, подальше от места, где не возможно сделать вдох не вогнав в легкие полный состав таблицы Менделеева. Через секунду прозвучал отбой — финал смены. Это очень удивило всех ребят в забое, однако никто не стал противоречить. Выбраться на волю желал каждый.

Но только один из шахтеров сделал шаг по направлению к выходу, как к его ногам упал камешек. Вроде бы не значительный такой. Потом второй. Мужчина сглотнул. Но во рту от предчувствия беды было сухо. В следующую секунду потолок посыпался, накрывая тяжелым черным покрывалом тело несчастного с пробитой головой.

Остальные успели отскочить, но это спасло им жизнь ровно на несколько часов. Вся команда оказалась под завалом. Лишь одна маленькая мышь видела перед собой путь к освобождению, и собиралась им воспользоваться. Однако у ее блохи были совершенно другие взгляды на происходящее.

— Ай! — взвыл Макс. — Надо убираться отсюда!

— Знаю. И, поверь, самой хочется слинять… — Рассердилась Дуня. — Но эти люди…

— Дочь тирана думает о людях? — съехидничал парень, и его еще раз очень больно укусили за ухо.

— Во-первых, даже мой отец иногда думает о людях. Он удерживает равновесие сил! — вступилась за честь своей семьи она. — И твоя и моя матери были людьми. Митя до сих пор человек.

— Они ведьмы. — Ощетинился Макс-мышь и рванул к маленькой щелочке, сквозь которую только он и мог пролезть. Но Митя вовремя поймал беглеца за хвост и поднял, сунув его в карман робы.

— И ты? — обиделся на друга он. — Ты же тоже можешь спокойно отсюда выбраться, между прочим!

— Могу, — прошептал ведьмак. Его разговор с мышью никто не слышал, потому что шахтеры были заняты оплакиванием погибшего и попыткой хоть немного очистить проход. — Но бросить других, когда ты способен чем-то помочь не хорошо!

— Да за ними придут. Аварии на шахтах — обычное дело, — не унимался бессердечный вампир. — Там наверху уже, наверное, готовятся спасатели, МЧС.

— Ничего подобного! — возразила Дуня. — Их нельзя здесь оставлять одних. За ними никто не придет, пока Влад изображает из себя налоговую. А он, скорее всего, дико пьян и увести его отсюда нельзя. При проверках, как правило, тщательно скрывают и замалчивают недостатки, проблемы и аварии. Потому что деньги на исправление ошибок прошлого и будущего давно осели в карманах не чистых на руку, и сюда на укрепление стен и прочее попросту не доходят финансы. Так что они погибнут.

— Зато мы выживем, если уйдем, — Макс был начисто лишен человеколюбия, и заботился исключительно о собственной выгоде. Митя с сожалением констатировал этот факт. Впрочем, он и раньше догадывался о характере друга. Вема как-то рассказывала, что при родах мелкие демоны слегка покусали сынишку Юла и Жанны.

— А ты проваливай… — Зарычала блоха и мерзким таким голоском добавила. — Если сможешь!

Макс понимал, что ему путь наверх удастся лишь с небольшим довеском на спине. Вот только довесок сопротивлялся.

— Что будем делать? — задумался Митя.

— Строить портал, — предложила ведьма. — Напрямик.

— Идиотизм! — припечатал брат. — Мы с тобой не потянем такое. Портал еще построим. Но чтобы по нему провести людей нужно сначала сделать их невесомыми. Колдовать над каждым — наших сил недостаточно. А удерживать во время прохождения — кто-то из нас двоих либо свихнется, либо вырубится.

— Что тогда делать? Куль и вместе с ним, как ядром, вылететь на поверхность, разрушив половину шахты? — судорожно соображала и предлагала все новые планы девушка.

— Слишком много внимания для нас. Вспомни, что говорил дядя Саша. Судья выпрет всех нас из города! — отказался и от этого плана Митя.

— Уносить отсюда ноги — единственная стоящая идея! — заключил Макс, и злая до безобразия Дуня сплела воздух вокруг его усатой мордочки в намордник, чтобы меньше отвлекал от благих дел.

Пока нелюди строили и сами же разрушали проекты по спасению, шахтеры намаялись, отчаялись и чуть не завалили еще больше породы на собственные головы. Так что сели и пригорюнились. Дуня с Митей тоже едва не пали духом, исчерпав запас грандиозных, фантастических и даже глупых выдумок об освобождении.

— Му-му, — пробурчал вялый мышь.

— Не до тебя сейчас, — буркнула Дуня.

— Погоди ты, — цыкнул на нее брат, и снял колдовство с вампира.

— Запах чувствуете? — поинтересовался он.

— Плохи дела! — уловил далеко не ароматные нотки в воздухе Митя, радуясь тому, что создал свой небольшой кокон еще на воле, притащив таким образом с собой достаточно кислорода. Правда, только для одного. Пыль, которую он растирал по лицу — была иллюзией для окружающих. — Еще чуть-чуть и всем капец.

— Портал — единственный выход. Но нам нужна помощь. — Спохватилась Дуня. — Растягивай свой купол на всех, а я…

— А ты ничего сделать не сможешь! — прорычал Митя. — На поверхность не телепортируешься. С тобой вампир. Сначала нужно в себя превратиться, потом его превратить, потом наложить невидимость, а потом линять…

— Может, вызовем демонов? — сверкнула мысль.

— Ладно, — согласился ведьмак. — Выставить здесь небольшой невидимый заслон я для них смогу. Тебе мама их имена раскрыла?

Тут-то Дуня и поняла, какую ошибку допустила! Имен она, естественно, не знала. А Митя слышал их в очень далеком детстве и никогда не использовал. Поэтому и надеялся на старинное славянское "авось".

— Но сначала… — выдохнул он, расширил, окутав своим коконом толпу приготовившихся к смерти мужчин. Потом присел рядом с тем, который завел с ним разговор во время работы.

— Не отчаивайся, Бать, — похлопал его по плечу парень. — Все будет хорошо.

— Ой, Валерка, хотелось бы верить! — устало протянул мужчина, дышать ему становилось все труднее, как и нелюдям. — Дак эти ж сволочи и пальцем не пошевелят, чтобы нас вытащить.

— Верить надо Батя, верить, — сказал Валерка. — Вот вы в бога верите?

К разговору внезапно прислушались и другие, кто оказался под завалом.

— Бог нас в беде не оставит! — улыбнулся неисправимый оптимист и на личном примере показал, что не сомневается в существовании и силе высшего разума. Сложил руки, прижав ладошку к ладошке и, склонив голову, принялся молиться. — Отче наш…

— Чего он медлит? — не понимал мышь.

— Он хитрит! — усмехнулась Дуня. — Сейчас все сам увидишь.

Шахтеры, один за другим, присоединились к молитве. Духота и нехватка кислорода способствовала концентрации и отвлечению внимания. Митя оставил собственный образ некоего Валерки, сидящим рядом с Батей, а сам невидимым поднялся и отошел в сторону. Установил стену и произнес истинное имя демона. Через пару секунд пространства в душном помещении поубавилось и в шахте появилась женщина. Рыжая. Вся в черном. Она улыбалась и на жуткого обитателя ада ни капельки не походила. Только по светящимся в глазах красным бликами в ней можно было узнать огненную душу.

— Митенька, — чмокнула ведьмака в щеку женщина. — Как дела?

— Плохо, тетя Лиза. Очень. — Признался парень. — Нам без вашей помощи не выжить. Вы не могли бы позвать стражей к шахте? Мы построим портал на поверхность, его нужно будет удержать и вытащить людей.

Тетя Лиза осмотрелась. Принюхалась. Ей запах газа не казался отвратительным.

— Ладненько, — пожала плечами она, оттянула карман его робы и посмотрела на мышь. — Изощренное извращение! — оценила демоница. — Дуня твой папа был бы разочарован!

— Зато мама похвалила бы! — обиделась блоха.

— Ах да! — вспомнил кое-что Митя. — Теть Лиз, попросите их прикинуться ангелами, а?

Брови женщины вздернулись от удивления. Тем не менее, она исчезла, пообещав выполнить просьбу парня.

— Все, — вздохнул ведьмак, опуская мышь на пол. — Дуня, теперь твоя очередь!

Шахтеры молились, просили всевышнего помочь, хоть разок явить чудо. Но веры взрослых в такие вещи обычно не хватает. Хотя…

К ногам Бати не ведома откуда выскочила мышка. Он уставился на нее, как на явление господа. Толкнул одного товарища, тот второго и вот уже все таращились на белое создание, как на пастыря.

— Я чувствую себя жаренным цыпленком! — оскорбился таким вниманием хвостатый пастырь.

— Заткнись, — рыкнула на него блоха, прежде чем превратиться в девушку.

Шахтеры испуганно ахнули и замерли, увидев, как из маленькой мышки повалил столп света, а в нем появилась прекрасная дева в белоснежном одеянии, и с громадными крыльями за спиной.

— Сколько пафоса и сплошное клише! — прокомментировал мышь. Прекрасный ангел очень хотел пнуть ножкой мерзкого грызуна, но боялся выйти из образа.

Девушка поманила первого мужчину и указала на овал тусклого света. С каждой секундой он становился все ярче и ярче. Вскоре шахтер увидел еще одного ангела. Тот ухватил его за руку и провел через тоннель, передав следующему очень суровому собрату с рыжими волосами и красными глазами, совершенно не вязавшимися с белыми крыльями и полупрозрачной туникой, будто сшитой из облаков.

Постепенно шахтеры покидали завал, искренне веря в чудо, подаренное богом. А девушка-ангел продолжала стоять на небольшом клочке земли. Никто из спасенных ею не усомнился в том, что им явился небесный житель, а не ведьма из плоти и крови. Кстати, кровь уже струилась у нее из носа и проступала потом на лице. Держать портал, пробитый сквозь слои земли и камня было далеко не легким занятием. И даже несмотря на то, что на поверхности ответственность за телепортационную воронку приняли на себя колдуны — дядя Дима и дядя Саша — Дуня едва могли удержать собственный разум в реальности.

Митя, уставший от накладывания заклятия невесомости на шахтеров, положил ладошку ей на плечо. Она показалась Дуне такой тяжелой, что девушка рухнула на землю, потеряв и образ ангела, и нить, удерживающую портал, и даже ее прежнее оборотное колдовство с Макса слетело. Дышать в завале было уже совсем не чем. Ведьма корчилась у ног брата.

— Идиотка! — припечатал вампир, поднимая ее на руки, потому что Митя уже и сам с трудом удерживался на ногах.

Внезапно во мраке шахты из пыли соткался силуэт крылатого создания. Макс отшатнулся, чуть не ударив и без того сумасшедшую девицу головой об столб подпорки. Перед троицей предстал рыжий крепкий мужчина.

— Наверх? — уточнил он у ребят.

— О! Дядя Марк! — пропищала Дуня, расплющив один глаз. — Тебе идут крылышки! Ты настоящий ангел!

— Рррр, — не принял комплимент демон, и в мгновение ока перенес проблемных отпрысков на свежий воздух.

Глава 7

Она лежала на постели и дрожала. Смотрела в распахнутое окно и то, что на улице лил дождь, что на подоконнике уже целая лужа образовалась, ее не беспокоило. Молнии, гроза — ей они нравились. Особенно сейчас.

В спальню прошел брат. Подал ей стакан с теплым душистым напитком. Дуня сделала пару глотков и уставилась на Митю.

— Сейчас станет легче, — пообещал он, положил пальцы на виски девушки и прошептал волшебные слова, после которых она быстро уснула.

— Спи, — поцеловал ее в лоб брат и вышел в другую комнату.

Вся компания сидела на кухне и издевалась над мучающимся с похмелья оборотнем. Влад обхватил гудящую голову руками и покачивался. Жан, зная, какие мигрени терзают парня, взял со стола ложку и демонстративно приподнял ее. Аля хихикнула. Макс безучастно наблюдал за тем, как иностранный вампир роняет предмет. Железная ложка хлопнулась на кафельный пол — шум увеличенный больным сверхчеловеческим слухом показался оборотню колокольным звоном. Влад рухнул на пол.

Аля и Жан довольно переглянулись и прыснули от смеха.

— Хватит вам уже прикалываться, — помог подняться другу Митя. Положил ладонь на лоб парня и снял его боль. — Все.

После чего хлопнулся на стул, подтянув к себе заваренные лечебные травки.

— Я думал, у тебя сил больше нет, — проронил Макс.

— Уже и нет, — подавил зевок ведьмак.

— Как Дуня? — переживала за подругу Алина.

— Выспится и завтра будет, как новенькая, — поведал Митя, сделал еще пару глотков. — Не скандальте тут какое-то время. А я тоже пойду, посплю.

До позднего вечера в доме царила тишина. Лишь телевизор позволял себе болтать разными голосами, веселя или, наоборот, печаля зрителей. Дуня вышла из своей комнаты около десяти часов. Макс и остальные таращились в экран, поэтому ведьма не стала отрывать их от полезного занятия. Оказавшись во дворе, глубоко вдохнула чистый воздух. На ветке старой абрикосы разлегся Влад. Увидев девушку, он спрыгнул к ней и чуть не утонул в грязи, оставленной после ливня.

— Привет, — улыбнулся парень, взяв ведьму за руку. — Уже лучше себя чувствуешь?

— Да. — Опустила взгляд на их руки она, переплетая свои пальцы и его. — Трудный денек выдался.

— Ты думала обо мне? — вдруг спросил Влад, имея в виду время, проведенное девушкой за границей.

Честно, она не могла ответить. Просто не замечала за собой подобной тоски. Но и парня обижать не хотела. Во Франции было достаточно проблем, поглощавших ее разум.

— Конечно, — соврала Даниэла.

— Я рад тому, что ты приехала! — сказал Влад, накручивая ее локон на палец.

Парень придвинулся ближе. Ясное дело, эти друзья детства собирались перейти на новый уровень, и повторить подвиг встречи — целоваться.

"Интересно, — задумался Макс, наблюдая за всем из своего укрытия. — Насколько далеко они зашли в своей дружбе?"

Потом обратил внимание на веревку, болтающуюся у него на запястье. Подхватил ее, подтянул немного и резко дернул на себя.

Романтический момент был испорчен раз и навсегда.

Увидев вытянутое лицо девушки, продолжавшей тянуться к нему губами (хоть уже и понимающей, что неведомая сила волочит ее обратно в дом), Влад едва сдержал смешок. Хотя нет — он таки расхохотался. Дуня взбесилась. Не дожидаясь, когда ее затащат в коридор, взлетела по ступенькам, ворвалась в кухню и подавилась яростью. Ее напарник совершенно спокойно грыз яблоко, пиная ногой веревку.

— Что ты сделал? — прошипела девушка. Она выпучила глаза, как уже готовый, вполне сваренный рак.

— Хотел поэкспериментировать, — пожал плечами вампир, флегматично рассматривая огрызок.

Митя выглянул к ним, ловя себя на мысли, что ссоры кое-кого ему напоминают.

— И чего ты этим добился? — бесилась Данька размахивая веревкой со здоровенным узлом посередине. Из-за ее взмахов рука вампира никак не могла донести остатки яблока ко рту.

— Мне стало интересно, смогу ли я завязать узел! — пояснил Макс, скосив глаза на фрукт.

— Поздравляю! Смог! — психовала Даня. — Почему морской? И почему ты на одном не остановился? Почему их здесь три, да еще и перевязаны друг между другом?

— Не знаю, — выдал ее компаньон. — Просто закрепил успех.

Данька села на пол, ухватилась за узел и минут пять вертела его под пристальными взглядами друзей, после чего снова взвыла, увидев результат — комок из веревок стал в два раза больше, а соответственно повод, придерживающий ее около Макса, укоротился.

— Уууу! — треснулась головой об плитку она, затем встала и быстро прошагала в ванную. Макса, естественно тут же притянуло к двери. Он, сохраняя спокойствие, продолжал грызть яблоко, пристроившись у входа, как скучающий охранник у покоев похищенной дамы.

— Дунь, тебе спинку потереть? — прикалывался Влад.

— Она сама справится! — зарычал Макс.

— Жан, — позвал вампира Митя. — У меня одного дежавю?

— Неа, — покачал головой тот и вернулся к просмотру фильма вместе с Алей.

А ссора только набирала обороты.

— Не отвечай за нее! — рыкнул Влад. — Она моя… — (уточнил). — Подруга. И если она ответит "Да", то я пойду и…

— Ты еще скажи, что и спать с нами в одной кровати будешь! — хмыкнул вампир, и его в спину толкнули дверью, из-за которой просунулась голова девушки.

— Чего? — синхронно вместе с оборотнем воскликнула она.

— Что значит "с нами"? — в один голос спросили они.

Вампир дернул рукой, и движение по веревке передалось девушке. Она завыла совсем как оборотень, понимая, что и местом в постели теперь придется делиться с бессердечной сволочью.

— Вот влипла! — выдохнула Даниэла.

Она заметалась по комнате, прохаживаясь туда и обратно, совершенно не замечая, что Максу тоже пришлось повторять движения за ней. Забывшись, Дуня резко остановилась и столкнулась лицом к лицу с парнем. Смутилась.

— Хорошо, — неуверенно и тихо пролепетала она. — Но ты спишь на полу!

Но кто бы ее послушал! Уж точно не Макс. Он привык к удобству. Влез на кровать. Даниэла спихнула его и пригрозила отрезать ему руку вместе с дурацкой веревкой, чтобы освободиться от неприятной компании.

Однако утро все расставило на свои места. Или лучше сказать всех распределило по лежакам. Короче говоря, Даниэла так или иначе проснулась в объятиях парня.

— Кто тебе позволил?! — вспылила она и попробовала его оттолкнуть. Но лишь полетела на пол вместе с ним.

— Идиотка! — припечатал Макс, указывая на здоровенный узел, превратившийся за ночь в увесистый клубок. — Я не виноват, что ты во сне вертишься. И сейчас не вертись, ты мне что-нибудь отдавишь.

Даниэла попыталась подняться, но в итоге вернулась в очень неудобную позу, распластавшись сверху на парне.

— Эй, что у вас… — хотел спросить Влад, убежденный в том, что Макса нельзя оставлять наедине с Дуней — он обязательно причинит ей вред. Просунулся в двери и застал сцену объятий. Разозлился.

— Ого! Вы помирились! — расценил их позу, как вполне миролюбивую, Митя, оттянул ревнивого оборотня назад, с прохода. — Давайте, одевайтесь. Мы ждем вас на кухне. Позавтракаем и каждый по своим делам.

Парочке пришлось потратить около часа, чтобы хоть немного распутать хитрое сплетение. Добавился метр свободы, который играл не малую роль в процессе утренней гигиены. В ванной комнате было мало места для двоих, а для троих (включая ревнивого оборотня) — совсем.

— Идем. Мне нужно на работу сходить! — тянул Влада за повод Митя, чтобы тот не лез в тесные отношения вампира и ведьмы.

Друг упирался и грозно сопел, но шел, как порабощенный буйвол на заклание. А подлый Митя еще всю дорогу подбрасывал не двусмысленные намеки, в которых так и сквозило приказание: "Оставь выбор за ней!". Почему ведьмак ставил под сомнение факт любви между оборотнем и Даниэлой Куран, Влад не понимал. Он твердо верил, что их любовь предначертана звездами.

— Застегни, пожалуйста, — вертелась девушка, и никак не могла одолеть крючки бюстгальтера.

Макс повернулся. И, так сказать, увидел ведьму с другой стороны. Нежная красивая кожа. Идеальная линия плеч и шеи — плавная. Так и хочется, наклониться и… укусить. Почему-то мысли о поцелуях рядом с Дуней не то, что отпадали, а гибли в самом зародыше.

— Готово. Но больше меня не проси. А то я к тебе обращусь с не менее интимной просьбой. — Снова отвернулся Макс.

— Тебе ширинку застегнуть? — хихикнула Даниэла, и щелкнула пальцами.

— Ах, ты… — пыхтел, сгибаясь пополам парень. Сальные шуточки в адрес столь сильной и беспринципной ведьмы он зарекся отпускать.

Динь-дилинь — запищал мобильный вампира, и он хриплым голосом ответил: "Алло!". Дуня навострила уши.

— Да. Лиана, я вас помню. Сегодня? — парень бросил недовольный взгляд на девушку, потом на узел, грузом болтающийся между ними. — Не думаю. Так нужно? Хорошо.

Он положил трубку.

— И кому ты так нужен? — зацепилась за услышанный обрывок диалога Дуня.

— Придется с тобой идти, — вздохнул Макс. А другого варианта у него и не было.

"Спасибо дядя Саша!" — подумал парень.

Глава 8

По массивной двери с огромным количеством отверстий для ключей Даниэла заключила, что вампир приволок ее в гости к конкретному зажиточному бизнесмену, у которого проблем по жизни не бывает. Зато они есть у его врагов!

— Максим! — с таким криком двери перед парнем распахнула молодая ухоженная женщина. Нарядилась — под тонким атласным халатом виднелось весьма изысканное нижнее белье — готовилась к приходу гостей. Точнее гостя.

— Круто! — оценила ее старания ехидная ведьма. — Розовое!

После чего повернулась к Максу и, не стесняясь дамы, поинтересовалась:

— А тебе розовое белье нравится?

Парень закатил глаза. Посмотрел на Дуню и понял, что не отвертится, если не скажет:

— Белое!

— С кружевами? — последовал новый вопрос, на который вампир отвечать не стал.

— Добрый день, Лиана! — сухо поприветствовал хозяйку квартиры Макс. — Вы позволите пройти?

— Конечно, конечно, — пригласила их дама, весьма расстроившись наличием посторонней неопределенной личности. Причем хамоватой и слишком любопытной. Поэтому сразу уточнила: — А это кто? Ваша девушка? Или сестра?

Дуня не смогла подавить гаденький смешок.

— Нет. Она просто эм… — Макс глянул на девушку через плечо, прикидывая, какую бы должность придумать ведьме, и не нашелся, кроме, как соврать: — Стажерка из нашей консерватории. Перенимает опыт.

Лиану это очень порадовало. Она провела гостей в гостиную, где у широкого окна стоял рояль. Как его затащили в пентхаус новой многоэтажки — загадка. Макс остановился у инструмента, стащил с плеча сумку, прихваченную из дома (заезжая туда, он порадовался, что ни отца, ни бабушки, ни деда не было). На рояль он смотрел так, словно перед ним холодильник полностью забитый любимым лакомством вампиров — кровью. У него даже глаза засветились теплом и нежностью.

— Поцелуй его в крышку! — брякнула Даниэла, и Макс стрельнул в нее очень злым взглядом, сожалея, что не является чистокровным, способным сжигать людей и прочих силой мысли.

— Может вы хотите чая? — засуетилась Лиана.

— Да. Если можно, — согласилась Дуня, и заглянула под крышку инструмента. Достала оттуда кружевные черные трусики, повертела их в руках и швырнула в парня. — Кажется, это предназначалось тебе.

Макс скривился и закинул белье на люстру. Это случайно получилось, но зато вещь больше не мозолила глаза.

— Кстати, ты ей специально имя свое назвал? Чтобы потом, как-нибудь заглянуть и убить? — размышляла девушка над главным правилом вампиров — выдавать свое имя исключительно врагам, чтобы помнили, кого бояться надо!

— Сядь в угол и помолчи. Не мешай мне работать! — зарычал Макс.

Дуня вздохнула. Села рядышком на кушетке и задумалась. Парень коснулся клавиш. Звук показался ему неприемлемым и он полез колупаться в струнах рояля. Отдавая ведьме указания вроде: "Нажми пятую клавишу слева" — постепенно настраивал инструмент. Даниэла заскучала. Выпила две, потом еще три кружки чая, загоняв хозяйку квартиры просьбами: "Сахарку бы", "А можно еще?", "Ой, ложечка грязная", "А можно я буду сербать из блюдечка?". В итоге, та, понимая, что с личными планами на молодого настройщика у нее полный облом, вызвала служанку, переадресовав пожелания гостьи ей. Сама же уселась в кресло так, чтобы Макс из-за крышки рояля видел хотя бы ее стройные ноги. Но ему было дело исключительно до инструмента.

— Так теперь попробуем. Подвинься. — Оттеснив ведьму, сел на кушетку и начал играть.

Глядя, как быстро и легко двигаются пальцы парня, девушка мысленно сравнила их с бабочками, перелетающими с одой клавиши на другую. А музыка лилась такая славная, что Дуня вдруг потеряла счет времени, даже забыла о ненависти к маэстро. Ей хотелось раствориться в звуках, которые выходили из-под пальцев парня. Она закрыла глаза. Представила: дождливую погоду, капли, стекающие по окну, шепчущие о покое, и вестницу надежды — радугу.

Макс, заметив, что девушка расслабилась и получает удовольствие от его игры, тут же решил оборвать счастливые нотки. Намеренно сфальшивил. Дуня злобно на него посмотрела, подумывая, как отомстить за порчу слуха.

— Ну и дурак! — обиделась она, и парень снова заиграл. Только прошлого легкого, окрыляющего чувства музыка уже не приносила.

— Готово, — сдал работу Макс.

— У вас просто золотые руки! — нахваливала его Лиана, прижимая пальцы парня к своей груди.

— Ага. А вы, простите, сейчас их вместо украшения для декольте примерить собираетесь? — поинтересовалась Дуня, придирчиво осмотрела дамочку и выдала вердикт. — Золото вам к лицу! То есть к груди!

Руку Макса так не отпустили. Парень и женщина уставились на ведьму. А внезапно вошедший хозяин дома — на пальцы врага, касающиеся щедрот супруги. По тому, как долго он молчал, Даниэла сделала вывод: мужчина вспоминает, куда положил карманную пилу, которой в прошлый раз оттяпал все конечности (верхние, нижние и средние) экс-любовнику жены.

— Милый! — запоздало среагировала Лиана, отпустив Макса. — Это настройщик. Он нам пианино чинил.

— Рояль! — уточнил парень.

Как по заказу, в этот момент с люстры свалились трусики, как доказательство починки. И прямо на голову мужчины.

— О! А вам даже больше идет, чем вашей жене! — развеселилась Данька, подталкивая Макса к выходу. — Мы пойдем. А вы не отвлекайтесь. Вам есть о чем поговорить.

Не успел прозвучать первый сигнал к началу ссоры, как молодые люди оказались за пределом поля брани. Хотя саму брань (заметьте, отборную!) слышали и через закрытые двери.

Время близилось к вечеру. Солнце опускалось за горизонт. А дорога молодых людей вела их через любимый парк родителей Даниэлы. Здесь многое изменилось. Появились новые аллеи. Стало меньше темных закутков, обросших зарослями. Маленькие тропинки превратились в мощеные дорожки со скамейками вдоль обочин. Наконец, починили фонтан. Достроили аквапарк и дельфинарий. Заработали аттракционы. Соответственно и наплыв людей увеличился. В особо живописных местах фотографировались молодожены. С воплями и капризными криками "А я хочу!" носились детишки. Дуне подумалось, что теперь парк просто отвратителен и гораздо лучше было, когда он стоял такой старенький и осиротевший. Тем не менее, пользуясь случаем, девушка потащила своего вынужденного напарника к пруду, где обитал водяной, дядя Зеленый. Мама просила передать ему отдельный привет.

— Я так и не поняла, кем ты работаешь! — насмехалась Дуня, вышагивая вперед, где уже виднелся водоем. Как ни странно, но в этой части парка было тихо. Сюда по-прежнему боялись соваться смертные, и распускали слухи, мол, неконтролируемые утопленники вылезают из пучины и набрасываются на прохожих.

— Вроде бы, по твоим уверенным движениям и любви к клавишам — настройщиком. А по поведению той тетки, можно подумать, — ты мальчик по вызову.

— Закрой рот! — оскорбился Макс.

— Ой, какие мы нежные. — Притворно охала девушка. — Или это у вас страсть?

— Что ты можешь знать об этом? — зашипел он, и Дуня вдруг замерла, даже не глядя на парня. Встревоженная, напряженная и готовая взорваться магическим приступом бешенства она смотрела куда-то вдаль. Максу стало интересно, что так повлияло на девушку. Он повернулся, и устремил взгляд к старому дубу, который завладел вниманием ведьмы.

— Какого черта? — стиснув зубы, допытывалась у создания природы она. Понятное дело, никто ей не ответил. А Макс сильно удивился бы, услышав голос дерева. Хотя, с ведьмами можно ожидать чего угодно. К примеру, явления того самого рогатого.

— Я повторяю, какого черта ты здесь забыл? — громче задала вопрос Дуня, сжимая кулаки.

Из-за дуба вышел парень лет двадцати восьми. Светловолосый. Аля бы при виде такого пищала от восторга. Но Даниэла вела себя сдержано и даже агрессивно. Это натолкнуло Макса на мысль, что девчонка боится.

— Может подойдешь ближе и поговорим? — улыбнулся незнакомец.

Дуня сделала шаг назад, чтобы увеличить расстояние, еще и средним пальцем показала, дескать, тема разговора проста и состоит, как минимум, из трех букв. У парня были свои соображения на этот счет. Всего пара секунд и он оказался около Дуни, намекая, что с легкостью вырвет ее горло, если захочет (а пока просто действует на нервы). Макс поразился тому, как быстро передвигался вампир. Кроме того подумал: "Если он избавит меня от ведьмы, то я ему лично руку пожму, и поблагодарю за спасение от болтливой живой гири".

— Я тебе не говорил? Твоя необузданность придает тебе особой сексуальности. — Наслаждался тот, сохраняя спокойствие. Макс бы уже сломал ведьме пару костей за подобную грубость и неприличный жест. Дуня пристально смотрела на своего знакомого, теряя уверенность, но обретая новую злость.

— Убери руки, Люка. — Потребовала девушка. Он же руки убрал, но губы его потребовали поцелуя. Даниэла не смогла стерпеть и "погладила" парня по плечу — ее ладонь была настолько раскалена, что одежда оплавилась, а значит и ожоги под тканью были приличными. Люка зашипел. Дальнейший разговор проходил на французском. Очень экспрессивном языке, как выяснил Макс, который ничего не понимал, кроме эмоций, с которыми вылетали слова. Еще он заключил: Даниэла и Люка старые приятели, раз они так яро друг друга ненавидят.

Вампир протягивал к ведьме руки и неизменно получал по ним проклятьями. Злился, жестко высказывался, бесил этим девушку, и снова лез к ней с поцелуями. В итоге развязалась драка, в которой Максу так или иначе пришлось участвовать. Как бы он не терпел девчонку, а все же, встал на ее защиту: когда Люка разбил нос ведьме, то поплатился целостностью нижней челюсти. Лишь получив по лицу, заграничный гость обратил внимание на напарника девушки.

— Не советую вмешиваться в наши с ней дела! — рычал Люка.

— Все, что касается ее, касается и меня! — выпалил Макс.

— Ой-ой, — пискнула Дуня, зная, чем обернуться дальнейшие события. И прежде, чем холеный французский вампир прикончил местного полукровку, ведьма выпустила сильный импульс, откинувший заносчивого кровососа прямо к пруду. Люка рухнул в воду.

— Так! — раздался сердитый голос водяного. — Кто тут мусорит?

Дядя Зеленый выкинул мокрого, грязного и пышущего желанием убийства вампира на берег.

— Дуня, ты что ли? — присмотрелся к ней хозяин пруда.

— Эм… — не сразу нашлась с ответом Даниэла. — Вам привет от мамы с папой!

Люка по-французски пообещал что-то кому-то оторвать. И Макс не сомневался, в том: кому и что конкретно.

— Ваш "привет" матюкливый. Забирайте его обратно. — Возмутился водяной.

— А может у себя подержите? — понадеялась Дуня. — Пусть остынет. Искупается…

— У нас такого добра навалом! — фыркнул дядя Зеленый и быстро скрылся под водой, не желая присоединяться к разборкам сухопутных.

— Все. — Обреченно выдохнула Данька, глядя, как адски взбешенный парень поднимается с земли. — Нам конец.

— Даниэла, — рявкнул Люка. У девушки чуть нервный тик не случился. Она моргнула. А потом с широко раскрытыми глазами уставилась на сцену избиения ее товарища. Иностранец вмазал кулаком в живот Максу, собирался свернуть ему шею, однако…

— Не смей! — вырвалось у ведьмы, вместе с очередным магическим приказом. — В камень!!!

Руки вампира до самых плеч превратились в куски бетона, притянувшие его к земле.

— Хоть раз поднимешь руку на меня или моих друзей и до конца своих дней будешь в виде памятника радовать голубей! — зарычала Даня, сверкая глазами.

— Почему? — спросил Люка, с ненавистью глядя на девушку. Его интересовала причина, по которой ему не позволили убить полукровку.

— Возвращайся домой! — приказала Даня.

Люка так просто сдаваться не собирался. И если он оказался временно обездвижен, то сосредоточил внимательный взгляд на Максе. Тот почувствовал, как плавится кожа на шее. Склонившийся упырь, оказался не просто носферату, а чистокровным! Каких не так и легко встретить. К примеру, в клане деда и отца, только сам глава был истинным, остальные — обращенными, либо смешанными.

— Ты хочешь и зрения лишиться? — уточнила Даниэла, встав впереди Макса, чтобы отбить удар. Ее былая уверенность в собственных силах вернулась и, похоже, утроилась.

— Не посмеешь! — криво усмехнулся Люка.

— Проверим? — не уступала ему девушка. — Я уже не маленькая, и не такая наивная, как раньше! Вместе со зрением, ты лишишься и головы! Едь домой Люка, если не хочешь…

— Что? Главе Курану нажалуешься? — поддел он.

— Зачем? Эта территория под охраной стражей и Судьи. Они сами справятся с тобой. И наказание отца покажется тебе райским наслаждением, по сравнению с тем, что придумают они для нарушителя покоя! — сказала она, и потащила Макса прочь. Уходя, несколько раз оглядывалась на сидящего у дороги вампира.

— Почему ты защитил меня? — спросила Дуня, уже стоя у ворот дома.

— Мы же связаны, — пожал плечами Макс, поднеся руку к горлу. Кожа вздулась волдырями. — Подумал, что таскать с собой твой труп на привязи не очень эстетично. Да и девушек будет отпугивать своей вонью.

— Ха-ха, — скривилась ведьма. — А то, что в случае моей смерти, ты от связи избавишься, тебе в голову не приходило?

— Не искушай меня! — огрызнулся Макс.

Глава 9

Закат разбавил краски на небосводе. И в его слабом красноватом свете заброшенная шахта казалась более ужасающей, чем на самом деле. Жан и Аля сразу отказались лезть в шаткое создание человеческих рук. Выполнив свою часть работы, они просто наблюдали за метаниями Даниэлы у входа в… "Ад!" — как выразился Влад.

— Я чувствую себя Алисой в готической сказке. — Бормотала ведьма, с опаской глядя в темный провал входа.

Слабый ветерок донес до нее неприятный затхлый запах. Девушка нахмурилась.

— И белый кролик там явно сдох! — согласился с ней Влад.

— Ладно. Я сейчас соберусь и пойду туда. — Уговаривала себя она. Горячая ладошка парня согрела ее ледяные пальцы. Она посмотрела на оборотня с благодарностью за его участие.

— Не бойся, — улыбнулся Влад. — Я буду рядом.

— Ты не мог бы перенести это "рядом" левее и подальше с моей дороги? — уточнил Макс, перед которым стоял Влад, заслоняя ход в шахту.

— Эй, хватит уже скубтись! — разнял их Митя и отволок на несколько шагов назад от Дуни. Девушка, похоже, медитировала, убеждая себя в смелости и стойкости перед проблемами. "Там нет никаких кроликов! Ни живых, ни мертвых!" — слышались слова ее аутотренинга.

— Чем ей кролики не угодили? — не понимал Макс.

— Дурное влияние демонов, — пояснил Влад. — Их тоже раздражает все белое и пушистое.

— Заткнитесь уже! — потребовала тишины Даниэла.

Пару минут парни помолчали, а потом им стало скучно.

— Мить, а кто такой Люка? — решил выведать информацию о противнике Макс.

— Чистокровный из клана Сурей. Он гончая. Находит, кого надо, достает, что просят, и убирает неугодных. — Рассказывал ведьмак. — Его родственники надеялись женить парня на Дуне. Когда ей было пятнадцать, им устроили встречу и Люка произвел на нее впечатление. Серьезный, ответственный, взрослый. Она мне все уши о нем прожужжала. Он практически одного возраста с Даниэлем. Тот, кстати, сначала был не против. А потом… Наверное, на него Дина повлияла, и он отказал в помолвке. И правильно сделал. У Дуньки с этим… в общем, ничего у них не срослось.

— Я понимаю почему, — кивал Макс. — Твою сестру только слепой, немой и глухой выдержит.

— Ты сейчас именно таким и станешь, если не заткнешься! — прозвучала угроза от нее.

— Ты входить собираешься? — не выдержала Алина, кутаясь в пиджак своего напарника.

— Да. Почти готова, — ответила ведьма.

— Кажется, ей нужно помочь, — тихо проговорила Аля, намекая на что-то телохранителю девушки. Француз понял ее, поднялся, подошел к столпившимся у входа и втолкнул Даниэлу в темноту. Леденящий душу крик разнесся по площадке…

Тьма была повсюду. Она обволакивала и душила… Хотя нет. Не темнота вовсе, а вполне ощутимый и тяжелый парень.

— Слезь с меня! — отпихивала Макса Дуня.

— С удовольствием, — пробурчал парень, откатился в бок и поднялся на ноги. Он протянул девушке руку, предлагая помощь.

— Я еще полежу, — отказалась она, ощущая позвоночником холод и остроту камней под спиной. "Пара позвонков точно сместились!" — оценила собственное состояние Дуня, намереваясь магией поправить положение. Но почему-то эффекта не последовало.

— Как хочешь, — хмыкнул рядом полукровка и отошел, чтобы осмотреться. Любоваться было нечем. Да и тяжело. Темно под землей. Пока Макса спасало вампирское наследство: хорошее зрение и обостренные чувства. Дуню не спасало и это. Она ругалась где-то позади, жалуясь на суставы и кости, как старуха.

— Перестань причитать. Зажги этот ваш магический фонарик, — отвлек ее парень. Брань понеслась с новой силой. Как выяснилось, пролить свет в подземелье сильная ведьма не смогла. Она безрезультатно щелкала пальцами, даже вспомнила и произнесла пару заклинаний, но ничего не помогло. Тьма отказывалась покоряться. И ведьма бесилась еще больше.

— Да прекрати ты! — не выдержал Макс, достал из кармана зажигалку. Скудное освещение поразило новостью: Даниэла находилась в десяти метрах от парня, а это означало, что удручающая связь, созданная колдуном Александром, в шахте не работала, как и магия ведьмы.

— Какая прелесть! — обрадовался он, подумывая, а не выйти ли на поверхность и не оставить ли ненормальную напарницу в шахте?

— Ничего замечательного не вижу, — зарычала Дуня. — Я вообще ничего не вижу!

Последнее прозвучало капризно и обижено, с подвываниями на финальных нотах. Макс ожидал, что девушка упадет на колени и будет биться головой об пол. Но нет. Она направилась к выходу, попутно спотыкаясь об камни и мусор. Макс никогда не был жалостливым. Тем не менее, пошел следом за ней, и готовился подстраховать девчонку, вытянул руки, чтобы поймать это магическое недоразумение, когда она все-таки решит пересчитать носом метраж дороги. Но, похоже, Дуня всего лишь собиралась окончательно угробить обувь. Носки сбила точно. Зато парень составил совершенно четкое представление относительно ее познаний в русском, украинском и фрацузском языках. Каждому камню, об который она споткнулась, девушка придумала достойное и очень не лестное прозвище.

У светлого провала ее встретили взволнованные друзья с Митей во главе. Лица у них были очень сосредоточенные и серьезные.

— Здесь магия не действует, — в один голос поделились впечатлениями брат и сестра, наперебой намереваясь донести последнюю новость из собственных наблюдений.

— А еще темно, хоть глаз выколи и… — пожаловалась Даниэла.

— Надеюсь, вы именно этим занимались… Но почему он с глазами до сих пор??? — Сквозь зубы говорил оборотень совершенно не стесняясь ревности. — Из шахты ни звука не донеслось. Хотя, по идее, эхо должно быть приличным.

Митя толкнул его в бок. Дуня уставилась на брата, буквально умоляя повлиять на ситуацию, то есть отправиться бродить по шахте всей компанией, либо не заставлять бедную-несчастную ведьму слоняться по подземельям и кормить собой пауков.

— Извини, малыш, но тебе придется самой, — понял ее Митя и протянул руку. Его ладонь уперлась в невидимую преграду, словно парня и девушку отделяла стеклянная стена. — Войти и выйти могут только пары. Думаю, дядя Саша не зря нас разбил на команды по два человека.

Судя по красным глазам девушки, она собиралась расплакаться.

— Зато есть и положительная сторона ситуации. — Успокаивал ее брат. — Если все так сложно, значит камень здесь. Пройдите пару уровней и поднимайтесь.

Даниэла была на грани отчаяния.

— Тогда нам нужен фонарик, — облокотился о стену Макс, понимая, что такую важную вещь никто с собой не брал и это послужит поводом для завершения поисков на сегодня. Мечты обломал охранник ведьмы. Жан подал парню свой телефон, на котором подсветка сияла ярче любой лампочки. "Чтоб тебя, находчивый!.." — скрипел зубами Максим. Протянул руку, беспрепятственно проскользнувшую через преграду, чтобы принять дар.

— Мы сегодня же найдем этот булыжник! — рассвирепел он, ухватил девушку и потащил в глубину шахты, намереваясь покончить как можно скорее с игрой в "Камень, ведьма и вампир".

Дуня сначала упиралась, а потом крепче сжала его ладошку. Спустя двадцать минут она просто повисла на плече парня. На уровень ниже Максу пришлось нести ее на себе, как рюкзак. При этом бесполезная в данной ситуации ведьма злобно сопела ему в ухо, постоянно дрожала от страха… и холода, затхлости… и просто так, чтобы позлить своего напарника.

— Ты что-нибудь видишь? — через каждые три шага спрашивала она.

— Например? — пыхтел под весом ноши Макс.

— Камень, — уточнила девушка.

— Здесь повсюду камни. Какой наш?

И тут-то Дуня поняла… Что если промолчит, останется здесь навсегда. Ответит — и ее ждет та же участь. Выбор за нее сделал сам Макс. Сбросив со своих плеч "рюкзак без мозгов", он пустился в долгие разъяснения о том, чем отличается тупоголовая ведьма от ведьмы-идиотки.

— Как можно искать что-то, если ты не знаешь, как оно выглядит?! Какого черта я должен терять с тобой время?

На этом поиски и прекратились. Макс рассердился настолько, что плюнув под ноги, пошёл на поверхность, решив оставить Дуню в шахте.

"Тупоголовая! На ней эволюция отдыхает! Да неужели на свете еще есть такие…" Злясь на девушку, почти у самого выхода Макс остановился, прислушался. Оглянулся назад. Ведьма не бежала за ним, не требовала вернуться, не верещала. Ее вообще не было. Очень неприятное чувство охолодило злобу парня.

"Есть такие дуры, которые и в трех березах заблудятся… А из шахты вообще никогда выход не найдет… Потому что идиотка!"

Чувство, которое Макс сейчас испытывал очень напоминало ему ответственность за Алю. Только эта обладала большим резонансом. Не дожидаясь криков о помощи, он побежал обратно.

В полной темноте боролись двое. Точнее один, а девушка — слабо отбивалась, потому что лишившись магических сил не могла дать должного отпора.

— Пусти, — хрипела она.

— Нет! — наслаждался моментом он, прижимая ее к себе. Поцеловал. И на короткий миг, Макс, слушая это, задумался, а не оставить ли чокнутую парочку наедине. Но что-то внутри сжалось и этот мерзкий комок подкатил к горлу.

— Ты хочешь меня убить или…

— Мне больше нравится твое "или", — смеялся Люка. — Но они хотят твоей смерти.

— То есть ты приехал убить меня и привезти мою голову своим нанимателям? Клан Сурей совсем обнаглел? — намерено злила его Даниэла. — Ты продажная сволочь! Вот поэтому у нас и не могло ничего получиться.

— Получилось бы, — настаивал чистокровный. — Ты же влюбилась в меня.

— Нет! — протестовала она, но слишком уж лживо звучали ее слова.

— Не ври себе и мне, — шептал Люка, опять целуя свою жертву. Ему нравилось смешивать личное отношение и работу. — И сейчас любишь.

Дуня не могла противостоять ему и не только потому, что сейчас была слабой, беззащитной девушкой в лапах все еще сильного и смертоносного существа… Она все еще испытывала к нему чувства.

— Ты планировал использовать меня, опозорить после свадьбы. Потом добраться до моего отца и убить мать! — всхлипнула Дуня, обвиняя его не в самом факте, а в том, что он обманывал ее. — Я всё слышала!

— Знаю, — не отрицал вампир. — Я много думал, Даниэла. Мне надоело быть гончей. Выходи за меня замуж. Вернемся домой. А потом, думаю, ради благополучия любимой дочери, глава Куран даст мне все, что я попрошу. Так ведь? И всем будет хорошо… Правда не долго.

Он сжал горло девушки. Даниэла захрипела, хватая воздух ртом, царапая удушающую руку. Все же от вампира в ней было слишком мало — блеск глаз, да и только. Макс напал на душителя со спины. Ударил его головой об каменную стену, размозжив череп. Теперь, помимо затхлости, воздух наполнился запахом крови. Люка опешил от такого неожиданного поворота событий. Выпустил Дуню и, собрав на пальцы жидкость со лба, удивленно осмотрел отпечатки. Девушка, которой не так часто выпадала роль слабой и беззащитной, не сразу сообразила отползти к своему защитнику. Она долго кашляла, распластавшись на полу. Чистокровный бросился в бой, мстить, убивать, потрошить соперника. Макс не сдавался — колотил по растратившему силы вампиру, как по боксерской груше. Сам схлопотал серьезную травму — перелом руки. Кости разорвали кожу, и парень закричал от боли. Тем не менее, это вселило в него необъяснимую злость, которая помогла справиться с врагом. Ударив ногой Люку в грудную клетку, он услышал хруст ребер. Иностранец попятился, и буквально влип спиной в стену. Вдруг потолок осыпался. Здоровенные камни повалились на итак раненого вампира. Пискнув, Даниэла отскочила к Максу неосознанно делая выбор. Увлекая его назад, прочь от обвала, спасая тем самым жизнь не возлюбленному, а ненавистному напарнику. Люка же остался там — под грудой породы. Ведьма и полукровка замерли в ожидании. Ведь вампиры, тем более истинные, не умирают вот так просто. Но гончая клана Сурей, судя по всему, испустила дух и неподвижно лежала.

— Не может… — проронила девушка, несмотря на протесты Макса, подошла к груде камней, из которой торчала окровавленная рука. Подняла камень, скрывающий лицо мертвеца и, взвыв от ужаса, бросилась к своему напарнику.

На поверхность они поднялись израненные и истощенные. Но теперь опираясь друг на друга, и принимая помощь без споров, добровольно. Влад поймал Дуню на руки, когда она чуть не упала в обморок. К Максу подбежала Аля. Его раны пугали сестру, судорожно соображающую, что делать.

— Надо вправить кость, и найти ему еду. — Быстро сориентировался Митя, лично быстрым рывком вставил вывернутые кости на место и перемотал рану товарища.

— Что там произошло? — допытывался оборотень.

— Люка, — еле шевеля губами, поведала Дуня, и перевела взгляд на своего защитника. Услышав имя, Жан стиснул зубы и сжал кулаки, надеясь поквитаться с обидчиком за вверенную ему девушку. — Он мертв, Жан! Он следил за мной. Знал, куда мы пойдем. Спрятался в шахте, а потом, когда мы с Максом поссорились, выждал момент и напал. Макс справился с ним. Но он… Его завалило… И он не поднялся.

— То есть? — не поняли друзья.

— Там умирают все. — Обреченно ответила Дуня, глядя на брата такими испуганными, полными слез глазами, что он понял.

— Там мы все в равных условиях. Все смертны. — Передал своими словами Митя.

Глава 10

Каково это стать убийцей? Макс не задумывался. Раньше. Хотя особых ощущений событие не вызвало. Наверное, во всём виноваты странные обстоятельства его рождения. Ясно, что у вампиров в крови заложен фактор доминации над живыми существами и рано или поздно природа берет свое, толкая на подвиги — поиски жертв. Парень знал историю собственного отца — далеко не ангела, а сторожа, чистильщика и просто любителя кровавых деликатесов. Его исправил дедушка Карл — глава клана, и мама — простая ведьма. Мировоззрение Макса менять было не кому. Да и зачем? Он не испытывал ничего нового: ни угрызений, ни пустоты (впрочем, она всегда присутствовала внутри, просто не изменилась), ни наслаждения. Зато неприязнь к напарнице парень постепенно учился регулировать. В данный момент старался не сорваться и не отхлестать девчонку по щекам.

— Почему ты плачешь? — Алина сидела с Дуней на ступеньках и донимала расспросами.

— Я не плачу! — отнекивалась девушка.

— Ага, — не верила ей подруга.

— Они сами текут! — взвыла ведьма, и на какое-то время со ступенек во дворе доносились только всхлипывания.

— Дунечка, — приговаривала сопереживающая ей Аля. — Ну, перестань. Он же был плохим. А если верить Жану, так этот Люка вообще — сволочь.

— Жану? Как ты его понимаешь? — отвлеклась от истерики Дуня.

Макс посмотрел на стоявшего около него француза. Охранник спокойно пил сок, ожидая, когда девушки наговорятся и он сможет вернуться к телевизору, обнять Алину.

— Иногда, чтобы понять человека, слова совсем не нужны, — как взрослая рассуждала сестра Максима. Мгновение тишины и Дуня опять принялась за слезливую какофонию.

— Ну не понимаю я, почему ты ревешь! — разозлилась Аля.

— Впервые, я увидела его, когда мне было десять… — Попробовала объяснить Даниэла и для этого углубилась в воспоминания. — Мы с мамой и Жаном гуляли по поместью. Помню, Жан тогда свалился в озеро.

Парень хмыкнул, мол, он не без помощи рухнул в водоем.

— Ладно, я слегка его толкнула. — Тут же исправилась Дуня. — Вам, кстати, не обязательно подслушивать!

— Не отвлекайся, — дернула ее Алина.

— Короче, он обиделся и сказал, что пожалуется папе. Я побежала домой, чтобы опередить его и самой рассказать папе, кто виноват. Уже и не помню из-за чего мы тогда поссорились. Он меня догонял. Я первой оказалась в доме, влетела в кабинет отца и… И подумала, что меня отлупят не за драку с Жаном, а за нарушение покоя. У папы сидела целая делегация. Мужчины уставились на меня. Повисла тишина. А потом я посмотрела на единственного молодого парня среди них. Он показался мне таким красивым, что у меня перехватило дыхание. Я стояла на пороге и таращилась на него. Даже не со второго раза услышала, как меня звала мама. Дядя Кай просто взял меня за руку и вывел из кабинета. Только час спустя я пришла в себя. Я влюбилась. По уши. Каждый раз, когда к отцу приезжали, я кралась к окну кабинета, и подсматривала, надеясь еще раз увидеть того парня. Я мечтала о нем. В один прекрасный день, после совета, отец попросил меня спуститься. У нас были гости.

— Люка? — жаждала узнать нетерпеливая Алина.

— Нет. Главы его семьи. Они долго беседовали, в суть я не вникала. Услышала только самое главное: меня собирались продать ради укрепления отношений между кланами.

— Продать?

— То есть выдать замуж. — Перефразировала Дуня. — Я возмутилась. Что это за глупости такие? Папа тоже отказался. Мама вообще чуть не выгнала сватов магическим пенделем. Но тут пришел он, Люка. Патриция, наш оракул, вошла следом за ним. Она очень странная. Смешная. Мне всегда было весело с ней. Особенно в детстве. В общем, Пати посмотрела на меня, на него, отвела маму с папой в сторону. Поговорила с ними. Заставила маму посмотреть на нас истинным зрением. Говорят, что у людей, предназначенных друг другу, есть печати Судьбы. Мама увидела нечто подобное и вскоре заключили помолвку. Но ей мой жених не нравился. Мы с ней ссорились каждый день из-за Люки. А он был таким себе воплощением мечты: море внимания, любое пожелание исполнялось; забирал меня после школы, всем подругам на зависть; успокаивал, когда я не могла находиться дома, прятал в своей квартире, вдалеке от кланов и прочего. Я ждала свадьбы, как не знаю чего! В какой-то момент, я заметила, что Люка много и часто расспрашивает о папе: куда и когда он ездил, с кем общался. В один прекрасный день, я услышала, как папа злился и орал в кабинете. Дядя Кай успокаивал его. Что-то случилось. Погибли наши ребята, в совете появилась целая коалиция несогласных с правлением отца. В общем, все шло плохо. Дядя Кай упомянул главу клана Сэмюаль. Он погиб сразу после деловой встречи. Пошли слухи, мол, папа уничтожает неугодных. Его захотели свергнуть. Готовился переворот. Знаешь, что самое отвратительное? Пару дней до этого я рассказала Люке о той встрече.

— И это было не совпадение? — уточнила Аля.

— Да. Я поздно поняла. Когда мама попала в ловушку. Люка сделал все, чтобы я сама заманила ее. Там был магический капкан, из которого даже очень сильной ведьме сложно выбраться. Маме пришлось вызвать демонов. Те примчались. Дядя Марк на меня тогда так посмотрел, что мне до сих пор стыдно. Они освободили маму, выведали обо всех планах женишка. Я сидела и ревела в углу, пока они выуживали информацию. Потом они разгромили не только квартиру, в которой мы с Люкой жили, но и отправили половину клана к чертям. Люка удрал. Его долго не было видно. Потому что отец отдал приказ уничтожить его. Папа долго разбирался в том, что натворил клан Люки. А я несколько месяцев не выходила из комнаты. Мне было стыдно перед родителями. Все рухнуло. Я и раньше знала, что окружающие вампиры жестоки, но… Я не понимала, как моя вторая половина, данная мне Судьбой, может так легко предать…

Алина молчала. Жан тяжело вздохнул. Макс подумал: "Наивных дур только могила исправит!" — однако придержал мысли, не озвучив их.

— Ты продолжала любить его после всего? — отважилась узнать подруга.

— Думала, что это прошло. Но… — призналась ведьма.

— Мась, — ласково позвал сестру Митя, придерживая телефон. — Ты папе звонить будешь?

— Ой, да, — спохватилась Даниэла. Взяв трубку, вернулась в дом. Постаралась оградиться от навязчивого и ненужного сейчас присутствия Макса. Выждала время соединения и, услышав голос отца, заговорила. — Привет! Все… Уф. Не могу. Не отлично. Пап, здесь был Люка.

Продолжительная пауза свидетельствовала о пылкой речи недовольного родителя. Вставить хоть слово девушка не могла. И, наконец, отважилась.

— Пап, он ничего мне больше не сделает. — Вдруг сорвалась, заплакала. — Он мертв. Он остался в шахте, где мы искали камень. Мы там все можем умереть, пап…

Макс ждал, когда прозвучит наивная детская фраза: "Папочка, забери меня отсюда!". Но Даниэла не торопилась ее произносить.

— Это был несчастный случай. Никто не виноват. Он сам полез. Нет. Мне не нужна охрана. Здесь же стражи, папа. Алло… — Судя по заминке, трубку перехватила мама. — Да. Мамуль, я справлюсь. Он меня не тронул. Хотел. Но меня спасли. Кто? — Дуня оглянулась на вампира, немного затравлено. Признавать его сильным и хорошим она упорно отказывалась. — Максим. Мы с ним напарники. Какой он? Мама!.. Поцеловать от тебя? С ума сошла? Сама целуй! Плакать? Я не собираюсь реветь, и — нет, тебе не надо приезжать. И тетю Римму не вези. Я справлюсь. Я же ваша дочь!

Подбодрив родителей, она отдала телефон брату.

— Зачем ты оправдывалась? — ухватился за интересный факт оборотень, стараясь сдержать реакцию на просьбу потенциальной тещи, передать поцелуй другому парню.

— Потому что у родственников Люки возникнут вопросы. И они захотят ответить на них местью. — Вздохнула, уставшая от переживаний девушка. — А потом придут сюда.

— Все. Давай не будем заглядывать в будущее! — остановил не радужные прогнозы Митя. — Даниэль держит все под контролем. К тому же…

— Что мы не сможем дать отпор каким-то французским кровососам? — влез Влад, и получил неодобрительный взгляд от всех товарищей, так как в доме присутствовало аж два представителя из перечня вышеуказанных нехороших созданий. — Вы не в счет!

Жану все равно не понравилось то, как отозвался о его сородичах оборотень. Алина перехватила его руку, не позволяя ввязаться в драку.

Даня, будучи в трауре, увильнула от новой беседы о боевых действиях, и уселась на диван. Максу, хоть и не хотелось торчать перед телеком, пришлось сесть рядом. И только он расслабился, как с другой стороны от ведьмы присел Влад.

— Сейчас начнется! — покачал головой Митя.

И началось. Оборотень лез к девушке со своими нежностями, пытался обнять, положил руку ей на плечо. Макс принялся размахивать веревкой с многочисленными узлами, как скакалкой. Из-за чего Даниэлу всю трясло, а Влада просто злило. Потому что обнимать девушку, которую колотит от нервного тика, сложно — рука парня все время слетала с плеча ведьмы.

— Я тебе сейчас ногу отгрызу! — предупредил парень вампира.

— Спрячь зубы, а то у твоей подруги будет лишний повод обрядиться в траур! — огрызнулся Макс.

Митя уже собирался взмахнуть руками и волшебным образом убрать звук скандальной драмы, как Жан перехватил его за запястье.

— Не надо, — объяснила действия парня Алина. — Пусть ссорятся. Это забавно. Если телевизор не будет работать, то можно на…

Бабах! И телевизор взорвался, разбросав по сторонам кусочки экрана и запчастей. Гостиная наполнилась вонью горелого.

— Накаркала, — в полной тишине выдала девушка.

Спорщики уже перестали орать друг на друга и замерли от испуга, таращась на то, что осталось от прибора.

— Дуня? — грозно окликнул сестру ведьмак.

— А что я? — истерично завизжала та. — Ведь объясняла же тебе, что мне с ним, — (она ткнула пальцем в вампира), — рядом находиться противопоказано. Все ломается и взрывается. Мить, нельзя ли разрубить эту веревку?

— Нет. Нельзя. Но если тебе так тяжело…

— Очень! — вместо Дуни ответил Макс.

— Я попробую что-нибудь придумать. — Пообещал Митя.

— Славно. Мы пойдем, прогуляемся, пока ты будешь думать. — Подскочила Даниэла, которой очень хотелось сменить обстановку.

Влад тоже хотел присоединиться к этому "мы", но почему-то не смог даже оторваться от дивана, словно был приклеен. Сразу догадавшись, кому принадлежит "клей", он злобно посмотрел на Митю. Тот притворился, будто ничего и не заметил, и заклинание вовсе не ему принадлежит, и не его магией пахнет. Тем временем Дуня и Макс благополучно покинули дом.

— Меня это ее "мы" — бесит! — признался Влад, прекратив сопротивляться.

Диван отпустил его, но оборотень итак понял, что покинуть стены здания Митя ему не позволит.

— Почему ты принимаешь его сторону? — все же спросил парень.

— Я? — совсем не искренне удивился ведьмак. — Тебе кажется!

Выскочив из дома, Дуня постояла пару минут на пороге, решая какой-то внутренний вопрос, а потом открыла дверь боковой пристройки и достала метлу. Макс подавился смешком.

— У вас, женщин, все депрессии заканчиваются уборкой или шоппингом. — Выдал парень. — Но учти, я помогать тебе не собираюсь!

— В том, что ты лентяй — я даже не сомневалась. Садись! — приказала девушка.

— На это? Не сяду! — наотрез отказался вампир.

— А ты представь, что это мотоцикл или джип. — Предложила она, уже оседлав метлу.

— Да? Где сидение? Коробка передач? Я кроме тормоза ничего не вижу! — Конечно, "тормоз", сидящий на метле, сейчас дико обиделся.

— Вот, — похлопала ладошкой по палице Дуня. — Сидение. А остальные функции буду исполнять я.

— А ремни безопасности? — не унимался Макс.

— Если ты сейчас же не сядешь, то будешь болтаться на дурацком "поводке" всю дорогу. — Разозлилась ведьма. — А я буду лететь пониже, чтобы ты смог почувствовать разницу между тополями и ивами.

— Не могу поверить, что делаю это, — бормотал вампир, пристраиваясь на метле.

— Говоря о ремнях — крепче держись! — предупредила Даниэла, и не дала Максу опомниться. В мгновение ока они взмыли вверх, вращаясь вокруг оси на ходу. Вампиру никогда не нравились аттракционы типа американских горок, а сейчас ему устроили именно такое развлечение. Стиснув зубы, чтобы не кричать, и понимая, что держаться, сидя на метле, толком не за что — он крепко обхватил талию ведьмы. А вот она-то позволяла эмоциям выйти наружу: кричала, смеялась и просто вопила. Дважды пыталась стать на место предводительницы стаи ворон. Птицы ее не понимали и клин, противно каркая, разлетался в стороны.

— Тебя же увидят! — рычал Макс.

— Нет! — смеялась Дуня, набирая скорость и поднимаясь к облакам. А потом резко, пулей, ринулась вниз. Макс зажмурился. Единственное слово, которым он описал характер и повадки девчонки, пусть и относилось к литературным, однако применялось, чаще всего, как ругательное. Девушка его не услышала — слишком громко смеялась. Вампир понимал, что пара секунд и из-за психонутой ведьмы они разобьются об асфальт. Но, когда открыл глаза, то увидел собственное отражение на глади воды. Ведьма лихо управляла своим колдовским средством передвижения, и они неслись над поверхностью местного водоема. Какое-то время спустя Макс уже и не думал о том, насколько злится. Просто наслаждался происходящим, скоростью свободного полета и ловил кайф от этого.

"Вот как ведьмы убегают от проблем!" — подумал он, усмехнувшись. Однако высказал совершенно другое, и уже безрадостно.

— Вверх! Вверх! — взмолился он, увидев из-за макушки ведьмы большую иву, к которой они неумолимо приближались на бешеной скорости. Макс потянул сначала Дуню, потом ухватился за палицу и дернул на себя, так сильно, что девушка закричала. Они совершили умопомрачительный кульбит вокруг оси, прежде чем распрощаться с метлой, улетевшей навсегда в неизвестность. А ее наездники полетели вниз, чтобы попробовать новые роли — утопленников, ведь они удачно упали в дурно пахнущий водоем.

Тем временем во Франции…

Он смело шел по темной аллее, чеканя шаг, чтобы стук каблуков на его ботинках разносился по округе и наводил ужас на врагов и вероятных жертв. Его звали Армэль. Молодого вампира приняли в клан Куран не так давно, да и то благодаря Каю — правой руке господина главы. Он рассмотрел хорошие данные в перспективном пареньке и периодически доверял ему какую-нибудь важную работенку. Как правило, она касалась запугивания и прочего, не менее веселого. В принципе, Армэлю все нравилось. Кроме…

— Эй, красавчик, закурить не найдется? — раздался женской голос, с претензией на бандитский говорок, из темноты парковой аллеи.

Армэль остановился. Он мог дать отпор любому негодяю, безумцу, убийце… За исключением самого сира Кая, его повелителя и…

Мрак выпустил на свободу рослую темноволосую женщину. Голую. Впрочем, на ее формы ему смотреть было некогда, так как все внимание парня приковалось к светящимся желтым глазам. Потянув носом запах, вампир опознал в ней оборотня. Оскалился.

Из-за спины нудистки вышла ведьма. Точнее наполовину — Армэль, как и прочие в клане, никак не мог понять, что она за существо. В том, что она стерва, каких свет не видовал, никто не сомневался.

— А че это ты, парниша, не куришь? — ехидно поинтересовалась буйная дамочка с метлой в руке. Она просто напрашивалась на драку.

Армэль быстро понял, что лучшее средство избежать выволочки от двух шефов — мирно и тихо… сбежать. Поэтому медленно сделал шаг назад, заметив еще двух ведьм, присоединившихся к компании двух подозрительных особ. На лицах женщин отразился охотничий азарт. Вампир перешел от робких движений, к конкретным действиям — он улепетывал на всех парах, не рискуя оборачиваться, чтобы проверить есть ли за ним погоня. А она была! Ведьмы и улюлюкали, гоготали и обвиняли его в трусости. Армэль не боялся, просто хотел сохранить свою честь, да и все остальное для более достойных битв.

Парень вбежал в дом и первым делом свернул в коридор, ведущий к кабинету главы.

Мсье Куран и его верный помощник, Кай, в тот момент занимались важными вопросами.

— Прибыль от этих двух фирм падает… — сказал глава клана, а его слова наглядно продемонстрировал подопечный, рухнув на пузо, когда торопился проскользнуть в дверь. Армэль проехался на животе по гладкому паркету и остановился у ног своих господ. Физиономия у него была до глупого счастливая. Потому что он думал так: "Я спасен! Лучше потерпеть наказание от них, чем от того, что осталось за порогом! При главе его драгоценная жена не посмеет тронуть меня!"

— Армэль? — обратился к нему Кай. — Что случилось?

— Докладываю, — выровнялся юноша. — В поместье все…

— Как всегда, — вместо него закончил глава, устало выдохнул и поднялся с кресла. Даниэль Куран вышел из кабинета. Его супруга с подругами рыскали по холлу, заглядывая в каждый угол.

— Ну, где же ты??? Так не честно! — бормотала она, приподнимая ковер за край.

— Любимая, — позвал ее серьезный вампир, облокотившись о стену.

— Ой, — икнула озвученная ведьма, и неспешно повернула голову. — Даниэль!

— Скажи мне, что ты сейчас делаешь?! — хотел получить информацию он.

— Конкретно сейчас? — уточнила женщина, быстро соображая, чего бы такого соврать, чтоб поверил и не сильно ругался. Вспомнила, что держит ковер и ответила: — Провожу экскурсию. Девочки! Смотрите! Это ковер. А под ним настоящая французская пыль! Да-да, в Донецке такой нет.

— Дина, — поймал ее за локоть муж и отвел в сторону, чтобы грозно зарычать в самое ухо. — Прекрати издеваться над нашими подчиненными. Ты должна следить за имиджем нашей семьи, поддерживать его…

— А разве не так делаю? Нас ведь все должны боятся. Вот я и стараюсь. — Выдала она.

— Есть такая поговорка, — влезла между ними женщина-кошка. — Бей своих, чтоб чужие боялись.

— Римма! — рассердился Даниэль.

— Все, поняла. Удаляюсь, — тут же пошла на попятную оборотниха.

— Здесь невозможно жить, — признался, уставший от всего Армэль. — Ведьмы, оборотни — им не место в нашем мире! Клан Куран превращается в цирк!

И тут он сообразил, какую оплошность допустил, высказав такие мысли вслух, при телохранителе, советнике и друге главы клана. Кай смотрел на него так, словно уже вынес приговор предателю. Армэль мигом составил список оправданий. Но ни одно его не спасло.

Глава 11

Прохладная погода не радовала… А Даниэлу Куран она просто бесила! Потому что из-за своего напарника ей пришлось искупаться в далеко не подогретой ванной, а в вонючем водоеме.

— И какого черта ты сделал это? — бесилась Дуня, сплевывая воду, которой наглоталась при падении.

— Идиотка! Мы бы из-за тебя, сейчас болтались на том дереве! — махнул в сторону ивы Макс, забрызгав девушку каплями, слетевшими с его рукава при резком движении.

— Слышь, ты, Василиса Прекрасная, руками маши поменьше! — бурчала ведьма. — Ни во что мы бы не врезались! Я бы успела вырулить!

Дуня вертела головой по сторонам, надеясь увидеть, куда подевалась метла. Но этого капризного средства передвижения нигде не было.

— Блин! Придется домой на своих двоих добираться. — Подвывала, клацая зубами от холода, девчонка.

— Ты же ведьма, а как же этот, как его? Телепорт? — сел парень, обхватив себя руками, чтобы хоть немного согреться.

— Какой к черту телепорт? Я рядом с тобой мелкие магические манипуляции боюсь делать, а что будет со сложными?.. Как закину нас неизвестно куда, и оттуда мы точно пешком не доберемся.

— А меня зачем вызвали? Направление подсказать? — как всегда нежданно-негаданно и совершенно бесшумно черти подкрались со спины.

— Ой. — Дуня быстро вспомнила все словечки, слетевшие с ее губ, начиная с того момента, как Макс потянул управление метлой на себя. — Здрасти, дядя Фока!

— Я так понимаю, что вы с мамкой, как не умели язык за зубами держать, так и не научились. — Вздохнул черт. После непродолжительной паузы, во время которой пристально рассматривал девушку, поманил ее к себе. — А ну-ка, детка, ходь ко мне. Чет тебе скажу!

Ведьма и вампир переглянулись. Дуня поднялась, дошла до рогатого.

— Дядька? — она неосторожно подалась вперед, чтобы услышать тайну, принесенную чертом на хвосте. И поплатилась за любопытство. Фока схватил ее за ухо и больно дернул.

— Ай! — завопила Дуня. Макс постарался удержать смешок. Но получилось не слишком удачно.

— Дядька, за что? — причитала девчонка, приплясывая около черта, схватившего в плен ее несчастный слуховой орган.

— А эт тебе урок будет! — выдал тот. — Хочешь, чтоб уши были целы — за языком следи!

— Поняла я, поняла! — всплакнула Даниэла.

— Как же быстро до нее дошло, — ехидно пробурчал Макс позади. Дуня уставилась на него так, что парню вполне грозила ампутация ушей и даже других частей тела.

— А ты, милок, не обольщайся. — Не дал насладиться ему страданием девушки черт. — Смотри, я ее сейчас отпущу, она ж к тебе придет.

Потом дядя Фока взял ведьму под руку и развернул спиной к вампиру, склонился к тому несчастному красному уху и зашептал.

— Вы вчера нашкодили, а разгребать будете уже сегодня! — предупредил Фока. — Ты за парнем то последи, ему ж больше, чем тебе достанется. Уж советую тебе, девочка моя, наладить с ним отношения. Вместе противостоять тем упырям, как-то все-таки проще будет.

— Они уже здесь? — ужаснулась Дуня.

— Да, красавица, утречком прибыли в аэропорт. Твои дядька с теткой встретили их, поговорили. Но пока они не пойдут в открытую атаку стражи ничего не сделают. — Шептал Фока. — Так что давай, держись за своего вампира ногами и руками. И оба постарайтесь не влезать в неприятности.

Дуня кивнула. Макс слышал каждое слово, потому нахмурился, размышляя о собственных ощущениях по поводу новости. Вампир не испытывал страха или чего-то подобного. Как и раньше, подумал, что пусть все идет своим чередом, как-нибудь он справится. К тому же, одолеть его не так просто.

— Все. Я тебя предупредил, а ты не бери пример с маманьки и не лезь в неприятности. — Напутствовал черт Фока, и так же, как появился — исчез. Дуня вернулась к своему партнеру.

— Нам надо обратно, — проговорила она, присаживаясь рядом с парнем.

Макс сразу вспомнил вечно недовольную физиономию оборотня, и замотал головой.

— Нет. Ты хотела прогуляться, пойдем гулять! — поднялся с земли Макс. Ему, если честно, осточертело находиться в толпе существ, лезущих не в свое дело, оберегающих одну ведьму, и постоянно советующих, что тебе делать и как. Парень так привык держаться отстраненно от всех, быть одиночкой, действовать самостоятельно!.. А сложившаяся ситуация, узы, грузом висели на его шее. Его тяготило все. Хотя вдали от остальных, с одной только девчонкой, стало немного проще.

— Погоди, надо высохнуть, хотя бы! — напомнила Дуня. И себя-то она в порядок колдовством привела — зажмурилась, постаралась расслабиться, представила себя на пляже под горячим солнцем. Ее одежда, волосы, обувь — все постепенно высохло.

— Ну, все! — радостно выдала девушка и раскрыла глаза. Для Макса так ничего и не изменилось. Он стоял злой и сердитый.

— Извини, сейчас что-то придумаю! — пообещала ведьма.

— Что? Сделаешь фен из воздуха? — уточнил парень.

— Не. Я так не умею. — Призналась Даниэла, попробовала окутать вампира теплым воздухом, но только заморозила его. Макс даже сосульками покрылся. — Прости, прости! Вокруг больше влажности, чем тепла.

Потом она расстроилась и схватилась за голову — решение никак не приходило. Кроме одного…

Макс не успел опомниться, как его крепко обняли. И что-то пошло не так. К нему, конечно, и раньше прижимались женщины, но дыхание перехватило только сейчас. Или его просто слишком крепко обхватили?

Парень недовольно прокашлялся, намекая, мол, его состояние сейчас дошло до той черты, когда кое-кто может пострадать за свои действия. Но по телу пробежали согревающие волны. Макс расслабился, позабыв о том, что собирался устроить вынос мозга девчонке. Хотя это сомнительное мероприятие — мозга-то нет!

— Эм… Может отпустишь меня? — вдруг спросила Дуня, и Макс внезапно обнаружил для себя совершенно несвойственную вещь — он сам обнимал ведьму. Смутившись, парень отступил, выпустив девушку из рук.

— Так куда двинемся отсюда? — постаралась не заострять внимание на случившемся Дуня.

— В центр города. — Буркнул сухой и согретый Макс, стараясь уйти подальше от ведьмы, и первым двинулся к тропинке между деревьев. Но Дуня даже, если бы хотела, не смогла оставить его одного. Веревка натянулась. Девушке пришлось повиноваться и быстро семенить за большими шагами парня. После часовой прогулки в быстром темпе, Даниэла завопила:

— Слушай, марафонец, сходи с дистанции. Я больше так не могу! — и, чтоб он уж точно ее послушался, вообразила себя здоровенным камнем. Макса потянуло назад. Чуть не упал спиной на асфальт. Но, остановившись, он оглянулся через плечо на девчонку. Дуня покраснела от ходьбы, не могла отдышаться, и вообще сложилась пополам от усталости. Происходило это уже в городе. И прохожие таращились на девушку, которая послушно брела за хмурым парнем.

— Мне, казалось, в тебе есть доля крови… — Хотел сказать "вампира", но вовремя смолчал, вспомнив о посторонних. — Твоего отца.

— А еще во мне есть доля крови матери! — зарычала Дуня, из вредности пустила ток из пальцев, угодив им в носки ботинок парня. Тот подпрыгнул, обозлился. Но прибить мерзкую ведьму не успел. Дуня отвлеклась. Навострив уши, девчонка, как дикий хищник побрела к ближайшему магазину.

— Тебе конфет захотелось? — спросил Макс, у собравшейся (судя по виду) на охоту девицы. Она уверенно направлялась к цели. А там, за углом, двое крупных бугаев пытались отлупить худенького парнишку, в два раза меньшего, чем его противники.

— Где наши деньги, чмо? — допытывались они у более слабого.

— Простите, это вы сейчас ко мне? — интеллигент притворялся полным идиотом, и отступал к мусорным бакам, рискуя оказаться в одном из них.

— Ты должен был вернуть нам долг еще неделю назад! — примерил кастет второй бугай.

— Я все верну! Честное слово! — как настоящий пионер, клялся парниша.

Даниэла собиралась вмешаться в несправедливый суд. Приготовила небольшую молнию, чтобы метнуть ею в крупную мягкую цель. Но Макс поймал ее за руку.

— Не вмешивайся! — приказал он.

— Почему это? — вырывалась Дуня.

— Он сам справится, — шепнул вампир.

Старт драки был положен после удара кастетом по лицу несчастного должника. Вторым ударом его повалили на землю. А потом стали пинать ногами. Он не звал на помощь, только выкрикивал:

— Сволочи! Мерзавцы. Я бы завтра все отдал!.. А теперь…

— Что теперь? — бесились бугаи, продолжая бить должника.

— Смотри, — кивнул Макс.

— А теперь, ни хрена вы не получите! — сквозь стиснутые зубы выдавил из себя паренек. В следующую секунду он каким-то чудом оказался стоять на ногах, в то время, как его враги разлетелись в разные стороны. Когда они очнулись от шока, парень лихо нокаутировал одного хуком справа, а второго — ударом ноги в лицо. Даниэла от удивления рот раскрыла. Герой из подворотни, оставшись стоять единственным из трех бойцов, обшарил карманы поверженных, изъяв у них деньги. Пересчитал с довольной миной, и засунул к себе в кошелек. Макс свистнул ему, и парень соизволил обратить внимание еще на кого-то, кроме своих жертв.

— Мак! Привет тебе! — радостно помахал рукой победитель, увидев Дуню, отвесил поклон. — Прекрасная леди! Позвольте представиться: Вениамин.

Он галантно одарил поцелуем тыльную сторону ее руки, позарившись на запястье, и намереваясь поцеловать чуть ли не локоть, а оттуда перейти выше. Макс прокашлялся, и его знакомый прекратил совращение.

— Прости, я как-то не подумал, что она твоя. — Извинился Вениамин.

— Мы не вместе! — в один голос оправдывались ведьма и вампир.

Уличного героя это позабавило.

— Тогда я приглашу на свидание… — начал было парень, но Макс его перебил.

— Валяй.

— Ага. Только свидание у нас будет втроем. — Уставилась на него Дуня, напомнив о связи. Ее напарник скрипнул зубами.

— Прости Миня, не выйдет. — Попросил прощения тот.

— Похоже, вы еще сами не определились с родом ваших отношений. Ничего.

— Не говори ерунды. — Отмахнулся Макс. — Я смотрю, ты опять вышел на промысел? Просадил все бабки?

— Да вчера продул все. — Стыдливо признался Вениамин. — Кстати, о тебе все спрашивали. А Гунг заявил, что ты трус, поэтому месяц не появляешься.

Парень замолчал, придирчиво изучая лицо вампира. Даниэла сразу сообразила, что эта фраза была озвучена ради единственной цели — задеть хладнокровного блондина. Но каменная маска Макса не проявила ни одной эмоции.

— Пусть говорит. — Выдал он на ожидания Вениамина, потом нащупал веревку, намотал ее покрепче и потащил за собой ведьму. — У нас дела, извини.

— Так мне передать Гунгу привет от тебя? — вслед им кричал парень.

Макс проигнорировал его вопль.

— А кто такой этот Гунг? — всерьез заинтересовалась Дуня.

— Один неудачник, — дернул плечом вампир.

Девушка промолчала. Шла, глядя себе под ноги. И только полчаса спустя она обижено сравнила себя с собачкой, которую выгуливают на поводке.

— Не хочешь ослабить хватку? — намекнула Дуня.

Макс отпустил веревку. Но остановился посреди аллеи. Долго держал театральную паузу, после чего отважился заговорить.

— Послушай, мне нужно в одно место… — осенило его, и он озадачился, глядя на огромный узел, болтающийся между ними. Он явно являлся препятствием его планов.

— Ну, так идем! — не принимала его терзаний Данька.

— Тебе со мной нельзя!

— Ты в туалет?

— Нет, — Рассмеялся Макс.

— Ну, надо было раньше думать, экспериментатор! — фыркнула Данька.

— Да! — согласился с собственной оплошностью он, уже и сам не понимая, что ему в тот день взбрело в голову. Подергал концы веревки. Распутать общее творчество не смог. Но удалось выиграть немного пространства, сняв два слоя путаницы с узла.

— Ладно, — сдался Макс. — Пойдешь со мной. Но о том, что увидишь, никому ни слова! Але — тем более!

— Мы идем грабить банк?

— Нет, на свидание! — брякнул он, и Дуня раскрыла рот, а звука ни одного проронить не смогла.

— Я пошутил! — вывел ее из ступора Макс.

— Плохо у тебя с чувством юмора! Ой, как плохо. — Покачала головой ведьма. — Пошли уже. Чем быстрее разберемся с твоей проблемой, тем скорее вернемся домой!

Их путь лежал через старый спальный квартал на окраине. Даниэла уж было предположила, что парень собрался зайти в гости к своей подружке, но вампир потащил ее к заброшенной стройке. Спонсор, собиравшийся продать новые квартиры в многоэтажке, успел возвести только основы и немного закрыть кирпичами две коробки первого и второго этажей. Почти закончили подвал… Вот в него-то Макс и потащил ведьму, заранее попросив никак не проявлять здесь своих магических способностей.

Настрой девушки сменился неприятным удивлением, когда внизу помимо крыс, и вместо бомжей, она увидела целую толпу вампиров, оборотней и еще неизвестно кого. Побитые морды, голые торсы, скандирование зрителей… Макс на ходу снимал с себя куртку и расстегивал рубаху. Местные гуляки с уважением кивали ему и расступалась перед вампиром. Крепкие, мускулистые девушки, оценивающим взглядом скользили по фигуре юной полукровки и кривились, считая себя гораздо лучше этой девчонки, сопровождающей парня. Дуня уже начала понимать, куда пришла.

— Это же не запрещенные бои? — вцепилась она в руку компаньона. — Ты же не будешь?..

— Нет, что ты! — ответил ей парень ехидным голосом, сфокусировав взгляд на развязной демонице. Что-то шепнул ей, сунул деньги, и дальше прошел к кромке живого круга арены, где в центре стоял крупный качок. — Я просто поздороваюсь вон с тем здоровяком, узнаю, как у него дела.

Данька брела за ним. Она видела теперь совершенно другого вампира. Азартного, безрассудного и дикого. Он быстро нашел себе спарринг-партнера — сплошную гору потных мышц — и сразу же схлопотал от него по морде, чуть не хлопнувшись на пол без сознания. На бетон Макс рухнул, но в сознании удержался.

— Ну и как у него дела? — надменно поинтересовалась Дуня, присев над лежащим на полу вампиром.

— Отлично, — помотал головой Макс, отгоняя неприятные ощущения, охватывающие сознание, после того, как его попытались выбить здоровенным кулаком.

— Ага. А у тебя не очень! — осмотрела его ведьма. — Может, вернемся домой?

— А тебе разве скучно? — не сдавался парень, поднимаясь на четвереньки. — Здесь столько интересных… существ! Вот пойду, перекинусь еще парой слов с моим другом, Борей…

И он повернулся к бугаю, который парой мгновений назад чуть не нокаутировал его повторно. Юркий Макс выигрывал за счет роста и телосложения, которые казались маленькими по сравнению с габаритами соперника. Вампир молотил кулаками по бойцу, лупя достаточно долго в одно и то же место — по ребрам, пока не сломал. Когда Боря рассердился, и решил кулаком, вместо кувалды, вбить Макса в землю, как гвоздь в стену, все пошло не так. Дуня передвигалась у края ринга, постоянно находясь за спиной своего бойца.

— Уходи влево, — отдавала ценные советы Дуня, попав под влияние общей эйфории. — Пригнись!

— Хочешь сама выйти сюда? — зарычал Макс, вдруг, подпрыгнул, уселся на плечи Бориса и одним ударом по темечку вырубил великана. Толпа выла от восторга! Девушки бросились целовать и хвалить победителя. А Даня стояла в сторонке и с неприязнью глядела на слишком популярного вампира, наслаждающегося успехом.

Дальше все усложнялось. Дуне становилось совсем не по себе, при виде того, как напарник зарабатывает синяки и ссадины. У Макса уже была разбита бровь, из которой сочилась кровь, застилая глаза. На запах багровой жидкости реагировали другие бойцы — их подстегивало, распаляло это. Только Данька молилась о том, чтобы скорее покинуть сумасшедший приют.

— Ах ты! — замахнулась на него девушка, когда устроив передышку, Макс подошел к ней. Но он поймал ее руку и притянул за запястье к себе ближе, чтобы гневно прошептать у самого уха девушки:

— Не смей!

— Какого че… то есть хрена ты делаешь? — не понимала Даня. — Я хочу домой, Макс!

Он немного отодвинулся, принял от кого-то из толпы баклажку с водой, опрокинул ее на себя, собираясь вернуться на ринг.

Дуня ухватилась за веревку и притащила парня обратно к себе.

— Давай уйдем отсюда, пожалуйста! — взмолилась она, цепляясь за него.

Он ухмыльнулся.

— Дочь самого жестокого повелителя вампиров боится проявлений жестокости? — и, услышав скрип ее зубов, отвернулся. Опять бросился в бой под звук ликования толпы. Здесь его просто боготворили.

— Я тебе покажу, жестокость! — пригрозила девушка, и пока продумывала план мести, Макс снова победил. Какая-то девица завопив "Этой ночью можешь делать со мной, что хочешь", повисла у него на шее, присосавшись к губам, как пылесос.

— Мерзость! — прокомментировала ведьма.

Целуясь со своим "призом", Макс нарочно таращился на Дуню, заинтересовавшись ее странной реакцией. Ей очень не нравилось! Вот он и думал о том, что именно ее бесит: общая обстановка и место, бои или же то, что он — ее напарник — целуется с другой? Потом он пришел к выводу, что бесить ведьму весело, поэтому он отдался этому поцелую целиком и полностью.

— Меня сейчас стошнит, — закатила глаза Дуня.

— Ты чья, детка? — позвал грубый, неприятный голос, и девушку попытались насильно развернуть лицом к говорившему.

— А кто интересуется? — так же грубо поинтересовалась ведьма.

Загадочная личность выглядела не менее дурно, чем звучал его голос. Большой, лысый с жутким шрамом от шеи и до глаза. Дуня не смогла удержаться и спросила:

— Поранился, когда брился?

Его напарники собрались наказать невоспитанную шутницу и дернулись к девушке. Но шрамированный обогнал их, больно ухватив Даниэлу, оставил обжигающие следы на запястье ведьмы. Это выдало в нем демона.

— Тебя пугает шрам? — спросил он, скользя взглядом по губам девушки и постепенно, спускаясь ниже, пока не увидел куртку и рубашку вампира, которые она держала, пока Макс дрался. Лысый потянул носом запах. Оскалился, признав его.

— Подружка? — уточнил он.

— А ты, наверное, Гунг! — поняла Дуня. — Говорят, ты лузер…

Вот тут-то ведьму ничто не могло спасти от агрессивных мужиков. Ее схватили.

— Ты будешь моей компенсацией, подружка Великолепного Мака. — Заявил Гунн. Дуня расхохоталась.

— Мак Великолепный? И кто ему такую кличку дал? Что за клише? Пошло звучит.

— А ты мне нравишься. — Одобрил лысый. — Пойдешь со мной.

Дуня краем глаза заметила двоих — мужчину и женщину в бардовых пальто. Уж чтоб им то в руки не попасть, она бы пошла и с лысым, и с волосатым — лишь бы не сталкиваться с мстителями из Франции. Они неподвижно замерли неподалеку и не отводили глаз от ведьмы. У нее во рту пересохло от волнения. Каратели клана Сурей нашли виновников, и примирялись к удару.

— Гунг! — раздался сердитый оклик Макса. В данный момент он был настроен на драку. Даже Дуня дрогнула. Боец подошел к ним.

— Пусти ее!

На приказ Максу ответили очень не лестными словечками. Завязалось долгое препирательство с ироничными подколами, колющими в самолюбие обоих мужчин. Дуня не слушала завязавшиеся дебаты между давними соперниками и испуганно таращилась на парочку в бардовом. Отвлеклась только, когда услышала:

— Хорошо. Я отдам тебе ее, если выйдешь со мной один на один!

Толпа, жадно ловившая каждое слово спорщиков, радостно завопила. Видимо, всем хотелось посмотреть на бой титанов местного ринга. Макс согласился на условие. Но драться в полную мощь не смог, хотя бы из-за того, что его передвижения сковывала связь с Дуней. Девушку крепко держали товарищи Гунга, не позволяя даже шаг в сторону сделать. Максу пришлось "плясать" на месте. Правда, несколько раз, он споткнулся о веревку и упал, дав противнику возможность хорошенько вмазать ногами по ребрам. Вампир скрутился пополам от боли, а потом поднялся, освобождая свою натуру — его глаза светились красным, удары стали более четкими. В свою очередь Гунг вспомнил, что он-то — демон! Бой с новой силой вспыхнул. А интерес Дуни был прикован к карателям. И его тут же привернул к себе измученный вопль Макса. Вопль был нецензурным, что свидетельствовало о близком проигрыше.

Вот-вот и громила пришиб бы парня одним ударом. Данька видела, как опасно закатываются глаза Макса от полученной травмы.

— Не смей, проиграть! — зарычала она, и приняла решение вмешаться. Дуня вытащила за веревку вампира из-под нависшей угрозы. Этого хватило, чтобы Макс пришел в себя. Лежа у ее ног, он пытался вернуть сознание, слегка пошатнувшееся после того, как кулаки Гунга пытались вытрусить его из черепной коробки.

— Максим, ты сейчас встанешь, и отлупишь этого лысого урода! — напутствовала, как истинный тренер, девушка.

— Ты так в меня веришь? — сохранял здоровую иронию парень с окровавленным лицом. — Или боишься стать его подружкой?

— Меньше текста! — злилась ведьма, через прикосновение, отдав немного собственных сил ему. Впрочем, вампиру это не сильно понравилось. Однако он все равно встал и бросился на обидчика.

Драка началась заново… Разгорелась не на шутку, а потом Данька, увлеченная происходящим, не заметила, как сама сыскала себе врагов. Каратели передвинулись ближе, и уже почти выхватили девушку из рук дружков Гунга. Но те были не робкого десятка. Сопротивление вызвало бурю отрицательных эмоций у парочки в бардовом (их наряд подвергся осмеянию). Пользуясь развязавшимся скандалом, Дуня мечтала под шумок удрать, прихватив с собой Макса. Но представитель зарубежья, сломав руку одному из парней, поймал ведьму. Точнее хотел это сделать. Дуня выкрутилась из лап оставшегося и дальше воображала себя скользким угрем, лавируя на кромке ринга, уклоняясь от протянутых к ней рук единственного товарища Гунга и двух вампиров вражеского клана. При этом она следила за действиями Макса, чтобы не поставить его под удар. Для окружающих все это казалось двойным шоу, и вместо того, чтобы вмешаться, они аплодировали и давали советы.

— Что происходит? — бросил короткий взгляд на прыгающую ведьму Макс. По полу пузом проехался напарник Гунга. Прежде чем он встал, парочка в бардовом попробовала изловить Дуню.

— Нам пора уходить! — успела ответить ему девушка, а потом попала в плен. Поймав ее за горло, мужчина в бардовом пальто поднял ее над землей. И тут… тело поверженного Гунга пало позади карателя, отвлекая его от казни. Он оглянулся.

— Убери от нее руки! — потребовал усталый и взбешенный до предела боец, которому потребовалось потратить все свои силы, чтобы не просто одолеть противника в два раза больше его, но и оторвать от пола, бросив, как мешок. Глаза парня, испачканного кровью, горели красным пламенем.

— Нет! — рявкнули ему в ответ. Каратель кивнул своей подруге, мол, этого смельчака тоже надобно прибить.

— Только посмей! — разозлилась жертва, и выпустила свою ярость наружу. Стены затряслись. Посыпалась штукатурка. Железные балки заскрипели. Все участники битв бросились прочь. Лишь вампиры в бардовом не собирались бежать из-под обваливающейся кусками крыши. Каратель клана Сурей был твердо намерен завершить начатое и выполнить приказ своего главы. Макс собирался драться до последнего. Но… Французских вампиров отшвырнуло волной магии. И принадлежала она не Даниэле, а пришедшим исполнить свой долг стражам. Маг Дмитрий все еще стоял с протянутой рукой, указывая на вампиров. С его пальцев до сих пор срывались искры. Другой стражник, Дарья, подняла невидимый щит, чтобы удержать разрушение здания.

— Вы были предупреждены, когда ступили на нашу землю! — заговорил страж.

Вампиры зарычали. Теперь у них появились две дополнительные мощные цели. Но иначе добраться до главной — было нельзя — лишь переступив через трупы охранников здешнего покоя.

— Даня, уходите. Вам здесь не место! — приказал дядя Дима.

Дважды повторять не понадобилось. Она помогла Максу устоять на ногах и опереться на ее плечо, а потом они быстро (по мере возможностей) добрались до выхода из подвала. Французы что-то шипели и кричали ведьме вдогонку, обещая, наверное, добраться до нее и убить. Дуня ответила — резко и коротко, не стесняясь в подборе слов.

Глава 12

В полумраке, но главное — вдали от недавнего места боя, Макс сидел на скамейке, которую по непонятным причинам затащили в дебри посадки. Хотя вполне понятно, почему она тут стояла — для уединения различной молодежи. В данный момент ее использовали, как больничную кушетку и позорный столб по совместительству. Потому что ведьма не только пыталась залечить переломы вампира, но при этом без анестезии препарировала его мозг своими причитаниями.

— Ты баран! — ругалась Даня. — Зачем?

— А ты думала, я только книжки способен читать и за вами с Алей бегать по всему городу? — фыркнул вампир, получил тычок по больному месту, и дернул девушку за руку. Она, не удержав равновесия, хлопнулась ему на колени.

— Ты что? Ты плачешь? — подхватив соленую каплю с ее щеки, спросил парень, даже в темноте разглядев слезы.

— Нет! — вырывалась Данька.

— Только не говори, что соринка попала! — не верил он. — Из-за чего ревешь то?

— От злости! — брякнула она.

— Ну, это бывает. Когда девушка психованная на всю голову, ей остается только плакать…

Данька вскочила на ноги, дернулась, чтобы уйти, но потащила за собой и парня, тут же скрипнувшего зубами от боли. Ей пришлось остановиться.

Он вдруг огляделся по сторонам. Скользнул рыщущим взглядом по зарослям, потянул окружающие ароматы. Поблизости обнаружил парня с девушкой, облюбовавших кусты для интимных игр. Потом покосился на напарницу и благоразумно пришел к выводу, что выходить из себя и убивать уединившихся — плохое завершение дня.

— Нам надо поесть. — Сдался он.

— И что предлагаешь? — тоже посмотрела на влюбленных Дуня.

— Пошли, — потащил ее парень.

После долгого спора с криками "Я не буду нас телепортировать!" Макс, скрипя зубами, посадил себе ведьму на спину и, подпитываясь ее силам, побежал. Набрать нужную скорость вампир не мог — очень устал, да и ведьма, висевшая на его плечах, тоже не обладала весом пушинки. Рухнув на колени перед синими железными воротами в частном секторе города, Макс понял, как чувствуют себя загнанные лошади. Дуня скатилась с его спины, хлопнувшись на мелкий щебень боком. Выглядела она очень плохо — бледно-зеленая, с серыми кругами под глазами и бледными губами.

— Кажется, бежал только я… — проговорил он.

— Да. Но если б не мои силы, ты бы и половины пути не преодолел. Но я, наверное, отдала лишнего. Голова кружится. В сон клонит. Если я тут усну…

И прежде, чем Макс услышал ее храп, растормошил девушку.

— Хватит причитать! Вставай. Здесь нас накормят. — Потянул ее за руку он. Сам поднялся, толкнул калитку и позвал хозяйку дома. — Бабушка! Бабушка!

— Бабушка? — удивлялась Дуня, с любопытством осматривая двор.

— Ой, дитятко, мое! — радостно откликнулись в доме, и на порог выглянула…

Дуня даже произнести ее имени не смогла — стояла раскрыв рот. Потому что на верхней ступени опиралась на клюку седая, сгорбленная старуха, которую весь мир знал, как бабу Ягу.

— Максик, солнышко мое! — лебезила с вампиром сказочная колдунья, пока не увидела Дуню. — И тебе "привет", довесок!

— Здрасти, — неуклюже изобразила реверанс девушка, боясь сделать лишнее движение.

— Волкодава хоть не приволокли? — старуха сменила тон на недовольный.

— Влада? Нет. А разве ты его знаешь, бабушка? — удивился парень, поднимаясь по лестнице в дом и целуя Ягу в лоб, как родную.

— А как же не знать то мне его, — хмыкнула та, внимательно следя страшными белесыми глазами за ведьмой. — Вы оба прям в моих хоромах и появились на свет. Я разве не рассказывала?

— Не-а, — покачал головой Макс.

— Ну, значит и про то, почему некоторым ведьмам в паре с оборотнями сюда дорога закрыта, тоже не обмолвилась. — Зыркнула на Дуню Яга, впустив молодых людей в дом.

— Мы же еще тогда извинения попросили, — пискнула девушка, бочком пробираясь следом за парнем. — Мы не специально то зеркало грохнули.

— Эй, а че эт ты за хлопцем ходишь, как привязанная? — скосила слепые, но видящие душу, глаза старуха.

Слова: "Так мы ведь привязаны" — застряли в горле и остались не озвученными, когда ведьма и вампир поняли, что на пограничье, охраняемом Ягой, магия дяди Саши не действует. Старуха ухмыльнулась, оценив озадаченные физиономии молодежи.

— А что с нами случится, если один выйдет за порог, а второй останется? — размышляла юная ведьма.

— Хочешь проверить? — распахнула входную дверь Яга. Дуня сразу прикинула, каковым будет результат: один напарник в невесомости, между небом и землей, а второй — в реальности… но, к примеру, без части тела… той самой, на которой была завязана веревка. И как-то сразу, экспериментировать расхотелось.

— Ба, я в душ! — оповестил Макс, разворачиваясь к ближайшей маленькой комнатке. — Мои вещи где?

— Да в комнате у тебя. Я их выстирала, выгладила. — И, зыркнув на Дуню с какой-то неуловимой ревностью, произнесла. — Кто же, как не бабушка о тебе позаботится, внучек.

Дуне и в детстве не слишком нравилось приходить в гости к Яге. Точнее весело было всего один раз, пока они с Владом не грохнули злосчастное зеркало. Помнится, они полчаса кривлялись перед ним и корчили рожицы, пока в итоге не увидели в зеркале страшнючую морду. Завопили, и решив, показать себя не мелкими трусишками, а сильными и смелыми, запустили в зеркало каким-то кувшином. Яга орала так, что мама не смогла и слова вставить. В итоге оборотня и ведьму приказали в гости к бабушке не водить! А Дуне не сильно и хотелось.

— Ты б себя тоже в порядок привела! — гаркнула на нее Яга.

— Интересно, где? В одной душевой с вашим любимым внучком? — пробурчала себе под нос и испугалась, услышав очень громкое и сердитое:

— Здесь есть еще и ванная!

А потом невидимая сила втолкнула девушку в соседнюю с душевой комнату. Кран в ванной раскрылся, потекла горячая вода. В воздух поднялся пар, легким туманом наполняя помещение. Пуговичка на поясе джинс отстегнулась, потом разъехалась молния. Понимая, что ее сейчас насильно разденут, Дуня закричала.

— Я сама! Сама!

Невидимый помощник-полтергейст перестал дергать за одежду. Даниэла скинула пропитанные грязью и потом джинсы, кофту. Залезла в горячую воду. Немного попарилась.

Они вышли с Максимом одновременно. Парень выглядел свежо. Правда мокрые светлые волосы зачесал назад, и сейчас напоминал гангстера. Дуня рассмеялась.

— А тебе идет, — подметила она.

— Ты тоже после душа выглядишь лучше! — отомстил непонятным комплиментом вампир.

— Идите кушать. Все на столе! — прокричали откуда-то голосом Яги.

Голодные молодые люди поторопились на кухню, но на пороге замерли. Дуня нервно хихикнула и залилась краской.

— Я, конечно, понимаю, что накрыто… Но… — подавился словами Макс, глядя на капустный лист, прикрывающий "блюдо".

На столе лежал абсолютно голый мужик, а листок капусты лежал у него на одном месте.

— Чего вы тут топчитесь? — не поняла Яга, объявившись за спинами детей.

— Я благодарна за гостеприимство, но нудистами не питаюсь. — Попятилась назад девушка.

— И я, — отказался от ужина Макс. — Тем более мужиками!

Яга переступила порог, подхватив тряпку. Увидела главное блюдо и сощурилась, тихонько к нему подкрадываясь. Нудист открыл глаза. Сорвал с себя капустный лист, и подмигнув старухе, предложил:

— Клетчаточки?

— Мяска! Шашлык хочу! Из поганого беса! — прошлась скрученной тряпкой по пузу голого Яга, и тот мигом перекинулся в дядьку Фоку. А тот уж улепетывал от кровожадной стряпухи по всей кухне.

— Паразит, ты чего приперся? — ругалась старуха.

Черт сел за стол, под стеночку и схватился за вилку с ложкой, совершенно флегматично реагируя на побои бабки. Его больше интересовала еда.

— Я подумал, раз мелкая ведьма здесь, то мне почему нельзя в гости заглянуть? — уплетал котлеты Фока, подмигивая Дуне.

— Жуй уже! — вздохнула Яга, и котлеты стали сами подлетать к его рту. Черт сначала растерялся, но потом приноровился и открывал пасть пошире, не напрягаясь, чтобы жевать. — Садитесь, дети!

Яга достала из холодильника две упаковки крови, поставила на стол, чтобы полукровки подпитали свои силы и вернули себе повышенную регенерацию. Пока Макс кушал, старуха смотрела на него, подперев голову рукой. Лицо у нее было такое счастливое. Парня внимание совершенно не смущало.

— Золотой мальчик, — ехидничал Фока. — Бабушкин любимчик.

Дуня подавила смешок. Яга зыркнула на заговорщиков, те растянули на физиономиях ухмылочки и синхронно перемалывали зубами мясо.

— Кстати, я, надеюсь, сейчас ем не какого-нибудь Иванушку-дурочка? — медленнее жевала подозрительную котлету Дуня, запивая ее кровью из пакетика.

— Что ты, Иванушки ко мне не приходют, — улыбалась Яга. — Только был тут один Вано. Так вы их, молодые, сейчас не дураками называете, а как? Лохами?

Макс подавился, с укором посмотрел на бабушку и покачал головой.

— Ммм, — сладко причмокнул черт. — Лох жаренный с лучком и специями? Вкуснятина.

Теперь на него все неодобрительно смотрели. Но Фока совершенно спокойно относился к недовольству окружающих. Его никогда не заботило чужое мнение.

— Ты кушай внучек, кушай! — подталкивала Макса Яга, поднося к его рту ложку с картошкой и мясом.

— Мальчик, а как часто тебе памперсы меняют? — спросил Фока, Дуня расхохоталась.

— Так! Вон из-за стола! — наказала за шутки хозяйка, колдовством выдворив черта и непослушную девчонку из кухни. Они уселись на полу под дверью, дожевывая то, что успели сунуть в рот.

— У меня от ее стряпни изжога! — бормотал рогатый дядька. — Надо запить.

И в ту же секунду в его руках оказались бутылка самогона и две чарки…

Как Макс притащил Дуню обратно домой — она не помнила, а сам парень не хотел рассказывать. Утром от него можно было добиться только одного слова: "Заткнись!" Сказано оно было грубо, и призвано прекратить возмущенные вопли голой ведьмы, пинающей свое единственное живое одеяло — вампира.

— Не спрашивай меня как! — ворчал он, переворачиваясь на другой бок. — Я тебя не тронул, хоть ты и приставала!

— Что? Кто? Я?! — сильнее пнула ногой его Дуня, стягивая одеяло из-под парня, чтобы замотаться. К счастью, Макс был одет, по крайней мере, спал он в трусах. В двери постучались. Дуня молилась, чтобы на пороге стоял не Влад. Но это был Митя. Он коснулся неодобрительным взглядом сестры и просил выходить к завтраку. Удивительно, но в доме, кроме ведьмака никого не было.

— И где все? — удивилась Дуня.

— У Али и Жана свидание, — объяснил Митя. — А Влад… он…

Оборотень влетел в дом. Разъяренный набросился на вампира. Хотел вмазать ему кулаком по челюсти, но не стоит забывать, что у Макса был солидный опыт в боях. Он легко и аккуратно блокировал выпад, даже не сдвинувшись с места.

— И что это? Утренняя порция ревности? — осведомился спокойный вампир. — Не стоит распаляться. Мне до твоей подружки нет дела.

Макс прошел ко столу, сел.

— Сильно костлявая для меня! — своим комментарием он заставил покраснеть девушку и взбеситься ее друга.

— Меня просто бесят ваши склоки! — не выдержал Митя. — Сегодня же вы спуститесь в эту долбанную шахту!

Дуня впервые видела брата в таком настроении. Впрочем, как и все остальные. Нервировать еще больше разъяренного ведьмака не рискнул никто, поэтому ссоры мигом прекратились.

Глава 13

В очередной раз, оказавшись перед пугающим до дрожи входом в подземелье, Дуня искоса поглядывала на брата, и не решалась спросить: "За что?". Митя с утра вел себя подозрительно. Если бы Дуня не была в курсе его амурных дел, то посчитала бы, что парня бросила девушка. Но проблема, как раз, в отсутствии любимой женщины в жизни ведьмака. Даниэла Куран топталась на месте и не знала, у кого искать помощи. После утренней выходки вампира Влад с ней не желал разговаривать, а просить вступиться за нее у Макса — заведомо проигрышное дело. Телохранитель, по идее, должен был бы всячески оберегать… Но уже давно они поменялись ролями, и Дуня называла Жана обидным прозвищем "принцессочка". Поэтому, бросив взгляд на вполне счастливого и очень даже влюбленного вампира, сама прикусила губу.

— Давай! — требовал Митя, безжалостно подталкивая сестру в темноту.

— Но… — заикнулась таки девушка.

— Иди, я сказал! — прикрикнул на нее Митя.

— Предатель! — вырвалось у ведьмы, и пока не началась семейная ссора, Макс ухватил ее за локоть.

— Достанем этот камень и избавимся друг от друга! — пробурчал он.

— Многообещающе звучит! — согласилась с ним Даниэла. — Не видеть ни тебя, ни этого черствого дурака!

Но только попала в темноту, как опять превратилась в нервную истеричку. Она брела во мраке, постоянно спотыкаясь, поэтому хваталась за Макса, и он сам из-за нее несколько раз чуть не упал.

— Я не собираюсь тащить тебя на себе! — сердился парень. — Двигай ногами интенсивнее!

— Двигаю. — Бурчала в ответ девушка. — Но в темноте плохо получается.

— Значит у тебя ноги дифективные! — припечатал Макс.

— А у тебя мозги! — Дуня не избегала долгой дискуссии на тему "Личность с изъяном — мой напарник-вампирюга".

Он зарычал. Развернулся, чтобы влепить ей пощечину, но крепко сжал кулаки. Выдохнул и пошел дальше. В мрачном месте, без единого осветительного прибора, идти приходилось очень медленно. Из-за холода, затхлости и сырости Макс начал чихать. И совсем разнервничался.

— Придумала, как отличить нужный камень?

Когда услышал тишину в ответ, хотел вспылить. Но Дуня на этот раз быстро сообразила.

— Камень — создание магическое. А магия имеет запах. Надо просто расслабиться и идти на нюх. К тому же, у всего созданного силами колдовства (природными или выработанными) дополнительный тепловой фон.

— То есть он должен вонять и раскаляться? — уточнил парень.

— Это ты воняешь! А он должен просто иметь специфический аромат. — Огрызнулась ведьма.

— Еще одна фраза в таком духе и я оставлю тебя здесь. — Осматривался, стараясь не выходить из себя Макс.

Дуне стоило серьезных волевых усилий, чтобы подавить желание нахамить парню. Но оставаться в темноте подземелья ей было слишком страшно одной, и она продолжала терпеть его общество. Сосредоточилась на той части вампирской крови, которая в ней имелась и обострила чутье. Вокруг были только холодные камни, ни один не источал тепла. Тогда девушка принюхалась и уловила запах гнили. Сразу же остановилась, сообразив, куда дошла. Здесь погиб Люка. Кисть его руки, бледная, проглядывала из завала камней. Девушка почувствовала зверский холод, пронзающий душу. Не могла сдвинуться с места, все погружаясь и погружаясь в собственное прошлое. Она вспоминала первую встречу, и поцелуи…

— Потом будешь цветочки ему на могилу носить. — Дернул ее Макс, растерзав тепло минувших дней.

Дуня не отреагировала, продолжая притворяться истуканом и смотреть на свалку камней.

— Жалеешь, что я убил твоего любовника? — вдруг спросил вампир. — Если ты так его любила, почему же не мстишь мне?

— Да, я любила… Тебе этого не понять. Заткнись! — зарычала на него Дуня и быстрым шагом направилась в противоположную сторону, ведомая гневом. Она даже спотыкаться перестала. А потом побежала. Ее гнали прочь мысли о любимом когда-то парне. Вспоминались объятия уже умершего, и то, как хорошо было с ним, и что сама не смогла поднять руку на него, когда представилась такая возможность — мстить за маму. Это ведь именно Дуня помогла Люке сбежать от расправы отца. Просто она не могла позволить кому-то навредить любимому, хоть и предателю. Потому оставила его свободным, на растерзание судьбы. Кто же знал, что все случится так, что сильный Люка падет от рук какого-то полукровки. А ей ведь приходилось находиться в одной упряжке с убийцей. Признаться, Дуня уже начала проникаться к нему вполне братскими чувствами, или лучше сказать — привязалась? За что ненавидела себя больше.

Макс старался за ней успеть, но… Остановился в темном проходе на раздорожье. Подождал. Потянул запахи носом. Но Дунин след пропал, замененный мерзостью окружающего. Для приличия пару раз окликнул ведьму. Эхо разнесло его зов по тоннелям. Вот только отзыва не последовало.

— Удачно тут оставаться. Любуйся со своим трупом! — попрощался он, не собираясь отправляться на поиски. Наоборот, спокойно развернулся к выходу наверх. Угрызения совести посетили его всего на пару секунд, да и то — мелкие зубки стыда и ответственности ни капли не ранили сердца парня. Макс оглянулся на мрачный тоннель позади себя, помедлил немного и пошел прочь. Только выбрался на свет, как там на него набросились блюстители ведьминого покоя.

— Где она? — потребовал ответа от вампира ведьмак.

— Откуда я знаю, — пожал плечами не обремененный лишними узами парень. — Мы расстались десять минут назад. Она умчалась на поиски сама.

— Как ты мог ее отпустить? — разорался оборотень.

— Здесь темно, — сцедил сквозь зубы Митя.

— Если она ушла, то… — прикинул Влад.

— Она не могла! — выпучил глаза телохранитель, как выяснилось, выучивший пару русских слов.

— Из вредности — могла! — оборвал его надежды Митя. — Хуже всего то, что если она забралась достаточно глубоко, то никакая магия нам не поможет ее найти. Нюх и острое зрение тоже. Внизу темно и сыро. А камень глушит наши силы. Так что, возможно, она внизу напуганная и беспомощная. Сходит с ума от изоляции.

— Не делай из нее жертву! Она взрослая девочка и сама справится! — зарычал Макс.

— Я бы разорвал тебя сейчас! — шагнул к вампиру Митя и со всей дури вмазал кулаком по невидимой заслонке, разделяющей парней. От его силы и злости преграда дрогнула, испугано сверкнув алым. Макс отшатнулся. В него полетели мелкие колючие осколки посторонней магии. Чиркнули по щекам и рукам, оставив кровавые следы. Своей волей ведьмак сумел даже древние чары разломать. Теперь доступ в шахту был открыт для всех желающих. И большая компания тут же ворвалась внутрь, на ходу придумывая план поисков. Оборотень точно не потерялся бы в тоннелях — его бы нашел любой по одному только громкому чиху. Сладкая парочка сразу свернула направо. Жан тоже боролся с запахами. Макс стоял уже одной ногой на свежем воздухе, думая о том, что пусть эти ненормальные, преданные друзья побегают. Ну, в самом деле, какие беды могли случиться с ведьмой?

Тут, вдруг, мимо него сквозняком пролетели в шахту две тени. Макс успел только их спины рассмотреть. Но по тому, как они двигались, признал в них очередных вампиров, присланных уничтожить наследницу клана Куран.

— Черт! — выругался, не задумываясь о сказанном, Макс и решил присоединиться к остальным.

Двое мужчин-вампиров на этот раз были куда сильнее предшественников. Вот только в скорости они уступали Максу. Он очень быстро их настиг, прыгнул на спину одному. Ухватился за его голову, чтобы рывком вырвать ее вместе с позвоночником. Но то ли кости были сильно крепкие, то ли голова упрямая, — Макс получил по своей. Второй, заезжий убийца, чтобы сбросить бойца со своего напарника, толкнул обоих, и Макс приложился виском об стену. И как обычный человек чуть не потерял сознание. Тем не менее, он был вампиром и потому удержался в реальности, растеряв понимание о том, где находится и кем является. Теперь у него был только один стимул, которым он руководствовался: "Убивать! Терзать! Сейчас!". Упав на землю, парень тут же поднялся и двинулся на врагов. Они приготовились. В крошечном, узком пространстве двое хотели прикончить смельчака голыми руками. Вот только изловить его даже в таком маленьком закутке ни у одного, ни у второго не вышло. Зато Макс в один прыжок оказался на плечах французского убийцы, вцепился в его голову двумя руками и потянул, завершая то, что недавно начал. Когда его снова попытались сбить, он пусть и ударился спиной об камни, но скрутил шею врагу. А второй сам попробовал лишить парня головы, когда оторвал его от тела напарника, схватил за волосы и виском треснул об угол. Макс не собирался показывать ему натюрморт из собственных мозгов, выкрутился, коленом заехал по физиономии француза, ухватив его за клок волос на затылке и заставив согнуться. Потом, не тратя времени, сломал ему ногу и свернул шею. Озверевший, шипящий как дикий волк после схватки, он возвышался над телами когда-то бессмертных, и не мог совладать с собой. Кровь застила картину мира. Здесь Макс ощущал серьезные травмы, как самый обычный человек. А каждый ли устоит после такого?

Легкий свист едва не спровоцировал очередное побоище, сейчас заведенный молодой вампир был готов пустить кровь любому, кто только подвернется под руку. Но сделать что-либо бесу, мирно пристроившемуся поодаль, никто бы не смог — этим существам даже в таких зачарованных местах никакая угроза не страшна — они сами угроза!

— Хочешь, чёй-то покажу? — подмигнул парню черт, махнув хвостом.

Глава 14

Где-то падали и ударялись об пол (а может и в обратном порядке) капли. Сырость влияла не только на настроение и уверенность в себе — она вгрызалась в суставы. Тело противно отзывалось ноющей тягучей болью. Дуня старалась не двигаться. Прижалась спиной к холодному камню, обняла собственные колени и расплакалась, как когда-то в детстве, будучи похищенной кланом противника. Тогда ее заперли в склепе на кладбище. И не правда, что вампиры не боятся таких мест, и спокойно в них себя чувствуют. После того случая, Даниэла дико боялась замкнутых и темных пространств. Помнится, ее никто не мог найти, потому что склеп нарочно обсыпали травой, погашающей магические силы, точнее приводящей дар в противоречивое состояние. Любой, кто приближался к месту заточения девочки, мучился от диких болей. Поиски наследницы рода заняли неделю. Дуня просидела во мраке голодная, и сильно истощав, принялась ловить крыс. На восьмой день отец и дядя Кай выломали двери. Маму беспокоил теряющийся на древнем кладбище след дочери, и она указала на этот склеп, потребовав исследовать, как возможное место заточения. А та настолько одичала, что папа не с первой попытки смог докричаться до нее и успокоить. Она металась по своей клетке, пряталась. Тогда папа крепко-крепко прижал ее к своей груди, и Даниэла, словно заново осознала, что такое чувствовать тепло родного человека. А после того случая, она встречала ночь с замиранием сердца и отказывалась оставаться в комнате сама. Она удирала в родительскую спальню, забиралась под одеяло и прижималась к папе.

Сейчас она вернулась к тому жуткому состоянию растерянности. В каждом шорохе слышала безысходность, Судьбу, которая навсегда оставит ее в одиночестве в этой пустоте. Ей больше не хотелось никуда двигаться. Она проклинала сама себя за самонадеянность и упертость. Хотела утереть нос вампиру, а в результате — потерялась, испугалась и умрет.

— Даниэла? — позвал ее голос из темноты и, она протянула руки вперед, цепляясь в теплую одежду, пришедшего по душу потерянной во тьме. Ухватилась за куртку и прижалась к удивленному таким необычным поведением парню.

— Тихо! — сомкнул руки на ее плечах Макс. — Не думал, что такая сильная ведьма боится темноты…

— Не отпускай меня! Пожалуйста! — просила дрожащая девушка.

Руки парня сильнее сжались.

— Я держу тебя, успокойся.

Ее объятия не просто крепчали, ведьма обхватила своего спасителя и руками, и ногами, фактически забравшись ему на колени. Спрятала заледеневшие пальцы под его майку и уткнулась холодным носом в шею.

— Говори со мной, чтобы я слышала твой голос. А то мне кажется, что я схожу с ума! — попросила Дуня.

— Ты стихи любишь? — спросил Макс, перебирая в памяти весь известный ему репертуар.

— Да, — обожгла кожу горячим дыханием она. — Папа часто читал вслух Жака Превера, когда я не могла уснуть.

— Превер, говоришь? Хорошо… — вздохнул парень и, вспомнив несколько строк, принялся декламировать.

Чудеса из чудес,

Приливы, отливы.

Море вдаль откатилось лениво,

А ты,

Как растенье морское под ласкою ветра,

На прибрежном песке погрузилась в мечты.

Чудеса из чудес,

Приливы, отливы.

Море синее вдаль откатилось лениво,

Но остались в глазах приоткрытых твоих

Две волны. Их море тебе подарило.

Чудеса из чудес,

Приливы, отливы.

Две волны остались в глазах твоих,

Чтобы я утонул, погружаясь в них.

— Ты тоже его любишь? — не отпускала парня Дуня.

— Нет. Просто я запоминаю все, что попадается мне в руки. — Ответил вампир, подумав, что в данный момент в его руках не книга, а живое существо. Впрочем, более увлекательное, чем манускрипты или что-то подобное. Эта девчонка — история бесконечная и переменчивая, никогда не узнаешь, чем окончится детектив-приключение, в которое превращается ее жизнь.

Митя не находил себе места, бесился и ругался, разговаривая сам с собой в двух метрах от входа в пещеру. Ребята обшарили несколько ходов, но девушку не нашли. Брат уже отчаялся отыскать сестру, но его радовало отсутствие Макса. Вампир был последней надеждой ведьмака. Влад порывался вернуться в шахту, но Жан не позволял ему. Только по той причине, что сам хотел сходить на поиски и не дышать "ароматом" оборотня в пыльной шахте.

— Я вырву ему клыки и сделаю из них бусы! — орал Влад, и неожиданно сам получил по зубам сумкой-почтальонкой, которую носила с собой Алина. Парень упал на землю, и уставился на девушку.

— Только попробуй тронуть моего брата! — пригрозила она, и Жан встал за ее спиной, кивая, мол, бойся мести маленькой да удаленькой!

Оборотень не придумал как отреагировать, но тут из мрака тоннеля вышел Макс. Сам избитый и раненый, испачканный кровью, он на руках нес бледную и полусонную Дуню. Ведьма цеплялась за плечи парня, боясь его отпустить. Увидев их, друзья подскочили к парочке.

— Дань, ты как? — тревожился Митя, собираясь перехватить ношу вампира.

— Все хорошо. Я просто очень хочу домой! — пробормотала сонная девушка.

— Я отнесу ее, — пообещал Макс.

— Но ты ранен, — пискнула Аля, протянула руку к брату и он зарычал. Жан вовремя перехватил запястье девушки.

— Не волнуйся, — утешил ее Митя. — Давай позаботимся о них дома. Сейчас их лучше не трогать.

Макс пронес Дуню на руках до самого порога. А там ее перехватил брат. И пока вампир пил кровь, пополняя запасы сил и залечивая раны, ведьмак умудрился занести сестру в душ и омыть ее от пыли и грязи. В процессе она даже не проснулась. Митя заметил одну интересную вещь, прервавшаяся еще в шахте связь Дуни и Макса, так и не соединилась. Веревка болталась разорванная.

Вампир, наконец, принял ванную. Он лежал в мыльной воде, уставившись в дверь, прислушивался. Это было немного странно… Раньше казалось, что разорвись эта дурацкая плеть, объединяющая их, и он радовался бы. Но никакого восторга не возникало. Только усталость ныла во всем теле. Макс выбрался из ванной, вытерся, оделся.

В гостиной Аля и Жан уже привычно сидели перед телевизором. Они вели себя, как семейная пара, отметившая уже не первый совместный десяток лет — полная идиллия и взаимопонимание. Влад не отходил от Дуни. Он сидел рядом с ней и сторожил ее сон. Измотанный событиями Митя, дремал в кресле, поджав колени. Максу будто не было здесь места. Он вышел на улицу, и долго сидел на ступеньках, рассматривая луну на черном небе. Парень вернулся в тепло дома, когда на улице сильно похолодало. Стоя в коридоре, он принюхался и понял, что Дуня осталась одна. Оборотень отлучился от своего сокровища по нужде. Макс и сам не знал зачем, но заглянул в спальню. Девушка ворочалась.

— Не топчись там! — вдруг, обратилась к нему ведьма.

Вампир собрался покинуть комнату, но Даниэла позвала его к себе. Парень прилег рядом.

— Ты можешь побыть немного со мной? — спросила она.

— А как же твой друг детства? — уточнил он.

Девушка промолчала.

— Ладно, — сдался Макс, и позволил обнять себя так же, как там, в шахте. Дуня мирно уснула, а парень лежал, вслушиваясь в ее дыхание. Вампирское зрение уловило легкий отсвет разорванной веревки, ранее связывавшей их запястья. Сейчас она будто ожила, и заново срослась.

"Может это и к лучшему?" — подумал он, переведя взгляд на уснувшую на его плече ведьму. Убрал локон с ее лица.

— Уязвимая, — проговорил парень. — А завтра проснешься такой, как обычно? Стервой?

— А какой хочешь увидеть меня ты? — неожиданно получил ответ Макс и встретил взгляд ярких зеленых глаз.

— Не знаю, — признался парень. — Может меньше надменности, ехидства?

— А ты… — она смущенно уставилась на собственные руки, вертящие цепочку на его шее. — Ты не бросишь меня? Больше…

— Мы ведь компаньоны, — сказав это, он ощутил странное облегчение.

— Спасибо, Макс! — улыбнулась Дуня и придвинулась ближе. У вампира перехватило дыхание. Он затих, осознавая мгновение истинного перемирия. Потом умостил голову удобнее на подушке и опустил руку на талию ведьмы. Получил мягкий, неуловимый поцелуй в губы, услышал шумный вздох, отключившейся от реальности девушки, и сам уснул.

Влад быстро помылся, почистил зубы. Он был очень счастлив тем, что теперь около ведьмы перестал вертеться упырь. Он ждал, когда Макс вообще покинет их. Вот только этот клыкастый торчал на пороге, явно не планируя никуда деваться. Парень немного замечтался, когда покидал ванную. В его фантазиях Дуня постепенно из подруги перевоплощалась в сексапильную красотку, жаждущую страсти. Собственно, потому Влад и чистил зубы минут десять — а вдруг, когда он поцелует ее, она ответит ему и ночь продолжится очень…

Парень намеренно не стал надевать футболку. Девушки ведь с ума сходят от крепкой мускулатуры.

Усмехаясь себе, оборотень прошелся по комнатам, удостоверившись, что все спят. Все постарались, вести себя правдоподобно: мирно сопели, а некоторые даже имитировали храп и лунатизм. Влад подумал, что все равно спят ли они, ведь Дуня ведьма и сможет поставить звуковой заслон. Он открыл дверь, скользнул в комнату, сдержался, чтобы не ласточкой нырнуть в постель. Хотя нет! Нырнул, надеясь разбудить девушку…

— Свали! — раздался рык откуда-то снизу, сдавленным голосом вампира. За дверью взорвался смех. Притворщики хохотали, не сдерживаясь.

— Ты что тут делаешь? — разозлился оборотень, явно не надеясь на любовь втроем.

— То же самое, что и раньше, СПЛЮ! — брыкался вампир, пиная коленями увальня.

— Пошел вон отсюда, — взбесился Влад.

— Заткнитесь! — откликнулась ведьма, которая в отличие от парней действительно мечтала о покое и сне. — Макс, если он хочет спать здесь. Пусть спит! А теперь оба замолчали, иначе я за себя не ручаюсь!

Влад сначала воодушевился таким поворотом событий, думая, что подруга вступается за него. Но, устроившись рядом с Дуней, разочаровался. Девушка продолжала прижиматься к груди второго парня, а тот усердно делал вид, будто спит. Оборотень знал, что это всего лишь игра, и чувствовал, как воздух сейчас накалялся, и уже буквально резал глаза, колол кожу. Влад не выдержал, вскочил и вышел из спальни, громко хлопнув дверью.

— Связь вернулась? — зевая, уточнил Митя очень стараясь не ухмыляться.

— Да, — сквозь зубы ответил ему парень, бросив подушку и одеяло с дивана на пол.

— Это хорошо! — перевернулся ведьмак на другой бок, услышав рычание на комментарий.

После того случая в компании наступил мир… Хотелось бы так сказать, но никак не получается. Завтрак получился весьма напряженный. Но это смотря для кого.

Макс потянулся к бутерброду… и тот улизнул от его руки, растаяв в бездонном брюхе оборотня. К слову, вампир пытался поесть уже три минуты. И за это время полная тарелка (10 бутербродов) и яичница каким-то голодным чудом опустели. Жан и Алина сейчас смотрели на это чудо, синеющее от усердия, с надутыми щеками, терзающееся от переполненности желудка, но из вредности доедающее общий завтрак.

— Водички? — протянул ему стакан Митя.

Влад кивнул, но выпученных, злых глаз от Макса не отвел. Не поворачиваясь к ведьмаку, принял стакан и отхлебнул… Не подозревая, что ему подали горячий чай. Парень тут же выплюнул кипяток, заставив Макса сорваться с места, чтобы миновать этот плевок. Алина ткнулась лбом в плечо Жана, надеясь спрятать оскорбляющий оборотня смех. Вот только ее напарник-вампир сам был готов рассмеяться.

— Научись держать все в себе! — рявкнул Макс. — Дайте ему слюнявчик.

— Дайте ему кол! — тут же вступил в диалог оборотень.

— Не умеешь вести себя в обществе, иди в будку, на улицу!

Скандал начал разгораться. Митя хотел было приглушить его магией, но Жан поймал его за руку, и лишь покачал головой. Аля вместо него пояснила:

— Не надо. Это весело! — нашла что-то забавное в склоке парней девушка. Впрочем, Митя вспомнил ночной эпизод "Ромео-неудачник" и сам рассмеялся. Пока парни орали друг на друга, объясняя, кто должен жить в склепе, а чьих родственников оборотни в овраге доедают, ведьмак подсел к сестре. У нее уже в ушах звенело от шума.

— Это прекратится, когда ты добудешь камень. — Сказал брат, и через секунду раздался стук головой об стол. Ссора вампира и оборотня мигом прервалась. Парни уставились на девушку. Точнее на ее макушку.

— Ну, ты нашла более простой способ утихомирить их. — Констатировал Митя. — Но в шахту тебе все равно придется спуститься!

— Я не смогу, — убеждала Дуня, и пару раз треснулась лбом об столешницу.

— Ты нет. А вдвоем — сможете! — настаивал брат и многозначительно посмотрел на Макса. Тот перевел взгляд на макушку Дуни.

— Может не стоит ее торопить? — с сомнением проронил вампир. — Два нападения. Сме… — Не осмелился произнести слова о гибели бывшего возлюбленного Макс. — То есть, мне кажется, что с нее достаточно. Дадим ей перерыв.

Жан присвистнул.

— Что?! — разозлился Макс, и зыркнул на телохранителя ведьмы. Жан растянул на физиономии ухмылочку — опять прикинулся непонимающим русский язык. Но даже ходатайство вампира не спасло Дуню. Митя все равно отправил сестру вместе с ее напарником к шахте.

Глава 15

Солнце, пусть и летнее, но все равно казалось чересчур жарким. Его лучи будто опаляли. Но Дуня радовалась ему. И словно старалась впитать в себя его тепло, чтобы опуститься вниз с мыслью о свете.

Дуня еле плелась. Она пыталась насладиться окружающим миром, прежде чем ее снова затянут в мрачное подземелье, где гибнут бессмертные существа. Она все бледнела, и даже начала дрожать. Могла и в обморок упасть такими темпами.

— Успокойся! — остановился Макс и повернулся к еле передвигающей ноги девушке. Дуня посмотрела на него, как на судью перед приговором — глазами честными и наивными. Парень даже нервно хихикнул. — Если ты не заметила, мы идем сами.

Девушка посмотрела направо, налево, и действительно обнаружила, что путешествие до "места казни" они совершают вдвоем без надзирателей. Ничего не поняла — внимательно посмотрела на компаньона, ожидая от него объяснений.

— Я убедил Митю, что мы справимся без них.

Даниэла скрестила руки на груди, она по-прежнему не могла уловить суть.

— Мы не пойдем туда. — Сказал вдруг Макс и чуть не оглох в следующую секунду. Девушка повисла у него на шее, чмокая в правую щеку. — Эй! — притормозил ее он.

Опомнившись, Дуня отпустила его и уже бодро зашагала по дороге, но настроение продержалось ровно до тех пор, пока Макс не выдал:

— Сходим еще раз к бабушке.

— К Яге? — ужаснулась Дуня. — Не хочу.

Макс рассмеялся, подхватил ее под локоть и повел.

— Мы пообедаем у нее и узнаем больше о камне, точнее о том, как его распознать.

— А ей-то откуда знать? — бороздила землю носками кроссовок она, упираясь.

Максу пришлось подхватить ее на руки, чтобы доставить до места назначения.

— Не оскорбляй мою бабушку! — намеревался рассердиться парень. — Если не знает она, то добудет нам того, кто знает. Она не зря хранит врата между мирами.

— Ладно, — сдалась Дуня и устроилась удобнее на руках парня, обняла его за плечи, расслабилась.

Макс резко притормозил. Разжал руки. Но Дуня отказывалась падать на землю — она еще крепче обняла его за шею.

Старый частный дом, синий забор. Обычно здесь множество людей ожидало своей очереди, чтобы попасть на прием к сильнейшему экстрасенсу всех времен и народов — Яге. Вот только сегодня во дворе было тихо.

— Гляди, гляди, чего твой внучек тащит! — тыкал когтистым пальцем в окно бес.

Яга треснула его полотенцем, чтобы отошел и не заслонял вид. Выглянула и раскрыла рот. Мальчишка нес на руках ведьму. А та еще и указывала ему, как ее нести нужно и куда конкретно.

— Ой, а че будет, если он ее тебе через порог перенесет? Чай, невестушкой называть станешь? — хихикал Фока, перебирая жиденькую кудрявую бороденку. — Ты про преданное-то у нее спроси!

— Проваливай, паршивец! — столкнула его с табурета старуха.

— Ба! — закричал Макс, уже добравшись до порога, и толкнув входную дверь. Он как раз держал девушку над порогом и собирался сделать шаг.

— А клодь ее там де взял! — прокричала Яга еще из кухни, не успев добежать до коридора.

— Чего? — переспросила Дуня у Макса.

Парень тоже не понял, опустил девушку на ноги.

— Не знаю. Давай переспросим. — Предложил он, и вошел в дом.

Яга выбежала навстречу гостям, аж запыхалась. Но все ее тревоги прошли, как только она увидела, что Дуня все еще стоит по ту сторону порога. Была б ее воля, и дверь бы прикрыла перед носом девчонки. Однако, Макс за руку потянул ведьму за собой, отпустив ее лишь в прихожей.

— Бабушка, мы к тебе за советом, — внук подставил локоть, чтобы старушке было удобнее передвигаться.

— За семейным? — похрюкивал от смеха бес.

— За особым, — кивнул черту парень, и позвал Дуню пройти на кухню. — Нам нужно поговорить с тем, кто знает, как найти вампирий камень.

— Тю, делов-то! — выдохнула Яга, но на ведьму все равно смотрела, как на жаркое из будущей невестки.

Спиритический сеанс прерывало только чавканье беса и ведьмы. Эти двое сидели на полу с большой тарелкой жареной картошки. Яга старалась игнорировать хруст, сосредоточилась на тазике с водой и горящей свече. Она поводила над сосудом руками и… хлоп! Со всей силы она ударила клюкой об пол. Вода в тазе задрожала. Бес и девчонка временно прекратили работать челюстями. Они, как в телевизор, таращились на тазик.

— Это как яблочко на волшебной тарелочке? — хихикнула Дуня.

— Ты разве не помнишь? Тарелочку вы с оборотнем в детстве, вместе с зеркалом грохнули. Мультики смотреть пытались по нему… — пробурчал Фока. — Думаешь, она тогда из-за паршивого зеркала разозлилась?

— Шшш! — зашипел на болтунов, стоявший сбоку Макс.

Над водой как раз в слабом свечении появилась тощая прозрачная фигура. Судя по силуэту, то был мужчина. Щеки его впали, нос вытянутый и орлиный, губы тонкие, и руки длиннющие. Не человеческое существо, а карикатура.

— Где я? — спросил он.

— Ой! А можно я отвечу? Ну, можно? — просился Фока. И ответ его явно должен был быть рифмованным. Яга крепче сжала клюку, чтоб не прервать сеанс убийством беса. На него она только зыркнула. Бес развел руками, мол, больше мешать не будет, но только старуха отвернулась, как громкое чавканье возобновилось.

— Йозеф, ты мертв! Я призвала тебя, потому что у меня есть к тебе вопросы! — Монотонно и деловито обратилась к духу Яга.

— Я все рассказал милиции! — отказывался сотрудничать призрак. — А еще я мертв. И чего мне тогда с тобой лясы точить? Вертай меня обратно!

Он вознамерился нырнуть в тазик, но лишь стукнулся лбом о внезапно затвердевшую воду. За секунду до этого клюка Яги выписала на полу какой-то символ.

— Ну ладно, — сдался дух.

— Ты в свое время вампирий камень искал? — перешла к делу старуха.

— Было такое, — не стал отрицать Йозеф.

— А зачем он вам был нужен? — влезла в их диалог Дуня.

— Какая вежливая девочка! — отметил призрак.

— Действительно, — хмыкнул Макс, положив ладонь на лоб девушки. — Это она сегодня приболела. Но ничего, пройдет!

Дуня оттолкнула его руку и фыркнула. Продолжая хрустеть картошкой, подошла ближе к духу.

— Так зачем вы его искали?

Девушка бросила в рот горсть тонких золотистых палочек. Дух облизался, и стал следить не за сутью разговора, а за передвижением еды из горсти до губ.

— Жена умирала, — говорил он, склоняясь вперед и пытаясь перехватить хоть один кусочек картошки. — Хотел все вернуть…

— Давай, уточним! — Яга снова стала главным допрашивающим. — От чего твоя жена умерла?

Дух перестал пялиться на еду.

— От топора, — назвал неизвестную и смертельную болезнь он.

Даниэла уставилась на него в изумлении. Наверное, не слышала раньше о таком страшном вирусе, как "Топор"! А Йозеф еще и уточнил:

— От топора меж лопаток…

— Ты не стесняйся, рассказывай! — подталкивала его старуха к покаянию.

— Да что тут такого? Просто поссорились, — признавался призрак, и вдруг решил поделиться мудростью с молодым поколением. — Дети, запомните! Ссоры к хорошему не приводят. Лучше покричите друг на друга, поцелуйтесь и успокойтесь…

Яга не одобрила такого просвещения.

— Короче, достала она меня. — Снова вернулся к прежнему повествованию Йозеф. — Пилила, пилила. Я и не знал, как ее заткнуть. Схватился за топор. И два часа наслаждался тишиной. А потом понял, какой грех совершил…

Он упал на колени, пустил слезу.

— Ты так перед ментами каялся? — спросила Яга.

Акт грешника перед праведным судом прервался.

— Я ее любил! — утер нос Йозеф. — Жить без нее не мог.

— Йозеф, скажите лучше, вы камень нашли? — не выдержал Макс.

— Нашел, — вздохнул тот и обиделся, что ему договорить не дали.

— Как? Нам он тоже нужен. Как его отыскать?

— Он горячий. И лежит там, куда страх не позволяет дойти. Так что если нужен, то идите туда, куда ни за что бы ни пошли. Когда паника перерастет в сумасшествие, ноги охладеют, воздух в легких закончится и сердце аж из ушей полезет — значит вы на месте.

— Понятно, — получил необходимую информацию вампир и кивнул бабушке, чтобы она отпустила осведомителя.

— Стойте, а жену вы вернули? — успела спросить Дуня.

Дух опечалился.

— А как, думаешь, я умер?

— Топор подхватил? — хрюкнул Фока.

— Женщины — существа злопамятные, — опустил плечи Йозеф и рассыпался капельками.

Небо уже сменило свой цвет. Стало черным и блестящим от звезд. Город не собирался укладываться спать. Веселье только начиналось. Темноту улиц разгонял свет фонарей, в домах зажглись окна. Массы людей вышли на прогулку. Кто-то отправился в театр, кто-то в кино. Рядом с одним таким заведением в кругу скамеек большая компания молодых людей бурно что-то обсуждала.

— Почему ты орешь на меня? — Дуня уже впала в истерику. Она не могла поверить, что брат хоть когда-нибудь поднимет на нее голос. А тут…

— Да потому что твоя трусость у меня в печенках сидит! — отвернулся Митя. — Тебе дали задание, сложно выполнить? Тебя одну идти никто не заставляет, с тобой Макс. Мы стоим, как идиоты, у входа, переживаем за нее…

— Это не она отказалась. Я водил ее к бабушке. — Рискнул стать целью для метания молний Макс.

— Не нужно ее защищать! — рявкнул ведьмак.

— Да! Что это ты теперь ее защищаешь? У вас уже такие доверительные отношения? С родителями ее еще не знакомил, склеп свой не показывал? — Влад в последнее время стал слишком раздражительным. Как только он видел Дуню и Макса — быстро терял человеческий облик и звериные черты проступали на его лице вне зависимости от желания. Сейчас его глаза горели дикостью и в яростных нотках голоса уже прослеживалось рычание. Любой прохожий мог бы заметить это.

— Засунь свою ревность вместе с претензиями в… — взбесился Макс.

— Успокойтесь, — мировой силой стали Алина и Жан. Они втиснулись между враждующими сторонами, надеясь сдержать их.

Пока все отвлеклись, Митя рывком схватил сестру за плечи и встряхнул.

— Ты должна найти его завтра же! Сама пожалеешь, если будешь оттягивать… — Это не прозвучало угрозой. Митя говорил с горечью и сожалением. Дуня уловила что-то недосказанное и раскрыла рот, чтобы спросить. Но Макс разжал пальцы ведьмака, высвобождая девушку.

— Мы завтра рано утром отправимся туда. Я даю слово! — пообещал вампир.

Митя сосредоточил подозрительно растерянный взгляд на парне, и позволил ему забрать Дуню. Макс увел ее. Он направлял ошарашенную и задумчивую девушку, а сам оглядывался на оставшихся стоять четверых друзей.

Влад от злости сплюнул. Дернулся в сторону покинувших их, но Жан не дал ему сдвинуться с места, а потом обратился к Мите.

— Что ты скрываешь?

Ведьмак виновато посмотрел прямо в глаза телохранителю. Но не проронил ни слова. Встревоженный вампир позвонил отцу.

— Как ваши дела?

Прежде чем дать ответ помощник главы клана Куран с опаской посмотрел на двери хозяйского кабинета, откуда доносились далеко не любовные признания счастливой четы. Мсье Куран кричал на свою супругу, а она, в ответ, кричала на него. Другими словами — они готовились к походу в гости.

— Ну, да, — комментировала это Римма. — Надо же наговориться перед званым ужином.

Близняшки кивали, а Элен металась из стороны в сторону, размышляя, стучаться к Куранам или своя шкура дороже?

— Все как всегда, — ответил, наконец, сыну Кай.

У Жана отлегло от сердца. Он выдохнул и даже улыбнулся, представив себе это "как всегда".

Глава 16

Поведение Мити не шло из головы Макса. Он чувствовал какую-то беду, и даже сидя в баре, прокручивал в памяти тот момент разговора с Дуней, когда брат упрекал ее в трусости. Митя всегда бережно относился к сестре. Он действовал только терпением и уговорами. Что изменилось?

Похоже, мысли Даниэлы были не менее "радужными". Ее тревогу не красила музыка, и даже два стакана виски не притупили пробудившийся страх. Она отчаянно пыталась с ним совладать, подчинить воле, но не получалось. И девушка безучастно смотрела на толпу веселящихся. В баре нарастала шумиха. Девушки танцевали. Рок-группа усиливала звук.

Дуня выпила еще стакан и, судя по оживленности, сделала выводы. Стала ерзать на лавке, поглядывая на танцующих. А тут, как на зло, заиграла медленная мелодия. И парень около стойки, целый час пожиравший ведьму глазами, осмелился подойти. Не посмотрел даже на то, что девушка в компании другого молодого человека.

— Потанцуем? — протянул руку Дуне он.

Она очень хотела пойти с ним, но только дернулась, как почувствовала натяжение "повода", и отказалась. Усевшись удобнее рядом с Максом, опять потянулась к стакану, чтобы налить себе виски. Вампир не слишком хотел нянчиться с алкоголичкой.

— Пойдем, — перехватил бутылку он, вытаскивая девушку из-за стола.

— Куда? — не поняла она, встала, прошла следом в гущу танцоров, и озадачилась, когда его руки оказались на ее талии.

— Ты же хотела потанцевать, — сказал он, медленно двигаясь в такт музыке.

— Ну… — растерялась Даниэла, не зная куда деть руки, а, положив их чуть выше его локтей, нащупала стальные мышцы и углубилась в мысли о накачанном теле парня. Покраснела. Опустила голову, чтобы Макс этого не увидел. Она очень старалась слушать музыку. Но собственное сердце шумело хуже басов в динамиках колонок, и отбивало ритм в два раза четче и сильнее, чем ударник палочками на барабанах.

— Даня, — хотел что-то спросить парень.

Девушка неловко повернулась и замерла, глядя на него. Но взгляд так или иначе соскользнул с его темных глаз к губам. И Даниэла просто ничего не смогла поделать — ее тянуло к ним прикоснуться. А Макс не шевелился.

"Дура!" — обозвала саму себя она, закрыв глаза. Как вдруг ощутила его пальцы на своем подбородке, разворачивающие лицо для удобства. А потом был поцелуй. Как глоток воздуха перед погружением в воду. Дуню, казалось, накрыло с головой. Звон в ушах заглушил музыку. Движение его губ требовало ответа. И он, несомненно, его получил…

Еще чуть-чуть и вокруг них посыпались бы самые настоящие фейерверки, пробужденные магией чувств. Но трепет колдовской души прервал голос извне.

— Максим!

Парень расплющил глаза и в прищуре оглянулся.

Рядом с ними стояла рыжая девушка с ярко накрашенными красными губами, в которые Дуня с удовольствием вцепилась бы ногтями. Девица беззастенчиво рассматривала ее и Макса, который нехотя вынырнул из сладкого момента.

— Привет, Аня. — Отозвался парень, продолжая придерживать ведьму за талию.

— Новая девушка?! — кивнула в сторону Даниэлы она.

Злость на незнакомку прорезалась скрипом зубов. Дунино негодование крепло и веселило вампира.

— Ань, — перебил девицу он. — Не устраивай сцен.

— Что значит не устраивай?! — оскорбилась та. — Ты меня бросил, а теперь целуешься тут на глазах у всех с какой-то…

Рука Даниэлы уже взметнулась вверх вместе с импульсом магии, для наказания. Но Макс перехватил запястье девушки, сунув ее ладошку себе в карман. Аня покосилась на этот странный жест.

— Ну, если хочешь, и ты тут с кем-нибудь целуйся. А мы пойдем! — потянул за собой Даниэлу он.

— Послушай, — схватила за локоть ведьму Аня. — Не имей надежд на его счет! Он и тебя выбросит.

— Пошли, — настаивал Макс.

Дуня послушалась его. Долгий и длинный путь они прошли как смертные — степенно, и не торопливо. Он держал руку на ее талии, придвигая девушку к себе. Она чувствовала его тепло и чутко относилась к каждому колебанию этого приятного ощущения. Но что-то внутри нее боролось, упрямилось и не хотело сдаваться сладости прикосновений. Где-то на полдороги, около трассы с видом на поля, девушка остановилась.

— И кто эта Аня? — потребовала ответа Дуня.

Макс расхохотался. Он уже два часа ожидал, когда же ее прорвет.

— Ревность? Даниэла Куран, а как же твоя ненависть ко мне? — парень снова притянул ее. Девушка уперлась, из вредности.

— Кто говорит о ревности? Я просто хочу знать все о своем напарнике!

Следующие протесты и возмущения утонули в поцелуе. Макс крепко сжал Дуню, чтобы она не смогла пошевелиться и избежать его настойчивого поцелуя. Она не сопротивлялась, потому что растерялась.

— Тебе не о чем знать. — Прошептал он с такой самодовольной улыбкой, что показался Дуне в два раза привлекательнее. Девушка сама потянулась за очередным поцелуем.

Каждые пару метров пройденного пути они останавливались, чтобы прильнуть друг к другу. Незаметно Дуня перестала нервничать из-за шахты и камня. Они вообще отошли на второй план, когда Макс прошептал ей: "Я не жалею о том, что нас связали". Она вдруг осознала, что разделяет его мнение. С ним ей спокойнее, проще, легче, даже несмотря на их ссоры в прошлом. Она жаждала его объятий. Но когда они дошли до дома, и он хранил тишину, девушка замерла в нерешительности.

— Похоже, никого нет. — Обрадовался этому Макс.

Только Дуня робела. Ей было боязно оставаться наедине с парнем. Он же почувствовал ее дрожь и не оставил выбора, — подхватив ее на руки, занес в дом. Даниэла решила сопротивляться, но не получилось — поцелуи слишком ослабили рассудок девушки. Оказавшись в спальне, она перестала думать и ее проводниками в мире стали только раскаленные чувства.

В большом светлом зале, увешанном алыми шторами, проходил званый ужин. Это был дом клана Мортье. Сегодня здесь собрались и представители других семейств, в том числе и Сурей. С нетерпением они ждали появления правителя. Он вошел на территорию резиденции шагом хозяина. Его сопровождали верные охранники, и супруга, которую не все были рады видеть. Об этой персоне ходило больше зловещих слухов, чем сплетен о ее муже. Хотя в зале имелись и те, кто уважал ведьму за ее бесстрашие. Однако таких, во владениях клана Мортье, насчитывалось двое.

Предательство, ложь, ненависть витали повсюду. Кроме них можно было уловить и еще кое-что. Заговор! Нервы Кая натянулись струной. Он осматривался, продумывал все варианты нападения (если бы такое случилось) и то, как вывести отсюда хозяина целым и невредимым. Все расчеты приводили к совершенно не приемлемым итогам. Кай жалел, что взял с собой жену.

— Мы здесь в меньшинстве. — Шепнул он главе.

— Знаю. Но они не станут ничего предпринимать в день помолвки. Сурей и Мортье будут до последнего ломать комедию. — Успокоил его Даниэль. — К тому же, Завье еще не прибыли.

— Ты уверен, что их еще не перетащили на другую сторону?

— Я уверен в тебе, и Дине. Будь с ней. — Отослал верного помощника глава, чтобы следующую пару часов провести в диалоге с Мортье: убедить его прекратить разжигать войну между кланами и просто припугнуть эту сволочь. Телохранителю оставалось наблюдать за всем издали. Он отвел женщин к окну — самому выгодному стратегическому месту, по его мнению. Мимо проходили вампиры и все кланялись ведьме, приветствовали ее лживыми улыбками. Она отвечала им тем же, слегка склоняя голову, и кивала.

— Ну, как? Я естественно улыбаюсь? — уточнила Дина Куран.

— Для голодного вампира вполне искренне, — ответил Кай, оценив ее улыбку. И снова повернулся в ту сторону, где стоял его друг и глава клана. Мсье Куран вел "задушевную беседу" с мсье Мортье. Плевки в душу сопровождались откровенными угрозами. Что-то шло не так. Телохранитель ощущал ловушку, и нервничал так, будто мир грозил лопнуть, как пузырь. — Дамы, если я вас покину, вы ведь не выцарапаете друг дружке глаза?

Ведьма и бывшая любовница ее мужа переглянулись.

— Обещаю вести себя прилично, — поклялась Дина.

Элен тайком перекрестилась. Кай оставил их одних, чтобы незаметно занять место по правую руку от главы и обеспечить ему поддержку, защиту и просто запугать одним своим видом противников.

— Как же здесь скучно! Лучше бы осталась дома с подругами! — бурчала ведьма.

— Да, вы бы нашли себе развлечение на наши головы! — не сдержала порыв высказаться Элен.

— Ты бы к нам присоединилась и не вяла бы тогда от тоски! — толкнула ее под локоть Дина.

— Я скучаю по сыну, — призналась внезапно та.

— Я тоже скучаю по нашим детям, — вздохнула женщина. — Но Патриция сказала, что так надо. Спорить с ней бесполезно. Она сказала, что это очень важно. Думаю, дети справятся, и скоро будут дома. Не переживай. Рано или поздно нам приходится учиться доверять им, и отпускать. Хоть и хочется уменьшить до размеров куколки и носить в кармане под сердцем… Но это было хорошо, пока она была маленькая и ничего не понимала… А потом начала капризничать…

— Если твое предложение в силе, то я вечером зайду к вам, — сдала оборону бывшая любовница, и пригубила вина.

— Говоря о детях, — продолжила разговор Дина, кивнув в сторону молодой пары, по поводу которой многочисленная свора вампиров собралась в резиденции. Красивая девушка умело играла роль счастливой невесты, но всякий раз как ее жених пытался обнять, она изящно избегала его прикосновений. — Сюзон не в восторге. Ее продали ради укрепления связи кланов.

— Бедная девочка, ей не везет. Такой связью, как у вас с Даниэлем не каждый может похвастаться. Вас она спасла. А девочке такого не видать. — Жалела невесту Элен.

— Ошибаешься! — хихикнула ведьма, скользнув взглядом по толпе. Отыскала молодого парня, выпивающего уже который бокал крепкого вина. — Сейчас связующий потеряет терпение. Пойдем, поговорим с мальчиком, пока он глупостей не наделал. А там явится Патриция, и мы устроим маленькое шоу.

Несчастный влюбленный, судьбу которого сейчас официально передавали в чужие руки, действительно готов был к нервному срыву. А тот привел бы к скандалу на помолвке и, скорее всего, к гибели парня. Он не мог рассчитывать ни на чью поддержку, не имел богатства, власти или еще хоть чего-то за что ему могли продать Сюзон. Он понимал это и готов был перегрызть не одну глотку, чтобы забрать ее себе.

— Красивая, правда? — подошла к нему темноволосая женщина и, как старого друга подхватила под руку. С другой стороны на его локоть легла ладошка второй светлой дамы. В первой он распознал мадам Куран. Хотел ей поклониться, но она сочла этот жест неуместным.

— Красивая помолвка, — повторила женщина.

— И невеста красивая, — присоединилась к ней ее компаньонка.

— Только грустная. Скажите, а вы не заметили печаль в ее глазах? — не смолкала Диана Куран.

— Нет, — сцедил сквозь зубы парень.

— Странно, — нахмурилась женщина. — А ведь она смотрит именно на вас чаще и дольше, чем на своего жениха.

Парень хотел возмутиться, соврать, но этим дамам вранье было не интересно.

— Не стоит напрягаться, милый! — нежно погладила его по запястью мадам Куран. — Мы не враги тебе. И даже можем помочь.

— Как? Вы способны отменить свадьбу? — понадеялся он, и встретил необычайно коварную улыбку на лице брюнетки. А потом почувствовал щекотливые уколы магии, перетекающие в его тело через прикосновение рук. — Вы колдуете надо мной, мадам?

Он рассердился.

— Совсем немного. Это не принесет тебе вреда! Но изменит все к лучшему. — Пообещала ведьма.

Наконец, пришла Патриция. Все события завертелись вокруг нее, потому что она должна была провести традиционный обряд связи молодых. Трое поднялись на небольшой помост. Оракул произнесла речь и перешла к самому важному. Взяла тонкую золотистую нить, приготовилась завязать ее на скрепленных руках жениха и невесты.

— Этой нитью я подтверждаю и скрепляю ваше решение объединиться, — торжественно заговорила Патриция, хотела завязать ниточку, но она упрямо развязывалась один и второй, и третий раз. Причиной такой строптивости оракул посчитала ведьмины шалости, и когда подняла глаза на Дину, убедилась в этом. Госпожа Куран весело подмигнула любимой дочери прародителя вампиров и ткнула куда-то вбок пальцем. Патриция посмотрела в указанную сторону и поразилась, увидев на одном молодом парнем печать Судьбы. Чуть не треснула саму себя по лбу, от разочарования, что прозевала такой важный момент. Но опомнилась, в срочном порядке пришлось симулировать приступ внезапного видения и рекомендовать перенести помолвку на позднее время.

— Не могла раньше сказать? — разозлилась на Диану оракул.

— Как? Я сама только сейчас узнала, — смеялась та.

— А когда я с тобой здоровалась?

— И пропустить твое: "Я вижу будущее… Этот союз нужно перенести". Отлично сыграно! — изображала Дина. Элен хохотала, очень стараясь сдерживаться. — Только для пущего драматизма, надо было упасть в обморок.

— Выставила меня полной дурой и рада, — сама веселилась Патриция. — Ой. Ладно. Я что-нибудь придумаю. Против Судьбы никому идти нельзя. — Проговорила она, бросила взгляд на кого-то за спиной мадам Куран и, спешно, сбивчиво попрощавшись, ушла.

— Почему раньше мы не проводили время вместе? — удивилась Элен, и прикусила язык.

— Потому что любили одного мужчину. Но сейчас то делить нечего.

Женщины впервые за многие годы улыбались друг другу искренне, не тая зла и обид.

— Леди, не хотите отведать? — подошла к ним госпожа Мортье и подвела официанта с подносом, на котором были выставлены канапе и прочие яства. Элен уже собиралась принять угощение, но…

— Спасибо, спасибо! — поблагодарила Диана, подхватила один кусочек. — Ммм, какая прелесть? Не подскажете рецепт? Сколько яда: две щепотки?

— Вы оскорбляете нас, мадам! — обиделась хозяйка дома.

— Что вы! И не думала! Просто у меня аллергия на большинство ядов и на канапе.

— Тогда, может быть, вы попробуете торт? — подоспела мать невесты.

Элен не понравилась их настойчивость. Она хотела как-то спасти Диану, но та уже приняла тарелочку с тортом. Дамы ожидали, когда гостья откусит и проглотит хоть один кусок. Чуть ли не в рот ей заглядывали. Только она поднесла к губам вилку, нервы Элен сдали. Она поймала руку мадам Куран.

— Стой! — от спонтанности собственных действий Элен сама испугалась, и чтобы как-то аргументировать поступок, солгала. — Как же диета? Ты проиграешь мне в нашем соревновании, если съешь его!

— Простите, пари есть пари! — отказалась от сладостей Диана, и Элен смогла увести ее. По пути еще и ужасалась факту случившегося.

— Они хотели отравить тебя! — шептала ей она.

— А кто не хочет? — хмыкнула ведьма, обведя взором присутствующих. — Здесь все хотят моей смерти, и ты хотела.

Элен стало стыдно за это.

— Прости. — Пролепетала она, представив, каково было бы ей занять место ведьмы. А ведь раньше она так хотела стать госпожой Куран. Слава богу, судьба распорядилась иначе, и ее не пытаются убить каждый день.

Глава 17

Вечеринка в честь так и не состоявшейся помолвки продолжалась. Многие ничего не понимали в видениях оракула, особенно в том, почему она так и не связала жениха и невесту. Впрочем, спорить с ней никто не осмеливался. Ведь абсолютно все боялись воли Тавана — отца вампиров, и потому повиновались Патриции. Неопределенность официальных уз между женихом и невестой совершенно никого не смущала. Раз уж первый шаг к свадьбе был сделан, значит и будущее крепкой семьи обязательно будет светлым.

Вокруг главного вампира кружили враги, намереваясь отщипнуть кусок от его власти. Пока ему удавалось сдержать их. Помогали и телохранители. Диана Куран специально сохраняла дистанцию. Она знала, что ее присутствие на стороне мужа только ухудшит ситуацию. Вампиры очень недолюбливали ведьму, которую просто боготворил их повелитель. Потому женщины (Диана и Элен) уселись на скамейке среди парковой красоты дворика.

— Вы не против, если я присоединюсь к вам? — пришла к ним с бутылочкой вина Сюзон.

— Садись, милая, — пригласила ее Диана присесть рядом. — Устала?

— Да. — И совершенно честно призналась. — Безумно! Даже сбежать хочется.

Бокалы гостей наполнились вином. Официант принес угощения, оставил весь поднос с закусками, и маленькая компания приватизировала скамейку в кустах роз.

Сюзон жаловалась на страх перед браком и на жениха, которого терпеть не может. Гостьи убеждали ее не расстраиваться из-за грядущей свадьбы, произносили тосты за любовь, ели сладости, не опасаясь "диеты".

— А как Даня? — спросила девушка, глядя на звезды. — Когда она вернется?

— Не переживай, к твоей свадьбе, как раз подоспеет. Так что не разочаруй ее и иди под венец с правильным женихом! — напутствовала мадам Куран, кушая тортик. — Кстати, вкусно!

Невеста посмотрела на тарелку в ее руках так, словно ведьма кушала не кремовое пирожное, а нечто совершенно жуткое, еще шевелящееся и с лапками. Но подавила желание взвизгнуть и отвела взгляд.

— Да. Мы этот выбирали для свадьбы. — Кивнула Сюзон. — Знаете, Дуне повезло с вами. Все девчонки из нашей компании завидовали ей. Я бы тоже хотела быть вашей… вашей…

Элен, чувствительная ко всему, расплакалась. Пожалела девушку, обняла.

— Если бы можно было, мы бы забрали тебя к себе, — говорила она. — Вышла бы замуж за моего сына…

Лицо Сюзон вытянулось. Похоже, она вообще ни за кого не хотела замуж.

— Ничего, милая, у тебя все будет хорошо. Мы поможем тебе. У тебя будет прекрасная свадьба! — пообещала Диана. — Будущему свойственно меняться! — улыбалась девушке она.

Сюзон бледнела с каждой минутой. Госпожа Куран отставила тарелку с недоеденным тортом. И сложила руки на коленях. Девушка вдруг поднялась.

— Извините меня, — опустила голову невеста.

— Ничего. Иди! — отпустила ее Диана.

Сюзон вышла на аллею и вернулась в дом. Элен осталась вместе с госпожой Куран — со своей новой подругой. Легкий ветерок раскачивал кустарники роз, и их аромат распространялся вокруг — сладкий и мягкий, успокаивающий и немного дурманящий, располагающий к романтическим мечтам. Женщин он просто заставил задуматься. Например, Элен пришло в голову такое:

— Мне кажется, она просила прощения за что-то другое, а не просто из вежливости, за то, что покинет нас.

— Я знаю! — спокойно ответила ей Диана, блаженно улыбаясь. Она прикрыла глаза, вдыхая аромат роз. — А сейчас, помоги мне встать, и мы пойдем к нашим мужьям.

Элен подставила локоть, чтобы ведьма смогла опереться.

Кай стоял рядом с Даниэлем и все ожидал, когда подвох проявится, когда окружающие оскалятся, продемонстрируют клыки и набросятся на них. Ничего не происходило. Театральная постановка "Паиньки вампиры" продолжалась. Хотя слишком довольная физиономия господина Мортье просто требовала пары славных фингалов.

— Любимый, — к мужчинам подошли дамы. Главу Курана позвала жена. Она поцеловала его в губы, что-то прошептала на ухо.

Телохранитель на мгновение забыл о врагах, увидев как две некогда не терпевшие соседства под одной крышей женщины, держатся под руки, как подруги. Диана разговаривая с супругом продолжала держаться за Элен. А Кай чуть не уронил челюсть на пол, не успев расспросить жену о внезапном доверии к ведьме.

— Что-то случилось? — также удивился их тесному общению Даниэль.

— Все отлично. Мы устали, поедем к девочкам и к Римме. Они, наверное, соскучились без нас. Ты ведь не против? — уточнила мадам Куран.

— Конечно, — поцеловал ее муж, подумав, что "соскучились", как правило означает грабеж винного погреба. — Поезжайте, мы через пару часов вернемся домой.

Про себя подумал: "Лишь бы он был цел!".

— Я люблю тебя! — прошептала она ему, еще раз поцеловала, и женщины направились к выходу, бодро что-то обсуждая. Даниэль долго смотрел в спину супруги, пытаясь понять, отчего возникло неприятное ощущение от ее поцелуя? Он хотел отыскать разгадку в ее плавных движениях, но Дина очень артистично исполняла роль на публике. Ее образ оставался непроницаем для окружающих. Лишь дома он смог бы расспросить ее обо всем.

Обмениваясь шутками, леди сели в машину и там…

— Чем займемся дома? Что будем делать: устроим девичник? — спросила Элен, готовясь к грядущему сумасшествию. Она уже уловила бодрую волну веселья.

— Лечиться! Или умирать! — прохрипела совсем не естественным голосом Диана, упираясь лбом в холодном стекло.

Элен испугалась. Она не заметила, как произошло превращение веселой и бойкой ведьмы в совершенно измученную, вспотевшую, бледную больную.

— Что с тобой?

— Яд. Им нужно было подослать того, кому бы я доверяла. Они прислали Сюзон. Вот, за что она просила прощения! — хватала ртом воздух ведьма, сгибаясь пополам от боли.

— Ты знала и ела? Это торт? — не понимала ее поведения Элен.

— Выходя на все мероприятия, я пью стойкое противоядие, сделанное когда-то моим домовым. И Даниэля заставляю…

— А сегодня не выпила? — впадала в истерику Элен.

— Пила. Но оно не действует… И закрой уши на пару секунд. — Попросив напарницу, ведьма призвала демонов. Двое рыжих материализовались в салоне машины. Водитель даже не оглянулся — он привык ко всему, что обычно вызывало шок у неподготовленных к семье Куран. Прежде, чем она смогла дать ответ на первый вопрос, заданный Лизой: "Соскучилась?", Диана потеряла сознание.

Ей сладко спалось не на подушке, а на его руке. Дуня открыла глаза, посмотрела на парня. Макс уже минут пять не спал. Лежал и смотрел на нее. Она никак не могла прочесть в его взгляде, к чему пришли их отношения. Ненависть слишком быстро и подозрительно миновала. А что осталось? Дуня попробовала выяснить: поняла, что от его рук сгорает, что чувствует себя рядом с ним полной и сильной. Но значило ли это что-то большее, чем просто внезапный порыв?

— Доброе утро? — спросила девушка.

— А тебе? — уточнил он.

— Зависит от твоего мнения, — проворчала она.

— А своего у тебя нет?

— Начинается! — уже собралась встать, одеться и забыть о прошедшей ночи Дуня. Попыталась сесть, как ее потащили обратно. Макс навис сверху, поцеловал ее.

— Значит, все-таки, доброе, — заключила она.

— Сейчас его испортят. Все в сборе. — Кивнул на дверь парень.

На кухне было мало места. Митя словно прирос к плите… Кстати, его этот факт безумно раздражал сегодня.

— Долго я у вас шеф-поваром буду?

— До первого испорченного блюда. — Сдерживал порыв ревности оборотень, только утром добравшийся до дома.

Омлет тут же подгорел. В комнате запахло горелым.

— Давай сюда, я люблю с корочкой! — протянул руку Влад, требуя сковороду вместе с испорченным блюдом.

— Алина, может ты, наконец, вспомнишь, что ты девушка и займешь место, приготовишь? — обратился к ней ведьмак.

— А я не могу. Я занята, — тут же выдала, не задумываясь, она.

— Чем это? — заинтересовался Митя, но Жан быстро нашел подруге занятие — поцеловав ее.

— Хоть бы и вот этим, — рассмеялась она, поблагодарив находчивого парня.

— Испортили весь аппетит, — отставил сковородку Влад.

На пороге возникли двое. И все ощутили перемены. Оборотень тут же отодвинул стул рядом с собой, чтобы Дуня присела. Он все еще надеялся…

Макс обошел стол. Сел. Около него тоже оставалось свободное место. Он бросил всего один взгляд на Дуню. Влад тоже смотрел. Оба парня ждали. В принципе, всем было интересно, что произойдет дальше. А девушка смущенно опустила голову, неловко извинилась перед другом, за то, что разбила его чувства и поскорее постаралась сесть к Максу. Влад выругался, опрокинул стул и выскочил из дома.

— Держи, — протянул тост Даниэле вампир, подвинул к ней тарелку с ломтиками колбасы и сыра.

Жан и Алина ехидно посмеивались. Веселилась больше всех сестра, потому что впервые наблюдала за проявлениями заботы брата к посторонней девушке.

— Я поговорю с ним, — положил руку на плечо сестре Митя.

— Спасибо, — Дуня совсем растерялась. Больше всего она не хотела сейчас обсуждать их союз с Максом, потому что сама не понимала какой он, этот союз. Брат девушки пошел на поиски оборотня. Завтрак проходил в тишине. Постепенно Даниэла расслабилась. Она касалась коленкой ноги Макса под столом и чувствовала подпитывающее ее уверенность тепло. Звонок сотового — единственное, что прервало идиллию.

— Да, — на родном французском заговорил Жан, из чего Даниэла сделала вывод, что звонили другу родители. Она бы и не стала подслушивать, но ошарашенное выражении, застывшее на лице парня, пробудило ужасающий интерес. Ведьма навострила уши.

— Тетя Диана… она… — не знал, как преподнести новость дядя Кай.

Дуня выхватила трубку у телохранителя и буквально сорвалась на крик, когда захотела спросить:

— Что с ней?

На этот вопль прибежали Митя с Владом. Последний забыл о ревности.

— Даниэла… Она умирает.

Больше слов не потребовалось. Трубка вылетела из ее рук. Упала на пол. Экран треснул.

Глава 18

Телепортировать всех желающих в резиденцию во Франции Митя не мог. Дуня настолько нервничала, что сформировать адекватное заклинание была не в состоянии. Потому Влад, Алина и Жан договорились лететь самолетом, чтобы прибыть в другую страну не по частям, а целиком. Митя же собрал все силы, и смог перенести троих в дом семьи Куран.

За воротами развязалась бойня. Бойцы кланов Сурей и Мортье, и еще двух враждебных, пытались прорваться на территорию. Они чувствовали слабинку в обороне властителя, хотели добить его. Почему-то никто не думал, что раненый Куран может быть опаснее вдвойне. Дуня не могла этого понять. Хотя одну вещь она осознала — трое друзей пробиться сюда не смогут.

Даниэла буквально бежала по коридорам к заветной двери — к спальне родителей. Ее шаги раздавались эхом, отражались от стен пустого дома. Все жители сейчас готовились к резне. Макс и Митя старались не отставать от нее.

— Пап? — толкнула дверь девушка. Она с порога бросилась к вампиру, сидящему в кресле. У него был такой отсутствующий вид, что Даня испугалась потерять сразу и второго родителя. А он не реагировал.

— Даниэль? — позвал его Митя.

Куран медленно перевел взгляд на представших перед ним детей, обнял их, когда они с двух сторон обхватили его.

— Митя? — осознал, кто перед ним вампир. — Ты же сможешь что-то сделать?

— Пап, все будет хорошо! — приговаривала Данька, прижимаясь к отцу.

— Нет, — замотал головой мужчина. — Она умирает, милая!

— Не говори так! — взвилась девушка.

— Прости, малыш, но я знаю. Я вместе с ней…

Данька побледнела. Если бы не вовремя подхвативший ее Макс, она бы упала в обморок… или набросилась бы с кулаками на отца, чтобы выбить из него глупые мысли о смерти.

— Не может этого быть! — отказывался принимать факт Митя. — А как же Михаил? Что говорит ангел?

— Я могу только поддерживать это состояние, — вышел из комнаты усталый блондин. — Мы собрали весь шабаш. Саша, Жанна и Люся, замкнули круг. Дашка и Дима следят за ее телом. Демоны — за душой, чтобы она не ушла и не потерялась. Больше мы ничего сделать не можем.

Данька оттолкнула поникших мужчин и ворвалась в соседнюю комнату, где вокруг ложе, на котором безвольно лежала ведьма, сидели все ее друзья.

— Мам, — позвала Даня, упав рядом с кроватью на колени.

Ведьма открыла глаза. Посмотрела на дочь. Ее радужки меняли цвет каждые несколько секунд: зеленый, синий, красный, белый. Даня всерьез испугалась. Она почувствовала смерть и пустоту. Отошла в сторону. Ее место занял отец. Даниэль лег рядом с женой, крепко прижал ее к себе. Дочь услышала очередную попытку успокоить любимую.

— И с тобою мы можем уйти

И вернуться,

Уснуть и проснуться,

Забыть, постареть

И не видеть ни солнца, ни света…

Можем снова уснуть,

И о смерти мечтать,

И проснуться опять,

И смеяться опять…

Ей хотелось закричать. Остановить этот бред. Она даже попросила Макса ущипнуть ее, надеясь, проснуться и забыть кошмар. Когда паника отступила, сердце своим бешеным стуком подсказало идею.

— Мы все изменим! Пошли! — заявила Дуня. На исчезновение, как и на появление детей в спальне, слишком занятые взрослые не обратили внимания. Потому что все они сейчас принадлежали астральному миру, в реальном лишь проговаривали заклинание.

Данька металась по собственной комнате, превращаясь в ураган, переворачивающий все к верху дном. Когда из тумбочек и комода повалились вещи на пол, то настал черед шкафа. Митя стоял рядом и не знал, как поддержать сестру. Он наблюдал за ростом кучи мусора в самом центре спальни. Попытки магически успокоить сестру окончились плохо — колдовство от девушки отскакивало, и потому Митя решил постоять в стороне. Той же позиции держался Макс. Вот только вампир мысленно оставался в другой комнате, где умирала ведьма.

— Быть связанным с кем-то настолько, чтобы умереть против собственной воли… Это ужасно! Я не хочу так, и никогда не буду! — решил для себя стоящий у двери Макс. Сказал он это вслух, чем привлек внимание Дани. Девушка замерла. Медленно повернулась к парню, понимая, что тепло, возникшее между ними — обман, минутное влечение. Она скрипнула зубами.

— Ты считаешь это ошибкой? — Спросила она, вообще-то об их отношениях, но перевала разговор на вторую тревожную тему. — Связь Судьбы — ошибка, по-твоему? — закричала на него она. — Поверь, они будут счастливы даже после смерти! Для них, как и для твоих родителей, и для многих из тех, кто сейчас остался в той комнате, нет ничего лучше, чем умереть вместе с тем, кто является смыслом их жизни. Отец не сможет прожить без матери.

— Но они оставят тебя одну! — выдал вампир. — А ты же боишься одиночества.

— Они сейчас не думают об этом, — постаралась сдержать слезы девушка. — Пойди к своему отцу и спроси, сможет ли он бродить по свету, если твоей мамы не станет… Не сможет! Я тебе итак скажу.

— Поэтому я и не хочу быть связанным узами судьбы с кем-то. Зачем обязывать кого-то и мучить? Тащить за собой? Кому это надо? — говорил Макс. — Мы сильные, пока нам никто не мешает. Одиночество дает больше сил. Пойми…

— И не собираюсь! — зарычала Дуня. — Я с детства знаю одно: нет ничего лучше, чем быть в паре, знать и понимать, что у тебя есть кто-то, на кого всегда можно положиться, кому можно доверять, тот, кто является твоим смыслом жизни.

— Это зависимость! Эгоизм. Желание обладать чужой личностью! — противопоставил Макс.

— Да? Тогда тебя здесь никто не держит! — психанула Даня, вытащила здоровенную саблю из шкафа, и со всей силы врезала лезвием по сдерживающей их с вампиром веревке, рассекая ее на две части.

— Откуда у тебя сабля? — прозрел Митя.

— Как-то в Лувр заглядывали, — подмигнула ему Даня. — От кого-то я слышала, что она волшебная… Оказывается, правда!

Макс же сосредоточил внимание на возникшем ощущении пустоты. Ему казалось, будто только что обрезали пуповину. Не слишком приятное чувство. Оказалось, что свобода — весьма неприятное ощущение.

— Лети, дружок! — улыбнулась ему Даня. — Это были, конечно, не узы судьбы, но больше тебя ничто не обременяет!

— Что ты задумала? — спросил Митя, переведя взгляд с растерянного вампира на сестру.

— Ты со мной? — крепко сжимая эфес сабли, спросила она. — Я хочу сделать все, что от меня зависит, чтобы спасти их!

Брат поймал ее руку и через секунду Макс остался в комнате один. Он присел на кровать. Его не волновало трагическое событие этого дома. Парень не думал о собственных родителях или о кузине, которая сейчас, наверняка, в самолете. Макс представил, как вернется к себе и, что будет делать. И что же? Опять читать книги? Посещать бои, драться? За что?

Внезапно смысл жизни ускользнул от него. Макс ломал и ломал голову, никак не мог вспомнить, а был ли он раньше?

Глава 19

Сейчас она вошла в шахту смело, потому что понимала: другого выхода нет. Даниэла двигалась вперед. Она крепко ухватилась за ниточку собственного страха, петляющую во тьме. Чем дальше, тем тонкий маячок обретал совсем другие черты и вскоре стал напоминать крепкий канат, обжигающий руки. Митя сопровождал сестру в путешествии ко дну, и иногда поддерживал ее, когда она падала на пол.

— Куда дальше? — спросил он, так же оглядываясь по сторонам от страха. Шахта угнетающе действовала и на него. Парень вспотел. Он держал перед собой маленький фонарик и опасался увидеть свой собственный оживший страх, выпрыгивающий из угла. Пару раз ему мерещилась девушка с длинными белыми волосами. Она лежала мертвая. И ее когда-то небесно-голубые глаза были практически белыми. Порой Митя слышал как движется под его ногами и над головой каменная порода, грозящая вот-вот обрушиться. Он прогонял эти кошмары, больно ранил руку ногтями, чтобы вернуть себе самообладание.

— У меня сердце леденеет, когда думаю о том, что нужно идти сюда, — она указала в сторону завала, где погиб Люка. Панический ужас подсказывал, что нужно по камню разгребать гору и расчищать путь. Но так они бы нашли тело вампира…

Даниэла закрыла глаза и взяла первый камень. Отбросила его в сторону.

Где-то на середине работы, Митя увидел труп. Только не мужской, а женский — искореженный и страшный, с протянутыми руками, молящими о помощи. Лицо мертвой было знакомо парню с детства — лицо матери.

Дуня видела правду. Люка лежал, будто иссохший, с раскрытым ртом, опухший, с мерзким цветом кожи. Местами, сквозь рваные раны, виднелись кости. Невыносимый запах вынудил затаить дыхание.

— Давай передвинем, — попросила она Митю.

Как бы ни было противно и отвратительно, но они пересилили себя и переложили тело к стене. Оставшиеся камни уложили вокруг него, как древнюю могилу. Сохраняя молчание, брат и сестра двинулись дальше. Оба удерживали страх внутри, опасаясь спугнуть веру друг друга. Но тишина и звук шагов начали давить на слух.

— Говори со мной, чтобы я не сошла с ума! — просила парня Дуня.

— Не жалеешь, что отпустила Макса? Я думал, у вас все наладилось. И даже больше. — Митя очень старался говорить без дрожи в голосе, с уверенностью. Но все равно страх сквозил в каждом слове.

— Не лучшая тема! — ворчала девушка. — Ты знаешь его дольше. Он всегда такая сволочь? То есть бессердечный.

— С сердцем у него действительно проблемы, — вытирал рукавом пот со лба он. — При рождении мелкие демоны оставили отпечаток зубов на нем. Мама, то есть Дина, она знает. Разве тебе не рассказывали?

— Нет. Скажи, он хоть кого-то, ну хоть один раз любил? Не то, чтобы мне это было сильно важно. Не знаю, даже хочу ли я услышать о какой-то девушке… И не подумай, что я хотела бы, чтобы он меня любил… Просто…

Дуня внезапно остановилась. Сердце бешено и больно колотилось. И за ним не слышалось шагов брата. Она очень медленно повернулась, молясь: "Будь тут, пожалуйста, не бросай меня!". Но Митя исчез. Первое желание Дуни — сесть на пол и никуда больше не идти. Поступить так же, как в прошлый раз, когда она убежала от Макса. Ведьма опустилась на колени, ощутила холодные камни под собой. Она долго вслушивалась в тишину. Однако надежда, что Макс бросился следом за ними и каким-то чудом придет на помощь, растаяла. Тьма сгущалась, оживала, тянула к ней клешни и щупальца.

— Мить! — глотала слезы она, и прокричала его имя. — Митя!

Взрослая девушка разревелась, как маленькая. Плакала. Боялась, что вот-вот камни посыпятся…

— Аааа! — взвизгнула Даниэла, отползая назад.

Потолок рухнул. Поднялась пыль. Мелкие камни сыпались к ее ногам. Ход завалило и открытый путь остался только один — позади. Но идти Дуня уже не могла. Она даже не заставила себя сдвинуться с места. Страх парализовал мышцы. Она осталась одна, беспомощная в темноте. Посмотрела на фонарик в руке — единственный луч света и спасение от ужасов тьмы… По закону подлости, он слабо замигал и потух. В полном мраке стало еще хуже, чем раньше. Девушка размазывала пыль, грязь и слезы по лицу. Ревела не сдерживаясь. Вопила и кричала. Спиной ощущала липкую холодную пустоту, которая буквально засасывала ее в себя, словно воронка черной дыры. Сорвала голос. Неожиданно, хрипло позвала на помощь: "Мама…" Тут же вспомнила, что мама лежит сейчас при смерти и отец умирает вместе с ней. Почему-то, вместо того, чтобы окончательно впасть в панику, она почувствовала прилив сил и злости.

— Ну уж нет! Вы не бросите меня! — сжала кулачки Дуня, и пусть на карачках, но поползла. Джинсовая ткань штанов разрывалась об острые края камней, а она карабкалась и карабкалась. Пока не ткнулась носом в чьи-то бледные ноги. Подняла голову, чтобы рассмотреть человека, обитавшего в шахте. Бледная, слега светящаяся лунным светом женщина внимательно изучала ползающую во тьме.

— Кто ты? — как ни странно вопрос этот задала призрачная дама.

— Я - Даниэла. — Пролепетала девушка, решив, что нужно представиться.

— Зачем тебе камень? Ты ведь за ним пришла?

— А ты — дух-хранитель? — догадалась ведьма. — Я хочу спасти маму.

— Чем ты можешь пожертвовать? — конечно, обойтись без этого никакой артефакт не мог.

Дуня посмотрела на крепко зажатый в руке сломанный фонарь. Подумала, что предлагать деньги и драгоценности бессмысленно.

— А что для вас является ценностью? — отважилась спросить она, надеясь услышать: "Пыльная и грязная майка в самый раз!".

— Чьей жизнью ты пожертвуешь? — сухо поинтересовалась женщина. — Брата? Друзей?

Девушка поперхнулась. Но было бы чем. В горле совершенно пересохло.

— Я не могу. Не могу распоряжаться чужими жизнями. Я ими не владею… — Чуть ли не закричала девушка. Закашлялась. Потом молчала несколько минут, и отважилась пролепетать. — Я могу отвечать только за себя. Я пожертвую… свою… жизнь… Но мне нужно донести камень домой, и убедиться, что мама излечится.

Дух-хранитель молчал, взвешивая ценность дара. А Дуня вдруг осознала истинную причину смерти Йозефа — прежнего охотника за камнем. Наверняка он тоже обещал собственную жизнь. Девушка расплакалась от жалости к самой себе и безысходности. Пришла в тупик и не знает, как теперь спасти родителей. Но если единственный шанс спасти их — умереть самой, то она… так и поступит, ведь за тем и пришла. Вот только, когда все будут радоваться и смеяться, Дуни уже на свете не станет. Но это ведь ничего? Папа и мама немного погорюют, и все снова будет как раньше. Ведь они жили же как-то без ребенка. Позже заведут другого. Забудут о дочери. Может быть появится сын и с мальчишкой сложится лучше. Митю вон папа сразу принял. Ему же, как и другим мужчинам, хотелось иметь наследника, а получилась такая несуразная принцесска, которая сейчас колеблется принимая решение о спасении родной матери. Она дала жизнь Дуне. А теперь пора вернуть долг.

— Ты не хочешь умирать. — Догадалась женщина.

— А кому хочется? — зарычала девушка. — Я готова. Если мамы не станет, жить мне все равно не понравится. — Поднялась с колен девушка, стараясь обрести уверенность и не бояться смерти.

— Мы принимаем твою жертву! — одобрил дух-хранитель и исчез.

Вместе с ним пропала стена завала, заработал фонарик и даже Митя снова оказался рядом. Он с удивлением смотрел на сестру, ползающую по полу. А она вскочила и бросилась обниматься.

— Я тебя так люблю! — шептала Дуня, желая остаться в его памяти.

— И я тебя. А чего ты?.. Нашла? — растерялся он.

Тут-то Данька ощутила жар, нагревающий затхлый воздух. Бросив взгляд через плечо парня, в дальнем углу, она увидела раскаленный крупный круглый камень. Он почти покраснел.

— Вон он! — обрадовалась Дуня, но шла к нему медленно, потому что цена его нахождения пугала. Рискуя опалить ладони, она взяла камень. Соприкоснувшись с кожей, он зашипел, как раскаленная сталь в воде. От боли у Дуни потекли слезы. Но потом артефакт потух, стал холодным, как и остальные, обычные булыжники.

— Что теперь? Домой? — уточнил Митя.

Они появились в комнате родителей. Отец по-прежнему оставался рядом с матерью. Старший колдун сидел на диване уставший и не знал, как поправить ситуацию. А тут еще и прямо ему на ногу свалился здоровенный камень.

— Едрить…? — затянул долгую и очень живописную речь, чем-то похожую на заковыристое заклятье, дядя Саша. Он схватился за поврежденную конечность. — Мать умирает, а они дядю булыжником!..

Но поорав немного, маг внезапно притих. Он долго смотрел на артефакт. И чем дольше, тем лицо его становилось все выразительнее и светлее. В итоге, старый маг крепко сжал девушку и звучно чмокнул в щеку.

— Вы чего? — озадачилась его неуместной радостью Дуня.

— Он разве тебе ничего не напоминает? — подмигнул дядя Саша.

Данька растерялась. Посмотрела на булыжник на полу и замотала головой. Заслужила щелбан за несообразительность.

— Ваш хранитель в подвале примерно так же выглядит, — сказал маг, потом свистнул, чтобы обратить на себя внимание угнетенных атмосферой друзей. — Так, ребятки. Нужно собраться. Митя, Даня, ищите плоские и крупные камни, тащите их сюда. Мне потребуется всего четыре штуки.

— Ты что-то придумал? — подошла к магу жена.

Дядя Саша поцеловал ее и улыбнулся еще шире.

— Позови мне Марка! — попросил он, и через секунду к нему присоединился демон.

Данька с Митей облазили всю доступную территорию, на которую еще не успели пролезть захватчики других кланов. А они усиленно штурмовали ворота. И пока что представители клана Куран могли удержать оборону. Пару агрессивных упырей растерзали за чертой хода.

Даниэла очень боялась не успеть вовремя. Но, разграбив любимый мамин пруд, выдернув из оградки необходимые по форме булыжники, метнулась в дом. А там дядя Марк показывал фокусы. Точнее, скинув с себя личину, восседал за столом и ногтем вырезал на уже принесенных Митей камнях гравировку в виде символов, данных ему дядей Сашей.

Отец Даниэлы и ангел-хранитель матери о чем-то шептались у окна. И шепот этот переходил в серьезную ругань.

— Если мы вытащим ее из круга, душа уйдет, Михаил! Я не позволю. Так, она хотя бы еще здесь… — и глава рода тихо с горечью добавил. — Со мной.

— Успокойся! — заверял его блондин. — Я смогу удержать ее не очень долго, но до подвала хватит! У нас все получится.

Он положил руку на плечо вампира, внушая ему надежду. Видимо, посчитал, что без посторонней помощи мсье Курану будет весьма проблематично успокоиться и обуздать эмоции.

— Готово! — выкрикнул дядя Саша, сгреб камни в охапку. — Спускайтесь через три минуты. Пусть Люся с Жанной пойдут первыми, мне нужна их помощь!

Глава 20

Михаил нес изможденную, цепляющуюся за последнее дыхание, ведьму на руках. Он перескакивал через три ступеньки, и посматривал на лицо женщины. Ее глаза уже выбрали цвет и стали болезненно желтыми, без радужек и зрачков. Губы тоже побелели. Пенная струйка запеклась полосой в уголке губ. Даниэль не мог смотреть на свою любимую жену в таком состоянии. Он шел впереди, немного сгорбившись и устремив взгляд на лестницу.

Со двора доносились жуткие звуки. Там уже который час длилась серьезная драка. Управление взял на себя Кай. Вампиры рода изо всех сил сдерживали напор, но некоторые уже задавались вопросом: "Зачем?".

В подвале собрались ведьмы, оборотень, маг и демоны. Умирающую ведьму уложили на пол, головой к камню-хранителю дома, ногами к вампирьему камню, принесенному Данькой. Два маленьких камня с символами закрыли ее с правой стороны, и два таких же, с левой. Как только последний амулет положили, Дина неестественно выгнулась и раскрыла рот, словно задыхалась. Данька испугалась. Схватила брата за руку. Отец упал на колени рядом. Но его бесцеремонно и грубо отодвинули демоны. Так что он уперся спиной в стену и молча наблюдал за тем, как его жизнь уходит вместе с любимой.

Ведьмы, во главе с колдуном, образовали треугольник над несчастной, и подняв руки принялись читать молитву на латыни, обращаясь то ли к конкретному богу, то ли к ко всем сразу, то ли ко Вселенной в целом. Дина Куран дрожала, дергалась в конвульсиях, кричала и выла…

Даниэль схватился за голову. Он не мог этого перенести. Минута за минутой для него превращались в адскую муку. Не замечая того, он стал биться затылком об каменную кладку.

На зов откликнулись достаточно быстро. В светящемся потоке спустился дух первой карпатской ведьмы Гелесты. Она протянула руки к своей внучке. Запела старинную колыбельную, заставляя умирающую успокоиться. Дина обмякла. Сосредоточила взгляд слепых глаз на прародительнице и совсем притихла. На ее лице застыла пугающая отчужденная улыбка. Даниэль тоже замер.

— Не забирай ее! — зашептал он, непослушными белыми губами.

Гелеста исчезла. Свет потух. Ведьмы и маг замолчали. С напряжением все смотрели на тело, лежащей на полу женщины. Смотрели и ждали. Боялись. Секунды превращались в минуты, а затем растягивались в час.

— Этого не может быть, — обиделась Дуня, за то, что ее жертва была напрасной. — Мам.

— Вема, — тоже подал голос Митя, вроде бы уже взрослый и серьезный парень, но перепуганный до смерти.

— Нет ее здесь, — ответили с пола хриплым жутким голосом.

Люся и Жанна побледнели. Александр нервно дернулся в сторону. Даниэль выпучил глаза, испуганно глядя на жену. Римма, Михаил и остальные вздрогнули от неожиданной перемены. Друзья боялись, что к жизни вернется не та милая и очаровательная ведьма, а нечто жуткое.

— А кто есть? — глупо поинтересовался Митя.

— Капец! — выдала женщина, усаживаясь. — Капец вампирий. Вот встану, поубиваю этих тварей на хрен! Я им покажу печеньку не свежую!

В тишине друзья нервно рассмеялись. Мир им показался ярким и светлым. Данька с Митей бросились обнимать маму. Потом ее позволили себе придавить по очереди ведьмы, демоны и прочие. Лишь муж продолжал сидеть под стеной и, не моргая, следил за ней. Дина подошла к нему и присела на корточки.

— Даниэль, — протянула к нему руку жена.

Он сгреб ее в объятия и, дрожа, прошептал:

— Ненавижу тебя за то, что заставляешь меня так нервничать! Я готов был уйти с тобой на тот свет.

— Рехнулся? — рассмеялась она. — А за дочерью кто присмотрит?

— Я давно потерял рассудок, — признался вампир. — С тех пор, как встретил тебя. Боже мой! Дина… Дина… Дина…

Он крепко вцепился в нее, сжимая до боли в объятиях. Еще крепче были его поцелуи.

— Ладно, — отодвинулась от него ведьма. — У нас с тобой еще вся ночь впереди на примирение. А сейчас нас ждут дела.

Она встала и направилась к выходу.

— Ты куда? — озадачились друзья.

— К гостям! Собираюсь устроить просмотр ужасов! — коварно улыбнулась Дина.

— Разве сейчас есть время фильмы смотреть? — как-то растерянно спросил Александр.

— Самое время! — подмигнула ведьма. — Берите стулья и поп-корн. Сейчас я буду показывать вам новую серию "Восставший из ада".

Каю уже хотелось плюнуть на все, перемахнуть через забор и вцепиться в горло главарю атакующих — мсье Мортье. Он просто безумно раздражал своими речами, которые пагубно влияли на психику воинов семьи Куран. Двое вампиров уже переметнулись на сторону врагов, и сейчас скалили клыки против своих же.

— Ваш драгоценный глава — ничтожество, попавшее в зависимость от какой-то ведьмы! Трус, мерзость, грязь! Если бы не его корни, его бы давно уже уничтожили. Он прятался за юбку своей жены. Сейчас, когда она умирает, он ничтожен и жалок. Что будет, когда ее не станет? Мы расправимся с ним. Подумайте, какое будущее ждет вас при этом! Советую сразу выбрать сторону, если хотите остаться живыми.

— Следите за языком мсье Мортье, — вступил в диалог Кай. — Иначе в один прекрасный миг его может и не оказаться. Вдруг, его кто-то вырвет.

— Не угрожай мне, щенок! — рявкнул Мортье. — Ты умрешь последним, вместе с твоим хозяином.

Атмосфера накалилась настолько, что некоторые вампиры клана Куран уже рванули к ограде, не дожидаясь приказа предводителя. С той стороны Мортье бросились на ограду и…

Все, без исключения отлетели от забора на два метра, сделав борозду спинами в земле. Очухавшись и вскочив на ноги, завоеватели устремили взгляды на ожившую ведьму. Она стояла прямо у раскрытых ворот, скрестив руки на груди, и мило улыбалась. От улыбки веяло мерзким холодом. За ее спиной во дворике накрывали стол, выставляли чай, чашки, бутерброды, рассаживались члены семьи. Короче, былой задор военных действий напрочь перечеркнула атмосфера пикника.

Кай недоуменно оглянулся на своего хозяина. Тот делал вид, будто вышел на прогулку, послушать, как поют птички. То, что "птички" клыкастые, матюкаются и норовят кому-нибудь что-нибудь отгрызть, его не интересовало. Данька с Митей звучно сербали ароматный чай с блюдец.

— Господин Мортье! — притворно радостно позвала ведьма. — Что же вы пришли в гости и все топчитесь на пороге? Входите.

Чужак, судя по его метаниям, передумал ступать за черту разделительной ограды. Раньше ему как-то не доводилось сталкиваться с мадам Куран в бешенстве, но он был весьма о ней наслышан. Он продумывал каждый свой шаг, ответ, пытался заглянуть в будущее, чтобы понять, чего ожидать от ведьмы. К сожалению, полет его фантазии ограничился лишь пробой переговоров. Мортье никак не ожидал, что неведомая сила ухватит его за ногу и поволочит по земле на глазах у всех на территорию семейства Куран. Вампир цеплялся ногтями за землю, и к собственному удивлению выл, стирая пальцы до костей. Потом его подняло в воздух и пару раз подкинуло, опустило, подкинуло…

Верные своему клану воины, пришедшие с ним, дернулись в защиту, но их всех ударило током так, что от тел дым повалил. Тем временем, уже все члены "гостеприимной стороны", включая недавних охранников и раненых бойцов, мирно рассаживались на ковриках, вынесенных слугами. Пикник был в самом разгаре, и главное увеселительное мероприятие заключалось в избиение господина Мортье. Коварная ведьма, не переставая улыбаться, вертела его тело в воздухе, швыряла из стороны в сторону. Оставалось только оценивать все эти кульбиты по десятибалльной шкале.

Вскоре вампиру стало очень не хорошо. И он, как воспитанный в приличной семье, устыдился того, что может запятнать свою репутацию, штаны, и газон на три метра вокруг.

— Мсье Куран, угомоните свою жену и давайте поговорим, как мужчина с мужчиной! — борясь с тошнотой и другими недугами, взмолился Мортье.

— А что вам сейчас мешает говорить? — совершенно спокойным, ледяным голосом поинтересовался Даниэль Куран, принимая более удобную позу в кресле.

— Эта ведьма. Мешает. — Закрыл рот руками главный клоун на пикнике. — Велите ей остановиться.

— Мсье Мортье, — обперевшись на подлокотник заговорил Куран. — Вы можете лишить любимую женщину удовольствия? Я не могу. К тому же, я едва не потерял ее по вашей вине. Так что… — Даниэль отпустил ласковый и полный любви взгляд жене. — Наслаждайся любимая, он весь твой.

— Спасибо, дорогой, — улыбнулась ему супруга, а в сторону тихо проронила. — Типа, кто-то захочет отобрать у меня игрушку! Да я этому кому-то руки повыдергиваю! — И тут же перешла на другую громкость. — Мсье Мортье, кстати, не хотите ли маникюр?

Вампир ужаснулся, представив, что подразумевается под этим словом. Он вполне мог сейчас лишиться рук. Его не пугала боль, но остаться без таких важных частей тела… Как же он ложку держать будет? А бумаги подписывать? Нет! Мортье очень не хотел становиться калекой.

— Ему бы лучше прическу сделать… По самую шею. — Внесла предложение какая-то боевая женщина за столом возле Даниэлы.

— Ты действительно так считаешь, Римма? — уточнила взбесившаяся ведьма.

— Да! Видишь, у него волосенки торчат из-за ушей. Это сейчас не модно. "Ничего лишнего!" — такой девиз нынешнего модного течения. Руби ему голову — сделаем его жертвой моды.

Мортье, в испуге, схватился за горло. Попытался сосредоточить взгляд на ведьме и сжечь ее природным даром чистокровного вампира. Но эта ужасная женщина не загоралась. Даже не дымилась.

— Я не спичка, мсье Мортье! — сцедила сквозь зубы ведьма, уронив свою жертву на каменную дорожку, об которую мужчина разбил пару ребер и тазобедренную кость.

— Дети мои! — вмешался отец всех вампиров Таван. — Опять деретесь? Ай-ай-ай, как не стыдно!

Высокий мужчина с длинной косой, и в сопровождении оракула (своей любимой дочери Патриции) прошагал к воротам. Он как всегда пребывал в хорошем настроении. Правда, никто и никогда не мог предсказать, чем обернется его настроение для окружающих.

— Что на этот раз? — уже сурово спросил вновь прибывший.

Мортье потупил взор, пробурчал что-то о несправедливом правлении Курана, о заговорах, слухах и порочащей связи с ведьмой. Потом замолчал.

— И что? Разве это повод для драки? — не понимал Таван.

— Деда, а они маму чуть не убили! — сдала гостей с потрохами Даниэла, и, сверкнув ехидными глазками, продолжила пить чай.

Таван посмотрел на Дину. Потом на Мортье.

— В угол поставлю! — с полной серьезностью выдал прародитель вампиров, и уточнил в какой именно. — В склепе. На кол. И молотком прибью, чтоб тебе на нем сиделось удобнее. Чтоб не ерзал!

Фантазия господина Мортье все же исправилась и теперь работала в полную силу. Поэтому от представленной картины наказания его стошнило. В том, что Таван мог кого-то на кол посадить никто не сомневался.

— Помирились немедленно! — потребовал отец вампиров.

Побитый Мортье шипел, но проронить извинений не смог.

Таван сурово посмотрел на Дину.

— А мне-то за что, извиняться? За то, что я такая красивая и добрая? Или за то, что не сдохла?

— Так, Мортюша, — поднял за воротник побитого главу клана Таван. — Повторяй: "Я. Больше. Не буду! А то папка. Меня в порошок сотрет!"

Мортье округлил глаза. Его уши начали загораться, и охваченные пламенем, едва не осыпались пеплом на плечи. Он мигом оттараторил фразу и удалился, став посмешищем среди представителей своей семьи. Завоеватели медленно покинули территорию.

— Зря вмешался, наверное, — тихо пробормотал Таван, обычно оставляющий разборки детей без внимания и собственного участия, чтобы никого не выделять на общем фоне.

— Какими судьбами? — обратился к нему уставший и перегоревший от эмоций Даниэль. — Гелеста оповестила?

Отец вампирского рода потянулся к затылку, которого явно уже касались "наставления" всесильной второй половины.

— Скажем так, она сумела найти подход, — проворчал мужчина. — А у вас, я вижу, уже все хорошо?

Он поцеловал Дину в щеку, приобняв за талию и отпустил скользкий взгляд ее дочери. Дуня и не сомневалась, что дедушка знает, видит сколько времени осталось прожить его внучке. Девушка улыбнулась ему, будто ничего не изменилось, все замечательно. И это ее "замечательно" продлилось еще месяц.

Глава 21

Вечер. Бывшая резиденция Мортье. Несколько человек из клана Куран следили за тем, как несостоявшиеся бойцы отрабатывают "повинность". Они расставались с самым дорогим на аукционе посвященном благотворительности.

— Если ты, — говорил Армэль, улыбаясь во все зубы такой блаженной улыбкой, словно принял дозу очень действенного препарата, приносящего сладкую эйфорию… всем, кроме тех, кого он в данный момент пытался запугать. Впрочем, так он внушал больше страха, чем, когда не улыбался. Ведь великолепное настроение и ощущение блаженства не мешало ему ломать каждую кость в руке Клавдия. Второй вампир извивался под его ногами и рычал. — Если ты, — (хрусть) — сейчас же не отнесешь эту картину, — (хрусть — и сломалась очередная кость) — я не просто сломаю тебе руку, но и вырву ее.

— Да, да! — соглашалась с ним коллега Аннет. Ее настроение было намного выше. Девушка чувствовала себя на седьмом небе, правда стояла на горле крепкого парня. — Это вам за нашу ведьму! Вы еще по мелочи отделались!

Поверженные согласились бы и не на это. Потому удалились с глаз долой.

— Чертова ведьма! — сквозь улыбку заговорила Аннет. — У меня уже мышцы болят. Месяц улыбаюсь, как пришибленная. Когда она научилась только свои эмоции передавать?

— А мне нравится. — Обладал совершенно противоположным мнением на счет атмосферы, царившей в доме Куранов, Армэль. — Им хорошо, нам хорошо… Никогда не чувствовал себя таким счастливым. Правда, буду больше радоваться, когда гостьи ведьмины разъедутся!

А те, раз уж собрались все во Франции, решили продлить каникулы. Дети развлекались по-своему, родители по-своему. Первые — Алина и Жан — гуляли по самым красивым и романтичным местам Парижа. Митя и Макс практически не отходили от Даниэля, когда тот отвлекался от жены, и выбирался из спальни. Только Дуне было очень скучно. Влад на нее продолжал таить обиду, и девушке в родном доме даже поговорить не с кем было. Мысли о расплате за чудо поднимали в душе панику, и ночью маленькая ведьма чуть ли не выла. Но просто забиралась на крышу, чтобы быть подальше от всех, не видеть этих счастливых лиц, отвыкать от них, чтобы не слишком то хвататься за жизнь, умирая. Самое обидное — никто не искал ее. Эгоистичные друзья и взрослые занимались своими делами, будто забыв о Дуне. Вот сейчас весь дом стоял на ушах — вечеринка была в самом разгаре. Внизу играла музыка. Машины прибывали и прибывали, приглашенные из других кланов, торопились засвидетельствовать Куранам свою верность (никому не хотелось прогневить властную и опасную чету). Дуня бы и не спустилась, но в ближайшем будущем, ей не представлялось возможности послушать музыку или потанцевать, посмотреть на своих счастливых родителей.

Даниэла аккуратно залезла в окошко чердачной комнаты, оттуда выбралась в коридор. Собиралась вернуться в свою спальню, переодеться. Но тут, наткнулась на дядю Кая. Друг отца стоял у зеркала и смотрел на свое отражение. Так сосредоточенно глядел на себя, что не услышал Дуню (когда только такое случалось?!!!). А может почуял, но решил не реагировать.

— Дядя Кай? — позвала его она, начиная подозревать, что уже давно ушла из жизни и теперь по привычке бродит по родному дому, сама не зная, что она призрак. Ущипнув себя, почувствовала боль и пришла к выводу: "Я-то жива, а вот дядя Кай оглох!". Вампир даже плечом не повел на ее зов. Девушка сделала еще пару шагов, двигаясь бесшумно. Когда она оказалась в метре от мужчины, тот повернулся. И как в фильмах ужасов, лицо его удерживало мерзкую гримасу счастья. То есть обычно очень суровый и грозный дядя Кай сейчас улыбался во все зубы, в то время как глаза по-прежнему излучали холодный блеск расчетливого убийцы. Дуня вскрикнула и шарахнулась в сторону.

— Напугал тебя? — очень стараясь убрать улыбку заговорил он. Но получалось нечто вроде нервного тика. Мышцы отказывались повиноваться и уголки губ уперто тянулись вверх. — Да, я и сам себя пугаю. Дунь, ты бы поговорила с мамой. Пусть свою эмпатию умерит. Меня так подчиненные не воспринимают.

— А по-моему, они правильно все воспринимают — прячутся. Я тоже, пойду, спрячусь! — закивала девушка, и обошла дядю стороной. Улыбающийся он выглядел очень пугающе. Наверное, враги при виде такого главного убийцы клана Куран сами сдавались и соглашались на любые условия, лишь бы он поскорее ушел.

В тихой и темной комнате Даниэла надела красивое вечернее платье из зеленого атласа с прозрачной обшитой блестками и бисером тканью. Подвела глаза, сделав их ярче, обула туфли на высоких каблуках. Она была очень красивой. Девушка медленно спустилась по центральной лестнице прямо в зал, наполненный вампирами, и… Не случилось такого, как в кино. Никто восторженно не обернулся в ее сторону. Гостьи и хозяева продолжали веселиться. Оркестр музыкантов играл, а ди-джей добавлял бита их трудам. Пары танцевали, а зрители пили вина и шампанское, закусывая фруктами и крошечными бутербродами. Дуня подхватила со стола бокал с шампанским, нашла себе местечко около здоровенного цветка, чтобы слиться с ним и оставаться незаметной. Она наблюдала. Видела среди гостей своих подруг — они окружили вниманием Макса и Митю. От ее глаз не укрылось то, что вампир, который недавно целовал ее, сейчас флиртует с другими девицами совершенно открыто и не избегает общения. Алина и Жан танцевали в самом центре зала. Они будто светились от счастья. Мама обнимала отца в другом конце помещения. Родители по-прежнему казались ей подростками влюбленными по уши. Отец крепко прижимал к себе маму, шептал ей что-то на ухо. А она смеялась и пыталась поймать его поцелуй, когда тот смотрел на нее. Даниэла улыбнулась. Но тут же нахмурилась — напротив Влад уже снимал рубашку, чтобы показать двум девчонкам строение мускулистого тела настоящего и очень добродушного оборотня. На этом празднике не было лишь отца Алины — некроманта, по имени Константин… И пока данный факт устраивал абсолютно всех.

"Так и должно быть, — подумала девушка о том, что она никому сейчас не нужна. — Пусть отвыкают. Значит, я смогу умереть без сожаления".

Она вышла на веранду. Стояла там и размышляла над смыслом прожитого и сделанного. Ничего стоящего и правильного, кроме жертвы ради мамы она не совершила. На том девушка и успокоилась, перечеркнула глупое прошлое единственным серьезным и хорошим поступком.

"А ведь не каждый сможет отважится на подобное!" — мысль возвысила гордость девушки, и она на мгновение почувствовала себя супер-героем… Пока не ощутила позади присутствие вампира.

— Зачем пришел? Мы ведь не связаны. Или ты по привычке? — не оборачиваясь спросила Дуня.

Макс стал рядом, по правую руку. Смотрел на нее внимательно и не собирался отводить взгляд. Ей было больно от его присутствия. Дуня злилась на него. Не по тому, что бросил (тут еще вопрос: кто кого?), а потому что дал надежду.

— Ты красивая сегодня. — Отпустил комплимент он. Его рука потянулась к ее запястью, чтобы прикоснуться. Но ведьма отодвинулась.

— Да. Только сегодня. А обычно я мерзкая жаба. — Огрызнулась на это Данька.

— Сбавь тон, и прекрати глупить. Я хотел поговорить с тобой… — Секундой назад он чуть не взорвался от злости, но постарался успокоиться.

— О чем говорить? — хмыкнула она.

— О том, что между нами было. — Начал Макс.

— Было, но прошло. — Устремила взгляд в даль девушка, чтобы ни в коем случае не смотреть на парня. Он все же взбесился и развернул ее к себе лицом.

— Ответь, что ты думаешь? Что чувствуешь? — потребовал Макс.

Она долго смотрела прямо ему в глаза, хотела выпалить: "Думаю, ты козел и тебе нужно что-то ампутировать!". Но с недавних пор девушка научилась подчинять свои желания и мысли строгому разуму.

— Ничего. Ты ведь тоже считаешь, что это была одноразовая ошибка. — Выпалила девушка. Она не надеялась увидеть на его лице какие-то проявления эмоций. Но они были, просто для ее затуманенного злостью взгляда остались не видимыми.

— Даня, — прервал ее он. Ему нужно было сказать ей что-то важное, чего раньше он не говорил никому.

— Что? — сцедила она, упорно отгоняя наваждение, которое подсказывало: сейчас свершится — он скажет "Люблю тебя". И ей, наверняка, будет очень больно, потому что нужно прощаться. Макс не желал быть связанным. Его нельзя привязывать к себе. Ей самой нельзя привязываться — смерть легче, когда тебя на этом свете ничто не держит.

— Эй! — вмешался Митя. Благодаря ему признания Макса и возможный отказ Даниэлы остались зависшими в воздухе, а потом совсем растаяли. Правда, сам ведьмак неожиданно стал эпицентром скандала. Дуня вдруг вспомнила одну важную деталь…

— А теперь поговорим с тобой! — развернулась к нему сестра, взбешенная до предела, осознанием предательства, которое едва не привело к кошмарному результату и потере семьи. — Ты так отчаянно подталкивал меня к поискам… Митя, ты знал, что камень потребуется? Ответь! Ты знал, что ее отравят, что она будет при смерти??? И не сомневаюсь, что ты был в курсе зачем нужен камень!

Митя виновато опустил голову. Дуня скрипнула зубами.

— А если бы мы его не нашли? Ты бы позволил ей умереть? Им умереть? Тем, кого ты любишь, как родных настоящих родителей??? — стукнула от ярости кулачком в плечо брата она. Митя молчал, признавая вину. Даниэла не могла ему этого простить! Никогда! Еще раз ударив его, она быстро ушла, разорвав свои узы родства с человеком, который так хладнокровно смог поставить под удар своих близких.

Вот так праздник быстро закончился — и близкие оказались смертельными врагами.

Тем же вечером ведьма оставила Францию, потому что ей было невынасимо здесь находиться. Она отправилась к заброшенной шахте, чтобы больше не общаться ни с братом, ни с кем. Ей хотелось скорее проститься с миром, не разочаровываться в близких еще сильнее. На фоне разбитого сердца и потерянной веры, даже страх перед тоннелями шахты исчез. Девушка уверенно шла к тому месту, где нашла камень. После оживления мамы он исчез, а значит, должен был вернуться сюда.

Но на место хранилища пришли и другие соискатели чудес "на халяву". Вот только мужчина не за исполнением желаний пришел. Он принес с собой здоровенный молот, чтобы…

Бабах!

— Да что ж такое?! — сердился он, когда, ударив по камню, не смог его разбить. — Я сотру тебя в порошок!

Мужчина погрозил камню, перехватил древко молота и снова замахнулся.

— По-моему и первые шесть раз было понятно, что такими методами ты его не уничтожишь! — скучающий голос принадлежал женщине. Только она договорила, как ударная часть молота слетела с древка и чуть не разбила голову мужчине. Он вовремя увернулся.

— Есть дельные предложения? — разозлился тот.

Женщина молчала. Она не знала как избавиться от камня. А Дуня слушая их, распознала дедушку Тавана и дух бабушки Гелесты.

— Давай бросим его на дно океана, а? — осенило ее.

— Нет. И там найдут. Да и ее он все равно прихватит с собой.

— Ты же создатель этой дряни. Разве ты не сделал какой-нибудь выключатель? — надеялась она.

— Дрянь? — обиделась еще какая-то незнакомая женщина и появилась из ниоткуда. То была хранительница камня, которая требовала от Дуни жертву.

— Привет Жизель! — смущенно поприветствовал ее Таван.

— Ну, здравствуй, сволочь! — выдала та, бросилась на него, но не смогла причинить зла, потому как была бесплотна.

— Гела, знакомься, это моя первая жена. — Представил женщин друг другу он, те раскрыли рты. — Она отличалась жестким сердцем. Почти каменным. А я, как ты помнишь, проводил эксперименты… Этот был не слишком удачным…

— Ты заточил ее сюда? В камень? — ужаснулась карпатская ведьма. — Ты ужасный человек!

— Так получилось, — шаркнул ногой мужчина. — И меня оправдывает то, что я давно не человек!

— Жизель, я понимаю, вы сердиты. Я б его тоже прибила. — Обратилась Гелеста к сердитому духу. — Хотя, считайте себя отмщенной, когда-то я прокляла его. Но сейчас мне нужна ваша помощь. Вы не поможете мне, как одна оскорбленная женщина другой женщине?

Хранительница переваривала информацию, но было видно, что слова ведьмы ей не пришлись по душе.

— Оскорбленная? Я труп, дух без тела. В камне. В подземелье! — взбесилась та. — А ты с ним, с моим мужем… Бывшим!!! И я должна тебе помогать?

— Послушайте милая! — рассердилась бабушка. — Вы — всего лишь дух. Я — существо более сильное. И если вы не окажете мне добрую услугу, я упеку вас туда, где вас никто и никогда не найдет!!! Редкие встречи и игры с людьми кончатся в одно мгновение после вашего ответа!!!!!

Хранительница взвешивала все "за" и "против" в гробовой тишине.

— Чего тебе надо? — спросила она в итоге.

— Ты потребовала жизнь моей внучки в обмен на услугу. Я дам тебе день реальной жизни, а ты оставишь ее в покое. — Предложила Гелеста.

— День — мало! — капризничала Жизель.

— Не проси большего! Я не бог! Я просто дух Вселенной. Я могу попросить за тебя. Но не более того!

— Хорошо. — Сдалась Жизель. Она обрела плоть и радовалась ей, как девчонка в новом платье перед зеркалом. Вертелась вокруг оси, рассматривая стройные ноги, пританцовывая на месте. А потом… Развернулась к Тавану и заехала коленом ему в причину всех мужских бед. Он согнулся пополам.

— Это того стоило! — пискнула от восторга Жизель. Чмокнула Гелесту в щеку и умчалась, пробежав мимо Дуни.

— Ты как? — подошла к Тавану его бессмертная жена.

— Ради внучек я и не такое могу вытерпеть! — ответил ей он.

— Так что? Позвать, пусть тебя еще треснет? — поинтересовалась жена.

— Я знал, что твоя любовь ко мне не имеет границ! Но, похоже, у меня детей больше не будет. — Пыхтел мужчина.

— А оно тебе надо? — буркнула женщина, не решившись подсчитать всех его отпрысков.

— Видишь, Дуняша, на что дед сподобился… — Выровнялся, наконец, Таван, обратившись к притаившейся внучке. — Лишился самого важного! И все ради тебя!

Даниэла вышла из темноты, перестав быть сторонним наблюдателем. Она и не заметила, что расплакалась. Бабушка обняла девушку, прижав к груди. Погладила ее по голове.

— Не плачь, моя девочка! Ты думала, что никому не нужна? Глупая! Нас не нужно обманывать. Мы всегда присматриваем за тобой! — говорила она. — Ты нужна всем. Просто папа очень за маму волновался и теперь боится ее отпускать. А решить твою проблему могли только мы. Потому никому не рассказывали ничего, и пришли сюда.

Бабушка поцеловала ее в лоб.

— Считаешь, мы бы отдали любимую внучку неведомо кому? Не обижайся на нас и на родителей!

— Я не обижаюсь! Я реву, ба… — взвыла девушка.

— Не распускай нюни, а ты парни таких не любят! — проворчал рядом Таван.

— Каких? — выла девушка, все еще не веря, что все закончилось хорошо.

— Сопливых! — скривился мужчина и протянул ей платок.

— Меня вообще никто не любит! — пожаловалась она.

— Ну, с этим можно поспорить… — многозначительно отпустил фразу отец вампиров и загадочно посмотрел на супругу. А та подмигнула ему, оставив это без комментария для малышки.

Глава 22

Шли годы. Тоска и боль не отпускали сердце Даниэлы Куран. Все чаще и чаще к ней во снах являлись мгновения прошлого, и Макс… В своих разных проявлениях: гордый и холодный, отчаянные боец на ринге, защитник ее и, наконец, нежный и теплый. Дуня прогоняла их — воспоминания — пыталась развеять мысли о вампире. Даже терзалась в догадках о том, что хотел сказать тогда парень на веранде, перед тем, как девушка собралась умереть.

Дважды она ходила на свидания. Но дело кончилось обоюдными обидами и фингалами под глазами у обоих потенциальных ухажеров (один синяк был поставлен лично Даниэлой, второй — папой, усмотревшем в парне извращенца, посмевшего поцеловать его дочь на пороге дома!).

— Чего это ты такой счастливый? — на фоне собственных неудач, радость Жана ее просто бесила. А парень постоянно улыбался.

— Я купил билет, завтра полечу в Украину. Хочу сделать Алине сюрприз. — Сиял друг. — К тому же, папа уже говорил с главой их клана. Меня ждут, чтобы заключить помолвку.

— Ну да! — кивала ведьма. — А с тестем познакомился?

Вот тут-то девушке удалось подпортить настроение женишку. Жан вспомнил "мальчишник" в окопе на кладбище, когда отец любимой охотился на какого-то редкого трупа. Помнится некромант еще и условие ему поставил: "Рука дочери в обмен на руку того агрессивного усопшего". Прежде чем отправиться за трофеем, Жан таки сообразил уточнить, что ему нужна не только рука Алина, а и все к ней прилагающееся.

— А ты сообразительный! — похвалил тогда его будущий тесть. — Будет тебе. Только время не трать! Тащи мне его конечность!

Дуня ехидно похихикивала, глядя на перекошенную физиономию парня. И пока он не вернул себе бодрость, быстро поинтересовалась.

— Кстати, составишь мне компанию на сегодняшнем торжестве. Не хочу идти на свадьбу к Сюзон одна.

Жану деваться было некуда, но он нашел способ отомстить подруге.

— А ты не хочешь узнать, как там Макс? — внезапно уколол ее парень.

Дуня прикусила язык.

— Нет! — буркнула она. — Не хочу!

— Хорошо. Он тоже ничего о тебе слышать не хочет… — как бы невзначай проронил парень и ушел к себе.

А Данька после разговора с ним не могла вернуть себе равновесие. Прошлась по дому — вытрепала нервы повару, довела Армэля до приступа нервного тика (вампир пуганный ведьмами, кричал, что уйдет в другой клан). Осмотрела гостиную на предмет лишних вещей и разбила пару ваз. Потом сама же клеила под надзором мамы.

Свадьба Сюзон была шикарной. Невесте позволили выйти замуж за того, кого она действительно любила. Честь прошлого жениха была запятнана недавним неудачным нападением, а новый дал клятву верности чете Куранов.

Даниэла не могла радоваться за подругу. Когда она пыталась улыбаться, то получалось что-то среднее между жуткой улыбкой дяди Кая в период всеобщей эйфории и оскалом людоеда. Однако девушка постаралась искренне поздравить невесту.

— Желаю тебе никогда не терять этого настроения! Пусть хоть ты будешь счастливой. Я рада за тебя! — поцеловала в щеку Сюзон она.

— Ты тоже будешь! — уверяла ее невеста, сама того не подозревая, пробуждая безудержную истерику в подруге. — Неужели еще никто не смог покорить тебя?

— Никто! — соврала Даниэла, и почему-то опять вспомнила о Максе.

Ее грусть тут же была замечена Сюзон, и развита в диалоге.

— Может покорил, да удержать не смог. Твоя мама рассказывала о каком-то таинственном защитнике…

От этих слов всплыли воспоминания о вампире, дерущемся на ринге. Потом еще то время, когда он явился за ней, потерянной в шахте, и читал стихи, чтобы она не боялась. Глаза вдруг стали горячими.

— Извини, мне на воздух нужно! — быстро нашлась девушка и удрала во двор, чтобы никто не видел, как она плачет. Даниэла Куран спряталась на дереве и долго рыдала, не понимая, что ее к этому привело. Макс уперто не хотел покидать ее голову.

— Рад, что ты больше не боишься темноты, — пристроился около ствола дерева отец. — И высоты не боишься.

— А где ты маму потерял? — утерла слезы Данька.

— Мама сама меня бросила. Разговаривает с Митей по телефону. — Поведал он. — Спускайся!

— Ты поднимайся! — ухмыльнулась дочь.

— Как ты себе это представляешь? — смутился отец, надеясь, что этого позорного действа ему удастся избежать. — Глава клана и на дереве?

— Очень даже забавно! — хихикнула Дуня.

Отец сдался. С женой-ведьмой ему приходилось и не на такие жертвы идти, так что, пыхтя от недовольства, он все же забрался на соседнюю ветку.

— Ох, главное, чтобы никто этого не увидел! — вздохнул мужчина. — И чего ты себя вдруг белкой представила?

— Ничего, — не хотела признаваться она.

— Я же вижу, что с моей дочерью что-то происходит. Делись.

— Нечем. — Горько улыбнулась Даниэла.

— Тогда я поделюсь с тобой. — Пользуясь, тем, что с дерева дочь никуда не денется завел разговор он. — Даня, меня волнует то, что ты до сих пор не помирилась с Митей. Знаю, он плохо поступил. И я бы отлупил его ремнем… Но, если я смог его простить, и ты должна!

— Пап! — воспротивилась дочь. — Он утаил важный факт! Вы оба могли умереть! Я видеть его не хочу!

— Не один он знал о событиях, — ошарашил отце. — Патриция видела будущее, и тоже молчала.

— И ты с ней разговариваешь? — ужаснулась дочь.

— Ну, — затянул отец, загибая пальцы. — Она нашла аргументы, чтобы мы помирились. Сказала, что видела счастливый финал.

— И ты поверил?

— После того, как в нашу ссору вмешался Таван — да! — признался отец. — А теперь не спорь со мной и послушай. Митя знал, что ты примешь правильное решение, и спасешь нас, потому пытался скорее направить тебя на правильный путь. Если бы вы нашли камень раньше, многого можно было бы избежать. Но все итак хорошо закончилось. Ты у меня молодец!

Поцеловал ее в лоб он.

— А теперь… Я на дерево залез? Вот и ты сделай мне приятное!

Пока Дуня размышляла над тем, каким будет требование отца, объявился дядя Кай.

— Даниэль! — позвал он, и отец от неожиданность рухнул вниз. Упал на спину, ушибив копчик. Выругался по-русски, как его жена. Телохранитель выпучил глаза, стараясь подавить смех от комичной ситуации. Глава быстро вскочил, очистил вещи от листьев и травы, привел себя в порядок. Огляделся, не найдя зрителей этого компрометирующего события.

— Всех, кто видел — уничтожь! — приказал он избавиться от свидетелей падения главы.

— И эту? — ткнул пальцем вверх Кай, намекая на дочь.

— Не. Эту в угол и ремнем… — предложил отец.

— Папа! — укорила его дочь.

— Ладно. Без ремня. Купи ей билет в Украину. Завтра!

Уже через месяц Жан и Даниэла снова стояли в аэропорту, опять прощались с родителями. Только у девушки не было той уверенности, которая раньше наполняла ее. Она чувствовала, как при каждом шаге, мышцы в ногах дрожали. В самолете стало еще хуже. Жан смеялся с нее, обзывал трусихой.

Встречали их Алина и Митя. Если девушка бросилась своему суженому на шею, то Дуня робко осталась стоять на месте. Она смотрела на брата и не хотела идти к нему. А он тоже не двигался. Все еще чувствуя за собой вину ждал, когда на него набросятся с обвинениями, криками: "Ненавижу тебя!". Но сестра, словно повзрослела за это время, была очень сдержанной.

— Ты был кретином! — сказала Дуня, вместо приветствия.

— Согласен. Но, если бы я рассказал, ты бы не стала искать камень. Ты бы вернулась домой и постаралась все изменить. А с Судьбой играть нельзя! — сказал ведьмак в свое оправдание. — Прости меня. Не я писал этот сценарий. Мне просто были известны некоторые его акты.

Даниэла не захотела комментировать, и даже несмотря на то, что мириться с ложью не желала, все равно сделала шаг к перемирию. Обняла брата. Вот только тогда ей стало действительно легче. А уже через час, она согласилась с Судьбой.

Вечером веселая компания собралась прежним былым составом. Знакомый бар, роковая музыка снова свели вместе друзей детства. Влад явился с подружкой. И теперь ревновала Дуня. Ей не хватало пары, что бесило девушку. Митя, впрочем, тоже сидел сам. Потому они придвинулись ближе друг к дружке.

— Тяжело быть самому, да? — толкнула его плечом сестра. — Почему у тебя до сих пор девушки нет?

— Она была. — Признался парень. — Просто, мы, как Ромео и Джульетта. Знаешь, их разделяли семьи, а нас — время, пространство, жизнь и смерть.

Дуня удивилась.

— Подробнее! — потребовала она.

Брат грустно улыбнулся.

— Она — самое доброе и прекрасное существо на свете. Она рассказала мне о том, что случится с Диной, и что произойдет с тобой. — Исповедовался Митя. — Я так хочу обнять ее, прожить с ней до конца, подарить ей кольцо, иметь от нее детей. Но не могу даже прикоснуться. Она недосягаема для меня. И, когда я думаю о том, что каждый день проведу без ее тепла — готов волосы на себе рвать.

— Может она не твое? Может ты встретишь другую? — хотела ободрить его сестра.

— Нет. Она — единственная для меня. Я понял это давным-давно. — Митя потянулся за стаканом виски. Друзья тут же подхватили свои.

— За приезд! — прозвучал тост.

Горячительный напиток не смог принести счастья или забытья ведьме и ее брату. Они решили, что второй-третий стакан точно все исправят. В шумной компании Митя и Дуня совсем загрустили, пока взгляд Даниэлы Куран не остановился на светловолосом вампире, приблизившемся к их столу.

— Привет! — поздоровался он и протянул руку девушке. — Можно пригласить тебя?

— Куда? — не поняла она.

— Потанцуем? — для особо тупых пояснил он. Ребята тут же зашептались. Чтобы избежать ехидных замечаний девушка согласилась на один танец. Она вышла с вампиром в зал.

— Чего тебе Макс? — раскачиваясь в его объятиях, она старалась избегать столкновения взглядов.

— Как родители? — спросил парень.

— Отлично. Их связь стала только сильнее! — нарочно упомянула это девушка, помня о словах парня, не желающего любить. — Они счастливы. Тебе этого не понять.

— Я говорил… — начал парень.

— Что ты против подобного, что ты никогда не захочешь связывать себя с кем-то, — вспомнила Даня.

— Да, — кивнул Макс. — Говорил. У тебя хорошая память. Но, несмотря на мои желания, я все-таки связан.

— Да? — расхохоталась Даня. — И кто же эта несчастная? Кому так не повезло?

— Тебе! — поймал ее взгляд Макс, и девушке больше не хотелось смеяться. — Я скучал по тебе!

Даня смотрела на него и не решалась повторить сказанное парнем. Она столько ночей провела, глядя на звезды и луну, и во всем видела его.

— Даниэла, я говорю, что скучал по тебе!

— Макс, ты… — пробормотала она и обмякла в его руках, когда он, не дождавшись вразумительного ответа, поцеловал ее.

— С Судьбой все-таки не поспоришь! — ухмыльнулся Митя, глядя на сестру в объятиях предреченного ей мужчины. — Вертись не вертись, отказывайся или нет, но Судьба придет и возьмет свое!

Те, кого связали, не слушали ни друзей, ни музыку. Она внимательно ловила каждое слово своего мужчины, а он тихо шептал ей:

Любви нежный и опасный лик

После длинного дня в сумерках

в жизни моей возник.

Толи стрелой своего Амура,

Толи песней своего Трубадура.

Не знаю. Как? Зачем? Почему я?

Но твоя любовь нежно ранила меня.

Толи стрелой своего Амура,

Толи песней своего Трубадура.

Знаю одно! В моем сердце она

поселилась навсегда…

— Слава Богу! Они разобрались! — перекрестилась Алина. — А то я думала, что будут мучиться. Макс эти несколько лет, пока они не виделись, вообще нелюдимым стал. Мы его сегодня знаешь, где нашли? В принципе, он там все два года сидел… В библиотеке! В хранилище. Покрывался пылью, как книги. Общался с червем. Его уже призраком забытого в архивах библиотекаря считать начали.

— Они бы в любом случае вернулись друг к другу. — Отпил еще виски Митя. — Те веревки, которыми нас связывали — всегда были с нами. Они — наши связи: родственные, дружеские, любовные. Дядя Саша просто придал им другую форму. Они никогда не отпустят их.

— А как они разорвали смогли в шахте и во Франции? — не понимала девушка.

— Эмоции — сильная штука. Мы ведь можем вычеркнуть из своей жизни человека и забыть о нем. Вот только в случае Дуни и Макса — даже это притянуло бы их. Они разорвали видимость, иллюзию.

— Как? — неустанно спрашивала Алина.

К разговору уже подключился и Влад. Его девушка тоже внимательно слушала, но не все понимала.

— Потому что они отмечены Судьбой. — С горечью и болью поведал Влад. — А от нее не уйдешь.

— Так вот, какими словами сдерживал тебя Митя! — догадался Жан.

— Ты был влюблен в Дуню? — нахмурилась девушка оборотня.

— Это было давно, — проворчал Влад. — И не правда!

— Мить, — заинтересовалась подруга оборотня. — А у тебя есть связь?

— Ничего нет, — уныло ответил ведьмак.

Парень хотел утопить свое горе в виски, но бокал от него "упорхнул" в чужие руки. Озадаченный Митя уставился на высокого блондина, нагло опустошающего его стакан.

— А знаешь ли ты, мой юный друг. — Начал он. — Что Бог дает нам ровно столько испытаний, сколько мы можем вынести.

Митя кивнул.

— Дядя Миша, каким ветром?

Ангел скривился. Скосил глаза на стакан.

— Мерзость. — Провел пальцем по краю и превратил напиток в вино. — Так лучше! Я заехал поделиться с тобой мудростью.

— Ну, нового ты мне ничего не сказал. — Фыркнул парень.

— Да? — задумался ангел и откопал другую информацию из глубин собственного разума. — А знаешь ли ты, мой смышленый зазнайка, что Бог любит мелодрамы с хорошим финалом?

На лице Мити появилось странное выражение. Он начинал понимать, к чему ведет дядя Миша. Его взгляд суетливо заскользил по толпе и, наконец, отыскал нечто важное. Не сводя с него глаз, к ведьмаку шла коротко стриженая блондинка. Забыв обо всех, Митя рванул к ней, поймал в объятия и прижал к себе. Двое шептались несколько минут. Ведьмак даже плакал. А потом они вернулись к столу.

— Знакомьтесь, это моя Оля. — Познакомил свое девушку с друзьями ведьмак. Те уже хотели назвать свои имена, но девушка сама их перечислила. Ребята удивились.

— Я же была ангелом. Я видела вас каждый день. — Потом посмотрела на Митю. — Я всегда была рядом с ним.

Алина и Жана вспомнили, как ведьмак разговаривал и спорил сам с собой у шахты, когда Макс искал Дуню в шахте. Тогда он говорил с ней. Он всегда с ней говорил, слышал ее. Только для других она оставалась невидимой.

— Да. Она мой ангел! — похвастался парень.

— Уже нет. — Улыбнулась ему девушка. — Но я всегда теперь буду с тобой. Меня сняли с должности.

— Ты пожертвовала собой? — ужаснулся Митя, понимая, что он — причина по которой любимая отказалась от всего: от бессмертия, от блага господня.

— Да. И цени это! — вместо нее ответил Михаил.

— Я ценю. — Нервно сглотнул парень. — Завтра же женимся!

Оля рассмеялась. Это было то, чего она хотела — жить с ним, принадлежать ему, чувствовать его. Каждый хотел быть счастливым, даже маленький ангел, который долго прятался за плечом ведьмака.

Конец.

Content

Ольга Александровна Егер
Даешь молодежь или Не ищи неприятности

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22