АЛЛАН РЕППО

АГЕНТ КСБ, ИЛИ ТАЙНА ПЛАНЕТЫ Z-6592

Капитан Алекс Зундлер недовольно поморщился и снова посмотрел на документы вытянувшегося перед ним по стойке «смирно» совсем еще молодого космонавта-исследователя.

«Так-так…», — капитан сверил голографическое изображение парня на удостоверении личности с оригиналом и перевернул страницу, — «Аллан Реппо. Окончил Межгалактическую космическую Академию имени Гагарина. Землянин. Человек. Холост…» Далее шли всевозможные биометрические параметры космонавта и код ДНК, занимавшие чуть ли не половину удостоверения личности. Последним разделом шел послужной список из всего одной строки. Местом службы был указан кратер Коперник на Луне. Собственно, это был филиал Межгалактической космической Академии.

«Блин! Я же просил штаб округа прислать мне толкового и опытного космонавта-исследователя. А тут, какой-то желторотик!!!» — выругался про себя Зундлер, — «И что мне теперь с ним делать? Тут не Луна, и не Марс, и даже не Кассиопея, где все спокойно и гладко. Тут окраина изученного сектора вселенной, тут космические корабли пропадают!!!»

Немного поостыв, Алекс закрыл удостоверение личности вновь прибывшего и придирчиво стал читать направление:

«Аллан Реппо. Младший лейтенант. Космонавт-исследователь первой статьи. Направляется для прохождения службы на звездолет „Зевс-1564“. Место базирования астероид Z-13489-XV-2012 в созвездии Волопаса. Подпись: Заместитель командующего космических сил, начальник космического округа Альфа-4, генерал Генрих Эдвинсон.»

Губы капитана Зундлера скривила насмешливая улыбка: «Теперь понятно, чьи это происки!»

Алекс когда-то начинал служить вместе с Эдвинсоном и нажил в его лице врага. Не имея желания заниматься реальной службой, Эдвинсон думал только о карьерном росте и продвигался на руководящие посты по головам сослуживцев. Вот теперь он уже долез и до начальника округа, а Зундлер в свои 55, как и 20 лет назад все еще ходит в капитанах звездолета.

«Ладно, Генрих, и на том спасибо, что бабу какую-нибудь не прислал. Что ж, Реппо, поживем-увидим, чему там тебя научили…», — проговорил про себя капитан и вернул документы уже начавшему нервничать Аллану.

— Как долетел, лейтенант? — спросил Зундлер у затянутого в серебристый блестящий скафандр парня.

— Нормально, товарищ капитан, — бойко по-армейски ответил Реппо и выпятил грудь вперед.

Алекс невольно улыбнулся. Ох уж эта армейская муштра!

— Да, ты, парень, расслабься! Здесь тебе не Академия, где перед генералами надо по стойке смирно стоять. Здесь у нас реальная служба. Поэтому давай договоримся сразу. Вот эти свои штучки забудь. Чинопочитания я не выношу, но требую, чтобы дисциплину соблюдали строго! Капитан здесь один — это я! Мое слово — закон! Понятно?!

— Понятно! — парень все еще стоял по стойке «Смирно».

— Да расслабься ты, кому говорю, — Зундлер похлопал парня по плечу.

«Ну и что, что молод? А сам-то ты каким пришел сюда?», — внутренний голос-оптимист внутри Алекса встал на защиту молодого космонавта-исследователя, — «Научился же всему!»

«Да, но у меня были отличные учителя! Взять хотя бы капитана Фрикасса!», — внутренний голос-пессимист стал сомневаться.

«А ты что, хуже Фрикасса? Одна только экспедиция на Торий чего стоит! Вот и научи парня всему», — не сдавался оптимист.

Зундлер отогнал от себя навязчивые внутренние голоса.

— Почему задержался, лейтенант? Здесь указано, что ты вылетел в среду, а сейчас уже понедельник. Многовато пять дней до нас с Земли добираться. Амурные дела?

— Никак нет! В квадрате z-425 созвездия Лиры на межгалактических супер-струнах произошел сбой — выброс реликтового излучения, пришлось два дня прокантоваться на станции Медуза-78, — уже более расслаблено ответил лейтенант Реппо.

— Понятно, там у них такое часто бывает. Ну что ж, добро пожаловать на астероид Z-13489-XV-2012. Пойдем, познакомлю тебя с жителями нашей небольшой, но дружной колонии-поселения «Буксон», — Алекс Зундлер указал Аллану рукой на шлюзовую камеру.

* * *

После нескольких шлюзовых камер вслед за Зундлером Реппо попал в длинный и широкий проход. Потолок был прозрачным и Аллан увидел две желтые луны — спутники абсолютно безжизненной планеты Буксон. Астероид Z-13489-XV-2012 тоже вращался вокруг этой планеты, скрытой от взгляда Аллана глубокой расщелиной, в которой и располагалась колония-поселение землян.

Дав новичку вдоволь налюбоваться зрелищем сквозь прозрачный колпак, Алекс повел его дальше, на ходу поясняя расположение колонии.

— Наша колония-поселение имеет пять уровней. Сейчас мы находимся на первом. Здесь располагаются: дежурная служба, отсеки для подготовки к полетам в открытом космосе, транспортные средства для передвижения по астероиду, терминалы приема звездолетов, а также оперативный Центр управления полетами. В этих камерах, — Зундлер указал на ряд подряд идущих дверей с прозрачными окошками, — в случае необходимости мы организуем карантин вновь прибывших.

Аллан заглянул в одну из них. В помещении стояли кровати и несколько хирургических столов. Жутковато. Это больше напоминало операционную.

— Пока нам пользоваться камерами не приходилось, — продолжил капитан и повел Аллана дальше.

Вдоль прохода располагались шлюзовые камеры с номерами. Зундлер подошел к одной из них. Она заканчивалась лифтом, который опустил капитана и лейтенанта на уровень ниже.

Второй уровень разительно отличался от совершенно пустого первого. Не обращая внимания на Зундлера, то и дело мимо пробегали техники с мотками провода и какими-то инструментами, суетились роботы-полотеры, открывались-закрывались шлюзовые камеры, проносились по коридору круглые шары роботов смотрителей.

— Этот уровень у нас предназначен для обслуживающего персонала и космоподразделения.

Подтверждая слова капитана, мимо Алекса и Аллана под предводительством сержанта промаршировал взвод космосолдат в зеленых, плотно облегающих комбинезонах и шлемах на головах. Несколько техников в похожих темных комбезах и тоже в шлемах сопровождали их.

— Сержант! — позвал Зундлер.

— Да, товарищ капитан.

— Проследите, чтобы все были правильно экипированы. Вместо скафандров SDF-45 используйте модель XDF-15. Она надежнее. Будете ремонтировать обшивку купола в секторе 5 и разбирать завалы проявляйте осторожность. Берегите людей. Идите!

— Есть! — козырнул сержант и побежал догонять свой взвод.

— У нас тут вчера метеорит упал в пятидесяти километрах от колонии, спровоцировал обвал породы на купол. Вот приходится ремонтировать, — пояснил младшему лейтенанту Алекс.

Пройдя дальше, Зундлер показал Реппо спальные помещения космосолдат и гражданского обслуживающего персонала — уютные кубрики на пять человек. В конце коридора вновь оказалась шлюзовая камера. За ней располагался ряд лифтов.

— Эти лифты позволяют спуститься на третий, четвертый и пятый уровень. Офицерский состав живет на третьем уровне. Четвертый уровень занимает суперкомпьютер и центр обеспечения жизнедеятельности станции. Пятый уровень законсервирован, там располагается убежище на случай аварийных ситуаций на первых четырех уровнях и второй центр обеспечения жизнедеятельности, а также шахта с аварийным кораблем-эвакуатором. Когда приступите к дежурствам, то разберетесь более подробно.

Пока капитан все это говорил, лифт остановился на третьем уровне.

Едва Реппо вышел за Зундлером из лифта, как споткнулся обо что-то пружинистое и чуть не упал. «Чем-то, лежащим под ногами» оказался амебоид с планеты Протей, этим существам уже лет пять, как разрешили занимать офицерские должности. Желатиноподобная зеленоватая мутная масса каплевидной формы со множеством псевдоподий всколыхнулась от удара об ногу. Реппо увидел, как цитоплазма внутри амебоида стала циркулировать, а псевдоподии стали сливаться и вытягиваться вверх, уже через десяток секунд перед Зундлером и Реппо, покачиваясь, стояло полупрозрачное существо, имеющее человеческие очертания.

— Младший лейтенант Гоги, вы снова шатаетесь по колонии без дела? — Алекс хмуро посмотрел на амебоида.

В ответ амебоид покрылся густыми красными пятнами и, всколыхнувшись, искусственным голосом мыслепреобразователя доложился:

— Младший лейтенант амебоид Поги, товарищ капитан. Нахожусь на отдыхе после дежурства.

— Уже три года вы тут служите, а я никак не научусь вас различать, — чертыхнулся Зундлер, — Опять к Зоа шлялись? И сколько на этот раз вы влили в себя ее знаменитого коктейля? Почему в таком непотребном виде? Где ваш скафандр?

Амебоид стал синим и промолчал. Не дождавшись ответа от пошатывающейся студенистой массы, Зундлер махнул рукой и пошел дальше. Реппо в извинении развел руками и последовал за капитаном.

— Вот с кем приходится служить. Умнейшие твари, только толку от них почти никакого, а проблем выше крыши, — обернувшись к Аллану, говорил Зундлер.

В это время амебоид опять принял привычную для него форму огромной зеленой капли и, перебирая псевдоподиями-щупальцами, пополз вдоль стены по коридору.

— А зачем вам в колонии амебоиды? — поинтересовался Аллан.

— Понимаешь, младший лейтенант, они лучше любого прибора чувствуют малейшую трещину в куполе. Определяют вредоносные для людей примеси в атмосфере с точностью до пары молекул. Предсказывают за день выбросы реликтового излучения и многое другое.

— Понятно.

— Эх, да ничего тебе не понятно… тяга у них к алкоголю неимоверная. Служат у нас тут двое: Поги и Гоги, так напиваются до бесформенного состояния и уже нифига предсказать и почувствовать не могут, пока не протрезвеют. Что делать не приложу ума? Ну, вот и наша кают-компания. Сейчас, лейтенант, познакомлю тебя с нашим офицерским составом.

Алекс проследовал дальше по коридору и открыл одну из дверей. Несколько человек, находящихся там, при появлении капитана встали:

— Товарищи офицеры!

— Вольно! — Зундлер сделал жест рукой, и обратился к присутствующим, — Добрый день, хочу представить вам нашего нового сослуживца. Аллан Реппо. Младший лейтенант. Только закончил Академию имени Гагарина, направлен к нам для прохождения дальнейшей службы в качестве космонавта-исследователя первой статьи.

— Ну, наконец-то хоть кого-то прислали!!! — расплылся в добродушной улыбке чернявый младший лейтенант, — А тож я вжэ, товарищу капитан, запарився по дежурствам ходыть!!! Прокопэнко Остап! — улыбчивый парень в зеленом обтягивающем комбинезоне протянул руку Аллану.

— Реппо Аллан, — младший лейтенант пожал крепкую руку космонавта.

В офицерской кают-компании помимо улыбчивого парня, который сразу понравился Аллану, оказались еще пять человек и один амебоид.

Капитан Зунлер стал по очереди представлять присутствующих:

— Густав Свенсон, мой второй помощник, — Алекс указал на белобрысого с водянистым взглядом старшего лейтенанта лет тридцати.

Лицо старшего лейтенанта расплылось в слащаво-деланной улыбке, и Аллан ощутил в своей руке немного влажную расслабленную ладонь.

— Младший лейтенант Гоги, — Зунлер подошел к амебоиду, который в отличие от Поги, почти не отличался от людей, так как был внутри специального скафандра со шлемом.

— Добро пожаловать! Надеюсь, что мы сработаемся, — раздался бодрый с искусственным оттенком голос мыслепреобразователя.

— Очень рад, — Реппо пожал псевдоподию существа, заточенную в перчатку скафандра и имитирующую руку.

Следующим Аллану был представлен седовласый старичок лет 80 с очень эмоциональным лицом, сухонький, но на вид довольно бодрый.

— Это наш профессор, знаменитый биолог, ученый со вселенским именем, Штангенциркуль Абрам Иосифович.

— Таки и знаменитый? Обычный червь науки, — смутился старичок и двумя руками затряс руку Аллана, — Шо там нового на Земле матушке? Таки еще цветут орхидеи в Лунном ботаническом саду? Как Марсианские посадки кактусов опунция? — засыпал вопросами смущенного младшего лейтенанта профессор.

Алекс Зундлер и все остальные заулыбались, ожидая, что же ответит было опешивший новичок. Однако Аллан не упал в грязь лицом:

— Ну, из событий на Земле, профессор, я думаю, Вас заинтересует открытие псевдомахровости пестиков клевера и, как вы и предполагали, гена карликовости у платяных клопов. На Луне орхидеи в ботаническом саду чувствуют вполне превосходно, а вот посадки опунции в марсианской впадине Эллада этой зимой сильно подмерзли — пришлось восстанавливать.

— Я таки смотрю, нам есть о чем поговорить, — профессор уже более пристально уставился на Аллана, продолжая трясти его руку, — Очень рад, очень рад знакомству, молодой человек!

Еле освободившись от цепких рук профессора, Реппо подошел к другому обитателю колонии-поселения, который заинтересовал его больше всех остальных. Правильнее будет сказать, заинтересовала, так как это была женщина.

— Софи Вассар, — на французский манер, но с легким немецким акцентом, немного кокетливо представилась белокурая женщина, чей возраст для неопытного глаза молодого космонавта едва приближался к 23-м (а на самом деле Софии было около 60-ти).

— Это наша медсестра, она помогает доктору Отто Эрлиху — пояснил Алекс Зундлер, представляя мужчину лет сорока пяти с немного крысиной физиономией, на которой поблескивали круглые очки, — Тебе, парень, еще не раз придется побывать у них на приеме.

Софи Вассар сделала классическое движение по перекидыванию красивой ножки, обтянутой серебряным комбинезоном, у Аллана почему-то пересохло в горле, и он машинально сильно сдавил руку врачу.

— Ого! Да у вас здоровья на двоих, — сморщился Отто и поспешил выдернуть руку.

— Ну, вот вы и познакомились почти со всем обитатели нашей кают-компании, — Зундлер закончил представлять присутствующих, — не хватает только младшего лейтенанта Поги, но ты уже с ним знаком, и моего первого заместителя старшего лейтенанта Кузнецова Сергея, ты его тоже мельком видел. Он сегодня дежурный по колонии-поселению и провожал тебя ко мне из звездолета. Завтра, когда он сменится, познакомишься с ним поближе.

Вдруг шлюзовая камера открылась, и на пороге появилось существо, телом напоминающее улитку. Две ровные ножки могли вполне конкурировать с ногами Софии, которая при появлении существа сразу поджала губы. Немного длинная шея заканчивалась аккуратной головкой с маленькими пушистыми рожками. Лицо существа украшали припухлые верблюжьи губы и три глаза, как у улитки, на тонких и вертлявых жгутиках. Главным же достоинством этого создания были пышные синеватые груди в количестве семи штук, ожерельем обвисшие к животу.

Перед собой существо катило тележку с бокалами и напитками.

— Зоа! Красавица ты наша! — ударил себя по лбу капитан Зундлер и поспешил к странному существу. — Как я мог забыть про тебя! Познакомься, это — Аллан Реппо, наш новый космонавт-исследователь.

Зоа направила в сторону младшего лейтенанта три своих глаза и стеснительно захлопала длинными ресницами-щупальцами. Верблюжьи губки сложились в подобие улыбки.

Молодой человек щелкнул каблуками и поклонился. Несмотря на всю несуразность Зоа, Аллан Реппо сразу пропитался какой-то особой симпатией к этому существу.

— Зоа — наша буфетчица, — пояснил Алекс Зундлер, — Она с планеты Кабук и представляет в нашем почти сплошь мужском коллективе женщин расы улитеков.

София Вассар в негодовании еще сильнее прикусила губу.

* * *

Остап Прокопенко с первой минуты взял шефство над Алланом. По окончании знакомства с обитателями третьего уровня, с разрешения Алекса Зундлера, он вызвался более подробно показать новичку всю колонию-поселение. Остап, прослуживший уже больше двух лет на астероиде, был отличным проводником: после пяти часов хождения по колонии-поселению Реппо имел уже вполне сносное представление об устройстве этого затерянного на краю галактики мирка, он даже совершил выход на поверхность астероида, в сопровождении Прокопенко, и наблюдал за ремонтными работами защитного купола в 5 секторе. Когда они вдвоем излазили все уровни и побывали во всех закоулках, уже наступило время ужина.

Зундлер и его заместители обычно принимали пищу в отдельном помещении, все остальные довольствовались общей комнатой кают-компании. Остап и Аллан немного опоздали и зашли в кают-компанию, когда все уже сидели за общим столом. Извинившись, младшие лейтенанты заняли свои места. Тут же появилась Зоа и выставила перед парнями нечто восхитительное на маленьких тарелочках. Такого вкусного ужина Аллан не ел еще со времен интерната-инкубатора, где кухарка со странным именем Евлампия Гавриловна потчевала будущих юных космонавтов разносолами.

— Вам нравится? — над ухом Аллана струнами арфы зазвучал мелодичный, ни на что не похожий, голос Зоа.

— Спасибо, ужин просто восхитительный, — смутился Реппо, ощутив сквозь оболочку рабочего комбинезона, как девушка-улитек случайно коснулась его плеча одной из своих грудей.

— Я рада, — снова зазвучали чарующие струны арфы, и ресницы-щупальцы томно прикрыли три глаза.

* * *

После ужина Остап проводил Аллана Реппо и показал отсек, где располагались спальные помещения.

— Вот твой кубрик, — младший лейтенант Прокопенко приложил руку к кнопке, и дверь плавно уехала в стену, — Потом запрограммируешь ее, шоб посторонние в ненужный момент не зайшлы, — подмигнул Остап своему новому другу, — Мало ли чем ты тут будешь заниматься.

Кубрик был небольшим, примерно три на три метра. Приятное зеленоватое свечение, струившееся откуда-то с потолка и из-под пола, высветило кровать, оснащенную упаковочным аппаратом, небольшой столик с графином, наполненным синей жидкостью и несколько встроенных шкафов. Умывальная и туалетная кабинки были встроены в стены и закрыты такими же створками, как и шкафы. Аллан открыл один из шкафов и от неожиданности отшатнулся. Два человеческих тела: мужское и женское, стояли с закрытыми глазами внутри прозрачных колпаков. Мужик был в одних плавках, а женщина в бюстгальтере и стрингах.

— Тфу, ты! Остап, мог бы и предупредить, — чертыхнулся Реппо. Это были секс-роботы моделей F-77 для мужиков и М-98 для женщин. Аллан знал про то, что все космические поселения оснащаются такими штуками, но просто не ожидал их увидеть в своем кубрике.

— Да це ж секс-играшки, — засмеялся Прокопенко, — Ладно, вже пийду я, ты тут осваивайся.

Дверь за Прокопенко плавно закрылась, но тут же загорелась лампочка, возвещающая о том, что к Аллану был посетитель. Реппо приложил руку к сенсорному планшету, и дверь вновь открылась. На пороге стоял лысый молодой человек в желтом блестящем комбинезоне и приятно улыбался Аллану.

— Я ваш робот-грум, Джонс, — представился посетитель, — Я буду убирать в вашем кубрике, следить за чистотой одежды и порядком. Я буду помогать вам одеваться и раздеваться. В моих обязанностях следить за вашей гигиеной.

— Да я вообще-то могу и сам со всем справиться, — Аллан, привыкший делать все сам, попытался отказаться от услуг Джонса.

— Согласно пункту 10 правил поведения роботов-помощников я обязан вам помогать. Если я не подхожу вам по различным параметрам, я доложу капитану, и он пришлет нового помощника, — не унимался Джонс.

— Ладно, входи! Если уж положено, значит, положено, — вздохнув, Аллан пропустил в кубрик робота-грума.

— Спасибо, — робот вошел в кубрик и остановился около стены.

— Меня зовут Аллан Реппо, можешь просто называть меня Аллан, — представился младший лейтенант, присаживаясь на свою кровать, больше похожую на половину большой капсулы.

— Я Джонс, — опять повторил робот, — Хорошо, я буду вас называть Аллан.

— Слушай, Джонс, я сейчас собираюсь спать ложиться, так что можешь приходить завтра утром.

— Согласно пункту 15 правил поведения роботов-помощников я не должен покидать ваш кубрик, когда вы в нем. Я помогу вам раздеться и уложу вас спать. Согласно звездному уложению, в местах вселенной, где коэффициент реликтового излучения достигает 12,3 %, космонавтам человеческой расы предписывается спать в специальных защитных оболочках, — проговорил Джонс и подошел к сидящему Аллану.

— Да знаю я, видел уже этот упаковочный автомат, встроенный в кровать.

— Давайте я сниму с вас ваш рабочий скафандр-комбинезон, встаньте, пожалуйста.

Аллан встал с кровати и на планшете, встроенном в левый рукав скафандра, набрал кодовое слово. Прежде чем снимать легкий скафандр-комбинезон, необходимо было блокировать его защиту и отключить датчики жизнедеятельности. Все время светившиеся на запястьях синеватые огоньки, означавшие работоспособность скафандра, погасли. Джонс подошел к Аллану и расстегнул на его спине вакуумную застежку-молнию. Аллан скинул верхнюю часть комбинезона. Прежде чем вынуть из легкого скафандра ноги, Джонсу пришлось снять с космонавта устройство, напоминающее эластичные трусы-боксеры. В передней части этих своеобразных трусов был легкий и эластичный патрубок для члена, который космонавт почти не ощущал. Сзади был мягкий и такой же эластичный шланг с наконечником, который вставлялся в анальное отверстие космонавта. Все эти патрубки и шланги незаметным образом скрывались в нижней части скафандра и совершенно не выделялись на его фоне. Для того чтобы оправить свои естественные потребности, космонавту не было необходимости снимать с себя защитный комбинезон. Все можно было сделать на ходу, даже не привлекая внимания. Отходы жизнедеятельности организма тут же в скафандре начинали бесследно расщепляться специальным составом, давая взамен энергию для системы защиты от излучения.

Освободив Аллана от трубок, Джонс полностью снял с космонавта скафандр-комбинезон. Реппо теперь стоял голым перед своим роботом-слугой.

— Аллан, вы когда-нибудь пользовались упаковочным автоматом? — спросил слуга.

— Не приходилось. В Солнечной системе они не практикуются.

— Я вам помогу. Необходимо приложить руку к автомату. Так. Прошла идентификация. Теперь выберите в меню строку разрешение для использования робота-слуги. Так. Мой номер Y-14586453-U2. Вводите. Теперь я подтверждаю, что это мой номер, — робот приложил ладонь к сенсорной панели, там высветилось сообщение о подтверждении, — Теперь вы подтвердите еще раз. Все. Теперь только вы и я можем управлять вашим упаковочным автоматом. В любой момент вы можете запретить мне это делать, набрав вот здесь код отмены. Я бы посоветовал вам еще перепрошить код доступа в кубрик.

Реппо, по совету робота-слуги, сменил код. Теперь кроме него, командира корабля и робота-слуги в его кубрик самовольно зайти не мог никто.

— Слушай, Джонс, я спать хочу. Этот перелет, да еще день сегодня выдался насыщенный…

— Я понял. Идите сюда.

Аллан подошел к кровати.

— Теперь смотрите, что надо делать с упаковочным аппаратом. Здесь все просто. Несколько программ пеленания, плюс можно задать режим удовольствий.

Джонс быстро выбрал необходимый режим.

— Учитывая, что вы попали в зону реликтового излучения на станции Медуза-78, вам необходимо использовать жесткую капсулу с режимом очищения организма от реликтовых радионуклидов, ну и немного удовольствия. Я выбрал как раз такой режим. Теперь или вы, или я должны подтвердить команду.

Реппо приложил руку к экрану. Высветилось сообщение о готовности аппарата.

— Ложитесь.

Аллан лег на кровать. Она была жесткой. Сначала ничего не произошло. Но вдруг тело младшего лейтенанта приподнялось над поверхностью кровати, секунда, и оно оказалось сжато в прозрачной пористой оболочке промежуточного кокона.

Одновременно от аппарата к телу космонавта опустился небольшой прибор. От него потянулись гибкие трубки. Одна из них жестко обхватила член парня. От чего Аллан ощутил, что его член наливается и твердеет. Вторая зашла в анальное отверстие и, немного расширившись в нем, впустила в кишечник парня теплый состав, по консистенции подобный гелю.

От изголовья кровати к космонавту протянулся кронштейн, и голову Аллана обхватила плотная мягкая шлем-маска с прозрачным стеклом в районе глаз. От маски в рот, аккуратно, но настойчиво раздвигая зубы, вошел расширитель. Аллан даже не успел ничего сообразить, как его рот оказался заполнен упругой пористой массой с приятным вкусом.

Вокруг закружились белоснежные широкие бинты, снабженные множеством датчиков и пронизанные мельчайшими трубочками биососудов со спецсоставом. Грудь, руки и ноги космонавта все плотнее и плотнее обвивали бинты. Через пятнадцать секунд этот процесс закончился. Аллан почувствовал, что его совершенно обездвиженное тело опустилось на кровать. Одновременно с этим он ощутил легкое приятное покалывание по всему телу. Это стали прорастать в поверхность кожи биососуды из бинтового кокона, доставляя в капилляры необходимый состав.

Из массы, заполнившей рот, тоже постепенно выделялась какая-то специфическая жидкость.

Трубка, обхватившая член, мелко вибрировала. Аллан уже давно не ощущал такого сладострастного чувства.

— Я вам задал режим распаковки на 6 утра по средне-вселенскому времени. Построение в семь, завтрак в полвосьмого, в восемь начало несения службы, — Аллан слышал сквозь шлем-маску голос робота-грума и даже видел его лицо, но не мог ни ответить, ни даже просто пошевелиться. Последнее что услышал младший лейтенант перед тем как провалиться в безмятежный сон были слова «Спокойной ночи».

На панели управления кровати отобразились все параметры жизнедеятельности космонавта, а часы стали отчитывать обратное время до распаковки и пробуждения Аллана. Джонс взял легкий скафандр-комбинезон, что снял до этого Реппо, и через почти незаметный разъем подключил его к системе зарядки и регенерации. Потом робот сел на стул и замер, как статуя, перейдя в режим ожидания.

* * *

Зундлер зашел в свой кубрик. «Ну что же, вроде на первый взгляд Аллан Реппо оказался неплохим парнем, произвел благоприятное впечатление на команду и сразу стал вникать в курс дела. Вон, целый день с Прокопенко изучал колонию-поселение», — думал про себя капитан. «Хотя уж слишком прыток, другой бы отдохнул денек, что положен вновь прибывающим, а потом уже бы и о службе подумал. Подозрительно это как-то. Ох, чувствую, что не спроста его Генрих Эдвинсон сюда направил. Этот старый лис ничего просто так не делает. Злопамятный. Не под меня ли копает? Надо пока приглядеться к этому Реппо».

От мыслей капитана отвлек робот-слуга:

— Капитан, мне кажется, вы не в духе. Может вам что-нибудь заказать у Зоа? — улыбающийся лысый парень в блестящем желтом комбинезоне дотронулся рукой до плеча Алекса.

— А, Стэнли, извини, я просто задумался. Нет, ничего не надо. Просто спать. Разбудишь меня через три часа. Мне еще надо проверить дежурную смену, да хорошенько осмотреть место ремонта в 5-м секторе.

— Вы очень мало спите, капитан, — покачал головой робот-слуга, — Это плохо отражается на вашем здоровье. Вы за две недели ни разу не занимались сексом с Джессикой.

— Да некогда мне сейчас с ней в постели кувыркаться. Столько проблем, что выматываюсь и без этой латексной дамы, — обронил фразу Алекс и тут же пожалел об этом.

Робот-слуга перестал улыбаться и стал молча раздевать Зундлера.

— Ну, извини, Стэнли, я не хотел обидеть робота. Джессика тут не причем. Просто так вырвалось.

— Я все понимаю, стресс и усталость, — однако выражение лица Стэнли не изменилось.

— Обещаю, завтра же я встречусь с Джессикой.

— Я все понимаю, — грустно повторил робот и продолжил снимать с капитана легкий защитный комбинезон.

Через минуту тихо зажужжал упаковочный автомат, и тело капитана быстро утонуло в бинтах, превратившись в неподвижный кокон, напоминающий куколку гигантского насекомого, лежащую на кровати.

Уложив капитана спать, Стэнли подошел к дверце, встроенной в стену кубрика, и открыл ее. Перед Стэнли в прозрачном колпаке, закрыв глаза, стояла очаровательная блондинка в бюстгальтере и бикини. Полюбовавшись на эту своеобразную «спящую красавицу», Стэнли вздохнул и, прикрыв створку шкафа, занялся привычной для себя работой по уборке помещения.

* * *

Опасения Алекса Зундлера по поводу Реппо были не совсем безосновательны. Аллан, помимо того, что был космонавтом-исследователем, состоял еще и секретным агентом КСБ — космической службы безопасности. И его миссией было изучение обстоятельств пропажи звездолетов в районе системы Ридли. Академия имени Гагарина и назначение, подписанное лично Генрихом Эдвинсоном, были всего лишь прикрытием для агента Аллана Реппо. Правда, это было его первое задание.

«Четыре корабля за последние полгода. Не многовато ли? Хотя, с другой стороны, Алекс Зундлер сам требовал прислать миссию поиска пропавших звездолетов, которая уже на месте сможет во всем разобраться. В этом пока ему было отказано, так как квадрант поисков весьма обширен. Да, но что делать с доносами, которые обвиняют именно Зундлера в халатности, ставшей причиной пропажи первого звездолета? Надо во всем разобраться. Хотя, Зундлер и не создает впечатление человека, относящегося к службе спустя рукава, но чем черт не шутит. И если от Зундлера хотят избавиться таким образом, то надо выяснить, кому это выгодно», — думал Реппо, облачавшийся в служебный скафандр-комбинезон с помощью робота Джонса.

— Как спалось, Аллан? — поинтересовался Джонс.

— Спасибо, Джонс, просто великолепно. Давно так не расслаблялся и не отдыхал, — поблагодарил Реппо робота-слугу.

Действительно, после тугого обертывания с комплексом очищения от реликтовых радионуклидов Аллан чувствовал себя отлично отдохнувшим.

На построении в оперативном Центре управления полетами помимо Аллана присутствовали: Прокопенко, Поги и Гоги, как две капли воды похожие друг на друга, и Густав Свенсон. Алекс Зундлер появился нахмурившийся и чем-то недовольный. Как выяснилось, ночью снова пропал звездолет и опять в этой непредсказуемой звездной системе Ридли. В этот раз навигацию звездолета осуществляли диспетчеры с планеты Кабук. Они еще не успели передать навигацию центру «Буксон» на астероиде Z-13489-XV-2012, когда произошел выброс реликтового излучения, который не смог предсказать даже трезвый амебоид Гоги, несший ночное дежурство. Однако теперь была зацепка, где именно может находиться звездолет. Выброс реликтового излучения, вывел из строя главный двигатель звездолета «Мурена-77». Во время последнего сеанса связи командир звездолета сообщил, что принял решение совершить вынужденную посадку на законсервированную еще 20 лет назад перевалочную базу на планете Z-6592 и ждать помощи. После этого связь с кораблем прервалась.

Центр управления с планеты Кабук не имел возможности послать корабль спасения. Самым ближайшим пунктом, который мог оказать хоть какую помощь, оставалась колония «Буксон». Капитан уже запросил разрешение центра на полет. Правда, это разрешение могло прийти не ранее, чем через две недели. Пока оставалось только ждать. Несмотря на это, капитан Зундлер отдал распоряжение подготовить звездолет «Зевс-1564».

* * *

На свое первое дежурство Аллан Реппо заступил вместе со вторым помощником командира старшим лейтенантом Густавом Свенсоном. В их распоряжении еще были сержант, пятнадцать космосолдат, дежуривших на различных уровнях и пять биороботов в планетоходе для патрулирования и мониторинга поверхности астероида. На период ночного дежурства к ним еще должен был присоединиться амебоид Поги.

— Желаю удачного дежурства, — первый помощник командира старший лейтенант Кузнецов, пожал руки Свенсону и Реппо. Амебоид Гоги также обменялся с ними рукопожатиями.

Сергей Кузнецов, ладно сложенный уже не молодой вояка с еле заметным шрамом на щеке и задумчивым взглядом, Аллану понравился. В этом сдержанном в эмоциях и неторопливом в поступках офицере чувствовалась внутренняя сила и уверенность. Одновременно в нем не было никакой надменности и кичливости.

— Давай, парень, осваивайся со службой, — на прощание Сергей похлопал Аллана по плечу, — Видел я вчера, как ты с нашим хохлом тут все излазил. Молодца, что интересуешься!

Когда Кузнецов ушел, Свенсон скривил тонкие губы в ухмылке:

— Всё простачка из себя строит. Зундлера копирует во всем. А сам, наверняка ждет не дождется, когда капитана спишут, а его самого назначат командиром, — с оттенком презрения выдавил из себя Густав. Он еще что-то пробурчал себе под нос, но Реппо не расслышал слов Свенсона. Аллан промолчал и сделал вид, что занят изучением показаний компьютера, но парню явно не понравилось такое отношение Свенсона к своим сослуживцам.

Несколько раз в дежурный зал заходил Зундлер, и Аллан отмечал про себя, как разительно менялось лицо Свенсона от надменно барского до подобострастно услужливого. «Да вы, товарищ второй помощник, скользкий типчик. Уж не вашими ли стараниями появились эти доносы на капитана? Может, это вы метите на его место, а не Кузнецов?», — мысленно про себя делал выводы Реппо.

В целом за время первого дежурства Аллана никаких происшествий не случилось. Все работало в штатном режиме. Впрочем, помимо того, что Аллан нес дежурство по колонии-поселению, он не забыл об основной миссии, возложенной на него КСБ. Первым делом Аллан под видом изучения штатной документации незаметно запросил у главного компьютера информацию обо всех случаях пропажи звездолетов.

«Так… Март — один, июнь — два, июль — один. И сегодня ночью еще один. Итого пять кораблей», — думал Реппо.

«Посмотрим, кто нес дежурство:

Зундлер, Вильсон, Прокопенко;

Кузнецов, Поги;

Свенсон, Поги;

Свенсон, Прокопенко;

Кузнецов, Гоги…

Так, сначала дежурили по трое, а потом стали по двое. Понятно. С середины апреля Вильсон уже не числится в составе колонии-поселения. Вильсон — это, наверное, тот старлей, которого перевели в созвездие Плеяд, вместо него меня и прислали. Ну, для начала достаточно. Надо прозондировать по-тихому у Прокопенко и у амебоидов», — Аллан черпал информацию из главного компьютера, пока Свенсон клевал носом над эротическим журналом «Космос Плей».

* * *

Несмотря на проведенную бессонную ночь, спать младшему лейтенанту не хотелось. Поэтому, сменившись с дежурства, Аллан Реппо направился в офицерскую кают-компанию пропустить бокал-другой коктейля. По пути ему встретился Остап Прокопенко.

— Ну, шо? Як дела? Як перше дежурство? — добродушный хохол похлопал Аллана по плечу.

— Да все нормально вроде, вот изучал документацию, да несколько раз пришлось давать данные, пролетавшим в сторону Плеяд звездолетам.

— Так у нас в эти самые Плеялы Вылсон перевелся, — говорил Остап, открывая двери кают компании.

— Давно?

— Да як раз описля того случая с пропажей першего звездолета в системе Ридли.

— Расскажешь, как пропал звездолет? — Аллан с Остапом плюхнулись на прозрачные шарообразные кресла около столика. Кресла тут же приняли форму тела космонавтов и окрасились в зеленоватый тон. Помимо функций кресла эта конструкция еще предназначалась для подзарядки и регенерации системы жизнеобеспечения скафандра. Аллан поискал глазами Зоа. Она стояла около столика, где сидели Гоги и Поги. До Аллана долетел мелодичный смех официантки. Больше никого в этот час в кают-компании не было.

— А шо тут сказывать? Я як раз тогда дежурил, — Остап сделал жест Зоа подойти к их столику. Девушка-улитек утвердительно нагнула в сторону Прокопенко один глаз. Два остальных глаза смешливо смотрели на амебоидов.

— Ну, может, что странное было? — продолжал выпытывать Аллан, тоже покосившись на Зоа. Ее синее семигрудье сегодня было украшено небольшим амулетом в виде спирали.

— Что будем заказывать? — неожиданно голос Зоя струнами арфы зазвенел в ушах младшего лейтенанта, а ее амулет задрожал перед его глазами.

Реппо почему-то стушевался и, сглотнув, густо покраснел. На выручку парню пришел Прокопенко:

— Зоа, милашка, нам двойной коктейль «Ответ Чемберлену» с провитаминами и льдом, да сделай еще свою знаменитую закуску из креогидролизных полосатиков.

Официантка, качнув семигрудьем, повернулась и, стараясь выглядеть элегантно, засеменила стройными ножками к стойке бара делать свои аппетитные блюда. Попутно, Зоа успела одарить завораживающим взглядом трех глаз парочку амебоидов. Едва Реппо успел проводить взором фигуру Зоа, как почувствовал на плече чье-то легкое прикосновение. Младший лейтенант вздрогнул и обернулся. Перед ним стояла София Вассар в белом коротеньком халате поверх легкого, плотно облегающего тело серебристого скафандра-комбинезона, который отлично подчеркивал все ее женские достоинства. Аллан дважды за последние двадцать минут покраснел.

— Младший лейтенант, а я Вас повсюду ищу, — София насмешливо смотрела на Реппо. Потом медсестра наклонилась к самому уху Прокопенко и нежно шепнула ему, — Остап, позвольте я заберу от вас на время вашего друга.

— Так шож я мабуть против? — Остап развел руками.

— Аллан, я пришла пригласить Вас на медосмотр. А то вы уже даже успели отдежурить, а медосмотр не проходили. Не порядок. А вдруг у вас какой вирус? Пройдемте в медпункт.

— Но, может немного позже, я еще и не позавтракал, — наконец, обрел дар речи Реппо.

— Хорошо, когда позавтракаете, обязательно приходите, — медсестра томно вздохнула и, прижав на секунду двумя пальцами мочку своего левого уха, пошла к выходу из кают-компании.

— Аллан, да вона на тебэ глаз положила. Волнуется краля. Гарна дивчина, — сказал Остап вслед удалявшейся медсестре, — Тильки стервозна дюже наша старушка.

— Скажешь тоже, — смутился Аллан и ткнул вилкой в ароматную бурду, которую уже успела принести Зоа.

* * *

Слова Прокопенко подтвердили, что капитан Зундлер не причастен к пропаже в межзвездном пространстве звездолета. Как сообщил Остап, в том квадрате и раньше ощущались некоторые аномалии с реликтовым излучением. Зундлер предложил звездолету другую траекторию полета по спокойным суперструнам в обход зоны Ридли, но командир звездолета посчитал, что потеря десяти часов — это непозволительная роскошь, и принял решение все же лететь старым курсом. В результате звездолет пропал из зоны видимости центра «Буксон» через час. Произошел сильнейший выброс реликтового излучения. Ни Поги, ни Гоги не предсказали его заранее.

«Значит, никакого злого умысла нет, — думал Реппо, направляясь по коридору в медпункт, — просто аномальная зона. Но почему амебоиды не предсказали выброс? Или может он искусственного происхождения? Тогда это кое-что может объяснить. Интересно, что формирует эту космическую аномалию».

Младший лейтенант приложил руку к входной панели. Дверь с табличкой, на которой был изображен красный крест и гадюка, обвившая рюмку, бесшумно въехала в стену. Реппо прошел в просторный кубрик. Внутри кубрика находились врач Отто Эрлих и медсестра София Вассар. Эрлих что-то внимательно рассматривал в зеленоватых пробирках, а медсестра заносила данные в электронный журнал. На столе у медсестры стояла точь-в-точь такая же рюмка, что красовалась на табличке медпункта.

— О, младший лейтенант! Очень хорошо, что зашли! — произнес Отто с небольшим акцентом, отставил в сторону пробирки и пожал руку Аллану, — Я занес ваши медицинские показания в компьютер. Но у нас принято, каждый раз перед заступлением в наряд, проходить медосмотр. Вы уж извините, что забыли вас предупредить. Придется пройти осмотр сейчас. Ничего сложного. Спектрограмма генома, спермограмма, ну и экспресс анализ крови и выводящих трактов. Буквально полчаса. Софи вами займется, а у меня сейчас сложный анализ, которого ждет профессор Штангенциркуль.

— Прошу, Аллан, проходите за ширму, — стрельнув глазами в младшего лейтенанта, София указала Реппо в дальний угол кубрика, отгороженный синей шторой.

Аллан проследовал туда.

— Раздевайтесь!

— Полностью?

— Конечно полностью, наш робот-медбрат вам поможет снять комбинезон. Хьюберт!

На зов Софии появился слуга, такой же лысый и улыбающийся, как все роботы-грумы. Только одет, в отличие от других, он был не в желтый, а в белый блестящий комбинезон с красным крестом на спине. Через две минуты Аллан был полностью раздет и в смущении стоял голым перед Софи.

— Прошу Вас, прилягте на кушетку, мне надо взять ваши анализы, — нарочито громко сказала медсестра Вассар, пожирая глазами голозадого Аллана.

Реппо повиновался. Лишь только лейтенант улегся на кушетке, как София подошла к большому сенсорному экрану. На экране отобразился Аллан во всей красе накаченных мышц. Медсестра указала на экране пальцем на те участки тела лейтенанта, которые необходимо прозондировать. Реппо почувствовал легкие приятные пощипывания. Это мельчайшие нано-датчики из медицинского прибора диагностики жизненных параметров живой материи углубились в его тело и тут же вернулись, сообщив все необходимые данные. Показатели были отличные.

— Ну, что же… Все хорошо, — Софи жестом указала роботу Хьюберту удалиться, а сама присела на край кушетки и положила руку на живот растерявшегося Аллана.

— Софи! У Вас там все в порядке? — раздался голос доктора Эрлиха.

— Да, Отто, все хорошо! Я просто хочу провести лейтенанту сеанс антистрессовой терапии. После перелета и первого дежурства ему это не помешает.

— Да-да, Софи, вы молодец, что решили это сделать, — шторка отодвинулась, и с пробиркой в руках появился доктор Эрлих. Софи уже успела отойти от Аллана в сторону сенсорного экрана и тщательно делала вид, что рассматривает какое-то свечение на спектрограмме анализов Аллана.

— Продолжайте! Я к профессору Штангенциркулю, — шторка за Отто задвинулась, и через несколько секунд лейтенант услышал, что входная дверь в кубрик открылась и вновь закрылась.

— Может не надо никаких антистрессовых терапий? — Аллан вцепился в свой комбинезон, нервно пытаясь засунуть ногу в штанину, — Я и так прекрасно себя чувствую.

— Ну, что же вы, лейтенант! — засмеявшись, Софи правой рукой забрала у младшего лейтенанта комбинезон, а левой толкнула его на кушетку.

— Лежите смирно, — медсестра еще раз провела рукой по груди парня и, как бы невзначай коснулась его члена. Почувствовав нежные женские пальцы, член Аллана дернулся к его животу и застыл в напряженном ожидании. Густая краска пятнами пошла по щекам молодого космонавта-исследователя.

Пока Аллан краснел и проклинал свои животные инстинкты, Софи отошла к сенсорному экрану и нажала какую-то кнопку. Мгновенно ноги и руки парня в районе запястий и голеней оказались притянуты к кушетке прочными эластичными ремнями. Медсестра Вассар нажала еще одну кнопку, и новая партия ремней вжала тело лейтенанта в кушетку, полностью лишив его подвижности, а рот заполнила упругая эластичная масса кляпа. Аллан, как попавший в силок волчонок, зарычал и попытался дернуться в прочных путах ремней. Бесполезно. Только член парня стал еще прочнее и дотянулся почти до пупа.

— Ну, не надо так беспокоиться, — медсестра наклонилась над Алланом, и ее упругие груди в белом комбинезоне коснулись живота парня.

— М-м-мф! М-м-мф!!!

— А говорите, что у вас нет стресса, — нежная рука смахнула со лба Аллана выступившую каплю пота, — Вы знаете, мой мальчик, все эти биоэлектронные стимуляторы и микросенсоры не смогут никогда заменить живого тактильного общения индивидов. Вы же понимаете, о чем я говорю?

На пол упал коротенький белый халатик, и Софи стала расстегивать свой обтягивающий комбинезон. Она это сделала ловко, быстро и грациозно.

— Ну, вот, сейчас приступим к вашей релаксации, — обнаженная медсестра уже стояла в ногах беспомощного Реппо, а ее миниатюрная ручка потянулась к окаменевшему члену парня. Да и было от чего окаменеть. Для своих 60-ти лет София Вассар сохранила (естественно не без помощи регенерации органов) не только гибкость и стройность фигуры, упругость груди и шелковистость кожи, не говоря уже о девичьем овале лица, но самое главное она сохранила звонкость голоса. Хотя все же ее возраст выдавал снисходительно-наставнический тон, свойственный учителям средней школы, умудренных опытом и убеленных сединами.

Рука медсестры зажала в кулачок мужское достоинство младшего лейтенанта, сама же нимфа, расставив в стороны ноги, удобно оседлала колени неподвижного парня. Аллан даже зажмурился.

— М-м-мф! М-м-мф!! М-м-мф!!!

Реппо еще не успел открыть глаза, а влажные губы медсестры уже коснулись головки члена парня, ее язычок нежно и приятно защекотал крайнюю плоть.

— М-м-мф!!! — Аллан понял, что больше не в силах сопротивляться, и если бы не кляп и крепкие ремни, делающие его совершенно беспомощным, он бы уже давно сам овладел Софи и в довольно грубой форме. От нахлынувших чувств в ушах у парня зазвенело, а кровь бешено пульсировала в вене у виска. В ту же секунду Вассар, как бабочка вспорхнула с коленок парня и в одно мгновение натянула на себя комбинезон. Реппо еще не сообразил, что произошло, но путы, удерживающие его, исчезли. Вокруг парня уже суетился робот-медбрат Хьюберт, помогая надеть космонавту комбинезон и вынимая кляп изо рта Аллана. Звон в ушах Реппо не прекращался. Он, наконец, понял, что это звенит не в его ушах, а сработала сигнализация экстренного вызова медицинского персонала, которая включается при аварийных и чрезвычайных ситуациях.

— Софи!!! Скорее готовьте боксы для двух пострадавших!!! На куполе произошла авария, — через несколько секунд в медицинский отсек ворвался взволнованный доктор Отто Эрлих. Шесть солдат несли на руках двух техников, находящихся без сознания, на белоснежном полу яркой полосой обозначился кровавый след. Софи Вассар, уже полностью одетая, с серьезным лицом, отдернула шторку и устремилась к раненым. Реппо уже тоже пришел в себя.

— Доктор, может нужна помощь? — младший лейтенант дотронулся до плеча Отто.

— Вам уже сделали все процедуры? Если да, то самое лучшее Вам удалиться и не мешать! — резко ответил доктор, мельком посмотрев на лейтенанта, и продолжал отдавать распоряжения медперсоналу.

— Софи, Хьюберт! Поместите их в боксы, подключите аппараты искусственной крови и запускайте программу консервации и регенерации! — доктор указал на два медицинских бокса под стеклянными колпаками, куда должны были уложить пострадавших, истекающих кровью.

— Я все поняла, — медсестра кивнула доктору, одновременно одарив уходящего Реппо многообещающим взглядом. В коридоре роботы-полотеры уже стирали последние остатки пятен крови с белоснежных полов. Звон сигнализации прекратился, и уже через пять минут ничто не напоминало о случившемся ЧП.

* * *

Вместо того чтобы направиться в свой кубрик и отдохнуть после дежурства, Аллан остановился около кабинета капитана Зундлера и, немного поколебавшись, приложил руку к сенсорному звонку. Дверь бесшумно уехала в стену, и младший лейтенант услышал немного хрипловатый голос Зундлера:

— Войдите!

— Товарищ капитан, разрешите обратиться!

Капитан Зундлер, нахмурившись, сидел за столом перед монитором, на котором отображался ход работ на поврежденных участках купола.

— Проходите, Реппо! Вы, наверное, уже в курсе происшествия на куполе? Слава богу, ничего серьезного, просто у двух техников была плохо закреплена страховка, — капитан поднялся и протянул руку Аллану.

— Я как раз зашел узнать, не нужна ли моя помощь…

— Присаживайтесь, лейтенант, наши рабочие прекрасно справляются сами, и уже вечером все ремонтные работы будут прекращены, — Алекс указал Реппо на стул около стола, — Думаю, что Вы зашли не только задать этот вопрос? Или я не прав? Вы же не просто так копались во время дежурства в главном компьютере колонии-поселения? Кажется, пришло время поговорить откровенно…

Зундлер откинулся на спинку кресла и ожидал ответа лейтенанта, нервно постукивая пальцами по столу.

— Да, товарищ капитан, мне надо было сразу это сделать, но хотелось посмотреть на ситуацию со стороны, — Реппо достал удостоверение агента КСБ и протянул его Зундлеру.

— Я так и знал, что ты казачок засланный, однако думал, что под меня копает этот старый лис Эдвинсон, — Алекс раскрыл удостоверение Реппо и повел бровью, — А тут оказывается агент Космической Службы Безопасности, да еще и с неограниченными полномочиями. И чем же Зундлер мог заинтересовать КСБ?

Алекс вернул удостоверение Реппо, и вновь пальцы капитана нервно застучали по столу в ожидании ответа.

— Собственно к Вам, товарищ капитан, у КСБ претензий никаких нет. Мое задание — расследование случаев пропажи звездолетов в системе Ридли.

— Понятно, лейтенант. Подозревали вредительство? А Зундлер главный вредитель? — усмехнулся капитан.

— Я же уже сказал, что ни к Вам, ни к другим служащим колонии-поселения у КСБ претензий нет. Но причина пропажи кораблей должна быть раскрыта. И КСБ, товарищ капитан, рассчитывает на Вашу помощь?

— Хм, — Зундлер все еще недоверчиво смотрел на Аллана, — И чем же я могу помочь? В главный компьютер Вы уже и сами залезли. Хотите допросить служащих? Допрашивайте!!! Валяйте!!! Хотите отстранить меня от командования? Давайте!!!

— Товарищ капитан, я понимаю Ваше раздражение и признаю, что поступил неправильно, сразу не представившись Вам и не раскрыв свою миссию. Еще раз прошу прощения. Я ни коим образом не претендую на командование. Считаю, что Вы прекрасно справляетесь с ним. Я просто прошу по возможности оказать мне помощь в расследовании и, если из Центра придет разрешение для полета к месту пропажи кораблей, позволить мне быть в составе экипажа.

Аллан Реппо замолчал, и в кабинете воцарилось напряженное молчание. Зундлер что-то обдумывал. Наконец он поднялся из-за стола. Аллан тоже встал со стула.

— Что ж, лейтенант, я не буду препятствовать вашему расследованию. Не обижайтесь на мою раздражительность, мне и самому не приятна вся эта история, — Зундлер холодно протянул руку Аллану и ощутил его крепкое ответное рукопожатие.

— Товарищ капитан, еще одна просьба.

— Какая?

— Пусть все остается так, как есть. Прошу никому не рассказывать обо мне и моей миссии. Для всех я должен остаться обычным космонавтом-исследователем. Вы же понимаете, что у нас к КСБешникам очень часто относятся настороженно.

— Хорошо.

— Разрешите идти?

— Идите! Или у вас еще какие-то вопросы?

Аллан еще немного поколебался и вынул тонкий одноразовый электронный конверт из кармана комбинезона.

— Это просил передать капитан Фрикасс…

— Фрикасс? — капитан Зундлер почти выхватил конверт у Аллана, — Откуда?

Зундлер открыл конверт и принялся читать письмо. До этого суровые черты лица Алекса постепенно стали смягчаться, и к моменту, когда капитан закончил читать письмо, он даже улыбнулся.

— Невероятно! Значит ты сын Фрикасса? — наконец, Зундлер оторвал глаза от письма, и изумленно смотрел на Аллана. Как он раньше не разглядел в этом парне знакомые черты. Ну, конечно, этот же мужественный профиль, такие же зеленые глаза.

— Да, я его сын, — Реппо несколько смутился.

— Он ни разу не говорил о своей семье, но все знали, что она погибла…

— Погибла моя мать. Это было во время аварии на Лангурии, — при воспоминании о матери голос Реппо предательски дрогнул.

— Да… Тогда много погибло народа…

— Меня, четырехлетнего мальчика, в той неразберихе тоже посчитали погибшим, а на самом деле вместе с группой детей отправили на Землю. Потом были интернат, Академия имени Гагарина, Высшая школа КСБ… Я только недавно отыскал отца.

— Чего сразу не сказал, что ты сын капитана Фрикасса?

Аллан вздохнул и промолчал.

— Ладно, парень! Сработаемся! Знаешь, я же обязан твоему отцу жизнью…

* * *

После разговора с капитаном Зунлером Аллан Реппо решил все же добраться до своей каюты и немного отдохнуть от прошедшего дежурства.

— Стой! Ты куда? — младшего лейтенанта нагнал Остап Прокопенко.

— К себе.

— Пойдем, посидим немного, а то Софи так и не дала нам отметить твое первое дежурство. Я уже у Зоа все заказал.

— Ну, пойдем, — согласился Аллан и вслед за другом повернул в кают-компанию.

В это время дня в кают-компании было пусто. Свет был приглушен, и создавалось ощущение особого уюта. Столик, что накрыла Зоа, находился в дальнем углу, так что даже если кто и решил заглянуть сюда, он не помешал бы двум космонавтам-исследователям.

Зоа постаралась на славу. Для компании из двух человек на столе стояло слишком много изысков, графинчик с оранжевой жидкостью красовался в самом центре.

— Ого! И ты считаешь, что мы все это съедим? — Реппо скептически оглядел стол.

— Да ты еще ничего не пробовал, а уже возмущаешься. Лучше присаживайся и давай выпьем за твое первое дежурство.

Реппо покосился на Зоа, которая что-то делала у барной стойки.

— Может мы и Зоа пригласим?

— Давай! Нам женское общество не повредит, — Остап как-то заговорчески подмигнул Аллану, — Зоа! Посиди, пожалуйста, с нами! У Аллана сегодня первое дежурство было. Он тебя приглашает.

— А что же твой друг сам меня не пригласит? — ответила Зоа, не оборачиваясь.

Аллан уже в который раз за этот день густо покраснел. Эта инопланетянка почему-то смущала его. Неужели он запал на Зоа?! Реппо сам не верил себе, но это было так. Семигрудая красавица, словно услышала его мысли, хотя блок защиты чтения мыслей Реппо был включен. Зоа повернула к лейтенанту один глаз и призывно захлопала длинными ресницами-щупальцами. Два оставшихся глаза смотрели на пустые фужеры, которые официантка тщательно протирала салфеткой.

— Да-да, конечно, я Вас приглашаю, — выдавил Аллан, наконец, совладав со своей стеснительностью.

— Что ж, я с удовольствием с вами посижу, — нежными струнами зазвенел голос Зоа, — Только вот дверь прикрою.

Официантка пошла к входной двери и попыталась заблокировать ее. Над дверью в коридоре появилась надпись «Санитарный час». Зоа уже почти закрыла дверь, когда в кают-компанию буквально просочился амебоид Гоги. Или это был Поги? А черт их разберет!!!

— Поги, ты что не видишь? Санитарный час! — Зоа всем своим семигрудьем попыталась преградить путь амебоиду, но он совершил ловкий обход, и его студенистая зеленоватая масса уже расположилась около барной стойки. Псевдоподия приняла вид трехпалой руки и потянулась к рюмке.

— Эй, Поги! Иди к нам, — позвал амебоида Прокопенко, — У нас тут небольшой сабантуй. Ты же не против, Аллан?

Уже через минуту в четырех хрустальных бокалах переливалась янтарными бликами хмельная жидкость из графинчика. После второй рюмки за столом завязалась оживленная беседа.

— Попробуй вот это, — Прокопенко подсунул Аллану тарелку с какими-то белыми ломтиками, приправленными соусом.

— Похоже на сало, — Реппо с удовольствием уплетал один из ломтиков, — Зоа, что это? Вкуснотища! Со времен детства, когда гостил у бабушки в деревне на Земле, подобного не ел.

Девушка смущенно опустила глаза и загадочно улыбнулась.

— Да это и есть сало, — Остап зашептал на ухо удивленному Аллану.

— Но как? Откуда здесь взялось сало. Существует же запрет на экспорт сала за пределы Солнечной системы, — Аллан так же шепотом спросил у Прокопенко.

— Помнишь законсервированный уровень, ну мы там еще не пошли в дальний коридор…

— Помню…

— Так я там свиноферму организовал, только это строжайшая тайна. Кроме нас с Зоа никто об этом не знает. Если капитан Зундлер пронюхает, тут такое начнется! Я тебе завтра покажу нашу свиноферму… Только — молчок! Никому!

Прокопенко еще что-то оживленно продолжал шептать на ухо Аллану, но тот почти его не слушал. Все внимание молодого человека теперь занимала буфетчица-инопланетянка и то, что творилось около неё. Подвыпившая Зоа улыбалась и поглаживала гладкую поверхность амедоида Поги, который, прикончив графнчик, распластался по ее пышному синеватому семигрудью и нежно пощипывал его своими стрекательными клетками. Одновременно Зоа умудрялась одаривать многообещающим взглядом Реппо. Обнаглевший амебоид, уже не осознавая, что творит, направил свою псевдоподию прямо между ног девушки. Зоа вздрогнула от неожиданности, а затем застонала, закатив глаза, ее миниатюрные руки впились в амебоида. При виде этого, естество Реппо, заточенное в эластичном патрубке, напряглось и уперлось в ткань комбинезона.

Что дальше произошло, Аллан и сам не сразу понял. Распрямившись, как пружина, Реппо, вскочил из-за стола и, схватив Поги за псевдоподию, попытался отшвырнуть его от Зоа. Однако Поги, хотя и находился в состоянии опьянения, но был не из слабого десятка. Тут же Аллан ощутил на своем лице сильный резкий удар псевдоподии и нечто похожее на ожог от крапивы. Это еще больше завело младшего лейтенанта. Прокопенко пытался оттащить взбесившегося Аллана от амебоида, а Зоа пыталась остановить Поги. Тарелки со звоном посыпались на пол…

* * *

Злой и пьяный Реппо, пошатываясь, шел в свою каюту. Под его глазом разгорался приличный фингал. «Вот ведь сволочь, этот Поги! Да и Зоа тоже хороша… Вертихвостка!!! Вот так, верь после этого женщинам», — гневно размышлял про себя младший лейтенант.

— Аллан, миленький, надо приложить вот это, и к утру уже все пройдет! — за парнем бежала Зоа, быстро перебирая своими маленькими стройными ножками.

Реппо, не оборачиваясь, повернул за угол коридора и у входа в свою каюту наткнулся на Софи Вассар. Медсестра явно его поджидала. На остановившегося космонавта сзади налетела запыхавшаяся Зоа.

— Аллан, надо приложить вот это, — в руке девушки-улитек задрожала какая-то слизь рубинового цвета.

При виде Зоа Софи презрительно скривила губы. Потом перевела взгляд на Аллана и театрально схватилась за сердце.

— Боже, мой мальчик, у Вас ужасная гематома под глазом да еще и химический ожог!!! Хорошо, что я мимо проходила. Пойдемте в Вашу каюту, я окажу Вам необходимую помощь, — Софи попыталась вклиниться между Реппо и Зоа, при этом подтолкнув космонавта к двери его каюты. Буфетчица поняла маневр медсестры и дернула Аллана к себе за рукав комбинезона. Тут же Аллан ощутил, что по половине лица с синяком стала расплываться прохладная масса.

— Что вы творите! Дикарка!!! Понаберут тут всяких!!! Это же нестерильно!!! — возмутилась Вассар, и, оттолкнув локтем Зоа, с силой прижала ладонь Аллана к сенсорной панели. Дверь в кубрик открылась. Софи потянула растерянного Реппо в каюту, а на пятую грудь Зоа шлепнулась ее чудодейственная рубиновая слизь. Дверь закрылась…

* * *

Навстречу Аллану и Софи из-за стола поднялся робот-слуга.

— Добрый вечер, Аллан. Вы кажется выпили? У Вас синяк и ожог. Здравствуйте Софи, — как всегда улыбающийся и доброжелательный Джонс подошел к Алену и встал в ожидании указаний. Софи помогла присесть младшему лейтенанту, которого сморил напиток Зоа.

— Джонс, — обратилась к роботу Софи, — сбегайте в медпункт и попросите Хьюберта приготовить гемостатическую стабилизирующую нейтральную мазь с добавлением 10-ти процентов слабокислого адомантана. Он поймет.

— Извините, Софи, но я не могу оставить Аллана! — невозмутимо произнес Джонс.

— Джонс, у младшего лейтенанта гематома и химический ожог, ему нужна срочная помощь, а вы подвергаете его жизнь опасности! Он же может потерять зрение!!!

— Без приказа Аллана я не уйду. — Джонс был непоколебим, — Согласно правилам поведения роботов номер 30…

Лицо Софи на долю секунды исказила гримаса ярости, но она тут же совладала с собой и, состроив елейно-сладкую мину, обратилась к Реппо:

— Аллан, отдайте приказание своему груму.

— Да-да, Джонс, выполняйте поручение Софи, — захмелевший Аллан поспешил отдать приказ, почувствовав на своем плече руку медсестры.

— Хорошо, я быстро. — ответил робот и направился к выходу.

Когда Джонс удалился из каюты, уже ничто не сдерживало Софи:

— Вам надо прилечь, мой мальчик, я займусь вашей гематомой, — Вассар яростно срывала с Аллана комбинезон, — Только блокируйте дверь в каюту!

Не давая младшему лейтенанту опомниться, медсестра прижала ладонь Реппо к сенсорному экрану и заблокировала входную дверь. Аллан уже был не в силах сопротивляться натиску этой тигрицы. «Что за день! Эти женщины вьют из меня веревки», — подумал Аллан, впиваясь поцелуем в губы Софи.

В приглушенном свете каюты на белоснежном напольном покрытии скрестились в причудливой форме сиамских близнецов две обнаженные фигуры…

* * *

Джонс тридцать пятый раз приложил ладонь к сенсорному замку каюты Реппо. Дверь не открывалась, хотя мигающая лампочка показывала, что с замком все в порядке, он просто был заблокирован изнутри. Джонс уже стал волноваться и решил отправиться с докладом к Зундлеру, когда дверь отъехала в сторону, а на пороге появилась Софи Вассар, запахивающая медицинский халат и поправляющая прическу.

— Я принес мазь, Софи. Разрешите пройти в каюту.

— Давайте ее сюда. Джонс! Вас только за смертью посылать!!! Где вы шляетесь?! Аллана надо уложить в постель, а вы так долго несете мазь! — артистизма медсестре было не занимать.

— Я уже 10 минут пытаюсь открыть дверь.

— Хватит пререкаться! От вас толку, как от неисправного чайника!

— Не надо меня оскорблять, Софи, — невозмутимо парировал Джонс, войдя в каюту и взглянув на впопыхах одетого и часто дышащего Реппо, сидящего за столом, — Если я робот, то это не значит, Софи, что я не понимаю, зачем вы меня отослали. Аллан, вы надели комбинезон задом наперед.

— Ну, если вы это понимаете своими синтетическими мозгами, то не могли бы погулять еще часок по нашей замечательной колонии-поселению, пока я закончу процедуру и уложу младшего лейтенанта спать? — Софи состроила елейную улыбку.

— Я, как помощник, согласно пункту 25 правил, разработанных для роботов-грумов, не могу оставить Аллана в каюте одного, — затянул привычную песню Джонс.

— Аллан! Ну, вы то чего молчите?!! Черт побери! — медсестра уже начала терять самообладание.

— Софи, он прав… — уже протрезвевший Ален поправил сбившийся рукав своего комбинезона… — Его место в каюте, пока я здесь.

— Но я так не могу!!! Он будет постоянно на меня пялиться!!! Придумай что-нибудь!!! — Софи уже была готова закатить истерику по-настоящему.

— Не надо ничего придумывать, — Джонс неожиданно сам предложил решение проблемы, — Просто я стану на подзарядку. Я смогу тогда находиться в каюте, контролировать все жизненно важные показания спящего Аллана и ничего не увижу, так как при зарядке роботы нашей модели переходят в режим ожидания.

Джонс открыл дверцу шкафа, где стояли два неподвижных секс-робота. Рядом с ними была еще одна ниша, в которую Джонс уперся спиной и замер, как статуя, перейдя в режим зарядки и ожидания. Софи закрыла зеркальную створку шкафа и обернулась к Аллану. В ее глазах сверкнула звериная искорка.

— Неудобно как-то с Джонсом получилось, — Аллан подошел к Софи и притянул ее к себе.

— Ничего, переживет, — она поцеловала его и тут же отстранилась, — Тебе, мой мальчик, надо обработать рану. Сейчас нанесем мазь, а завтра и следов от кровоподтека не будет.

Нежные руки медсестры стали втирать мазь в багровый фингал под глазом парня.

— Ты знаешь, я еще раз просмотрела твои показания, у тебя немного повышен уровень электролитов, — Софи закончила наносить мазь и присела рядом с Аланом на кровать, — видимо несколько разбалансирован реабилитационный блок твоей кровати. Ты же пользуешься им?

— Да, пользуюсь…

— Давай я его посмотрю.

Аллан разблокировал пульт управления кроватью, и медсестра стала просматривать его режимы работы.

— В принципе все нормально, просто в тонких настройках кровати надо было выбрать вот эту опцию. Она будет применять особый режим сна раз в неделю. Этого вполне будет достаточно для нормализации твоего гомеостаза. Всё! Я его настроила. Давай попробуем? Раздевайся, мой мальчик… — нежный пальчик Софи проделал путь от щеки младшего лейтенанта до района паха, где под комбинезоном бугрился детородный орган парня. Аллана не надо было долго упрашивать. Через минуту его комбинезон валялся на полу каюты. Медсестра тоже сбросила с себя халатик и тонкий белый комбинезон.

— Закрой глаза, — Софи зажала ладошкой глаза Реппо и нежно подтолкнула его к кровати, — Не подглядывай и не двигайся!

Поцелуи медсестры покрыли грудь, живот и достигли паха парня. Медсестра подняла руку Аллана и прикоснулась его ладонью к панели над кроватью. Кровать тихо зажужжала, и тело младшего лейтенанта приподнялось над ее поверхностью. Аллан почувствовал, что его сжало в прозрачной пористой оболочке промежуточного кокона. В отличие от всех предыдущих пеленаний никаких трубок, масок и приспособлений к телу Аллана не протянулось.

Вокруг младшего лейтенанта закружились широкие тонкие эластичные бинты. На этот раз упаковка была гораздо плотнее, а слой бинтов раза в три толще обычного. Голова Аллана тоже была плотно забинтована. Открытыми остались только нос и глаза парня. Наконец, процесс пеленания завершился, и совершенно обездвиженное тело космонавта застыло над кроватью. Незабинтованным также остался возбужденный член Аллана. Далее Реппо услышал легкий хлопок, и его обездвиженное тело поверх бинтов сжал плотный непрозрачный бесшовный кокон черного цвета. Раздался второй хлопок и еще один прозрачный блестящий кокон завершил упаковку. Тело космонавта опустилось на кровать. Теперь после упаковки открытыми остались только нос Аллана и его уже изнемогающий от напряжения член. Сквозь прозрачную оболочку кокона Аллан увидел наклонившуюся над ним улыбающуюся Софи.

— Не волнуйся, мой мальчик! Это просто профилактическая процедура, — обнаженная медсестра уже оседлала окаменевший член Аллана. Поверх кокона, поглотившего Реппо, Вассар восседала, словно наяда на блестящем сказочном дельфине, несущим ее по волнам океана плотских наслаждений…

* * *

Теперь, после откровенного разговора с Алланом, когда все точки над «i» были расставлены, капитан Зундлер мог немного успокоиться и даже расслабиться. По заведенной еще лет двадцать традиции Алекс проверил дежурную службу и, убедившись, что все нормально, направился в свою каюту. Сегодня он решил плюнуть на все и основательно выспаться, чего он не делал уже месяца два. Алекс приложил ладонь к сенсорному замку. Дверь бесшумно отъехала в стену. Робот-грум Стэнли с лучезарной улыбкой шагнул ему навстречу.

— Добрый вечер, капитан!

— Привет, Стэнли. Ничего, что я сегодня пораньше?

— Это просто замечательно, капитан! У меня для вас сюрприз.

— Сюрприз? — Зунлер успел разглядеть за спиной слуги празднично накрытый стол.

— Да! Сегодня десять лет вашего знакомства с Джессикой. Я заказал у Зоа праздничный ужин.

«Неужели я уже десять лет занимаюсь любовью с этой резиновой куклой?!!» — грустно подумал Зундлер и тут же в испуге пощупал свой блок блокирования мыслей. Он оказался включен. Алекс с облегчением вздохнул и улыбнулся Стэнли. Капитану не хотелось обижать преданного и такого ранимого слугу, пусть даже он и не был живым существом.

— Как я мог это забыть!

— Ничего страшного. Стэнли все помнит, особенно теперь после замены моего правого полушария, — попытался пошутить робот и постучал себе кулаком по лбу.

— Я только умоюсь, Стэнли, а ты активируй Джессику. Я мигом, дружище, — капитан похлопал рукой по плечу улыбающегося слуги и зашел в санузел.

Когда Алекс Зундлер вернулся, то на его кровати сидела очаровательная блондинка в бюстгальтере и бикини. Это была Джессика — секс-робот модели F-77. Тактичный Стэнли, чтобы не мешать удалился на подзарядку.

— Алекс, мы снова увиделись, я так соскучилась по тебе! — Джессика, разметав волосы по оголенным плечам, кинулась на шею к капитану, — Стэнли сказал, что у нас юбилей.

Зунлер прижал к себе тонкий стан «девушки» и ощутил ее упругий бюст. Джессика поцеловала Алекса в губы. Латексная кожа секс-робота ничем не отличалась от кожи тех девиц, которых он еще в молодости любил по пьяному делу лапать в гаванских барах. Такая же шелковистая и теплая, нежная, как у младенца. Зундлеру не раз по ночам снились эти стройные мулатки. Однако в Джессике чего-то не хватало. Но чего? Наверное, каких-то неуловимых флюидов, которые заставляют мужчину и женщину, как в омут головой, безрассудно бросаться в объятья друг друга. Зундлер понял это, когда не ощутил ничего от страстного, на первый взгляд, поцелуя Джессики.

* * *

Следующий день для Реппо был выходным. После утреннего построения, с разрешения Зундлера, Аллан решил более подробно изучить показания бортового компьютера в надежде обнаружить еще каких-либо важные показания, зафиксированные в момент пропажи кораблей. С этой целью младший лейтенант направился в Серверный блок. Остап Прокопенко, у которого тоже был выходной, расстроенный вчерашним инцидентом в кают-компании, увязался за Алланом.

— Аллан, ну я-то причем? Чего ты на меня обижаешься, будто это мы с тобой дрались…

— Да не обижаюсь я на тебя! Просто у меня дело сегодня. Мне надо вникать более подробно в работу главного компьютера. Капитан мне разрешил сегодня посидеть в серверной, просмотреть документацию и архивы, — сухо ответил Аллан и потрогал то место, где еще вчера красовался фингал. От кровоподтека, как и заверила Вассар, не осталось и следа. Следа-то не осталось, а вот неприятный осадок от происшествия остался. Вдобавок ко всему младший лейтенант совершенно не спал ночь. Еще бы! Софи покинула его только перед самым подъемом.

— А я хотел тебе показать свиноферму… Мы же вчера договаривались… Ладно иди, — Остап повернулся и, понурив голову, пошел в противоположную от Аллана сторону.

«Блин, чего это я, злюсь на него? — Реппо стало стыдно за свое поведение, — Мы же действительно договаривались! Сам накосячил с этим Поги, а теперь на хохла вину пытаюсь спихнуть!»

— Стой, Остап! — младший лейтенант нагнал друга, — Пойдем на твою ферму, а в Серверную я после загляну.

— От, вже дело говоришь, — Прокопенко расплылся в улыбке, и парни направились к лифту.

Обитатели станции превратили коридор, ведущий к законсервированному уровню в склад, где хранилось всевозможное старье, предназначенное на утилизацию. Там друг на друге лежали поломанные роботы старых моделей, уже лет десять как списанные, какие-то блоки от приборов и еще куча всякого барахла. Лавируя между всем этим, парни дошли до конца «склада». Там была еще одна дверь.

Прокопенко приложил руку к сенсорному замку, и дверь бесшумно отъехала в стену. В ту же секунду из-за двери под ноги ничего не подозревавшего Реппо кинулось какое-то существо, оглашавшее пустой зал невероятным визгом. Аллан был сбит с ног, а Прокопенко, матерясь, кинулся вслед за этим гнусным созданием. Пока обескураженный Аллан поднялся с пола, Остап уже появился из-за кучи обломков, которые раньше назывались секс-куклами, с черным поросенком на руках.

— И как только шельмец там оказался, наверное, привязь порвал! — говорил Остап, поглаживая за ухом черноглазого поросенка, который от удовольствия тихо похрюкивал.

Парни прошли внутрь.

Прокопенко развернулся на славу. В бывшей кабине для дегазации и дезактивации, рассчитанной на 50 человек, теперь в специальных загонах на привязи содержались не менее 20 свиней и поросят. При этом хохлу удавалось содержать свое хозяйство в идеальной чистоте.

— Ну, точно оторвался! — Прокопенко подошел к одному из загонов, где отделяющая сетка была опрокинута, а на полу валялся порванный поводок.

— И как ты только справляешься с этим хозяйством? Тебе же еще и дежурить надо? А здесь работы я смотрю много, — поинтересовался Аллан, оглядывая хозяйство Остапа.

— А голова на что? — хохол хитро подмигнул Реппо.

Привязав поросенка, Остап подвел Аллана к еще одной двери и открыл ее. Там оказалась стандартная каюта. Вместо койки там были стол и два стула. На стульях сидели два робота в оранжевых комбинезонах. По их неподвижным позам было понятно, что оба находятся на подзарядке.

— Вот, из того, что списано, сам собрал, — предупреждая вопрос Аллана, Прокопенко с гордостью указал на роботов, — Надо их перепрограммировать, чтобы одновременно на зарядку не уходили.

Остап подошел к одному из роботов и нажал на кнопку у него за ухом. Черепная коробка робота открылась, как крышка шкатулки. Поколдовав там немного, Остап довольно потер ладони.

— Вот! Теперь порядок!!! Следующий раз они будут подзаряжаться порознь.

— А как же ты кормишь эту ораву свиней? — опять поинтересовался Аллан.

— Да Зоа меня снабжает остатками еды из столовой и буфета. Она же и на солдат, и на обслуживающий персонал готовит, и в кают-компании успевает! Золото- баба, работящая и красивая, как наши хохлушки! Не будь она улитечкой, давно бы женился на ней, — огорченно вздохнул Остап. Реппо тоже понимающе вздохнул.

Остап мог бы еще час рассказывать Аллану про свиноферму, и как там все устроено, но младшему лейтенанту все же удалось убедить друга, что серверную надо посетить сегодня…

* * *

Реппо приблизился к серверному блоку и набрал код доступа. Через несколько мгновений код был принят, но потребовалась дополнительная идентификация сетчатки глаза. Аллан поглядел в считывающее устройство, однако после процедуры идентификации дверь не открылась, а на панели высветилось сообщение: «Код принят. В доступе отказано. Требуется подтверждение капитана Зундлера». Тяжело вздохнув, космонавт-исследователь направился назад в жилую зону.

Остановившись возле каюты капитана, Аллан осмотрел себя: комбинезон и вся амуниция были в порядке. Реппо решительно нажал на кнопку звонка. Пришлось изрядно подождать, пока на вызов Аллана открыл робот-грум Зундлера.

— Что вам угодно, Аллан? — вежливо осведомился улыбающийся Стэнли, протискиваясь в едва приоткрытую дверь. — Капитан сейчас немного занят и не может с вами поговорить.

Из каюты доносились приглушенные звуки, похожие на невнятный шепот. Аллану показалось, что он даже различил мелодичные нотки голоса Зоа.

— Хорошо, я зайду через час, — немного поморщившись, нарочито громко сказал Реппо и, резко развернувшись, направился в кают-компанию. Его предположение по поводу Зоа подтвердилось — над входом в кают-компанию горела надпись «Санитарный час». Пнув закрытую дверь ногой, уже раздраженный Аллан направился в свой кубрик. «А чего, собственно говоря, я бешусь, — рассуждал он про себя, ходя по каюте перед глазами недоумевающего Джонса, — Никаких обязательств у Зоа передо мной не было. Подумаешь, стрельнула пару раз глазами, да задела плечо сиськой. Навыдумывал сам себе Дульсиней — дам сердца. Если так пойдет, то скоро с ветряными мельницами сражаться буду».

Его мысли прервал стакан с синей жидкостью, возникший у Аллана перед глазами. Это Джонсу удалось вклиниться между нервно вышагивающим по каюте младшим лейтенантом и стеной.

— Выпейте, говорят, хорошо помогает при сердечных делах, — грум сунул в руку Реппо стакан.

Аллан одним залпом осушил его содержимое. В стакане был какой-то алкогольный коктейль. Через несколько минут Реппо действительно стало лучше. Успокоившись, он присел за стол и стал пересматривать свои записи в электронном блокноте, сделанные во время дежурства.

* * *

Зундлер прошел идентификацию, и неширокая переборка двери Серверного блока с легким шелестом отошла в сторону, открывая проход к консоли управления. Капитан жестом пригласил Реппо пройти внутрь.

— Располагайтесь, изучайте, — сухо сказал он и удалился. Алекс явно был недоволен.

«Подумаешь, обиделся, что из теплой постели от улитечки вытянули, — съязвил про себя Аллан, — С самого уже, наверное, песок сыплется, а всё туда же! О службе надо думать, а не нежиться с бабами!!!» Тут же Аллану стало стыдно за свои мысли. Он понимал, что в нем просто говорит обида и ревность за то, что Зоа обладал кто-то другой, а не он.

Реппо закрыл за собой дверь и, протиснувшись между стойками, сел в кресло перед большим монитором. Здесь он снова ввел свой идентификационный код и сделал запрос. Получив данные, лейтенант начал изучать информацию о всех пропавших кораблях за последние два года. Всего таких кораблей оказалось восемь. Правда, два корабля пропали еще в начале прошлого года. Их судьба была уже известна. Они были захвачены космическими пиратами, причем в совершенно другом квадранте. Все обошлось: и команду, и корабли удалось освободить силами КСБ. Один корабль пропал в новогоднюю ночь. О нем тоже все известно. Пьяная команда отключила автопилот и пыталась перейти с одних суперструн на другие в неположенном месте и с превышением допустимой скорости телепортации. В результате корабль врезался в астероид. Все погибли. Остались пять кораблей. Все они следовали в разные места, но проходили через одну и ту же станцию дозаправки и, как следствие, определенный участок их маршрута мог совпадать. Однако это еще не говорило ни о чем конкретном. Реппо сделал новый запрос, на этот раз он решил отразить пути следования всех пропавших кораблей на карте. Через 5 минут перед младшим лейтенантом предстала довольно обширная карта, пришлось еще немного помудрить с запросом, чтобы выделить интересующий его участок. Наконец, после получаса работы перед Алланом предстал небольшой участок маршрутов кораблей в звездной системе Ридли, в котором пути всех четырех звездолетов максимально приближались друг к другу. Удовлетворившись поиском, Реппо отправил данные на печать и покинул серверный блок. Теперь надо было в тишине проанализировать все данные.

* * *

Реппо сидел в одиночестве в кают-компании. Чтобы ничто не мешало думать, он отключил переговорное устройство и отправил Джонса на внеочередную подзарядку. Аллан снова и снова перелистывал отчет о пути следования кораблей и изредка отпивал из большой кружки горячую маслянистую жидкость, по вкусу напоминающую кофе. Мысли младшего лейтенанта были полностью сосредоточены на небольшом кусочке информации, который ему удалось вычленить из официальных источников.

Аллан разложил на столе распечатанные листы карты и включил преобразователь объема. В неровном мерцании появился объемный макет звездного неба от Буксона до планеты Кабук. Пять светящихся ниточек пересекали карту в разных местах — это были маршруты пропавших кораблей. На преобразователе объема младший лейтенант ввел координаты интересующего участка звездного неба, и он подсветился изнутри пространства карты небольшим кубиком.

«Значит все они летели через этот квадрант, и четыре звездолета из пяти пропали где-то в этом районе. Что-то должно было находиться там… Что-то, что могло повлиять на корабли… Так… Но в базах данных ничего конкретного в этом районе не значится, просто небольшой кусочек космического пространства, ни планет, ни космических станций, — размышлял Реппо, отхлебывая очередную порцию напитка. — Большую часть времени команда таких кораблей проводит в своих спальниках, распаковываются они на дозаправку или в экстренных случаях. Дозаправка у них уже была, это достоверно установлено, а когда они возвращаются в коконы? Через 4 часа после старта, так, это приблизительно здесь».

Аллан специальным маркером поставил на карте светящиеся точки на трассах кораблей: «Надо будет поискать в этом районе, может быть удастся найти хотя бы обломки кораблей. Как вариант, там может быть аномалия, вызывающая перегрузку системы или еще что-то». Особняком от этих кораблей стоял звездолет «Мурена-77», пропавший последним. Его маршрут был смещен на пару световых дней, и не вписывался в общую картину.

Размышления Аллана прервал Прокопенко. Хохол вбежал в кают-компанию и, размахивая руками, затараторил:

— Ну, брат, тебя не дозовешься, ты что, видключил свой коммуникатор? Там это, того, сигнал наши радисты поймали, от корабля, ну который пропал…

Аллан вскочил с кресла:

— Что? — переспросил он. — Поймали сигнал где, когда?

— Пийшлы до Зундлера, он все расскажет!

Аллан быстро сложил все свои распечатки в папку, и вместе с Остапом они поспешили в кабинет капитана. Алекс Зундлер сидел в кресле и сосредоточенно вглядывался в монитор, когда в кабинет зашли Прокопенко и Реппо. Он кивнул обоим и жестом указал на экран.

— Двадцать минут назад пришел сигнал, слабый, но отчетливый. На связь никто не выходит.

Аллан склонился над монитором. Согласно данным корабль находился на орбите планеты Z-6592 в звездной системе Ридли.

— Это опять звездолет «Мурена-77»? Последний пропавший корабль? Это же они сообщали, что приняли решение совершить вынужденную посадку на законсервированную перевалочную базу на планете Z-6592 и ждать помощи, — поинтересовался Реппо.

— Нет, это «Арабеск-19». Он пропал первым.

— А «Мурена-77»? Она должна быть там же?

— От нее сигналов не поступало.

«Первый из пяти? Странно… Значит два корабля находятся около этой планеты…», — подумал Аллан. Это по космическим меркам было довольно далеко от маршрута звездолета «Арабеск-19».

— Что вы намерены предпринять? — уже вслух спросил он у Зундлера.

— Час назад пришло разрешение из центра на проведение эвакуации команды звездолета «Мурена-77». А так, как это тот же самый район, откуда «Арабеск-19» подал сигнал бедствия, то и карты нам в руки. Мой заместитель старший лейтенант Кузнецов с командой техников уже готовят звездолет «Зевс-1564» к вылету. Сейчас я буду формировать группу, и уже завтра мы вылетаем туда.

Аллан хотел было спросить, но Зундлер опередил его:

— Младший лейтенант Реппо, Вы уже включены в группу, готовьтесь. Получите на складе скафандр-комбинезон для дальних перелетов.

— Спасибо, — ответил Реппо, — в таком случае, я отправлюсь готовиться к вылету.

— Да, идите, готовьтесь. Это же будет для вас первая подобная экспедиция, — согласился Зундлер.

В своей каюте младший лейтенант еще раз просмотрел данные о маршруте корабля. Получалось, что «Арабеск-19» находился на орбите планеты Z-6592, отклонившись от маршрута на пару световых дней. Данных в базе «Межзвездного справочника космонавта» о Z-6592 было немного: «Небольшая планета вдали от трасс следования звездолетов. Вращается вокруг красного гиганта, пригодна для жизни гуманоидов. На планете располагается законсервированная станция».

Получалось, что намеренно прилететь туда корабль «Арабеск-19», конечно, мог. Но вот зачем? Гораздо ближе в случае аварийной ситуации было лететь в сторону такой же, пригодной для жизни планеты A-777. Тем более там тоже существует законсервированная станция, а рядом пролегают маршруты многих звездолетов, и им бы не составило никакого труда оказать помощь кораблю «Арабеск-19». Аллан нахмурился, ему не давал покоя звездолет «Мурена-77». Что-то здесь было не так. Реппо еще раз посмотрел на маршрут следования корабля. «Так, а где поступил сигнал бедствия?» — Аллан сделал расчеты и поставил пятую светящуюся точку на свою карту, — «А здесь у нас эта самая планета Z-6592». Планета ярко засветилась на карте. «А что, если сделать вот так?», — Аллан трехмерным циркулем очертил сферу, в центре была планета, а радиус сферы был равен расстоянию до места, где «Мурена-77» подала сигнал бедствия. Все пять точек на трассах кораблей точно оказались на поверхности сферы. Получалось, что именно планета Z-6592 могла быть источником аномалии, а очерченная сфера является внешней границей аномалии, однако это предположение пока ни чем другим не подтверждалось. Предстоящий полет к планете Z-6592 должен будет разъяснить эту загадку.

«Надо будет завтра перед вылетом сообщить Зундлеру о своих догадках», — подумал Реппо, стягивая с себя комбинезон. Услужливый грум помог ему с костюмом, осведомившись при этом:

— Аллан, не желаете ли воспользоваться секс-роботом?

— Нет, спасибо, Джонс, — слегка улыбнувшись, ответил младший лейтенант, — Мне достаточно развлечений, тем более завтра ответственный полет.

— Как угодно, — бесстрастно ответил грум, — Но перед полетом, Вам необходимо снять стрессовое напряжение и получить защиту от перегрузок. Я задам соответствующий режим.

Аллан лег на кровать. Джонс набрал код на панели управления. Тело младшего лейтенанта взмыло вверх, и уже привычная для космонавта прозрачная пористая оболочка покрыла его промежуточным коконом.

Голову Аллана обхватила плотная шлем-маска прозрачная в районе глаз, в рот зашел кляп, пропитанный витаминным составом. Прибор очистки организма от радионуклидов реликтового излучения опустился на живот космонавта. Гибкий шланг от прибора зашел в анальное отверстие парня и стал заполнять кишечник гелеобразной массой, абсорбирующей в себя плоховыводимые радиоактивные соединения. Одновременно с этим начался массаж простаты. Второй шланг прибора плотно сжал мужское достоинство Аллана. Член парня стал наливаться и твердеть, а трубка, обхватившая его, часто завибрировала.

Широкие бинты, струящиеся из упаковочного автомата, в мгновение ока превратили тело космонавта в подобие египетской мумии. Приятная нега стала распространяться по телу Аллана. Одновременно хотелось спать и разрядить куда-то свою сексуальную энергию. Легкое приятное покалывание по всему телу сообщило космонавту о том, что мельчайшие капилляры, которыми были снабжены бинты, уже проникли в кожу и питают специальным составом его тело.

Наконец, Аллан, кончил. Трубка перестала вибрировать. Однако бинтование тела не прекратилось. Еще один слой бинтов покрыл и без того обездвиженное тело парня. Бинты были ярко-зеленого цвета. Они должны были обеспечить пропитку слоя кожи Реппо защитным составом, помогающим переносить перегрузки при перелетах по суперструнам. Покалывание несколько усилилось, и Аллан почувствовал, что по телу разливаются приятные теплые волны. Тело космонавта все еще продолжало парить над кроватью. Грум тем временем уже приготовил для Аллана спец-саркофаг цвета хаки. Бинтование продолжилось. Третий слой плотных бинтов, слипающихся в монолитную массу, создавал непроницаемую оболочку вокруг тела Аллана, чтобы обеспечить особый температурный режим внутри кокона. Очертания плотно прижатых к телу рук уже были слабо различимы. Кокон на глазах становился твердым, как будто был сделан из пластика. Наконец, мумия Аллана опустилась в саркофаг. Джонс застегнул молнию. Всего этого Аллан уже не чувствовал и не слышал. Он спал безмятежным сном младенца. Джонс вздохнул. Ему так не хотелось разлучаться с Алланом. «Жаль, что грумов не берут на борт космических кораблей», — подумал робот-слуга и стал на подзарядку. До отправления к таинственной планете Z-6592 оставалось ровно 12 часов.

* * *

Реппо быстрым шагом приближался к космической пристани. Там его уже ждали Зундлер, Остап Прокопенко, Гоги, профессор Абрам Иосифович Штангенциркуль, сержант и четверо рядовых. Все, кроме профессора, были облачены в черные боевые комбинезоны. Профессор, одетый в темно-синий комбинезон космонавта-исследователя, увлеченно рассказывал Прокопенко про необычных восьмекрылых бабочек с планеты Катрапс, подсовывая ему под нос красочный каталог. Бедный Остап уже смирился со своей участью и уныло механически кивал головой профессору. Чуть поодаль стояли доктор Отто Эрлих и Софи Вассар, в своем серебристом походном скафандре. Доктор наставлял медсестру, не забывая при этом левой рукой поглаживать ее бедро. Софи, в свою очередь, копалась в объемистой сумке с большим красным крестом и, наигранно смеясь, кивала Эрлиху.

Вдруг Реппо почувствовал, что кто-то смотрит ему в спину. Младший лейтенант оглянулся, за стеклом перехода из обитаемого уровня к техническим отсекам он увидел Зоа и Джонса. Аллан помахал им рукой. Они ответили. Джонс, какой-то жалкий и осунувшийся, точно махал младшему лейтенанту, а вот Зоа смотрела куда-то в сторону и улыбалась. Посмотрев направо, Аллан заметил, что красотке Зоа машет Зундлер, посылая ей в ответ воздушные поцелуи. На груди Зундлера поблескивал амулет, который все время носила Зоа. Нахмурившись, младший лейтенант приблизился к группе военных и сухо поприветствовал собравшихся. Солдаты отдали честь младшему лейтенанту, а улыбающийся Зундлер крепко пожал ему руку:

— Ну что, готов? — спросил он у Аллана, изредка бросая взгляд на застекленный переход.

— Так точно, товарищ капитан, готов, — отчеканил Реппо и тоже украдкой посмотрел на переход. Зоа уже не было, один Джонс в унынии наблюдал за отправкой команды. Реппо даже стало жалко своего верного слугу, и младший лейтенант еще раз помахал ему.

— Ну, тогда загружаемся, — возвысив голос, Зундлер отдал распоряжение, — Слушай мою команду: «К погрузке на корабль приступить!»

Солдаты во главе с сержантом быстро зашли в звездолет и направились в специально отведенный для экипажа отсек, вслед за ними на корабль поспешили Гоги и Прокопенко. За ними, все еще пытаясь что-то рассказать Остапу, проковылял профессор.

— Эй! Аллан, пойдем, — Остап, махнул рукой другу, и Реппо уже было последовал за ним, но Зундлер мягко придержал младшего лейтенанта.

— Лейтенант, я бы хотел напомнить, что эта спасательная экспедиция, а не прогулка по Луне, прошу, не нужно самодеятельности. Капитан Фрикасс в свое время спас мне жизнь, и мне не хотелось бы, что бы с его единственным сыном что-то произошло. Я себе этого не прощу, — в голосе Зундлера проскользнули какие-то новые нотки, не сухие командирские, а скорее мягкие отеческие.

— Я вас понял, товарищ капитан, — ответил смутившийся Реппо, — Не стоит беспокоиться.

Вся вчерашняя обида на Зундлера из-за Зоа куда-то мигом улетучилась.

— Софи! Поторопитесь, корабль не будет ждать вас бесконечно! — капитан решил поторопить медсестру.

Спохватившись, Софи Вассар быстро захлопнула сумку, чмокнула в щеку Эрлиха и поспешила ко входному люку звездолета. Оказавшись на корабле, Вассар грациозно продефилировала вдоль солдат, уже разместившихся в креслах по бокам коридора, зашла в медотсек и заняла свое кресло рядом с профессором Штангенциркулем. Как только медсестра зашла в отсек, Зундлер и Реппо последовали следом. Люк звездолета «Зевс-1564» медленно закрылся.

На борту корабля Зундлер занял место второго пилота рядом с Прокопенко, Реппо помедлив, подошел к командиру.

— Товарищ капитан, разрешите обратиться, вчера я обнаружил некоторую интересную особенность… — далее Аллан со всеми подробностями описал Зундлеру свои исследования и обнаружение границы вокруг планеты Z-6592, при пересечении которой пропадали корабли. — Я думаю, что это сильное импульсное излучение, похожее на реликтовое, выводит из строя разгонные двигатели и, возможно, частично средства связи.

— Понятно, — внимательно выслушав Аллана, кивнул головой Зундлер. — Что же предложит наш пилот? — эти слова были обращены к Остапу Прокопенко, который все это время внимательно слушал.

— Я думаю, что в этом квадранте, — Остап указал место на маршруте следования звездолета, — нам надо отключить импульсные ускорители разгонных двигателей.

— Но тогда мы не сможем перестроиться на нужные суперструны, — парировал Зундлер.

— На нужные суперструны мы переключимся ранее, вот тут. Ну, потеряем мы три космических дня, зато двигатели останутся целыми. А вот от этой точки мы уже по инерции долетаем к планете Z-6592. Там уже маневровыми. Им не страшны всплески реликтовых структур.

— Согласен, — Зундлер кивнул головой, — Ну, а назад как возвращаться?

— Вот назад, проблема, — почесал затылок Прокопенко. — Можно на маневровых долететь по ходу движения вот этой суперструны сюда. Здесь, под влиянием вот этой черной дыры, мы естественным образом ускоримся, а вот тут мы покидаем границу, что нам указал Аллан, и облетаем опасную зону по вот этому маршруту.

— Но это же лишних пять дней. — возразил Зундлер.

— Другого способа я не вижу. — развел руками Прокопенко.

— Хорошо, принимаем этот план, — согласился Зундлер, — Давай, Остап, вноси изменения в программу полета.

Прокопенко склонился над панелью управления и стал производить расчеты и вводить нужные команды. Аллан занял место рядом с Гоги, застегнул ремни и надел шлем. Гоги недовольно «поглядел» в сторону Реппо, припоминая недавнюю драку в кают-компании, но ничего не сказал.

— Ну что, все готовы? — наконец, через десять минут ожидания Аллан услыхал голос Прокопенко в наушниках. — Тогда взлетаем.

Получив разрешение на взлет, небольшой, но достаточно быстрый корабль «Зевс-1564» двинулся по стартовому тоннелю и вскоре покинул силовое поле станции. Реппо наблюдал в монитор, расположенный перед креслом, как корабль отдаляется от станции.

«Приготовиться к режиму разгона, всем занять свои места», — раздалась команда в наушниках у членов экипажа. Реппо проверил надежно ли закреплены ремни и положил руки на подлокотники. Вскоре он почувствовал, как края его кресла начали раздуваться, запечатывая младшего лейтенанта в прочный защитный кокон. Аллан немного повернул голову в сторону Гоги и увидел, что тот начал изменяться. Его биоскафандр, еще недавно напоминавший по очертания фигуру человека, преобразовался в эллипсоид, расположившийся в кресле, которое тоже изменилось и запечатало эллипсоид в кокон. Не прошло и десяти секунд, как плотный защитный кокон полностью поглотил Аллана в своем чреве.

Когда весь экипаж был подготовлен к скачку, световые двигатели корабля «Зевс-1564» зажглись, и судно постепенно сжалось в небольшую точку, а затем и вовсе исчезло.

* * *

Корабль перешел в режим торможения, после чего команда начала выходить из состояния стазиса. Защитный кокон еще не открылся, но Аллан уже почувствовал, как нагрузка начинает ослабевать. Через 30 минут края кресла опали, освободив лейтенанта. Гоги тоже принял форму гуманоида и, теперь, так же как и Реппо, наблюдал открывавшийся в мониторе пейзаж. Вдалеке вокруг ярко-красного шара медленно плыли три крупных планеты разных цветов, к одной из них и был направлен корабль. Реппо взглянул на часы, отсчитывающие на его мониторе время полета. Как и предполагал Остап, полет продлился на три дня дольше.

— Полет прошел нормально. Поздравляю. Все показатели корабля в норме. Полное торможение продлится 2 часа, — Аллан услышал голос Зундлера, — К указанному времени всем быть готовым!

Через 2 часа корабль медленно плыл на орбите безжизненного спутника второй планеты, как оказалось, корабль «Арабеск-19», с которого поступал сигнал о бедствии, находился на орбите этого спутника.

— А вот и он, — сказал Зундлер, увидев в мониторе транспортный корабль. Капитан нажал кнопку переговорного устройства. — Младший лейтенант Реппо, что вы об этом думаете?

— Внешних повреждений не обнаружено, стыковочные узлы визуально в порядке, думаю необходимо состыковаться и исследовать корабль, — отрапортовал Аллан после нескольких минут изучения корабля на своем мониторе.

— Согласен. Прокопенко, проведите сканирование корабля и активируйте стыковочные механизмы, — в наушниках экипажа немного механически прозвучал голос Зундлера.

— Есть провести сканирование. — Прокопенко принялся исследовать корабль на расстоянии, после чего доложил.

— Капитан! — Реппо услышал взволнованный голос Остапа, — Это не «Арабеск-19»! Это «Мурена-77»!!!.Тут еще какая-то ерунда творится. Смотрите, капитан, вот еще слабый сигнал и вот, и вот!

— Спокойно, лейтенант! — в голосе Зундлера промелькнули металлические нотки, — В системах из трех планет возможен эффект эха сигнала. Еще раз проверьте показания.

— Есть, — ответил Прокопенко, и на некоторое время наступило напряженное молчание. Наконец, Остап, ответил. — Капитан, это не эхо. Это сигналы от еще четырех кораблей. Они где-то рядом, здесь, на орбите. Сейчас усилю сигнал и попробую идентифицировать их.

— Хорошо, — отозвался Зунлер. — Младшие лейтенанты Реппо и Гоги, подойдите в капитанскую рубку.

Опять напряженное молчание. Аллан и Гоги поднялись и проследовали в капитанский отсек. В это время Остап уже закончил идентификацию.

— Вот смотрите. Корабль перед нами — «Мурена-77». Вот там, — Остап указал обратную сторону спутника, — «Арабеск-19». А вот здесь на орбите самой планеты Z-6592 еще три корабля. «Орхидея-17», «Клеопатра-7» и «Гермес-9». Похоже, что они состыкованы вместе.

— Так… Значит все пять пропавших кораблей здесь, — задумчиво протянул Зундлер и забарабанил пальцами по подлокотнику кресла, что означало его крайнюю обеспокоенность. — Остап, попробуй связаться с ними.

— Пробовал, никакой реакции.

— Гоги, вы что-нибудь можете сказать?

— От планеты Z-6592 исходит слабое излучение третьего порядка, — зазвучал механический голос мыслепреобразователя. — Но это нормально для данной части вселенной. Единственное, что меня смущает, это сильный остаточный след от реликтового излучения. Причем, источник излучения, по моим ощущениям, на планете Z-6592.

— Этого не может быть! Источник излучения не может исходить из планет, только если… — Зундлер задумался. — Что предлагаете? — Алекс посмотрел на Реппо.

— Думаю, что надо начать с «Мурены-77», раз уж она перед нами.

— Я тоже согласен с Алланом, — кивнул головой Прокопенко.

— Действуем, но только предельно осторожно. Что-то очень не нравится мне это пристанище грузовых кораблей, — согласился Зундлер.

Прокопенко запустил команду детального дистанционного обследования корабля. Через десять минут на его мониторе высветились все показатели «Мурены-77».

— Докладываю, корабль обесточен, система жизнеобеспечения на минимуме, стыковочные узлы транспортника не отвечают, задействовать механизм аварийной стыковки?

— Разрешаю. — отдал приказ Зундлер.

Корабль «Зевс-1564» подплыл к темной махине грузового судна «Мурены-77» и начал медленно выпускать стыковочный рукав. «Готовиться к высадке», — в наушниках раздался голос капитана. После того как все члены команды надели шлемы и проверили костюмы на герметичность, Зундлер отдал команду вскрыть люк.

Мощная дверь шлюзовой камеры открылась, и воздух с шумом устремился в пустоту. Двое солдат осторожно прошли по стыковочному рукаву к грузовому кораблю и принялись исследовать его люк. Найдя разъем внешнего управления шлюзом, они подключили ручной терминал и попытались открыть его. Однако механизм не отозвался.

— Товарищ капитан, рядовой Иванов, докладываю! Люк заблокирован, на команды ручного управления не отвечает, — отрапортовал один из солдат.

— Понял вас, Иванов. Оставайтесь на месте. Ничего не предпринимайте! Сейчас постараемся помочь. Младший лейтенант Прокопенко, разберитесь с системой! — последовал ответ Зундлера.

— Есть, товарищ капитан, — Остап медленным тяжелым шагом намагниченных ботинок начал двигаться по стыковочному рукаву к солдатам.

Подойдя к шлюзу, он принялся изучать пульт ручного управления. Попробовав несколько команд, Прокопенко вскрыл небольшую дверцу на корпусе корабля и принялся там копаться среди мельчайших проводов. После нескольких минут работы, совместными усилиями Прокопенко и рядовых, люк грузового корабля поддался и нехотя, с натугой, отошел в сторону, открывая путь в темное зияющее чрево грузового судна. Настала очередь оперативной разведывательной группы.

— Сержант Жу-Чень, слушай мою команду. Исследовать шлюзовую камеру и прилегающие территории.

— Есть товарищ капитан.

В темноту камеры один за другим залетели два шаровидных робота-разведчика и принялись передавать данные на мобильный пульт управления сержанту. Через минуту роботы-шары вылетели обратно. На пульте сержанта, наконец, высветилось сообщение «Уровень опасности — 0,1». Теперь по приказу сержанта двое солдат проскользнули внутрь и принялись еще раз осматривать стыковочную камеру, только после этого сержант дал добро на продвижение всей группы.

* * *

Наконец, команда исследователей оказалась внутри корабля. Несколько роботов-шаров разлетелись по коридорам и отсекам вести мониторинг состояния. Система жизнеобеспечения явно функционировала, однако прежде чем снимать шлемы следовало убедиться в безопасности атмосферы. Софи раскрыла свою сумку и вытащила портативный газоанализатор.

— Софи, сколько времени займет подробный анализ? — поинтересовался Штангенциркуль. Профессор был серьезен и сосредоточен.

— Около двух минут, гер профессор, ответила ему медсестра. Через полторы минуты она продолжила, — Похоже, что настройки системы жизнеобеспечения были нарушены. Концентрация углекислого газа значительно повышена и влажность слишком высокая. Дышать можно, но возможен дискомфорт. Думаю, что систему удастся настроить, используя центральный пульт управления.

На плоском командирском планшете Зундлера отобразилась схема коридоров и отсеков грузового корабля «Мурена-77». Показатели от роботов-шаров высвечивались в отдельном экране.

— Разгерметизации нет. Оперативный мониторинг не выявил вредных примесей газов. Движения внутри корабля не обнаружено, — констатировал Зундлер и первым снял свой шлем. Затем вся команда последовала его примеру. Сделав пару вдохов, Реппо почувствовал легкое головокружение, после очищенного и сбалансированного воздуха из баллона здешняя атмосфера показалась ему слишком тяжелой.

— Ну, вперед, к мостику! — скомандовал Зундлер. Сержант сделал знак двум солдатам, и те с плазмобластерами на перевес начали продвигаться к центру корабля.

Корабль казался пустым. В коридорах никого не было, только лампы аварийного освещения изредка мигали неровным синим светом над шлюзовыми камерами. До рубки добрались без приключений, ни одна дверь не была заблокирована, все исправно работало, следов боя внутри корабля тоже видно не было.

На мостике команда расположилась на отдых. Был выставлен караул. После короткой передышки Гоги и Прокопенко занялись кораблем. Не прошло и пары минут, как система освещения и жизнеобеспечения заработала в полную силу. Софи Вассар вновь включила газоанализатор и стала отслеживать параметры воздуха.

— Через полчаса атмосфера придет в норму, сказала Софи, изучив данные с газоанализатора. — С вами все хорошо, гер доктор, мне не нравится ваш вид?

— Не стоит беспокоиться, милая Софи, со мной все будет хорошо! Все это напомнило мне один случай, когда я был в душных джунглях планеты Эпсилон, когда же это было, лет двадцать назад. Мы тогда изучали поведение Звездокрылки обыкновенной. Ну вы понимаете, Аллан, о чем речь. Так вот…

Софи нежно улыбнулась Штангенцтркулю, который тяжело дыша и покрывшись испариной с увлечением рассказывал о своих приключениях в поисках какой-то Звездокрылки. Минут через десять дышать действительно стало легче.

— … и когда мы уже были готовы её схватить, у меня ломается автосачок, а я сам поскальзываюсь на Хлородоме зеленой! — Абрам Иосифович так живо жестикулировал руками, что все, включая Зундлера, прыснули со смеха.

— Извините, профессор, но нам пора, — капитану пришлось прервать бесконечный рассказ Штангенциркуля о джунглях планеты Эпсилон.

— Да-да, конечно, — спохватился профессор и по привычке стал шарить по столу капитанской рубки в поисках очков.

— Ах, милый профессор, когда же вы согласитесь на процедуру омолаживания? Это же не больно и не занимает много времени, — засмеялась Софи, — Молодое тело, это же так хорошо!

— Мне и в моем старом теле думается не плохо. Оно мне дорого, как память о прожитых годах, — парировал профессор, наконец, под общий смех команды найдя очки у себя на лбу.

Зундлер сформировал три команды, которые начали более масштабное исследование корабля. Первую он возглавил лично, командиром второй был назначен Аллан Реппо, третьей руководил Прокопенко, Штангенциркуль остался в капитанской рубке координатором.

Вассар оказалась в одной группе с Реппо. Его это несколько стесняло, так как медсестра все время была рядом и под разными предлогами то касалась рукой его ладони, то невзначай прижималась грудью к его плечу. Целью группы Аллана был медотсек и прилегающие служебные помещения.

Немного поплутав мимо трансформаторных, запечатанных хранилищ с медикаментами и сухим пайком, команда вышла к медотсеку. Оказалось, что он прекрасно функционировал, а в карантинном боксе, были включены ультрафиолетовые лампы и организована подача газовой смеси и воды.

— Странно, — сказала Софи, осматривая бокс, — зачем их включили, да еще и в таком режиме.

— А что такое? — поинтересовался Реппо, аккуратно снимая со своей руки ладонь Софи.

— Ну дело в том что в этом свете изрядная доля ультрафиолета, обычному человеку было бы не слишком комфортно в таких условиях, — как бы не замечая действий Аллана, Софи вновь сжала его пальцы в своей руке. Аллан вновь высвободил руку и, пожав плечами, принялся осматривать шкаф с медицинскими инструментами. В это время раздался сигнал переговорного устройства Софи, а на мобильном планшете медсестры появилось лицо профессора.

— Софи, милочка, — послышался из динамика скрипучий голос Штангенциркуля, — не могли бы вы прибыть на мостик. Капитан Зундлер обнаружил одну пассажирку в жилых комнатах, и кажется ей нужна медицинская помощь.

— Пассажирку? — одновременно переспросили Реппо и медсестра, переглянувшись между собой.

— Да, именно так он и сказал, — подтвердил профессор.

— Идем скорее, здесь и так видно, что ничего и никого нет. Потом настроим правильно освещение, — Вассар потянула Аллана за рукав комбинезона.

Их небольшая группка поспешила на мостик.

«Странно, — размышлял Реппо на обратном пути, — пассажирка, здесь, на грузовом корабле?»

* * *

Команда, состоящая из двоих солдат-пехотинцев, под руководством Зундлера начала обследование жилой зоны. Пройдя несколько отсеков, они оказались в зоне стазиса. Здесь на твердых лежаках располагались толстые спальники-коконы, в которых команда должна была мирно спать большую часть пути. Все коконы оказались пусты, но в то же время было понятно, что их использовали. В следующем отсеке располагались каюты, использовавшиеся членами команды в период стыковок на заправочных станциях и в другое время, когда люди не спали. Летающий робот-шар пролетел мимо кают, и на мобильном планшете Зундлера появилась надпись: «Присутствия гуманоидов не обнаружено. Биологическая активность зоны 20 %».

«Что за дурацкое сообщение», — подумал капитан, — «Если никого нет, то откуда может быть биологическая активность? Опять эти разработчики аппаратуры не настроили правильно роботов. Хотя осторожность не повредит». По сигналу Зундлера группа медленно продвигалась вперед. Алекс с солдатами уже прошли мимо этого отсека, когда слева в одной из кают что-то загремело. Зундлер предостерегающе поднял руку. Все замерли. По знаку капитана один из солдат, обернувшись, осторожно приоткрыл дверь. Внутри каюты было темно, Алекс дал, было, знак солдату двигаться внутрь, но тут они услышали стон, потом долгий и протяжный вздох, следом последовала мольба:

— Помогите, — еле слышно прошептал кто-то внутри каюты.

Солдат шагнул внутрь и начал шарить по комнате лучом фонарика, встроенного в бластер. В дальнем углу каюты луч света выхватил из темноты силуэт девушки. Она сидела на полу, обхватив колени руками, лицо ее было бледно, вокруг глаз проглядывали большие темные круги. Она сильно жмурилась, пытаясь защитить глаза от внезапно появившегося яркого света. Зундлер шагнул к девушке и протянул ей руку. Она взглянула на него с опаской, но руку приняла и попыталась подняться. Получилось это у нее только со второго раза, когда капитан поддержал ее за плечи.

— Кто вы, и что тут случилось? — спросил Зундлер недоуменно.

— М-меня зовут Нетлл. Я здесь совсем одна… Они все ушли… Они все ушли и бросили меня здесь совсем одну, — казалось, незнакомка сейчас разрыдается.

— Ничего не бойтесь, мы спасательная команда, все будет хорошо, идемте, — попытался успокоить девушку Зундлер. Затем, поддерживая Нетлл за плечи, Зундлер в сопровождении солдат проводил ее на капитанский мостик. Параллельно Алекс вызвал Софи из медотсека для осмотра Нетлл.

* * *

Когда Реппо в сопровождении медсестры поднялся на мостик, он увидел таинственную незнакомку. Она оказалась невысокого роста, на ее худом бледно-голубом лице, обрамленном соломенно-желтыми волосами до плеч, выделялись большие зеленые миндалевидные глаза, занимавшие чуть ли не пол-лица. Внешность незнакомки, как и ее появление здесь показались Аллану весьма удивительными. Раньше он не встречал гуманоидов подобного вида. В это время, медсестра принялась исполнять свой врачебный долг.

— Бедняжка, — проговорила Софи и, подойдя к девушке, направила на нее медицинский сканер, который извлекла из большой медицинской сумки. При виде устройства и без того огромные глаза Нетлл еще больше расширились. Она вскрикнула и прижалась к Зундлеру, спрятав лицо у него на груди. Алексу на секунду показалось, что он ощутил слабый запах душистого свежескошенного разнотравья, а перед глазами были не волосы незнакомки, а струящиеся под ветром степные ковыли. «Как же долго я не был на Земле, уже даже запахи мерещатся», — с горькой улыбкой подумал капитан.

— Не бойся, милочка, это всего лишь медицинское оборудование, — попыталась успокоить незнакомку Софи, и погладила ее по волосам. От прикосновений девушка еще больше задрожала и всхлипнула.

— Нет, нет, нет! Не надо!! Пожалуйста!!! Не забирайте меня! Я не хочу… Эти коконы, они пугают меня. Пожалуйста, увезите меня отсюда.

— Какие коконы? — удивилась Софи и оглядела присутствовавших. В это время профессор Штангенциркуль выразительно повертел рукой у виска.

— Это видимо последствия шока, — авторитетно заявил он, — Бессвязная речь, бред и возможно галлюцинации, все как обычно.

Софи понимающе кивнула, не желая пугать девушку, она запихнула сканер обратно. В конце концов, похоже, что найденная инопланетянка чувствовала себя вполне сносно, в физическом плане, по крайней мере.

— Тише, Нетл, тише, — успокаивал ее Зундлер. — Я же сказал, что теперь с тобой все будет хорошо. Идем, тебе нужно прилечь и отдохнуть.

— Нет! Не оставляйте меня!!! Коконы!!! Они заберут меня!!! — незнакомку трясло, ее кожа принимала оттенки от бледно-голубого до фиолетово-синего, она пыталась схватить Зундлера за руку своей трехпалой ладонью.

— Мы не оставим тебя, с тобой побудут Софи и профессор Штангенциркуль.

— Нет! Вы, останьтесь со мной, пожалуйста, — она умоляюще посмотрела в глаза Зундлеру. Тот улыбнулся ей, нежно погладил по голове и сказал:

— Хорошо, я буду с тобой, — с этими словами он провел Нетлл в медотсек и уложил на кушетку. С первых минут их встречи он почему-то проникся к ней чувством симпатии, и теперь ему было приятно защищать и утешать ее, быть рядом с ней. Инопланетянка так и заснула, сжимая в своей маленькой синюшной, почти детской руке широкую грубую ладонь Зундлера.

— Интересно, Абрам Иосифович, какой она расы? — шепотом, чтобы не разбудить Нетл, спросила Софи у профессора.

— Даже и не могу предположить, — в тон медсестре прошептал Штангенциркуль, — Очень похожа на уилохейцев, но этот синий цвет кожи и огромные глаза? Я должен подумать. В моем мозгу много информации, но ее надо найти. Вы сделали ее медицинские анализы?

— Нет, гер профессор, она так разволновалась, что я опустила эту процедуру.

— Софи, постарайтесь сделать анализы, когда она придет в себя, — задумчиво проговорил Штангенциркуль и нахмурил лоб, что-то вспоминая.

* * *

Наконец, инопланетянка забылась беспокойным сном. Алекс аккуратно высвободил свою руку из цепких пальцев Нетлл и на цыпочках покинул медотсек. Оставив Нетлл спать в медотсеке под присмотром медсестры и профессора, Зундлер направился на мостик.

— Итак, — начал он, — сержант Жу-Чень, доложите обстановку!

— Корабль исследован, кроме единственной инопланетянки других живых существ на корабле нет, опасных грузов не найдено, грузовые отсеки заполнены, — отрапортовал сержант.

— Значит версия с пиратами отпадает… Прокопенко, что там с двигателями и системой жизнеобеспечения?

— Корабль сможет сделать прыжок, но тильки один раз. На бильше его заряда световых пушек не хватит.

— Младший лейтенант Реппо, что вы скажете?

— Ситуация выглядит довольно подозрительной, вроде бы все цело и груз, и корабль, в то же время, странная пассажирка при отсутствии команды. Такое впечатление, что команда сама покинула корабль. Плюс еще этот бред инопланетянки о каких-то коконах. Я думаю необходимо тщательно изучить весь корабль, найти причину изменения курса и исчезновения команды. Единственное, что я могу предположить, это либо экипажи всех пяти кораблей находятся в одном из транспортников, либо они спустились на саму планету и обосновались на законсервированной базе. Самое логичное — это сделать второе, оттуда можно уже связаться с центром. Однако никаких сигналов с базы не было.

— Ну что же, — Зундлер побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, — Необходимо исследовать корабли. Если это ничего не даст, то спуститься на законсервированную базу, но все делать предельно осторожно. Младший лейтенант Реппо, назначаетесь старшим группы по исследованию кораблей.

— Есть, товарищ капитан!

— В группу исследования также входят младшие лейтенанты Прокопенко и Гоги, плюс три солдата. Для передвижения между кораблями будете использовать один из спускаемых модулей-капсул корабля «Мурена-77». Прокопенко, подготовите капсулы для передвижения. Завтра же вам надлежит отправиться к кораблю «Арабеск-19», благо он рядом и полностью исследовать его. Если там никого не окажется, то сразу отправляетесь на орбиту планеты Z-6592 к сцепке из трех кораблей «Орхидея-17», «Клеопатра-7» и «Гермес-9».

— Есть!

— Я, Софи, профессор и сержант Жу-Чень с оставшимися солдатами временно остаемся на орбите астероида в сцепке кораблей «Зевс-1564» — «Мурена-77». Тем более надо еще подробнее расспросить Нетлл, которая будет под наблюдением Софи в медотсеке. Группе исследования постоянно оставаться на связи со мной.

— Капитан, позвольте мне быть в группе исследования. Если понадобиться спускаться на планету, то я могу им быть полезен, — все обернулись на немного скрипучий голос профессора Штангенциркуля.

— Согласен… К группе исследователей еще добавляется профессор, — немного помолчав, продолжил Зундлер.

* * *

Прошло еще полдня. Полет группы к кораблю «Арабеск-19» ничего нового не принес. Все те же безжизненные отсеки и никакого намека на присутствие экипажа. Опять неисправность двигателей, и почти нулевой заряд световых пушек.

Аллан связался с Зундлером и сообщил ему о результатах исследований.

— Изымайте корабельный журнал и следуйте далее к планете Z-6592, — Аллан увидел лицо Зундлера в плоском экране устройства связи, встроенного в его скафандр, — И не забывайте действовать предельно осторожно.

— Понял. Команда уже задраила стыковочный узел корабля. Отправляемся к планете Z-6592. До связи.

Через пять часов сине-зеленый шар планеты Z-6592 уже полностью закрывал пространство перед юрким посадочным модулем, где располагалась группа исследователей.

— Гоги, доложите обстановку.

— Слабый фон третьего порядка и не более, — затрещал мыслепреобразователь амебоида, — Всплесков энергии нет!

— Понял. Остап, где корабли? — Реппо обеспокоено взглянул на Прокопенко, который отлично справлялся с управлением капсулы.

— Сейчас… Немного терпения, и ты их увидишь, — посадочный модуль по эллиптической орбите стал облетать планету. Из-за ее кромки показался красный шар звезды, вокруг которой вращалась планета. В ярких лучах отчетливо прорисовались черные силуэты трех состыкованных грузовых кораблей.

— Вот и они, голубчики, — Остап от удовольствия потер ладони, — Точно вылетели к ним.

— Всем приготовиться к стыковке, — отдал команду Реппо и тут же связался с Зундлером, — Капитан, корабли в пределах видимости, разрешите состыковаться?

— Разрешаю.

— Понял. Когда состыкуемся, я свяжусь дополнительно.

Махина конструкции из трех кораблей уже была совсем рядом. По сравнению с ней маленькая капсула казалась воробьем рядом со слоном.

— Остап, подгоняй к стыковочному узлу.

— Есть, шеф, — Остап улыбнулся и капсула, маневрируя между узлами ближайшего корабля, подлетела к его стыковочному узлу. Капсула медленно заплыла в узел, и все услышали специфический металлический скрежет.

— Есть стыковка, — доложил Прокопенко, — Аллан, это «Клеопатра-7». Датчики показывают, повреждений и разгерметизации нет.

— Понял. Всем проверить амуницию! Рядовой, — Аллан повернулся к ближайшему из солдат, — отправляетесь со мной. Остальным оставаться на местах до особого распоряжения.

Дверь шлюзовой камеры открылась легко, но Аллан подал солдату знак не входить в черную пустоту корабля. Два юрких робота-шара залетели вовнутрь. Ждать пришлось долго. Наконец на мониторе в руках Аллана высветились схема расположения отсеков и результаты мониторинга состояния. «Биологическая активность- 0 %. Уровень безопасности 98,3 %. Уровень энергии -2%».

— Пойдем, — младший лейтенант сделал знак солдату, и они вошли в черную бездну. Быстро пробрались в капитанскую рубку. Никого. Аллан запустил энергоустановку, и внутренние коридоры и пространство капитанской рубки корабля осветились приятным голубоватым светом.

— Прокопенко!

— Слушаю.

— Здесь все чисто. Никого. Похоже, что та же история. Перебирайтесь сюда. На сегодня хватит полетов. Остаток дня посвятим изучению журнала и проверке работы двигателей.

— Понял.

Сзади послышался грохот и смачное матерное выражение. Аллан обернулся на голос солдата. Тот лежал между капитанской рубкой и дверью.

— Что такое, рядовой?

— Извините, товарищ лейтенант, поскользнулся на какой-то хрени!

— На чем ты еще там мог поскользнуться, — Аллан подошел к уже поднявшемуся солдату и оглядел пол. В одном месте на нем была лужица чего-то гелеподобного.

— Постой, — Аллан поднес экспресс-анализатор. Высветилась надпись: «Вещество опасности не представляет. Для полного анализа состава нужно 3 минуты».

— Эй, вы чего тут нашли? — в проходе в капитанскую рубку появились Остап, Гоги и профессор. Сзади из-за плеча Штангенциркуля заглядывали два солдата.

— Осторожно, здесь что-то разлито, — Аллан сделал предостерегающий знак рукой. — Может Абрам Иосифович нас просветит в этом вопросе. Вот тут формулы. Что это? Я в химии, честно говоря, не силен.

Реппо показал Абраму Иосифовичу формулы, выданные экспресс-анализатором.

— Так-с, молодой человек, дайте посмотреть, — профессор посмотрел на формулы, потом на Аллана, потом опять на формулы.

— Так что это?

— Ну, как вам сказать, — замялся Штангенциркуль и опять пристально посмотрел на Аллана.

— Да не тяните, говорите, как есть!!!

— Здесь есть: аскорбиновая кислота, кальций, холестерин, холин, лимонная кислота, фруктоза, дезоксирибонуклеиновая кислота, витамин В12, глутатион, инозит, молочная кислота, спермин, мочевина, гиалуронидаза, гиалуроновая кислота, пировиноградная кислота, пиримидин, спермидин, мочевая кислота, ионы цинка, хлора, натрия…

— Профессор! Говорите проще!!! — поморщился от обилия терминов Аллан.

— Ну, если проще, то это семенная жидкость, или сперма. Причем человеческая, — профессор вновь пристально уставился на Аллана.

— Что? Да не смотрите Вы так на меня! Мне это конечно льстит, но не моя это сперма и не солдата!

— Да я ничего и не думаю, — профессор, улыбнувшись, пожал плечами. — Только откуда она могла здесь взяться, если никого кроме вас здесь не было?

Во время этого диалога Прокопенко и двое солдат, схватившись за животы, откровенно ржали.

— А я и не знал, Аллан, что ты у нас за раз можешь пол-литра спермы выработать, — все еще смеясь, Остап подошел к Реппо, — Гигантище! То-то к тебе Софи все клинья подбивает!!! Ха-ха-ха!!!

— Прекрати! Не смешно!!! — Аллан весь красный сжал кулаки.

— Ну не злись, тебе это не идет! — Прокопенко похлопал по плечу Аллана.

— Причем тут «злись — не злись»! Ты хоть сам понимаешь абсурдность ситуации? Команды нет, а на полу пол-литра спермы разлито.

Через минуту смеялись уже все, включая профессора и самого Реппо.

* * *

Как и следовало ожидать, все три корабля, подобно «Мурене-77», оказались совершенно пустынны. Вся команда бесследно исчезла. Даже все спускаемые капсулы находились на своих местах. Как и положено, Аллан подробно сообщил о своих исследованиях капитану Зундлеру.

— Я думаю, что все же команда находится на законсервированной станции, на планете Z-6592, — сидя в кресле капитана грузового корабля «Клеопатра-7», младший лейтенант Реппо докладывал Зундлеру об обстановке. — Завтра с новыми силами предполагаю осуществить спуск на планету в маневровой капсуле. Чудес не бывает. Должны же где-то находиться люди. 20 человек- это не иголка в стоге сена.

— Как дела у профессора? — искаженный помехами голос Зундлера показался Аллану немного взволнованным.

— Он провел полный анализ жидкости, оказалось, что она принадлежит минимум пяти различным людям. Причем обнаружены жизнеспособные сперматозоиды, а их срок жизни, насколько я помню, ограничен максимум 72 часами. Значит, еще трое суток назад кто-то из членов команды звездолетов был здесь. К тому же на кораблях опять похожая ситуация с медицинскими отсеками. Повышенная влажность, ультрафиолет. Странно… А как ведет себя Нетлл?

— Пока девушка находится под присмотром Софи, вроде ей уже лучше, но ведет она себя весьма странно. Только Софи пытается измерить жизненные показания Нетлл, как с девушкой случается припадок. Похоже, ее пытали, от этого и патологическая боязнь приборов. Мы так и не смогли идентифицировать Нетлл ни с одной из известных нам рас. Без профессора, как без рук.

— Профессор пока тоже не может припомнить что-то определенное. Хотя, у него создалось впечатление, что он уже встречался с подобной расой. А что с нашей высадкой на планету Z-6592?

— Даю добро на спуск. Только еще раз предупреждаю. Осторожность — превыше всего!

— Понял.

— Конец связи, — монитор погас.

Аллан Реппо остался сидеть в кресле капитана и неспешно потягивал еще не успевший остыть чай. В голове его роились мысли, которые он пытался упорядочить. Что-то странное было в этой ситуации, сигнал о помощи, отсутствие команды это все можно было объяснить, но вот Нетлл, как тогда она попала на грузовой корабль. На таких судах ходили в основном мужчины, должности повара тут тоже не было, да и зачем он, если большую часть пути команда дрыхнет. Правда, бывали случаи, когда некоторые члены команды подхватывали космических жриц любви на станциях заправки. Корабли этого класса не могли нести на себе большой запас горючего, из-за чего в скорости их планировалось полностью заменить. Либо это могла быть беженка из дальних миров. Таковые частенько пытались быстро пробраться в центральные системы в поисках лучшей жизни, минуя карантин и долгое оформление документов. Реппо нажал вызов на рации, встроенный в его комбинезон и проговорил:

— Младший лейтенант Гоги, пора заступать на вахту.

— Есть, — послышался трескучий голос, и через несколько минут амебоид появился в капитанской рубке.

— Я сменю тебя через 4 часа, — сказал Аллан амебоиду и вышел из рубки.

По пути в свою каюту Аллан связался с Прокопенко, тот все еще изучал систему запуска двигателей, все они были повреждены.

— Я думаю, что из трех всё же можно будет собрать один, — Прокопенко подытожил свои исследования.

— Остап, иди спать. Завтра предстоит спуск к законсервированной станции на планету Z-6592.

— Да я еще часок…

— Никаких «ещё». Спать!

* * *

Будильник пронзительно зазвенел. Реппо открыл глаза и нехотя принялся расстегивать спальный мешок. Четыре часа прошли, как один миг. Поднявшись с кровати, Аллан быстро умылся влажными салфетками и принялся натягивать свой походный комбинезон. Подсоединив все трубки и контакты, он застегнул центральную молнию и вышел из каюты. В коридоре было пустынно и темно. Реппо шел в капитанскую рубку, по пути его следования начали зажигаться лампы, освещая небольшой участок пути.

На мостике Реппо застал Гоги, растекшегося по приборной панели. Амебоид явно дрыхнул. Аллан кашлянул и, сделав вид, что не заметил сна Гоги, поприветствовал амебоида:

— Как дела? Не скучал? Все было спокойно? Какие-нибудь сигналы поступали?

Амебоид стек на пол с приборной панели и принял человекообразную форму.

— Никак нет, за период дежурства никаких сигналов не поступало, нарушений в работе систем не выявлено. Единственное, один раз я почувствовал кратковременно излучение третьего порядка с планеты, принесшее след от реликтовых всплесков.

— Вольно, — скомандовал Реппо, — Разъясни подробнее.

— Излучение третьего порядка, это нормально. Но реликтовым излучением может обладать только звезда, или его можно искусственно генерировать.

— Искусственно?

— Да, только мощность генератора должна быть слишком велика. Таких еще в природе не существует.

— Спасибо, можешь идти.

Амебоид бодрым шагов вышел за дверь рубки. Как только дверь закрылась, амебоид растекся по полу и быстро заструился в сторону кают.

«Это ты, Гоги, так думаешь, что не существует. А работы в этом направлении велись уже лет двадцать. Даже были созданы пара образцов, и вроде даже испытаны… Только вот судьба их не известна», — Аллан хорошо помнил про эти образцы, так как один из вопросов на его выпускном экзамене был связан с аппаратурой генерации излучений. — «Ах, как бы мне сейчас пригодились архивы КСБ… Как же называлась эта аппаратура? Что-то похожее на „Ветер“, „Смерч“… Нет… „Бриз“! Точно „Бриз!“», — думал Аллан, покачиваясь в кресле и просматривая судовой журнал. С виду все было нормально, что и казалось странным в такой ситуации, вылет, дозаправка, еще одна и вот корабль здесь без экипажа, но с грузом, почему тут, почему энергии так мало, почему состыкован еще с двумя. Много вопросов и нет ответов. Реппо начал просматривать журнал заново. Ага, вот оно, нестыковка времени. Необходимо посмотреть подробные записи. Аллан ввел запрос на почасовую детализацию судового журнала. Через пару минут пришел ответ.

Теперь картина начала проясняться. В детальном отчете было показано, что капсулы покидали несколько раз корабль и возвращались назад. Вот и стыковка с другим кораблем. Явно кто-то копался в журнале и пытался стереть следы ненужных записей. Итак, теперь лейтенант частично мог восстановить картину происшедшего. Получалось, что экипаж все же спустился на планету.

Замигал монитор, и на большом экране появилось лицо Алекса Зундлера.

— Аллан, как там у вас обстановка?

— Все нормально, я тут обнаружил некоторые нестыковки в судовом журнале, — Реппо подробно рассказал капитану о своих открытиях.

— Неужели пираты? — задал риторический вопрос Зундлер.

— Спустимся увидим… Еще один вопрос, капитан. А по каким причинам была законсервирована станция на планете Z-6592?

— Ну, точно мне не известно. Это тебе скорее надо узнавать у своих коллег КСБешников. Она изначально находилась в их ведомстве. Все что я знаю, там хотели что-то испытывать. Район же подходящий, вдали от трасс. Но, как всегда, средств не хватило. А там кто его знает почему…

— Понятно, — Аллан еле сдерживал себя, чтобы не высказать капитану свою версию. «А вдруг там нет никакой аппаратуры, потом все смеяться надо мной будут. Плюс, кто-то же должен ее запускать. Сама по себе она работать не станет», — юношеский максимализм взял вверх, и Реппо оставил при себе свои догадки…

* * *

…Спускаемая капсула вошла в плотные слои атмосферы. Стала ощущаться слабая вибрация. Аллан вопросительно посмотрел на Остапа.

— Это нормально, сейчас все стабилизируется, — поняв волнение Реппо, пояснил Прокопенко. Действительно, минуты через две все прекратилось и члены экипажа уже могли рассмотреть в подробностях поверхность планеты. Сначала Аллану показалось, что они спускаются где-то в районе Амазонки или на острове Калимантан. Под капсулой, которая теперь летела параллельно поверхности планеты, расстилался лес. Однако если внимательно присмотреться, то можно было заметить, что состоит он из видов растений совершенно не свойственных земным. Причудливые каньоны, в глубине которых неслись потоки воды, в некоторых местах разрывали это буйство растительности.

— Красотища, профессор! — Аллан с улыбкой на лице обернулся к Штангенциркулю, который вместе с Гоги сидел на заднем кресле капсулы.

— Молодой человек, а нельзя ли притормозить? Я бы с удовольствием прошелся по этим реликтовым лесам, там наверняка столько интересных растительных видов, неизвестных еще науке, — профессор тронул Реппо за плечо.

— Сожалею, гер профессор, но в рамках нашей миссии собирание гербария не значится, — с улыбкой на лице ответил Аллан. — Остап, так, где же законсервированная станция? — этот вопрос был уже задан Прокопенко.

— По данным навигационного справочника, мы через минуту достигнем ее координат. А вот и она.

Джунгли разверзлись, и взору путешественников предстало бетонное полотно, уходящее к группе строений.

Реппо посмотрел на атмосферные показатели планеты. Они идеально подходили для жизни. Почти соответствовали земным. А содержание кислорода было даже несколько выше.

«Странно. Такое идеальное место для базы, а ее пришлось законсервировать», — подумал Аллан.

— Ну что, будем садиться? — спросил Прокопенко.

— Сделай-ка еще один кружок над базой, — попросил Реппо.

— Есть! — капсула перестала снижаться и стала вновь набирать высоту. Теперь все устройство базы было видно, как на ладони. Все строения базы, а это четыре полусферы, располагались в центре. От каждой полусферы радиально расходились широкие бетонные полосы, способные принять самый тяжеловесный космический корабль. В конце бетонных полос стояли специальные вышки, ангары и прочие сооружения, предназначенные для облуживания космических кораблей. Полусферы были из прочного бетона с узкими, закрытыми тонированным стеклом, прямоугольными прорезями. От чего сами полусферы напоминали древние обсерватории времен начала космической эры человечества.

Казалось, что кроме джунглей, вплотную подступающих к законсервированной базе, на планете других форм жизни не существует. Однако если хорошо присмотреться, то можно было заметить, что все пространство базы испещрено извилистыми тропами, уходящими в лес и теряющимися под сенью причудливых растений. Вдруг, внизу что-то мелькнуло и тут же скрылось за строениями базы.

— Что это? — Реппо посмотрел на Остапа.

— Не успел рассмотреть, но наши видео сканеры все прекрасно отследили. Сейчас узнаем, — Остап нажал несколько кнопок и на мониторах, расположенных перед каждым космонавтом, появилось изображение насекомоподобного существа, похожего на гигантского муравья.

— Профессор, это что за вид?

— О, молодой человек, это без сомнения Псевдоформикодия Кабукис Гигантус Мирмицинус — «Псевдомуравей гигантский бульдог кабукинианский». Замечательный экземпляр! Обычно он бывает раза в четыре меньше, а здесь, насколько я могу судить, он не менее полутора метров в высоту! Воистину Гигантус!

— О! А вот еще один. Опять в направлении сооружений пробежал, — указал Гоги на еще одного гигантского псевдомуравья.

— Откуда они здесь?

— Вообще, я проштудировал справочники. Данных о планете мало, но эти псевдомуравьи не эндемичны данной планете. Я думаю, что когда база еще функционировала, они могли пробраться на какой-либо грузовой корабль на планете Кабук, и были случайно занесены сюда.

— Остап, облети теперь базу с другой стороны.

— Есть.

Капсула развернулась и полетела в обратном направлении только с другой стороны.

— А это что за провал? От землетрясения или дождем размыло? — Реппо указал на какую-то дыру около одной из полусфер.

— Похоже на вход в муравейник.

— А вот еще и еще входы, — профессор указал не несколько гигантских отверстий в грунте.

— Точно муравейник.

— Не думаю, чтобы экипажи кораблей сунулись в это место, — сказал Реппо.

— А я думаю, что они здесь. Видишь вот эти темные круги на взлетно-посадочной полосе.

— Ну…

— Это следы от двигателей спускаемых капсул. А кругов минимум десять. Значит, здесь неоднократно приземлялись и отсюда улетали космические капсулы. Что будем делать?

— Будем приземляться около вон тех ангаров, — Реппо указал на дальний конец бетонной полосы. Там вроде муравьиных троп не наблюдается. Гоги, как ощущения?

— Сильная энергетика исходит вот из этого блока, я бы предположил, что здесь есть след от остаточного реликтового излучения, — Гоги выделил на мониторе именно ту полусферу, около которой была муравьиная нора. — Второй блок тоже что-то излучает, но как-то странно. Я еще не понял, что это может быть.

— А в спектре излучений есть гуманоидальная гармоника?

— Я ощущаю нечто схожее из второго блока, но не уверен. Как-то вяло и странно. Большой процент гармоники смазан.

— Понятно, спасибо, — Реппо поблагодарил Гоги и посмотрел на Остапа. — Приземляемся.

Капсула резко снизилась и, зависнув над бетонной полосой, плавно приземлилась.

— Никто никуда не выходит! — предупредив порыв профессора, отдал команду Аллан.

— Но как же Псевдоформикодия Гигантус Мирмицинус? — запротестовал Абрам Иосифович.

— Вот именно из-за этого Гигантуса и не выходим, — отрезал Аллан. — Сначала отправим на исследование роботов разведчиков.

От капсулы отделились два робота-разведчика и бесшумно полетели по направлению к строениям. На мониторах перед космонавтами стали отображаться показатели давления и температуры, а также изображения местности. Шары облетели все четыре полусферы.

— Дай им команду не влетать в норы, — распорядился Аллан.

— Понял, — Остап пробежал пальцами по клавиатуре.

По показаниям роботов разведчиков выходило, что первый, третий и четвертый блоки были запечатаны и не открывались с момента консервации станции. Второй же блок открывался. Причем последний раз буквально два дня назад.

— Что за чертовщина. Кто его мог открывать и опять закрыть?

— Сейчас узнаем, — Остап отдал команду, и робот, просканировав замок, выдал показатели. — Так, вот и код.

На экране высветился тридцатизначный код из цифр и букв.

— Сможешь определить чей?

— Да не проблема, только надо подождать.

По экрану побежали строчки кода команд. Через пять минут рядом с кодом появилась фотография.

— Реджуэл Квиндис. Человек. Командир корабля «Арабеск-19».

— Хм… Я уже ничего не понимаю.

— Могу предположить, — вставил Гоги, указывая на пробегающего гигантского псевдомуравья, — гуманоиды там забаррикадировались от этих созданий и иногда выходят по необходимости.

— Возможно…, — после минутной паузы Аллан обратился к Штангенциркулю, — Профессор, что скажите?

— Соглашусь с Гоги. Псевдоформикодия Гигантус Мирмицинус может быть опасен для гуманоидов. Хотя данный вид питается нектаром цветущих растений, но в условиях данной планеты он мог и поменять свои повадки.

— Блин! Что это?!! — возмущенно завопил Остап. На месте монитора, где от одного из роботов разведчиков передавалось изображение, на мгновение появилась муравьиная голова. Челюсти псевдонасекомого раскрылись, а потом экран потух. Высветилось сообщение «Связь с роботом потеряна».

— Эта тварь вывела из строя робота!!! Черт!!! — выругался Прокопенко.

— Срочно верни второго робота назад! — сказал Аллан, но было уже поздно. Экран монитора, отображавший изображение, дернулся и резко перекосился. Однако вместо черного пятна в экране были видны песчинки грунта и причудливые стебельки какого-то растения.

— Твою мать! Они и второго робота сломали! — в экран было видно, как гигантские лапы псевдонасекомых время от времени мелькают около лежавшего на земле беспомощного робота шара.

— По-видимому, они приняли блестящие шары за капли жидкости, — высказал мнение профессор.

— Да мне наплевать, за что они их приняли! Если эти твари так запросто могут уничтожить робота, то с человеком они и подавно справятся! Таких роботов загубили! Где мне теперь их взять? — нервничал Остап.

— Прекрати, — Аллан положил руку на плечо Прокопенко, — Лучше подумай, как нам теперь проводить дальнейшие исследования. Ясно одно, что выходить без защитных средств на планету нельзя.

— Можно попробовать использовать энергетический клон кого-нибудь из нас, но боюсь, что у нас тогда не хватит энергии покинуть планету. Самое правильное — это пока создать вокруг капсулы заградительный энергетический экран.

— Действуй, — согласился Аллан.

— Смотрите, — профессор показал на монитор. Изображение задрожало и приподнялось.

— Что это? У робота же выведена из строя система перемещения!

— Мне кажется, что одна из этих тварей решила занести его в нору, — сказал Аллан.

Изображение на экране монитора, подергиваясь, стало перемещаться в направлении чернеющего входа в нору. Чернота все нарастала и через несколько секунд уже полностью закрыла собой экран.

— Ну, вот и всё! — развел руками Остап.

— Пока еще нет! Смотри, твой робот, хоть и разучился двигаться, но не забыл своих обязанностей. Он передает нам информацию, да и изображение появилось, — Гоги указал на экран.

Действительно, на экране монитора стала строиться замысловатая трехмерная модель норы, по которой перемещался робот. Смутное изображение от приборов ночного виденья в зеленоватых тонах передавалось на экран. Тут же отображались температурные и другие показатели атмосферы.

— Ну и лабиринт.

Время от времени мимо экрана робота-разведчика проносились тени псевдомуравьев, или же прямо в экран заглядывала голова псевдонасекомого с шестнадцатью острыми челюстями и восемью усиками. Робот-разведчик все дальше и дальше углублялся в нору.

— Интересно, куда эта тварь его несет?

— Псевдоформикодия Гигантус Мирмицинус очень сообразительные и высокоорганизованные существа, — пояснил профессор, — их жилище состоит из нескольких огромных камер. Одна камера служит общим залом, в нее выходят ходы от небольших норок, где обитает по два-три псевдомуравья.

— Прямо, как наши кубрики, — вставил свое слово Остап.

— Вот именно, молодой человек, очень похоже на нашу колонию поселение. Входы в норы сторожат особые стражники, которые сменяются раз в сутки. Управляет муравейником гигантская матка. Она живет в отдельной большой камере в самом центре муравейника. Обычно ее камера делается под основным общим залом, но могут быть и другие варианты. Матку обслуживают специальные самцы трахмаиты. Они оплодотворяют ее раз в два месяца и относят отложенные ею яйца в специальную камеру, где за ними уже ухаживают самки-няньки. Еще в отдельных камерах Псевдоформикодия Гигантус Мирмицинус выращивают некоторые виды растений, плесень, грибки, в общем, все, что они потом употребляют в пищу. У них есть хранилище, куда они приносят запасы пищи извне. Возможно, именно в такую камеру и несут нашего робота-разведчика, — пока профессор рассказывал о жизни псевдомуравьев, модель лабиринта хода дошла до первого блока, откуда оп ощущениям Гоги шла сильная энергетика.

— Ха! Да эти твари под первым блоком станции устроили свой центральный зал, — Остап показал на монитор. — Вот и понятен источник сильной энергетики. Эти твари здесь прямо кишат!!!

— Да-да, молодой человек, это именно центральный зал. Вот помню на Апулярисе…, — профессор начал было рассказывать о своих приключениях на очередной планете в созвездии Лучника, но Аллан прервал его.

— Профессор, потом! Остап, тебе не показалось, что вот здесь мелькнула тень, очертаниями очень похожая на человека?!!!

— Да нет, я ничего подобного не заметил. Давай посмотрим покадрово, — Остап проделал манипуляции с клавиатурой, и на экране стало медленно отображаться изображение входа в главный зал муравейника. В одном месте среди копошащихся и бегущих насекомых действительно было что-то похожее на фигуру стоящего человека, но рассмотреть подробнее не позволяло освещение, а идентифицировать не позволяла сильная скученность насекомых.

— Наверное, показалось.

— Ну, уж очень похоже.

— Согласен.

В это время муравей, несущий в челюстях робота разведчика, покинул общий зал и опять побежал по темному ходу.

— Что за ерунда! Опять человек!!!! Или нет?! — вскричал Аллан, указывая на монитор.

На этот раз прибору удалось запечатлеть объект, с которым псевдомуравей повстречался в лабиринте. Из-за полной темноты и дерганых движений псевдомуравья изображение было размытым. Видимо еще и блок питания робота-разведчика был поврежден — не хватало мощности для лучшей детализации. На экране высветились показатели объекта.

— По росту и строению очень похож на человека, но робот-разведчик не идентифицирует его, как гуманоида.

— Может это у муравьиных особей встречаются такие мутации? Профессор?

— Это не особь муравья, молодой человек. Это нечто другое. Вот эти полосы в его экспресс спектрограмме скорее говорят о том, что это существо ближе к грибам или растениям… А вот здесь присутствует и гуманоидальная составляющая, только сильно урезанная. Жалко, что спектрограмма не полная… Данных мало…Хм… Я ничего подобного пока не встречал… Хотя…,- профессор замолчал и задумался.

— Смотрите, а лабиринт уходит под второй блок. Похоже, эти твари устроили под ним свое хранилище, — Гоги указал на модель хода, которая уже оказалась под вторым блоком законсервированной станции.

Яркая вспышка на экране заставила Аллана инстинктивно отшатнуться от монитора. Изображение вновь восстановилось и было довольно четким. Теперь на мониторе отображалось очень светлое помещение.

— Ну и дела-а-а!!! — протянул Остап и присвистнул. — Похоже, что эти Псевдоформикодии забрались во внутрь второго блока станции.

На экране высветилось подрагивающее изображение типичного для колонии поселения широкого коридора. Судя по изображению, он освещался.

— Что за чертовщина? Не могли же они запустить систему энергоснабжения… Это просто невозможно!!! Тройной код защиты!!! — не унимался Остап.

В это время псевдомуравей подбежал к одному из отсеков. Дверь в него была разблокирована и открыта настежь. В экране мелькнула гора каких-то гигантских фиолетовых семян, похожих на кокосы и еще лазоревая куча чего-то непонятного, время от времени, покрывающееся зеленоватой рябью.

— Это их хранилище продуктов, молодой человек, — сказал профессор, глядя на Аллана.

В это время псевдомуравей подбежал к фиолетовым кокосам и положил рядом с ними робота разведчика.

— Вот теперь точно всё, конец! — Гоги указал на фиолетовый фон, заполнивший собой весь экран. Потом что-то щелкнуло, и экран стал черным.

— Минус два робота, — Прокопенко в ярости сжал кулаки…

* * *

…Звездолет «Зевс-1564» не был приспособлен для повседневного обитания, поэтому корабль «Мурена-77» уже два дня был временным пристанищем команды Зундлера. Благо, кают хватало на всех. На ночном дежурстве на капитанском мостике состыкованного с «Муреной-77» «Зевса-1564» был сержант Жу-Чень. Этого вояку Зундлер знал уже лет десять и доверял ему, как самому себе. Все свободное время Алексу приходилось проводить с этой странной инопланетянкой с зеленоватой кожей и соломенными волосами, чьи огромные глаза были постоянно наполнены слезами. Вот и сейчас, вместо того, чтобы отдыхать в своей каюте, капитан был с Нетлл, которая, как пугливая собачонка все время чего-то боялась. Девушка лежала на кровати, время от времени ее била мелкая дрожь. Наконец, Нетлл закрыла глаза и задремала, все еще держа руку Зундлера в своей маленькой ладошке. Капитан сидел рядом с ее кроватью и наблюдал за этим странным созданием. Постепенно лицо Нетлл, изможденное переживаниями, разгладилось, и она даже слегка улыбнулась во сне. Алекс осторожно коснулся ее волос свободной рукой. Опять этот манящий запах ковыльных степей почудился капитану…

Спустя полчаса ожидания, Алекс осторожно высвободил свою руку и едва слышно покинул каюту, отведенную инопланетянке, после чего направился к себе в надежде вздремнуть часок до своего дежурства. Однако, непонятная ему сила заставила капитана пройти дальше. Зундлер тихо зашел в медицинский отсек.

В приглушенном, почти интимном, освещении медкомнаты капитан разглядел стройный силуэт Софи. Девушка не слышала, как он зашел, и смотрела в большой обзорный иллюминатор, она любила такие часы, когда почти все спали, завернувшись в свои уютные коконы. Вассар смотрела на звезды и думала о своем родном Марсе. Мужчина застыл в нерешительности. Что-то заставило девушку оглянуться.

— Капитан, у вас дело ко мне? Вы нездоровы? — спросила Софи.

— Нет, все в порядке, я здоров, просто я хотел… — Зундлер запнулся и сделал шаг к Софи.

— Конечно, я слушаю вас, капитан, — сказала Вассар, опершись о стену, и, сложив руки на груди.

— Я пришел, чтобы узнать… о состоянии здоровья Нетлл — после небольшой паузы ответил покрасневший Алекс.

— Вы же знаете, капитан, что эта инопланетянка при виде любого прибора впадает в истерику. У нее, похоже, было сильное нервное потрясение. Надо немного повременить. Пока ей нужен полный покой. Она ничего не помнит. К тому же без профессора Штангенциркуля я сама не могу определить к какой расе относится эта девушка. Она ничего не ела за эти два дня, только пьет воду. Спит только при ярком свете. Боюсь могут быть проблемы… Самое странное, что она прекрасно изъясняется на средневселенском наречии… Это все, что вы хотели спросить, капитан?

— А вы? С вами все в порядке? — Алекс посмотрел в глаза медсестре, но она не ответила и отвернулась. Изящный изгиб женской шеи заставил Зундлера сделать шаг вперед. Капитан ощутил нежный аромат кожи Софи. Поддаваясь невольному порыву, Алекс склонился и коснулся молочно-белой кожи шеи медсестры своими губами. Легкий вздох полный желания сорвался с губ. Софи резко повернулась и встретилась взглядом с капитаном. В ее глазах застыл немой призыв. Зундлер понял все без слов, он сам сейчас хотел этого не меньше. С силой он прижал ее к себе и буквально впился в ее алые губы. Руки Софи легли ему на плечи и принялись ласкать его. Нехотя оторвавшись от мягких пленительных губ Софи, Алекс принялся расстегивать свой комбинезон. Софи помогла ему справится с одеждой и быстро сбросила с себя легкий комбинезон. Как только серебристая ткань упала на пол, нагое тело Софи тут же было поймано в объятия неистового капитана. Он легко поднял женщину и положил на кушетку, после чего лег рядом с Софи. Зундлер тяжело дышал, лаская её полную упругую грудь в своей загрубелой ладони, покрывая поцелуями ее губы, щеки, шею. Вассар запустила руку в его густые волосы, обхватила шею и снова, уже в который раз, притянула его губы к своим. Вновь цветок страстного поцелуя расцвел между любовниками. Алекс вошел в нее, и Софи застонала от удовольствия. Они слились воедино, забыв обо всем на свете. Ничего не существовало вокруг, ни чинов и званий, никаких обязательств, только он и она, и всепоглощающая страсть. Зундлер задвигался быстрее и вот, наконец, они оказались на вершине блаженства. Оба тяжело дышали, капитан обнял Софи и нежно поцеловал ее. Девушка положила свою голову на его могучую грудь и слушала его частое дыхание, ощущала терпкий запах его кожи. Она провела пальчиком по его руке, смахнув при этом бисеринки выступившего пота, им было совсем не тесно вдвоем на маленькой с виду кушетке. Вскоре дыхание Зундлера успокоилось, и он уснул. Софи не спала, она лежала в объятиях капитана и думала. О чем? Кто знает, это осталось ее тайной. Рука девушки нащупала что-то на груди капитана. Это был замысловатый амулет, подаренный Зундлеру буфетчицей.

— Зоа… — прошептал во сне Зундлер и положил руку на грудь Софи.

Все надежды Софи вмиг были разрушены. Вассар встала и, как сомнамбула, направилась в душ, еле сдерживая слезы обиды. В кулаке девушки был зажат амулет, который она осторожно сняла с шеи спящего капитана. Маленькая металлическая спираль амулета последний раз блеснула в струях воды и навсегда скрылась в сливном отверстии.

Зундлеру снилась Зоа. «Не потеряй амулет, иначе быть беде… быть беде… быть беде…» — словно серебряный колокольчик, звенел ее голос. Капитан проснулся. Софи нигде не было. Пора было отправляться на дежурство, подходило время сеансов связи с группой Аллана Реппо и с колонией-поселением «Буксон».

«Интересно, справляются они там без меня?» — подумал Зундлер и ухмыльнулся. Он не привык оставлять «Буксон» надолго, даже на такого надежного заместителя, как Кузнецов. Алекс натянул комбинезон, прикрепил и поправил все патрубки. Привычным движением застегнул молнию. Ухмылка мигом сошла с его лица. Амулет, подаренный Зоа, пропал. Капитан ощупал кушетку и осмотрел пол. Амулета нигде не было. Алекс не верил в вещие сны, но ему стало несколько не по себе. Нахмурившись, он направился на капитанский мостик состыкованного с «Муреной-77» звездолета «Зевс-1564».

* * *

Неприятности не заставили себя ждать. Зундлера встретил взволнованный сержант Жу-Чень.

— Капитан, хорошо, что Вы пришли. Я уже собирался к Вам. Выходил на связь старший лейтенант Кузнецов. Там на «Буксоне» какие-то проблемы. Сеанс связи прерван прохождением лучистой туманности Пурке, но через пять минут Кузнецов опять свяжется с нами.

— Он успел что-то сообщить?

— К сожалению нет.

— Что ж подождем, когда восстановится связь, — Зундлер с тревогой взглянул на черный, покрытый серой рябью, экран монитора.

Прошло не менее десяти минут тревожных ожиданий. Наконец, рябь на экране сменил синий фон и появилось немного размытое изображение капитанской рубки колонии-поселения «Буксон», в капитанском кресле сидел Кузнецов.

— «Буксон» вызывает «Зевс-1564», — послышался приглушенный немного дребезжащий голос Кузнецова.

— «Зевс-1564» на связи. Привет, Сергей! — ответил Зундлер.

— Привет, Алекс, хорошо, что ты на связи. Нужно твое решение. У нас проблемы. Очень большие проблемы, — небольшая рябь вновь прервала сеанс связи.

— Черт подери! — выругался Зундлер.

— Сейчас все восстановится, — заверил его Жу-Чень.

— Капитан, вы меня слышите? — вновь пробился сквозь помехи голос Кузнецова.

— Слышу и вижу нормально. Докладывай.

— Алекс. По сообщению Космического Агентства на Буксон движется метеоритная полоса шириной в два световых дня. Да и Поги ощущает приближение сильного метеоритного потока. Тот метеорит, что упал на купол, нам покажется детской шалостью. Центральное Космическое Агентство предлагает срочно эвакуировать базу. Через девять дней нас может разнести вдребезги.

— Постой, они разве не понимают, что этого срока на эвакуацию нам не хватит. Это только персонал можно вывезти. А аппаратуру? Потом же все восстанавливать придется!!!

— Придется, но другого выхода нет!

— Всегда есть альтернатива. Что предлагает Поги?

— Пока ничего, хотя есть один вариант…

— Какой?

— Наш астероид за сутки до метеоритного дождя окажется с обратной стороны планеты в тени Буксона, так что основной удар ляжет на планету. Но через сутки наш астероид выходит из тени Буксона и попадает под метеоритный удар. Вот если бы были еще одни сутки…

— Будут у нас сутки, — прервав Сергея, уверенно заявил Зундлер, — мы немедленно возвращаемся. Силы двигателей «Зевса-1564» хватит, чтобы замедлить вращение астероида вокруг Буксона. Тогда и эвакуация не понадобится.

— Поги тоже предложил это, но боюсь, что Центр не разрешит такое… Тем более Густав Свенсон… Ну, вы меня понимаете.

— Да мне наплевать, что там настучит на меня этот лизоблюд Свенсон! Я отвечаю за колонию-поселение, мне и принимать решение! А Густав Свенон пусть катится ко всем чертям!

— Так что нам делать?!

— Приготовьте все для эвакуации персонала. Если что пойдет не так, то персонал мы всегда спасем!

— Понял…

— Мы вылетаем сегодня же. Ждите…

* * *

— Реппо, ответьте «Зевсу-1564», ответьте «Зевсу-1564», — взволнованный голос Зундлера вывел Аллана из состояния полудремы.

— «Зевс-1564», Аллан Реппо на связи, — Аллан включил монитор. — Товарищ капитан, докладываю: мы обнаружили, что пропавшие члены экипажа могут живыми находиться в одном из блоков законсервированной станции, — Реппо подробно рассказал о их пребывании в районе законсервированной станции.

— Аллан, послушай, надо сворачивать нашу миссию. Мы срочно возвращаемся в колонию-поселение. Над Буксоном нависла угроза уничтожения, — капитан Зундлер кратко изложил суть дела, — Мы должны вылететь не позже, чем сегодня вечером.

— Капитан, — Аллан почесал затылок, при всем желании нам до вечера не вернуться. Надо не менее суток. Спускаемый модуль этих старых посудин не в состоянии развить такую скорость.

— Черт, черт, черт!!! — вновь сорвался капитан. — Не одно, так другое. Я и забыл, что модели этих транспортных кораблей уже почти списаны. Сутки — это очень много. Нам и так надо семь дней на возвращение к Буксону.

Воцарилось напряженное молчание.

— Аллан, сожалею, но мы будем вынуждены временно оставить вас здесь. Обоснуйтесь на сцепке кораблей, пускай Прокопенко постарается отремонтировать хоть бы один из них. Если не получится, то позже мы обязательно пришлем за вами, а сейчас нам надо спасать Буксон.

— Я все понимаю, — Аллан кивнул головой.

— Позови Прокопенко.

— Я здесь, товарищ капитан.

— Остап, повтори еще раз, как правильно проложить маршрут, чтобы избежать попадания в полосу всплеска реликтового излучения.

— Товарищ капитан, я там весь обратный маршрут заложил уже в бортовой компьютер. Но на всякий случай рассказываю, что надо делать, — Прокопенко обстоятельно объяснил, как надо действовать.

— Всё, до встречи! Мы обязательно вас заберем. Конец связи, — экран погас.

В рубке снова воцарилось молчание. Каждый думал о том, что же может случиться с Буксоном.

— Приплы-ы-ы-ы-ли, — наконец, протянул Прокопенко, — и что дальше?

— Ты же слышал, будем ремонтировать корабль. Может, своим ходом вернемся.

— Да я не про это. Что нам делать с законсервированной станцией?

— Я думаю, что пока нам надо прекратить исследования… К тому же я считаю, что их уже нет в живых. Ты сам видел этих псевдомуравьев…, -Аллан не успел договорить, Остап перебил его.

— Ты так считаешь?! Ты уже всё решил?! А совесть потом не замучает?! А если они живые, и мы — их последний шанс к спасению? Ты просто струсил за свою жизнь! — продолжал кипятиться Остап.

— Я? Струсил?! Я в ответе не только за себя, но и за всех вас!!! — Аллан машинально схватил Остапа за комбинезон.

— Ручонки убери, — Остап оттолкнул Реппо в сторону, — Пойми! Не предпринять попытки к спасению — это предательство!

— Выходит я предатель!!! — глаза Аллана налились кровью, и уже через минуту на полу капитанской рубки двое друзей сцепившись, мутузили друг друга. Именно такую картину и застал профессор, войдя в рубку.

— Таки подрались, мальчишки, — пробурчал себе под нос Абрам Иосифович. Пожилому профессору еле удалось разнять уже не на шутку разошедшихся парней. Пришлось даже применить электроблокираторы мышечной деятельности. Пара ощутимых ударов током заставили остановиться Аллана и Остапа. Оба, тяжело дыша, стояли и смотрели друг на друга исподлобья, готовые вновь кинуться в драку.

— Брейк, молодые люди! Брейк! — профессор развел их в разные стороны капитанской рубки. — Решать кулаками проблемы — это самый худший вариант. Остап, на время нашей операции Аллан был назначен старшим, значит, мы должны выполнять его приказы. Однако считаю нужным уточнить, что и члены экипажа могут высказать командиру свои соображения. Лично я согласен с Остапом и думаю, что надо все же предпринять попытку проникновения на базу.

— Вы тоже считаете меня трусом, профессор? — Аллан в бессильной злобе сжал кулаки и прикусил нижнюю губу.

— Ни в коем случае, молодой человек. Ваши доводы очень весомы, и я бы был на вашей стороне, если бы не придумал, как нам отвлечь от себя псевдомуравьев.

— И как? — Аллан рукавом комбинезона вытер кровь с уголка своего рта.

— Вот! Я покопался в медотсеке и нашел кое-что.

— Что это?

— Обычное лекарство от кашля. Ампулы для инъекций. Для нас, людей, это обычное лекарство, а вот Псевдоформикодия Гигантус Мирмицинус его запах воспримет, как феромоны, испускаемые маткой при сильной опасности. Если разлить его где-нибудь около муравейника, то псевдомуравьи будут «держать оборону» внутри муравейника, пока не пройдет запах.

— И мы спокойненько пройдем во второй блок, — довольно улыбнулся Остап.

— Теперь послушайте меня, — Аллан посмотрел на Остапа и профессора. — Хорошо, мы предпримем попытку проникнуть во второй блок, но только одну! Если что идет не так, то сразу покидаем планету.

Аллан отвернулся и вышел из рубки. Не успел он пройти по коридору звездолета и двадцати шагов, как почувствовал на своем плече чью-то руку. Реппо обернулся. Перед ним, опустив голову, стоял Остап.

— Слышь, прости меня. Я сдуру такого наговорил. Я не это хотел сказать… Просто подумал, что там с Буксоном может случиться. Вот и вспылил…

— И ты прости… А с Буксоном все будет хорошо… Я уверен… Зундлер знает свое дело, — Аллан протянул руку хохлу.

Через минуту все четверо членов спасательной экспедиции уже обсуждали план их дальнейших действий.

— Хорошо бы еще все же иметь возможность сделать энергетический клон, роботов шаров у нас же не осталось, — говорил Аллан. — Остап, как там с энергией?

— Ну, можно снять пару энергетических батарей с одного из кораблей, но там больше, чем на сорок минут не хватит.

— А нам больше и не надо. Блокируем псевдомуравьев. Открываем второй блок и посылаем энергетический клон. Он быстро исследует блок и возвращается к нам.

— Вообще-то, энергетический клон- это очень опасно, — предупредил Гоги, — если вовремя не вернуть его, то тот, с кого сделан клон, может погибнуть.

— Я знаю, поэтому принял решение, что клонировать будут меня. Если со мной что-то случается, то вы сразу же покидаете планету. Главным остается Прокопенко, — Аллан обвел всех взглядом.

— Но… — попытался что-то вставить Остап.

— Никаких «но»! Это приказ. И больше мы к этому вопросу не возвращаемся. Остап, подготовь камеру для клонирования.

— Есть!

* * *

…Вновь спускаемая капсула с Реппо и его тремя спутниками зависла над куполами законсервированной станции. Псевдомуравьи сновали тут и там.

— Профессор, где лучше разливать эту жидкость? — Аллан, сидевший на переднем сиденье рядом с Прокопенко, обернулся к Штангенциркулю.

— Поближе к норам, молодой человек. Много не надо, достаточно и по паре ампул.

Спускаемая капсула сделала вираж и ненадолго зависла над каждой норой. Уже через пять минут стало заметно сильное возбуждение псевдомуравьев. Они стали спешить в муравейник. Через полчаса вокруг законсервированных блоков уже не было ни одного псевдонасекомого. Только изредка из норы показывалась голова с усиками и устрашающими челюстями и тут же исчезала.

— Отлично! Приземляемся у второго блока, — Аллан указал место для приземления.

— Гоги, как ощущения? — Реппо посмотрел на амебоида.

— Пока энергетический фон в норме. В спектре энергии ощущаю гуманоидальную составляющую. Правда, слабую, но стабильную.

— Хорошо, значит, есть надежда, что они еще живы.

Капсула мягко опустилась на бетонное покрытие.

— Остап, остаешься за старшего.

— Понял.

— А теперь давай запустим камеру для энергетического клонирования.

Все четверо прошли в заднюю часть спускаемой капсулы, где Остап установил камеру клонирования. Два прозрачных блока камеры были пусты.

— Полностью раздевайся и ложись вот сюда, — Остап открыл один из блоков, — Надевай на голову вот этот шлем. С его помощью мы будем видеть то, что делает твой клон и читать твои мысли, а ты будешь слышать нас.

Аллан разделся донага и, стараясь быть спокойным, улегся внутри блока, нахлобучив на голову шлем со множеством датчиков. Профессор, незаметно для всех из-за спины Гоги перекрестил парня.

— Готов? — Остап закрыл прозрачный купол блока и подошел к большому монитору, где отображалось то, что видел сейчас Аллан.

— Готов, — ответил Реппо.

— Включаю! — Остап нажал кнопку. Оба блока заполнились ярко-синим прерывающимся свечением.

Аллан дернулся внутри блока и затих, закрыв глаза. Миллионы ярких частичек закружились вокруг неподвижного тела парня. Во втором блоке сначала ничего не наблюдалось, но постепенно блок тоже стал заполняться яркими частичками. Через десять минут во втором блоке находилось уже что-то полупрозрачное, очертанием напоминающее Аллана. Свечение прекратилось.

— Ты меня слышишь? Подними правую руку, — Остап подошел ко второму блоку камеры. Полупрозрачное тело подняло правую руку. — Аллан, твой клон защищен энергетическим полем. Ты ничего не будешь чувствовать. У тебя будет двоякое состояние: будто ты и здесь, но в тоже время и там. В твоем распоряжении тридцать минут. Иди.

Остап поднял крышку и полупрозрачный, еле угадываемый в полумраке, клон Аллана, похожий на воздушное приведение, выбрался из блока…

* * *

Аллан лег в камеру, Остап закрыл над ним прозрачный колпак.

— Готов?

— Готов, — немного дрогнувшим голосом ответил Аллан.

— Включаю!

Аллана пробило насквозь сильнейшим электрическим разрядом, и он потерял сознание. Пробуждение Аллана было странным. Он ощущал, что все еще находится в камере и лежит с закрытыми глазами без возможности шелохнуться. Одновременно он ощущал себя в соседней камере, мог наблюдать за своими товарищами и своим неподвижным телом. Только не мог ничего сказать, но мог думать.

— Ты меня слышишь? Подними правую руку, — Аллан увидел Остапа сквозь стеклянный колпак и поднял, как он просил, правую руку. Его тело было невесомым и полупрозрачным…

«Слышу», — мысленно ответил Аллан.

— Хорошо, что слышишь. Мы тоже слышим твои мысли. Иди, — люк спускаемой капсулы открылся, и Аллан словно выпорхнул наружу, в тоже время, осознавая, что все еще лежит в камере под стеклянным колпаком.

«Вот она, какая душа», — подумал Реппо. Все это больше напоминало сон, чем реальность.

«Это не душа, Аллан, а твой клон», — поправил его Остап, — «Поспеши к станции».

Клон Аллана подошел ко входу второго блока законсервированной станции и не ощутил прикосновений своей полупрозрачной руки к замку. «Код получен. Введите свой пароль. Это нужно для разрешения доступа на станцию», — высветилось сообщение. Клон Аллана ввел тридцатизначный код. Замок задумался, вычленяя из множества цифр те, что разрешают доступ к таким объектам. «Доступ разрешен. Замок разблокирован». Дверь бесшумно отошла в сторону, пропуская Аллана во внутрь. «Аллан, у тебя в запасе 25 минут», — услышал он голос Остапа, стоявшего рядом со стеклянным саркофагом, где лежало тело настоящего Аллана.

«Понял, постараюсь быстро». Энергетический клон Аллана проник вовнутрь и поспешил по длинному коридору. Свет в коридоре горел, но никаких признаков жизни не наблюдалось.

«Куда теперь?» — подумал Аллан, остановившись на развилке коридора.

«Иди направо, к центру. Там должен быть большой зал», — услышал он голос Остапа. — «Я отслеживаю направление твоего движения».

Клон Аллана свернул направо. Коридор был залит ярким светом, а по стенам и по полу извивались какие-то перекрещенные лианы причудливого растения, уходящие вдаль.

«Что это?»

«Не знаю», — ответил Остап, — «Профессор, что скажите Вы?»

«Пока еще не понятно, молодой человек».

Вдали коридора какая-то зелено-синяя фигура, напоминающая человека, скрылась за поворотом.

«Вы видели?»

«Да».

«А меня они увидят?»

«Нет, но, по крайней мере, не как человека, а как сгусток энергии».

Аллан, перепрыгивая через лианы, побежал в конец коридора туда, где только что мелькнула неизвестная фигура.

«У тебя в запасе 20 минут», — Остап корректировал время.

Клон Аллана повернул за угол и остолбенел. Такого в своей жизни Реппо еще никогда не видел.

Огромный центральный зал второго блока станции был залит ярким светом. Прямо по центру зала высилось нечто, напоминающее баобаб, сине-зеленого цвета. Весь пол станции был покрыт каким-то субстратом, похожим на опилки, и занят извивающимися корнями-лианами. Крона данного странного растения или животного, Аллан еще не определил, что это такое, расползлась по стенам зала. Причудливые шевелящиеся лианы были усеяны большими ярко-рыжими листьями. На концах некоторых лиан вдоль одной из стен висели огромные, метра два длиной, фиолетовые стручки, по всей видимости, это были плоды растения. Вокруг корней растения копошились псевдомуравьи, принося что-то и закапывая в субстрат около корней. Помимо псевдомуравьев около стручков сновали гуманоидоподобные существа. «Так это же сородичи Нетлл, интересно, как им удалось запустить станцию?», — подумал Аллан.

При появлении Аллана псевдомуравьи стали вести себя настороженно. Видимо они чувствовали присутствие посторонней энергии. Сородичи Нетлл тоже стали оглядываться по сторонам. Одна большеглазая девушка даже попыталась протянуть руку в сторону клона Аллана, но он отступил дальше от нее в тень дерева.

«Не уходи в тень!» — услышал Аллан голос профессора, — «Наоборот старайся держаться на ярком месте. Мне кажется, что они улавливают твою энергию».

«Понял», — Аллан вышел из тени под яркий свет, бьющий сквозь стеклянную щель в куполе второго блока.

Псевдомуравьи и странные сине-зеленые девушки с большими глазами и соломенными волосами, потеряв из виду сгусток энергии Аллана, через минуту успокоились.

«Осталось пятнадцать минут. Ищи людей», — Аллан услышал голос Прокопенко.

«Молодой человек, старайтесь оставаться все время на свету», — это уже взволнованный профессор давал указания Реппо.

«Понял. Но, похоже, что людей здесь нет».

«Чувствую сильную гуманоидальную гармонику, она исходит от правой стены, да и слева что-то фонит», — подал свой несколько механический голос Гоги.

Аллан обернулся к правой стене зала, где около стручков растения что-то делали странные сородичи Нетлл. Вдруг один из стручков задергался и стал извиваться, издавая странные звуки, напоминающие стоны. Две девушки поспешили к стручку. Скрутив один из листов на соседней лиане в виде кулька, одна из девушек поднесла его к извивающемуся и дергающемуся стручку. Тут только Аллан заметил, что где-то из середины стручка торчит какой-то отросток. Приложив кулек к отростку, девушка стала ждать. Стручок забился в конвульсиях, а из отростка сильными толчками пошла беловатая мутная жидкость. Аллан, как завороженный, наблюдал за этим процессом.

«Да это же мужской член. Семяизвержение. Такое бурное», — мелькнула мысль в голове парня, когда он еще раз пригляделся к этому отростку.

Еще несколько фиолетовых стручков забились в конвульсиях. Около них уже суетились эти странные девушки.

«Именно в этих стручках находятся люди», — сообразил Аллан, еще раз присмотревшись к форме стручка. Всего стручков было девятнадцать.

«А пропавших космонавтов было вроде двадцать», — подумал Аллан, — «Но где же здесь аппаратура, генерирующая всплески реликтового излучения?»

«Вы совершенно правы, молодой человек. В этих стручках-коконах находятся люди», — прервал мысли Аллана взволнованный голос профессора, — «Я знаю, с чем мы столкнулись! Срочно возвращайтесь. Находиться там очень опасно! Ваша энергетика может быть нарушена».

«К тому же у тебя всего 10 минут», — проговорил Остап.

«Возвращаюсь», — Аллан обернулся, чтобы уйти, и уже сделал даже несколько шагов, но тут увидел то, что искал. За толстенным стволом дерева показалась панель управления блоком станции. Рядом с панелью стояли стойки с заветной аппаратурой. За панелью в стене бесшумно открылась дверь, и появился человек в белом комбинезоне. Именно человек, а не сородич Нетлл. Правда его лицо было, как и у этих странных девушек, сине-зеленого цвета. При приближении Аллана на панели загорелась какая-то лампочка, и раздался сигнал тревоги. Человек подошел к панели управления и огляделся. Он был уже не так молод. В его хищных глазах засветились дьявольские искры.

— Думали, что Мартин Свенсон не засек вашу посудину, что кружилась тут вчера и сегодня? Наивные людишки… Вы уже здесь? Выходите. Вам все равно никуда не деться. Ха! Вы пополните коллекцию куколок, которыми с удовольствием играют мои девочки, — выдал человек в пустоту, указывая на фиолетовые стручки-коконы. Ответа не последовало.

— Понятно. Энергетического клона прислали? Хотели меня перехитрить? Ну, вы еще пожалеете. Забыли, что клоны не умеют проходить сквозь стены? Один из вас скоро умрет! — не увидев никого, захохотал человек и двинулся к панели управления.

«Аллан! Назад!!!» — крик Остапа вывел Реппо из оцепенения.

Алан несся по коридору быстрее ветра. За ним одна за другой закрывались блокируемые двери в пролетах коридора. Вот и последняя.

«Черт!!! Я не могу ее открыть!!!» — Аллан прикладывал руку к замку, но дверь выдавала сообщение, что заблокирована и в доступе отказано. Реппо оказался зажат в двухметровом шлюзе между двумя дверьми.

«Аллан! Пять минут!!!» — как гром в голове прогремел голос Остапа, — «Что ты там медлишь?!»

«Я не могу ее открыть!» — мысли в голове Аллана стали хаотически перебирать возможные варианты спасения.

«Мы его потеряем», — услышал Аллан взволнованный голос Остапа, — «Этот зелено-синий урод заблокировал двери изнутри».

«Черта с два!»- Аллан судорожно начал набирать код. Больше ста цифр. Вернее 144. «Главное не сбиться!» Он всегда путал 45-ю и 46-ю цифры. Этот код агент КСБ мог использовать только в экстренных ситуациях. Код должен был открыть любую дверь. Но что это? Дверь не открывалась. Ошибся?

«Две минуты. Профессор я сейчас просто протараню дверь спускаемой капсулой», — Реппо услышал срывающийся голос Остапа.

«Нет! Стой! Ты всех погубишь! Я сделал все верно», — мысленно закричал ему Аллан, и в это время дверь открылась.

«Аллан, слава богу! Быстрее! Ты уже перебрал время на минуту!»…

«Три минуты перебора. Это плохо…», — услышал Аллан взволнованный голос Остапа, когда его клон лежал уже в соседнем блоке камеры энергетического клонирования под стеклянным колпаком. Сильнейший разряд тока вновь отключил сознание Аллана…

* * *

«Профессор, как он?» — Аллан услышал отдаленный взволнованный голос Остапа.

«Все будет хорошо, молодой человек. Организм крепкий. Он выдержит. Вот помню, со мной был случай…» — так же издалека доносился голос профессора.

Реппо открыл глаза. Он лежал в своей каюте на борту корабля «Клеопатра-7». Здесь были все: и Остап, и профессор Штангенциркуль, и Гоги.

— Ну, слава богу! Очнулся, — проговорил профессор, прервав свой рассказ, — Ну и заставили Вы нас переживать, молодой человек, за эти двое суток.

— Двое суток? — Аллан с трудом приподнялся и сел на кушетке. В теле чувствовалась огромная усталость.

— Аллан, чертяка! — Прокопенко, кинулся к другу и сжал его руку, — Ты как?

— Нормально, только слабость в теле, — вымученно улыбнулся Реппо.

— Это ничего. Это скоро пройдет, просто нужно хорошенько подкрепиться, — профессор похлопал парня по плечу.

Амебоид Гоги тоже протянул руку-псевдоподию, которую Аллан искренне пожал.

* * *

— Я только, когда увидел это дерево с ярко-рыжими листьями и фиолетовыми стручками, сообразил, с чем мы столкнулись, молодые люди. Это Мимикриллус Дроцис Непентес Грандиознус! — профессор Штангенциркуль поднял вверх палец правой руки, тем самым, показывая значимость своих слов, — Очень опасное существо с маленькой планеты Зирокс. И оно мало изучено. Я его видел всего один раз.

— Дуб дубом стоит себе, как ему удалось поместить космонавтов в эти стручки-коконы? — пожал плечами Остап.

— Вы не понимаете, — покачал головой Абрам Иосифович, — Вся опасность этого существа в том, что оно паразит и является переходной формой между растениями и животными! Он подобно огромной росянке поглощает в стручок животное и тянет из него соки, при этом, не убивая само существо. Особо ценным продуктом для Мимикриллуса является семенная жидкость животных.

— Теперь кое-что проясняется… — задумчиво протянул Аллан.

— Интересно, почему этот Мимикриллус не тронул девушек, псевдомуравьев и этого Мартина Свенсона? — спросил Прокопенко.

— Похоже, этот человек каким-то образом подчинил себе Мимикриллуса, этих бедных девушек и псевдомуравьев. Странно, что он назвал себя Мартином Свенсоном. Я узнал его — это Ринго Синди, один из биологов. И хороших биологов. Поговаривали, что он погиб на Гардианосе. По крайней мере, о нем я лет пятнадцать ничего не слышал, — сказал профессор и поправил на носу очки.

— Компьютер по базе космонавтов идентифицировал его как Реджуэла Квиндиса, командира корабля «Арабеск-19». Если помните, то он и открывал последний раз двери второго блока, — сказал Остап.

— Мартин Свенсон — это дядя Густава Свенсона, второго зама Зундлера, — немного помедлив, сообщил всем Аллан.

— Откуда знаешь? — Остап с некоторым подозрением посмотрел на друга.

— Так уж получилось, что знаю…, — уклончиво ответил Реппо, — Правда, он лет десять, как пропал вместе со своей командой и звездолетом, перевозящим платину. Делайте выводы…

— Итак! Под несколькими личинами скрывался один и тот же человек- Мартин Свенсон.

— И что нам делать? — спросил все это время молчавший Гоги.

— Во-первых, попытаться спасти космонавтов из этих стручков, — загнул палец Аллан, — во-вторых, спасти этих бедных девушек; в-третьих уничтожить аппаратуру, вызывающую всплески реликтового излучения.

— Аппаратуру? — удивился Остап, — Ты уже про нее упоминал, когда был в шкуре энергетического клона, но я подумал, что это какие-то обрывки других мыслей. Аллан! Давай все начистоту!

— Хорошо, — Аллан вздохнул и показал карточку агента КСБ. Потом коротко изложил цель своей миссии.

Наступила напряженная пауза.

— А я ему…, — хотел что-то сказать Прокопенко, но потом махнул рукой и обиженно отвернулся.

— Да вы что? Думаете, что я стучать на вас приставлен? Считаете, что у агентов КСБ других забот нет, как склоками заниматься!!! — не на шутку взбесился Аллан.

— Зря вы так, молодой человек, — профессор подошел к Остапу, — Если Аллану пришлось от нас скрывать, что он агент КСБ, это еще не значит, что он плохой человек. И он доказал это!

— Вы правы, профессор, — Прокопенко повернулся к Реппо, — Извини, Аллан, я больше никогда не усомнюсь в тебе.

Остап протянул Аллану руку и ощутил ответное крепкое рукопожатие.

— В-четвертых, нам надо разобраться с этим Мартином Свенсоном; в-пятых, вернуться на Буксон, — как ни в чем ни бывало продолжил Аллан, загибая пальцы на левой руке, — Но это у нас получится, если мы будем вместе, как пальцы, сжатые в этот кулак.

Остап, профессор и Гоги в знак согласия молча накрыли ладонями кулак Аллана.

* * *

— Нет! Напрямую через входную дверь второго блока нам пройти уже не удастся. Не такой уж дурак этот Мартин, чтобы позволить нам второй раз зайти туда. Даже мой код теперь не поможет. Я бы на его месте обесточил дверь, — говорил Аллан.

— А через остальные три блока?

— Ну, я же говорю, что он не дурак! Все двери он заблокирует так, что никакой код их не откроет!

— Что же теперь делать? Взрывать вход? — Остап был явно настроен воинственно.

— Нет! Я предлагаю воспользоваться муравьиной норой!

— Что?! — одновременно спросили профессор, Гоги и Прокопенко.

— Именно норой. Вы же видели, что муравьям удалось проникнуть во внутрь второго блока. Тем более Свенсон не будет ожидать от нас такого рискованного поступка.

— Но они же нас просто сожрут, никакое оружие не поможет. Их там тысячи! — передернул псевдоподией Гоги, — Вы же видели, что они сделали с роботами-разведчиками.

— Вот теперь наша задача, чтобы они с нами ничего подобного не сотворили. Профессор, можно что-то придумать? — все в ожидании уставились на профессора.

— Есть два варианта: надо стать похожими на псевдомуравьев, или же стать похожими на сородичей Нетлл, их же псевдомуравьи не трогают.

— А как это сделать?

— Надо пахнуть и выглядеть как они, молодые люди, — профессор поправил очки на носу.

— Но как? — развел руками Прокопенко.

— Я думаю, что надо поймать одного псевдомуравья. Правильно, профессор?

— Совершенно верно, Аллан. Мы тогда сможем получить выделяемые ими ферменты.

— Да, но мы не похожи на псевдомуравьев, — не согласился Остап.

— Зато мы похожи на сородичей Нетлл, а они ежедневно соприкасаются с псевдомуравьями, значит, и пахнут их ферментом, — улыбнувшись, сказал профессор.

— Значит утром, отправляемся на ловлю псевдомуравья! — довольный Аллан обвёл взглядом своих товарищей, — а сейчас спать, завтра нам понадобится много сил…

* * *

Поймать Псевдоформикодию оказалось не таким простым делом. Только с пятой попытки удалось обездвижить полутораметрового псевдомуравья и доставить его в специальной капсуле на «Клеопатру-7».

— Отличный экземпляр, — профессор с удовольствием потер руки, — Ну-с, посмотрим, что тут у нас?

Через два часа Штангенциркуль вынес из медотсека целую колбу какой-то жидкости.

— Вот, молодые люди! Все прошло успешно! В этой колбе концентрированный экстракт, содержащий достаточное количество фермента, выделяемого Псевдоформикодией.

— А псевдомуравей?

— С ним все в порядке, но выпустить его лучше после проведения операции.

Было решено, что в операции по спасению космонавтов примут участие Остап и Аллан. Профессор был староват для лазанья по норам, а у Гоги выявилась жуткая аллергия на фермент псевдомуравьев.

Вторым этапом подготовки операции было превращение Реппо и Прокопенко в сородичей Нетлл. Повозившись немного в лаборатории медотсека, профессор явил миру еще одну колбу с сине-зеленой жидкостью, которой надо было измазать тело, ведь псевдомуравьи помимо запахов еще прекрасно различали цвета.

— Вставляйте линзы ночного виденья и надевайте тонкие обтягивающие комбинезоны из спадолина, — давал советы парням Штангенциркуль. — Теперь обмазывайте комбинезоны этим составом. Это всего лишь пищевой краситель. Он абсолютно безвреден. Не забудьте намазать им лицо.

Через десять минут перед Гоги и Абрамом Иосифовичем стояли два сине-зеленых человечка, почти точная копия сородичей Нетлл. Только волосы у них были не такие соломенные, да и фигуры были более мускулистые.

Еще раз просмотрев запись робота-разведчика, парни досконально изучили маршрут. Из оружия пришлось взять только ручные плазмобластеры, они легко помещались в ладонях и не привлекали лишнего внимания. На голове закрепили микровидеодатчики для связи и миниатюрный блок энергетической защиты, который в случае крайней опасности должен защитить космонавтов невидимы прочным энергетическим полем.

Спускаемая капсула вновь опустилась на планету Z-6592, правда приземлилась вдали от законсервированной станции.

— Мажьтесь, — профессор протянул Реппо и Прокопенко колбу с раствором фермента псевдомуравья. На парней пахнуло тухлятиной с примесью сладости.

— Ну и дрянь! — Остап скривил губы.

— Ничего, придется потерпеть, — пожал плечами профессор.

— Вы уверены, что эти твари на нас не нападут?

— А вот сейчас и проверим, — профессор с пригорка, на котором приземлилась капсула, указал вдаль на протоптанную тысячами лап псевдомуравьев тропинку, вьющуюся между зарослями каких-то причудливых растений. Там как раз показался один из них.

Аллан и Остап вылезли из спускаемой капсулы и стали пробираться к муравьиной тропе.

— Стой здесь наготове, — Аллан указал Остапу место рядом с тропой, — а я пойду. Если что, то сразу стреляй в муравья.

Аллан шагнул на тропу и стал ждать. Через минуту из-за поворота на Аллана вылетело полутораметровое чудовище с внушительными челюстями. Ими можно было без труда перекусить человека пополам. В челюстях псевдомуравья был какой-то розовый плод. Псевдомуравей остановился, как вкопанный, и настороженно повел длинными усами.

— Я его сейчас пристрелю, — услышал Реппо шепот Остапа в наушнике.

— Не смей, — сквозь зубы прошептал Аллан.

Псевдомуравей, не выпуская плод, несколько раз коснулся усиками Аллана и потом, как ни в чем ни бывало, продолжил свой путь, оббежав космонавта стороной.

— Фу! — по лбу Реппо струился холодный пот.

Остап подбежал к Аллану, все еще стоящему на тропе:

— Ты как?

— Живой… — Аллан перевел дух, — Но в комбез чуть не наделал.

— У вас все хорошо, молодые люди? — прозвучал в наушниках голос профессора.

— Ол райт, Абрам Иосифович! Принял за своего! — одновременно засмеялись парни и двинулись вслед за псевдомуравьем по тропе к виднеющемуся вдали комплексу законсервированной станции …

* * *

… Реппо и Прокопенко активировали линзы ночного виденья и медленно продвигались по темному лазу среди кишащих псевдомуравьев. Сначала было жутко и непривычно. Постоянно какая-нибудь из тварей ощупывала своими усиками парней, но ничего не предпринимала и пропускала их дальше беспрекословно. Постепенно Аллан и Остап освоились. Тихий голос профессора или Гоги помогал парням сориентироваться среди развилок ходов.

— Теперь сразу налево! В большом зале старайтесь не задерживаться, — профессор дал понять, что половина пути уже пройдена.

В большом зале вообще творилось что-то невообразимое. Пришлось даже протискиваться между псевдомуравьями.

— Вот этот ход, — Прокопенко указал рукой на одну из нор, выходящих в центральный зал.

— Идем, — Реппо смело двинулся вперед.

Вдруг впереди среди пробегающих псевдомуравьев замаячило что-то напоминающее женскую фигуру.

— Профессор, Вы видели?

— Видел. Старайтесь в контакт с сородичами Нетлл не входить, — голос профессора звучал настороженно. — Похоже, они высокоинтеллектуальные существа, поэтому более эмоциональны, а это может повредить делу.

Дождавшись, когда женская фигура скрылась вдали коридора, парни медленно продолжили путь.

— Смотри, вход во второй блок, — радостно прошептал Аллан, когда вдали стал пробиваться свет.

Наконец, перешагнув через груду камней, парни вышли в ярко освещенный белый коридор. Оказалось, что часть стены коридора была повреждена и слоеной кучей бетона, пластика, арматуры и еще каких-то материалов валялась в коридоре. Вероятнее всего это произошло из-за тектонических подвижек. Вот в этот проем и вывели псевдомуравьи свой ход.

— Нам туда, — Аллан указал рукой налево.

— Погоди минуту, — Остап, поспешил за псевдомуравьем в ближайшую открытую дверь.

— Ты куда? — Аллан последовал за хохлом. Тот уже копался в груде фиолетовых плодов, бесцеремонно отпихнув ногой ближайшего псевдомуравья.

— Вот он! — Остап с радостным выражением лица достал робота-разведчика величиной с теннисный шарик, блестящего, как капля ртути.

— Пойдем, надо спешить.

— Ага! Бегу, — сказал Прокопенко, запихивая робота в небольшой карман комбинезона.

Они вышли в коридор. Мимо прошла девушка, почти точная копия Нетлл. Такие же соломенные волосы, большие грустные глаза, правда, выражение ее лица было отрешенным, да и движения больше напоминали сомнамбулу. Она прошла мимо с фиолетовым плодом в руках, даже не взглянув на парней.

— Эй, красотка…,- Прокопенко, расплывшийся в улыбке до ушей, невольно сказал девушке вдогонку, но Аллан вовремя его одернул.

— Забыл, что никаких контактов?! Так, ловелас, сделал лицо тяпкой и пошли вперед! — и, стараясь двигаться, как задумавшиеся зомби, парни направились за девушкой…

* * *

Возвращение Зундлера прошло успешно. Как и предполагалось, корабль «Зевс-1564» хорошо разогнался под действием черной дыры, потом, выйдя из опасной зоны, сделал скачек и пошел курсом к родному Буксону.

Электромагнитный шторм, идущий на двое суток раньше перед метеоритным потоком, уже накрыл колонию-поселение. Установить связь корабля с астероидом Z-13489-XV-2012 удалось только на самом подлете.

Жизнь на станции бурлила. То и дело пробегали солдаты и техники, вынося ящики с аппаратурой, питанием и медикаментами. Все это складировалось на Первом уровне, а потом переносилось на спасательную капсулу, которую должен был транспортировать юркий звездолет «Зевс-1564». Старший лейтенант Кузнецов коротко отдавал приказы. При общей суматохе не чувствовалось никакой паники.

— Приветствую, — Зундлер коротко поздоровался со своим замом. — Молодец, что все так организовал. Нужно надеяться на лучшее, но всегда готовиться к худшему. Где Свенсон?

— Два дня назад на последнем проходящем транспортнике отбыл на Глуадуакарру. Переведен туда по личному приказу Эдвинсона.

— Скатертью дорожка! — Зундлер скривил губы. — Что же, крысы первыми покидают тонущий корабль. Но мы то еще поборемся! А, Серега? Нам, как говаривал Фрикасс, пережить девятый вал, а там, глядишь и выкарабкаемся.

— Выкарабкаемся, капитан! Просто обязаны! Столько трудов потрачено на обустройство колонии-поселения… — Кузнецов внезапно запнулся и смотрел куда-то за спину Алекса.

Зундлер обернулся. В коридоре среди снующих солдат и обслуживающего персонала появились Софи и Нетлл.

— Боже! Что за глаза. Кто это? — только и смог выдавить Кузнецов, когда Нетлл посмотрела в его сторону.

— Софи, идите в жилой сектор, устройте Нетлл рядом с моей каютой, — не отвечая на вопрос Сергея, Алекс указал вглубь коридора по направлению к шлюзу.

— Хорошо, товарищ капитан, — девушка, поджав губы, прошла мимо, даже не взглянув на него. Нетлл, в испуге, шарахаясь от каждого встречного, проследовала за медсестрой.

— Что-то произошло? А где Прокопенко и Реппо, да и профессора с Гоги я не вижу? Как вообще слетали? — Сергей Кузнецов засыпал вопросами капитана, все еще провожая взглядом тонкую фигурку Нетлл.

— Парням временно пришлось остаться на планете Z-6592. Пойдем в Центр управления, на счету каждая минута, по дороге расскажу… — и, увлекая за локоть Кузнецова, Зундлер проследовал в зал Центра управления колонией-поселением…

* * *

— Ах! Мои бокалы! — Зоа, семеня маленькими стройными ножками, кинулась к стойке бара, но было уже поздно. Поднос с бокалами грохнулся на пол. От сильного толчка упал не только поднос, но и сама Зоа распласталась на полу всем своим синим семигрудьем. Рядом падали столики и перекатывались прозрачные шарообразные кресла. Посетителей у Зоа уже третий день не было — все были заняты на работах.

Новый толчок не дал Зоа подняться — это звездолет «Зевс-1564» пытался переместить астероид на орбите, оставляя его в спасительной тени планеты Буксон еще на одни сутки, давая тем самым спасение от смертоносного метеоритного потока.

Улитечка доползла до барной стойки, и ей, наконец, удалось подняться на ноги. Она не была набожной, но сейчас про себя повторяла все молитвы, обращенные к богам-вулканам, которые слышала от матери на родной планете Кабук. Планету часто трясло, правда, те толчки по сравнению с этими, что происходили сейчас, были мелочью.

Толчок. Через пять минут еще и еще. Замигало освещение, и на несколько минут в баре воцарилась кромешная темнота.

— Боги-вулканы, помогите Зундлеру… — непроизвольно шептали губы девушки. Зоа знала, что если через полтора часа не удастся оставить астероид в тени планеты, то сразу начнется экстренная эвакуация.

Освещение восстановилось. Толчки стали мене ощутимы и через час полностью прекратились. Девушка-улитек с опаской вышла из-за стойки и стала по-привычке наводить порядок, собирая с пола осколки стекла. «Внимание! Маневры успешно завершены! Маневры успешно завершены!» — голос Зунлера в динамиках звучал твердо, но несколько устало.

— Слава богам, — Зоа улыбнулась и, напевая что-то своим мелодичным птичьим голосом, пошла готовить фирменный коктейль.

На крио-плите под большим стеклянным колпаком что-то зашкворчало, источая аппетитный аромат. Девушка не ошиблась. Скоро в бар вошли Зундлер, Кузнецов и Поги. Столик был уже накрыт.

— Ну и умница ты, Зоа! — Алекс подошел к девушке и, обняв за талию, чмокнул экзотическую красавицу в щеку.

Зоа зарделась фиолетовыми пятнами и смущенно захлопала длиннющими ресницами своих трех глаз, а ее семигрудье стало еще синее.

— Поздравь нас! Всё получилось! Станция Буксон спасена! Три дня трудов не прошли даром!

Пока офицеры обсуждали успешное спасение колонии-поселения, Зоа приносила закуски и украдкой смотрела на мужественное лицо Зундлера. Как ей хотелось прижаться к его щеке, ощутить прикосновение его сильных пальцев.

Через полчаса Зундлер поднялся из-за стола:

— Товарищи офицеры, объявите всем, что завтра выходной. Все этого заслужили. Естественно, дежурства идут в штатном режиме. Поломки, возникшие в колонии-поселении, будем исправлять позже. Все свободны.

Наконец, в баре остались только Зундлер и Зоа. Капитан стоял около барной стойки и допивал коктейль. Буфетчица подошла к нему сзади и обняла за шею.

— Я так скучала…,- серебряный колокольчик голоса Зоа зазвенел в ушах капитана. Ее точеные руки стали ласкать грудь Алекса. Он не обернулся, но ответил:

— Я тоже.

— Почему ты не носишь амулет, что я тебе подарила? — спросила она, не нащупав его на груди Зундлера.

— Я его где-то потерял, — капитан так и не обернулся, — Извини, Зоа, я устал. Мне еще идти на дежурство. Надо сегодня обязательно связаться с группой Аллана Реппо, а то я в суматохе дел совсем забыл о них… Потом, Зоа, поговорим…

Зундлер поставил бокал на стойку и убрал миниатюрную ручку буфетчицы со своей груди. Все четыре сердца Зоа больно защемили. «Он не смотрит мне в глаза… Алекс меня не любит… Я это чувствую…» Буфетчица молча взяла поставленный бокал и пошла за барную стойку. Когда девушка обернулась, капитана уже не было в баре…

* * *

…— Теперь надо быть особо внимательным, — шепнул Остапу Аллан, когда они приблизились к главному залу второго блока станции.

Мимо пробегали псевдомуравьи, несколько раз прошли сородичи Нетлл, но никто не обратил внимания на двух парней. Маскировка, придуманная профессором, пока действовала безупречно. Вот, наконец, и вход в основной зал. Для того чтобы еще больше походить на сородичей Нетлл, каждый из парней держал в руках по фиолетовому плоду, взятому из хранилища, устроенного псевдомуравьями, в котором Прокопенко отыскал поломанный шар-робот. В этот раз парни зашли со стороны, противоположной той, где энергетический клон Аллана проник вовнутрь станции.

Взору парней предстала панель управления вторым блоком. В кресле перед несколькими экранами сидел Мартин Свенсон. Аллан сделал предупреждающий знак Остапу, и парни осторожно стали приближаться.

Когда до Свенсона оставалось шагов десять, он неожиданно повернулся на вращающемся кресле в их сторону и широко наигранно улыбнулся.

— Добро пожаловать, гости дорогие! — Мартин даже сделал жест руками, приглашая в свои объятия остановившихся парней. — Извините, что одет не в смокинг, а по-домашнему, — продолжил издеваться Свенсон, — но вы же не предупредили заранее о своем визите… Проходите, не стесняйтесь, мои девочки хорошо заботятся о гостях…

Черты лица Свенсона сделались жесткими, а глаза сузились. Он встал, сделал несколько шагов вперед и хлопнул в ладоши. Сразу несколько девушек — сородичей Нетлл подошли к нему.

— Вы что же меня совсем безмозглым представляли и думали, что не раскроется устроенный вами маскарад? Это вы могли провести псевдомуравьев, да моих наивных девочек, но аппаратуру же не обманешь! Я с интересом наблюдал за вашим похождением внутри муравьиной норы.

— Свенсон, или как там тебя, Ринго Синди, Реджуэл Квидис?! Давай договоримся по-хорошему! Ты отдаешь нам вот ту железку, — Аллан указал рукой на блок генерации реликтового излучения, — отпускаешь космонавтов и этих бедных девушек! Сам же можешь оставаться здесь со своим деревом и псевдомуравьями сколько хочешь! Даю слово агента КСБ, что тебя никто не будет преследовать!

— Ась? Мне послышалось, или кто-то здесь ставит мне условия? — Мартин ухмыльнулся и приложил руку к уху. — Похоже, молодые люди, вы не понимаете куда попали. С этой «железкой», как вы ее непочтительно назвали, я скоро смогу неограниченно управлять данным сектором галактики!!! Да я ради неё убил своего лучшего друга. Хотя какой он мне был друг? Вот мой друг!!! Мы с ним похожи. Он мимикрирует ради господства над другими, и мне пришлось сменить несколько личин на пути к власти. — Мартин указал на раскидистое сине-зеленое дерево Мимикриллуса, протянувшее свои лианы-щупальца по всему огромному залу. — Обратной дороги у вас уже нет. Вы присоединитесь к моим недавним сослуживцам. — Свенсон повернул голову к подвешенным на лиану фиолетовым коконам с космонавтами. — Они, были глупы и не захотели сотрудничать со мной, и вот что из этого получилось.

В это время один из коконов задергался в конвульсиях, а ближайшая к нему сине-зеленая девушка стала собирать в свернутый лист дерева фонтанирующую сперму.

— Скоро и вы станете всего лишь агрегатами по производству семенной жидкости… Берите их! — Свенсон жестом Наполеона указал стоявшим рядом зеленым девушкам на парней…

«Аллан, Остап, немедленно включайте энергетическую защиту, — голос профессора, наконец, достучался до сознания лейтенанта Реппо. — Вам необходимо вывести из строя энергетическую установку зала. Надо, чтобы все погрузилось в темноту!!! В темноте Мимикриллус бессилен!»

— Что? Ха-ха-ха!!! Этот старый маразматик Штангенциркуль советует вам выключить свет в зале? — как бы слыша слова профессора, зашелся в хохоте Свенсон. — Вот она, кнопочка. Только попробуйте сначала пройти мимо моих красавиц?

Ближайшая к Аллану девушка как-то хищно ощерилась.

— А это ты видал, зеленый урод?!

Все произошло в считанные доли секунды. Аллан только успел разглядеть, как маленький металлический шарик со скоростью молнии вылетел из руки Остапа и точно саданул по кнопке экстренного выключения освещения. Хоть она и была закрыта от случайного нажатия прочным стеклом, но шар влетел в него с такой силой, что стекло треснуло, а сам шар рикошетом отлетел в голову, не успевшего даже охнуть Свенсона. Мартин, не издав ни звука, упал спиной на пол между двух остановившихся в нерешительности девушек.

Освещение замигало и погасло. Среди девушек началась не то чтобы паника, но некоторое волнение. Они принялись издавать невнятные звуки, стали жаться к стволу Мимикриллуса. Только псевдомуравьи, как будто ничего не случилось, продолжали что-то приносить к стволу дерева и что-то уносить обратно.

— Спокойно, дивчины! Гюльчатай, посторонись, — Остап прошмыгнул между сородичами Нетлл, успев ущипнуть одну из них за задницу, и уселся за компьютер, который продолжал работать в штатном режиме.

— Остап! Ну, ты и монстр! — Аллан подбежал к другу.

— Жалко тильки робота-разведчика, — вздохнул Остап, — Но уж из башки Свенсона я не стану его доставать.

— Так это ты роботом в него запустил?

— Ну да… Надоело слушать, як он издевается над нами.

— Я бы никогда так не попал.

— Да я же в Межгалактическом чемпионате по лапта-бильярду третье место в прошлом году занял. У меня не глаз, а ватерпас! — засмеялся Прокопенко. — Мог бы первое занять, но сам напортачил.

— Не знал, — уважительно проговорил Реппо.

— А я думал, что агенты КСБ все знают, — подколол Аллана Остап.

«Что там у вас?» — голос профессора был несколько взволнован.

— Все хорошо, Абрам Иосифович! Остап его обезвредил.

— Как обезвредил? Надолго? Будьте внимательны — Ринго Синди хитрый тип.

Аллан подошел к Сенсону. Его блаженная улыбка полубога, открытые стеклянные глаза и кровавое пятно, растекающееся по полу зала, даже в прибор ночного виденья создавали жуткое зрелище.

— Похоже, что Остап обезвредил его навсегда. Свенсона больше нет. Он мертв.

«…Ну, может так оно и лучше для всех», — после небольшой паузы ответил профессор.

— Черт! Этот Свенсон установил хитрый пароль, похоже, что придется потрудиться, — насупился над компьютером Остап.

— Где его надо ввести? Давай я попробую свой. Он должен подходить при любых ситуациях. Аллан застучал по клавишам компьютера.

— Получилось! — радостный Остап чуть не подпрыгнул на кресле. — Сейчас я разблокирую все двери, и мы займемся этим дубом и космонавтами. Может и на девиц время останется.

— Давай, а я пока осмотрю это, — Аллан подошел к аппаратуре, генерирующей реликтовое излучение, и покосился на лежавшего в нескольких метрах Свенсона, — Его бы чем-нибудь накрыть.

Однако это было излишне. Псевдомуравьи, привлеченные запахом крови, уже сновали вокруг трупа. Быстро работая острыми, как бритва, челюстями, они ловко отделяли части тела и уносили вглубь своей норы. Через пять минут о Свенсоне уже ничего не напоминало, даже кровавое пятно было тщательно убрано псевдомуравьями.

Реппо вздохнул и принялся разбирать на первый взгляд неприметный блок, таящий в себе огромную силу. На пол полетели платы, которые старший лейтенант все же не без колебания стал давить ногой…

* * *

— Профессор, вы уверены, что если отделить этот кокон от лианы, то с человеком ничего не случится? — Аллан стоял в нерешительности перед одним из фиолетовых саркофагов, подвешенному на лиане Мимикриллуса. Зеленые девушки продолжались жаться к стволу опасного дерева и, похоже, не понимали, что они уже свободны. Прокопенко пытался что-то объяснить одной из них, но она яростно завизжала.

— Остап! Кто куда, а ты сразу по бабам! Оставь их пока, — Аллан обернулся к хохлу, — Давай лучше выносить тела космонавтов.

Прокопенко нехотя отложил затею по освобождению «женщин Востока» и подошел к Аллану.

— Что делать?

— Профессор сказал, что надо просто перерезать места соединения с лианой и вынести коконы.

— А это не опасно?

— Если все делать в темноте, то абсолютно безопасно, — отозвался голос профессора.

— Надо бы что-то приспособить для выноса коконов, — Остап оглядел огромное пространство зала и заметил в дальнем конце электрокар с прицепленной к нему тележкой. На тележке лежали какие-то пластиковое емкости. — Вот, то что нужно!

Через десять минут все емкости усилиями парней были сгружены на пол, и электрокар, управляемый Остапом, подкатил к стволу Мимикриллуса.

— И чем мы будем отделять коконы? Мы же ничего не взяли с собой, — Аллан огляделся вокруг и ничего подходящего не нашел, — Блин, неужели придется возвращаться.

— Смотри, что есть, — Остап открыл бардачок электрокара и достал стационарный ремонтный набор, — Тут должна быль лазерная пила. Вот! Все есть.

— Хорошо, тогда приступим, — кивнул головой Реппо, и парни направились к ближайшему фиолетовому стручку.

— Поддерживай его

Отделить коконы-стручки от лианы Мимикриллуса оказалось не такой простой задачей. Они, как прочной пуповиной, были связаны с сине-зеленым деревом. Вязкая жидкость фонтанировала из лианы-пуповины. Лиана, как потревоженный удав стала извиваться, а космонавт внутри кокона задергался, издавая страдальческие стоны. Наконец, первый кокон был отделен. Вязкая зеленоватая жидкость быстро перестала течь, свернулась и стала похожа на желатин, а отверстие кокона полностью затянулось, не осталось даже следа.

Первый кокон был аккуратно уложен на электрокар.

Парни подошли к следующему кокону. Девушки, столпившиеся вокруг ствола Мимикриллуса, как потревоженный птичий базар, подняли такой вой и шум, что после четвертого снятого кокона работу пришлось прекратить.

— Дамочки! Еще раз вам повторяю, что вы совершенно свободны, — пытался вразумить обезумевших зеленых красавиц Остап. Все было бесполезно.

— Они, похоже, не понимают среднегалактического наречия, — пожал плечами Аллан.

А возбужденные дамочки уже не просто подвывали около ствола, а издавали какие-то угрожающие звуки. Несколько рьяных особ даже умудрились укусить Аллана и Остапа за руки, протянутые к очередному кокону.

— Да вы что, дуры, сбесились?! Мы вам свободу даем, а вы, безмозглые, кусаться! — прикрикнул на них Остап.

— Остап! Оставь их! Рабскую психологию просто так не убьешь. Этот Свенсон был для них богом. Не обращай внимание.

— Как не обращай, вон, твари за руку укусили.

— Ну и меня… До свадьбы заживет, — и парни отодвигая возбужденных сине-зеленых сородичей Нетлл, принялись снимать очередной кокон…

* * *

…Электрокар выехал из открытых дверей второго блока станции и по муравьиной тропе на полной скорости направился за ближайший холм к спускаемой капсуле. Девятнадцать фиолетовых коконов, уложенных в четыре ряда друг над другом, лежали смирно. Под влиянием света цвет коконов буквально на глазах стал более насыщенным, а их оболочка из мягкой и упругой стала превращаться в твердую кожистую структуру.

Гоги и Штангенциркуль встречали их около капсулы.

— Вы ранены? — профессор обеспокоено стал осматривать кровоточащие укусы на руке Аллана, — Надо срочно обработать обеззараживающим составом.

— Да пустяки… Давайте лучше перенесем спасенных в капсулу. Что-то мне не нравится, что с ними происходит, — Аллан указал профессору на кожистые баклажанного цвета неподвижные твердые коконы.

— Это просто защитная реакция, дайте, я все же осмотрю вашу руку.

— Потом, профессор! На звездолете всё и осмотрите.

Когда перегрузка коконов на капсулу была закончена, Остап подошел к Аллану:

— А что с девушками делать будем?

— А что-то еще надо?.

— Ну… — замялся Остап и сделал однозначно непристойный жест.

— Прекрати, — поморщился Реппо, — перевозбудился от их укусов? Свет мы им включили, двери открыты. Не пропадут.

Капсула взмыла ввысь и планета Z-6592 стала постепенно удаляться. Через час капсула пристыковалась к транспортнику «Клеопатра-7». Все коконы были перенесены в медицинский отсек.

— Для того чтобы коконы не повредились, их надо упаковать в эластобинт, пропитанный питательным раствором, — сказал профессор.

Аллан, Остап и Гоги принялись распаковывать широкие пачки бинтов, которые Штангенциркуль вытаскивал из шкафов. На упаковку девятнадцати коконов в эластобинты понадобилось еще часа два. После этого каждую получившуюся мумию еще запаковывали в плотные спальные мешки, в которых космонавты обычно находятся в состоянии стазиса. Только такая избыточная упаковка, по мнению профессора, могла гарантировать, что узники фиолетовых коконов будут доставлены на Буксон в целости.

Аллан хотел связаться с Зундлером, но вместо привычной картинки главного центра управления колонией-поселением была только рябь. Похоже, что метеорный дождь в том районе еще бушевал.

— Ладно, всем спать. Гоги, дежуришь первым, я тебя сменю, — сказал Реппо, оглядев уставших товарищей, — Завтра вылетаем на Буксон.

— Двигатели готовы, а траекторию изберем ту же, что и Зундлер, — отозвался Остап.

— Летим без всяких ухищрений. Реликтового излучения больше не будет… Я надеюсь… Вернее просто уверен.

* * *

Реппо проснулся от странного ощущения, что с ним творится что-то неладное. Аллан посмотрел на наручные часы — пора сменять Гоги. Тут взгляд его скользнул выше по руке. Что это? Место укуса на руке вздулось, стало твердым и сильно выделялось под тонким серебристым комбинезоном. Однако никакой боли не было.

— Что за чертовщина, — Аллан стянул комбинезон и осмотрел руку.

Укус затянулся, но место на руке приобрело зеленоватый оттенок и было пронизано какими-то тонкими пульсирующими прожилками. Лейтенанту пришлось идти в медотсек и будить профессора.

— Похоже, что со слюной вам в рану попала какая-то инфекция, — констатировал и так очевидный факт Штангенциркуль. — Без детального анализа ничего конкретного сказать не могу, но в любом случае вас надо временно изолировать от других.

— Меня изолировать?

— И не только вас, но и, возможно, Остапа! Его же тоже покусали эти девушки, охранявшие дерево Мимикриллуса, — профессор уже при помощи бесконтактного шприца взял образец из зеленеющего и пульсирующего вздутия на руке космонавта, — Аллан, побудьте пока здесь, а я схожу к Остапу и обследую его.

Через пять минут профессор вернулся в медицинский отсек.

— Ничего не понимаю. У Прокопенко все заросло, как на собаке. И никаких зеленых вздутий! Вообще ничего! Я на всякий случай, конечно, взял анализы и у него.

— Ладно, я зайду к вам после дежурства, — Аллан попытался встать с кушетки, но ноги его предательским образом подкосились. По телу с каждым ударом сердца растекалась усталость. Голова пошла кругом.

— Никаких дежурств! Аллан, нельзя себя вести, как мальчишка! Гоги сменит Остап. Он, по крайней мере, чувствует себя отлично.

— Но я…

— Вы, молодой человек, будете находиться в специальной камере до тех пор, пока я не выясню, что это за гадость к вам прицепилась, и как с ней бороться. Раздевайтесь!

Превозмогая усталость, Аллан стянул с себя комбинезон и улегся на кушетку поверх специальной антитоксичной эластопростыни, расстеленной профессором. Она была вся пронизана нанокапиллярами, которые при соприкосновении с телом человека начинали поглощать из него токсины, одновременно вводя специальный состав. Такие простыни обычно использовали при сильных токсических отравлениях. Абрам Иосифович плотно обмотал пульсирующее вздутие на руке Реппо эластобинтом.

— Выпейте вот это, — профессор протянул Аллану мензурку с прозрачной жидкостью, — Это успокаивающее и иммуномодулирующее средство.

Аллан залпом выпил немного терпкую сладковатую жидкость. Голова продолжала кружиться, а глаза стали слипаться, и космонавт-исследователь стал проваливаться в полусонное полубессознательное состояние. Вокруг него витали какие-то призрачные образы: то профессор Штангенциркуль укоризненно качал головой, то вместо него появлялась зеленоватая девушка и страстно целовала его в губы, то вдруг ее место занимала Зоа, и ее мелодичный голос звенел, как арфа в его ушах…

Когда Аллан уснул, профессор укутал его с головой в эластопростынь. Потом, чтобы обеспечить плотное прилегание нанокапилляров к телу пациента, поверх простыни намотал несколько слоев эластобинта. В завершении всего кушетку накрыл прозрачный изолирующий колпак с автономной системой вентилирования и очистки воздуха. Теперь Аллан отдаленно напоминал древнеегипетского фараона, помещенного в саркофаг. Еще раз все проверив, профессор отошел от Аллана и занялся анализом крови Реппо и Прокопенко.

* * *

— Феноменально!!! — услышал возглас Штангенциркуля Остап, заглянувший в медотсек перед заступлением на дежурство.

— Профессор, что там с Алланом? — взволнованно спросил Прокопенко, видя забинтованное тело друга, неподвижно лежащее под стеклянным саркофагом.

— Просто феноменально!!! — бормотал профессор, разглядывая что-то на экране.

— Профессор!!!

— А! Это вы, молодой человек?! Вы просто не представляете, что это такое! — профессор потянул Остапу к экрану. — Смотрите!

— Я ничего не понимаю, — Остап смотрел на трехмерную модель какой-то молекулы.

— Ну, вот же!! Вот!!! А, ладно. Объясню проще, — и профессор начал грузить Остапа всевозможными плазмами и вакуолями, от которых у Прокопенко стала пухнуть голова.

— А еще проще, — наконец, не выдержав, Остап прервал поток объяснений профессора.

— Проще? Да куда уж проще? — развел руками профессор. — Ну, если уж совсем просто, то получается, что сине-зеленые девушки и Мимикриллус- это одно и тоже!

— Как? Ваш этот, как его, криллус, он же дерево! А эти красотки имеют вполне гуманоидный вид. Вы что-то путаете!

— Я никогда ничего не путаю! На то он и Мимикриллус, чтобы принимать различные формы. Только раньше считалось, что он может быть похожим на растения, а тут выяснилось, что он вовсе и не растение!

— Он что, животное?

— В том-то и дело, что он и не животное, и не растение! А нечто среднее между ними, этакая химера! Вот анализы волоса одной из девиц, которые я взял с вашего комбинезона, а вот анализы частички кокона Мимикриллуса! Вот это совершенно одинаковые клетки!!!

— Да-а-а… — в задумчивости протянул Остап. — Так, а что с Алланом?

— Сейчас увидим. Ваши анализы готовы, — профессор вывел на вторую половину экрана данные по анализу крови Аллана.

— Не очень утешительно, — нахмурился Штангенциркуль, — Похоже, в рану Аллана попали клетки Мимикриллуса, и они прекрасно встраиваются в клетки человека, постепенно вытесняя их.

— Что? Он превращается в Мимикриллус?

— Пока еще нет, но средства, что есть в моих руках, не позволяют вывести эту гадость из организма Аллана.

— А я? Меня же тоже покусали эти твари! — Остапа прошиб холодный пот. Он уже воочию представил себя сине-зеленым дубом. Ноги в коленях самопроизвольно задрожали.

— Сейчас посмотрим ваши анализы, вы только не волнуйтесь, — профессор вывел на экран анализы Остапа.

— Ого!!! — брови профессора от удивления резко пошли вверх.

— Что «ого»? Всё так плохо? Профессор, я умираю?!!! — Остап обессилено присел на кресло и, откинув назад голову на его спинку, закатил глаза.

— Да успокойтесь же, Остап! Ваш организм отлично справляется с инородными клетками. Просто поразительно! Вот смотрите!

Остап приободрился.

— А як же! У нас в семье увсе крепкие. Подумаешь, баба покусала.

— Дело не в том, что вы крепкий… Тут что-то другое… Скажите, только честно, вы помимо тех продуктов, что все едят, что-нибудь жирное употребляли вчера в пищу?

— Да ничего я такого не употреблял, — Остап отвел глаза в сторону.

— Остап! Подумайте хорошо! От этого может зависеть судьба не только Аллана, но и еще 19-ти человек. Вы забыли, что в тех коконах люди, наверняка, тоже поражены клетками Мимикриллуса.

— Профессор! Только никому об этом не говорите.

— Ну же! Я жду, молодой человек….

— Я ел…ну это… сало.

— Что?!!!

— Обыкновенное свиное сало.

— Откуда у вас сало?! Не выдумывайте! Азохенвэй! Существует же запрет на экспорт сала за пределы Солнечной системы!

— Бабушка прислала, — неумело соврал Прокопенко, от стыда покрывшись красными пятнами.

— Бабушка…, — передразнил его Штангенциркуль, — Так вот, скажите спасибо вашей бабушке-контрабандистке, похоже, именно сало способствует подавлению клеток Мимикриллуса. Белок его клеток конфликтует с жирами свиного сала… Надеюсь, что у вас еще оно осталось?

Остап сглотнул слюну и отрицательно помотал головой.

— Я вчера перед тем, как в эту муравьиную нору идти последний кусок съел.

— Плохо…

— Я всё же умру?! — Остап опять обессилено упал в кресло и закатил глаза. Вновь холодный пот струился с его лба.

— Если вы будете ежеминутно умирать, то я сам вас убью! — раздраженно сказал профессор. — Мне сало нужно было для проведения экспериментов.

— Ну, у меня осталась вощеная бумага, в которую было завернуто сало, — приоткрыв один глаз, умирающим голосом простонал Прокопенко.

— Отлично! Несите! Живо!!!!

Остапа, как ветром сдуло, а уже через две минуты он дрожащими руками отдавал профессору заветную бумагу.

* * *

— Как я и думал! — профессор довольно потер ладони рук, соскребая скальпелем остатки сала с вощеной бумаги, — этого вполне хватит, чтобы приготовить сыворотку для Аллана. А вот что с остальными делать, это уже будем решать на Буксоне. Вам Остап, правда, еще придется сдать немного крови.

— Я готов! — Остап самоотверженно закатал по локоть рукав комбинезона и зажмурил глаза.

Поколдовав над салом и кровью Остапа, профессор получил один кубик жидкости, которую ввел Аллану внутривенно.

— Ну, думаю, что к завтрашнему утру все будет нормально. Ничего, что возвращение на Буксон придется отложить на сутки. Черт!!! Черт!!! Черт!!! — профессор вскочил и побежал в дежурную рубку корабля, где в кресле капитана развалился Остап.

— Остап! Срочно свяжитесь с Зундлером!!!! Ну же!!!! — ничего не объясняя, стал выкрикивать профессор.

— Абрам Иосифович! Да вы меня до инфаркта доведете! — подскочил от неожиданности Прокопенко, — Что случилось? У нас сеанс связи через три часа.

— Эта девушка, как её- Нетлл!!! Она же тоже Мимикриллус!!!

— Нетлл?!! Блин! Мы же про нее и забыли во всей этой суматохе!

Остап стал судорожными движениями набирать код для связи с колонией-поселением Буксон.

— Буксон! Буксон! Ответьте! — в ответ только молчание.

— Вчера у них были сбои из-за метеоритного дождя. Может еще не восстановили аппаратуру? — в надежде спросил Штангенциркуль.

— Не похоже! Обратный сигнал стабильный. Это говорит о том, что там все в норме, просто никто не отвечает.

— Боже! Если эта тварь завладеет станцией, я даже не могу предположить, что там будет! — профессор схватился за виски и присел рядом с хохлом.

— Буксон! Буксон! Ответьте! — вновь понеслись в эфир позывные Остапа…

* * *

…Она проснулась рано утром и долго лежала на кровати, прислушиваясь к голосу своего тела. Внутренний голос подсказывал ей, что час настал. Она знала, что надо делать. Нетлл встала и подошла к небольшому зеркалу, встроенному в белоснежную панель каюты. Увидев себя в зеркале, она довольно улыбнулась.

— Наконец-то, пора цветения пришла, — с этими словами она накинула на тело халатик, который подарила ей Софи, и вышла из своей каюты.

После трех бессонных ночей, в течение которых обслуживающий персонал станции Буксон героически боролся за выживание, коридоры колонии-поселения казались вымершими. Изредка мимо Неттл проносились роботы-шары, осуществляющие внутренний мониторинг. Всем обитателям станции Зундлер устроил выходной. В штатном режиме работала только дежурная служба.

Пройдя по пустынному коридору, Нетлл позвонила в каюту капитана. Однако Зундлера там не оказалось, вместо него дверь девушке открыл учтивый лысый робот в оранжевом комбинезоне и сообщил, что капитан еще не ложился спать и вероятно находится в своем кабинете. Холодно взглянув на робота своими огромными глазами, Нетлл направилась искать кабинет Зундлера.

Смена капитана уже закончилась, но он пошел не в каюту, а в свой кабинет. Надо было еще раз проанализировать все свои действия по спасению Буксона, написать рапорт в Центр и объяснить, почему он не выполнил приказ об эвакуации колонии-поселения. Алекс сидел в своем кресле в полумраке кабинета, глаза его были прикрыты. Вместо того чтобы писать рапорт, он думал о Нетлл. Эта странная хрупкая девушка никак не выходила у него из головы. В дверь позвонили.

— Войдите, — Зундлер открыл глаза и выпрямился в кресле.

Дверь открылась, на пороге стояла она — его Нетлл.

— А-а-а, Нетлл, заходи, почему ты так рано проснулась? Что-то случилось? — Алекс улыбнулся проскользнувшей в его кабинет девушке.

— Нет, все хорошо, просто мне стало одиноко и захотелось поговорить с вами, капитан, — Нетлл подошла ближе к освещенному столу, и Зундлер не поверил своим глазам. Еще вчера он видел ее, хрупкую, такую беззащитную, с темными кругами под глазами, бледным лицом и соломенными волосами. Сейчас перед ним стояла красивая, соблазнительная девушка, круги исчезли, волосы из соломенно-желтых превратились в огненно-рыжие, высокая грудь привлекала взор немолодого мужчины.

— Нетлл, ты так изменилась, тебе лучше? — привстав с кресла, спросил Зундлер.

— Да, мне гораздо лучше, спасибо большое, я именно об этом и хотела с вами поговорить. — Нетлл подошла к столу Зундлера, присела на стул напротив капитана и встряхнула своими огненно-рыжими волосами. На капитана пахнул дурманящий голову аромат свежескошенного сена. Сердце забилось учащенно. — Я кое-что вспомнила, я знаю, что случилось на корабле, но об этом я могу рассказать только вам.

Еле оторвав взор от соблазнительной груди инопланетянки, Зундлер почти машинально сказал:

— Ты можешь полностью мне доверять, расскажи мне все. Знай, что здесь ты в полной безопасности.

На самом деле капитану было совершенно все равно, что там произошло. Он видел только эти формы, эти большие глаза, эти волнистые волосы. Нетлл подалась к Алексу и зашептала что-то ему на ухо.

Зундлер не мог оторваться, он слушал Нетлл, но не понимал ни единого слова из того, что она говорила. Для него не существовало сейчас ничего, только ее нежный шепот, аромат ее кожи, пропитанный полынью и чабрецом, ее гибкий стан.

Рука Зундлера невольно потянулась к Нетлл, он взял ее ладонь и принялся

поглаживать ее. Девушка встала со стула и приблизилась к креслу капитана, тот слегка откатился от стола, девушка наклонилась над ним и прошептала:

— Ты хочешь меня, ведь так, да?

Алекс судорожно сглотнул и резко выдохнул: «Да!» Он обхватил ее талию руками и притянул к себе, принялся целовать ее шею. Капитан запустил руку под халатик и сжал упругую грудь девушки.

— Стой, неистовый, — смеясь, сказала Нетлл. — Тебе нужно раздеться. Или у вас у людей это делается не так?

Она легко вспорхнула с его коленей, Зундлер судорожно рванул молнию своего скафандра вниз. Через пару мгновений он стоял обнаженный, склонившись над девушкой, лежащей на его рабочем столе. Он ласкал ее, целовал ее бархатистую кожу, наконец, он нашел ее припухшие губы и впился в них страстным поцелуем. Тут он почувствовал слабое покалывание на своих губах, а когда долгий поцелуй закончился, он ощутил легкое головокружение, руки его ослабли, колени чуть не подкосились. Машинально Алекс слегка попятился назад.

— Что случилось? — пристально глядя на капитана, спросила Нетлл и резко села на столе. — С тобой все в порядке?

Капитан кивнул ей и улыбнулся:

— Это, наверное, от недосыпания. Все хорошо, моя дорогая, просто… — он не закончил фразу, его снова накрыла волна желания. Нетлл хищно улыбнулась ему, грациозно спустила свои стройные ножки на пол и буквально прыгнула в объятия Зундлера. С ним что-то творилось, но что, Зундлер не понимал. Все поплыло перед глазами…

Через полчаса дверь из кабинета Зундлера приоткрылась, и Нетлл выскользнула в пустынный коридор, на ходу запахивая легкий халатик. Затем она приложила руку к замку. На небольшом мониторе, сообщающем состояние замка, высветилась надпись: «Дверь блокирована капитаном Зундлером. Вход воспрещен». Девушка улыбнулась и осторожно пошла по коридору.

В это время в ярко освещенном кабинете в кресле капитана лежал плотный телесного цвета кокон. Своими очертаниями он напоминал человеческую фигуру. Из кокона доносились легкие приглушенные стоны. Постепенно стоны стали еле слышными, а кокон стал принимать фиолетовый оттенок. В сторону от кокона потянулись тонкие извивающиеся зеленые жилки…

* * *

Нетлл шла кошачьей походкой по пустынному коридору станции, изредка оглядываясь. В один из таких моментов, когда девушка оглянулась, ее легкое стройное тело врезалось во что-то большое, немного влажное и теплое. Нетлл ойкнула, повернула голову и увидала перед собой мускулистое тело рослого молодого человека. Он выходил из солдатской душевой. Нижнюю часть тела парня закрывало махровое полотенце.

— Привет, красавица, куда спешишь? Не проходи мимо.

Дорогу девушке перегородил солдат, она узнала его. Он был на том корабле, который привез Нетлл сюда, в это отличное место для ее охоты.

— Я? Гуляю, осматриваюсь. А ты в гости меня зовешь? — игриво проговорила Нетлл, улыбнулась парню и тряхнула огненно-рыжими волосами.

— А что, заходи, мы с приятелем как раз после смены, может развлечемся.

В это время из душевой появился второй солдат.

— Ох, мальчики, вас двое, ну хорошо, пойдемте, — чуть помедлила Нетлл, покажете мне свою каюту?

— Ну что, Том, покажем девушке нашу «холостяцкую берлогу»? Тебе, красотка, там понравится. Кстати, меня Сэм зовут. Парень обнял девушку и повел ее к каюте. У дверей он задержался вместе с Томом, пропустив девушку внутрь.

— Эй, Том, дружище, дуй к буфетчице, возьми там чего-нибудь для нашей гостьи, а я ее развлеку пока что.

— А чего это я? — набычился Том, — Может, лучше ты пойдешь к Зоа? А вообще-то я даже не уверен, что сегодня буфет открыт…

— Да ты что, видишь в каком я виде? — развел руками Сэм. — Ты не переживай, приятель, Зоа всегда на месте, — и, нагнувшись к самому уху Тома, добавил шепотом, — Потом вместе развлечемся с этой рыжеволосой.

— Ладно, — нехотя согласился Том и помчался в буфет.

* * *

Рядовой Макс Хаммер как раз готовился ко сну, он только что активировал свою кровать и уже собирался стянуть с себя комбинезон, как дверь каюты открылась и внутрь зашла симпатичная молодая рыжеволосая девушка с огромными глазами.

— Привет — по-простому поздоровалась девушка и оглядела каюту. Следом за ней зашел Сэм. Увидя Хаммера, парень скривился:

— Эй, салага, а не пошел бы ты погулять? — сделал недвусмысленное предложение Максу Сэм.

Макс вздохнул и вышел из казармы. Он знал, что со старослужащими Сэмом и Томом лучше не спорить. Нетлл осмотрелась и присела за стол.

— Ну, и чем вы будете меня угощать? У тебя есть минеральная вода?

— Сейчас что-нибудь придумаем, красавица, — заверил ее Сэм и присел на стул рядом с девушкой.

В это время Нетлл встряхнула своими волосами, и Сэм почувствовал мощный прилив сил и желания. Он хотел эту девушку, хотел прямо сейчас и, плевать, если она против. Парню почудился легкий аромат сеновала, и он сразу вспомнил свое последнее приключение с доньей Лахудриньей во время своего краткосрочного отпуска на Землю, в родную деревню Альпака, что затерялась среди кукурузных полей штата Нью-Мексико.

— А у вас тут мило, хорошее освещение, — сказала Нетлл, разглядывая каюту.

Она встала со стула, подошла к стене и начала рассматривать плакат с пышногрудой Ириной Попандопулос. В это время Сэм вскочил со стула и кинулся к ней, прижал ее к стене, обняв за плечи. Его руки начали ласкать ее тело. Нетлл почувствовала его упругий фаллос под полотенцем. Она повернулась к парню лицом и поцеловала его. Сэма как будто током ударило. Волна неистового желания захлестнула его, но в то же время он почувствовал, что его руки немеют, ему стало тяжело двигаться. Нетлл обхватила его за плечи и повернулась вместе с ним, теперь у стены стоял Сэм.

Девушка все еще целовала парня, но вдруг отскочила от него на пару шагов и зашипела как-то странно. К этому моменту Сэм мог только смотреть на нее. Его руки безвольно повисли вдоль тела, ноги не слушались приказов, лишь только фаллос гордо стоял, выражая готовность парня к соитию. Сейчас парень хотел только одного, взять эту женщину, но она была недоступна, он не мог сдвинуться с места.

Через пару мгновений Нетлл перестала шипеть. Она выпрямилась, свела ладони у груди, а потом развела руки в стороны. Сэм увидел, что между ладоней протянулась тонкая нить, похожая на паутину. Глаза Нетлл засветились зеленоватым светом, она хищно оскалилась и набросилась на Сэма.

Девушка ласкала и целовала его, при этом оборачивая в тонкую паутину. Нити слипались, образуя прочную эластичную корку. Вскоре рядовой превратился в сплошной кокон, закончив свою работу, Нетлл присела на стул, она тяжело дышала, но чувствовала себя удовлетворенной своей работой. Мускулистый парень стоял перед ней надежно запакованный в прочный кокон. Он постанывал не то от наслаждения, не то от боли. Пошевелиться в таком плотном коконе он явно не мог. Нетлл улыбнулась и снова подошла к Сэму.

— Ну вот, дорогой мой, теперь ты готов, не волнуйся, теперь тебе будет хорошо, все время. Она коснулась налитого силой фаллоса Сэма и принялась его ласкать. Сэм снова застонал и попытался дернуться.

— Ну-ну, потерпи, Сэм, скоро я плотно займусь тобой, а сейчас мне нужно поговорить с твоим другом. — Нетлл поцеловала Сэма и направилась к выходу.

— Стой… — простонал Сэм сквозь обволакивающую голову корку, но Нетлл не ответила ему, а лишь включила освещение на полную мощность.

Когда дверь за ней с легким шелестом закрылась, Сэм принялся с новой силой извиваться в своем коконе. Прежнее оцепенение немного отпустило его, но теперь он был плотно упакован, и, судя по всему, выбраться самому из этого кокона ему было не под силу. Однако парень задергался, попытался оторваться от стены, и это ему удалось. Сэм сделал пару небольших прыжков и тут же потерял равновесие. Он повалился на бок и шмякнулся на кровать своего сослуживца. Почувствовав тело на своей поверхности, кровать, активированная Максом, издала сигнал готовности и принялась облачать и без того туго упакованного парня в плотный спальный кокон. Упаковочные бинты с легким шорохом завернули молодого человека, рот его заполнила трубка, а фаллос оказался в прочном чехле.

* * *

Том вбежал в каюту с увесистым пакетом сладостей и бутылкой знаменитого коктейля, что умеет делать только улитечка Зоа. Внутри ярко освещенной каюты никого не было, лишь только Макс дрых в своей кровати, широкая улыбка сползла с лица Тома.

— Вот же, сука, сбежал с девчонкой, — от злости Том ударил по столу кулаком и бросил пакет на кровать Сэма. В это время Макс еле заметно завозился на своей кровати и замычал.

— Чего мычишь, салабон? Ржешь над старослужащим? — психанул Том, — Лежишь, вот и лежи. А то можно и покруче тебя укатать, засранец!!!

Срывая обиду на Максе, Том ткнул пару раз кнопки управления его кроватью. Тело Макса вновь стали обвивать упаковочные бинты… Через несколько секунд неподвижная мумия застыла на кровати. Ни звука, ни шороха.

Расстроенный Том вышел из каюты и отправился в буфет заливать обиду. Но, видно, есть справедливость в этом мире! На полпути к бару Том увидел ее. Прекрасная Нетлл, теперь одетая в зеленый солдатский обтягивающий комбинезон, словно бы ждала парня здесь.

— Том, — окликнула солдата девушка и помахала ему рукой. Легкая улыбка тронула губы парня, он собрался с силами, хотел быть серьезным, но по чему-то не смог сдержаться.

— Нетлл, детка! — почти закричал он, — Где ты была, я везде ищу тебя, а где Сэм?

— Сэм? А он ушел, он хотел показать мне станцию, но потом убежал по какому-то важному делу. Может быть, ты покажешь мне станцию?

— Не пойму как он мог бросить такую красавицу? Я? Конечно, покажу, — с готовностью закивал Том, уже забыв о своем друге, — Идем, я знаю одно укромное место, тебе оно должно понравиться.

Солдат взял девушки за руку и повел ее по пустынному коридору в дальнюю часть станции…

* * *

Сигнал «Внимание» застал Отто в один из тех сакральных моментов, когда он с увлечением изучал прекрасный экземпляр вируса свиного гриппа, который еще до полета «Зевса -1564» принес ему Прокопенко. «И откуда он только раздобыл его тут, среди безжизненных пространств космоса», — недоумевал профессор, — «Когда вернется, надо обязательно спросить, Остапа об этом». Вирусология была давним увлечением доктора Отто Эрлиха, но на сигнал необходимо было отреагировать.

Нехотя оторвавшись от электронного микроскопа, Отто подошел к экрану монитора, показывающего биологическое состояние атмосферы станции. Открыв сообщение, Эрлих принялся читать его. По мере чтения он немного удивился, затем отдал команду для анализа неизвестного вещества. Десять минут потребовалось машине, чтобы составить представление о новом веществе, появившемся в воздухе станции пять дней назад. Тогда во всеобщей суматохе, связанной с метеоритной атакой, Поги сообщил, что ощущает какую-то ничтожно малую примесь в атмосфере станции. Но, что это он не смог сказать. Приборы же ничего не выявили. И вот сегодня слова Поги подтвердились.

— Швайне амебоид, опять этот Поги напился! — выругался доктор — Его бы помощь в выявлении источника странной примеси очень бы пригодилась.

— Да, доктор, пьянство плохо влияет на его цитоплазму. Бедный Поги, — констатировал робот-грум Хьюберт, который всегда ассистировал Отто…

— Софи, вам бы тоже не мешало на это взглянуть.

Девушка присела у монитора и стала рассматривать структурную формулу вещества.

— Поразительно, доктор! Но это же очень опасно! Вот посмотрите сюда, в этот участок.

Внимательно изучив данные, Отто покачал головой и нажал кнопку вызова дежурной смены.

— Дежурный по колонии-поселению старший лейтенант Кузнецов, — на экране появилось изображение, — Я вас слушаю, доктор Отто.

— Гер Кузнецов, — не отрывая взгляда от монитора, где показывалось состояние атмосферы станции, проговорил Эрлих, — Если возможно, зайдите ко мне в лабораторию. Преинтереснейшая информация имеется для вас.

* * *

Старший лейтенант Кузнецов внимательно прочитал результаты анализа неизвестного токсина, и теперь обдумывал информацию. В это время Софи пристально рассматривала структурную формулу вещества, медленно плывущую в свете лазерной голограммы. Наконец помощник капитана изрек:

— Чудеса да и только. Половой аттрактант, здесь, да еще и растительного происхождения! Право слово чудеса. Но как, откуда?

— Гер Кузнецов, вы задаете мне вопросы, на которые я не могу найти ответа, так же как и вы впрочем. К тому же Поги опять пьян.

— Может быть, пока не поздно, мы сможем найти источник аттрактанта и без Поги? — предположила Софи и, уже скорее по привычке, томно вздохнула, окинув ладную фигуру Кузнецова долгим взглядом.

— Хмм. Да, я думаю, если задать параметры отслеживания, то можно будет примерно отыскать источник этого вещества, гер старший лейтенант, — согласился доктор Отто.

— Приступайте, доктор, — распорядился Кузнецов.

Не прошло и десяти минут, как компьютер выдал очередную порцию информации. Оказалось, что растительный феромон медленно, но верно распространяется по станции. Источником же его, оказался движущийся объект.

— Так, где он сейчас? Ага, смотрите, похоже, это жилые комнаты второго уровня, это пустые казармы. А вот смотрите, концентрация максимальная и движется. Похоже объект там. Что мы будем делать, друзья? — спросил доктор Отто.

— Сергей, выведите на монитор изображение этого коридора, — подсказала Софи, стрельнув жгучим взглядом в глаза старшего лейтенанта и прижавшись бедром к его ноге.

— Система видеонаблюдений на этом уровне частично нарушена, еще во время аварии на куполе. Специалисты пока ее не восстановили, а то бы мы уже бы наблюдали этот объект, — развел руками Кузнецов и задумался на секунду, так и не отреагировав на прикосновение Софи.

Медсестра прикусила нижнюю губу. «Чурбан бесчувственный! Сколько еще я его буду обрабатывать? Просто крепкий орешек какой-то!»- подумала про себя Софи.

— Попробуем послать роботов-разведчиков, но сначала нам необходимо связаться с капитаном Зундлером, — бесчувственный старший лейтенант попытался вызвать командира, но тот не отвечал.

— Капитан должен быть в своей каюте или в кабинете, — констатировал Кузнецов. — Я пойду в каюту Зундлера, а вы, Отто, попытайтесь найти этот источник, но будьте осторожнее. Я выделю вам несколько роботов-разведчиков. Возьмите на всякий случай с собой пару солдат.

Кузнецов вызвал роботы-шары и двух солдат из дежурной смены к медотсеку, а сам направился в каюту Зундлера. Учтивый грум сообщил, что капитан все еще не вернулся с дежурства. Кузнецов покачал головой.

— Опять обитает в своем кабинете! Совсем не следит за своим здоровьем. Хорошо, Стэнли, тогда я поищу его там.

Подойдя к кабинету капитана, Кузнецов позвонил в дверь. Ему никто не ответил, кабинет был заперт. Высветилась надпись: «Дверь блокирована капитаном Зундлером. Вход воспрещен».

— Где он тогда? У Зоа его не было… Странные дела творятся, — самому себе сказал Кузнецов и отправился по пустынному коридору в центр управления колонией-поселением…

* * *

…Софи и грум Хьюберт изо всех сил волочили обезумевшего доктора Отто по бесконечным коридорам станции. Тот упирался и все время рвался туда, к невероятной и умопомрачительной Нетлл с ее ярко рыжей жгучей гривой волос, напоминающих пожар — огненный цветок. Софи казалось, что мир сошел с ума. Наконец, девушка выбилась из сил и остановилась. Доктор же, казалось, нисколько не устал, и Хьюберту пришлось немного напрячься, чтобы удержать его:

— Софи, детка, Хьюберт, немедленно отпустите меня, мне нужно туда…Цветок… Я должен быть там…

— Отто, да придите же в себя. Хьюберт, что же делать? — Девушка была в отчаянии. Но тут Софи пришла идея. Она схватила Эрлиха за воротник халата и впилась в его губы. Долгий страстный поцелуй немного отрезвил несчастного доктора. Пара пощечин, потом еще один поцелуй.

— О, майн гот, Софи, что тут происходит? — доктор Отто принялся озираться вокруг.

— Эрлих, это ужасно, эта тварь Нетлл, она захватывает станцию!!! А вы, все мужчины, сошли с ума!!!

— Доктор, Софи права. Необходимо предпринимать какие-то меры, — подал голос беспристрастный робот Хьюберт.

— О, да, видимо это действие этого феромона, надо же, какой интересный эффект, нужно будет получше изучить его.

— Доктор! Прекратите! — вновь страстным поцелуем Софи впилась в губы Отто.

— Да, да, милая Софи, вы совершенно правы, нужно найти первого помощника и остальных.

— Хорошо, идемте, но сначала, для профилактики… — Софи снова принялась целовать Эрлиха, повалившись с ним прямо на пол перед кают-компанией. Привычный и не к таким сценам Хьюберт тактично отвернулся.

Через несколько минут Софи, Отто и Хьюберт все же зашли в кают-компанию. Семигрудая трехглазая Зоа, напевая себе под нос, что-то резала за барной стойкой:

— О, Софи, доктор Отто, как дела? Не желаете перекусить? Хьюберт, может подзарядишься? У вас потрепанный вид, господа. А куда все подевались? — зазвенел серебряным колокольчиком голос девушки улитек. Софи по привычке хотела скривить губы и пропустить мимо ушей слова ненавистной соперницы, но вовремя сообразила, что не время высказывать своё «фи».

— Зоа, это настоящий кошмар, мужчины просто взбесились, они все сошли с ума, эта новенькая, инопланетянка Нетлл, оказалась сущим монстром!!! Она подчинила их всех!!! Эта тварь выделяет в воздух особый феромон, — Софи стала рассказывать Зоа, что творится на станции.

— Какой кошмар, какой ужас! — хлопала глазами улитек, — А я то думаю, почему нет посетителей… Один только солдатик и прибежал за сластями… У меня так все пропадет… Продукты такие скоропортящиеся…

— …к тому же и Зундлер, и Кузнецов куда-то исчезли. Я даже боюсь предположить, что с ними могло случиться. Мы обезглавлены! — продолжала Софи.

Зоа только покачивала головой и моргала огромными глазами:

— Боже мой, боже мой! Зундлер! Если с ним что-то случится… — Зоа не договорила. В это момент в буфет ворвалась плачущая растрепанная Аннушка из отдела связи:

— Этот мужлан, Федор, он чуть было меня не изнасиловал, а потом… потом… он, как зомби, пошел за этой рыжеволосой, за инопланетянкой.

— Вот! А что я говорила, — Софи махнула в сторону плачущей девушки, — они все взбесились.

— О ужас, что же нам делать? — спросила улитек, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Единственное, девочки, что нам поможет, так это нейтрализация, хоть не на долго, действия феромона. Или же укрыться в надежном месте и ждать спасения.

— Дорогая, у нас ничего не получится, вентиляция уже разнесла этот феромон по всей станции, боюсь, что мы обречены, — безнадежно махнул рукой доктор Отто, глаза которого опять становились отрешенными.

— Вот видите, скоро и мой Отто свихнется! — медсестра не жеманно, а по-настоящему всхлипнула и опять принялась неистово целовать доктора.

Аннушка во всю таращилась на эту сцену, а Зоа даже забыла протереть на барной стойке следы от влажного стакана. Ну, уж эта Софи! В такой ситуации и так себя вести! Верх разврата!

— Девушки, не подумайте ничего плохого. Это просто один из способов снять влияние феромона, — пояснил Хьюберт.

— Софи, вы всегда считали меня дурой и посмеивались надо мной, но я знаю, что нам надо делать, — Зоа посмотрела пристальным умным взглядом трех глаз на медсестру и, горделиво поправив пятую грудь, все же протерла барную стойку. — Ну, вообще-то есть одно местечко. Дело в том, что законсервированный уровень имеет независимую систему вентиляции, Там мы сможем укрыться.

— Законсервированный уровень? — удивился доктор Отто, голова которого на минуту прояснилась. — У нас есть и такой? Очень интересно, а откуда вы о нем знаете?

— Ну-у-у-у, — замялась буфетчица, — мы с Прокопенко, ну, в общем, мы там …

— Да скажи же уж что там такое?! — в один голос вскричали Софи и Аннушка.

— Там свиноферма, — выдавила из себя улитек. — Мы там свиней держим и сало получаем.

— Так вот откуда взялся этот замечательный штамм свиного гриппа, — буркнул себе под нос Отто и поправил очки.

— Контрабанда? Незаконный промысел свиного сала… — прошептала Аннушка и прикрыла рот рукой, — Боже, с кем я связалась? За это же вмиг попрут из отряда космонавтов…

— Милочка, можешь считать, что ты ничего не слышала, — видя замешательство Аннушки, сказала ей Софи, прекрасно понимая состояние девушки. Если что, то мы это подтвердим на любом суде. Правда же, Зоа?

Улитечка, состроив своими утиными губками вымученную улыбку, нервно закивала головой и сунула в руку Аннушки стакан с коктейлем.

— Зоа, нам надо собирать людей и срочно скрываться на законсервированном уровне, — зашептала ей на ухо Софи, — Это наш единственный шанс… На мужиков надежды нет…

* * *

— Остап, удалось связаться с Буксоном? — через два часа после введения сыворотки Аллан немного бледный, но уже почти здоровый вошел в капитанскую рубку корабля «Клеопатра-7».

— Аллан! Ты как? — кинулся к другу Прокопенко.

— Вполне сносно. Штангенциркуль рассказал мне о сыворотке. Вот только повязку на руке еще решил не снимать сутки. Так что там со связью?

Остап отрицательно покачал головой.

— Значит, этой твари удалось захватить Буксон.

— Но как? Она что же всех там покусала?

— Профессор сказал, что Мимикриллус возможно заманивает свои жертвы запахом. Ладно, Остап, иди отдыхай, я приму дежурство.

Остап вошел в свою каюту и готов был залезть в теплый армейский спальник и наконец-то выспаться, но вдруг вспомнил о копии диска, которую он снял с компьютера на законсервированной станции, где им пришлось пережить не лучшие моменты жизни. Рука самопроизвольно потянулась за диском, и уже через минуту Остап забыл о сне. Еще бы! Оказывается помимо всякой технической информации на диске можно найти много всего интересного. Например, чей-нибудь личный дневник! Именно личный дневник покойного Мартина Свенсона и обнаружил Остап.

— Вот же сукин сын! — только и приговаривал Остап, просматривая подробные записи Свенсона. Потом все же Прокопенко не усидел на месте и, схватив диск, побежал в командирскую рубку к Алланау.

— Ты чего еще не спишь? — Аллан удивленно взглянул на возбужденного товарища.

— Смотри, что этот паразит Свенсон удумал.

— Ты о каком Свенсоне? О Мартине или о Густаве — втором помощнике Зундлера?

— Да они оба замешаны во всех этих случаях с пропажей кораблей. Вот смотри, я тут записи в дневнике Мартина нашел. Он все очень подробно записывал. Тут и про его убитого друга; и про твою аппаратуру есть, которую ты искал; и про Мимикриллуса; и про то, как Густав сообщал своему дяде время прохождения около планеты Z-6592 транспортных кораблей; и про грандиозные планы захвата власти в этом секторе вселенной. Тут много чего!

— Я думаю, что нам всем надо прочесть. Сейчас как раз должны подойти Штангенциркуль и Гоги.

Упомянутые профессор и амебоид не заставили себя долго ждать. Через пять минут кратких объяснений со стороны Аллана, все сели за свои персональные мониторы и принялись читать откровения Свенсона.

— Что ж, выходит, что на сцепке кораблей Свенсон и устроил сначала инкубатор для своего Мимикриллуса, — закончив читать, произнес Аллан. — Теперь понятно, почему влажно и светло было в помещениях; понятно, откуда взялась лужа спермы на полу в одном из кораблей; только не понятно, почему здесь осталась Нетлл.

— Нетлл — это же всего лишь одно из семян этого Мимикриллуса, хотя и довольно умное. Я думаю, что ее просто по случайности забыли забрать на планету, когда Сенсон обманным путем уговорил последний сбившийся с курса экипаж помочь ему перебазироваться в здание законсервированной колонии-поселения, — сказал Гоги.

— Ну да! Ему же проще было все время находиться рядом с аппаратурой, а не наведываться туда. К тому же на планете больше света, да и влаги для Мимикриллуса, — добавил Остап.

— Жалко, что такой гениальный ум, который смог подчинить себе Мимикриллуса, принадлежал такому мерзавцу, — вздохнул Штангенциркуль. — Этот Свенсон научился в ходе своих экспериментов наделять некоторые семена Мимикриллуса человеческим интеллектом. Это, молодые люди, все объясняет, почему Нетлл разговаривала и вела себя по-человечески естественно.

— Одного мерзавца уже нет в живых, а другой преспокойно сидит в кресле второго помощника Зундлера! Да еще так все гладко подводил к тому, что это Зундлер виновен в пропаже кораблей, — возмутился Остап.

— Да к тому же детище его дяди, если его не остановить, теперь угрожает всем жителям Буксона, да и всего сектора вселенной! — раздраженно сказал Аллан Реппо. — Всем быть готовыми! Через час вылетаем к Буксону.

Перед Алланом высветилась голограмма сектора галактики, и он с Прокопенко начал прокладывать маршрут возвращения домой, на уже ставший ему родным Буксон.

* * *

Сержант Жу-Чень еще раз посмотрел в монитор. Пустынное безжизненное пространство расщелины астероида, где притаилась их колония-поселение, было тускло освещено светом двух лун Буксона. «Похоже, что мы на станцию завезли жуткую заразу, и только я смогу помочь всем нам. Ведь я же не человек. Я — робот.»

Сержант Чу-Жень был непростым человеком, скорее даже он был не человеком. Киборг — новейшая экспериментальная модель, построенная на полусинтетических тканях. Секретная разработка. Суперчеловек, сильный, выносливый, невосприимчивый к болезням. В общем, не человек.

Их было восемь, всего восемь человек на этот огромный мир, четыре Адама и четыре Евы. Создатели разбросали их по углам Вселенной, доступной человеку, и время от времени получали от них данные. Чу-Жень был одним из них.

Быть среди людей было легко, никто не замечал разницы. Он был совершенно обычным человеком, как все, он мог есть, пить, веселиться в шумной компании. При этом Чу-Жень отличался устойчивостью к ряду химических веществ: от не хмелел, когда выпивал с сослуживцами, его трудно было отравить и к различного рода ментальным воздействиям (некоторые расы были способны и на такое) он был весьма устойчив… Но вот чувства, эмоции, здесь была загвоздка, несмотря на все старания программистов, чувство любви было ему чуждо. Иногда, когда парень видел влюбленных, нежно целующих друг друга, он не понимал что движет ими.

Страсть, желание тела, да, это поддавалось анализу, и он понимал, что привлекает людей в сексе, когда вместе с сослуживцами смотрел на горячую страсть порнозвезд, но любовь, вот что не давало покоя его синтетическому разуму и порой угнетало, если так можно было говорить о киборге.

«Я невосприимчив к этой заразе, я остановлю ее и спасу станцию, будет о чем рассказать отцам», — рассуждал Жу-Чень. Сержант встал, надел защитную маску и прихватил табельное оружие, установив его на шоковый режим. Закончив все приготовления, он вышел из своей каюты. Охота на Нетлл началась.

Искать пришлось недолго. Несколько поворотов и он оказался перед грудой закукленных тел. Они мычали и извивались в своих путах, которые покрывались бугристыми зелеными прожилками, пульсируя и живя своей жизнью. Судя по размеру коконов, это были космо-пехотинцы, которых он еще недавно посылал на поимки и нейтрализацию Нетлл.

— Ну, вот и указатели нашлись, значит, объект где-то близко, — сделал вывод сержант и пошел дальше. Еще через несколько минут поиска он обнаружил ее. Нетлл склонилась над еще одним коконом, это был служащий отдела связи, судя по форме, лежавшей неподалеку.

— А, вот ты где, странное создание, — безразлично процедил сквозь зубы Жу-Чень. Нетлл резко вскинула голову и хищно улыбнулась.

— Меня ищешь? А я тебя заждалась, иди ко мне, мне нужно кое-что тебе рассказать.

— Нет, детка, на меня твои уловки не подействуют, — сухо рассмеялся сержант и указал на маску. Нетлл оскалилась и зашипела:

— Думаешь, эта штука спасет тебя?

— Я думаю, что она мне вообще не нужна, — Жу-Чень снял маску.

Нетлл удивленно посмотрела на странного сержанта и встряхнула волосами. Ничего не произошло, сержант стоял, как ни в чем не бывало, и кривил губы в нахальной улыбке. Нетлл еще и еще раз встряхивала волосами. Ничего не происходило.

— Видишь, я все еще не в коконе, — довольно улыбнулся сержант. В этот момент Нетлл резко бросилась на него, сержант едва успел отскочить в сторону и выстрелить из бластерного пистолета. Удар попал точно в спину инопланетянки, она вскрикнула и упала навзничь.

— Ха-ха-ха, вот и все, теперь ты отправишься в специальный бокс, — констатировал Жу-Чень и приблизился к неподвижно лежащему существу. Он присел на корточки возле девушки, даже в поверженном состоянии она была прекрасна: ее стройное, словно точеное, тело, длинные стройные ноги, яркие волосы. Сержант нагнулся над Нетлл, и тут внезапный удар сбил его с ног, сержант отлетел в сторону и ударился спиной о стену. Нетлл тут же вскочила и, набросившись на него, поцеловала. Жу-Чень замычал, забился и попытался отбросить девушку, но хватка Нетлл была железной. Он ощутил на губах легкое пощипывание, руки его задрожали, сердце забилось сильнее, по телу прошла волна удовольствия, а Нетлл уже не представлялась таким чудовищем.

«Что это? — сердце Жу-Ченя забилось неровно, а на лбу выступили капли пота. — Я еще никогда не испытывал этого чувства. Она мне нравится. Не только, как совершенная форма. Она мне нравится, как особь противоположного пола. Не может быть! Сбылась моя мечта! Я стал человеком! Я понял, что такое любовь!!! Ради этого существа я готов на все!»

— Ну вот, дурашка узкоглазая, а ты сопротивлялся. — Нетлл улыбнулась и ласково провела ладонью по щеке сержанта. — Глупый, этот шокер не может причинить мне вреда, я же растение. А теперь живо раздевайся, у меня еще много работы, но я должна закончить тут с тобой.

Сержант со счастливой улыбкой на лице принялся медленно расстегивать свой комбинезон…

* * *

Через полчаса в буфете кают-компании собралось пятнадцать жителей колонии. Аннушка привела пятерых космо-пехотинцев с остервеневшими обезумевшими глазами. Несколько человек из обслуживающего персонала привела Зоа. Ей было так страшно покидать буфет: то тут, то там попадались груды коконов, извивающихся и мычащих, от некоторых в сторону ярких люминесцентных ламп потолка уже тянулись извивающиеся зеленые лианы. Они перекрещивались между собой и становились толще прямо на глазах.

— Нам нужно действовать, — не унималась Софи. — Зоа, Аннушка! Берите людей и ведите их на законсервированный уровень, а я поищу первого помощника капитана. Надеюсь, мне удастся его найти и привести к нам.

— Хорошо, — вздохнула Зоа и принялась объяснять Софи, как спуститься на законсервированный уровень.

Решение было принято, и небольшая группа направилась к лифту. Необходимо было пройти метров сто, чтобы добраться до него. Софи пошла в противоположную сторону. Время от времени она негромко звала:

— Кузнецов, где вы, отзовитесь. Сергей!

Пройдя несколько коридоров, Софи наткнулась на один из коконов, который лежал на полу и слегка подрагивал. Вассар осторожно приблизилась к нему и осмотрела. Это был сплошной, сплетенный из зеленоватых нитей, кокон. Заточенного в него человека было не узнать, его лицо, плечи, руки, все было плотно замотано в начинавшие срастаться нити. Единственной частью тела, свободной от плотной корки был фаллос, он гордо возвышался над поверхностью кокона. Софи слегка прикоснулась к фаллосу, а затем к кокону, ее пальцы прилипли, но девушка легко оторвала их от поверхности и спросила:

— Сергей, это вы?

Кокон при этом издал протяжный стон и задергался сильнее. Понять, кто находится внутри, было невозможно. Рядом с коконом лежала защитная маска. Софи подняла маску и пошла дальше, помочь этому человеку Софи уже не могла.

Наконец медсестра подошла к каюте Кузнецова и позвонила. Дверь тихо открылась. Внутри было темно.

— Кузнецов, вы тут? — спросила Софи и осторожно шагнула внутрь каюты. Казалось, что внутри никого не было, даже грум куда-то подевался. Бегло осмотрев в полумраке каюту, Софи повернулась к выходу, и тут за ее спиной что-то хлопнуло, а на ее шее затянулась петля. Медсестра вскрикнула и попыталась сопротивляться, но ее руки были скручены за спиной.

— Ай!

— Софи, это вы? — раздался знакомый голос, и хватка ослабла. — Что вы тут делаете?

Девушка повернулась и, увидев Кузнецова, всхлипнула. Потом ее тело стало медленно оседать вдоль стены, но Сергей успел ее подхватить.

— О, вы живы и свободны, как я рада, но почему вы напали на меня? — прошептала она и сильно обняла его за шею.

— Я думал, что вы это Нетлл, извините меня, Софи. Я пытался передать сигнал опасности, но центр управления уже захвачен этой тварью.

— Сергей… Сереженька! Милый! Нам нужно идти, несколько спасшихся от Нетлл людей Зоа повела на законсервированный уровень станции, идемте скорее, там мы сможем обо всем поговорить, — скороговоркой затараторила Софи.

— Да, вы правы, — согласился Кузнецов. — Идемте. Там должен быть второй центр управления и спасательный корабль.

— Подождите, вот, наденьте это, — Софи протянула Кузнецову маску. — Я думаю, что это защитит вас от влияния этой инопланетянки.

— Спасибо, — сказал Кузнецов, надевая маску. Затем он обратился к своему груму, все это время стоящему рядом в шкафу. — Идем с нами.

Грум кивнул и пошел следом за старшим лейтенантом и Софи. Пройти им удалось недалеко, уже через двести метров в коридоре они натолкнулись на Нетлл, казалось, она ждала их.

— Софи, кажется, тебя так зовут, ты мне пока не нужна. Мне надо поговорить с этим парнем, ты не оставишь нас одних?

— Не дождешься, — прошипела Софи и попыталась закрыть Кузнецова своей хрупкой фигуркой.

— Софи, это не женское дело. Я сам справлюсь с ней, — Сергей нацелил на Нетлл лазерный бластер. — Сейчас я обезврежу ее, и мы попытаемся освободить людей.

Нетлл рассмеялась ему в ответ:

— Ну уж нет, мне и моим сестрам, которые скоро появятся на свет, нужны свежие сильные мужчины, поэтому все останется как есть!!! А ты, глупый, ты не понимаешь, я обещаю, тебе будет хорошо в коконе!!!

— Стреляйте! Ну же! — крикнула Софи.

Пучок энергии из бластера пронизал Нетлл насквозь, но она лишь улыбнулась.

— О, черт… — пробормотал Сергей. Такого оборота событий он и не предполагал.

— Ты никуда не пойдешь, ты мой! — с этими словами Нетлл бросилась в сторону Кузнецова и Софи. Медсестра с ужасом смотрела, как на них мчится обезумевшая фурия растительного мира. Старший лейтенант дернул медсестру за руку и буквально толкнул ее за грума. Робот-помощник среагировал молниеносно, он схватил инопланетянку. Та завизжала и начала вырываться из его рук, но робот держал ее крепко.

— Бежим!!! У нас мало времени!!! — с этими словами он потянул медсестру за собой. Они бежали прямо к лифту, считанные десятки метров отделяли их от заветной двери. Вдруг Сергей резко затормозил. Софи глянула на него и остолбенела. Маска!!! С него во время движения упала маска!!! Он надышался этой дрянью!!!! Софи кинулась целовать Сергея в губы, но его глаза стекленели. Он дышал прерывисто, время от времени сглатывая слюну:

— Софи, я чувствую, что все бесполезно. Оставьте меня и спасайтесь сами. Там вы сможете переждать. Вас будут искать… Вот код доступа к законсервированному уровню… — Сергей оторвал кусок от рукава комбинезона и протянул его Софи.

Софи зарыдала.

— Бегите!!! — это были последние слова Сергея. Он толкнул Софи от себя, а сам направился назад к Нетлл, по пути срывая с себя тонкий рабочий комбинезон.

Софи, не оглядываясь, забежала за угол. Скоро лифт. Но что это? Коконы! Всюду коконы!!! Это же комбинезон Отто!!! А это форма космо-пехотинца. А это лежит с открытыми глазами грум Хьюберт. У него переломана шея. Нет! Только не это!!!

Софи, как во сне подошла к лифту, переступая через корчащиеся и мычащие запакованные тела. Медсестра протянула руку к кнопке вызова, дверь открылась. Софи приложила обрывок рукава комбинезона к считывателю кода. Что-то заставило медсестру обернуться. Из конца коридора огромными прыжками к ней приближалась Нетлл. Вот уже ее рука протягивается к лифту, но через мгновение дверь закрылась. Лифт дернулся и поехал вниз. Через пару минут дверь открылась снова. Девушка вышла из лифта в пустынный и мрачный коридор. Куда теперь?

— Софи, ты одна? — Зоа дотронулась рукой до плеча вздрогнувшей от испуга медсестры и заплакала. — Я… я не смогла их довести.

— Я знаю, я видела. Ты тут не причем, — и Софи, всхлипнув, обняла буфетчицу

* * *

Вторые сутки на свиноферме. Как же страшно! Зоа поежилась. Остаться трём девушкам без мужчин. На этих работников фермы, что собрал из хлама Прокопенко, никакой надежды нет! Они же просто рабочие грумы! Они не могут применять силу против гуманоидов. Роботы не смогут защитить их от Нетлл. Зоа всхлипнула и посмотрела на своих подруг по несчастью. Аннушка. Слишком молода, да и перепугана до смерти. Одна надежда на Софи. Надо будет с Софи начать поиск законсервированного центра управления, чтобы дать сигнал об опасности. Вчера на это просто не было сил.

Зоа сидела, забившись в угол. К себе она прижимала черного поросенка, который, инстинктивно чувствуя опасность, перестал похрюкивать, а только настороженно косился в сторону металлического воздуховода.

В воздуховоде над головами трех женщин что-то грохнуло и отозвалось гулким эхом в помещении подсобки, совмещенной со свинофермой.

— Вы это слышали? — прошептала Аннушка.

— Тише, — также шепотом отозвалась ей Софи.

В воздуховоде послышалось движение, и одна из боковых панелей, закрывающих вентиляцию, к которой поднималась технологическая лестница, стала с жутким скрежетом отходить в сторону.

Зоа решительно встала и, отдав поросенка Аннушке, взяла в руки вилы.

— Врёшь! Просто так не возьмешь, гадина зеленая! — еле слышно, почти беззвучно, проговорила буфетчица.

Она была настроена дать бой этой Нетлл, которая запаковала всех мужчин станции в прочные коконы, и похоже пыталась прорваться на территорию свинофермы, где укрылись Зоа, Софи и Аннушка — последние из свободных в колонии-поселении Буксон.

Софи взяла вторые вилы и стала плечом к плечу с Зоа.

Панель со скрежетом отошла в сторону.

— Бабы! Да вы что сбрендили? — в грудь вылезшему из воздуховода перепачканному и опешившему от такого приема Прокопенко уперлись острые зубья вил.

— Остап!!! — Софи и Зоа бросили на пол вилы и с двух сторон повисли на парне, как только он спустился вниз по лестнице. Черный поросенок радостно завизжал на руках у Аннушки.

Вслед за Остапом из зияющей пустотой дыры воздуховода один за другим появились Гоги, профессор Штангенциркуль и Аллан Реппо.

С Софи приключилась истерика, да и Зоа сразу же залилась слезами. Наконец, когда страсти немного улеглись, Софи стала сбивчиво рассказывать события прошедших двух дней.

— …вот так и закрылись мы здесь на свиноферме, — наконец, закончила говорить Софи. — Мужчин мы всех потеряли, а сейчас думали, что это Нетлл к нам добралась.

— Да! Ну и дела… — присвистнул Аллан, — но вы не волнуйтесь. Теперь все будет под контролем.

— Вы уверены? — с сомнением в голосе спросила Софи и, как бы невзначай, прикоснулась ногой к бедру Реппо. Что поделаешь. Даже в таких ситуациях естество не упускает своих возможностей. — Но, как вы поняли, что мы здесь?

— Мы, честно говоря, не знали, что здесь кто-то спрятался. Просто нам нужна именно свиноферма, — пояснил Остап. — Зоа, там в холодильнике еще что-нибудь сохранилось?

— Конечно сохранилось. Килограммов 20 не меньше.

— Профессор, Вы слышали?

— Да, молодой человек. Этого вполне хватит. Только вот проблема в химреактивах и оборудовании.

— Да никаких проблем нет. Все найдем! — и Прокопенко, подойдя к огромному несгораемому шкафу, набрал код.

— Ну, хохол! Ну, запаслив! — присвистнул Аллан, разглядывая содержимое шкафа.

— Ну, не пропадать же добру, если оно даже и списано, — смущенно оправдывался Остап, держа подмышкой довольного черного поросенка, — Да у меня еще есть!

— Запасы запасами, а необходимо срочно проникнуть в законсервированный центр управления и взять управление колонией-поселением в свои руки.

— Я знаю, где центр управления, но проникнуть туда может только Зундлер или его первый помощник, — отозвался Остап.

— Ну, ты не забывай все же кто я, — подмигнул ему Аллан. — Пошли, покажешь дорогу…

* * *

Через полчаса Аллан и Остап вошли в пустынный зал управления на законсервированном уровне.

— Остап, переключай управление на этот компьютер.

— Понял. — Прокопенко заклацал по клавишам, набирая необходимые коды. Мониторы один за другим стали загораться, отображая обстановку в помещениях колонии-поселения и за ее пределами.

— Ты посмотри, что там творится! — Аллан указал Остапу на главный монитор. — Это похлеще, чем было у Свенсона.

— Да уж, — покачал головой Прокопенко, разглядывая причудливые изгибы переплетенных лиан с подвешенными к ним многочисленными коконами. — Обесточить?

— Профессор, что скажите вы?

— Я думаю, что не стоит обесточивать уровень. Того количества средства, что мы приготовим, вполне хватит. Мы сделаем Мимикриллусу несколько инъекций, и он погибнет, — в автоклаве профессор готовил адскую смесь из химреактивов, свиного сала и плазмы крови Аллана и Прокопенко.

— А что делать с Нетлл? Она же отдельный носитель, — уточнил Аллан.

— Ну, с ней, молодой человек, несколько сложнее. В нее надо будет выстрелить этим составом.

— Эх, сала жалко изводить на эту тварь, — вздохнул Остап и ударил кулаком по столу.

* * *

Когда смесь была готова, а запасливый Прокопенко вытащил пару костюмов химзащиты, приступили к разработке детального плана операции. Слово взял профессор Штагненциркуль:

— Наиболее эффективным, молодые люди, будет инъекция препарата в трех местах, вот здесь, здесь и здесь — профессор указал на трехмерной карте станции места для точечных ударов, — я подробно изучил Мимикриллуса и пришел к выводу, это наиболее важные места, так называемые узлы.

— Хорошо, тогда и вдарим по этим узлам, — оживился Прокопенко.

Не все так просто, вы же знаете что у нас только 2 защитных костюма, а выходить против Нетлл весьма опасно, к тому же нам необходим синхронный удар сразу по всем трем узлам, — остановил его Штангенциркуль.

— Гоги, какова твоя реакция на феромоны Нетлл, ты можешь им противостоять? — спросил у амебоида Аллан.

Гоги ответил не сразу:

— Трудно сказать, я не имел контакта с феромоном, но Поги нигде не видно, учитывая, что его тут нет, видимо феромон подействовал и на него, но как именно, я ответить затрудняюсь.

— Все ясно, — подытожил Аллан, — мы не можем рисковать еще одним членом экипажа, поэтому Гоги отпадает.

На пару минут воцарилась тишина, которую нарушил нежный голос Софи:

— Я пойду с вами, и никаких возражений, у меня с этим Мимикриллусом свои счеты.

Все возражения оказались бесполезными, Софи была непреклонна.

— Хорошо, в таком случае завтра вы выйдете на основной уровень и введете наш состав, — констатировал Штангенциркуль. — Вам троим нужно быть предельно осторожными, выход из нашего убежища только один, а узлы Мимикриллуса находятся довольно далеко от нас, поэтому умоляю, будьте предельно осторожны.

— Обещаем, профессор, — почти хором ответили Софи, Прокопенко и Аллан.

* * *

День начался рано, Прокопенко и Реппо принялись облачаться в защитные костюмы, сделать это было непросто, поэтому Софи и Аннушка помогали парням. Зоа и Штангенциркуль в это время заполняли смесью три больших шприца.

— И запомните, молодые люди, не рискуем, коконы раньше времени не обрезать, с Нетлл в открытый бой не вступать, наша первоочередная задача уничтожить Мимикриллус. — проводил последние наставления профессор, — Ну что, готовы? Ну тогда в путь.

Софи, Аллан и Остап двинулись к выходу.

* * *

Двери лифта с легким шелестом разошлись в стороны и небольшая группа людей осторожно двинулась вглубь станции. За три дня Мимикриллус настолько разросся, что коридоры колонии-поселения напоминали затерянный город где-то в индийских джунглях. Дойдя до развилки, команда разделилась. Прокопенко двинулся направо, а Софи с Алланом двинулись дальше. Вскоре и они разделились. У каждого из них была своя цель.

Софи медленно пробиралась мимо толстых стеблей Мимикриллуса, ей достался узел, находившийся ближе всего к лифту. Нашла она его не без труда, такие привычные с виду коридоры сильно изменились, кругом выросли лианы, влажность резко повысилась, местами образовались лужицы зеленоватой жидкости. Вот, наконец, медсестра увидела свою цель. В углу коридора, где два его рукава расходились в стороны, под потолком набух грязно-зеленый узел, прямо под ним на тонкой лиане полулежал-полувисел один из коконов.

«Кто бы это мог быть», — подумала Софии. Она не видела эту часть коридора, когда спасалась от Нетлл, но судя по размеру кокона, сделала вывод, что это был один из космопехотинцев. Вассар нажала кнопку на рации, сигнализируя, что она на месте. Теперь оставалось ждать сигнала.

Прокопенко лез через мясистые стебли и тихо матерился, ему было жаль сала, ему было обидно за его сослуживцев, вот уже третий раз он видел коконы, развешанные тут и там и дергавшиеся в экстатических конвульсиях.

«Вот же гадюка эта Нетлл, вот бы всадить эту смесь и посмотреть, как она будет корчиться.»

С подобными мыслями он пришел к своей цели. Вокруг было тихо и безжизненно, Нетлл нигде не было видно. Он взглянул на мощный узел, пульсирующий на полу коридора, и сообщил о своем прибытии, нажав на кнопку.

Оставался только Аллан.

Реппо достался самый дальний узел, он пошел на это сознательно, ему не хотелось подвергать опасности других. Его путь пролегал практически через весь коридор и вел на нижний уровень.

До лифта он добрался без приключений, толстые стебли в основном вились по стенам и лишь изредка пересекали путь. Аллан огляделся и сообщил по рации:

— Я у дверей, Гоги, открывай лифт.

Двери разошлись в стороны, и Реппо вступил в лифт.

Верхний уровень оказался куда более заросшим. Продвигаться по нему оказалось очень трудно, к тому же сильно мешал скафандр. Толстый материал сковывал движения, автономная система дыхания все время норовила зацепиться за что-нибудь. Пробираясь мимо стеблей, Аллан заметил что-то ярко-желтое, лежащее в углу. Это странное пятно ему кого-то напомнило. Он подошел ближе и обомлел. На полу, среди переплетений лиан лежал амебоид Поги. Его биоскафандр имел сейчас вид лужи, а цитоплазма полупрозрачного тела была ярко-желтой.

«Вот это да, дружище, что же с тобой случилось?»- подумал Реппо. Он потрогал амебоида, тот никак не отреагировал. Казалось, что он парализован. Решив хранить эфирное молчание, Аллан продолжил свой путь.

«Лучее что мы все можем сделать сейчас, это разобраться с Мимикриллусом, потом мы поможем Поги и остальным,»- рассудил Реппо.

Через час Аллан все же был на месте, указанном, Штангенциркулем, однако узла он не увидел. На его месте высилась огромная стена из сплетенных меж собой лиан. Ну что за невезуха, чертыхнулся Реппо и принялся исследовать стену. Лазейка нашлась, хоть и не сразу. Сквозь небольшую щель в сплетении лиан он увидел налившийся лиловый узел, но как пролезть туда? Реппо просунул руку, но дотянуться до узла не смог. Пролезть в эту узкую щель не представлялось возможным, по крайней мере в этом скафандре. Пару минут Реппо обдумывал ситуацию, а затем подал сигнал о прибытии. После этого он принялся расстегивать свой скафандр.

Не прошло и минуты, как в рации раздался голос Штангенциркуля: «Вводите состав, не медлите, молодые люди». Реппо ждал этих слов, но не мог приступить к выполнению. Скафандр все еще был на нем. Вылезти из него самому было очень непросто, время могло быть потрачено безвозвратно, но другого пути не было. Наконец, руки и торс парня были свободны и он, схватив шприц, просунулся в щель. Извернувшись ужом, Аллан добрался до узла и ввел состав…

* * *

Ожидание было мучительным. Страх все время преследовал Софи, она прислушивалась к каждому шороху, казалась, вот-вот на нее набросится Нетлл. Наконец она услышала команду и, вскочив с пола, принялась карабкаться к узлу. Для этого она скинула свои туфли и встала прямо на кокон. Ее ступни слегка прилипали к поверхности, помогая ей держаться. Она была уже близко, когда очередная волна конвульсий нахлынула за запечатанного в кокон человека. Софи закачалась, на миг потеряла равновесие и едва не выронила шприц с составом, однако успела ухватиться за лиану и с размаху всадила иглу прямо в пульсирующий узел. Все что она успела сделать, это ввести состав, потом она сорвалась и полетела вниз, упала она прямо на кокон, обхватив его при этом руками. Она почувствовала внутри кокона горячее тело, бьющееся в экстазе, и ощутила под собой упругий фаллос. Здравый рассудок возобладал, и Софии, оторвавшись от липкого кокона, бросилась бежать по коридору.

Прокопенко не медлил, он ввел состав и сразу же поспешил к лифту на законсервированный уровень. Добираясь до лифта, Прокопенко увидел, как вздыбились лианы вокруг него и огромная судорога, как морская волна прокатилась вдоль них вдаль по коридору. Когда парень был у лифта, он услыхал Софи.

— Остап, подожди меня! — кричала медсестра.

Она бежала по коридору, запинаясь за ожившие лианы. В трех метрах от Остапа вздыбившийся стебель сбил ее с ног. Софи упала и кубарем покатилась по полу. Прокопенко подхватил ее и помог подняться. Вместе они зашли в лифт, и двери его закрылись.

Остап и Софи вернулись назад на законсервированный уровень первыми. Реппо пока не было.

— Вы только посмотрите, что там творится! — Аннушка указала прибывшим на экран. Там бушевал настоящий шторм. Огромные в метр диаметром лианы извивались, как клубок змей, круша на своем пути тонкие перекрытия между каютами, сбивая мебель и аппаратуру.

— Да этот Мимикриллус нам там все разнесет! — возмутился Гоги.

— Спокойно, молодые люди! Это скоро пройдет. Сейчас противоядие разбивает его нервно-растительную систему, — пояснил Штангенциркуль.

Ужас, — ахнула Софи, — там же Аллан, нужно ему помочь!

— Сейчас мы не сможем этого сделать, ты же видишь что там происходит — возразил ей Гоги. Софи гневна взглянула на амедоида и зарыдала, уткнувшись лицом в грудь Прокопенко.

— Успокойся, милая, все будет хорошо, — попытался успокоить медсестру Остап.

Буйство Мимикриллуса продолжалось часа два, но потом пошло на убыль. Вскоре лианы обмякли и стали превращаться в вязкую студенистую смесь, стекающую на пол. Коконы, до этого подвешенные к лианам, все лежали на полу. Они приняли баклажанно-фиолетовый оттенок и покрылись толстой и твердой кожистой цистой.

— Где Нетлл? Ты ее видишь? — Остап подошел к Гоги, просматривающему мониторы.

— Пока не вижу. Но я нашел несколько автономных очагов, где еще прячется Мимикриллус. Вот, вот и вот!

— Это же каюта Зундлера. Архив и Центр управления.

— Да. Похоже, что придется повторить вылазку, — констатировал Штангенциркуль. — Но это уже победа и победа немалая, скажу я вам. А Нетлл, скорее всего, скрывается в одном из этих мест. Могу предположить, что она теперь охраняет главное древо Мимикриллуса и попытается вернуть себе коконы.

— Мы еще должны найти Аллана, — вмешалась в разговор Софи, — он где-то там.

— Вероятно, его ударила одна из лиан, возможно, он там, где был третий узел, — сделал предположение Штангенциркуль. В это время Гоги вывел на монитор участок коридора, о котором они говорили и действительно там, в жидких остатках когда-то мощного Мимикриллуса они увидели Реппо. Младший лейтенант лежал без сознания.

— Что с ним, почему он полуобнажен? Зачем он пытался снять скафандр? Неужели его поработила Нетлл? — Софи засыпала присутствующих вопросами.

— Успокойтесь, милая Софи, — ответил ей Штангенциркуль, мы узнаем ответы на эти вопросы, когда доберемся до него. Сейчас это опасно, в первую очередь мы должны найти Нетлл.

— Кажется, мы ее нашли, — сказал Гоги, — глядите, вот она. Все посмотрели в монитор, в нем Нетлл медленно двигалась по станции в направлении Аллана.

Не говоря ни слова, Вассар схватила со стола инъекционный пистолет с порцией снадобья и ринулась к лифту.

* * *

Нетлл не понимала, что творится. Ее детище, он же ее отец, ее плоть от плоти, прекрасный Мимикриллус погибал на глазах. Хорошо еще, что он вовремя сбросил коконы. Она еще все исправит! Она сможет! Тем более в трех помещениях Мимикриллус не пострадал.

Нетлл, с ее на первый взгляд хрупкой фигуркой, обнаружила недюжинную силу. Она могла легко переносить огромные кожистые плотные коконы, изредка издававшие протяжные стоны. Этим Нетлл и занялась. Уже пятнадцать коконов она перенесла в зал центра управления, и Мимикриллус принял коконы на свою лиану. Нетлл шла по коридору за очередным коконом. Жалко, что она одна. Но скоро, совсем скоро из Мимикриллуса появятся на свет ее сестры! Они ей помогут. Еще дня два!

Вдруг Нетлл почувствовала еле уловимый знакомый аромат мужского тела. Что? Неужели кто-то еще остался неокукленным? Те дуры, что спустились в лифте ее не интересовали. Но вот мужчина. Откуда он взялся? Нетлл пошла на запах, как собака, медленным крадущимся шагом. Это должно быть там, за поворотом.

Девушка немного помедлила и повернула за угол.

Он лежал на полу в луже из сока Мимикриллуса без сознания. Нетлл глубоко вздохнула и направилась к нему. Парень был полуобнажен. Девушка-растение присела рядом с ним и провела рукой по его груди, потом положила его голову к себе на колени.

— Эй, с тобой все в порядке? — спросила она, — Просыпайся, ты мне нужен.

Реппо открыл глаза и застонал, его грудь содрогнулась от боли. Он увидел ее лицо, она тянулась своими губами к его губам. Аллан попытался отстраниться от нее, но не смог. Удар лианы был слишком сильным, и боль не отпускала его до сих пор. Нетлл крепко поцеловала его, и жгучие искорки поцелуя защипали его губы.

«Все, сейчас я окажусь в таком же плотном коконе», — промелькнула в голове Алана мысль…

Укол, и жуткая боль пронзила спину Нетлл. Она оторвалась от Реппо и обернулась. Возле нее стояла Софи, в руке она сжимала инъекционный пистолет.

— Ну, вот мы с тобой и поквитались, подлая лиана, — процедила сквозь зубы Вассар.

Нетлл не ответила ей. Боль! Тупая боль и немощность растекались по ее телу. Она скорчилась на полу и забилась в корчах. Через пару минут на месте Нетлл осталась лишь небольшая лужица зеленовато-желтого цвета.

Софи стояла и бесстрастно смотрела на последние мгновения агонии этого странного растения. Из забытья ее вывел стон Реппо. Она бросилась к нему, принялась целовать его и успокаивать.

— Все хорошо, все кончилось, мы победили…

* * *

Следующая неделя прошла в заботах. Едва оправившись от травмы, Реппо влился в работы по приведению станции в порядок и освобождению людей из коконов. Оставшиеся очаги Мимикриллуса были нейтрализованы, и больше ничто не угрожало станции.

Зоа вместе с Аннушкой и Софи руководили группой грумов, занимавшихся уборкой. Прокопенко и Реппо переносили закукленных сотрудников станции и солдат в медотсек, где Штангенциркуль освобождал пленников из кокона, используя чудодейственное сальное средство.

В одну из небольших передышек он заявил:

— Нет, я решительно напишу об этом пару статей и конечно мы с вами, Остап, оформим патент. Обязательно оформим.

Наконец сотрудники станции были освобождены, и настала очередь экипажей кораблей. К этому времени уже была вызвана спец-группа с Земли, которая должна была помочь бороться с последствиями.

Привычная жизнь медленно, но верно возвращалась на Буксон…

* * *

— Может останешься? У меня как раз место второго помощника свободно, — Зундлер еще бледный и худой осмотрел по армейской привычке с ног до головы фигуру Аллана. Прошло только два дня, как стараниями профессора Штангенциркуля его освободили из кокона.

— Извините, но не могу. Начальство ждет доклад. Может потом…

— Ну смотри! Я всегда тебе буду рад! Отцу привет передавай. Я вот тут письмо ему написал о твоих подвигах. Если бы не ты… — Зунлер запнулся и передал Аллану тонкий электронный конверт. Затем пожал ему руку. — Прощай!

Аллан ощутил крепкое рукопожатие капитана. Потом козырнул и, повернувшись, направился к звездолету. Что-то заставило его обернуться. За стеклом перехода стояли Зоа, Софи, совсем скисший грум Джонс и Прокопенко с черным поросенком подмышкой. Хохол кулаком утирал ненароком набежавшую скупую мужскую слезу.

Комок подступил к горлу Аллана. Как глупо! Так не должно быть!!!

— Товарищ капитан!

Зундлер, уже подошедший к шлюзовой камере, резко обернулся.

Запыхавшийся Аллан догнал его.

— Что-то забыли, лейтенант? — черты лица Алекса были непроницаемы.

— Да, забыл… Я забыл сказать, что остаюсь.

Легкая улыбка скользнула по губам Зундлера:

— Ну, пойдем, второй помощник, будешь вникать в курс дел.

КОНЕЦ

Content

АЛЛАН РЕППО
АГЕНТ КСБ, ИЛИ ТАЙНА ПЛАНЕТЫ Z-6592