Когда эти двое остановились в «Дарьяле», владелец гостиницы, старый, тучный, с опухшим, вечно небритым лицом и заспанными всевидящими глазами, Шалва Абесадзе не почувствовал ни малейшей тревоги. Эти двое были мужчина иженщина, их следовало бы называть «парой», но Шалва Абесадзе, чтившийинститут брака, наверное, потому, что сам оставался холостяком, лишь законных супругов считал «парой».